Телестерион [Сборник сюит]

             ИСАБЕЛЬ             (вспыхивая) Молчи! Свободна я, как дон Жуан, И ночь моя принадлежит счастливцу, В кого я влюблена или люблю. (Подает знак Луису, который играет то на флейте, то на лире, — танцует и поет.)     Плывет там облако — ладья          В надзвездные края,          А кормчий, как ребенок,          Превесел он с пеленок.     Я славлю шалости его.     Амур! Амур! Чье торжество     Для всех и радость, и отрава,          И жизни этой слава.          Есть в мире он один,          Веселый властелин,     Хотя приносит много горя,     Как нет спасенья в буйстве моря.     Ладья моя, плыви, плыви,                Ковчег любви!

Рукоплещущих гостей выпроваживает с нетерпением, заметив дон Жуана на балконе. Исабель и дон Жуан.

              ДОН ЖУАН Чей это дом?                ИСАБЕЛЬ                         Тебе и знать не надо. Мне быть без покровителя нельзя. Ты ж думаешь лишь о себе, свободный От всяких уз, как юноша влюбленный, Как ветер, проносящийся в цветах.               ДОН ЖУАН       (беспокойно, как бы про себя) Я виделся с инфантом. Это сон! Я не могу опомниться, так странно Себя повел он, будто сердце гложет Тоска такая, совладать с которой Не в силах, ум за разум, — а причина, Я думаю, несчастная любовь, Запрет на лакомый кусок у трона, Когда не знал ограничений он В страстях своих, как баловень судьбы. Он, как во сне; вся жизнь его, как сон, В котором все доступно и ничего. Он любит в матери свою невесту, К отцу ревнуя до потери сил. Свобода и любовь — все под запретом, Как в склепе замурованном — у трона.              ИСАБЕЛЬ Ах, что несешь, мой милый? Дон Жуан В философы подался. Что же будет?             ДОН ЖУАН На что единственное покусился Инфант несчастный — на свиданье в парке, Где королева прежнею невестой Глядела на него, все обещая И взором, и повадками любовь, У них уж отнятую безвозвратно.               ИСАБЕЛЬ Все в том же духе. Ты переменился. Или ко мне? О, нет! Тебя я знаю. Прельстителем ты никогда и не был; Серьезен и задумчив ты глядишь На нас, на женщин, привлекая тайной Раздумья и вниманья, возбуждая В нас любопытство и веселый смех. И ты не страшен, простодушно мил Ты с нами, как с детьми, и в том опасность, Стрелок ты меткий, как Амур иль Феб.              ДОН ЖУАН И взор любви теперь опасней смерти, И слово доверительное — смерть. У трона гибнет все, и жизни нет. Да, это сон! И этот сон довлеет Над всеми нами из живущих ныне, С кострами инквизиции святой.               ИСАБЕЛЬ Поговорим мы лучше о любви, Чтоб перейти нам поскорее к делу, Пусть это грех, покаяться успею.              ДОН ЖУАН Любовь не грех, любить сам Бог велел.                ИСАБЕЛЬ А я что говорю? Чего хочу?              ДОН ЖУАН       (рассмеявшись и отходя в сторону) Чего все сущее столь алчет?               ИСАБЕЛЬ Любви, конечно!             ДОН ЖУАН                                Красоты. Любовь — всего стремленье к ней, Любовь — энергия, а сущность, А сущность — это красота, И в ней-то тайна бытия, Ее разгадкою я занят, Как помню с детства я себя.              ИСАБЕЛЬ С тобой согласна я, но после, Я вся горю, тебя люблю!            ДОН ЖУАН Не в жажде наслаждений дело, Не в обладаньи скоротечном, В обманной пылкости страстей, Как в муках радости и горя, Безумствуешь, не познаешь.              ИСАБЕЛЬ Любви я жажду, не познанья.            ДОН ЖУАН Так, жаждешь ты любви, как зверь, Для продолженья рода?              ИСАБЕЛЬ                                             Нет!            ДОН ЖУАН Любви ли жажду? Тайны красоты Изгибов тела, поступи, улыбки, Как воплощенья счастья и любви, — И в ней — в тебе! — вся радость бытия!               ИСАБЕЛЬ           (бросаясь ему на шею) О, дон Жуан! Ты все шутил, как вижу.             ДОН ЖУАН Шутил? О, нет! Как никогда серьезен. Любовь — ведь созерцанье красоты, А страсть — всего лишь действие, что губит Саму любовь и вместе с красотою, — Вот в чем трагизм извечный бытия У трона Господа — и нет исхода.

С улицы доносится музыка, и сцену заполняет южная звездная ночь.

4

Дворец Командора. Покои доньи Анны. Донья Анна и Фелиса.

             ФЕЛИСА Ах, донья Анна, что случилось?           ДОНЬЯ АННА А что?              ФЕЛИСА              Вы бродите в волненьи, Смеясь над кем-то, хмурясь тут же, Что не похоже ведь на вас, Всегда спокойной, до смущенья, Хотя в глазах и жестах радость Беспечно-мило проступает, Как у детей.            ДОНЬЯ АННА                       Я не ребенок. То радость бытия; ведь я, Будь я монахиней, живая И молода, с тем жизнь прекрасна.              ФЕЛИСА То знаю я и хорошо. Я говорю о дон Жуане, Чья слава — пагуба для женщин.            ДОНЬЯ АННА О чем ты говоришь, Фелиса?               ФЕЛИСА Явился он, как бес, внезапно, На женщин лишь вперяя взор. Глаз положил на донью Анну, Как все заметили тотчас.            ДОНЬЯ АННА Да разве на меня смотрел он? На Исабель. Ее он знает. Да на тебя. Ведь ты красива И соблазнительно беспечна В улыбках и телодвиженьях, Как танцовщица иль актриса, — Вот что, я думаю, он любит, В соблазнах тела наслажденье.             ФЕЛИСА Мы возбуждаем аппетит Открытым взором, простотою, И также действуют мужчины, А дон Жуан здесь — сущий дьявол.           ДОНЬЯ АННА Оставь! Такие разговоры Нас совращают тем верней, Что любопытны мы, как Ева. Нет, не играй ты роль змеи! Невинной в мыслях выйти замуж — Мой долг пред небом и супругом. Оставь меня, я помолюсь.              ФЕЛИСА Когда в уме совсем другое, Молиться, право, бесполезно. Энрике просит позволенья Войти.           ДОНЬЯ АННА             Зачем?              ФЕЛИСА                          И он взволнован. Влюбленный ведь всегда ревнив.           ДОНЬЯ АННА К отцу?              ФЕЛИСА                С отцом беда. К другому.           ДОНЬЯ АННА Нельзя мне помолиться Богу.              ФЕЛИСА Но Бог — любовь, молись любви.            (Уходит.)

Входит Энрике.

            ДОНЬЯ АННА Энрике! Что еще случилось?                ЭНРИКЕ                                                       Как! Что мало бед? Еще? Пускай! Мне легче Потоп, землетрясенье вынести И даже смерть свою, но не разлуку С моей любовью в чистоте ее, Какой недаром ниспослало небо, Как светоч дней моих в земной юдоли.            ДОНЬЯ АННА Энрике! Как! Меня ты любишь так?!                ЭНРИКЕ А как поэт, когда он любит, может Любить? Призвание его — любовь, Как у Амура. Данте и Петрарка Воспели Беатриче и Лауру, И я хочу, но также и любить Не просто образ, женщину земную.            ДОНЬЯ АННА Как дон Жуан?                ЭНРИКЕ                             О, да! Ведь он поэт, И он поет любовь, как птицы в небе, И я хочу быть таковым — знать счастье Из высших наслаждений бытия, Чье имя Бог — Амур или Христос, Мне все равно, — так любим мы, поэты.            ДОНЬЯ АННА Хвалу поешь не мне, а дон Жуану. Но чем прекрасен он?                ЭНРИКЕ                                        Скорее дурен, Хотя и светится он весь, как ангел…            ДОНЬЯ АННА Как ангел светоносный Люцифер? Недаром шут его заметил тотчас И с ним повел таинственные речи, Как сущий дьявол, роль его играя. Ты юн, Энрике, и такой пример Воистину опасен для тебя.                ЭНРИКЕ Пример мне подает Амур всевластный, Пуская стрелы, коими изранен Я весь, как Себастьян с мольбою к Богу.             ДОНЬЯ АННА Хвалу поешь любви, не донье Анне. Сестра, я буду матерью твоею, И нам разлука не грозит, Энрике.                ЭНРИКЕ Несправедливо это, донья Анна!             ДОНЬЯ АННА Решения отца и короля — Благое дело. Как иначе можно Здесь рассудить?                ЭНРИКЕ                               Когда бы ты любила! Когда б ты знала страсть любви, как Бога!             ДОНЬЯ АННА Как я не знаю? Я тебя люблю, Когда кого-нибудь люблю на свете, Где я одна, без близких и друзей.                ЭНРИКЕ О Боже! Донья Анна! Ты открыла Мне тайну грез моих и сновидений: Как я люблю тебя, ты любишь тоже.              ДОНЬЯ АННА Двоюродного брата и поэта Немудрено любить твоей сестре.                 ЭНРИКЕ Ведь красота, что зеркало любви, Как небеса и море, мирозданье, Пронизана любовью всеблагою, Столь велика моя любовь, что ты — Ее же воплощенье, красота!             ДОНЬЯ АННА О, горе мне, когда ты прав, Энрике!                 ЭНРИКЕ Но почему же горе, донья Анна?             ДОНЬЯ АННА О, дон Жуан! Надоумил Энрике Событья упредить, как он умеет Из-под венца невесту увести, Прельстив любовью, вместо брачных уз, Пугающих, постылых, как сиротство.                 ЭНРИКЕ Опять о дон Жуане. Но, быть может, Свободу обещая за любовь, Он прав?             ДОНЬЯ АННА                  Обманщик он.                 ЭНРИКЕ                                              Я буду им, Обманщиком, когда меня ты любишь.              ДОНЬЯ АННА Ты хочешь соблазнить меня, Энрике?                  ЭНРИКЕ Ужель ты не мечтала о любви?     Лови мгновения, лови!     Мгновенья юности и счастья —         Прощанья, может статься.     Поет ли в роще соловей,         Всех звонов не жалея,     Цветет ли роза все пышней,     Во пламени любви алея, —     Все о любви моей к тебе     И песни дар в моей судьбе!         Любви отдаться свято,         Мы рождены для счастья!      И соловей, и роза, как во сне,         Любовью дышат по весне.            ДОНЬЯ АННА Как соловей пернатый, ты запел     И ныне явно преуспел. На песнь любви нельзя мне не ответить,     Ведь солнце не напрасно светит, И только освещенная луна         Прекрасна и нежна. И жаждет плоть, как хлеба,         Любви в свершеньях неба,     Вино перетекает в кровь, Как таинство причастия — любовь,          Источник вдохновенья               Во красоте,          А я лишь воплощенье               В твоей мечте.

Вбегает Фелиса.

                ФЕЛИСА Энрике здесь? Вас ищет Командор По дому по всему степенным шагом, Весь в рыцарских доспехах, как явился С ристалищ на потеху короля.              ДОНЬЯ АННА Беги! Тебе нельзя быть здесь, Энрике.                 ЭНРИКЕ Но почему? Я вхож в твои покои С тех пор, как поселилась ты у нас.             ДОНЬЯ АННА Да, с позволенья твоего отца, С его заботой о сестре твоей, За что ему по гроб я благодарна. Уж мы не дети. Все переменилось. Сестра твоя — невеста Командора, А скоро станет матерью твоею.                ЭНРИКЕ Нет, это сон!       (Хочет выйти и отступает назад.)

Входит Командор, крупнотелый, высокого роста.

           КОМАНДОР Ты здесь, Энрике! Что такое? Зарделась ярче розы Анна. Ты взор не опускаешь, — вызов В осанке, словно я твой враг!         ДОНЬЯ АННА         (рассмеявшись) Всяк в рыцарских доспехах страшен.              ЭНРИКЕ Отец!            КОМАНДОР            Нет, выслушай нас прежде, Не стану спорить я с тобой. Король остался недоволен Твоим ауто, представленьем…              ЭНРИКЕ Народ-то хохотал вовсю.             КОМАНДОР А с ним — инфант, что и задело Его Величество, чей вкус И есть мерило для аутос, А не инфанта, не народа, Иначе это вызов власти. А сын мой — возбудитель смуты?              ЭНРИКЕ Веселья — под эгидой церкви, Иначе праздника не будет.            КОМАНДОР Великий инквизитор взглядом Невидящим, как мертвеца (Он стар), мне пригрозил столь явно, Что я весь в камень превратился — От страха, сын мой, за тебя. Но мой испуг король заметил И рассмеялся, что за благо Сочли вокруг — и рассмеялись Во след народному веселью. Я спас тебя на этот раз.             ЭНРИКЕ Отец! Что я? Ты спас театр! Меня ж спасти ты тоже мог бы, Как жизнь мне даровал и имя, С призванием моим поэта, Когда к нам небо благосклонно…           КОМАНДОР О чем твердит?          ДОНЬЯ АННА                              Молчи, Энрике!