Феникс: житель Преисподней

- Он самый. Население около трех тысяч человек. Как будем искать? Ты знаешь немецкий?

Джин отрицательно покачал головой.

- Деревня маленькая, попробуем что-то выяснить по возможности без лишних жертв.

- Нет Джин, - опустил я голову, - с каждым километром, что мы приближаемся, я чувствую опасность, чувствую тревогу и отвращение от этого места. Ты как хочешь, а я церемониться с ними не буду.

- Давай просто сделаем дело и поедем дальше, ладно? - примирительно поднял руки Джин, взглядом взывая к моей совести и разуму.

- Хорошо, делаем дело и уезжаем. Не хочу находиться здесь дольше необходимого. Меня уже воротит от этого места.

- Есть какие-то воспоминания из прошлой жизни? - выдвинул догадку он.

Я покачал головой.

- Никогда здесь не был и до сегодняшнего дня толком не знал о существовании этого места. Интуиция на пару с паранойей.

- Ясно, - кивнул Джин, - мы почти приехали. Появились идеи как всё сделать?

- Тормози вон у того дома, - показал я пальцем на уютный домик с оранжевой крышей по левую сторону.

- Надень маску, - сказал Джин, когда я вышел из машины и зашагал к дому.

- Жди здесь, - бросил я через плечо.

Я взглянул на листок с именами жертв, внимательно вчитываясь и тут до меня дошло, что имя у будущего покойника не соответствует местности в которой он живет. Раз так, значит он должен говорить на понятном для меня языке, а значит найти его будет не проблема. Усмехнувшись своей догадке я с ноги выбил хлипкую калитку и зашел во двор. На удивление, собаки не было, впрочем, не стоит забывать об осторожности. На шум вышла женщина и видя меня в полном боевом обмундировании с пистолетом в руке что-то громко запричитала на немецком. Я прервал эту бесполезную тираду выстрелом в голову. В доме больше никого не оказалось и я вышел за калитку, пожав плечами на немой вопрос Джина. Через дорогу был еще один дом и я направился туда не останавливаясь возле машины.

После приема жемчужины во мне произошли определенные перемены, которые я сам еще до конца не понимал. Теперь заставить себя жалеть кого-то стало намного сложнее, чужая жизнь перестала волновать. Возможно этот эффект временный и он скоро пройдет, но именно сейчас я был готов убивать даже не поморщившись. Была еще одна особенность, я больше не был заразным и грибок от меня не передавался. Не знаю почему так произошло, но теперь это намного упростит нам задачу в выполнении списка.

В следующем доме жила пожилая пара, которая толком ничего не могла сказать, дед был немой, а бабка тараторила без умолку до тех пор, пока я не свернул ей шею, а деда швырнул в стену с такой силой, что тот обмяк и больше не встал. Так я входил в каждый дом, читал фамилию и если видел недоуменный взгляд, то истреблял всех, кого находил. На мои действия Джин лишь качал головой, но ничего не говорил. Он прикрывал тыл и не позволял случайным свидетелям поднять тревогу.

И вот дом, такой же как и все остальные, ничем не отличающийся от других, с такой же оранжевой крышей, низким забором и гаражом. В привычной манере я вошел во двор, не церемонясь и не соблюдая правила приличия, выбил входную дверь. Не знаю точно, как я выглядел со стороны, но, наверняка вид мой был не из приятных. Окровавленные руки, грязные берцы с остатками мозговой жидкости на носках, заживающая ссадина на щеке от особо проворного мужичка, который успел схватить тяжелую статуэтку и запустить её в меня. В доме пахло чем-то вкусным, в желудке предательски заурчало словно у пустыша, на что я лишь встряхну головой и ворвался на кухню.

- Где он? - повторил я уже выученную фамилию, смотря на девушку с рыжеватым цветом волос в домашней пижаме и фартуке.

Девушка испуганно вскрикнула и попыталась выбежать в другую комнату, но я перехватил её на пол пути и с силой толкнул лицом в кухонный стол. Послышался хруст ломаемой кости, на пол брызнула кровь, а крик стал еще громче.

- Заткнись! - шикнул я, впечатывая каблук ей в лицо, выбивая зубы и дробя челюсть.

- Не меня ищешь? - раздался за спиной хрипловатый голос. Я рефлекторно повернулся и тут же получил профессиональную двойку в голову тяжелыми кулаками. Будь я самим собой из прошлой жизни, то встать от такого удара уже не смог бы, но сейчас моё тело было в разы сильнее. Впрочем, даже не смотря на это, от такого удара я отлетел в кухонный шкаф и больно ударился затылком о металлическую ручку.

- Нашел, - облизнул я окровавленные губы, - именно ты мне и нужен.

На вид это был обычный низкорослый мужик с бородой, морщинами на лбу и веснушками под глазами. Достаточно ухоженный, пусть и в домашней одежде, в глазах пылала ярость. Кулаки сжимались от злости, он бросился на меня размахивая кулаками и рыча от негодования. Я увернулся от его выпада и вложил лёд в собственный кулак, который с хрустом врезался ему в коленную чашечку. Нога жертвы подкосилась и тот пошатнулся от неожиданности и резкой боли, но я не дал ему возможности опомниться и снова ударил вкладывая всю силу. От этого удара он врезался головой в остывающее тело девушки. Его лицо было залито кровью и ошметками костей, выбитые зубы вместе со сгустками крови сползали по футболке.

- Чего ты хочешь? - спросил он, пытаясь подняться.

Я достал кинжал и провел им по ладони.

- Ты мне никто, я тебя знать не знаю, но так вышло, что сегодня именно ты должен будешь умереть.

Я подошел к нему вплотную, схватил за горло, слегка выпуская холод.

- Пощади ребенка, прошу тебя, - пуская кровавую пену прошептал он закрывая глаза.

- Смотри на меня! - воскликнул я, поднимая ему подбородок. - Ничего личного.

Лезвие кинжала вошло точно между ребер прямо в сердце. Мужик в последний раз дернулся и затих, выпустив напоследок кровавый пузырь со рта.

- Иди сюда. - позвал я Джина, выглянув с окна.

- Феникс, что с тобой? - удивленно спросил он, глядя на меня.

- Что не так? - не меньше его удивился я.

- Ты давно на себя в зеркало смотрел?

Я зашел в ванную и взглянул на себя.

- Ну и рожа, - придирчиво осматривал себя я после тщательного умывания.

- Феникс, глаза. Они черные.

- Вижу, - отозвался я, - нужно сжечь дом со всеми телами и свалить отсюда.

- Здесь больше никого нет?

- Может быть мыши, - пошутил я, - тащи бензин, я пока проверю дом.

Джин вернулся с двумя канистрами, одну отдал мне, а второй начал поливать раскуроченные тела.

- Во дела. - прошептал он достаточно громко.

- Остальные комнаты я сам подожгу, - сказал я заходя в детскую, - жди меня на улице.

Глава 21 Highway to hell

- Там точно никого не было? Ты всё посмотрел? - засыпал меня вопросами Джин, когда мы уехали уже достаточно далеко от места последнего побоища. Я внимательно рассматривал свои глаза в зеркало заднего вида, открывал и закрывал их, стараясь понять что именно с ними произошло. Глаза были полностью черные, даже белки отдавали чернотой.

- Абсолютно уверен, там никого не было, - оттягивая веки перед зеркалом, ответил я.

- Знаешь, Феникс, я не стал тебе мешать, когда ты устроил бойню в поселке, но, черт бы тебя побрал, зачем было убивать всех? Ты в курсе, что можно было прочитать фамилию на почтовом ящике вместо того, чтобы вырезать всех?

Я слегка удивленно приподнял одну бровь.

- Да? А почему сразу не сказал? Решил понаблюдать чем всё это закончится? Ты же весь такой правильный, почему позволил?

Джин тяжело вздохнул и замолчал, он молча крутил руль и сосредоточенно всматривался на дорогу. Я тоже погрузился в свои воспоминания. Перед глазами встала картинка, как я вхожу в комнату, в кроватке лежит ребенок, немного пухловат, не старше года, он смотрит на меня своими серыми глазками и тянет ручки. Ему не страшно, он еще не знает, что такое страх, не знает что такое боль и смерть. Пока Джин занят обливанием бензином коридора и тел убитых, я беру малыша на руки и смотрю на него. Он улыбается. В голове мелькнула мысль от которой не хотелось избавляться. Единственный верный выбор был убить малыша и забыть об этом, но появилась идея совершенно другого направления. Вот у меня в руках клинок данный Фрицем, острое лезвие с легкостью разрезает кожу и из пореза проступает кровь. Черная кровь. Я подношу рану к губам ребенка. Пей, шептал ему я. Малыш сначала кривился, но потом все же сделал несколько глотков и тут же скривился от отвращения. Я тихо открыл окно, взял его в одеяло и растворился в ночи. О нем позаботятся соседи, если выживет после зараженной крови. Что это даст, к чему приведет, какой будет результат я не знал, да и никогда не узнаю, но чувствовал, что так было нужно сделать.

- Кто у нас следующий по плану? - нарушил Джин молчание.

Я залез в карман и достал мятый список будущих жертв и разорвал его на две равные части.

- Джин, нам пора разделиться. Я хочу понять, что со мной происходит, хочу быстрее закончить это дело и наконец-то отдохнуть. Ты же видишь, что я уже далеко не тот, кто был раньше, не тот, кого ты встретил бредущего в поисках спасения много лет назад. Всё затянулось слишком далеко. Вспомни как просто было раньше. Мы охотились, спасали людей, уничтожали тварей. Это стало чуть ли не семейным делом. Да-да, Джин, ты для меня как брат. Знаешь, семья ведь не начинается на крови и на ней не заканчивается. Семья это люди, которые с тобой рядом даже тогда, когда ты делаешь им больно, когда любят тебя и принимают всяким. А что теперь? Теперь мы два маньяка, которые не боятся замарать руки о кровь невинных, истребители людей у которых нет даже шансов нам противостоять. Тот немец, которого я забил в последний раз, знаешь, ведь будь я самим собой и не обладай навыками, которые получил дома, не имей я такого тела, он бы убил меня в два счета. А в итоге что? В итоге я одним ударом раздробил ему колено и разорвал внутренние органы и даже не поморщился. И самое ужасное в этом то, что я не чувствую за собой вины.

Джин молча слушал мой монолог и лишь изредка поглядывал на меня уголками глаз.

- Останови машину, - попросил я.

Мы остановились на обочине посреди леса по обе стороны. Извилистая дорога шла все дальше на север, постепенно уходя на запад в сторону Нидерландов. В сумерках замигали огоньки аварийки, мимо проезжали одинокие машины вечно куда-то спешащих людей. Никому ни до чего не было дела, как и нам до них.

Я достал пистолет и не думая выстрелил себе в ногу. Пуля прошла сквозь мягкие ткани и свистя врезалась в пол, уже изрядно потеряв свою убойную силу. От выстрела Джин слегка вздрогнул, но продолжил наблюдать за мной.

- Смотри, - разорвав штанину, оголил я ногу в черных разводах. Раны на ноге не было, лишь черное пятно липкой грязью блестело в свете тусклых ламп внутреннего освещения машины.

- И давно это у тебя? - выпуская серый дым в приоткрытое окно, спросил он.

- С того момента, как принял жемчужину. Я обязательно вернусь и мы продолжим, если останутся еще хвосты. Давай встретимся на мосту Капелано в Канаде. Я буду ждать тебя там 19 января с утра до полуночи. Надеюсь ты вернешься жив и здоров.

- 19 января? - Джин немного нахмурился, - это еще чуть больше месяца, думаешь сможешь за это время разобраться в себе?

- У меня нет другого выбора, Джин, я должен. Если не пойму кто я такой, для чего вообще создан, то какой тогда смысл от такой жизни? Я так больше не хочу и не могу.

- Понимаю. Хорошо, брат. Встретимся в Канаде через месяц.

- Береги себя, - похлопал я его по плечу.

- Ты тоже, - усмехнулся он.

Я вышел из машины, взяв с собой только пистолет и к нему несколько магазинов.

- И еще одно, - заглянул я через окно, оперевшись о дверцу, - если у меня не получится, если я не смогу вернуться, если что-то случится, передай привет Фрицу и скажи Лине...

- Я всё сделаю, обещаю.

Я благодарно кивнул и отошел от старенькой иномарки давая Джину возможность выехать на дорогу. Еще несколько минут стоял у обочины и смотрел уезжающей вдаль машине с моим единственным другом, с тем, кто стал мне самым родным и близким. В прошлой жизни я бы не смог похвастаться наличием такого человека, никогда у меня раньше не было друзей, я всегда был одиночкой.

Начался мелкий ледяной дождь, но он меня не смущал и не причинял неудобств, даже наоборот, холодные капли остужали кипящую голову и приводили мысли в порядок. Я перешел на другую сторону дороги и зашагал в обратном направлении. За этот месяц предстояло сделать очень много дел и все они не из простых. В спину ударил свет фар приближающейся машины.

- Ну, поехали, - усмехнулся я сам себе и встал посреди дорожной полосы. Водитель ехал медленно из-за пустившегося ливня, так что успел вовремя среагировать и остановиться прямо передо мной. Я довольно улыбнулся и помахал ему рукой показывая свою доброжелательность. Тихо кашлянул пистолет, решив мою проблему с транспортом на ближайшее время. Труп мужичка средних лет я стащил под ближайшее дерево и слегка присыпал листвой. Его, конечно же, найдут, но это будет потом, а сейчас пора убираться отсюда. Я взглянул на свой обрывок списка, вбил адрес в навигаторе, включил музыку по радио и вжал педаль газа в пол. Ливень не прекращался, дорогу было еле видно, но я продолжал гнать всё набирая скорость. Аварии я не боялся, смерти тоже. Мне было даже интересно смогу ли выжить после столкновения с деревом или другой машиной.

- I'm on the highway to hell

On the highway to hell

Highway to hell

I'm on the highway to hell. - напевал я, стараясь положить стрелку спидометра, гоня почти в полной темноте под проливным дождем.

Яркий свет встречных фар. Вспышка. Скрежет металла. Звон выбитых стекол. Хруст ломаемых костей. Короткий полет сквозь лобовое стекло. Визг тормозов. Черный мокрый асфальт перед самым лицом. Шум ветра в ушах. Тьма.

Глава 22 Чудовище

Я медленно открыл глаза, вокруг была непроглядная тьма, воздуха в легких не хватало, осколки битого стекла мешали векам нормально открыться и я попытался пошевелиться. Боли не было, было лишь чувство потерянности и обреченности. Я лежал под обломками раскуроченной встречной машины, какая-то железка торчала из груди, правая рука вывернута по неестественным углом. Жалкое зрелище. Жалкое и страшное. Здоровой рукой я попробовал вытянуть застрявшую железяку из себя. Открылась рана и на асфальт потекла черная кровь густым ручьем, пачкая ошметки одежды. С хлюпающим звуком мне все же удалось выдернуть обломок. Боли по-прежнему не было, что оставалось загадкой и было несколько странно, учитывая масштаб повреждений, очень странно, что я вообще выжил. Теперь стоило попытаться встать, что было не так-то просто, моё тело было раскурочено и нуждалось в срочной проверке, впрочем, это меня волновало меньше всего. Сейчас важно было уйти отсюда как можно быстрее не привлекая внимания. Сквозь шум дождя до меня донесся вой полицейской сирены, если они меня найдут, то возникнет очень много лишних вопросов, на которые не хотелось бы давать ответы в участке. Кое-как выбравшись из-под машины, напоминающую груду металлолома, я откатился на обочину и с максимально возможной для меня скоростью пополз вглубь леса. Я знал, что оставляю за собой кровавые следы, но на этот счет особо не переживал. Дождь и ночь были моими союзниками, которые скроют все лишние следы. Каждое движение становилось все легче, уже совсем скоро я мог медленно идти, а еще минут через пять я спокойно бежал сквозь лесную чащу. При мне не осталось ни оружия, ни денег, ни телефона. Возвращаться не было смысла, да и нельзя, учитывая сколько народу съехалось на место аварии. На этот раз смерть проиграла. Сейчас нужно было обзавестись вещами первой необходимости и сменить одежду, да и немного привести себя в порядок. Дождь был не в силах смыть всю грязь и кровь, он лишь оставил черные разводы по всему телу.

Я бежал несколько часов вдоль леса не чувствуя усталости по направлению к ближайшей деревне. Ближе к утру вдали показались огни спящего поселка. Не могло быть и речи, чтобы найти заброшенный дом, в этих краях люди не бросают свои дома на растерзание мародерам, а значит придется освободить чей-то дом силой. Пытаться объяснить тем, кто не поймет ни слова, да еще и поднимет крик, совершенно не хотелось. Я долго не выбирал, присмотрел уютный домик, где горел свет, убедился, что меня никто не видит и одним прыжком перемахнул через забор к входной двери. Негромкий стук, чтобы не привлекать внимания и вот за дверью послышались шаркающие шаги.

- Wer ist da?(Кто там? нем.) - услышал я глухой голос за дверью.

- Ja, ja, - ответил я первое, что пришло в голову.

Щелкнул замок, на пороге стоял мужчина средних лет, скорее старый, чем молодой. Густые седые волосы завязанные в хвост, черная с седым борода вздымалась в такт с дыханием. Одет он был в ванный халат с поясом и тапочки. И не спится же ему в такое время. Я улыбнулся и сделал шаг внутрь дома, отодвигая деда в сторону. Он стоял с окаменевшим лицом, от удивления морщины стали еще глубже, а дыхание стало прерывистым и свистящим. Спустя мгновенье дед схватился рукой за сердце и начал медленно оседать на пол, закатив стекленеющие глаза. Я закрыл за собой дверь, перешагнул через труп деда и, находу срывая с себя одежду, пошел в ванную смывать с себя пот, грязь и кровь. В ванной комнате на одной из стен висело большое зеркало, несколько принадлежностей для бритья, которыми, очевидно, дед не пользовался и стопка чистого белья. Зеркало в ванной было запотевшим, видимо старик только вышел из утреннего душа, так что себя рассмотреть я не мог, да и не хотелось видеть свою окровавленную рожу, к тому же свет в комнате не включался, пришлось держать дверь открытой, чтобы хоть что-то видеть. Займусь осмотром после горячей ванны, долго засиживаться здесь было нельзя, так что наслаждаться отдыхом некогда. Я включил воду и залез под горячую струю. Дно ванной окрасилось в черный. Минут десять я откисал и драил себя мочалкой, смывая кровь и груз прожитых дней. Вот теперь можно и рассмотреть себя как следует. Я вышел из комнаты и босыми ногами прошел в спальню, где так же висело зеркало.

То, что я увидел не поддается описанию. На меня смотрело чудовище. В буквальном смысле. Седой ёжик волос был единственным напоминанием обо мне прежнем. Черноте глаз я уже не удивлялся, но вот лицо, оно было ужасным: сероватая кожа туго обтягивала череп, глубокая морщина пронизывала и делила лоб на две ровные части, нос практически отсутствовал, на его месте была бесформенная хрень, иначе и не назовешь, уши заострились еще больше и покрылись белой шерстью, не полностью, а так, пучками в разных местах. Губы потеряли свой цвет и стали такими же как кожа - серыми, зубы пожелтели до цвета песка на диком пляже. Само тело мало изменилось, кроме, разве что рук, вернее, пальцев. Вместо ногтей были звериные или птичьи когти, так же было и на ногах.

- Зараза, - прошептал я глядя в зеркало и оно повторило за мной.

Я стал чудовищем, монстром, схожим на тех, что истреблял в свое время у себя дома. В таком виде возвращаться было никак нельзя, нужно найти способ всё исправить и вернуть себе нормальный облик. Обыскав дом я нашел более-менее подходящую одежду, обстриг когти, сбрил пучки волос на ушах. Косметики или гримма, ожидаемо, в доме не оказалось, зато нашлась краска, которой я не преминул воспользоваться. Спустя час в зеркале на меня смотрел уже почти человек, слегка бледноват, в стариковской шляпе, кожаных перчатках, пальто и начищенных до блеска туфлях. С носом пришлось смириться, так как нарастить его было нечем, да и незачем, не на подиум же идти, мне лишь бы люди сердечный приступ не получали при виде меня.

Дом придется сжечь вместе с почившим владельцем и на максимально возможной скорости убираться из этой деревни. Список никто не отменял, так что пора браться за дело. На очереди был город Гданьск, что на севере Польши, там своей участи ждала очередная жертва, которая еще не знала, что очень скоро чудовище постучит ей в дверь и отправит в Преисподнюю. А всё потому, что одному ублюдку захотелось поиграть чужими судьбами. Я нес смерть, она шла за мной по пятам, я и был смертью. Собирал урожай, но не по собственной прихоти, а по указке спятившего кретина. Я в последний раз взглянул на себя в зеркало и остался относительно довольным, теперь осталось найти транспорт и постараться не угробить новый костюм хотя бы несколько дней. Я вышел из дома и побрел в нужном направлении, совсем скоро там закоротит проводка и совершенно случайно загорится беспечно брошенная одежа на электроприбор.

Дождь давно прекратился, так что я шагал по дороге особо не спеша и ждал удобного случая разжиться машиной. В голове бушевали мысли. Я все никак не мог понять во что же превратился. Чудовище. Монстр. Вероятнее всего дело в той жемчужине, что я достал из головы двойника, но если она на меня так подействовала, то почему он выглядел относительно нормально мне было непонятно. Ком горечи подкатил к горлу, дышать стало больно. Да именно больно, не смотря на то, что боли я больше не чувствовал. В глазах показались слёзы отчаянья.

- Почему это происходит со мной? Почему именно я? Я не хочу быть монстром, не хочу превращаться в чудовище. - бормотал я себе под нос идя по краю обочины.

За несколько сотен метров за спиной я услышал шум двигателя и шелест покрышек по асфальту.

- Ну, поехали, - улыбнулся я безгубым ртом.

Глава 23 Исповедь

Следующей ночью я почти не спал, просыпался от малейшего шороха, сквозь дрёму прорывались кошмары, было ужасно неудобно лежать, постоянно вертелся и в конце концов бросил это занятие. Я вылез из машины и присел спиной к двери, запрокинул голову и посмотрел на звезды. Такие яркие, холодные и далекие, им нет никакого дела до того, что происходит на Земле, они навечно остаются безучастными в мире людей. Да и в мире тварей тоже. Спиной я чувствовал дискомфорт, словно одежда сбилась в ком и мешала нормально сидеть, немного поерзал стараясь поправить, но это не помогло, так что просто перестал обращать внимания на это неудобство. Ехать в темноте не хотелось, так что я просто погрузился в свои мысли и начал ждать рассвета, который должен был наступить через пару часов.

Гданьск представлял собой город со своей историей, культурой, в разный районах люди жили по-разному, ничем не похожие на другие. В порту, как и везде, кипела своя жизнь с пьянками, криками и, местами, культурным отдыхом. В самом центре красовался собор Девы Марии, который построили еще в 1502 году. Именно туда мне и надо было, к одному из священников, который еще не подозревал о том, что служа Богу или кому он там служил, учитывая продажность и алчность почти всех священнослужителей, попадет в самое сердце Преисподней. И карающим ангелом смерти для него буду я. Служил ли он верно или же поддался искушению и стал одним из многих, кто пьет церковное вино и посещает портовый бордель по выходным после службы мне было неведомо. Да и было всё равно на этот счет, у меня была цель, которую я должен был исполнить, был черный список, который не щадил ни старых, ни молодых, ни даже детей. Вот и этого священника ждала смерть. Свободный вход для туристов был только по пятницам, но мне это было и не нужно, убивать священника в самой церкви мне не хотелось, это казалось как-то кощунственно даже для меня, так что я просто стал ждать его, сидя в ресторанчике европейской кухни напротив главного входа. Ближе к вечеру, когда все прихожане уже разошлись по своим мирским делам, позже всех вышел он. Обычный священник, коих миллионы по всему миру. Одно только выбивалось из общей картины - вышел он в дорогом костюме, с часами на руке и дипломатом. В другой руке звенели ключи от машины, которая была припаркована там же, на парковке церкви.

Я вышел вслед за ним и пристроился в паре машин позади. Священник блуждал по узким улицам, останавливался у магазинов, делал какие-то покупки и продолжал свой путь на окраину города на улицу Кристалл, где расположились дома богачей, по крайней мере дома выглядели очень представительно и дорого. Служитель церкви остановился у одного из них и вошел в дом, где его встречала красивая женщина в обтягивающей майке и до неприличия коротких шортиках. Она бросилась ему на шею и покрыла лицо поцелуями, не отпуская его ни на секунду. Я невольно залюбовался этой картиной и чуть было не пропустил момент, когда он уже скрывался за дверью. Выскочил из машины громко крича и замахал руками привлекая к себе внимание. Священник оторвался от своей возлюбленной и повернулся ко мне, смотря недоверчиво и подозрительно. Одной рукой он втолкнул девушку внутрь дома, а сам напряженно смотрел на меня. Темнота снова стала моим союзником, благодаря которой он не смог внимательно рассмотреть моё лицо, что было мне на руку, так как оно оставляло желать лучшего. После тех изменений, что произошли со мной после аварии, моё тело продолжало уродоваться, волосы росли везде, где только можно, так что каждое утро приходилось бриться, кожа становилась всё серее, а местами даже начали появляться оранжевые пятна, сами волосы тоже постепенно меняли цвет, но я все никак не мог разобрать в какой. Я выпил весь живчик, что у меня был, съел все жемчужины, которые остались, но толку не было. Тело менялось с каждым днем все сильнее и теперь всё чаще приходилось прятать лицо в тени шляпы и шарфа.

- Kim jesteś? (Кто Вы? пол.) - спросил он прищурившись, когда я подошел достаточно близко.

- Do you speak Russian? (Вы говорите по-русски? англ),- задал я встречный вопрос на интернациональном языке.

- Плохо, но могу, - подбирая слова ответил он продолжая подозрительно рассматривать меня.

- Нам нужно поговорить, - кивнул я на дверь, - мы можем войти?

- Кто Вы? - снова спросил он не шевелясь с места.

- Меня зовут Феникс и я должен Вас убить, - пожимая плечами ответил я ему, - но сначала нам нужно поговорить.