Кабульский трафик

Куратор остановился на мгновение у двери. Обернувшись, погладил Козакову по щеке.

– Ну все, Анна, спокойной ночи. И не переживай – все будет хорошо.

* * *

Те несколько дней, что оставались до наступления Нового года, вместили в себя столько, сколько простой смертный не способен пережить, проделать, переварить и за месяц жизни. От перемен, от бешеного темпа, в котором приходилось жить и работать, у нее порой кружилась голова...

Во-первых, Козакова получила в свое распоряжение, пусть даже временно, роскошную квартиру в комплексе «Алые паруса». Во-вторых, ее зачислили в штат фонда «БУДУЩЕЕ БЕЗ НАРКОТИКОВ XXI». На должность, ни много ни мало, исполнительного директора департамента специальных проектов.

За ней закрепили служебную машину с личным водителем, коим оказался Игорь, и назначили жалование: семь с половиной тысяч евро в месяц плюс щедрый социальный пакет.

Хотя Фонд, занимающий нынче половину этажа в бизнес-центре «Сретенка», и являлся неправительственной организацией, бюджет у него оказался серьезный. По состоянию на конец года на счетах, куда поступают средства от пожертвователей – как частных, так и юридических лиц, – было накоплено около четырехсот миллионов рублей. И почти эквивалентная сумма в валюте: в долларах США, евро, британских фунтах стерлингов и швейцарских франках.

Эти средства большей частью поступили на счета Фонда в московских и зарубежных банках за вторую половину ноября и декабрь. По документам Фонд, как рассказал Виктор и как смогла убедиться сама Анна, открыв главную страницу одноименного интернет-сайта, существует ни много ни мало с осени тысяча девятьсот девяносто второго года.

Организация несколько раз меняла адреса. Менялись фамилии членов наблюдательного – впоследствии попечительского совета. Нанимались и увольнялись или переходили на другие должности консультанты, бухгалтеры, директора и президенты. Козакова, знакомясь с содержанием раздела «История Фонда», насчитала как минимум семерых «зиц-председателей», числившихся в разные годы руководителями Фонда...

Пробежав глазами список членов нынешнего Попечительского совета, Анна нашла там как минимум две знакомые фамилии. Переспросила у Виктора Михайловича, те ли это люди, на кого она подумала. Виктор подтвердил: совершенно верно, они самые: генерал-полковник милиции в отставке, бывший заместитель главы МВД, и сенатор, глава крупного фармацевтического бизнеса, самый что ни на есть настоящий олигарх.

Козаковой выделили личный кабинет, в котором она провела всего несколько часов, знакомясь с бумагами. Табличка на двери гласит: «Директор спецпрограмм Фонда Козакова А.А.»...

Главная цель Фонда, если ее сформулировать коротко, потому что в Уставе слишком общие формулировки, была такова: «Профилактика наркомании – залог нашего будущего». Фонд финансирует примерно полтора десятка программ. Судя по вывешенной на сайте информации, производятся закупки специального медоборудования, оплачиваются семинары и курсы для врачей наркологов, напрямую финансируются лечебницы для наркоманов и один из центров по реабилитации наркозависимых людей. Делается что-то еще в этом направлении, но со всеми материалами Анна не успела ознакомиться в силу дефицита времени.

Сотрудникам ее представил сам Виктор Михайлович. Да и то познакомил не со всеми, кто здесь трудится, а лишь с избранными.

Кстати, все до единого постоянные сотрудники, а их здесь примерно полтора десятка, обращаются к ним по имени отчеству: Виктор Михайлович, Анна Алексеевна. Разница, причем, существенная разница, заключается в том, что она-то записана в штат под собственной фамилией, как Козакова. А вот куратор, о котором она узнала в последние несколько дней много нового и необычного, проходит по всем документам, как закрытым, служебного пользования, так и тем, с которыми можно познакомиться на сайте Фонда, как Антонов Виктор Михайлович...

* * *

Тогда же, в понедельник, Виктор взял ее с собой на деловую встречу. Они съездили в офисный центр на Сухаревке. Антонов представил ее своим партнерам по бизнесу, так он отрекомендовал двух видных и авторитетных мужчин южной наружности. Оттуда они отправились пообедать в ресторан. Потом посетили еще чей-то офис... Опять поездка в ресторан, деловой ужин; там вновь пришлось с кем-то знакомиться, производить на кого-то должное впечатление.

Именно так, в какой-то бешеной круговерти, пролетела со скоростью курьерского поезда вся куцая предновогодняя рабочая неделя, которую она провела в новой должности и на новом месте. Анна могла лишь гадать, насколько все эти перемены – разительнейшие перемены! – в ее жизни связаны с Иваном, с тем, где он сейчас находится и чем он занимается. От разговоров на эту тему Виктор не то чтоб уклонялся, он просто не говорил всей правды, не раскрывал перед ней всех карт, и она это ощущала, ее это изрядно нервировало.

По состоянию на утро тридцать первого декабря – кроме SMS сообщения, полученного 24-го числа – никакой информации от Козака или о нем более не поступало.

В воскресенье, в половине восьмого утра ей на мобильный позвонил Виктор.

– Анна, собирайся в поездку! – прозвучал в трубке его как всегда спокойный голос.

– Мы улетаем. Сегодня. Чартер... около полудня, отправление из Внуково-3. Игорь скажет, что из вещей следует взять с собой. По пути заедете к стилисту. На все про все – четыре часа.

– Улетаем? – опешила Анна. – Как это? Куда?

– Летим во Францию, дорогая. Что может быть лучше новогодней ночи, проведенной в Париже в обществе любимого человека?..

ГЛАВА 8

Виктор сказал, чтобы Анна была готова к выезду на некое мероприятие к десяти часам вечера.

Они прилетели в столицу Франции втроем: Козакова, Виктор и Игорь. В парижском аэропорту «Шарль де Голль», где в половине третьего пополудни по местному времени приземлился чартерный борт из Москвы, их ожидал арендованный лимузин.

Из северо-восточного пригорода они вскоре благополучно переместились в самое сердце исторического Парижа, в район Вандомской площади, известный ювелирными бутиками и домами моды. А также одним из лучших в мире отелей, часть окон которого смотрит как раз на эту площадь, в центре которой высится 44-метровая колонна со статуей самого, пожалуй, знаменитого француза – Наполеона Бонапарта, который, впрочем, был корсиканцем.

Регистрация у ресепшн отеля «Риц» отняла считанные секунды. На имя мсье Антонова был забронирован сьют: номер с гостиной, двумя спальнями и двумя мраморными ваннами, оборудованными сауной и джакузи, расположенный на седьмом этаже этого роскошного здания.

Документы спутницы мсье Антонова гостиничную администрацию не заинтересовали. Как правило, тем, кто занимают номера такого класса и такой стоимости, не задают подобных вопросов. В заполненной по Интернету форме, впрочем, была указана фамилия спутницы Антонова и прописан ее статус – секретарь-референт.

Игорь вселился в гораздо более скромный номер Superior, если определение «скромный» уместно для отеля «Риц», на другом этаже и в другом крыле здания. Вскоре мужчины куда-то засобирались: Антонову позвонили на сотовый. Вот тогда-то Виктор и сказал прилетевшей с ним из Москвы молодой женщине, чтобы она к десяти вечера была экипирована и при полном параде.

Анна Козакова стояла перед большим, в полтора человеческих роста, зеркалом в расположенном на седьмом этаже гостиничного номера-люкс. На ней было вечернее платье золотистой расцветки: юбка и корсет из атласа и парчи расшиты золотыми нитями. Плечи и руки – выше того места, где заканчиваются перчатки – обнажены. Лиф украшен не только золотым шитьем, но и жемчугом. Платье длинное; туфли тоже золотистого цвета, с бриллиантовой крошкой на мысках и на пряжках. Тончайший шарфик цвета морской волны, расшитый золотыми узорами, призван прикрыть плечи, если того потребует обстановка. Наряд дополняет дамская сумочка от Диора цвета перламутр; она была украшена стразами.

Сама Анна предпочла бы надеть вечернее платье – если уж совсем без этого не обойтись – классического черного цвета. Но Игорь, пусть и мягко, пусть и деликатно, настоял, чтобы она из нескольких предложенных ей еще в Москве вариантов выбрала именно этот.

Козакова обернулась к мужчине, который ненавязчиво разглядывал ее через арочный проход «сьюта», оставаясь при этом в гостиной.

– Игорь... ну как я вам?

– Превосходно! Как говорят наши друзья итальянцы: L'abito non fa il monaco...[19] Bellissimo! Bellissimo! Вы само очарование!

– Правда? Или вы так подшучиваете над бедной девушкой?

– Что вы! Очень, очень вам идет, Анна... Это чудесное платье еще больше подчеркивает вашу красоту.

– Хвали#те меня, хвали#те! – Анна нервно рассмеялась. – А то, признаться, поджилки трясутся.

– Не надо нервничать, все будет отлично! – заверил ее Игорь. – Вид у вас королевский! Но кое-чего все же не достает.

– Чего именно? Шарма?

– Как вы можете такое говорить! Вы выглядите...charmant!

Из-за его спины показался Виктор. Антонов тоже уже был полностью экипирован: элегантный костюм от Армани темно-синей расцветки, вместо галстука – бабочка, гладко выбрит, волосы еще чуть влажные после душа.

– Charmant! – Виктор, улыбаясь, подошел к своей спутнице. – Очаровательно! Но Игорь прав: кое-чего не достает...

Он взял у сотрудника бархатную коробочку. Сам открыл ее. Достал оттуда серьги с изумрудными – в золотом креплении – подвесками...

– Аня, у тебя красивые сережки... Но надень-ка эти!

Козакова сняла свои довольно простенькие, с маленькими камушками, серьги. Положила их на столик. Потом продела в ушные раковины те, что дал Виктор. И... застыла перед зеркалом. Как мало надо женщине, чтобы она хоть на короткое время забылась, отвлеклась от серых будней и забот!

– Прекрасно гармонируют с твоими зелеными глазами, – сказал Виктор.

– Bellissimo! – Игорь восхищенно поцокал языком. – Вам очень, очень идет!

Он достал из кармана пиджака еще один небольшой сверток. Передал его шефу. Тот, открыв упаковку с эмблемой ювелирного дома Tiffany & Co, протянул бордового цвета коробочку несколько опешившей женщине.

– Не хочу лишать тебя удовольствия, дорогая... Открой-ка сама!

Козакова открыла футлярчик... и невольно ахнула. Осторожно, кончиками пальцев, извлекла на свет божий кулон, закрепленный на ажурной, витой золотой цепочке. Кулон был в виде латинской буквы V и украшен бриллиантовой крошкой.

– Это... это – мне?

Виктор взял у нее ювелирное украшение; примерился и застегнул крепление. Кулон в свете ярких люстр переливался, сиял, вспыхивал всеми цветами радуги...

– А разве тут есть другие женщины? Видишь, дорогая, как выгодно иметь такого любовника, как твой покорный слуга. А ты знаешь... Тебе очень, очень идут драгоценности!

– Вот теперь полный порядок! – подхватил стоящий поблизости Игорь. – Charmant!..

Анна, чтобы не запачкать своего нового покровителя помадой, слегка коснулась щекой гладко выбритой, пахнущей духами и – чуточку – дорогим табаком щеки Виктора.

– Спасибо! – шепнула она. – Драгоценности, как я понимаю, казенные?

– Не парься, не забывай голову второстепенным, – мягко произнес Виктор. – Твое дело – блистать и соответствовать.

– Думаешь, они согласятся встретиться с тобой?

– С нами, – уточнил Виктор. – Конечно. Я назвал им время и место. И это тот самый случай, когда им трудно будет отказать.

Из гостиной донесся звук телефона. Виктор подошел к красивому антикварного вида телефонному аппарату. Снял трубку. Выслушав то, что ему сообщили – сначала по-французски, затем по-английски – произнес: «Merci».

Игорь снял с плечиков короткую, выше колена, шубку из соболей. Передал шефу. Виктор набросил эту дорогую и очень красивую вещь на плечи своей спутнице. Затем надел пальто.

Когда они выходили из номера, Анна спросила:

– А меня не обругают? Не растерзают за шубу из натуральных мехов?

– Во-первых, тебя мало кто увидит... Но кому надо – будут в курсе. А во-вторых, мы русские люди. И что бы они там ни чудили, эти европейцы, как бы они ни протестовали, наши женщины будут носить меха и бриллианты...

У парадного их компанию ожидал черный «Ауди». Игорь открыл заднюю дверцу. Когда шеф и его дама заняли места в салоне, он уселся в кресло рядом с водителем.

В этот предновогодний вечер парижские улицы, площади, набережные и сам символ столицы – Эйфелева башня – сияли разноцветными огнями, искрились, как игристое шампанское в бокале на свету... Многие улицы и площади превратились в пешеходные зоны и были в это время уже заполнены парижанами и гостями великого города. Автомобиль представительского класса мягко катил по парижским улицам; шофер хорошо знал свое дело. Проехали по мосту через Сену, в водах которой отражались россыпи огней и по которой сновали украшенные светящимися гирляндами теплоходики...

Свернули в сторону Латинского квартала; пришлось ехать в объезд. Но путь недалек, да и времени у них в запасе достаточно.

– Виктор, могу я спросить? – полушепотом произнесла Анна. После чего кивнула в сторону водителя. – Можно говорить?

– Конечно. Спрашивай.

– Ты сказал, что их... этих людей, будет двое?

– Да. Двое. Про одного – Джамшеда – я тебе кое-что уже рассказал. Да ты и сама немного в курсе. А на другого надо будет глянуть. Хотя я и догадываюсь, кто именно придет на «стрелку».

– Так это будет все же «стрелка»?

– Ну... это я чуть загнул. Не совсем так, – Виктор усмехнулся. – Скорее, ознакомительная встреча. Мы посмотрим на них, они – на нас. Глаза в глаза. Перебросимся несколькими фразами. Я им кое-что скажу. Возможно, они тоже захотят что-то сказать уже от себя.

– Они явятся без своих половинок?

– Скорее всего – да. Ты ведь понимаешь, что у этих людей иная психология. Другой уклад, другие жизненные принципы. Тебе ли все это объяснять?

– Понимаю... Хоть и не до конца. Ну хорошо. Вам, мужчинам, надо посмотреть друг на друга – глаза в глаза. Переброситься словцом. Ну а я в каком качестве там будут присутствовать?

– Сразу в нескольких ипостасях. И как бывший сотрудник одной из спецслужб, и как исполнительный директор Фонда, и как мое доверенное лицо... И, наконец, просто как красивая женщина.

– Хм... Спасибо за комплимент. А вот это заведение, куда мы едем...

– La Tour d'Argent?[20]

– Да. Что, обязательно было с ними встречаться в таком месте? И зачем было уезжать из Москвы? Хотя, конечно, я в принципе не против самой поездки в Париж... Красивый город, что тут еще скажешь.

– С одной стороны – нет, не обязательно, – выдержав небольшую паузу, сказал Виктор. – Но тут такая штука, Анна… В Москве подобную «стрелку» организовать не получилось бы. Ни под каким соусом.

– Почему? Ведь Джамшед проживает именно в Москве?

– Верно. Но меня интересует в данной ситуации не столько Джамшед – хотя и он фигура важная, – сколько тот, кто должен прийти вместе с ним.

– Серьезный человек?

– Да, очень. В нашу страну его не затащить ни под каким предлогом. И ему, надо сказать, есть чего опасаться.

– Ах вот оно что... А подробности?

– Всему свое время. Что же касается конкретного места, которое я выбрал и сообщил им, то это такая проверка на крутость.

– Что, так сложно заказать столик в этом ресторане?

– За пару суток? Невозможно. Особенно в такую вот ночь: тут все расписано на месяцы вперед.

– Но им это удалось? То есть, у них не только большие возможности, но они реально заинтересованы в том, чтобы встреча состоялась?

– Верно. Не знаю, у кого и за какие деньги они выкупили уже заказанные места, тут простых людей не бывает... Ну вот, мы уже почти на месте.

Лимузин свернул на набережную Турнель. Здесь, в одном из восхитительных уголков одного из красивейших городов мира, расположено семиэтажное здание из серого камня со слюдяными прожилками, построенное, как говорят, на месте стоявшей здесь некогда сторожевой башни – и получившее в честь нее название «Серебряная башня».

На часах Виктора было ровно одиннадцать вечера, когда он и его спутница в шикарном золотом платье в сопровождении одного из старших администраторов вошли в зал панорамных стекол – главный зал этого заведения, расположенный на верхнем седьмом, хотя после реконструкции правильнее сказать на шестом этаже здания. Встреча была назначена на половину одиннадцатого, так сказал по телефону прозвонившему ему Джамшеду Рахимбаеву сам Антонов. Таким образом, опоздание составило полчаса. Но и это было сделано осознанно, намеренно, поскольку эти люди должны знать свое место, должны понимать, с кем они имеют дело.

Администратор провел их по проходу к одному из столиков. Анна успела поймать на себе взгляды немалого числа присутствующих здесь мужчин и женщин. Когда они подошли к дальнему от входа столику, ближайшему к самому большому центровому панорамному окну, двое сидевших за ним мужчин встали со своих мест.

– Добрый вечер, господа, – ровным голосом сказал Виктор, посмотрев сначала на Рахимбаева, затем на другого мужчину. – Ассаламу алейкум! Благодарю за приглашение и за саму возможность находиться с вами за одним столом...

– Ва алейкум ассалям, – сказал Рахимбаев. – Добрый вечер!

– Здравствуйте, – негромко произнес второй мужчина.

Гость на секунду снял руку с женского локотка.

– Меня зовут Виктор. Виктор Антонов. С вами, Джамшед, мы уже знакомы...