Зонтик для Даши

— Даша, — говорит она. — Зубик надо полечить, иначе он будет болеть сильнее и сильнее.

— Не на-а-адо! — хнычет Даша. — Правда, не болит.

— Давай полечим зубик, — настаивает на своем Катя, — а потом купим тебе игрушку.

Даша настораживается. Через пару секунд она приходит к выводу, что если она откажется лечить зуб, то и игрушку ей не купят, это самый настоящий шантаж, уголовно наказуемое деяние. Мама погрязла в криминале, понимает Даша.

— У! — надувает она губы и отворачивается от мамы, она готова зарыдать, только еще не решила, устроить ли рыдания по классу «Люкс», или так, поморосить чуть-чуть. Тогда за дело берусь я.

— А куда делась Даша? — спрашиваю я. — Кажется, нашу храбрую девочку украли, а нам подкинули какую-то трусливую зайчишку. Смотрите, у нее заячьи ушки, так и трясутся от страха.

Даша недоверчиво ощупывает голову, заячьих ушек там нет.

— Нету там заячьих ушек, — говорит она. — Нету, нету!

— Скоро появятся, если будешь такой трусишкой.

Даша с подозрением смотрит то на меня, то на Катю, ей не очень-то верится, что заячьи уши вот так запросто вырастают на головах маленьких девочек, когда им вздумается.

— Я не трусиха, — говорит она. — Это Лена Игнатенко трусиха. Она даже пауков и мышей боится.

— А ты нет?

Даша гордо приосанивается. Она ничего не боится, она известна своим отважным характером среди прочих детсадовцев. Если на прогулке саблезубый тигр нападет на группу, все разбегутся в ужасе — кто прятаться под грибок, кто звонить в милицию — и только Даша не растеряется, как даст ему совочком по лицу! Лене Игнатенко и не снилась такая потрясающая храбрость, даже в страшном сне.

— Неужели такая смелая девочка боится дяденьку-доктора? — спрашивает тогда Катя. — Он же не загрызет тебя, только посмотрит на зубки.

Даша понимает, что несколько переусердствовала, расхваливая свою отвагу. Перед стоматологами бледнеют и теряют сознание даже самые матерые саблезубые тигры, а ведь у Даши даже совочка с собой нет.

— Я не боюсь, — говорит Даша. — Это зубик боится.

— Ай-яй-яй, — говорю я. — Зачем тебе такой трусливый зубик, давай попросим доктора, пусть он его уберет, а вместо него вырастет хороший зуб, смелый. Тогда можно будет на саблезубых тигров идти без всякой лопатки, укусишь их смелым зубом, и они сами убегут.

Даше не очень нравится идея кусать саблезубых тигров, она предпочла бы действовать по старинке, совочком.

— Зуб сам скоро выпадет, — говорит она. — Он уже шатается.

— Это он от страха дрожит, — говорю я. — Пойдем, покажем врачу, какой у нас зуб трусливый. А потом сразу в магазин, за игрушками.

Даша колеблется. Тогда Катя прибегает к очередной хитрости и говорит:

— Так кто же у нас во рту главный, трусливый зуб или смелая Даша? — и это решает дело. Конечно, Даша главнее.

Мы заходим в кабинет, усаживаем Дашу в кресло.

— Трусливый зубик? — удивляется седовласый айболит, заглядывая Даше в рот. — Ну-ка, ну-ка, поглядим… Вот этот, что ли?

— Ай! — несколько запоздало кричит Даша, доктор уже показывает ей зуб, зажатый в пинцете.

— Что такое, юная леди? — спрашивает он. — Если зуб вам так нужен, я могу вернуть, пусть дальше болит.

Даша мотает головой, плотно сжав губы, второй раз она не доверится такому коварному доктору. Из-за подобных типов и вымерли саблезубые тигры, подумать только — стоит на секунду приоткрыть рот, и ты уже без клыков.

— Ну, тогда до свидания, — разводит руками доктор.

Мы выходим на улицу, Даша идет в молчании, по движению щек можно понять, что она изучает изменения в геометрии челюстей. Потом она говорит:

— А мне и не больно было.

Мы заверяем Дашу, что нам и в голову не приходило в этом сомневаться. Разумеется, какая-нибудь Лена Игнатенко не сумела бы выйти из подобного испытания с гордо поднятой головой и ваткой за щекой, не говоря уже о саблезубых тиграх — те плакали бы, как дети. Но Даша не такая, о ее храбрости складывают легенды.

Одну из них я только что вам рассказал.

Любовь, коровки и блины

Все мальчики очень глупые, когда люди происходили от обезьян, мальчики здорово отстали от девочек в своем происхождении. Сейчас их эволюция застряла где-то на полдороге между мартышкой и брокколи, ума им хватает только на то, чтобы дергать девочек за косы и катать по полу машинки.

Вчера вечером приходила в гости бабушка, принесла конфеты «Коровка». Даша уселась рядом с ней на диван, развернула коровью обертку, принялась делиться с бабушкой своими соображениями насчет сильной половины человечества. Она сказала, что из всего природного разнообразия мальчиков, которое она имеет счастье ежедневно наблюдать, только одна особь выглядит более-менее интеллектуально развитой. Я думал, что это комплимент в мою сторону, благожелательно кивнул, оказалось — поторопился. Даша говорила о мальчике Ване из детского сада.

Мальчиков в детском саду довольно много, но большая часть из них далека от совершенства, например, мальчик Сережа умеет только кидаться игрушками и дергать девочек за косички. Правда, Дашу он дергать за косички не рискует, инстинкт самосохранения в нем очень силен, зато он любит дразниться, а однажды даже сказал плохое слово. Это слово Даша обещала пересказать бабушке позже, наедине, чтобы не смущать меня. Нынешний детсадовец не чета джентльменам прошлого, он здорово измельчал за последние триста лет. Где они, нынешние сэры Рейли, готовые бросить плащ в грязь, чтобы дама не запачкала свои босоножки?..

Вопрос, само собой, полностью риторический. Даша знает, ожидать от Сережи многого не следует. Когда у них возникают трения, Даша просто показывает ему язык, этот аргумент ее никогда еще не подводил.

Другое дело — Ваня. Мальчик Ваня настоящий интеллигент, у него в кармане всегда есть носовой платок, в нем он хранит сопли за текущий квартал. Даша в него тайно влюблена, она по секрету рассказала об этом только нескольким доверенным подругам, которые почти никому не выдадут, еще маме, и теперь вот бабушке. Больше — никому-никому на всем белом свете, даже в письме дедушке Морозу она об этом не писала, вдруг он окажется болтливым стариком и все растреплет. Широкая огласка Даше не нужна, она хочет сохранить эту тайну глубоко у себя в сердце.

Сам Ваня пока ни о чем не догадывается. Тут сказывается наследственность, очень многие предки в Ванином роду были мужчинами, с таким генетическим наследием сложно требовать от него какой-то особенной сообразительности. Из описания Даши следует, что Ване удается на удивление гармонично сочетать в себе обширный ум и общую недалекость. Пока остальные мальчики бестолково носятся и дерутся, Ваня садится где-нибудь в уголке на стул и читает по слогам журналы для детей. С таким умным мальчиком так и хочется побегать наперегонки, непонятно, почему он сам не замечает этого.

В этом месте рассказа из кухни пришла Дашина мама, по количеству разбросанных по столу фантиков сделала вывод, что концентрация «Коровки» в Дашином организме достигла своего исторического максимума, еще немного, и у Даши начнут расти коровьи рога и копыта. Катя принялась запугивать Дашу смешным словом «диатез», испугалась этого слова только бабушка.

Первым симптомом диатеза являются вовсе не копыта, Даша на время утратила способность к членораздельной речи. С помощью мычания и бодания ей удалось выразить мысль о том, что ребенку пора спать. Во всяком случае, мы истолковали это именно так. Бабушка уехала домой, а мы отвели Дашу в стойло, уложили спать и подоткнули под ноги попону.

Каждую среду по утрам мы делаем блины, эта традиция в нашем доме вводится с нынешней среды, так сказала Катя. Я пришел утром в кухню на запах блинов, Катя ласково шлепнула меня деревянной лопаткой в лоб.

— Иди, разбуди наше прекрасное дитя, — сказала она. — И приходите вместе есть блины.

К тому моменту, когда мы с Дашей одеты, умыты и причесаны, блины как раз готовы к терминальной стадии своего существования. Мы все вместе садимся за стол.

— У меня ночью так билось сердце! — говорит Даша, прижимая руки к груди. — Вот тут так билось, так билось, я думала — выбьется!

Катя цинично сообщает:

— Даша, сердце с другой стороны.

— Ну, тогда вот тут, — говорит Даша. — К чему так бьется сердце, мама?

Тут Катя должна догадаться, что речь идет о первой любви, когда юное сердечко то замирает, то пускается вскачь, как лошадь, от волнительных переживаний. От мамы ожидается, что она томно ахнет и проникнется романтикой момента, но Катя делает вид, что ничего не понимает.

— Уж не заболела ли у меня доча? — ровным голосом беспокоится она, макая блинчик в сметану.

— Нет, — говорит Даша. — Это не болезнь, это другое. Думай, мама.

Катя теряется в догадках, быть может, это от переедания конфетами, или это вообще был такой сон. Ничего удивительного в этом нет, Менделееву же приснилась таблица химических элементов, почему Даше не может присниться сердечно-сосудистая система?

Даша продолжает настаивать на реальности своих ощущений, тогда Катя наконец нащупывает правильное объяснение.

— Ну, тогда остается только одно, — говорит она, сворачивая очередной блинчик. — Наверное, Дашенька влюбилась.

Даша вздыхает. Иногда ей бывает нелегко донести до родителей очевидные мысли, пользуясь только туманными намеками.

— А можно, я возьму в садик книжку про Винни-Пуха? — спрашивает Даша.

Тут скрыт еще один хитроумный план, Даша собирается подсунуть книжку Ване и попросить, чтобы он почитал Даше вслух. Может, хоть тогда до него дойдет, как высоко его ценит слабая половина человечества, по крайней мере, Даша. Катя выделяет ей конфету «Коровка» в качестве стимула для позитивной мотивации. Конфету следует выдать Ване сразу после чтения, тогда у него закрепится нужный рефлекс, и в будущем его приручение пойдет гораздо легче.

Раньше я полагал, что большинство мужчин принимают свои решения полностью самостоятельно, но оказывается, женщины вертят нами, как хотят. К счастью, я не из таких мужчин. Я спросил у Кати, проделывала ли она подобный фокус со мной, и она с возмущением отвергла мои подозрения.

— Конечно, нет! — сказала Катя. — Ты у меня и так молодец! Отведешь ребенка в сад?

Я согласился, в дорогу она дала мне конфету. Она очень заботливая и чуткая, мне очень с ней повезло.

Правда ведь?!..

Кошки, бабушки и грабли

У нашей бабушки за домом есть заросли крапивы, в самом центре зарослей стоит сарай, в сарае бабушка хранит грабли.

Возможно, там имеется и другой сельскохозяйственный инвентарь, но особым драматизмом оказался пропитан тот факт, что в сарае хранились именно грабли.

Мы приехали в гости к бабушке, вечером Даша отправилась гулять по загадочным тропам, ведущим в самое сердце крапивных зарослей, обратно она вернулась счастливой обладательницей двух грабель. Одни она взяла, чтобы прибраться на лужайке возле дома, ей показалось, что на лужайку нападало чересчур много листвы. Вторые были необходимы про запас, если первые придут в негодность. Сгребать листву — дело непростое, грабли от такой работы легко ломаются.

Даша собирала листву ровно полторы минуты, потом она увидела кошку Марусю, которая кралась вдоль забора. Даша по каким-то признакам поняла, что кошка хочет любви и ласки, попыталась ее поймать, чтобы осчастливить. Кошка предприняла попытку к бегству, она не знала, что от Даши еще никто не уходил необласканным.

Они побежали по улице на северо-запад, Маруся бежала прочь от своего счастья, а Даша неслась следом за ней и кричала:

— Стой, глупая кошка! Подожди меня, я тебе что-то скажу!

Грабли тем временем остались сиротливо лежать на лужайке. Бабушка вышла из дому посмотреть, чем занята ее любимая внучка, оказалось — разбрасыванием грабель. Бабушка приобрела это знание эмпирическим путем, довольно болезненным. Она немедленно начала ворчать, сперва очень громко, потом все тише и тише, пока не стравила в вечерний воздух весь пар. Тогда она взяла грабли и понесла их обратно в сарай, через заросли крапивы.

Именно там, на тропинке, Даша оставила вторые грабли до той поры, пока они не понадобятся. В вечерней полутьме бабушка шла, шла, пока не встретилась с этим фактом, так сказать, лицом к лицу.

Потом вернулась Даша, в руках она несла печальную кошку. Пока Даша ее не поймала, никто и представить себе не мог, сколько страдания накопилось в кошачьей душе, только оказавшись в ласковых Дашиных руках, кошка позволила своему горю излиться в скорбные звуки. Даша утешала ее изо всех сил.

Они вошли во двор, там Даша увидела бабушку, сразу поняла, что дело табак. Она сказала кошке:

— Знаешь, Маруся, мне бы твои проблемы. Иди домой.

Сейчас Даша наказана, она стоит в углу. Она мечтала, чтобы лужайка была чистой, подумаешь, немного отвлеклась, чтобы поймать и принести утешение страждущей кошке. Ее побуждения были чисты, совершенно непонятно, почему бабушка их не одобряет.

— Бабушка сама под ноги не смотрит, а я виновата! — сквозь слезы говорит Даша. — Я что, виновата, что она не смотрит? Надо смотреть, тогда бы не огребла!

Даша думает, что в русском языке есть специальное слово, обозначающее происшествие с граблями, это слово «огрести».

— Дашенька, не бросай больше грабли посреди дороги, — говорит ей Катя. — Во дворе темно, бабушка их не заметила.

На самом деле, если бы бабушка прогуливалась по лесу и наступила ногой в медвежий капкан, то виноват был бы кто угодно, но не бабушка, в углу стояли бы все — и охотники, и лесник, и медведь. Я считаю, было вполне достаточно строгого выговора с конфискацией грабель, но бабушка рассудила иначе. Если бы в свое время она предпочла карьеру прокурора, а не учителя истории, мораторий на смертную казнь давным-давно отменили бы.

— Я больше не буду, — говорит Даша. — А все равно я не виновата.

Потом в комнату приходит бабушка и отпускает Дашу на поруки.

— Я устала и иду спать, — говорит Даша. — Почитайте мне сказку?

Мы с Катей укладываем Дашу спать.

— А Марусю мыши за усы дергают, когда она спит, — говорит нам Даша. — Она мне пожаловалась. Давайте купим мышеловку, поймаем их и тоже за усы надергаем, пусть знают.

Я не знаю, есть ли в бабушкином доме мыши, зато в чем я уверен на все сто — это в том, что тут есть бабушка. Учитывая бабушкину склонность наступать на все, что из лучших побуждений оставлено без присмотра, лично я не решился бы принести в ее дом мышеловку.

— Давай лучше сделаем из спичек маленькие грабли и разложим их около мышиных нор, — предлагаю я.

Потом в Дашину комнату приходит Маруся, некоторое время размышляет о вечном, устремив взгляд под кровать, затем запрыгивает к Даше и сворачивается в ногах.

— Идите, — разрешает нам Даша. — Мы с Марусей будем спать, правда, Маруся? Не бойся, если придут мыши, я их поймаю и поставлю в угол.

Я считаю, Марусе очень повезло, что у нее такая защитница.

Если нужно защитить кошку от мышей, то поверьте, лучше Даши не найти никого во всем мире.

Даша и самокат

Даша ходила в гости к девочке Ире, видела там хомячка и самокат. Даша вернулась взволнованная, объяснила мне руками устройство самоката.

— Ну, такой самокат, — сказала Даша. — На него встаешь и самокатишься.

У Даши технический склад ума, она сумела даже передать звук «Тр-р-р-р», сопровождающий езду на самокате.

Катя сказала:

— Дашенька, уже скоро снег ляжет, какой сейчас самокат? Давай весной купим, когда снег сойдет.

Но Даша заупрямилась, ей хотелось самокат прямо сейчас, даже если придется ждать весны, чтобы покататься. Процесс катания на самокате значительно менее важен, чем сам факт обладания им, даже мамы должны это понимать. Мы и так упустили шанс купить самокат раньше Иры, нельзя допускать, чтобы она всю зиму имела перед Дашей преимущество.

— Возьмем самокат на вырост, — предложила Даша. — Я покатаюсь немножко сейчас, и еще на весну останется.

Катя тоже стала упрямиться. Я заметил, если поселить двух девочек в одной квартире, они будут постоянно соревноваться, кто кого переупрямит, для девочек это принципиальный момент. Кате не хотелось самоката, она стала говорить: «Даша, нет!», а Даша отвечала: «Ну, мама!», так они делали до обеда, очень устали, пришлось подкрепиться котлетами с пюре. После обеда Даша согласилась на хомячка. Тогда Катя сказала: «Ну, уж хомячка — тем более нет!», пришлось разрешить Даше самокат.