Консультант

– Это Младший, – прохрюкал (после соответствующей манипуляции с пультом) динамик сквозь отражающее поле, по-прежнему накрывающее комнату. – Можно?

Двое на кровати обменялись взглядами, и Лана ткнула пальцем сенсор, открывающий дверь. Одновременно с этим переместившийся поближе Рис приобнял её за плечи. К его радости, девушка не отстранилась. Даже, напротив, прижалась плотнее. Работа на публику? А, неважно… потом.

Младший вошел в номер, удивительным образом сочетая «как к себе домой» с неуверенной почтительностью незваного гостя. Понимающе (в случае Риса ещё и одобрительно с оттенком зависти) кивнул парочке на кровати. Подтянул ногой лёгкое креслице от туалетного столика.

– Ну-с, – начал он, – новостей у меня много. Разных. По большей части – странных. С какой начать?

Лана молчала, и это демонстративное предоставление права голоса вдруг согрело Риса. Нет, всё-таки – умница.

– С первой по времени.

– Мисс Тевиан, если вас не затруднит… дисплей, пожалуйста!

Для Младшего не составило бы никакой проблемы самому подключиться к «начинке» номера, но – этикет. Хозяйка здесь, пусть и сугубо формально, «Мелисса Тевиан», ей и карты в руки.

– Спасибо. Итак: записи сканеров слежения в окрестностях хранилища. Узнаёте?

– Но это же… это же Бернадетт! – ахнул Рис.

– Обратите внимание на дату, – с ноткой услужливости в голосе посоветовал Младший.

– Уже обратил, – Рис осторожно подвигал нижней челюстью, расслабляя сведенные яростью скулы. – Твою мать, это же то самое утро, когда я решил посмотреть, как летает Мелисса!..

– Для бешеного приступа ревности рановато, согласен. Даже если не принимать во внимание её заявленную профессиональную принадлежность.

Хельгенбергер заметно выделил голосом слово «заявленную», однако Риса сейчас интересовал несколько иной аспект:

– Я проводил её в порт на следующий день, она при мне прошла контроль!

– Прошла. И даже улетела. А потом, что довольно интересно, вернулась. Полиция у нас туповата, но, если правильно поставить задачу… любуйтесь.

Точёное личико облаченной в мимикрирующий комбинезон Бернадетт, лежащей в расщелине скалы, было спокойным, удовлетворенным и абсолютно безжизненным. Силуэт женщины несколько портили контуры гравиподвеса. Над плечами выступал каркас крыла. Не умеет летать?! Ну-ну… с-сука!

Рядом с телом валялась плазменная винтовка.

– Какой берег? – резко бросила Лана.

– Левый.

– Значит, по нам стреляла она. Больше, вроде, некому. По крайней мере, все повреждения… ч-чёрт, голова не варит совершенно. Она была одна?

Младший досадливо поморщился:

– Не знаю. Никаких следов. Кстати, крыло хорошее, славное крыло… визуально видно, а на сканерах пустота.

– А можно взглянуть на картину целиком? Есть схема? С расстояниями? Где мы, где эта дамочка…

Не тратя даром слов, Младший вывел на дисплей изображение, и Лана надолго прикипела к нему взглядом, бормоча себе под нос что-то, связанное с цифрами.

– Угу, – подытожила она, наконец. – А дай-ка мне крупным планом её ствол… замечательно. Мне нравится. Ты даже не представляешь, Том, КАК мне нравится.

Забылась она, или действительно входила в число людей, имеющих право обращаться к Младшему на «ты» и по имени, Рис не знал, но дал себе слово выяснить. Так или иначе, Младшего фамильярный оборот нисколько не смутил.

– Дальше интересно?

Лана опять замерла, давая Рису возможность главенствовать в разговоре.

– Интересно, – кивнул он, сжимая её плечо.

– Ваши подвес и крыло, мистер Хаузер, точнее, то, что с ними сделали – восторг. Полный. Если бы речь не шла о моем постояльце… впору восхититься. Работа была проделана ювелирная. Чего-то туда определённо напихали, вот только вся посторонняя начинка взяла, да и самоуничтожилась. Красота, что уж там. А самое интересное состоит в том, что самоуничтожилась она, судя по оставшимся следам, секунды через три после того, как Мелисса подхватила вас на свое крыло. И после того, как этой начинки не стало, крыло вернулось к рабочему состоянию. Осталось только что-то вроде сдвоенного таймера, настроенного не только на время, но и на конкретное по счету использование сенсора раскрытия крыла. Он тоже должен был испариться, но что-то не прокатило. По всей видимости, количество срабатываний. Или время свободного падения, закончившееся раньше расчётного показателя. Или и то, и другое. Вы что-нибудь понимаете?

Лана нетерпеливо поёрзала, и Рис убрал руку с её плеча.

– Что вы сделали с трупом? – Лана снова вернулась к официозу, и Том-Младший опять «не заметил» этого.

– Доставили сюда. Это МОЁ предприятие, мисс Тевиан.

– Не спорю, сэр. Но я хотела бы взглянуть на тело до вскрытия. Оно же будет, я права?

– Разумеется.

– Вы доверяете опыту своего патологоанатома?

– Доктор Джером Хьюз работает в Центральном полицейском управлении Флореса, и преподаёт в тамошнем университете. Так что да, доверяю.

Центральное полицейское управление столицы и её же университет… пожалуй, специалист действительно не из худших, подумалось Рису.

– Я хочу посмотреть, – повторила девушка. – Это возможно?

Младший поднял глаза к потолку, что-то прикидывая.

– Доктор Хьюз будет здесь примерно через четверть часа… возможно, конечно. Но что вы надеетесь увидеть?

– Узнаю, когда увижу! – отрезала Лана и начала сползать с кровати. – Рис, моя трость осталась на террасе, не мог бы ты…

Младший поморщился, что-то набрал на браслете, и в открывшуюся дверь номера величественно вплыло гравикресло.

– Прошу вас, мисс Тевиан. Надеюсь, вы позволите вам помочь. Мистер Хаузер, вы будете сопровождать?..

– А как же! – ощерился Рис. – Только трость прихвачу. На всякий случай.

А дальше были пустой коридор внешнего кольца, служебный лифт и морг.

Вряд ли это помещение являлось моргом в общепринятом смысле слова. Отсутствовали, к примеру, ячейки для тел, столь часто показываемые во всех детективных голосериалах.

Кстати, кто-нибудь когда-нибудь задумывался о предназначении верхнего ряда ячеек? Того самого, который расположен на уровне глаз, а то и выше человеческого роста? Как закладывать туда тело, как доставать его оттуда и как перемещать? Нет, конечно, сейчас существуют гравиподъёмники – там, где полицейские морги финансируются в достаточной степени. А если в недостаточной? А в старину на той же Земле как действовали? Гидравлика? А где она прячется? Или ручками? Со складной лестницы? Ну, сильны были предки, что тут скажешь…

Впрочем, остальные атрибуты – пробирающий до костей холод, сверкающий секционный стол, острая вонь дезинфекции и множество сканеров самого разнообразного назначения – наличествовали.

Стол был занят: на нём лежало прикрытое одноразовой простыней тело Бернадетт, уже раздетое и обмытое. Но главным действующим «лицом» – несмотря на лучи направленных светильников – являлось, всё-таки, сейчас не оно.

Рис задержался у дверей, дабы иметь возможность видеть всю картину разом. И, следует это честно признать, картина его не разочаровала.

Лана подрулила на своём кресле к столу, секунду или две потратила на разглядывание его «ноши», и буркнула: «Перчатки!».

Простимулированный грозным взглядом Младшего сотрудник метнулся к девушке с баллончиком «Универсальной работы» в руках, а дальше… дальше началось.

Лана не ограничилась тем, что покрыла спреем руки почти до плеч. Задействованы оказались и ноги, причем штанины шортов балансирующая на одной ноге девушка задрала, не стесняясь присутствия мужчин, практически до той точки, где сходились бедра. Мелькнул краешек кружевных трусиков. Кажется, стрингов. Интересно, Младший оценил качество депиляции?! Рис – оценил.

Снова усевшаяся в кресло, Лана подняла его повыше и оттянула правое веко покойной Бернадетт. Раздражённо поморщилась, изменила направление светильника, и снова принялась всматриваться, задействовав теперь – видимо, для сравнения – и левый глаз тоже. Подтянула сканер, привычно, не глядя, забегала пальцами по возникшей в воздухе клавиатуре.

Мужчины недоумённо переглядывались и пожимали плечами: пока было совершенно непонятно, что именно она ищет.

– Ясненько, – буркнула «Мелисса Тевиан». Рассматривать глаза трупа она уже закончила, и теперь совершала суетливые перемещения возле стола. Затем вдруг оказалась на нём. Верхом на теле. Будь у Риса время подумать, он бы ужаснулся. Или восхитился. Или даже попятился от откровенной непристойности происходящего. Или… времени ему не дали.

– Рис, помоги!

Подойдя к столу, он подхватил на сгиб локтя, создавая дополнительную опору, отставленную в сторону правую щиколотку женщины.

– Спасибо, милый! – пробормотала Лана «Локи» Дитц, не отрываясь от своих действий.

Действия были загадочными – с точки зрения стороннего наблюдателя. Лана ощупывала одновременно оба плеча лежащего на столе тела. Затем пришел черёд бицепсов и трицепсов… локтей… предплечий. Потом пальцы закрывшей глаза девушки надолго задержались на области чуть выше запястий. Она нажимала, поглаживала, с силой натягивала кожу в направлении от запястья к локтю.

Дошло и до кистей: придирчивому изучению подвергся каждый палец. Лана кусала нижнюю губу, видимо, не находя того, что, по её мнению, должно было здесь обнаружиться.

– Юная леди! – донёсся от входа в помещение хорошо поставленный мужской голос.

Хозяин голоса, невысокий господин заметно за шестьдесят, облачённый в старомодный костюм-тройку, грозно хмурил густые, очень широкие брови. Из-за его обтянутого твидом плеча выглядывал флегматичный лощёный субъект лет тридцати, по всем признакам готовый со временем превратиться в точную копию патрона.

– Юная леди, соблаговолите немедленно слезть с моего тела!

– На ваше я ещё не залезала, сэр, – сварливо отозвалась Лана, при помощи Риса перемещаясь обратно в кресло. – И, предупреждаю сразу, прогноз неблагоприятный.

Освещение шутило странные шутки: кошачьи глаза и должны светиться, но левый глаз девушки на секунду вспыхнул зелёным, а правый, почему-то, красным. Зрелище получилось жутковатое.

– Доктор Хьюз, – почёл за лучшее вмешаться Младший, – женщина, чей труп вы сейчас будете обследовать, пыталась сегодня убить мистера Хаузера и мисс Тевиан. Попытка не удалась, но… вы же видите.

– Вижу, – кивнул медик. Синяки и ссадины на видимых частях тела «мисс Тевиан» и регенератор на колене говорили сами за себя даже непрофессионалу. – И, тем не менее, мне потребуется рабочее пространство. Вскрытие не терпит присутствия посторонних, так что я прошу всех, кроме моего ассистента, покинуть помещение.

Младший кивнул подчиненным и направился к двери. Лана, однако, и не подумала двигаться с места.

– Мисс? – маститый патологоанатом вопросительно склонил голову набок.

– Доктор, есть несколько вопросов, ответы на которые я хотела бы получить.

– А именно?

– Во-первых, меня интересуют характеристики офтальмологического импланта, вживлённого в правый глаз этой женщины. Серийных номеров почти наверняка нет, но хотя бы общие данные, в особенности примерное время изготовления и установки. Во-вторых, я прошу вас провести тщательное сканирование и сравнительный анализ мышц рук, плечевых и локтевых суставов, обеих ключиц, а также кистей. Особое внимание – пальцам с первого по третий и рёбрам ладоней. Кроме того, я хочу, чтобы вы охарактеризовали состояние правого плеча в целом, лицевых мышц и области за ушами.

Хьюз скрестил руки на груди и ядовито усмехнулся:

– Милочка, если вас интересует, была ли эта особа профессиональным стрелком – так и скажите.

– Виновата, доктор, – коротко склонила голову Лана.

– Ого! – теперь в голосе патанатома звучал неприкрытый сарказм. – Девчонка может уйти из армии, а вот армия из девчонки… где вы служили, дорогуша?

– Там, где за такие вопросы сразу отрывают голову, – в тон ему отозвалась девушка. – И последнее. Я хочу знать, насколько внешность вашей «клиентки» соответствует её истинному возрасту. Быть может, об этом скажет имплант… а быть может, и нет. Посмотрите, пожалуйста, попристальнее.

– И что же заставляет вас думать о возможном несоответствии?

Лана насмешливо покачала головой и ничего не ответила.

Глава 3

Рыба, которую забыли накрыть термоизолирующим колпаком, безнадёжно остыла. Впрочем, есть Лане не хотелось. И Рису, кажется, тоже. Закономерно, в общем-то. Труп на поле боя и труп на столе в прозекторской – это два очень разных трупа. Полицейские и военные быстро учатся не видеть разницы, а вот остальным приходится приспосабливаться на ходу. Кстати, Рис-то молодец. Гражданский агент, ха! Умеет же «Хват» Горовиц людей подбирать…

– Я в душ, – бросила девушка, подкатывая в своем кресле к двери ванной. – Надо смыть перчатки, – она выразительно помахала полученным на выходе из морга баллончиком, – и вообще – надо. Кажется, я насквозь провоняла этой пакостью.

Рис демонстративно втянул воздух и ухмыльнулся:

– Не чувствую. Но тебе виднее. Помочь?

– Сама.

– А если поскользнешься?

– Я?! Здесь?!

Поскользнуться на покрытии пола в ванной комнате и душевой кабине действительно было затруднительно. Даже для обыкновенного человека и даже если этот обыкновенный человек в стельку пьян. Или, как в данной конкретной ситуации, может полагаться только на одну ногу из двух. В любом случае, помощники Лане были не нужны. Поскольку помимо собственно мытья ей следовало проделать одну довольно тонкую медицинскую процедуру.

Скорость регенерации пока что оставалась на почти том же уровне, который демонстрировал её организм шесть лет назад в госпитале тренировочного лагеря «Крыло» после предельно боевой «учебной высадки» на борт круизного лайнера «Стил Флауэр».

Тогда она натворила такого – с перепугу, должно быть – что вообще непонятно, как её не турнули из Легиона. Но не турнули. И скорость регенерации очень даже пригодилась и тогда, и позднее, когда учёба закончилась и началась собственно служба в десанте. Причём упомянутая скорость напрямую завязывалась на выброс адреналина. Что было просто замечательно в девяноста девяти случаях из ста. К несчастью, сейчас она имела дело с оставшимся одним процентом.

Надо… или уже подождать до вечера? После такого следует хоть полчаса побыть в темноте или как минимум с закрытыми глазами. Она включила все светильники вокруг зеркала над раковиной и придирчиво вгляделась в глаза отражения. Точно, правый светлее левого. Но всё-таки пока не настолько, чтобы неискушенный наблюдатель заметил существенную разницу. И вообще, в случае чего, спишем на освещение. Решено, займёмся перед сном.

Чистая кожа, чистые волосы, уютный пушистый халат… что ещё может понадобиться женщине после тяжёлого утра и насыщенного малоприятными событиями дня? Если не хочется спать – только умный, смешливый собеседник. Желательно – противоположного пола, дабы слегка подкрашивать флиртом сложный процесс непринуждённой болтовни. И уж это-то Лана Дитц получила по полной программе.

Им в любом случае надо было найти общие знаменатели. Надолго или лишь на несколько дней, но они стали напарниками, а значит, следовало как можно быстрее притереться друг к другу. Обозначить и табуировать болевые точки. Обнаружить области соприкосновения и совместные интересы. Хоть что-то, на чём можно построить партнёрство. И с этой точки зрения адреналиновой наркомании, взаимного сексуального притяжения и любви к полётам на гравикрыльях было явно недостаточно. Впрочем, для начала годилось и это.

Будь у их разговора свидетели – они уж точно покатывались бы со смеху. Когда собеседники изо всех сил стараются услышать больше, чем сказать, зрелище (слышаще?) получается довольно забавное. Да, полковник Горовиц, командир Ланы и наниматель Риса, приказал доверять друг другу, но есть привычки, от которых трудно избавиться. И всё же они разговаривали.

Продолжалась идиллия, однако, недолго. Ее прервал Младший, связавшийся с Рисом и поинтересовавшийся, принимает ли мисс Тевиан гостей? Доктор Хьюз закончил исследование и хотел бы поделиться выводами и ответить на заданные вопросы. Разумеется, мисс Тевиан гостей принимала.