Несвятая троица

Беркут усмехнулся.

– Это вряд ли…

Она посмотрела на него, немного отстранившись.

– Хорошо, барон. Я принимаю ваш план. Только не забывайте, что командую этой операцией все-таки я.

– Так точно, – совершенно серьезно ответил он, смотря на нее взглядом, в котором плескался целый океан иронии.

Вадим Третьяков, Шартан, 27-го изока, вечер

– Терр, – Берта улыбнулась, увидев меня.

– Здравствуй. Лидик пришел?

– Он наверху, терр, – девушка вдруг серьезно посмотрела на меня. – Он очень расстроен, терр. Это, конечно, не мое дело, но не могли бы вы быть немного мягче к мальчику?

– Куда уж мягче, – пожал плечами я, проходя через кухню к лестнице.

Когда я вошел в комнату, Лидик лежал на своей кровати и ревел в подушку. Сердце стиснула когтистая лапа. Что-то я сегодня аж переполнен угрызениями совести. Полдня бродил вокруг дома местного музыкального гения, пытаясь сообразить, как украсть девочку, никого не убивая.

Человеческая психика – странная вещь. Две недели назад, кроша компьютерных монстров направо и налево, я просто упивался собственной крутизной. Нет – нет, да и проскальзывала мысль: если окажусь в настоящей переделке, я уж… Только сознательно убив первое, по-настоящему живое существо, ты вдруг понимаешь, что в этом нет ничего крутого. Вот только что оно жило, ело, пило, радовалось, а ты нажал на спусковой крючок, и все: на земле лежит уже остывающее мясо, никакого отношения к жизни не имеющее. И назад не вернуть, никак. Не перегрузить компьютер, не открутить время. Что-то сломалось во мне, когда я оттирал мозги гопника со своих сапог.

Я сел на кровать и погладил мальчика по голове.

– Что случилось, малыш? – как можно мягче спросил я.

– Я маму встретиииил, – заревел парень пуще прежнего.

Что тут скажешь?

– Лидик, послушай меня, – сказал я, продолжая гладить его по голове и ощущая себя полной скотиной. Господи, он совсем ребенок еще. Но он был мне нужен, просто необходим – без него все мои планы не реализовывались никак. – Мы с тобой закончим пару дел, и я отпущу тебя. На каникулы. Поживешь со своими, сгоняешь в деревню к сестре. А потом вернешься, и мы продолжим тебя учить. Хорошо?

Парень вроде начал успокаиваться. Всхлипнув еще несколько раз, он вытер слезы рукавом и посмотрел на меня красными глазами.

– Я готов.

– Если готов, тогда пошли, поедим. Нам предстоит еще одна не слишком легкая ночь.

Через час мы шагали по вечернему Шартану, стараясь поменьше попадаться на глаза стражникам, которые буквально наводнили город. К счастью, завтра был выходной – местная суббота, поэтому на улицах было полно подвыпивших и горланящих песни горожан. Мы же шли тихо, спокойно и никого не трогали.

Пришло время реализовать мою очередную задумку. Слишком меня раздражал постоянный недостаток энергии – только вчера все накопители были полными, а сегодня у меня осталось пять комплектов. Проблему надо было решать кардинально, и я надеялся, что нащупал путь.

Мне удалось рассчитать и создать робота, который самостоятельно будет облетать окрестности и собирать субстанции. Этакая пчелка. В свое время Беркут втянул нашу фирму в один сколковский проект по созданию автономного дрона. Деньги были удачно освоены, но помимо этого проведена довольно большая работа, результаты которой у нас забрали ребята из одной серьезной конторы, связанной с оборонкой. На этом наше участие в проекте закончилось. Но неужели вы думаете, что я не оставил себе копию? «По счастливой случайности», некоторые важные файлы остались на жестком диске моего ноута.

Во всем этом была только одна большая проблема – навигация. Ну не было в этом мире ни глонаса, ни джи-пи-эс. А без навигации стрекоза-переросток, на которую был похож мой дрон, летать не могла. Запустить спутник мы с Лидиком, конечно, не могли. Но установить простейшие триангуляционные вышки в нескольких точках города и его окрестностях было вполне нам по силам. Я наконец разобрался, как действует связь между схемами в этом мире – все оказалось до безобразия просто. Схемы преобразовывали сигнал в обычные десятиметровые электромагнитные волны, а потом их ловили. Конечно, длину волны можно было менять, в зависимости от потребностей.

И вообще, наблюдая за местными технологиями, я все больше и больше убеждался, что есть в этом мире настоящая, серьезная наука. В некоторых артефактах наблюдались узлы, которые не могли быть созданы без серьезной теоретической базы. В то же время встречались случаи, когда такие узлы пихались в артефакты без надобности, то есть человек или нечеловек, который их изготавливал, понятия не имел о назначении узла. А пихал его только потому, что где-то ранее это видел. Так сказать, микроскопом гвозди забивал. Причем такая ситуация наблюдалась как в людских, так и в нелюдских поделках. Вывод из всего этого был очевиден: наука есть, но не для всех. Закрытые ордена? Или остатки прежней цивилизации?

Мальчик мне ничего рассказать не мог. Он сам знал очень мало. Школы тут были только начальные – детей учили читать, писать, считать. Такое обучение длилось два года, Лидик его прошел. Дальше родители индивидуально нанимали детям учителей, если могли это себе позволить. Родители мальчика не стали заморачиваться серьезным образованием сына – мол, пусть учится гостиницей управлять. Не мне их осуждать, но вот гостиница сгорела и что теперь?

Я старался рассказывать и показывать мальчику как можно больше. Просто об устройстве окружающего мира и о том, что делал в данный момент. Конечно, большей частью он ничего не понимал. Но это пока. Начал я также немного подтягивать его математику, но по ходу дела, ибо времени не хватало катастрофически.

Мы свернули за угол и уперлись в городскую стену. Фортификационное сооружение освещалось небольшими магическими светильниками, висевшими на столбиках, торчащих на гребне стены.

– Это здесь. Вон там дверь, – шепнул мне мальчик, показывая на темный прямоугольник, выделяющийся на фоне каменной кладки. – Только на ночь ее закрывают.

– Ну и Берг с ними, – непедагогично ответил я, осматривая окрестности. Тишина. – Бегом!

Мы рванули к стене. Лидик был прав, закрыта. Никаких магических замков – обычное железо. Я достал купленный на рынке и усовершенствованный магический резак и просунул его в щель между дверью и косяком. Раздался свист, как от газовой горелки. Во все стороны полетели искры и капли металла. Наконец язычок замка сдался, и дверь дернулась, показывая, что ее больше ничего не держит.

– Веди дальше!

Мальчик, включив маленький светлячок, который я повесил ему на козырек кепки, двинулся вверх по винтовой лестнице. Я потопал за ним, прикрыв только что взломанную дверь. Поднявшись на три метра, мы оказались еще перед одной дверью.

– Обычно стражник спит в будке, – шепнул мне мальчик.

– Жди здесь. Если услышишь, что поднята тревога, беги со всех ног в трактир и жди меня там. Понял?

– Понял.

– Смотри, без самодеятельности, – грозно повторил я на всякий случай и приготовил кастет.

Электрошокер не пригодился. Стражник сидел в будке и храпел так, что слышно, наверное, было даже в ратуше. Стараясь ступать как можно тише, я обошел будку и закрепил на ее крыше заранее приготовленную триангуляционную и три маскировочные схемы. Не думаю, чтоб здесь все осматривал видящий, но береженого бог бережет. Комплект накопителей я прикопал в земле – их должно хватить надолго, схема пассивная и работать будет редко, только отвечая на сигнал дрона. После ее активации перстень включил систему диагностики и спустя минуту сообщил, что все в порядке. Мысленно пожелав стражнику эротических снов, я неслышно вернулся к двери. Мальчик в нетерпении топтался внутри.

– Все пучком, пошли дальше, – прошептал я ему, и мы двинулись вниз.

В городе я собирался установить пять «вышек» и еще три штуки за его пределами. Мы уже поставили четыре, когда начались проблемы. Откровенно говоря, мы их сами себе создали.

Пятую схему я собирался укрепить на маяке, который возвышался на самом конце мола. Для этого следовало пройти через портовой район, соваться в который с недавних пор я избегал. Но что поделаешь, если надо?

Здесь гуляли по-крупному. Музыка, пьяные крики, драки и визг ланей слышались на каждом углу. Передав мальчику колышек с закрепленной на нем схемой, я нагло вытащил оба маузера из-за пояса и пошел чуть впереди, готовый выстрелить при первом признаке опасности.

Возню и испуганный девичий голос я услышал заранее, поэтому примерно был готов к тому, что увидел за углом очередного питейного заведения. Трое пьяных матросов зажали в углу девицу. Девушка отчаянно сопротивлялась, однако ее шансы вырваться я оценил как мизерные – морячки были молодыми, не совсем пьяными и явно охочими до женской ласки. Пожалуй, мы с мальчиком могли бы спокойно пройти мимо – до нас никому не было дела, однако моя совесть сегодня была в ударе.

Я включил целеуказатели и, направив красное пятнышко в ногу ближайшего ко мне матроса, нажал на спуск.

С громким воплем любитель женского тела завалился на утоптанный песок. Я отступил на пару шагов назад, держа в поле зрения сразу обоих оставшихся на ногах парней. Все трое затихли, даже девушка.

– Отпустите ее, – сказал я, наводя красные пятнышки на грудные клетки морячков.

– А то что? – нагло спросил правый, не отпуская девицу, чьи глаза с ужасом смотрели на меня. В свете фонаря ее лицо казалось белее разорванной на ней блузки. Лежащий у ее ног матрос всячески показывал, что ему ужасно больно.

Вспомнив советы Беркута, я выстрелил, предварительно чуть сместив красное пятно к плечу наглого насильника.

– Вот суууука, – взвыл тот, хватаясь за раненую руку.

– Я ответил на вопрос? – спросил я, сосредоточившись на третьем.

Тот сразу отпустил девчонку и выставил руки перед собой.

– Пожалуйста, не надо. Мы больше не будем.

– Красавица, ты можешь идти, – кивнул я девушке. Недолго думая, она рванула в темноту.

– Помоги своим, – махнул я «маузером». Парень помог подняться стонущему, и они втроем поковыляли к трактиру.

– Пойдем, – кивнул я притихшему мальчику, и мы двинулись к морю. Однако не успели сделать и пяти шагов, как сзади раздался рев десятка глоток. Оглянувшись, я увидел, как из трактира выбегает толпа разъяренных моряков.

– Твою же мать! – рыкнул я, хватая мальчика за руку. – Бежим!

Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, подумал я, доставая на бегу мешочки-гранаты…

Ирина Зуева, Прибрежье, 27-го изока, ближе к вечеру

Видящую завали Лучия. Красивое имя. Девушка минут пятнадцать колдовала с моей ногой, а потом, куда-то нажав, раскрыла ненавистный деревянный ящик. Медленно и аккуратно я пошевелила стопой.

– Больно…

– Будет немножко болеть еще два-три дня, – с забавным акцентом, по-эртазански сказала Лучия. – Я бы вас еще подержала в нем, – кивнула она на ящик, – но ее светлость сказала, что больше не может оставлять вас прикованной к кровати. Пожалуйста, старайтесь эти дни ногу не нагружать.

– Хорошо, – пообещала я ей, с невообразимым наслаждением подтягивая колени к животу и переворачиваясь на бок. – Но ходить мне можно?

– Можно, – улыбнулась девушка. – Только медленно. И аккуратно. И прыгать не надо.

Рина принесла мое чистое белье и очень интересное синее платье.

– Откуда оно? – спросила я служанку.

– Из гардероба ее светлости, – сообщила мне Рина, помогая одеваться. Я повернулась, чтобы Рина завязала завязки у меня на спине. Мой взгляд упал на дверь, с которой так и не удалось полностью отмыть кровавые полосы. Хорошее настроение как рукой сняло. Вздохнув, я взглянула на себя в большое зеркало, висевшее на стене. Синяки под глазами, на голове черти что – утром Рина помыла мне голову, но без фена уложиться нормально не было никакой возможности.

– Прошу вас за мной, мадам, – позвала меня Рина. Мы втроем вышли из спальни и через богато выглядевшую залу, украшенную коврами, картинами и с очень красивой мебелью, проследовали в следующее открытые двери. Это оказалась столовая. Но какая! Огромная комната, посреди которой стоял длинный стол. При желании, за него, наверное, можно было усадить человек пятьдесят. В дальнем его конце было накрыто на пять персон. Во главе стола приборов не было.

Рядом с отрытой на террасу стеклянной дверью стояли трое: Андрей, Диана и молодой франт в голубой бархатной одежде – что-то такое у нас, судя по фильмам, носили в девятнадцатом веке. Андрей был в своем, ставшем стандартным здесь, коричневом кожаном костюме (замшевые штаны, короткая замшевая куртка и белая рубашка), а баронесса – в очень красивом зеленом платье до пола. Плечи и верхняя часть груди были открыты, а на шее сияло ожерелье из нескольких больших зеленых камней. Изумруды? Диана выглядела настоящей королевой, а я, в этом относительно скромном платье, едва тянула на Золушку.

– Вот и вы, – воскликнула баронесса, как только мы приблизились к столу. – Как вы себя чувствуете, дорогая Ирина? – Подошла она, рассматривая меня с головы до ног. – Как вам платье? Простите меня, мой походный гардероб совсем скуден, мне не удалось подобрать вам более достойный туалет. Впрочем, даже в этом скромном платье вы отлично выглядите. Не правда ли, барон? – Она хитро посмотрела на Беркута.

Андрей, немного хромая, подошел ближе и галантно поцеловал мне руку, пробурчав что-то положительное по поводу моего внешнего вида. Выглядел он как папаша на детском утреннике, которого заставили играть Красную Шапочку. Вроде и одет подобающе, и декорации на месте, но видно, что все происходящее ему не по нутру.

– Как ты? – спросил он по-русски.

– Хорошо, – пробормотала я, толком не понимая, как себя вести.

– Ах, дорогая Ирина, познакомьтесь, – Диана, чувствующая себя как рыба в воде, подвела ко мне молодого человека. – Это терр Гартен дель Дорф, капитан гвардии лорда Дингера, наш доблестный защитник.

– Вы очаровательны, баронесса, – густым баритоном прогудел Гартен, поцеловал мне руку и совершенно по-мальчишечьи улыбнулся. На вид ему было чуть более двадцати. Мне он понравился. Изобразив что-то вроде книксена, я улыбнулась ему в ответ.

– Благодарю вас, терр капитан.

– Для вас просто Гартен, – сообщил он, подводя меня к столу и отодвигая стул. Я уселась. Парень также усадил Лучию, а сам расположился между нами. Баронесса и Андрей разместились напротив.

Тут же нас окружили несколько лакеев. Кто-то что-то накладывал в тарелки, кто-то подливал вино в большие хрустальные бокалы.

– К сожалению, наш хозяин, шевалье дель Виль, не смог составить нам компанию, – продолжала болтать Диана. Мне все время казалось, будто каждое ее слово насквозь пропитано иронией. – Герцог дель Шар ужасен – он все время что-то требует от своих подчиненных. Шевалье не появляется уже несколько дней. Не удивительно, что мы заскучали без него…

– Шевалье так остроумен, – поддержала ее Лучия. – Нам ужасно не хватает его шуток. Помните, ваша светлость, как он рассказывал про…

Она говорила что-то еще, а я набросилась на еду. Не знаю, что мне положил лакей, но я чуть вилку не проглотила – настолько это было вкусно. Наверное, вела я себя ужасно невежливо и надо было как-то поучаствовать в общем разговоре, но я очень проголодалась.

– Осторожнее с этим блюдом, милая Ирина, – предупредила меня баронесса, видя, что я попросила добавки. – Не стоит им злоупотреблять, особенно перед дорогой.

– Мы куда-то едем? – удивилась я.

– Да, на небольшую прогулку, – сообщил мне капитан. – Ваш муж очень просил показать окрестности Прибрежья.

Я посмотрела на Андрея, он одними глазами кивнул, приложив палец к губам. Что за тайны мадридского двора?

Спустя час мы вышли из-за стола. Андрей, улучив момент, подошел ко мне.

– Мы срочно уезжаем. Здесь оставаться дальше опасно. Сядешь верхом на ящера?

– Сяду, – пожала плечами я. – Куда мы?

– Надеюсь, на встречу с Вадимом. Оденься как для похода, – велел он мне, возвращаясь к Диане. Вообще, как-то он подозрительно близко к ней держался. И взгляды эти между ними… Я почувствовала, что у меня еще больше портится настроение.

Вернувшись к себе, я попросила Рину принести мою одежду. Джинсы и футболка были выстираны, куртка и кроссовки – тщательно вычищены. Ох, хорошо быть аристократкой, как бы не привыкнуть. Нет, ну какой он все-таки зараза? Неужели успел закрутить роман с этой?..

Едва я переоделась, как в дверь постучали.

– Войдите, – разрешила я. В комнату вошел Гартен в сопровождении воина. Оба были одеты по-походному, в кольчугах и при мечах.

– О, вы тоже уже готовы, – улыбнулся Гартен, подходя ближе. – Разрешите представить вам сержанта Белугу. Сержант, это баронесса дель Беркут. Милая Ирина, сержант в этом походе буде отвечать за вашу безопасность. Так что не пугайтесь, он будет держаться все время рядом с вами.

– Благодарю вас, Гартен, за заботу… – Ну а что я еще могла сказать? Белуга был высоким, звероподобным воином с невероятно яркими голубыми глазами.

– Это большая честь для меня, – глубоким басом проговорил сержант, пожирая меня глазами. Ах да, джинсы были чересчур обтягивающими… Ну, другого мне надеть нечего, не в платье же ехать на ящере?

– И еще один маленький штрих, вы позволите? – Гартен пошевелил руками у меня над головой, как это делал Вадим. От затылка до пяток пробежали мушки. – Это небольшая защита от стрел. Мало ли что.

– Я в неоплатном долгу перед вами, дорогой капитан, – прощебетала я. Как же быстро учишься этим светским приличиям.