Альда

— Ну да, — не поверила подруга. — Меня от него отваживаешь, а сама лезешь целоваться.

— Нужен он мне больно! Я его в щеку поцеловала чисто по-дружески. Ты видела, какой он мне лук привез? Это он так передо мной извинился за одну гадость. А я тебя вовсе не зря предупреждала. Джолин неплохой человек, но ни одной смазливой рожицы пропустить не в состоянии. Причем его подружки с ним долго не задерживаются. Так что ничем хорошим для тебя знакомство с ним не кончилось бы. Ладно, хватит болтать, потащили золото.

— Значит шесть тысяч динариев, — задумчиво подвел итог отец, положив в денежный ящик драгоценности и закрывая замок. — Странно.

— А чего странно-то? — не поняла Альда.

— Ты просто не понимаешь, дочь, насколько велика эта сумма, тем более для какого-то захудалого баронства. Что-то тут не так. Не могли бароны скопить такую сумму, и на военную добычу этот клад не тянет. Какую, ты говоришь, книгу читал призрак?

— Это была не книга, а такое же видение. Когда он ушел, исчезла и книга. А на вид она такая большая в толстом кожаном переплете с медными застежками.

— Как выберу время, надо будет порыться в этой библиотеке, может и найду.

— Я уже рылась до этого, ничего интересного там нет.

— А это смотря что искать, — усмехнулся отец. — Ты наверняка искала почитать чего-нибудь на сон грядущий. Вот и не нашла. Искать нужно иное. Ладно, подумаем на досуге. Сейчас должен прийти Джолин и вместе сходим на допрос, а после надо будет озадачить его золотом.

Когда Джолин с сопровождающими его Буше вошел в допросное помещение, там все было уже готово. Один из его людей занял место палача, второй — писаря. Альда бросила взгляд на разложенный на столе набор крючков, пил и клещей, и ее слегка замутило.

— Это, скорее, средство давления, — заметив ее состояние, пояснил Джолин. — Надеюсь, до такого не дойдет. Мой человек кое-что может, но он не палач. Присаживайтесь здесь за ширмой. Вам тут будет все слышно, но саму видно не будет. При виде вас допрашиваемый может подумать, что мы не пойдем на крайние меры, и придется доказывать, насколько он неправ. А мне бы этого не хотелось. Вы, барон, можете садиться где вам будет удобно. Введите арестованного.

Двое стражников втащили приказчика с по-прежнему связанными за спиной руками и швырнули его на стул.

— Я вам не советую валять дурака и отпираться, милейший, — скучным голосом сказал Джолин. — В противном случае вы будете жить очень долго, но неприятно. И начнутся эти неприятности прямо сейчас. У меня нет с собой профессионала, но и этот милый человек кое-что умеет. А в замке герцога за вас возьмется барон Лишней. Наверное, слышали о таком? Вы еще здесь, а не там только потому, что моим ребятам надо перетряхнуть ваше барахло и проверить груз. А это время. Поверьте, рано или поздно вы все равно запоете. Только поздно будет петь кусок израненной плоти, который уже никто ни при каких обстоятельствах не отпустит на свободу. Да и не нужна она вам будет эта свобода. Свобода важна для человека, а не для того, что от вас останется.

— Можно подумать, если я запою сейчас, вы меня отпустите, — криво усмехнулся допрашиваемый.

— Конечно, нет, — сделал вид, что удивился Джолин. — С чего бы? Сначала все ваши показания будут проверять. А то мало ли что вы там напоете с перепугу. Потом немного поиграют с вашей агентурой, если получится. Ну и посидите в тюрьме у герцога до конца войны. После вас отпустят на все четыре стороны или предложат работать на нас. Но пыток в этом случае избежите. Среди нас садистов нет, и чужие страдания никому радости не доставляют. Все исключительно в меру необходимости. Конечно, тюрьма герцога это не дворец короля Мехала, и особых разносолов не ждите. Но над заключенными никто не измывается, и голодом их не морят. Вам предлагают жизнь, понимаете? Пока еще предлагают. Больше я вас уговаривать не буду. Для умного сказано достаточно. Начнем.

Джолин уселся напротив допрашиваемого.

— Имя и звание?

— Винтор Лестер, из купцов, второй департамент внешней разведки королевства Сотхем, старший помощник.

— Цель появления?

— Сбор информации о герцоге Аликсане, его окружении и планах. В моем распоряжении было двое связных и трое завербованных из местных. Я просматривал донесения, сортировал по степени важности и срочности и отправлял дальше через Парнаду. Ну и направлял работу агентов.

— Запишите на бумаге имена своих агентов. Прекрасно, теперь по курьерам. Как часто они появляются, и когда ждать следующего.

— По мере накопления важной информации, но не реже одного раза в декаду. Последний был дней шесть назад.

— Что сообщал?

— Герцог с холодами должен отправиться к королю с частью армии. Точная дата отправки не установлена.

— Это все?

— Было еще по личности герцога.

— Что именно?

— Сообщали, что по достоверным сведениям он неравнодушен к дочери некоего бывшего барона, лишившегося имения из-за участия в мятеже.

— Имя девицы указывали?

— Было записано, но я точно не помню. Или Альра или Альта.

— Довольно, отведите его на место.

— Руки развяжите.

— В камере снимите с него путы. Только хочу предупредить. Вы себя показали умным человеком, с которым можно иметь дело. Не надо портить сложившееся о вас мнение. Если надумаете бежать, подумайте, стоит ли? От моих ребят сбежать пока не удавалось никому. Не думаю, что вы будете первым.

— Можете быть свободными, — приказал Джолин своим помощникам, когда заключенного увели. — Позже я еще просмотрю записи допроса.

Когда все вышли, он подошел к ширме.

— Вот вы и услышали, — сказал он Альде, глядя в сторону. — Много вам от этого радости? Я поговорю с Джоком. Думаю, что последняя запись из допросных листов исчезнет.

— Спасибо, — с красными от смущения щеками поблагодарила девушка, тоже отведя взгляд. — Вы были правы, а я — нет.

— Пойдем, дочка, — ласково сказал барон, обнимая Альду за плечи. — Уважаемый Джолин, у меня к вам будет маленькая просьба. Не уделите ли вы мне немного времени, как освободитесь? Ну и отлично. Я буду у себя.

— Что это? — тупо спросил Джолин, когда его отвели в библиотеку и показали открытый сундук, на две трети наполненный динариями.

— Это золото, которое мы хотим отдать на хранение в казну герцога. Беретесь доставить?

— Сколько здесь?

— Пять тысяч восемьсот сорок три имперских динария. Это примерно девять с половиной тысяч золотых.

— Откуда столько золота?

— Нашли наши девушки в подземелье. А откуда, я еще буду разбираться.

— Боюсь, для такого у меня слишком мало людей.

— Я дам вам еще пять своих стражников и карету. Потом они пригонят ее обратно. Послушайте, Джолин, я не могу держать такое здесь. Если об этом узнают, никого из нас вы больше не увидите. А для вас никакого риска нет. Больших ватаг поблизости не осталось, а у вас будет четырнадцать вооруженных мужчин, считая вас самих и кучера. А заключенного посадите в карету.

— Ладно, попробую. Вот ответьте мне, пожалуйста, барон, на один вопрос. Это место здесь такое, что все тайны именно здесь, клады — тоже здесь, даже шпионы короля Мехала и те окопались на вашем постоялом дворе! Или это вы с дочерью так на все влияете, что где вы ни появитесь, сразу непременно что-то начинает случаться? Почему у вас не получается жить спокойно?

— Не знаю, Джолин, но думаю, что дело все же в месте. Вернее, в людях, которые здесь жили. Слишком много тайн и загадок, вы и половины их не знаете. Постараюсь на досуге разобраться, если он будет этот досуг. Вы когда собираетесь назад?

— Завтра с утра получу донесение с постоялого двора о результатах обыска, и поедем.

— Тогда я тоже завтра с утра подготовлю карету с золотом и стражников. И учтите, что мои люди не в курсе того, что везут.

Альда не таскала сундуков с золотом, но за сегодняшний день сильно устала. Она добралась до спальни с одним желанием — завалиться в кровать и уснуть. Обиженный Алекс уже лежал в кровати, воспользовавшись услугами Ани, и старательно делал вид, что в помещении кроме него никого нет. Пришлось идти к сыну разбираться.

— Алекс, — обратилась Альда к ребенку, присев на краешек кровати. — Как ты думаешь, почему я тебя сегодня с собой не взяла? Если ты полагаешь, что только из-за того, чтобы с тобой не возиться, то это совсем не так. Мы были в подземельях, и поверь, что это в вашем замке не самое приятное и безопасное место. И дело не в каких-то там призраках. Там очень темно и путаная система коридоров, в которой может затеряться не только маленький мальчик. Ты знаешь, что в вашем подвале пропал один из слуг, а остальные теперь не хотят в него спускаться? Нет? Значит, тебе просто об этом никто не говорил. Твои предки, которые для чего-то все это понастроили под землей, вполне могли понаставить там ловушки. Мне и так было страшно, еще не хватало трястись там из-за тебя. Если бы я тебя не любила, какой мне смысл тебя останавливать? И твоя обида за мою заботу больно ранит меня в сердце.

— Прости, мама! — сын выбрался из-под одеяла и уткнулся лицом ей в колени. — Я был не прав.

«И за что мне такое счастье?» — думала Альда, прижимая к себе не рожденного ею, но от этого не менее любимого сына.

— Хорошо, что ты меня понял и больше не сердишься. А теперь марш под одеяло, не то замерзнешь.

Она подошла к своей кровати, на которой обнаружила полученные от Джолина и забытые за заботами письма. Лампа светила достаточно ярко, и, усевшись на свою кровать, Альда принялась за чтение. Первым она прочитала письмо сестры герцога. Лани написала много обо всем, но после прочтения ее письма в голове осталось только то, что она скучает по ней и брату. Письмо Джока было очень коротким.

" Альда, — писал он. — С вашим отъездом в замке стало скучно и уныло. Многие здесь к вам привязались. До сих пор наибольшим успехом пользуются рассказы о ваших подвигах. Мне вас тоже очень не хватает, и я сильно завидую вашему отцу, рядом с которым есть такая замечательная дочь. Мне это, к сожалению, не дано. Пока много работы, но я обязательно выберу время к вам наведаться. На этом все. Любящий вас…» Дальше шла неразборчивая закорючка. Письмо Джока вызвало на ее лице улыбку, которая не погасла и тогда, когда девушка легла в постель и затушила лампу. Хорошо, когда есть настоящие друзья. Никакие призраки их этой ночью не беспокоили.

Глава 13

Утром перед самым завтраком Альда подошла к Джолину, о чем-то беседующему с отцом, и протянула ему несколько писем.

— Извините, что вмешиваюсь в разговор, но вы после завтрака уже собираетесь уезжать. Не передадите эти письма герцогине и барону Лишнею?

— Конечно, баронесса, — улыбнулся ей Джолин, забирая конверты. — Они, несомненно, будут рады.

Джолин уже получил рапорт от своих людей о результатах обыска на постоялом дворе, и больше в замке его ничего не держало. Поэтому, как только все поели, гости пошли седлать лошадей, и вскоре через широко распахнутые ворота замка Ксавье выехала карета в сопровождении четырнадцати всадников.

Альда стояла рядом с отцом, который проводил кавалькаду задумчивым взглядом и повернулся к дочери:

— Как бы не аукнулось нам это золото. Что-то у меня со вчерашнего дня плохое предчувствие. Решу с Альбертом несколько вопросов и засяду в библиотеке. Хотя ключ от большинства тайн этого замка наверняка спрятан не там.

— Что ты имеешь в виду, отец?

— Хотя бы регулярные прогулки старого барона в подземелье. Рано или поздно, что-нибудь мы найдем. Только не уверен, что эта находка принесет счастье. Не бери в голову, дочка. Все старики время от времени брюзжат.

— Какой из тебя старик? Вот погоди, мы тебя еще женим.

— Иди, иди, занимайся своими делами, пока я тебя сам работой не загрузил. Что вообще-то сегодня думаешь делать?

— С утра навещу кузнеца. Есть у меня к нему одно дело. А после поеду к отшельнику.

— Все-таки не передумала? Зря. Охрану в таком случае обязательно возьми.

— И охрану возьму, и Гала со мной хочет поехать.

Еще когда Алекса приводили в порядок после сна, Альда ему сказала, что собирается в деревню к кузнецу и предложила присоединиться. Сын в замке страдал от скуки и с радостью согласился. Охрану для поездки в деревню Альда брать не стала, выехала вдвоем с Галой, как всегда посадив сына к себе. Дорога много времени не заняла, и вскоре девушки уже привязывали своих лошадей во дворе кузни под бдительным присмотром большого, лохматого пса.

— Вы его не бойтесь, — сказал им кузнец, когда широко распахнул калитку, чтобы можно было завести лошадей внутрь. — Он только с виду мрачный, а кусается редко. Привязывайте своих лошадок, и милости прошу в дом.

— Может быть, сначала поговорим о деле? — попыталась остановить гостеприимного кузнеца Альда, но не преуспела.

— Дело никуда не денется, — решительно заявил он. — А с холода попить горячего чаю и чего-нибудь пожевать — это первое дело. И наследник вон замерз совсем.

— Послушайте, Свен, мы только что из-за стола…

— Разве я вам предлагал есть? — удивился кузнец. — В этом году много орешков собрали. И мед у бортника Грая вкусный до невозможности. Стало быть, я вам и предлагаю орешков с медом пожевать. Для такого в человеке всегда место найдется. А за едой и поговорим, какая у вас нужда к кузнечному делу.

В горнице их встретила девушка лет шестнадцати с немного грубоватым лицом.

— Это моя дочь, Аниша, — представил ее Свен. — А Гнат где?

— Здравствуйте, — поклонилась девушка и, повернувшись к отцу, добавила. — Твой Гнат в кузне, где же еще?

— Выставляй, дочь, на стол сладости и сообрази нам чай, а я пока поговорю о деле. Садитесь, гости дорогие, и говорите, в чем нужда.

Пока Аниша выставляла орехи с медом и заваривала чай, Альда успела рассказать кузнецу о своей задумке.

— Проволоку я тяну, — задумался Свен. — Кольчуг не делаю, муторное это дело, но в хозяйстве проволока завсегда пригодится. Нож там обмотать или повесить чего. Только то проволока из мягкого железа, и для вас негодна. Ежели я сделаю волочильную доску на нужный размер, то смогу и тонкую проволоку делать. Заготовка будет быстро остывать, и длина той проволоки будет невелика, но вам-то много и не надо. Но железо нужно другое. Если проволоку делать из моего, да еще и растянуть, и дергать, то она сама потянется и провиснет. А калить — тоже не дело, ломкая получится. Стало быть, надо хорошее железо искать. То, что есть у меня, или та цепь, что ваш батюшка для меня приготовил, для дела не годятся.

— И что же тогда делать?

— Не расстраивайтесь, госпожа. Я завтра уговорился с нашими идти в замок за железом, так мы с вами можем поискать железа среди того оружия, что уже к делу негодно. Там тоже хорошего железа мало, в большинстве все дрянь, но нам нужно совсем мало. Думаю, что-нибудь подберем. Вы кушайте эту сласть, если понравится, я вам еще завтра принесу. А то у вас там небось на все случаи дают одно мясо.

В комнату заскочил мальчишка лет четырнадцати, почти точная копия отца. Даже фартук на нем был точно такой же, что снял в сенях кузнец. Увидев девушек и Алекса, он растерянно замер на месте, не зная, что ему делать.

— Сколько раз говорено, чтобы грязное в горницу не волок, — начал отчитывать сына Свен. — Что стоишь, раззявив рот, поклонись господам, да поздоровайся.

Мальчишка совсем смутился, торопливо поклонился и, что-то скороговоркой пробормотав, выскочил вон.

— Как моя жена умерла, так совсем нет с ним сладу, — пожаловался Свен. — Хороший кузнец растет, но неслух. А вы его совсем ввели в смущение, так что он и про вежество забыл.

Посидев еще немного и полакомившись действительно очень вкусными лесными орехами и ароматным медом, стали собираться домой. Простившись с дочерью кузнеца, отвязали лошадей и под бдительным взглядом пса вывели их за калитку.

— Просидели дольше, чем я собиралась, — сказала Альда. — Теперь, если поедем к отшельнику, можем не успеть до обеда.

— А если пообедать, а ехать потом?

— Нет. Он сказал, что мне нельзя быть голодной, но и наедаться не след. Ладно, давай поспешим, может быть, и успеем. И учти, Алекс, что в этот раз я тебя с собой не возьму. Спрошу у хозяина, если разрешит, то второй раз съездим вместе. И не смотри на меня так! Ты же был тогда вместе с нами и все слышал сам. И потом, кто его назвал страшным стариком? И зачем тогда ехать?

Оставив Алекса отцу, который как раз был во дворе, девушки взяли с собой двух стражников и, торопя лошадей, поскакали к тракту. Выдернутые из теплой караулки стражники двигались позади, бросая неприязненные взгляды в спину девицам, у которых шило в одном месте. Всякому умному человеку понятно, что в холод дома надо сидеть. Еще бы собрались на охоту, тогда понятно, а то колдун. Тьфу!

Достигнув тракта, некоторое время ехали по нему до места, где нужно было свернуть в лес.

— Примерное направление я помню, — сказала Альда подруге. — И сколько времени ехать — тоже. Останетесь на той поляне, где нас прошлый раз дожидались стражники. А насчет тебя я спрошу, можно ли тебе ехать. В прошлый раз он мне велел прибыть одной.

— Странник, живущий на вашей земле, еще и указывает хозяевам, не слишком ли?

— Это не тот случай, чтобы ставить его на место или кичиться своим происхождением. Если ты его увидишь сама — поймешь. Поехали.

По лесу передвигались значительно медленней, но ехать было недалеко, и вскоре они уже были на памятной по прошлому посещению поляне.

— Ждите, я постараюсь, если это будет зависеть от меня, не задерживаться.