Секрет ассасинов

Затянутое тучами ночное небо не позволяло разглядеть строения квартала коптов. В иные времена дома первых египетских христиан были самыми богатыми в Каире, но теперь ловкость британских коммерсантов и возрождение ислама привели к обнищанию христианского меньшинства. Из-за войны число путешественников резко сократилось. Большие группы паломников перед церковью Святого Сергия стали явлением необычным. Парадная лестница оставалась пустой, а большой портик слабо освещали стоявшие неподалеку фонари.

Алиса и Линкольн ожидали похищенных друзей на углу. Линкольн пытался сдержать учащенное дыхание. Он чувствовал, как колотится сердце и потеют руки. Единственное, что слегка успокаивало нервы, — старый револьвер в кармане. Алиса, вцепившись в его руку, пыталась справиться с овладевшим ею беспокойством. Она вздрагивала от любого звука и еще сильнее сжимала руку своего друга. Идея прийти сюда вдвоем, без поддержки, казалась не самой разумной. Эти убийцы были народом опасным, они, не колеблясь, убьют их, как только увидят, или, что было еще хуже, прикончат Геркулеса и его спутников.

Мысли Алисы то и дело возвращались к Джамиле. Она была в ответе за все. В этом месте три месяца тому назад ее друзья повстречались с этой проклятой дамочкой, и ее судьба изменилась навсегда. После бегства из Мюнхена от войны в Европе им грозила смерть здесь, в Египте.

Линкольн напряг зрение. Полумрак улицы защищал их, давая вместе с тем определенное преимущество врагам. Он понимал, что один револьвер надолго их не задержит. У Алисы был маленький пистолет на два патрона. Так что на двоих у них было всего семь выстрелов. Но даже и в этом случае он верил в то, что Геркулес будет знать, как поступить, чтобы сбежать.

Резкий звук заставил его вздрогнуть. Линкольн прицелился, но из тени вышла лохматая кошка, которая рылась в мусоре. Наши друзья заранее проверили: церковь имеет всего лишь один вход. Еще до наступления темноты они приходили сюда, осмотрели в ней каждый уголок и решили, что ожидать лучше за ее пределами.

Они хотели остаться ожидать группу внутри крипты, но тут же сообразили, что их противники этого от них и ждут. Кроме того, крипта представляла собой ловушку без выхода. Поэтому будет разумнее ожидать прихода группы в церковь снаружи. Сначала они ликвидируют внешних наблюдателей, а уж потом нападут на похитителей с тыла.

Через два часа томительных ожиданий в ста метрах от церкви остановилась какая-то древняя колымага. Повозку притащила старая кляча, которую погоняли два человека. Сопровождающие колымагу люди подняли брезент. Внутри сидели связанные Геркулес, Гарстанг и Джамиля. Вскоре верхом на конях подъехали еще четыре человека. Один из похитителей остался с лошадьми, а пятеро повели пленников к дверям церкви. Прежде чем войти внутрь, один из конвоиров осмотрелся. На каждого пленника приходился один сопровождающий и двое прикрывали группу с тыла.

Они постучали в дверь, и кто-то открыл им изнутри. Линкольн посчитал это дурным предзнаменованием. Если они заблаговременно поместили одного человека внутри, то он наверняка видел, как они с Алисой ходили по церкви и опознал их. Негр и белая рыжеволосая женщина не могли не привлечь внимания в Каире. И конечно же, их ожидали.

Наблюдатель, стоявший спиной к двери, непрестанно смотрел в сторону парадной лестницы. Единственное, что оставалось Линкольну, это ползком добраться до стены и подняться через боковой проем. Единственным способом остаться в живых, после того как он поднимется наверх, будет стремительность действий.

Линкольн подал знак Алисе и, двигаясь как кошка, пополз к лестнице. Темная одежда и цвет кожи делали его невидимым. Линкольн достиг подножия лестницы и пополз к стене, крепко обхватив деревянную узорчатую дверь, он медленно подтянулся. Высота стены была не более двух метров. Однако ему нужно было бесшумно перелезть через дверь, спрыгнуть на деревянные перила и внезапно напасть на похитителя.

Алиса вышла из своего укрытия, чтобы отвлечь внимание наблюдателя и дать Линкольну еще пару секунд. Охранник повернул голову и сделал два шага в сторону лестницы, но, прежде чем он успел поднять винтовку, Линкольн бросился на него и одним движением перерезал ему горло. Линкольн долгое время работал на секретную службу Соединенных Штатов и кое-что помнил. Сейчас эти навыки ему очень пригодились.

Смерть наблюдателя была мгновенной. Алиса поднялась по лестнице, стараясь не стучать своими ботинками. Там она помогла Линкольну оттянуть тело к боковому входу и спрятать там подальше от света фонарей.

Следующая трудность состояла в том, чтобы открыть тяжелейшую деревянную дверь, не производя шума. В конце концов Линкольн решил подняться по деревянной колонне к галерее и попытаться проникнуть внутрь через верхнее окно. Оказавшись наверху, он посмотрел сквозь деревянную решетку и увидел людей, которые расположились на деревянных скамейках. Свет больших восковых свечей и отблеск коптских икон на маленьком алтаре были настолько тусклыми, что фигуры людей Линкольн почти не различал, но мог слышать их голоса.

— Мы уже много лет исследуем крипту этой церкви, ищем какую-либо формулу или египетский иероглиф, но так ничего и не нашли, — говорил аль-Мундир.

— Возможно, вы с самого начала исходили из ошибочной предпосылки, — заметил Гарстанг. — В ряде случаев предвзятые мнения скрывают от нас то, что мы хотим видеть на самом деле. Если мне не изменяет память, церковь Святых Сергия и Вакха, известная у арабов под названием Абу Серга, была построена в четвертом веке от Рождества Христова, а значит, является самой старой церковью Каира.

— Все это нам давно известно, — сухо ответил аль-Мундир.

Гарстанг искоса взглянул на араба и продолжал говорить, двигаясь в направлении престола.

— Согласно христианским верованиям, церковь была построена на том месте, где Святое семейство проживало во время пребывания в Египте. Считается, что они жили здесь в то время, когда Иосиф работал в римской крепости, — уточнил Гарстанг, поднимаясь на престол.

Над главным престолом возвышался деревянный свод на колоннах, занавешенный красной тканью. Гарстанг отодвинул занавес и посмотрел внутрь.

— А я думал, что Святое семейство жило в Александрии. Там была большая еврейская община, — заметил Геркулес.

— Они бежали от Ирода, они не могли никому доверять. Кто-то из братьев-евреев, возможно, выдал их местопребывание, — высказал предположение Гарстанг.

— Будет лучше, если вы сосредоточитесь на поиске надписи, — прервал их разговор араб.

— Церковь посвящена Сергию и Вакху, святым воинам, замученным в Сирии во времена правления римского императора Максимилиана. Самым интересным местом является крипта, в которой, как говорит предание, Мария, Иосиф и младенец Иисус отдыхали. Крипта находится на глубине десять метров; когда Нил выступает из берегов, крипту заливает, поэтому ее следует исключить из числа мест, где может быть спрятана надпись, которую мы ищем. В таком случае, где же мы можем найти ее?

Остальная часть группы молча ожидала. Археолог подошел к престолу и посмотрел на небольшую надпись у ног распятого Иисуса.

— Нет, это не здесь, — проговорил он, размышляя вслух.

Затем археолог начал искать в алтарях меньшего размера и наконец увидел, как что-то блеснуло у ног небольшой статуи девы Марии. Этот образ, в отличие от других ее изваяний, был отлит из бронзы и почернел от времени. Надрезы внизу были похожи на какие-то царапины, нанесенные ребенком.

— Эврика! — радостно воскликнул Гарстанг.

— Что вы нашли? — спросил аль-Мундир, приближаясь к маленькому алтарю. Подошли к алтарю и Геркулес с Джамилей, образовав в результате круг.

— Я несколько раз бывал в этом храме и никогда не обращал особого внимания на фигуру девы Марии.

— Но, господин Гарстанг, почему ключ должен был написан на таком маленьком изваянии? — спросил Геркулес.

— Те, кто ее сделал, хотели, чтобы она оставалась незаметной. И это удавалось им в течение почти полутора тысяч лет.

— И это буквы? — спросил аль-Мундир, нахмурившись. — На каком языке это написано?

— Для того чтобы сделать эту надпись, они использовали примитивные знаки. Линейное письмо А — это письменность минойской цивилизации, существовавшей на острове Крит. Исследователи считают, что это письмо использовалось между семнадцатым и пятнадцатым веками до Рождества Христова, но лишь совсем недавно были найдены образцы, позволившие его расшифровать[29]. Сэр Артур Эванс открыл это письмо в городе Кносс во дворце минойской культуры. Похоже, что письмена были нанесены на глиняные таблички, которые случайно подверглись обжигу во время пожара, отчего и сохранились до нашего времени. Насколько мне известно, в мире существует лишь один специалист, способный расшифровать эти записи, но живет он в Афинах, — сообщил Гарстанг.

— Чего я не понимаю, так это почему надпись сделана на образе Богородицы? — спросил Геркулес.

— На самом деле это вовсе не Богородица. Приглядитесь, — предложил Гарстанг.

Все посмотрели на изваяние. Оно не было похоже ни на одну статую девы Марии, которую они когда-нибудь видели. Статуэтка небольшого размера изображала женщину во весь рост. Руки — вытянуты вперед. Длинная юбка, высокая шляпа на голове. Фигура была стилизована чрезвычайно, почти вызывающе, и отнюдь не похожа на христианскую девственницу.

— Почему использовали именно эту статуэтку как образ девы Марии? — спросил Геркулес.

— Это не такой уж редкий случай. Довольно часто христиане всего лишь меняли либо места отправления культа, либо имена местных богов. Эта богиня плодородия, надо думать, находилась тут за много лет до того, как начали строить христианский храм, то есть тогда, когда здесь еще был храм Амона, — пояснил Гарстанг.

— Как мы можем расшифровать надпись? — занервничал аль-Мундир.

— Никак. Я вам уже говорил. Прочитана лишь небольшая часть линейного письма этого типа. Некоторые исследователи считают, что этот тип является предшественником линейного письма Б. Язык текста, написанный этой разновидностью письма, называется крито-микенским. Нам он неизвестен.

— Неизвестен? — переспросил араб. — Не вы ли только что говорили, что есть человек, способный сделать это?

— Древний критский язык почти неизвестен, но в последние годы предпринимались попытки определить значение многих знаков письма А путем сравнения со знаками линейного письма Б, что дало более или менее надежные результаты, — говорил Гарстанг, которого начинало пугать фанатичное выражение на лице аль-Мундира.

— Кто же может помочь нам? Будет лучше, если вы ответите, — прошипел араб, извлекая длиннющий кинжал.

Гарстанг онемел от страха и не сводил глаз с ножа.

— Успокойтесь! — Геркулес на несколько шагов приблизился к арабу и Гарстангу, но один из похитителей схватил его за руку и силой вернул на место.

— Так кто же может расшифровать это проклятое письмо? — угрожающим тоном вопрошал аль-Мундир.

— Никто. Большое число знаков тайнописи позволяет догадываться о содержании найденных текстов. Именно догадываться, а не переводить. Думаю, что сейчас этого не может сделать никто, — проговорил трясущийся от страха Гарстанг.

— Это ложь! Вы хотите обмануть меня. Но аль-Мундира еще никому не удавалось провести.

Вдруг все услышали резкий звук с потолка. Сверху кто-то прыгнул на аль-Мундира и повалил его на пол. Геркулес воспользовался представившейся возможностью и ударил похитителя, который охранял его, затем выхватил у него из-за пояса кинжал и нанес ему удар прямо в сердце. Дверь храма открылась, и в проеме показалась фигура. Похитители посмотрели в сторону входа в церковь, и двое рванулись навстречу человеку, который уже бежал к престолу, а один остался с Джамилей.

Линкольн повалил аль-Мундира на пол, но араб уже вскочил на ноги и помчался к главному престолу. Геркулес посмотрел в сторону нефа и увидел, что два похитителя быстро приближаются к Алисе. Женщина подняла пистолет и выстрелила в грудь одному из них. Похититель с жалобным воплем схватился за предплечье, а его соратник повалил женщину на пол. Линкольн поднялся и посмотрел на аль-Мундира, который пытался незаметно улизнуть через заднюю дверь. Потом он перевел взгляд на Джамилю. Похититель одной рукой держал принцессу, а другой — приставил к ее горлу кинжал и, воспользовавшись суматохой, тащил ее к выходу. Геркулес сбил с ног раненного в предплечье похитителя и преградил путь другому убийце, который уже занес руку, чтобы вонзить кинжал в Алису. Человек в черном повернулся, но прежде, чем он успел хоть что-нибудь предпринять, Геркулес начал душить его. Тот бросил кинжал и схватился за шею.

Линкольн прицелился в голову похитителя, который держал Джамилю, но выстрелил не сразу. Пуля попала похитителю в лицо, и тот упал навзничь. Лицо Джамили заливала кровь, она, подняв руки, сделала пару шагов, не в силах выговорить ни слова. Гарстанг подбежал к остальным путешественникам. Все пятеро осмотрели плохо освещенное помещение, задержав взгляд на двери, но оставались на месте, не зная, куда теперь двигаться.

— Спасибо, друзья, что пришли. А пришли вы в самый подходящий момент, — наконец произнес Гарстанг.

— Каков ваш план бегства? — спросил Геркулес.

Алиса и Линкольн переглянулись. Главный выход мог быть опасен. Снаружи их ожидал по крайней мере один убийца. Американец пожал плечами, а Геркулес внимательно посмотрел на большую дверь.

— Как бы там ни было, будет лучше, если мы уйдем отсюда до того, как сюда прибегут еще несколько убийц, — сказал Геркулес, взял за руку Джамилю, взгляд которой до сих пор оставался неподвижным, и все побежали к выходу.

— Аль-Мундир убежал с камнем, — напомнил Гарстанг.

— Пусть это вас не беспокоит. Мы займемся им позднее, — ответил Геркулес.

Спокойствие ночи резко контрастировало с тем, что только что произошло в церкви. Улицы были пустынны. Друзья быстро спустились по парадной лестнице. Линкольн заметил, что убийца, остававшийся с лошадьми, сбежал, но несколько лошадей и маленькая телега остались, и друзья побежали к ним. Нужно было удалиться от коптского квартала как можно быстрее.

Добравшись до гостиницы, друзья направились в номер Алисы и Линкольна. В эту ночь было решено отдохнуть здесь, а на следующий день покинуть Каир. Алиса и Джамиля проведут ночь в этом номере, а Линкольн, Геркулес и Гарстанг расположатся в соседнем и будут охранять всех, дежуря по очереди.

В номере можно было принять душ и переодеться. Целый месяц они не меняли одежды и не принимали освежающего душа. Когда мужчины помылись и переоделись, все собрались в номере женщин. Геркулес решил, что Линкольн и Алиса должны познакомиться с историей «Сердца Амона» и Джамили, которая сбежала из стамбульского гарема, но прежде всего узнать, каков истинный возраст принцессы и что с ней случится, если в самое ближайшее время они не получат камень. Линкольн и Алиса слушали рассказ своего товарища и изумлялись.

— Значит, Джамиля умрет, если мы не вернем драгоценность? — спросила Алиса, и впервые ей стало жаль принцессу.

— Да, — ответил Геркулес, который сидел на кровати рядом с Джамилей.

— Должен признаться, я просто ошеломлен, — сказал Линкольн. — Этот камень обладает такими свойствами, которые меня пугают.

Профессор Гарстанг нервно ходил по номеру из угла в угол, наконец он остановился и внимательно посмотрел на друзей.

— По крайней мере, мы знаем, где его нужно искать.

— Где? — спросила Алиса.

Археолог порылся в карманах брюк и извлек статуэтку с надписью. Все с удивлением посмотрели на нее — в возникшей суматохе друзья совершенно забыли о ней.

— Аль-Мундиру удалось убежать с камнем, но он забыл кое-что очень важное. Вам не кажется? — проговорил Гарстанг с улыбкой.

— Просто поразительно, — произнес Геркулес, любуясь статуэткой.

— Но как мы найдем камень? — спросила Алиса.

— Не беспокойтесь, пока мы владеем вот этим, камень сам отыщет нас. Нужно только расшифровать поскорее надпись. Из-за войны количество пассажирских судов резко сократилось, но у меня есть знакомый судовладелец, который помогает мне транспортировать предметы древности, когда возникает необходимость вывозить их из Египта. Завтра мы отправимся в Александрию, а оттуда — в Афины.

— Почему в Афины? — поинтересовался Линкольн.

— Там живет единственный в мире человек, который может расшифровать эту надпись.

— Что это за человек? — спросил Геркулес.

— Никос Казанцакис, блестящий специалист в области классического греческого языка, с которым я познакомился в Париже, когда изучал в Сорбонне философию.

— Эту загадку может отгадать молодой ученый? — продолжал допытываться Геркулес.

— Будем надеяться, что да, — ответил с улыбкой археолог.

— У нас мало времени, — заговорил Геркулес, глядя на Джамилю. — Мы не знаем, сколько еще времени продлится действие камня.

— Будет лучше, если мы скрестим пальцы, — ответил Гарстанг. — Если Никоса Казанцакиса мобилизовали в греческую армию, мы пропали.

Уже много дней они не вспоминали о том, что в Европе идет война. Пересечь море, которое кишмя кишит военными кораблями, добраться до Афин и найти там молодого исследователя греческого языка будет нелегко, да еще в условиях, когда над ними нависла грозная тень убийц.

35

Александрия, 9 января 1915 года

Самый крупный порт Африки находился под управлением британских властей. Отсюда выходили корабли, которые плавали по всему миру. Товарооборот был велик, и это делало Александрию самым богатым городом Египта, да и всей Северной Африки.

Группа прибыла в город перед самым заходом солнца, но Гарстангу удалось отыскать знакомого судовладельца и попросить его организовать их отправку в Грецию ближайшим судном. Судовладелец привел ему тысячу причин, по которым сделать этого он не может. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как британская армия конфисковала большую часть торгового флота для собственных нужд. По его словам, на турецком направлении готовится крупномасштабная операция и англичане накапливают в городе необходимые для ее проведения силы и средства. Есть основания предполагать, что сюда прибыли войска из Австралии и Новой Зеландии. Формируется новая армия для открытия второго фронта в Турции.

Гарстангу пришлось отказаться от своего плана. Он получил от судовладельца рекомендательное письмо и вместе с Геркулесом и Линкольном направился к главнокомандующему британскими войсками с просьбой организовать их отправку в Грецию. Профессор был единственным британским подданным в группе, а значит, армейское командование могло отказать остальным членам группы в подобной услуге, особенно Джамиле, турецкой подданной. Но другого выхода у друзей не было.

Трое мужчин собрались с духом и на следующее утро явились в штаб-квартиру командования. Сержант, дежурный по штабу, попросил их предъявить паспорта и пригласил в небольшую комнату ожидания.

Несколько минут спустя в комнату вошел офицер и с усталым видом приветствовал их. Он пригласил друзей следовать за ним и провел их в кабинет командующего Ярда.

— Прошу вас, присаживайтесь, — произнес командующий, не удостоив вошедших даже взглядом. Он читал какие-то бумаги и лишь через несколько минут поднял глаза, ожидая, что скажут прибывшие.

Мужчины переглянулись. Говорить решил Гарстанг.

— Извините нас, командующий. Мы не хотим отбирать у вас ваше драгоценное время, но нам непременно нужно покинуть Египет как можно скорее. Однако до сих пор все наши попытки сделать это проваливались. Нам сказали, что большая часть судов реквизирована и покинуть Александрию морским путем невозможно.

— Я вам в этом помочь, разумеется, тоже ничем не могу. Мы не морские перевозчики, профессор… — проговорил командующий, заглядывая в паспорт.

— Профессор Ливерпульского университета, — продолжил фразу Гарстанг.

— Ах, из Ливерпуля, — снова заговорил командующий.

Для человека, получившего образование в Кембридже, звание профессора Ливерпульского университета было чем-то большим, чем пустое место.

— Я сейчас занят важнейшими исследованиями и для того, чтобы убедиться в правильности моих выводов, должен посетить Афины…

— Мы ведем войну, уважаемый господин. И сейчас это основной приоритет Соединенного Королевства. Ваши исследования могут подождать, — отрезал командующий, бросая паспорта на стол.

— Что? Я британский подданный и требую, чтобы меня вывезли за пределы Египта, — начинал горячиться Гарстанг.

— Требуете? У командующего королевскими военно-морскими силами? — прорычал командующий, лицо которого уже побагровело.

— Это ваш долг, вытащить меня отсюда! — воскликнул Гарстанг, направляя указательный палец на командующего.

Командующий встал и с криками выпроводил друзей из кабинета. Когда они шли к выходу, Гарстанг только и делал, что брюзжал. Линкольн и Геркулес молча наблюдали за ним.