– Ствол!
Лентяй присел на корточки, взял пистолет в руку и направил его на продолжающего стоять Вульфа.
– Не убивай! – взмолился парень.
Ноги его при этом стали странно дергаться. Неожиданно он подпрыгнул и бросился прочь. Лентяй выстрелил вслед, не преследуя цель попасть. Напротив, он взял намного правее. Пусть бежит, теперь точно шум будет. Он перевел взгляд на Серого. Забыв про боль, тот лежал не шелохнувшись.
Лентяй несколько раз выстрелил ему в ноги и направился прочь.
– У-уу! – взвыл парень.
Лентяй перешел на бег. Теперь точно в городе начнется переполох.
– Ты зачем стрелял?! – с треском ломая кусты, Гарпун вывалился откуда-то сбоку, непонятно как узнав в такой темноте Лентяя.
– Зато представь, что завтра начнется! – с задором ответил Лентяй. – Я ему ноги прострелил.
– Валим отсюда, – заслышав вой полицейской сирены, заволновался Камыш.
Они устремились к южной части кладбища.
Матвей доел второе, отодвинул тарелку от себя и только тут заметил, что Марта смотрит на него каким-то неестественным для нее взглядом. В нем были затаенная грусть, нежность и странная жалость.
Он встретил ее после собрания, как и договаривались, у выхода из метро, откуда они сразу направились в кафе. Всю дорогу Марта молчала, а Матвей не торопил ее с отчетом о посещении службы.
– Ты почти не притронулась к еде, – он шутливо нахмурил брови, однако внутри был напряжен. Что с ней происходит?
– Знаешь, я на самом деле счастлива, что попала на проповедь! – ошарашила она. – На следующую пойдем вместе. Ты не пожалеешь.
– Не хватало тут еще двух сумасшедших, – с досадой проговорил Матвей.
– Почему двух? – растерялась она.
– Твой психотерапевт разве нормальный?
– Виктор очень порядочный и интеллигентный человек, – стала перечислять она. – Он не курит и не выпивает.
– Ага, – хохотнул он. – Еще не интересуется женщинами.
Матвей сунул руку в карман, на ощупь включил на трубке сотового диктофон и положил его рядом с собой:
– Он сейчас позвонить должен.
– Так ты пойдешь или нет?
– Ты забыла, зачем мы сюда приехали? У тебя подруга в коме. А что, если это все дело рук твоего Арчи? Не хватало мне еще его бредни слушать.
– Почему ты так говоришь?! – вспылила она. – Вот увидишь, тебе понравится. А я завтра пойду к Арчи Вайту и расскажу, что приехала сюда с нехорошими намерениями…
– Эко тебя понесло! – опешил Матвей, пытаясь представить лицо Марты, когда, придя в себя, она прослушает запись. – И что ты ему поведаешь?
– Расскажу, как думала о нем плохо, как подозревала его в причастности к убийству, – на глаза Марты навернулись слезы. – Как я могла?!
Матвей понял, Марту обработали. Причем сделали это жестко. Она была неадекватна. Но это не внушение и не гипноз. Марта находилась под действием какого-то препарата, и до сих пор ее подсознание бесновалось где-то с толпой в спортивном комплексе. Свернуть набекрень мозги за одну проповедь невозможно. Хотя кто его знает? Технологии воздействия на человека с каждым днем совершенствуются.
– Ты что-нибудь пила?
– Где?
– На проповеди.
– О да, божественный напиток! – она мечтательно закатила глаза под потолок. – Это ритуал. Представляешь, у «Новой расы», как у православных, кагор, символизирующий кровь Христа, тоже есть свое вино и тоже символизирует кровь, но не только сына божьего, а всех погибших за веру в Создателя.
– Вот тебя прет! – не выдержал он.
– Нет, тебе действительно надо пойти с нами.
– Куда? – устало спросил он, проводив взглядом прошедшую мимо официантку.
– К светлому будущему…
– Кажется, я это уже где-то слышал, – он шутливо нахмурил лоб. – Точно! Ленин всех туда звал. Так обманул.
– Почему? – с детской наивностью спросила она.
– Там одно место всего лишь было, – он вздохнул. – Лежит сейчас Володя Ульянов в стеклянном саркофаге в свете ламп, и ничего ему не делается. Пашет на эту мумию целый институт, а мы платим на его содержание налоги.
– Нет, – протянула Марта. – Учитель зовет не в мавзолей.
– Да когда же тебя отпустит? – поднимаясь из-за стола, вздохнул Матвей. – Пошли!
До гостиницы шли пешком. Марта улыбалась всем прохожим и сторонилась, пропуская даже сверстников. Ее сияющее и счастливое лицо вызвало недоумение даже у администратора.
– С вашей знакомой все в порядке? – тихо спросила она, протягивая ключи.
– Конечно, а в чем, собственно дело? – он проследил за ее взглядом и чертыхнулся. Расставив в стороны руки и глядя куда-то вверх, Марта кружилась по фойе.
– Она только что узнала, что у нее в Израиле умерла бабушка…
– Разве этому можно радоваться? – ужаснулась женщина.
– Конечно, если у этой бабушки большое состояние.
– Теперь понимаю, – кивнула женщина. – Хотя она совсем не похожа на еврейку.
Размышляя, как поступить с Мартой, Матвей взял ее за локоть и увлек к лифту.
– Как мне хорошо!
– Хорошего мало, – надавив на кнопку, буркнул он.
Судя по всему, они влипли. Раз Марту в первый же день так обработали, значит, что-то заподозрили. Не может быть, чтобы Арчи Вайт и его команда поступали таким образом со всеми адептами. В противном случае, после каждого их мероприятия город бы наводняли сотни неадекватных людей. Матвею с трудом удалось довести ее до номера.
«Может они ей дали ту дозировку психотропных веществ, от которой она попросту забудет, что было сегодня? – неожиданно подумал он. – Или… Не может быть!»
Страшная догадка заставила посмотреть на Марту повнимательнее:
– С тобой кто-нибудь говорил?
– Бог.
– Я серьезно, – двери лифта открылись, и он увлек ее в коридор. – Виктор спрашивал тебя о чем-нибудь?
– А чем, по-твоему, мы могли заниматься целый час после проповеди?
– Так ты не сразу позвонила мне? – опешил он.
Она покачала головой:
– Виктор пригласил меня в небольшое кафе, чтобы отметить мое посвящение в адепты…
– Какое посвящение? – Матвей вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь номера. – Ты мне об этом ничего не говорила.
Марта встала у порога, внимательно глядя ему в глаза, потом вырвала руку:
– Тебе ко мне нельзя!
– Что? – Матвей оглянулся по сторонам. Коридор был пуст. Он втолкнул Марту в комнату: – Раздевайся.
– Тебе нельзя больше со мной спать! – ошарашила она. – Ты не нашей веры…
– Так, – протянул он, опускаясь на кресло. – А с кем тебе можно?
– С Виктором теперь можно, с тобой нет. Грех.
Некоторое время Матвей молчал, глядя на пытавшуюся стать чужой женщину.
«А если ей «жука» подсадили? – возникшая в голове мысль неожиданно заставила прокрутить в голове весь разговор. – Как я мог не предусмотреть такого развития событий?» – с досадой подумал Матвей, вспомнив, что в кафе он упомянул Званцеву и цель их с Мартой поездки в этот город.
– Чем сейчас будешь заниматься? – заранее зная, что после таких встрясок организм начнет требовать отдыха, спросил Матвей.
– Спать, – Марта зевнула. – Уходи.
– Уйду, – заверил ее Матвей и встал: – Позволь помочь? Или тоже нельзя?
Расстегивая на куртке «молнию», она повернулась к нему спиной.
Он снял ветровку, незаметно обследовав карманы. Чисто.
– Тебе ничего не дарили в честь вступления в адепты? – на всякий случай спросил Матвей.
– Это я дарила, – он повернулась, слегка пошатнувшись, но тут же восстановив равновесие, ткнула себя в грудь. – Пятьдесят тысяч рублей. Они не хотели брать, но я, – Марта вытянула руку ладонью вниз, – на краешек сцены положила с остальными конвертами…
Арчи дочитывал речь, которую должен был в скором времени прочесть перед посвященными, когда в дверь постучали и на пороге вновь возник Гамов. Достаточно было только взглянуть на инвалида, чтобы догадаться, на этот раз действительно произошло что-то из ряда вон выходящее, но все же Арчи решил подшутить над ним:
– Что, по телевизору объявили новую дату конца света?
– Я разговаривал с Лукой, – ковыляя к стулу, заговорил Гамов. – Этот псих стал каяться, что дал рекомендацию человеку, который приехал сюда с целью нашего разоблачения.
– И, конечно, им оказалась женщина, о которой мы с тобой говорили, – догадался Арчи.
Вместо ответа Гамов кивнул. Лицо его приобрело за несколько часов синюшный оттенок, а волосы на голове лоснились от пота.
– Чувствую, это не все, – Арчи опустил крышку ноутбука и положил локти на стол.
– С новичками беседовала Скарлет, и эта тварь была как раз там. Мы обманом заманили ее в раздевалку…
– И толпой изнасиловали, – Арчи прыснул со смеху.
– Зачем? – удивленно захлопал глазами Гамов. – И почему ты смеешься?
– Просто представил раздевалку и тебя без штанов и без протезов, – сквозь слезы выдавил Арчи.
Гамов проглотил обиду и, дождавшись, когда тот успокоится, продолжил:
– Этот Лука смог ввести ее в состояние гипнотического сна и допросить.
Лицо Арчи сделалось серьезным:
– Снова журналисты?
– Это друзья Званцевой…
– Той самой, которую ты не добил? – взгляд Арчи сделался колючим. – Сколько их?
– Марта и Матвей.
– Коллеги?
– Нет, – Гамов потянулся к бутылке с минеральной водой, но под конец передумал и уронил руку на стол: – Он не то бывший военный, не то мент. Она врач.
– Странная парочка, – задумчиво проговорил Арчи. – Это точно?
– Ну мы что, никогда не работали с такими? – обиделся Гамов.