— Я всего лишь пытаюсь предотвратить проблемы, которые могут помешать нашей игре, — насмешливо заявил он.

— Как это любезно с вашей стороны, — не осталась она в долгу.

Мэтт нахмурился. И как это она при таком характере умудрилась так легко запасть ему в душу?

Рэй вскочил со своего места, лицо его пылало гневом.

Вы оба сумасшедшие, знаете об этом? — крикнул он. — Вместо того чтобы спорить, вы бы лучше подумали о том, как защитить свои задницы, когда я приду за вами. Никто не смеет угрожать Рэю Джонсу подобным образом. У нас с вами теперь есть незаконченное дельце, сестричка.

Буквально выплюнув эти слова в лицо Элли, Рэй Джонс схватил со стола свои деньги и ринулся к выходу.

— Дьявол… — пробормотал Томас, слишком потрясенный, чтобы закончить свое проклятие.

— Он и в самом деле имел это в виду? — воскликнул Джордж.

— Могу поставить на это все, что у меня есть, — спокойно заметил Мэтт.

— Как вы могли допустить, чтобы подобный человек присоединился к вам за этой дружеской игрой в покер? — требовательным тоном спросила Элли, поднимаясь на ноги. — Да ведь это же настоящий… э….

— Бандит? — прервал ее Сет, усмехаясь. — Если бы мы могли доказать это, мисс Карлайл, то Рэй Джонс сидел бы уже в тюрьме. Проблема в том, что единственное, что у нас против него есть, это слухи.

— А кроме того, его деньги так же хороши, как и у любого другого. И мы были бы счастливы освободить его от них, — беспечно заявил Джордж. Он собрал карты, чтобы раздать их для следующей игры.

Элли продолжала стоять, опираясь на стол. Она посмотрела на Мэтта своими холодными нефритовыми глазами, заставив его заерзать на стуле. Все это ему совсем не нравилось. И особенно не нравилось чувство, которое он при этом испытывал.

Саркастически приподняв одну бровь, он вернул ей взгляд, надеясь, что нашел безошибочный способ прервать нервирующее его молчание.

— Вы намерены продолжить, или выбываете из игры, мисс Карлайл?

Он видел, как дернулся мускул на ее сжатых челюстях. Двигаясь медленно, словно во сне, она снова заняла свое место.

Эта маленькая победа оказалась недолговечной. На протяжении всей последующей игры мисс Карлайл с успехом продолжала испытывать его терпение, делая вид, что не замечает его вовсе.

Мэтт изо всех сил старался сосредоточиться на игре. Выиграть теперь стало для него важнейшей задачей. Он отказывался от выпивки, которой время от времени обносили их девушки из салуна. Его партнеры опрокидывали стаканчики виски один за другим, становясь все более и более смелыми и общительными в своих попытках очаровать единственную присутствующую за столом леди. Поэтому, а также из-за того, что их внимание было слишком рассеянным, выигрывать у них оказалось делом до нелепости легким.

Небольшая кучка денег перед Элли довольно долго не уменьшалась и на какое-то время даже выросла, когда ей удалось случайно выиграть партию. Однако в течение последних двух часов ее запасы медленно, но неуклонно таяли. В конце у нее не осталось почти ни одного шанса, так как Мэтт был решительно настроен выиграть.

Наконец у нее совсем ничего не осталось.

Сет, Джордж и Томас почти одновременно принялись уговаривать ее взять у них взаймы. Их искренне огорчала возможность лишиться ее приятной компании, о чем они поведали ей в самых изысканных и цветистых выражениях. — Благодарю вас, джентльмены, но я вынуждена отказаться от ваших лестных предложений, — сказала она мягко, жестом останавливая их протесты. — Я проигралась окончательно и бесповоротно и вынуждена на этом закончить сегодняшнюю игру. Было очень приятно встретиться с вами со всеми. Благодарю вас за приятный вечер. Она поднялась, полная достоинства. Все четверо мужчин встали почти одновременно с ней. Мисс Карлайл чуть склонила голову перед Мэттом в напряженном, но тем не менее изящном поклоне, признавая свое поражение. Затем она повернулась и, гордо распрямив плечи, направилась к выходу, соблазнительно шурша юбками.

Джордж и Томас что-то разочарованно пробормотали и заняли свои места за столом.

Мэтт молча уставился на закрывшуюся дверь, испытывая непонятное чувство разочарования. Она полностью потеряла все свои деньги, но это произошло в честной игре. Камень с вырезанным на нем ягуаром по-прежнему висел на его шее. Так отчего же он испытывал сейчас чувство вины? Но самое главное — чего он этим добился? Каким образом он теперь сможет завоевать ее доверие, чтобы она добровольно рассказала ему о том, что ей известно о камне?

Ну что же ты, Мэтт? Неужели ты так и позволишь ей уйти? — подначил его Сет.

Мэтт быстро схватил свою шляпу и плащ.

— Подсчитай, что мне там причитается, Сет. Я загляну к тебе попозже. Всего доброго, джентльмены.

— Все это довольно глупо, — воскликнул Томас. — Мне кажется, ты ей даже не нравишься!

Уже покидая комнату, Мэтт услышал, как Джордж сказал раздраженно:

— Давай-ка раскопай еще парочку игроков, Морган. Дьявол побери этого Деверо с его бабой! Еще нет одиннадцати! Я не готов так рано заканчивать игру.

Мэтт выбежал на улицу, прямо в объятия теплой ночи. Он поискал взглядом гибкую фигуру в сером и почти сразу обнаружил ее, спешащую по улице в направлении “Гранд-отеля”.

Направляясь за ней следом, Мэтт старался сохранять дистанцию. Он держался настороже: хотя последние годы в Альбукерке стало спокойнее, опасность могла возникнуть совершенно неожиданно.

Рэйлроуд-авеню была в этот час почти пустынна. Для ночных завсегдатаев салунов и борделей было еще слишком рано отправляться по домам, а остальные жители давно спали. Навстречу Элли попался лишь какой-то бродяга на противоположной стороне улицы, вежливо поднявший при ее приближении шляпу, однако ее внимание было полностью сосредоточено на дороге впереди нее, освещенной фонарями.

Там чуть впереди появилась высокая темная фигура. Человек замешкался, оставаясь в глубокой тени, а затем скользнул в переулок между государственной конторой и двухэтажным зданием городского банка.

Элли не замедлила шага. Похоже, она даже не заметила возможную опасность. Мэтт тихо выругался себе под нос.

Его не слишком заботило то, что в свете уличных фонарей его высокая фигура могла представлять собой хорошую мишень. Пожалуй, он был бы удивлен, если бы на него напали сейчас с тыла. Чтобы срезать путь, он обогнул ближайший дом и несколько деревьев. Мягкая грязь смягчала звук шагов. Двигаясь совершенно бесшумно, он скользнул в тот же переулок, в котором скрылась таинственная фигура, только чуть дальше от центральной улицы.

Человек ждал на другой стороне, чуть пригнувшись к земле. Света, проникающего сюда между двух кирпичных зданий, оказалось достаточно, чтобы Мэтт смог рассмотреть оливково-зеленую рубашку и кожаный жилет.

Осторожно подкравшись к Рэю Джонсу, он обхватил его за шею левой рукой. Джонс смог лишь прохрипеть Что-то нечленораздельное, когда Мэтт резким движением утащил его дальше от улицы в глубокую тень. Попытка Джонса к сопротивлению оказалась весьма короткой, стоило лишь Мэтту известным ему приемом пережать артерию, снабжающую мозг кровью.

Мимо переулка прошла Элли, она двигалась легко и уверенно, даже не подозревая, как близко ее подстерегала беда.

Мэтт чуть ослабил хватку, чтобы не дать Рэю отключиться окончательно. От человека в бессознательном состоянии едва ли можно получить необходимую информацию. И хотя все это было не совсем так, как Мэтт задумал, он не собирался упускать представившуюся ему возможность.

Он выхватил револьвер бандита и отбросил его подальше. Затем развернул Джонса и прислонил спиной к кирпичной стене, продолжая удерживать за рубаху. Вытащил из кобуры свой револьвер, приставил дуло прямо к виску Рэя и снова как следует встряхнул его.

Рэй закашлял и принялся растирать саднящее горло. Дыхание с шумом вырывалось из его груди.

Сукин ты сын, Де… Деверо, — прохрипел он. — Я прикончу тебя за это.

Это ты уже говорил. Но пока все наоборот. Мэтт сильнее нажал дулом на голову Рэя.

Глаза бандита чуть больше раскрылись, когда он почувствовал боль от уткнувшейся в висок холодной стали. Он дернулся, больно ударившись головой о стену. Шляпа смягчила удар.

Не будем терять время. Предупреждаю: отказ отвечать на мои вопросы меня очень рассердит. А когда я сердит, у меня начинается зуд в пальце, лежащем на спусковом крючке. Я ясно выражаюсь?

Рэй кивнул.

— Я знаю, что ты член банды Хейли. Не трать ни свое, ни мое время, отрицая это.

— Да? Так вот, оказывается, кто я такой! — вызывающе отвечал Рэй.

Мэтт медленно взвел курок, пока тот не щелкнул со зловещей определенностью. Рэйли судорожно глотнул.

— Я хочу знать, кто из членов шайки ездит на гнедом жеребце. Пятнадцать с половиной ладоней, черные подпалины, черные грива и хвост, ни одного белого пятнышка, за исключением пятна размером с серебряный доллар на левой передней ноге выше копыта.

— Его взял себе Дэрби. Бен Дэрби. Сначала его очень хотел забрать Клив, но он для него слишком мал.

— Слишком хорош, если уж быть точным. Этот жеребец арабских кровей, который и ценится за свои небольшие размеры. Как говорится, благородного происхождения. Клив Хейли, напротив, представляет собой яркий пример самого низкого происхождения в сочетании с огромными размерами.

— Лучше бы ему этого не слышать.

— А что с моим “винчестером”? — спросил Мэтт. — Его невозможно не заметить: резной красновато-коричневый приклад, гравировка на стволе — три мустанга с золотой инкрустацией на патроннике.

Рот Рэя скривился в ухмылке.

— Так это был ты? Это тебя они тогда подстерегали в горах?

— Неважно. Так у кого он?

Циничная усмешка Рэя внезапно исчезла с его лица вместе с последними красками. Он выглядел сейчас ну прям что твой мертвец.

Мэтт саркастически улыбнулся. Ответ на его вопрос был очевиден. Рэй был не только самым трусливым, но и одним из самых ненадежных членов шайки, который своим непостоянным характером и болтливостью заслужил довольно скверную репутацию вверх по Рио-Гранде.

Позволь, я догадаюсь. Сэм Хейли взял его, не так ли? — Быстрое движение головы Рэя можно было принять за кивок, что Мэтт и сделал.

— Ты наверняка должен с ними встретиться. Где именно?

— Нигде, — пробормотал Рэй, словно стараясь вжаться в кирпичную стену. — Я порвал с ними.

Ты не слишком искусный лжец, Рэй. Когда и где ты с ними встречаешься?

— Я не могу тебе сказать! Они убьют меня, если узнают!

— Ну, уж по крайней мере не от меня, — возразил Мэтт. — Убьют тебя братья Хейли или нет, это еще вопрос. А вот я точно собираюсь спустить курок, можешь быть уверен. Отвечай, или то, что от тебя останется, придется долго отскребать от стены.

Рэй судорожно сглотнул. Кадык на его шее дернулся вверх и вниз. Его голос отчего-то вдруг повысился до фальцета:

Санта-Фе. Через три дня.

Мэтт чуть отодвинулся от своей перепуганной жертвы. Продолжая сжимать его плечо, он оторвал бандита от стены и пихнул в сторону темного конца переулка.

Рэй с трудом выпрямился и сделал несколько шагов. Затем обернулся и спросил:

Откуда ты узнал обо мне?

— От шерифа Моргана. Ты становишься все более реальным претендентом на то, чтобы занять одну из его камер.

— Так я тебе и поверил! У них нет на меня ничего, — презрительно фыркнул Джонс. — Во всяком случае, ничего существенного.

— Я знаю. Но как добропорядочный, законопослушный гражданин, я сообщу, что ты угрожал мисс Карлайл расправиться с ней. Будь осторожен, Рэй. Не наделай глупостей.

— Чушь собачья. На меня ничего нет!

— После того, как ты угрожал ей в присутствии нескольких свидетелей? Не слишком-то умно с твоей стороны.

— Да ты…

— Обзываясь, ты лишний раз испытываешь мое терпение, которое в данный момент полностью переселилось в мой указательный палец. Помнишь? У меня есть револьвер, а у тебя нет. — Насмешливый тон Мэтта превратился в зловеще-ледяной: — А теперь убирайся!

— Ты затеял паршивую игру, Мэтт. Клив и Сэм не станут дожидаться, когда ты придешь за ними.

— А я на это и не рассчитываю, — мрачно ответил Мэтт.

5.

Он выиграл.

Элли склонилась над железными перилами веранды третьего этажа, на которую выходил ее номер. Старинные часы в вестибюле пробили полночь, их печальный звон еще больше усиливал мрачное настроение, в котором пребывала Элли последние два часа, наблюдая за непрекращающейся суетой вокруг салунов.

Ее последняя слабая надежда завладеть камнем с изображением ягуара потерпела полный крах, к тому же она истратила на это почти все свои деньги.

Элли вытащила из-за корсажа свой талисман с изображением змеи и сняла с шеи ремешок. Сжимая круглый камень в ладони, она потерла его большим пальцем, повторяя изгибы вырезанного на нем рисунка. Надежда, появившаяся при виде еще одной части головоломки, рассыпалась прахом, оставив в душе пустоту и саднящую боль утраты.

Но это еще не конец. Слишком многое поставлено на карту.

Если верить портье, человек, похожий по описанию на Питера, проехал через город дня два тому назад. Судя по всему, Питер выиграл у нее время благодаря тому, что на ее же деньги смог купить свежих лошадей.

Элли подняла талисман на уровень глаз.

Сможет ли Питер найти сокровища Монтесумы без тебя? — задумчиво спросила она, обращаясь к двухголовой змее, вырезанной на камне. — Ты моя единственная надежда. Но одной тебя мне недостаточно. Судя по карте, я Должна найти пять таких фрагментов.

Горло сжималось от горьких сожалений. За последние сутки она обнаружила еще один такой талисман, еще один ключ к сокровищам и, похоже, лишилась его навсегда. Она даже держала его в руках. Но все кончилось тем, что этот талисман достался какому-то бесчестному, бессердечному игроку, пусть и самому красивому из всех мужчин, каких она встречала в своей жизни. Самое обидное, что он даже не представляет, какое сокровище ему досталось. Впрочем, пусть уж лучше не догадывается.

Перевернув камень, Элли провела ноготком по вырезанным на его поверхности линиям, продолжая разговаривать сама с собой:

— Если Питер найдет эти сокровища, он тут же во расплавит и продаст. Самые великолепные из всех редчайших сокровищ, существовавших с древних времен, погиб нут из-за его жадности. Вся эта история, красота, все по гибнет безвозвратно. Я просто не могу допустить, чтобы это случилось.

Легкое движение в угловой комнате, расположенной б дальнем конце веранды, привлекло внимание Элли. В следующее мгновение она увидела, как на середину комнаты шагнул Мэтт Деверо, словно материализовавшись из ее мыслей. Он бросил пару седельных сумок на стул и подошел к окну.

Элли испугалась, что он заметит ее, стоящую на веранде, но он .лишь отодвинул щеколду и открыл окно. Затем он так же открыл остальные три окна. Теплый ночной ветер, влетев в комнату, принялся шевелить шторы на окнах.

Чуть успокоившись, Элли поняла, что Мэтт не может ее увидеть, так как она стоит в глубокой тени, в то время как она сама может разглядеть его во всех интересующих ее подробностях. Это был просто перст судьбы, предоставившей ей возможность рассмотреть человека, который так неожиданно возник на ее пути. Понаблюдать за ним, увидеть его слабости, понять, каким образом — пусть хоть и самым парадоксальным — она смогла бы уговорить его продать камень.

Мэтт скинул пиджак и бросил его на спинку стула; Элли получила возможность проверить свое впечатление о ширине его плеч. Она, не отрывая взгляда, наблюдала, как сильные тонкие пальцы, которые так ловко управлялись с картами за игорным столом, сейчас распускали узел галстука и расстегивали воротничок сорочки. Жилет полетел следом за пиджаком, черный шелк сверкнул, словно оперение огромного ворона.

В каждом движении Деверо сквозил гнев, казалось, сам воздух в комнате был наэлектризован исходящей от него яростной энергией. Элли уставилась на него, совершенно ошеломленная, не понимая, какая муха его укусила. Что могло вызвать такую яростную реакцию? Совершенно ясно, что это никак не могло быть связано с ней, она вообще не способна пробудить в мужчине каких бы то ни было ярких эмоций, ни положительных, ни отрицательных. А кроме того, он уже получил от нее все, что хотел, и у него не было никаких причин вообще вспоминать о ее существовании.

Элли попыталась быстренько подавить в себе необъяснимое чувство сожаления, напомнив себе, что этот негодяй не только сохранил свой талисман, но еще и выиграл львиную долю всех ее сбережений в качестве компенсации за причиненное ему беспокойство!

Тем временем Мэтт скинул с плеч подтяжки, оставив их висеть по бокам. Наклонившись над фарфоровым тазиком для умывания, он плеснул в лицо воды. При этом брюки, наткнувшись, четко обрисовали линии его мускулистых ног.

Элли подошла чуть ближе. Негодяй он или нет, но следовало признаться, что на Мэтта Деверо было очень приятно смотреть. Между тем он выпрямился, вытащил полы Длинной белоснежной рубашки из брюк, своими тонкими Длинными пальцами расстегнул пуговицы и распахнул ворот. Элли затаила дыхание. Заветный талисман висел на его груди, уютно устроившись среди не слишком густой Поросли темных курчавых волосков.

Ее взгляд скользнул чуть ниже, завороженный видом Плоского мускулистого живота, и тут же, словно испугавшись своей дерзости, быстро взметнулся вверх, к его лицу. Элли покраснела, пораженная своей странной реакцией Вот уж никогда она не думала, что вид полуголого мужчины может так взбудоражить ее. Мэтт поднял руки и, сложив их сзади в замок, обхватил себя за шею. Полы рубахи полностью разошлись. Жар разлился по животу Элли, проникая в каждую клеточку ее тела. Но прежде чем она успела задаться вопросом о причине этого странного, незнакомого ей ощущения, Мэтт опустил руки. Какой-то предмет, покачиваясь на шнурке, свисал с его пальцев.