Инстинктивное отвращение. Файл №312

Оратора сразу скособочило, он вскочил со стула, заметался по комнате. Он ужасно кричал. Кожа на руке надулась двумя верткими бугорками, бугорки продвигались к голове. Парень схватил бритву и стал полосовать себя, пытаясь достать жуков. Напрасно его хватали за руки. Он заходился в крике, бился, как эпилептик, и разбрызгивал кровь…

Был еще не поздний вечер, весьма располагающий к домашним хлопотам.

Скалли водрузила свою терпеливую, согласную на все собачку на кухонный стол и взяла баллон с надписью «СМЕРТЬ ПАРАЗИТАМ». Пушистая жертва стояла послушно, но хвост все же понурила и вид имела совсем не радостный. Скоро апельсинового цвета шерсть слиплась и пропала в клубах обильной пены.

Экзекуция была в самом разгаре, когда зазвонил телефон, и Скалли сказала:

— Жди, моя хорошая.

Потом обтерла руки заранее приготовленным полотенцем и взяла трубку:

— Что случилось, Малдер?

— Еще одна жертва. Парень пытался вытащить у себя из-под кожи насекомых с помощью бритвы. Но мы не уверены, что эти раны нанесены самой жертвой. Все это происходило в домашней лаборатории. Я не знаю, что они тут производили. Но догадываюсь… — Малдер понюхал какую-то колбу и передернулся. — Пахнет, как бачок с хлоркой.

— Малдер, может быть, это наркотики привели к такому искажению.

Некоторые наркоманы страдают подобными отклонениями: им везде видятся насекомые. Это называется синдром Эгмала.

— Синдром Эгмала? — переспросил Малдер.

— Ну да, жертва режет себя в попытке извлечь воображаемое насекомое, которое, как ей кажется, проползло под кожу. Как тебе кажется, не может такое там быть?

— Похоже, ты опять права. Извини, что снова тебя побеспокоил.

— Ну что ты, какое беспокойство. Пока. Скалли положила трубку, из эксперта по делам медицины превратилась в эксперта по делам гигиены и в этом образе вернулась к столу. Стол, разумеется, был пуст. Откуда-то из дальней комнаты донесся лай с повизгиванием.

— Эй! — всполошилась Скалли и поспешила на звук.

— Дети совсем спятили, ничего из них не смог вытащить, — пожаловался шериф, подходя к Малдеру.

— Как насчет того, чтобы взять анализ мочи на содержание наркотиков? — Малдер уже смотрел через плечо шерифа, когда договаривал свой полусовет-полувопрос. Он заметил таракана под столешницей.

Отодвинув шерифа, Малдер подошел вплотную к старому письменному столу в углу, наклонился и с секунду изучал замершее насекомое, спокойно держащееся в положении вверх тормашками, прежде чем осторожно взять таракана рукой.

— Поймали? — подошел шериф.

— Дайте мне сюда емкость какую-нибудь.

Шериф засуетился и подставил Малдеру под руку подвернувшуюся пустую мензурку. Малдер ссыпал в нее с ладони жесткие крошки.

— Кажется, я его убил, — почти извинился Малдер.

— Да не убили, размазали, даже мокрого места не осталось. Выходит, это был пустой хитиновый покров. Улика. Тараканы здесь на самом деле были, — потянул шериф.

— Более чем улика, шериф, хитиновый покров на самом деле металлический, — сказал Малдер, переворачивая руку и разглядывая свою израненную в кровь ладонь.

Малдер и шериф недоверчиво посмотрели друг на друга.

— Ничего такого, — успокоил медэксперт, обрабатывая порезы, — раздражение кожи.

— Вызванное металлическим порошком? — уточнил Малдер. Он сидел на смотровом столе в чистой процедурной местной больнице и держал перед собой руку как высокий несколько неудобный цветок с широким развернутым бутоном ладони. Вид у него был словно у мальчишки, для которого травмпункт — привычное дело.

— Подождите, пока анализ составляющих частей закончится, а потом будем делать заключения. Ни к чему торопить события, — чтобы у Малдера не возникло подозрений в добрых намерениях, медэксперт добавил: — Агент Малдер, как врач я считаю, что надо быть честным и откровенным с пациентом до конца, какой бы неприятной ни показалась информация.

— И что же вы хотите сказать мне такое страшное?

— Мне надо, чтобы вы мне что-нибудь сказали, — медэксперт уже налепил пластырь Малдеру на ладонь, а теперь приблизил свое лицо почти вплотную к лицу Малдера и громким шепотом заговорил, то и дело отвлекаясь взглядом на дверь и снова всматриваясь в спокойное лицо агента. Глаза медэксперта, чуть навыкате, так и бегали, словно испуганные тараканы. — Какого черта здесь происходит, вы мне ответьте! — наседал он. — Нам действительно грозит опасность?

— Не знаю.

— Скажите, мне эвакуировать семью или подождать?

— Не знаю, — повторил Малдер, устало сморгнув.

Вошел шериф:

— Док, вас ждут. Нужно осмотреть тело мальчика.

Медэксперт помялся, потер рукой свой круглый маленький подбородок и сказал раздраженно:

— Хорошо. Я потом договорю с агентом Малдером. Сейчас он несколько не в себе. И вышел в дверь, свирепо оглядываясь.

— В чем у него проблема, я не пойму, — удивился шериф.

— Он расстраивается, потому что я не знаю, что здесь происходит, — ответил Малдер, по-прежнему сидящий на столе.

— Так что же здесь происходит, черт подери!

Похоже, шериф тоже втайне переживал и побаивался тараканов.

В огромном, чистом, белом, блестящем туалете из водостока выполз таракан и, прижимая зад к полу, зигзагами побежал к кабинкам.

Медэксперт сидел на унитазе с журналом в руках. Он был настолько поглощен чтением, что не мог ни видеть, ни тем более предполагать вокруг себя тараканью возню. Омерзительные насекомые ползали по бачку у него за спиной, по рулону туалетной бумаги, висящему сбоку на стене, по полу у ног. Вот он поднял закладку с полу, чтобы заложить страницу, на которой остановился. Под закладкой оказался таракан. С размаху налетев на подошву ботинка, он перекувыркнулся через спину и побежал в обход.

— Вы не думайте, пожалуйста, что есть связь. То, что я работаю в ФБР, не делает меня экспертом по тараканам, — доказывал Малдер.

— А! Так, значит, вы не в курсе экспериментов, которые здесь проводятся?! — шериф, кажется, не верил и оттого ехидничал.

— Экспериментов?

Шериф набычился, не вполне уверенный, что его не дурачат, но все же стал рассказывать, несколько скороговоркой:

— Пару месяцев назад агент, который утверждал, что он из департамента сельского хозяйства, устроил базу здесь, в другом конце города. Никто не знает, что там происходит. Совершенно секретно. Все тихо-тихо.

— Что вы предполагаете?

— Помните пчел-убийц? Генетический эксперимент. — Шериф теперь смотрел в упор. — И результат его был совершенно неожиданным. Так кто знает, не создает ли правительство новую породу убийц-тараканов.

Вошедшая медсестра взглянула испуганно на говорящих, быстро собрала эмалированную медицинскую посуду, за которой приходила (она чуралась шерифа и Малдера, словно невменяемых), и поспешила уйти.

— Но, шериф… — упрекнул Малдер, уже несколько устав оправдывать себя, ФБР и другие государственные и негосударственные службы, которые подозревались в агрессии тараканами. — Может быть, вы эту теорию пока оставите при себе — во избежание паники?

Тут же оба собеседника вздрогнули. Далекий безумный крик заставил Малдера вскочить со стола и бежать вслед за шерифом. «О боже! Помогите!

Помогите!». Отчаянные вопли вдруг стихли. Малдер и шериф вошли в туалет, полный прибежавшими, как и они, на крик людьми.

— Что за чертовщина? Что здесь происходит? — потребовал отчета шериф.

Фельдшер уже убирал руку с артерии на шее мертвеца со спущенными штанами. Это был медэксперт. Пульс не прощупывался, и фельдшеру пришлось констатировать смерть. Вскинув глаза на грозного шерифа, он сказал, сам себе не очень-то доверяя:

— Тут тараканы. Труп был весь в тараканах.

Шериф и Малдер осмотрелись вокруг: все чисто. Только на бортике одной из сверкающих раковин застыло золотистое насекомое. Они вдвоем двинулись к нему. Осторожно, словно охотники. Малдер взял таракана двумя пальцами и понес к лицу, собираясь посмотреть в глаза мерзкому убийце, что ли.

Насекомое шевельнулось, и Малдер, не справившись с брезгливостью, выронил добычу. Преступник стал уходить по водостоку. Малдер бросился в погоню, пытаясь достать беглеца пальцами. Но водосток был не слишком длинный, а таракан бегал быстро…

— В следующий раз предоставьте мне ловить тараканов, — упрекнул шериф неудачливого охотника.

Скалли уютно устроилась на диване у камина почитать на сон грядущий.

Ноги укутывал красный плюшевый плед. Она устала от домашних хлопот и теперь нежилась в тепле. Телефон, дремавший рядом, в который раз за сегодня взорвался трелями.

— Ну, кто у нас теперь? — спросила Скалли в трубку, не отрывая глаз от книги.

— Мой медэксперт. Его нашли в туалете, покрытого тараканами.

— Туалет? Посмотри ему в глаза. У него случайно не расширен зрачок?

Нет кровоизлияния?

Малдер присел на корточки у тела и приподнял веко медэксперта. Зрачок почти закрыл собой радужку, плавающую в раскровавленном белке.

— Да, есть, — сознался Малдер, пока еще не понимая, как Скалли догадалась об этом и каким выводом она его сейчас огорошит.

— Наверное, это аневризма мозга, — с легкостью постановила Скалли.

Она за сегодняшний день изрядно попрактиковалась в заочной диагностике.

— Аневризма мозга?

— Ну да. Перенапряжение — самая частая причина для разрыва аневризмы в мозгу.

— А как же тогда тараканы?

— Ты поймал хоть одного?

— Нет.

— Я не знаю, что сказать, Малдер, — Скалли даже пожала сама себе плечом. — Надеюсь, ты не подозреваешь, что напал на новую разновидность тараканов, убивающих людей.

Домик на окраине окружен двухметровым забором из сетки. На заборе аккуратная табличка, красным по белому: «Собственность правительства США.

Посторонним вход воспрещен». Малдер легко взял это препятствие, отряхнул ладонь и пошел по территории, освещенной фонарями по периметру и совершенно не охраняемой. Из кармана расстегнутой куртки подал сигнал сотовый. На этот раз Скалли позвонила сама:

— Малдер! Малдер, я тут покопалась в тараканьих делах…

Скалли сидела перед компьютером. Она даже нацепила очки по этому случаю.

— В середине 60-х годов один из видов тараканов, до этого существовавший только в Азии, появился во Флориде. Сейчас они в нашей стране прочно обосновались, — Скалли дирижировала себе чайной ложечкой.

Другая рука была занята банкой с йогуртом, а трубку она привычно прижимала к плечу подбородком.

— А на людей они нападают? — Малдер по-хозяйски вытаптывал мягкую травку газона, блуждая вокруг дома в поисках входа.

— Нет. Но ведут себя иначе, чем остальные домашние тараканы. Они летают на дальние расстояния, еще они привлекаются светом…

— А на людей они нападают? — снова спросил Малдер.

Скалли остановила поток информации об азиатских тараканах и послушно применила свои изыскания к интересующей Малдера теме:

— Я думаю, то, что происходит у тебя… Может быть это очередной новый вид тараканов, завезенный в нашу страну. Только на этот раз его привлекает не свет, а люди.

— Мне это совсем не нравится, — признался Малдер. Он наконец обнаружил дверь и начал примеривать к замку отмычку. Он счел этот момент своевременным, чтобы сообщить Скалли новые сведения. — Ты знаешь, что один человек из департамента сельского хозяйства проводит в этом городе секретные эксперименты?

— Ты случайно не забрался на секретную территорию или в правительственные земли? — смекнула Скалли.

— Угадала, — похвалил Малдер, — а отговаривать от действий меня уже поздно. Потому что я только что открыл дверь и вхожу.

— Ну и что там такое? Что ты видишь? — живо заинтересовалась Скалли, забыв про нравоучения.

Малдер шагнул в темноту с ярко освещенной лужайки и в первый момент не видел ничего.

— Я сейчас нахожусь внутри, в доме, — сообщил Малдер о том, что ему было очевидно и без света, достал большой фонарь и перевел его луч со стены на стену. — Дом, очевидно, пуст.

— Как там внутри, на что похоже? — Скалли снова принялась за йогурт, слушать ей это не мешало.