Новая русская доктрина: Пора расправить крылья

Что может сделать ВИСНХ?

Прежде всего – начать широкую общественную кампанию по созданию образа будущего России, поиска ее места в новой формирующейся мировой системе, по определению центральных приоритетов развития . Эта кампания решит важнейшую внутриполитическую задачу, формируя массовую общественную поддержку власти в первую очередь со стороны наиболее активных и интеллектуально развитых граждан.

Исходя из образа будущего России, ВИСНХ способен:

1. Создать Белую книгу о том, какие технологии есть у РФ для достижения поставленной мегацели, а каких – нет; какие из них требуется разработать срочно, а какие – в более отдаленной перспективе. На этой основе можно будет развернуть массированную пропагандистскую кампанию, направленную на модификацию иерархии ценностей граждан и мобилизацию общества на воплощение масштабных задач общенационального значения.

2. Предложить государству (правительству) реальные прикладные задачи – то есть сформулировать насущные проблемы страны, эффективное решение которых государство готово оплачивать, вкладывая средства в прорывные разработки. В числе таковых в первую очередь могут быть востребованы:

– технологии строительства, обеспечивающие сверхбыстрое возведение жилых и нежилых построек с себестоимостью не больше 250 долларов за квадратный метр, позволяющие в рекордные сроки решить жилищную проблему и внедрить эффективный механизм доступного ипотечного кредитования;

– децентрализованные системы ЖКХ (коммунального жизнеобеспечения);

– дешевая децентрализованная энергетика;

– технологии энергосбережения и снижения удельного расхода топлива в моторах, на тепловых электростанциях и в отопительных системах;

– дешевые технологии обеспечения всех потребителей цифровой телефонией и беспроводной связью;

– новые виды скоростного грузового и пассажирского транспорта.

Широкое общественное представительство в ВИСНХ, а также его авторитет позволят оживить многие игнорируемые ныне разработки.

3. Предложить государству законодательные и административные меры, налоговые льготы и другие стимулы для реального обеспечения инновационного рывка.

4. ВИСНХ сам способен стать структурой для поиска и отбора нужных инноваций и технологий.

Именно ВИСНХ позволит приступить к созданию отечественного аналога ДАРПА – структуры для поиска и финансирования принципиально новых, революционных разработок.

Содействие со стороны ВИСНХ позволит правительству ставить реальные и насущные задачи перед научно-техническим сообществом РФ и сопредельных стран, находя наиболее малозатратные и быстрые способы решения национальных проблем и попутно преодолевая сопротивление со стороны коррумпированных слоев и незаинтересованного менеджмента ресурсных корпораций и торговых компаний.

5. Создание ВИСНХ также будет способствовать пропаганде инновационной политики через государственные и частные СМИ, насыщая национальный эфир проектами будущих городов, трансконтинентальных трасс, перспективных космических кораблей, самолетов, экранопланов, развертывая дискуссии о способах построения России как страны прорывного научно-технического прогресса, переключив внимание активных масс населения на созидательные инициативы.

ВИСНХ также сможет внести решающий интеллектуальный вклад в создание Национальной инновационной системы.

2.6. НИС – Национальная инновационная система

Рыночные отношения сами по себе не обеспечивают инновационного прорыва. Рынок (а особенно в российских специфических, криминально-монополистических и коррупционных, условиях) способен подавлять и блокировать инновации успешнее, чем это происходило в условиях брежневского «нефтесоциализма». На практике блокируются те инновации, которые создают альтернативы существующим видам морально устаревающего, но прибыльного бизнеса. Так, например, будущая промышленность производства водородных топливных элементов в перспективе может заместить традиционные нефтепродукты. Технология производства «вечных», практически не подверженных коррозии пластиковых или базальтовых труб для ЖКХ уничтожает целый бизнес тех, кто так или иначе наживается на ежегодных ремонтах и перекладках труб в тысячах городов.

В настоящее время отечественным научным коллективам доступны два способа привлечения средств. Во-первых, обращение в организуемые государством центры трансфера (перевода) технологий, то есть поиски потребителей своих разработок в Европе, США, Китае, Японии. Тем самым государство по существу само выдавливает ученых за рубеж, укрепляя зарубежные экономики вместо отечественной.

Вторым предлагаемым способом является использование венчурных фондов – опять же с привлечением зарубежных специалистов для составления необходимых обоснований, что обеспечивает финансирование самих научных коллективов лишь в гипотетических случаях одобрения внешними экспертами, которые, однако, в любом случае получают солидные гонорары за проведение экспертизы.

В итоге перспективные команды исследователей из РФ при любой возможности уезжают работать в зарубежные государства. Их коллеги, продолжающие работать в России, фактически трудятся вслепую, по существу «в стол», не имея гарантий востребованности своего труда. В этой же связи в стране остро не хватает междисциплинарных исследований и масштабных работ.

Между тем наиболее эффективным способом замыкания инновационного цикла был и остается проектный способ, при котором государство по собственной инициативе ставит перед наукой точно сформулированные задачи, обеспечивая финансирование разработок – в первую очередь системообразующих проектов, вовлекающих несколько научных направлений и стимулирующих становление новых отраслей промышленности (по аналогии с реализацией ядерного и ракетно-космического проекта в СССР).

В нынешних условиях такими системообразующими проектами в РФ могли бы стать, например, не только нанотехнологическая программа, не только предусмотренные планы развития авиапрома, ядерной промышленности и судостроения, но и проекты «Альтернативная энергетика», «Город будущего», «Новое жилищно-коммунальное хозяйство», «Чистая вода». В рамках каждого из проектов целесообразно инвентаризировать все наличные отечественные разработки по обозначенным темам, после чего выделить головные организации, объединить усилия исследователей из разных институтов, фирм и университетов, рассчитать потенциальный экономический эффект.

В совокупности системообразующие проекты целесообразно объединить под эгидой НИС – Национальной инновационной системы . Формирование НИС целесообразно осуществить в рамках самостоятельного приоритетного национального проекта, вовлекающего не только правительство, но и научно-экспертное и предпринимательское сообщества. Ни одна бюрократическая структура не справится с задачей такого масштаба без профильных специалистов.

На сегодня в РФ целостной НИС не существует. Управление инновационным развитием фрагментировано между Минэкономразвития, Минсвязи, Минобразования и науки.

Создание НИС должно стать плодом «коллективного разума». Целесообразно открыть общественную дискуссию по поводу нового национального проекта по образу партийных дебатов, проводившихся в СССР в 1920—1930-х годах. Однако некоторые обязательные элементы структуры НИС очевидны.

1. Прежде всего, российская НИС должна содержать эффективный организационный механизм, притом не только в плане постановки задач и управления процессом. НИС будет максимально эффективна в партнерстве с «фабриками мысли», создающими прогнозы развития техники и технологий, а также отслеживающими долгосрочные тенденции.

2. В НИС необходимы структуры по отбору и экспертизе предложений ученых.

3. В рамках НИС должен быть создан электронный банк данных о ведущихся в стране исследованиях и разработках для налаживания связей между группами исследователей.

Необходимо и законодательное сопровождение деятельности НИС. Среди неотложных законопроектов, по мысли одного из лидеров группы «Конструирование будущего» Сергея Переслегина, должны быть следующие:

• «Закон о статусе инновации», определяющий инновацию как юридическое понятие и задающий рамки для создания инновационного права и построения ФИС.

• «Закон о создании инновационного офшора в России», разрешающий беспошлинную регистрацию инновации всех типов при условии их первичной реализации на российском рынке. Одновременно продукты творческой деятельности освобождаются от всех форм налогообложения (по образцу законодательства Ирландской Республики).

• «Закон об использовании инновации» обяжет приобретателя авторских прав на инновацию к их обязательному использованию. Если покупатель не сможет использовать купленный у изобретателя патент, он должен будет вернуть его владельцу. Таким образом можно избежать скупки патентов в целях блокирования инновации.

Национальная инновационная система будет преимущественно проводить в жизнь проекты с длительными сроками реализации. Поэтому, чтобы избежать угрозы нестабильности в осуществлении долгосрочных стратегических проектов, в частности, связанных с избирательными циклами, следует предусмотреть получения наиболее значимыми проектами статуса законов. Опыт законодательного оформления стратегических научно-производственных программ существовал в царской России, есть он и в опыте других стран.

Именно НИС сможет стать основной движущей силой Инновационных пятилеток развития. При этом чисто рыночные инновационные институции (вроде Российской венчурной корпорации, отраслевых и частных венчурных фондов) не только продолжат работать в чисто рыночной парадигме – они обретут дополнительное дыхание и найдут новые сферы приложения деятельности. Также оживится работа и имеющихся технопарков и технополисов, свободных экономических зон и частных научно-технических фирм.

2.7. Специфические механизмы и сетевые инновационные структуры

Выше было сказано, что, помимо изучения и внедрения ценного зарубежного опыта организации научно-технического развития, необходимо начать работу по созданию инновационно-производственных структур и механизмов нового типа с учетом специфики национальных условий и опыта.

Невозможно даже мечтать об инновационном прорыве, не задействовав мощности и финансовые возможности сырьевых корпораций. Однако предстоит преодолеть сопротивление инновациям со стороны корпоративного менеджмента. Как считает один из старейших инноваторов РФ Андрей Самохин, в России, помимо применяемых за рубежом рыночно-поощрительных мер инновационного развития, применимы и учитывающие специфику РФ рыночно-принудительные меры. Например, можно обязать крупные корпорации под страхом резкого увеличения налоговой ставки регулярно вкладывать средства в инновационные разработки. Возможно также воссоздание Фонда промышленного развития, куда все предприятия обязаны отчислять небольшие средства и где любое из них может разместить заказ на разработку конкретной технической инновации для собственного производства. Роль такого фонда могла бы взять на себя НИС или система межвузовских исследовательских центров (МИЦ), идея создания которых была выдвинута Игорем Бощенко.

Предлагается создать межвузовские исследовательские центры (МИЦ) с двойным финансированием. Половину бюджета МИЦ обеспечивает государство, половину – промышленные предприятия. Многим компаниям нерентабельно содержать свои центры научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, поскольку разработка сложного изделия требует множества технологий и большого числа специалистов. Когда изделие запущено в серию, держать такой коллектив за счет предприятия становится невыгодно: ему потребуются инженеры-доводчики изделия, а не теоретики. Однако несколько предприятий могут содержать общий исследовательский центр. Половину его финансирования может обеспечивать государство – при условии, что не менее 50% всех разработок имеют фундаментальный характер. Вложения корпораций в науку в системе МИЦев станут очень выгодными, поскольку за работой будут наблюдать не абстрактные чиновники, а непосредственные потребители научного продукта, которым в отличие от чиновника нужен конкретный результат: новый полимер, новый двигатель, новая микросхема.

Следует ввести дополнительное стимулирование исследований по «двойным» технологиям, имеющим государственное значение, – таким, например, как оборонные и космические исследования. В этом случае руководители и коллективы предприятий получат пример эффективного проведения фундаментальных исследований за счет государства, притом с получением прикладных результатов, применимых в их бизнесе.

Создание сети МИЦев приведет к появлению множества новых научных отраслей и интересных проектов. Появится возможность щедро оплачивать труд ученых и талантливой молодежи. Бизнесмены станут платить не за регалии и не за пустые слова, а за реальный результат конкретному ученому в дополнение к достойной оплате его труда государством. Это позволит вернуть в Россию интеллектуальные силы, эмигрировавшие не только по материальным мотивам, но и в силу своей невостребованности.

В МИЦах результаты работы на паритетных началах должны принадлежать государству и предпринимателю, профинансировавшему работу. Но при этом каждая из сторон устанавливает небольшие роялти, выплачиваемые ученым-разработчикам (2—3% – но на срок в 10—25 лет и под жесткие гарантии).

Перспективным инновационным механизмом могло бы стать создание жизнеспособных научно-технических и производственных консорциумов для исполнения поставленных государством конкретных прикладных технических задач.

Например, консорциум мог бы быть образован для комплексной реализации проекта создания конкретного вида новой техники. Он формировался бы на базе головного профильного предприятия. Такой консорциум мог бы объединять усилия государственных предприятий, предприятий смешанной формы собственности, частных научно-инженерных фирм, он позволял бы привлекать комбинированное (государственное и частное) финансирование. В рамках консорциума осуществляется специализация участников на разработке отдельных компонентов новой техники. Входящие в консорциум компании получают доступ к стендовой и испытательной базе головного предприятия, снижая издержки и ускоряя процесс разработок. В свою очередь, предприятие загружает и использует по назначению свои мощности.

Для эффективной работы консорциума необходимо тщательно разработать рамочные «правила игры»: создать специальный (и неизменный) налоговый режим, отрегулировать отношения в области прав интеллектуальной собственности и др.

Заинтересованность участников консорциума в конечном результате может обеспечить полный цикл: «разработка системы – ее производство – продвижение на рынок – послепродажное обслуживание», предусматривающий коммерческую выгоду и получение прибыли.

Для начала в качестве эксперимента для обкатки новой схемы в юридическом, организационном и финансовом аспектах следовало бы предусмотреть запуск хотя бы одного подобного пилотного проекта, например, в области какой-либо конкретной технологии двойного назначения. В случае успеха и с учетом полученного опыта в дальнейшем можно было бы распространить такую организационную форму инновационной деятельности на иные сферы и отрасли.

Сочетая иерархически-командные способы ускорения инновационного перехода (ВИСНХ, систему государственных запросов, НИС и принудительные законы) с рыночно-сетевыми (межвузовские исследовательские центры, научно-технические и производственные консорциумы), мы получим возможность динамичного и мощного движения в желательном направлении. Система этих мер может стать эффективным инструментом преодоления негативной тенденции интеллектуальной эмиграции, а в перспективе сделает Россию страной притяжения научных и инженерных кадров из-за рубежа.

2.8. Комплексные инновационные проекты

Запуск в короткие сроки ряда комплексных проектов под общим условным названием «Здесь и сейчас», с самым широким привлечением негосударственных и общественных организаций, может стать мощным пропагандистским успехом образа новой России. Взаимосвязанные и системные проекты, развивающиеся в этих рамках и сочетающие инновационную инициативу с гражданской активностью, с одной стороны, должны стать витринами быстрых успехов России в переходе на инновационную траекторию развития. С другой стороны, они послужат мобилизующим примером для научных коллективов и реальными катализаторами процесса инновационного развития страны. Рискнем предложить несколько таких проектов.

Город будущего

Генеральные трансформации в парадигме социально-экономического развития, которые происходят и будут происходить в XXI веке, предполагают изменения в системе расселения.

Современный мегаполис явно стал пережитком эпохи индустриализма. Он неуютен, он неэкологичен, он давно несовместим с нормальной социальностью, он отчуждает людей от среды обитания, от природы, друг от друга, он страдает от растущих по экспоненте транспортных проблем, управление его городским хозяйством становится все более трудным и неэффективным.

Кроме того, развитие современных транспортных коммуникаций, развитие информационных технологий, постиндустриальный сдвиг, ведущий к появлению все большего числа профессий и родов занятий, не требующих постоянного пребывания в офисе, и многие другие факторы в совокупности чем дальше, тем больше лишают постоянное проживание в мегаполисе его основных видимых преимуществ.

Поэтому на повестке дня стоит разработка проекта Города будущего.

Проект, помимо прочего, должен стать зримым воплощением нацпроекта «Доступное жилье», неким демонстратором нового типа урбанизации и субурбанизации России.

По конкурсу отбирается лучшая технология для возведения быстро собираемых, достаточно дешевых двухэтажных домов на одну семью. Из них создается новый город – модельный Город будущего. По конкурсу его оснащают передовыми отечественными системами ЖКХ, децентрализованными экономичными системами отопления и водоснабжения, биологическими системами очистки сточных вод. В Городе будущего прокладывают передовые системы телекоммуникаций (также отобранные по конкурсу). Возможно, Город получает новые системы энергоснабжения. В таком городе было бы хорошо создать и передовую школу с новейшими технологиями обучения детей. И, конечно же, в Городе будущего устанавливается эффективная система самоуправления с минимумом бюрократии. Естественно, образ Города будущего широко пропагандируется в печатных СМИ и на ТВ.

Для осуществления этого проекта необходимо создать временную дирекцию с большими полномочиями.

Русский многоразовый космический корабль

Настоящая технологическая держава не может помыслить себя без собственной масштабной программы освоения космоса. О своих амбициозных планах за последние годы заявили США и Китай. Серьезные «космические» планы есть у Франции, Бразилии…

Россия обязана возродить свое былое космическое величие. И объявить о своих долгосрочных планах в этой области.

Но, помимо выдвижения долгосрочных инициатив и проектов, необходимо использовать и мощный пропагандистский потенциал уже имеющихся разработок. В этой связи представляется целесообразным показать миру в успешных запусках уже имеющиеся разработки РКК «Энергия»: многоразовый шестиместный крылатый корабль «Клиппер», межорбитальный буксир «Паром» и перспективную ракету-носитель, сделанную из «Зенита», к коему добавили твердотопливные разгонные блоки.

Эффект от подобного проекта – громадный пропагандистский успех и обретение страной реально более рентабельной по сравнению с нынешней космотехникой транспортно-космической системы.

Энергосбережение

Энергосбережение – вот еще один интегральный «инновационный катализатор», который способен резко ускорить развитие России, решив заодно и жгучую проблему намечающегося дефицита природного газа и электроэнергетических мощностей. Как показывает опыт Японии, европейских стран, США, программа энергосбережения и меры по его стимулированию дадут толчок громадному сектору наукоемкого производства и бизнеса.

При разработке и осуществлении данного комплексного проекта, в частности, возможно, было бы полезно вернуться к работе над проектом нового закона об энергосбережении, подготовленным Комитетом Госдумы по энергетике и представленным для утверждения в 2003 г., который был в свое время отклонен. В проекте предусматривались финансовые стимулы, ответственность за энергорасточительность и другие меры для повышения энергоэффективности. Они предполагали административный и государственный контроль за их соблюдением. Этот же законопроект предлагал создать в стране эффективный механизм торговли сбереженной энергией.

Энергосбережение относится к тем проектам, осуществление которых можно было бы начать без промедления в самом ближайшем будущем. И это именно та сфера, где было бы очень полезно использование конкретного опыта, накопленного за рубежом, и где в то же время могли бы быть востребованы не востребованные ныне перспективные отечественные технологические разработки.

Очевидно, что предложенные нами мероприятия и пилотные проекты не заменяют собой деятельность Государственной думы, Правительства РФ, ответственных за инновации министерств и ведомств. Они дополняют, ускоряют и совершенствуют работу государственных структур, вовлекая энергию гражданского общества, усилия всех неравнодушных к судьбе страны граждан и интеллект специалистов. Помимо этого, они предусматривают формирование специализированных государственных структур, интегрирующих инновационную деятельность и осуществляющих ее долговременное планирование в соответствии с национальными интересами, первоочередными потребностями отраслей, наличным потенциалом и приоритетами развития России.

Глава 3 Как создать инновационную элиту

3.1. Качество кадров (6 постулатов обновления элиты)

Качество политической и административной элиты – ключевой вопрос первого этапа прорывного развития – «пятилетки инноваций». С него начинается программа реновации государственной машины, ее ремонта. Ремонт назрел капитальный – многие узлы и крепления насквозь проржавели и требуют замены. Тем не менее это замена, а не подмена. Это реновация государства, а не имитация его былых, пройденных состояний. Нужно «на ходу» заменить проржавевшие винтики государственной машины, а не сломать и разобрать ее до нуля, что предлагают революционеры всех мастей, в том числе консервативные. Нужно отправить на перековку негодные элементы, произвести масштабную ротацию элит, а не воспроизводить новый передел собственности и компетенций между одними и теми же субъектами, как призывают консервативные либералы. Главный вектор в развитии России на данном этапе – инновации в отношении элиты . Элита требует решительного обновления, всеобъемлющих ротаций и пересмотра принципов ее функционирования.

В данном проекте мы решили не задерживаться на критике недостатков и пороков ныне существующей элиты. Отметим только, что в ее сознании глубоко укоренился паразитизм, в том числе паразитизм на идеях патриотизма, который во многом сводится к требованию того, чтобы нация нынешнюю властную элиту почитала, признавала, защищала ее, в том числе и с оружием в руках, но без прямой и честной постановки вопроса об обязанностях элиты по отношению к собственной нации. Не может стать лидером русского прорыва и олигархический бизнес, ибо он нацелен на сырьевой, «простой» путь развития, капитулянтский по отношению к зарубежным корпорациям. И «номенклатурные мутанты», и «сырьевые бароны», несмотря на большие накопленные ресурсы, объективно представляют собой отмирающую ступень социальной эволюции, ее тупиковую ветвь.

Вопрос кадров, качества правящей элиты является узловым – это ключевое звено и в сфере обеспечения национальной безопасности, и в сферах формирования нового образа гражданственности, и собственно прорывного развития страны. России необходим принципиально новый корпус суперменеджеров . Прежде всего нужно провести отбор первоклассных патриотов-управленцев в среде зрелых людей. Затем создать специальные «инкубаторы» для подготовки талантливой молодежи. Новые менеджеры государственного управления не должны быть просто умелыми хозяйственниками и честными чиновниками. Их место должно определяться не только уровнем образования и деловыми качествами, но и способностью к сплочению вокруг перспективных программ национального развития. Их успех должен находиться в прямой зависимости от успеха этих программ, от успехов страны в целом. Иного пути социальной мобилизации, решения амбициозных стратегических задач у России не существует.

У России есть несколько миллионов образованных, энергичных и амбициозных людей, которые должны стать огромной общественной силой. Они заинтересованы в преодолении нынешнего застоя и в развитии России. Это – потенциальная армия поддержки правителя, который поведет страну в прорыв. Сегодня нам нужен атакующий класс, «сверхновые русские», ядро активности в российском болоте апатии, пораженчества, трусости и мелких дрязг. В России нет недостатка в качественных человеческих ресурсах. Поэтому задача организовать и обеспечить на ключевых направлениях отборные кадры, в том числе управленческие и политические, представляется технической. Она может быть решена в порядке следующего алгоритма:

1) Организуется ряд общенациональных кампаний с широкой оглаской в СМИ, посвященных ротации элит и формированию кадрового резерва госслужбы и инновационных управленческих пулов в регионах и отраслях национального хозяйства; ротация элит ведется на фоне пропаганды новых принципов рекрутирования кадров в политику и госаппарат, в частности принципа недопустимости извлечения из власти и управленческих полномочий коммерческой прибыли.

2) Обсуждается и принимается новая «Табель о рангах» – система мер, обеспечивающих ротацию и самовоспроизведение дееспособного правящего класса России, проникнутого чувством своего патриотического призвания, лояльного верховной власти, компетентного в выполнении национальных программ и решении национальных задач, новаторски мыслящего и действующего, готового к честной конкуренции, поощряющего в своей среде конкуренцию и отбор достойнейших. В каком-то смысле можно говорить об этой системе как о закрепощении чиновничества . Госслужба должна быть осознанным выбором, а не экспериментаторством над собственной судьбой и судьбой страны. В эту систему, в частности, входят такие механизмы и модели организации, как:

– присяга России (по образцу военной);

– новый кодекс чести для представителей политической и административной элиты, который подразумевает определенные стандарты жизни и деятельности, строгие правила и регламентации, резко повышающие моральные требования к тем кадрам, которые связывают свое будущее с ответственной госслужбой;

– публичность деклараций о доходах и собственности лиц, занимающих государственные должности и претендующих на них, в том числе и должности, замещаемые выборами всех уровней;

– внутрикорпоративная прозрачность доходов членов и должностных лиц профессиональных корпораций;

– открытость фактов служебной и политической биографии лиц, претендующих на выборные должности и высокие должности по назначению;

– наглядная и публичная ответственность за сокрытие вышеуказанных фактов; временное, частичное или полное лишение политических прав за намеренное нарушение этих норм, введение в заблуждение госорганов и общества и т.п.;

– чиновник и его семья получают солидное государственное обеспечение (служебное жилье, транспорт и др. в соответствии со стажем и рангом служащего), а также серьезные льготы, которые нельзя получить при любом другом виде деятельности (отсутствие налогов, бесплатное медицинское обслуживание в любом лечебном заведении, бесплатное образование для детей и т.д.); уход со службы по причине возраста, состояния здоровья или по какой-либо уважительной причине должен сопровождаться большой пенсией для него и его супруги(а), а также сохранением ряда льгот;

– чиновник определенного ранга может иметь собственность (движимую и недвижимую) в соответствии с установленными нормами (то есть существует верхний предел размеров служебной собственности для каждого ранга); участие в бизнесе самого чиновника и членов его семьи запрещено в любом виде; ближайшие родственники могут работать только по найму;

– переход из низшего ранга в высший происходит при карьерном росте, обратный переход невозможен; чиновник, допустивший поступки, не соответствующие занимаемой должности, увольняется без сохранения привилегий; необходимо исключить практику пересадки чиновника любого ранга из одного кресла в другое при серьезных проступках;

– при преступлениях, влекущих за собой существенный ущерб и квалифицирующихся как особо тяжкие (получение взяток, казнокрадство, коррупция, понимаемая как корыстные протекции и др.), не должно быть условных наказаний и обязательно применяется мера конфискации имущества всей семьи.

3) В новой элите культивируется высочайшая ответственность за государственное и корпоративное дело. Важным средством на этом пути могло бы стать восстановление судов чести для государственных служащих, которые должны стать фактором морального обновления правящего слоя России и сделали бы рассмотрение преступлений и проступков должностных лиц не только предметом деятельности органов юстиции, но и всего общества, в первую очередь самой политической и управленческой элиты.

4) При отборе кадров существенным является следующий набор критериев, обеспечивающих реализацию принципов стажа и ранга:

– идеологический критерий: критерий соратника, единомышленника – однако это не партийный принцип, а принцип приверженности единой платформе национального развития, которая предусматривает возможность объединения на этой платформе представителей разных партий и разных идейных течений, формирования коалиции созидательных патриотических сил (под идеологической платформой подразумевается широкая система воззрений, в первую очередь набор ключевых базовых ценностей России);

– критерий профессиональной пригодности и соответствия профилю деятельности;

– критерий организаторских качеств;

– образовательный критерий;

– критерий личностных качеств;

– возрастной критерий и степень физического здоровья.

5) «Социальным лифтом» должны стать особые центры отбора, воспитания и подготовки молодежи, аккумулирующие наиболее пассионарных, патриотически настроенных, умных и энергичных людей нового поколения, способных воплощать общенациональные проекты и достигать общей цели везде, где бы они в дальнейшем ни работали: на государственной службе, в бизнесе и предпринимательстве, корпорациях, общественных объединениях или сетевых структурах инновационной экономики.

6) Для закрепления всей системы должны быть созданы новые организационные формы для элиты (клубного и орденского типа). Во главе этих организационных форм стоят представители верхних кругов власти. В рамках этих организационных форм происходит сплочение и общение представителей правящего слоя. Один из главных и самых действенных механизмов обновления системы и закрепления ее завоеваний – личный пример со стороны власти , которая при этом остается открытой и доступной, нечто вроде нравственных инноваций . При сохранении иерархии и субординации не должно быть «высокого забора», атмосферы тайн и подозрений. Власть должна быть проста в общении, скромна в потреблении, внутренне дисциплинированна, внимательна к нуждам окружающих, напоена благородных духом служения и одухотворенной нацеленностью на достижение общей цели. В этих отношениях власть должна быть прозрачна для нации, и в первую очередь для своего аппарата и корпуса инновационных менеджеров и продюсеров и нести через личности своих представителей архетип нового очищенного и облагороженного образа государства. (Все изощренные контрольные, карательные, предупредительные и поощрительные меры не сработают без включения данного фактора.)

3.2. Иерархически-сетевая структура придет на смену партиям и кланам

На сегодня структура представительной политической власти (в первую очередь крупнейшие партии, имеющие возможность попасть в парламент) не отражает реальную картину настроений общества. Налицо всеобщее разочарование широких слоев общества в партийном строительстве. Когда две трети граждан страны не имеют представительства во власти, это означает политический отрыв от народа. При такой ситуации несущей конструкцией всей государственности оказывается пресловутая «вертикаль власти». Именно от верховной власти ждут реальных предложений и политических решений, реальной идеологии.

Связано это как с субъективными факторами, так и с объективными закономерностями. Субъективные факторы состоят в том, что, во-первых, происходит целенаправленное сужение пространства партийного строительства сверху – за последние годы Министерством юстиции было под различными предлогами ликвидировано более пяти десятков ранее существовавших партий и не зарегистрировано ни одной новой. Во-вторых, задающая тон идеологического творчества партия парламентского большинства, претендующая на статус «правящей», проявила характер крайней пассивности, безынициативности и вторичности. Это связано с нежеланием рисковать, а также с наследием 90-х годов – инерцией деидеологизации, о которой мы писали выше. Сегодня рассчитывать на инициативу партии власти в том, что касается обновления политической элиты, невозможно. Сама постановка вопроса таким образом представлялась бы для большинства партийных функционеров самоубийственной. Другой чертой партии власти, типоформирующей для всей партийной системы России, является то, что она не станет делать ничего без прямых указаний. В определенном смысле этот дух сервильности распространился на всю партийную систему страны (имеются в виду партии, зарегистрированные и претендующие на участие в законотворчестве и места в федеральном и местных правительствах). Все основные партии являются в худшем смысле глубоко системными и поэтому мало приспособлены для того, чтобы продвигать идеи «пятилетки инноваций».

Объективные факторы упадка партийной системы состоят в том, что исторически партии в конце XX – начале XXI вв. уже не способны выполнять негэнтропийную функцию в государстве. Они, будучи инструментами политической саморегуляции, становятся факторами энтропии. В самих партиях более нет источников политического и идеологического творчества. Эти источники вынесены вовне – в новые клубные, элитарные сообщества, в структуры политтехнологий и политического дизайна. Эффективно политические задачи (как выборные, так и тактические) решают совсем другие механизмы, чем неповоротливые динозавры из XIX – начала XX века. Это в первую очередь сетевые механизмы. При этом партии выступают, с одной стороны, как клиенты сетевых структур, а с другой – как некие имитационные формы политической активности, «структуры лицемерия». Рано или поздно маски будут сброшены, и старое классическое отношение к партиям уйдет в прошлое. К ним все будут относиться как к разновидностям клановых сообществ – и такое отношение нельзя не признать справедливым. Самые яркие примеры партий-кланов – КПРФ (партия, опирающаяся на клановые взаимоотношения элит старой генерации, по инерции играющих на чувствах миллионов людей, которые ассоциируют свой личный жизненный проект и свой социальный идеал с недавним прошлым; при этом КПРФ не способна предложить никаких творческих решений по взаимопроникновению прошлого и будущего). Любопытно, что именно КПРФ при этом представляет в парламентском поле более или менее классический формат партийной жизни.

Итак, понимая, что партийно-политическое поле вряд ли может стать благодарной почвой для проращивания идей прорывного развития России, выход видится только в одном – в воле главы государства . Памятуя о «плане Путина», становится понятно, что именно на этом пути выход и обретается. Тема инновационного прорыва должна стать темой президентских, а не парламентских выборов – она должна стать кровью и плотью президентской программы, которая будет реализовываться в 2008—2012 годах.

Другое важное объяснение несущественности партийно-парламентского фактора в будущем развитии – во многом программа ротации и обновления элит как раз направлена против партийной системы, партийных функционеров, депутатского корпуса. Но уклониться от этой темы также никак нельзя, поскольку как неэффективная бюрократия, так и морально устаревшая политическая элита являются главным источником социального беспокойства в обществе, той «красной тряпкой», которая провоцирует общество на постоянное недовольство действиями государства. Отсутствие зарегистрированных политических партий, которые сполна отражали бы собою рост настроений нового патриотизма, новой идеологии и прорывного развития («диктатуры развития»), делает ясной перспективу внепартийного и внепарламентского – параллельного – рекрутирования поборников «диктатуры развития» . Запрос на реализацию этих настроений в обществе настолько высок, что идеологический прорыв на параллельном поле сделает это поле не менее значимым, чем официальное парламентское. Это может быть, например, инициативное общественное движение , поддерживающее инновационный план для России, отражающее жажду лучшего будущего. Тем более если общественные инициативы получат реальную смычку с президентской вертикалью.

При этом, по всей вероятности, системные партии поспешат примкнуть к новой идеологии. Отсидеться за стеной Госдумы на этот раз не удастся. Необходимо будет либо вступать в активный диалог и дискуссию, либо брать на вооружение и впитывать ключевые идеи и лозунги новой волны.

Исходя из задач «пятилетки инноваций» и стратегического развития России в целом, должны измениться типологические параметры представителей высшей оргэлиты России. Дистанция между работником и борцом, администратором и трибуном должна сокращаться. Но это не значит, что один из типов 90-х годов поглотит другой тип (тип коррумпированного чиновника поглотит тип безответственного трибуна и политикана). Скорее речь идет об утверждении третьего типа, не сводимого к двум вышеназванным. Это третий тип русского элитария эпохи прорыва может быть обозначен как инновационный продюсер . Инициативный и одновременно дисциплинированный, склонный к небанальным творческим решениям, к следованию наиболее передовым моделям деятельности, не боящийся нового, в том числе не боящийся привлекать свежие и талантливые силы, заинтересованный в выстраивании сетевого поля взаимодействия и кооперации сильных профессионалов.

Отдельные предприниматели и даже целые политико-хозяйственные группы увидят в новой иерархически-сетевой структуре то, что начисто отсутствует в классических политических моделях (партиях, выборах депутатов и должностных лиц, продвижении отдельных кандидатов на значимые должности). Они увидят в ней систему, которая способна гибко и эластично учитывать интересы участников. Не только крупнейшие «олигархи», но и средние предприниматели, не только политики-тяжеловесы, но и начинающие амбициозные лидеры, не только нынешние звезды медиакратии, но и молодые смыслократы смогут найти в этой структуре свое место. Наиболее жизнестойкие из старого и нового поколений именно в рамках сети могут договориться о своеобразной субординации ради общего дела – но это будет качественно новая субординация. Именно этот смысл мы вкладываем в понятие иерархически-сетевой организации. Переход от партийно-клановой системы к иерархически-сетевой грозит стать своеобразной тихой революцией, ведущей от либеральной симуляции гражданского общества к реальной солидарности сограждан, – постлиберальной, национал-консервативной и державной.

Приведем несколько примеров иерархически-сетевых решений в деле организации элиты на ключевых направлениях прорывного развития.

3.3. Институт передовых исследований

В ходе «пятилетки инноваций» предстоит возвращение представления о науке как не только исследованиях, но специально выстроенных проектах, формирующих особую отрасль национальной экономики. В целях скорейшего возвращения к наиболее удачным моделям организации науки, продемонстрированным в XX веке, необходимо создать сетевой институт передовых исследований, который получил бы статус общенационального.

Данный Институт при благоприятном сценарии будет способствовать формированию вокруг него творческого сетевого сообщества научных и внедренческих коллективов – Ассоциации передовых исследований. Из зарубежных аналогов можно упомянуть в этой связи американскую SAIC (Science Applications International Corporation), построенную не как кормушка от госзаказов, а как сообщество творцов и изобретателей, защищенных государством от недобросовестных конкурентов и развивающих управляемую, но гибкую и разнообразную биржу идей и изобретений. SAIC осуществляет в том числе и междисциплинарные работы, которые при чисто административном (а не иерархически-сетевом) подходе были бы, как правило, невозможны.

В перспективе Институт должен стать площадкой для разработки новейшей идеологии науки и образования в России – идеологии, не навязанной политическими партиями и структурами, международными корпорациями, а выросшей из самого научного сообщества России. Конкретно это будет означать:

– разработку передовых словарей-тезаурусов школьных и научных дисциплин, разработку новых серий учебников и методических пособий;

– создание сети школ начального научного образования как локомотива развития всей системы среднего образования;

– формирование стратегических планов по наращиванию научной мощи и инновационной емкости России, подготовку законопроектов в сфере науки, педагогики, инноваций, защиты интеллектуальной собственности, репатриации научных кадров и привлечения зарубежных исследователей и изобретателей;