На скромную оставшуюся жизнь.
И точно, не оставлю я наследства.
Благодаря аптекам и врачам
Мне много лет. И я впадаю в детство.
Но мама не утешит по ночам.
Но продолжает божий мир вращаться,
Наркоз стихов кончается уже.
И лишь душа не хочет возвращаться,
Таится, словно утка в камыше.
Мир полон и больных, и без гроша,
Но унывать – не стоящее дело.
И потому прошу тебя, душа,
Не покидай страдающее тело.
* * *
Гневно ропщем, грозно свищем,
Бьёмся как боевики.
Есть смиренное кладбище
Возле Сетуни-реки.
Незаконченная драма
Здесь печальна и проста.
Спустишься к мосту от храма –
Это справа от моста.
Здесь ещё витают музы,
В речке тихая вода.
Как ни ссорятся союзы –
Здесь спокойно навсегда.
ПОПЛАЧЬ, ЛЮБИМАЯ, ПОПЛАЧЬ
Поплачь, любимая, поплачь.
Меня в поход позвал трубач.
Иду дорогой полевой
За дымной славой боевой.
Но лунный свет твоих волос
И серебро девичьих слёз,
Как несказанную красу,
Я на погонах унесу.
Играет румянец на юной щеке.
Играет звезда на гранёном штыке.
И кровью смывает с крестов имена.
Россия светла, да темны времена.
Какой поэт в каком веку
Напишет слово о полку?
И воспоёт какой певец
В крови терновый наш венец?
И новой славой окрылён,
За батальоном батальон
Уйдёт в небесные поля –
Жила бы ты, моя земля.
Играет румянец на юной щеке.
Играет звезда на гранёном штыке.
И кровью смывает с крестов имена.
Россия светла, да темны времена.
Походная песня – последняя весть.
Да крест над могилой – последняя честь.
Когда совершится Господен Завет,
Мы встретимся вновь через тысячи лет.
* * *
Ну вот и снова осень, господа,
Предзимние готовя переделки.
Стучит в окно небесная вода,
И яблоки сияют на тарелке.
На переезде, устремляясь прочь,
Огни машин пускаются вприсядку,
А электричка прошивает ночь,
Соединяя чёрную «канадку».
О, не впервые эта кутерьма,
Но жизнь жива, ей хочется согреться,
Мы знаем все, что впереди зима,
Но от зимы земле не отвертеться.
* * *
Года идут с неумолимой скоростью,
Не получается благополучие.
Но в междуречье Сетуни и Сороти
Мне слышатся и чудятся созвучия.
Казалось бы, уж столько отмахали мы,
Но жизнь полна забавными проделками.
А если б Пушкин по пути в Михайловское
Ошибся и заехал в Переделкино?
И обязал нас –
Каждого по совести –
На Сетуни работать
И на Сороти.
Теги: Владимир Костров
«Тот край, куда уж не вернусь»
Михаил СИНЕЛЬНИКОВ
Дрезден
О, Дрезден, королевец древний,
Дрозда славянского гнездовье,
Ты ведал гул железных певней
И на руинах горе вдовье!
Теперь орган сменяют суры,
И утекают постепенно
С улыбкой фройляйн белокурой
Речная зыбь, пивная пена.
Как будто просится на отдых