Римское право. Шпаргалки

– при признании отцовства и полной отцовской власти над детьми от конкубины, что могло происходить в нескольких формах – в результате превращения конкубината в законный римский брак, по императорскому рескрипту; при вступлении совершеннолетнего сына в члены муниципального сената; при замужестве взрослой дочери за членом муниципального сената.

Причем на протяжении римской истории права и обязанности родителей и детей значительно различались: в древности отец имел над детьми право распоряжаться их жизнью, мог продавать детей, но позже от абсолютной власти осталось право отца на безоговорочное подчинение детей и применение к ним наказаний, а от детей требовалось безоговорочное послушание и уважение. В то же время родители и дети имели взаимные обязательства предоставлять друг другу алименты в случае необходимости.

39. Прекращение отцовской власти

Отцовская власть подразумевала полную власть над своими детьми, она распространялась как на личные, так и на имущественные права детей. Наиболее бесправными дети были в древнейший период римской истории, когда отец имел право убить или продать своего ребенка. С течением времени нравы смягчились, но принцип полноты отцовской власти остался. Выйти из-под отцовской власти можно было только в нескольких случаях:

– после смерти домовладыки – сыновья обретали полную власть над своими детьми, до этого полнота власти распространялась и на внуков;

– после смерти домовладыки, если его сыновья достигли соответствующего возраста;

– после утраты свободы или гражданства домовладыкой или подвластным;

– после лишения домовладыки прав отцовской власти (в порядке судебного разбирательства и признания, что домовладыка оставил подвластного без помощи и т. п.);

– в результате приобретения подвластным некоторых почетных званий;

– в результате эманципации, то есть освобождения из-под власти по воле домовладыки и с согласия подвластного, что оформлялось императорским рескриптом, заявление домовладыки заносилось в судебный протокол, подвластному фактически предоставлялась свобода действий на длительный и обычно оговоренный срок, но в то же время эманципация могла быть отменена при неблагодарности освобожденного (нанесение тяжких обид и т. п.);

– в результате смерти подвластного.

Дочери выходили из-под власти отца в результате заключения законного римского брака. Выйти из-под родительской власти они могли также в результате фиктивного брака, совершив «коэмпцию для фидуции» – особого вида продажу себя в фиктивную собственность другому мужчине с последующим освобождением этим мужчиной (отпущением на волю, что практиковалось для освобождения рабов). После коэмпции права отца на дочь прекращались, после отпущения на волю дочь получала личную свободу и самостоятельность.

Брак самостоятельности не давал: отцовская власть в этом случае заменялась властью мужа, нового домовладыки, или его отца, если муж был тому подвластен.

40. Имущественные права подвластного отцовской власти

Всей полнотой власти в римской семье владел глава семьи, домовладыка. Он принимал важнейшие решения, направлял деятельность детей в желаемое для него русло, мог им приказывать и совершать наказания, имущество семьи целиком и полностью принадлежало домовладыке, он имел право распоряжаться этим имуществом по своему усмотрению.

В состав этого имущества входило также имущество жены, которое в некоторых случаях выводилось из общего пользования только при разводе, а при заключении брака без соглашения о возвращении имущества жена, получив развод, теряла права даже на то имущество, которое перешло к ее мужу.

Дети в римской семье практически не обладали никакими имущественными правами, даже если это были взрослые сыновья, которые имели все права заключать и расторгать сделки. Их имущественные права обозначились одним словом – «подвластные»:

– подвластный не имел ничего своего, все полученное по его сделкам считалось собственностью его отца;

– в то же время обязанности по сделкам подвластного лежали на самом подвластном;

– римское право предполагало при нанесении подвластным вреда возмещение этого вреда либо отцом (домовладыкой), либо выдачу подвластного для отработки ущерба, а при смене домовладыки ответственность подвластного сразу же переходила на нового домовладыку;

– имелась практика наделения подвластного пекулием (аналогично рабскому пекулию), то есть имуществом в управление и пользование, без перехода права собственности, а также и на тех же условиях оставление пекулия подвластному при его освобождении из-под отцовской власти;

– во времена принципата в законе появилось понятие «военный пекулий», которое подразумевало имущество, полученное подвластным в связи с военной службой, а с IV в. н. э. в связи с любой государственной, придворной, духовной, адвокатской службой это имущество находилось в полной собственности подвластного; отец прав на него не имел и только при отсутствии завещания и после смерти подвластного мог его наследовать;

– при абсолютной монархии подвластный получил право собственности сына на наследство от матери и все приобретаемое с материнской стороны, однако отец имел пожизненное право пользования и управления этим имуществом и терял на него права только в том случае, если имущество было приобретено вопреки его воле или существовало особое условие, лишавшее отца прав на это имущество.

41. Виды пекулия

Пекулием в римском праве называется имущество, предоставляемое подвластному только в управление и пользование, то есть это временное держание, настоящим собственником которого остается домовладыка. В Риме выделение пекулия распространялось не только на сыновей домовладыки. Рабский пекулий – это часть имущества хозяина (земельный участок, ремесленная мастерская и др.), которую он предоставлял рабу для ведения хозяйства и получения части дохода.

Юридически признание «пекулия» означало и признание ограниченной правоспособности раба, за сделками такого раба признавалась юридическая сила. Пекулий позволял хозяевам эффективно использовать имущество и заинтересовывал раба в результатах своего труда. Аналогично рабскому пекулий, выделяемый сыновьям, должен был улучшить экономическое положение семьи.

В случае смерти подвластного пекулий не переходил по наследству, а возвращался в непосредственное обладание отца, который его выделил.

Существовало лишь несколько случаев невозврата пекулия: 1) в случае смерти домовладыки пекулий переходил к его наследникам наряду со всем остальным его имуществом; 2) если подвластный сын освобождался от отцовской власти, а отец при этом не потребовал возврата пекулия, пекулий считался подаренным сыну.

Во времена принципата наряду с пекулием, поступившим от отца (peculium profecti-cium), появились другие виды пекулия.

Военный пекулий (peculium castrense) представлял собой имущество, которое сын приобретал на военной службе или в связи с ней, военный пекулий принадлежал подвластному на праве собственности, но если сын умирал, не оставив завещания относительно военного пекулия, это имущество поступало к домовладыке на тех же основаниях, как и обыкновенный пекулий.

Начиная с IV в. н. э. юридическое положение военного пекулия было распространено на любые иные приобретения сына, сделанные им на государственной, придворной, духовной, адвокатской службе, отец мог наследовать это имущество только при отсутствии завещания. И только во времена Юстиниана все, приобретенное подвластными не на средства отца, было признано принадлежащим подвластным.

42. Право собственности в Древнем Риме

В Древнем Риме для обозначения права собственности использовали термин dominium, а позже, в период зрелой республики, появился термин proprietas. Термин dominium можно рассматривать как нерасчлененное квиритское право владения, а proprietas ближе к современному пониманию права собственности. Право собственности предполагает субъект владения, то есть лицо, обладающее некой вещью, и объект владения – саму вещь, а главным качеством права собственности является соединение абсолютного господства лица над вещью с правом распоряжаться ею по своему усмотрению (продать, обменять, заложить, уничтожить).

Основными правомочиями собственника считались:

– jus utendi – право пользования вещью;

– jus fruendi – право извлечения плодов естественных и цивильных (дохода);

– jus abutendi – право распоряжения судьбой вещи;

– jus possidendi – право владеть вещью;

– jus vindicandi – право истребовать вещь из рук каждого ее фактического обладателя, безразлично – владельца или держателя.

По римскому праву все вещи, которые находились в хозяйственном обороте и могли быть объектом права собственности, четко разделялись на манципируемые и неманципируемые. К манципируемым вещам относились земли, рабы, крупный домашний скот, земельные сервитуты; к неманципируемым – все остальные вещи, не связанные с общей семейной собственностью, наиболее точно можно их обозначить как личные вещи. Существовала категория вещей, не подпадавшая ни под манципируемую, ни под неманципируемую, это были вещи, находившиеся в общем пользовании (воздух, море и др.), ряд хозяйственно важных вещей (общественная земля), эта категория находилась вне имущественного, торгового оборота.

Для каждой категории вещей существовали правила передачи прав на них: отчуждение манципируемых вещей происходило путем манципации, что предполагало некую процедуру с проведением сложного обряда, неманципируемые вещи просто обменивались на деньги (первоначально медь), то есть продавались и передавались новому владельцу.

К манципируемым и неманципируемым вещам применялся также формальный способ передачи права собственности путем обряда, который представлял собой фиктивный судебный спор, проводящийся в присутствии претора.

43. Понятия владения и держания

В римском праве владение рассматривалось как фактическое обладание вещами, то есть отношение, на основе которого сложился и весь институт права собственности. В период расцвета римского права понятия «владение» и «право собственности» значительно дифференцировались, перестали совпадать и могли касаться как прав собственника вещи, так и спорных прав на вещь, когда вещь принадлежала одному лицу, а права на нее – другому или другим. Владение рассматривалось как фактическое обладание, связанное с юридическими последствиями и снабженное юридической защитой.

Между владением в точном смысле (pos– sessio civilis) и простым держанием (deten-tio, или possessio naturalis) появилось строгое разграничение: владение предполагало фактическое обладание с намерением относиться к вещи, как к своей собственности, самостоятельно, держание – обладание вещью на основании договора или на основании воли другого лица, несамостоятельно, ненамеренно или бессознательно.

Сам термин «фактическое обладание» предполагал оценку вещи, исходя из положения самой вещи, то есть требовал соблюдения целого ряда условий, считавшихся стандартными для определенной ситуации (дикими птицами можно было обладать, пока они находятся в клетке; домашними животными – пока они возвращаются во двор и т. д.).

«Намерение относиться к вещи, как к своей» подразумевало защиту владельца от посягательств на вещь (то есть владельческую защиту), в этом плане поссессорная защита подразумевала только выяснение факта владения и факта самоуправного нарушения права владения. Владельческие процессы исходили из принципа, что лицо, которое пользуется вещью, относится к ней как к своей.

Доказывать неправомочность такого владения должна была другая сторона, приводя основания, по которым фактический владелец не имеет права на владение и данная вещь должна быть у него изъята.

Если поссессорный (вещный) иск ситуацию не разрешал, ущемленный в правах мог подать петиторный иск к ошибочно установленному владельцу вещи, доказывая свои права на нее. Таким образом, существовало разграничение: поссессорный иск велся в отношении вещи, петиторный – в отношении права на вещь. Юридическую защиту в случае владения собственник мог получить согласно иску и по собственной воле, а в случае держания – только через собственника, от которого получена вещь.

44. Виды владений

По закону владельцем вещи является ее собственник, поскольку обычно вещами владеют те, кому они принадлежат. Добросовестный собственник имеет право владеть вещью и является законным владельцем. В то же время владельцы, фактически обладающие вещью с намерением относиться к ней как к собственной, но не имеющие права ею владеть, считаются незаконными.

Незаконное владение может быть двух видов: незаконное добросовестное (владелец не знает и не должен знать о незаконности владения) и незаконное недобросовестное владение (владелец знает и должен знать о незаконности владения, но ведет себя так, словно вещь ему принадлежит на законных основаниях. Хотя в таком случае не работает правило приобретения права собственности по давности, и суд, рассматривая подобные дела, выдвигает серьезные требования возмещения законному владельцу стоимости плодов, принесенных вещью, или компенсации в связи с ухудшением состояния вещи).

Кроме законного и незаконного существовали также случаи так называемого производного владения. К числу производных владельцев относился залогодержатель, то есть лицо, которому вещь заложена, который в случае нарушения его права на заложенную вещь не имел права и возможности, не будучи владельцем вещи, защитить ее от посягательства, а залогодатель мог в то же время отказать ему в защите; или временный хранитель вещи, то есть лицо, которому вещь передана на сохранение до разрешения в судебном порядке спора о ее принадлежности, которое, не являясь владельцем вещи, не может осуществить владельческую защиту ни самостоятельно, ни через собственника вещи, который ему не известен. Римский закон признавал за таковыми права временного владения, с вытекающим из этого правом защиты вещи.

Права владения и собственности в римском праве могли принадлежать разным лицам. Согласно принципу «никто не может изменить сам себе основание владения вещью» считалось, что статус вещи требует составления договора, например, купли-продажи, который на время хранения явится основанием для последующего перехода вещи к новому владельцу, независимо от фактической «непередачи» вещи.

45. Установление и прекращение владения

Приобретение вещи во владение строго регламентировалось законом. Для конкретного лица владение считалось установленным с момента, когда у него соединились и телесный момент, и владельческая воля в качестве намерения относиться к вещи как к своей. В свою очередь, для установления намерения, с которым конкретное лицо обладает вещью, требовалось выяснить правовое основание, которое привело его к обладанию данной вещью.

Если один человек получил вещь путем покупки, сопровождавшейся передачей вещи продавцом, а другой получил такую же вещь по договору найма во временное пользование, то, осуществляя пользование вещью и даже совершая внешне одинаковые действия, они производят различные по основаниям действия: действия первого человека являются показателем владельческой воли, действия второго служат выражением его зависимого держания. Сами основания владения не есть нечто неизменное, их можно было изменить, заключив соответствующие договоры. Договор найма путем приобретения полного права владения можно превратить в договор владения.

Приобрести вещь во владение можно было как лично, так и через посредника (опекуна, представителя, поручителя), для этого посредник обязательно должен был иметь полномочие приобрести владение для другого лица по закону или договору и иметь намерение приобрести вещь для него, а не для себя.

Эти оговоренные заранее условия однозначно указывали на реального владельца и исключали случаи неоднозначности, когда было непонятно, кого считать владельцем и с какого момента: с момента, когда вещь приобретена посредником, но представляемый об этом еще не знает, именно его закон признает владельцем; утрата владения, осуществленного через представителя, признавалась после прекращения возможности реально обладать вещью и владельцем, и его представителем, то есть пока любой из них мог проявлять свою власть над вещью, она находилась во владении представляемого.

Владение считалось утраченным, если утрачивался один из необходимых элементов: либо сама вещь выходила из обладания владельца, либо владелец выражал желание прекратить владение (отчуждал вещь). Владение также прекращалось в случае гибели вещи или превращения ее во внеоборотную вещь.

46. Защита права владения

Римский закон защищал права владения; права держания защищались только в том случае, если защиты требовал не держатель, а сам владелец. Защита владения осуществлялась обычно в два этапа: сначала следовал поссессорный иск, устанавливающий факт владения, затем преторский процесс, основанный на издании интердиктов (запрещений).

Владельческий процесс (поссессорный) рассматривал по иску только факт владения, но оставлял незатронутым вопрос, кому принадлежит право на владение данной вещью. Иногда владельческого процесса было достаточно, чтобы установить принадлежность вещи, и незаконный владелец мог ее возвратить законному. Чаще следом за первым этапом требовалось подать собственнический иск, устанавливающий право собственности на данную вещь.

Если законному владельцу удавалось предъявить неоспоримые доказательства прав своего владения, ему удавалось истребовать вещь у фактического владельца. Владельческие процессы исходили из принципа, что лицо, которое пользуется вещью, относится к ней как к своей.

Доказывать неправомочность такого владения должна была другая сторона, приводя основания, по которым фактический владелец не имеет права на владение, и данная вещь должна быть у него изъята. Если поссессорный (вещный) иск ситуацию не разрешал, ущемленный в правах мог подать петиторный иск к ошибочно установленному владельцу вещи, доказывая свои права на нее. На этом этапе в процесс вмешивался претор, имеющий право издавать интердикты (запрещения) на совершение или прекращение каких-то действий, нарушающих общественный порядок и интересы граждан.

Претор издавал интердикты: в архаичном праве – после фактической проверки права владения просителя на оспариваемую вещь как прямое и категорическое указание передать вещь реальному владельцу; в праве периода республики – как условные распоряжения на случай, если подтвердятся доводы просителя. Условные интердикты вменяли возврат вещи или запреты на пользование вещью или на посягание на вещь при условии, если претензии истца обоснованны и требовали подачи собственнического иска.

47. Преторская защита прав владения

Основным средством защиты против нарушения прав собственности были так называемые преторские интердикты. Римское право знало как интердикты для защиты владения недвижимостью, так и интердикты для защиты владения движимой вещью. В любом случае интердикт по защите владения был направлен на: 1) удержание владения или 2) возврат вещи владельцу. Защита не предоставлялась тому, кто захватил вещь силой, либо тайно, либо получил ее от противника до востребования.

В последнем случае существовал особый интердикт, который допускал выяснение права собственности сразу же в ходе владельческого процесса, а не при рассмотрении собственнического иска. Гарантией обязательного возвращения вещи служил доказанный факт применения силы стороной ответчика.

В то же время существовала особенность в делах об удержании владения: согласно закону вещь могла быть одновременно присуждена и истцу, и ответчику, если законный владелец забрал ее у незаконного без применения силы и не в тайне.

Существовало также специфическое средство защиты владения – actio in rem Republicana. Данный иск предполагал защиту тем, кто имел все права на вещь и чье владение отвечало всем требованиям, предъявляемым к приобретениям по давности, кроме одного – истек давностный срок. Это была защита добросовестного владельца от незаконного, но не от такого же добросовестного владельца или собственника. Обращение к actio in rem Republicana позволяло бороться с самовольным захватом, с владением, полученным не по закону, и чаще всего касалось недвижимости.

До правления Юстиниана интердикты защищали права владения на движимые вещи, исходя из исчисления реального времени владения: права на владение вещью принадлежали тому, кто ею обладал больше времени за последний год. При Юстиниане правила для движимых владений стали такими же, как и правила для недвижимых вещей. В связи с огромным количеством исков, связанных с самовольными захватами недвижимости, был введен закон, признавший самовольный захват в отсутствие владельца силовым захватом, что сразу же гарантировало пострадавшей стороне защиту и восстановление справедливости.

48. Вещи божественного права и вещи человеческого права

Все вещи, согласно римским юристам, можно разделить на божественные и человеческие. К категории вещей божественного права относятся вещи, посвященные божеству, и вещи со священным значением. Res sacrae – вещи, которые посвящены высшим богам; religiosae – посвящены богам подземным. Священной делается вещь только вследствие утверждения и признания со стороны римского народа, например, на основании закона, на этот случай изданного, или сенатским постановлением.

«Религиозной делаем мы вещь по нашему собственному желанию, хороня умершего в место, нам принадлежащее, если только погребение покойника зависит от нас». Землю в провинции нельзя сделать религиозной, так как право собственности в этой земле принадлежит или римскому народу, или императору; вещи в провинции, не посвященные властью римского народа, наделяются res sacrae, но все-таки считаются sacrae (священными).

Вещи со священным значением, как, например, городские стены и ворота, тоже принадлежат в известной степени к категории вещей божественного права. Предметы божественного права не состоят ни в чьем владении; то же, что образует группу вещей божественного права, в большинстве случаев составляет чью-либо собственность; но может, впрочем, и никому не принадлежать: так например, наследственная масса, пока не явится какой-либо наследник, не принадлежит никому.

Те же вещи, которые принадлежат к категории вещей человеческого права, составляют собственность или государства, или частных лиц. То, что принадлежит государству или общинам, не составляет ничьей частной собственности, так как государственное имущество принадлежит всему обществу граждан. Частное же имущество – это то, которое принадлежит отдельным лицам.

Вещи человеческого права разделяются на телесные и бестелесные, манципируемые и неманципируемые, находящиеся в обороте и изъятые из оборота, движимые и недвижимые, определенные родовыми признаками и индивидуально-определенные, потребляемые и непотребляемые, делимые и неделимые, простые и сложные, главные и побочные.

49. Особенности внутреннего деления вещей человеческого права

Римляне делили вещи на телесные и бестелесные, манципируемые (земля, рабы, скот) и неманципируемые (все остальные), находящиеся в обороте (частная собственность) и изъятые из оборота (государственная собственность), движимые (скот, рабы) и недвижимые (которые нельзя передвинуть без потери качеств), определенные родовыми признаками (можно измерить, взвесить, пересчитать) и индивидуально-определенные (единственные в своем роде), потребляемые (продукты, деньги) и непотребляемые (земля, постройки), делимые и неделимые, простые (созданные из одного материала, рабы) и сложные (сложенные из частей, как дома, корабли или собранные из отдельных вещей, как стадо скота), главные и побочные (либо существующие благодаря главной вещи, либо связанные с ней экономически, либо плоды естественные и цивильные).

Римское право оперировало понятиями, сложившимися во времена архаичного квиритского права. Одной из его особенностей было деление вещей на манципируемые и неманципируемые. Это деление связано с правом собственности на землю (высшей ценностью для римского крестьянина-квирита), включая также рабов и скот, которые служили для обработки земли и носили наименование res mancipi.

В отличие от земли, рабов и скота все другие вещи назывались res nec mancipi. Такое разделение было связано с тем, что приобретение права собственности на вещь, принадлежащую к числу res mancipi, не могло происходить путем простой передачи ее собственником другому лицу; без торжественного обряда манципации или мнимого судебного спора in jure cessio, этого сделать было нельзя. К периоду абсолютной монархии различие res mancipi и res nec mancipi стерлось.

Римское право исключало из частной собственности предметы общественного владения (вода, воздух, море и т. п.), а некоторые вещи, принадлежащие человеку на праве частной собственности, не могли быть предметом распоряжения или предметом оборота (яды, запрещенные книги), их отнесли к разряду res extra commercium (изъятые из торговли), в противоположность остальным вещам, называемым res in commercium.

К изъятым из оборота вещам относились вещи, используемые в религиозных культах, священные вещи, государственные вещи, вещи для общественного пользования. Изъятые из оборота вещи принадлежали государству.

50. Вещное и обязательственное право по Законам XII таблиц

До середины III в. до н. э. господствующей правовой системой было квиритское право. Оно отличалось сакральным характером, большой степенью традиционности, связью с древнеримским правом, нашедшим отражение и в Законах XII таблиц.

Квиритское право отражало отношения раннеклассового общества и отличалось строгостью, суровостью, подчеркнутой точностью. В нем регулировались имущественные отношения и право частной собственности, которое рассматривалось как полное господство собственника над своей вещью. Квиритское право отличалось соблюдением судебных обрядов, форма в нем превалировала над содержанием, а судебный процесс – над материальным правом.

Большое внимание уделялось способам приобретения вещных прав и классификации самих вещей. Наиболее значительным делением вещей, было их деление на манципируемые и неманципируемые. К первым относились земли, рабы, крупный домашний скот, земельные сервитуты; ко вторым – все остальные вещи, обладание которыми могло быть индивидуализировано. Вещи, находившиеся в общем пользовании (воздух, море, общественная земля), рассматривались как находящиеся вне имущественного, торгового оборота.

Отчуждение манципируемых вещей могло осуществляться только путем манципации. Неманципируемые вещи продавались путем простой их передачи (традиции) за медь или за деньги.

Существовал порядок признания вещи собственностью в силу давности, но Законы XII таблиц запрещали приобретение права собственности по давности в отношении краденых вещей. Для движимых вещей срок приобретательской давности был в один год, для недвижимых вещей – в два года.

Особым видом вещного права были сервитуты – фиксированное в обычаях или законе и строго ограниченное право пользования чужой вещью. Знал Рим и договорное право. Правом требования в договоре наделялась лишь одна сторона (кредитор), на другую сторону (должника) возлагались только обязанности. Распространенными формами договора были нексум (nexum – совершавшийся в виде сложного обряда с помощью меди и весов), стипуляция (словесный договор в форме вопроса и ответа) и контракт (литтеральный – письменный).

51. Обряд манципации и сделка in jure

Вещи res mancipi переходили к другому лицу посредством манципации. Манципация состояла в мнимой (воображаемой) продаже. Приобретение собственности в этой форме совершалась следующим образом. Пригласив не менее пяти совершеннолетних римских граждан в качестве свидетелей и сверх того еще одно лицо того же состояния, которое держало бы в руках медные весы (весовщика), покупатель, еще держа медь, говорит так: «Утверждаю, что этот раб по квиритскому праву принадлежит мне и что он должен считаться купленным мною за этот металл и посредством этих медных весов». Он ударяет этим металлом об весы и передает его как покупную сумму тому, от кого приобретает вещь путем купли.

Этим способом манципируются рабы и лица свободного состояния, а также животные, которые причисляются к res mancipi, например, быки, лошади, мулы, ослы; тем же самым способом обыкновенно манципируются земельные участки – сельские и городские, принадлежащие сами по себе к res mancipi.

Манципация поземельных участков отличается от манципации прочих вещей только тем, что рабы и свободные, а равно животные, причисляющиеся к разряду res mancipi, могут быть манципированы, только будучи налицо, причем необходимо, чтобы тот, кто приобретает (покупатель), касался собственноручно того самого предмета, который ему передается. (Вот почему сам акт называется манципация – mancipatio: вещь берется рукой; недвижимые же имения манципируются обыкновенно при их отсутствии.) Медь и весы употребляются потому, что некогда пользовались только медными деньгами, и не было в употреблении ни одной золотой или серебряной монеты.

Сделка in jure цессии совершается следующим образом: перед судящим магистратом римского народа, например, перед претором или наместником провинции тот, кому вещь переуступается, держа ее, произносит: «Я утверждаю, что этот человек мой по праву квиритов». Затем претор спрашивает отчуждающего, не имеет ли он какой-нибудь претензии (по отношению к спорному предмету). Когда этот последний скажет, что не имеет, или молчит, тогда претор присуждает предмет виндицирующему (приобретающему); эта форма, которую можно совершать также в провинциях перед наместником, называется legis actio.

52. Частная собственность на землю

Земле и праву на землю в римском праве принадлежит особая роль. Именно земля и отношения, связанные с правом владения землей, сформировали римское частное право. В архаичные времена шла непримиримая борьба за нее между плебеями и патрициями, во времена республики одновременно существовали государственная, общинная и частная собственность на землю. На обработке земли строилось богатство патрициев, а продажа земли мелким крестьянам привела к появлению слоя пролетариев, живущих за счет государства. Земли, захваченные во время войн, предоставлялись держателям во временное пользование и в конце концов оседали в руках латифундистов. Непростые земельные отношения регулировались римскими законами.

Квиритское право оперировало понятием res mancipi, включая в него землю, рабов, быков, ослов, мулов и постройки; вследствие значения такой собственности ее передача от владельца к владельцу обставлялась торжественными обрядами манципации или мнимого судебного иска. Со временем манципация стала архаичной, и место квиритской собственности заняли понятия бонитарной, или преторской, собственности; теперь не требовалось обрядов, земля стала продаваться или передаваться.

При продаже без манципации собственность оставалась за старым владельцем, и претор при вчинении виндикационного иска продавца, который получил деньги, но желал возвратить проданную вещь, вынужден был защищать права покупателя, делая это эксцепцией в формуле иска старого квиритского собственника о том, что вещь должна быть возвращена ему в случае, если он, предъявляя иск о ее возврате, поступает добросовестно.