50 знаменитых загадок Средневековья

«Белая Книга» подробно рассказывает об истории Вильгельма Телля. Все происходило в конце XIII века на территории швейцарских кантонов Ури и Швиц, которые в то время входили во владения графов Тирольских. Ландфогтом там был Герман Гесслер граф фон Брунек. Он был послан императором Альбрехтом в эти кантоны, чтобы подчинить их австрийскому владычеству. Граф управлял этими землями очень жестоко, творил множество несправедливостей, а также отличался тягой к прекрасному полу. Однажды он издал указ о том, чтобы все, под угрозой штрафа, кланялись его шляпе, повешенной на шесте «под липами Ури», как написал летописец. «И вот жил один достойный человек по имени Телль, который тоже дал присягу [о независимости кантонов] вместе с Вернером Штауфахером [один из героев борьбы за независимость] и его товарищами. Ему часто приходилось ходить мимо шеста, и он не хотел кланяться». Узнав о таком поведении Телля, Гесслер велел позвать его и спросил, что побуждает того к неповиновению. Телль извинился, сказав, что делал это без дурных намерений, что не думал, что ландфогт придает этому поклону такое важное значение. В заключение он добавил: «Если бы я был умен, то меня не звали бы le Thall (простак)». Гесслер задумчиво осмотрел Телля и его сынишку, увидел лук, висевший у Телля за спиной, и решил немного развлечься. В наказание за неповиновение он приказал непокорному Теллю сбить стрелой яблоко с головы сына. По знаку ландфогта их окружили стражники, так что сопротивление было бесполезным. Телль подчинился. Он поставил мальчика у дерева (в балладах упоминается, естественно, дуб), поставил ему на голову яблоко и отошел. В летописи ничего не говорится о расстоянии, с которого стрелял Телль, а в балладах упоминается расстояние в 12, 20 и более шагов. Телль достал из колчана две стрелы, одну из них спрятал под камзол, а вторую вложил в лук, помолился Богу, прицелился и сбил яблоко с головы ребенка. Вздох облегчения пронесся по толпе, которая уже успела собраться вокруг.

Гесслер заметил, что Телль спрятал под камзолом вторую стрелу, и спросил, зачем он это сделал. Телль пытался увернуться от ответа, но ландфогт настаивал: «Скажи мне правду. Обещаю тебе, что ты останешься жив». Телль сдался: «Так как ты мне обещаешь, что я останусь жив, то я скажу тебе правду: если бы моя стрела не попала в цель и я убил бы своего сына, то я направил бы свой лук на тебя». Ландфогт рассердился (мягко сказано!): «Да, правда, я обещал тебе жизнь, но я помещу тебя в такое место, где ты больше не увидишь ни солнца, ни луны». Он велел связать Телля и посадить его в лодку. Лук положили сзади него (зачем?). Гесслер тоже сел в лодку, и они поплыли по озеру к Аксену. Когда лодка достигла этой скалы, поднялся сильный ветер, и Гесслера со спутниками охватил сильный страх. Один из лодочников обратился к Гесслеру: «Видите, что нам грозит. Прикажите развязать Телля и велите ему нас спасти. Он силен и умеет управлять лодкой». Ландфогт сказал Теллю: «Если ты обещаешь нас спасти, то я велю развязать тебя».

Телль согласился и стал грести, а сам все посматривал на свой лук. Достигнув площадки, которая теперь называется площадкой Телля, он схватил свой лук, выскочил на берег и оттолкнул лодку ногой. Пока спутникам Гесслера удалось справиться с лодкой и пристать к берегу, Телль уже был далеко.

Он прошел весь Швиц и добрался до Кусснахтского ущелья, через которое обязательно должен был проезжать Гесслер. Телль дождался ландфогта и убил его, а потом через горы вернулся в свой родной Ури.

На этом история про Вильгельма Телля и заканчивается. У летописца Телль принимает участие в борьбе за независимость, но является уже второстепенной фигурой. В традиции же кантона Ури Телль является одним из главных героев борьбы за образование союза кантонов. Считается, что с того момента, как Телль застрелил Гесслера, и началось массовое восстание против австрийцев. В сочельник 1315 года швейцарцы праздновали победу и освобождение от ига австрийцев. Вильгельм Телль стал одним из национальных героев Швейцарии, его именем названо множество мест в стране, построены посвященные ему часовни и поставлены памятники.

Другой первоисточник, в котором рассказывается о Телле как о реальном историческом лице, это «Швейцарская хроника». Эта история упоминается в 1570 году швейцарским историком Эгидусом (Гильгом) Чуди (1505 — 28.2.1572) в «Хронике Гельветикум», главном труде его жизни. Она охватывает 1000–1400 годы, и вошли в нее многие впервые им собранные источники. Когда через три века ее стали подробно изучать, оказалось, что Чуди для полноты и стройности включил в хроники легенды и вымышленные сведения. Его репутация как серьезного историка пострадала, но зато осталась жить легенда о Вильгельме Телле.

В изложении фактов и имен героев Эгидус Чуди не расходится с анонимным автором «Белой Книги». Те из историков, которые считают легенду о Вильгельме Телле именно легендой, объясняют совпадения простым заимствованием: Эгидус Чуди процитировал «Белую Книгу» без ссылки на источник. Что ж, в те времена такое было в порядке вещей, закона об авторском праве не существовало, а переписчик вполне мог приравнивать себя к автору текста. Сторонники реальности истории Вильгельма Телля, наоборот, в совпадении подробностей усматривают доказательства подлинности событий, о которых пишут одинаково два источника.

Ну а первые документы, в которых ставится под сомнение правдивость изложенных выше историй, появились еще в 1607 году. Как видим, историческая критика не дремала! Указывалось, что в исторических источниках нет упоминаний ни о Телле, ни о Гесслере, хотя сохранилось много рассказов о превышении власти ланд-фогтами. Обращалось внимание на странный маршрут передвижений Телля и Гесслера (можно было двигаться более короткой дорогой) и т. д.

Главным же аргументом критиков было то обстоятельство, что предания о таком стрелке встречаются у многих народов в самые различные времена. Точно так стреляли скандинавы, критянин Алкоп, болгарин Дигенис, украинец Данило Ханенко и прочие герои мифов и легенд. Такие истории известны у азиатских народов, в прирейнских областях, но наиболее известны датские, исландские и английские легенды.

Мотив об искусном стрелке играет важную роль в песнях и сказаниях германских народов. Уже в одной из песен Эдды, относимой к VI веку, затем в Вилькина-саге и Нифлунга-саге появляется сказание об искусном стрелке Эйгиле. Король Нидунг (то есть завистливый) кладет яблоко на голову трехлетнего сына Эйгиля Орвандиля. Эйгиль был вынужден повиноваться под угрозой наказания. Он вынимает три стрелы, вставляет первую в лук и попадает в середину яблока. Король хвалит его за ловкость, а потом спрашивает, почему он приготовил три стрелы, когда ему была нужна только одна? Эйгиль отвечает: «Если бы первой стрелой я убил своего сына, две другие попали бы в вас». Король пришел в восторг от ответа храброго воина и взял его в свое войско. Предполагают, что сага об Эйгиле возникла в Северной Германии, проникла на Скандинавский полуостров и оттуда вернулась в Германию в скандинавской обработке.

Сказание об искусном стрелке неоднократно встречается и в норвежской истории. Так, Олаф II Святой (ум. в 1030 г.) понуждает к такой опасной стрельбе храброго воина Эйндриди. Король Харальд III (ум. в 1066 г.) заставляет богатыря Геминга стрелять в орех, положенный на голову его брата. На Фаросских островах записан рассказ о том, как Гейти, сын Аслака, по требованию короля сбил стрелой с головы брата лесной орех.

Датская легенда очень похожа на исландскую. Сказание об искусном стрелке встречается у датского писателя XII века Саксона Грамматика (ум. в 1203 г.) в десятой книге его «ШвШпа Оашса», записанной около 1185 года. Однако перевод на немецкий язык был сделан только в 1430 году, литературная обработка появилась в 1480 году, а напечатан он был в 1514 году. Говорить о заимствовании сюжета легенды у Саксона Грамматика трудно, хотя именно на этом настаивали первые критики. Вот краткое изложение рассказа Саксона Грамматика.

У короля Харальда Синезубого, жившего в X веке, был в услужении искусный стрелок Токи или Токко. Он похвастал в пьяном виде, что собьет стрелой самое маленькое яблоко наверху шеста. Жестокий Харальд велел поставить вместо шеста маленького сына Токи. Токи также вынимает три стрелы и первой стрелой попадает в яблоко. На вопрос короля, зачем он вынул три стрелы, Токи отвечает: «Чтобы отомстить тебе, если бы первая не попала в цель». Король рассердился и хотел подвергнуть стрелка новому испытанию, но Токи, как и Телль, сумел скрыться, а впоследствии убил Харальда стрелой во время битвы Харальда с восставшим против него собственным сыном. Как в Швейцарии Гесслер, так и в Дании Харальд вызывают своими жестокостями народное возмущение и погибают от руки ловкого стрелка.

Наряду с германскими и скандинавскими сказаниями об искусном стрелке существовали и финские. Воспоминание о национальном герое, отличавшемся меткой стрельбой, в Эстонии и Финляндии привязано ко многим местным названиям, причем герой этот носит имя Телль или Толя. Эсты, карелы и финны указывают на камень Телля, гробницу Телля, развалины его замка.

Существует целый ряд сказаний об искусном стрелке у народов, населяющих Венгрию, Буковину и Трансильванию. Подобное с рассказом о Телле сказание встречается в «Языке птиц» персидского писателя первой половины XII века Ферид-Эддин-Аттара. Здесь царь сбивает стрелой яблоко с головы своего любимого пажа, который умер от страха, хотя стрела не задела его. Следует вспомнить и древнее сказание о Камбизе, переданное Геродотом: Камбиз стреляет в сына своего придворного Прексаспеса и поражает его в сердце. Еще более интересно классическое сказание о критянине Ал копе, сбившем с головы своего сына змею, не зацепив его.

Славянскому миру тоже не чужды сказания об искусном стрелке, похожем на Телля. В болгарском сказании герой носит одинаковое имя с главным богатырем новогреческого героического эпоса Дигениса. Есть подобные сказания и у сербов. На Украине похожее предание вошло в фамильную историю семьи Ханенко: Данило Ханенко сбил пулей головной убор красивой казачки и женился на ней.

И все эти легенды очень похожи, хотя в швейцарской есть и своя специфика: две стрелы, путешествие по озеру и т. д.

Можно считать почти доказанным, что Вильгельм Телль, легендарный герой освободительной войны швейцарского народа, лицо именно легендарное, а не историческое. Однако легенда, основывающаяся на древнем народном сказании о метком стрелке, настолько срослась с былью, что хроника XVI века сообщает даже «точную» дату знаменитого выстрела Вильгельма Телля — 18 ноября 1307 года. Выстрел этот, как рассказывают, явился сигналом к народному восстанию. Спустя восемь лет (в 1315 г.) вольные горцы разбили войско Габсбургов в битве при Моргартене и навсегда изгнали австрийцев из Швейцарии. Предание говорит, что Вильгельм Телль принял участие в этом сражении. Поэтому можно сказать, что в легендах о нем скорее всего реализуется память о подлинных героях народного восстания.

Долго спорили и о том, каким оружием пользовался Вильгельм Телль (если существовал): луком или арбалетом? Историк Фриц Карл Матис поставил под сомнение существование самого стрелка и доказал, что даже если бы Телль и существовал, то он не сбивал яблока с головы своего сына и не убивал злого правителя страны стрелами из арбалета. Дело в том, что арбалета у Вильгельма Телля не могло быть. Это оружие появилось в Швейцарии значительно позже, спустя 100 лет после описываемых в легенде событий. Ученый доказал, что и сама легенда вошла в моду одновременно с новым оружием. О результатах своего исследования Матис поведал в канун национального праздника — 695-летия со дня основания Швейцарской конфедерации, вызвав у швейцарцев огорчение.

Сторонники подлинности предания о Вильгельме Телле старались обосновать свои теории. Они приводят массу аргументов, ссылаясь, в частности, и на то, что прочие имена в истории с участием Вильгельма Телля — подлинные: и Вальтер Фюрст, и Вернер Штауфахер, и Арнольд Мельхталь не вызывают сомнения в факте своего существования.

Итак, споры об этой истории продолжаются уже несколько столетий. В заключение можно привести строки швейцарского историка Антуана Гесслера (уж не родственник ли злого ландфогта?): «Швейцарцы могут утешаться этим сказанием и гордиться им. Предание о Телле является прекрасным символом любви к свободе и силы нашей демократии. Оно имеет право на место в наших сердцах, и никто не может его у нас отнять. Гордо возвышается на площади Альторфа бронзовая статуя Телля. Ей нечего бояться ни суда исторической критики, ни суда моралистов».

Легендд о Гаммельнском Крысолове

Есть города, всемирную славу которым принесли легенды и сказки. Город Бремен знаменит благодаря небольшой сказке братьев Гримм «Бременские музыканты». В славу Багдада немалую лепту внес «Багдадский вор». Немецкий город Гаммельн известен всему миру, потому что в нем появилась знаменитая легенда о Гаммельнском Крысолове. Это тайна, которую не могут разгадать более 700 лет. Старая жутковатая немецкая легенда о загадочном мастере дератизации из Гаммельна, владевшем магической дудочкой, хорошо известна во всем мире.

Она гласит, что летом 1284 года в немецком городке Гаммельне расплодились крысы, и стало их так много, что куда ни пойдешь — на крысу наткнешься, так что лучше и вовсе никуда не ходить. Убоялись коты, а вслед за тем убоялись люди: ни молебны не помогали, ни амулеты охранительные. И было объявлено повсюду: «Кто избавит славный город Гаммельн от крыс, получит от магистрата столько золота, сколько сможет унести»! И тогда нашелся бродячий музыкант, который сказал, что может извести крыс. Заиграл Крысолов на волшебной дудочке, и пошли за ним крысы, как сонные или будто в помрачении. Все до единой вышли за пределы города, и Крысолов привел их к реке Везер. Влекомые волшебной музыкой, крысы вошли в реку и утонули. Но обещанной платы за работу славный музыкант не получил. Жадный магистрат не захотел платить Крысолову — ведь крыс в городе уже не было. И тогда на следующую ночь Крысолов жестоко отплатил жителям Гаммельна за обман. Он заиграл снова, и тогда дети вышли из всех домов города и пошли за ним. Их больше никогда не видели…

Лет пятьсот эта история существовала в устной форме, обрастая фольклорными подробностями. Пока не была изложена в изданной братьями Гримм книге «Немецкие сказания». Первый стихотворный отклик на нее принадлежит Гете, его «Крысолов» написан в самом начале XIX века. «Преамбула» не излагается — в Германии это было излишним. Герой стихов, как и положено в сказке, является троекратно и звуками флейты уводит за собой сперва крыс, потом детей, а затем и женщин. Совершенно в духе романтических представлений о необоримости искусства и его воздействии на не замутненные «обывательством» души. Это была реакция на Французскую революцию, всколыхнувшую Европу и вызвавшую цепную реакцию социальных потрясений длиною в три четверти века. Искусство виделось единственной возможностью сберечь духовные ценности, увести от беды тех, кто способен его слышать, кому, быть может, предстоит творить иную, будущую жизнь. Для этого писали своих «Крысоловов» и полузабытый ныне немец Карл Зимрок, и знаменитый англичанин Роберт Браунинг. А затем, уже на излете всяческих революций, Гейне сочинил «Бродячих крыс», заселив рушащийся мир непримиримо враждующими крысами оседло-буржуазными и крысами-люмпенами… Можно вспомнить и о страстном «Крысолове» Цветаевой, видя в нем слияние всех прежних линий. И «Крысолов» Александра Грина, непосредственно предшествующий цветаевской поэме, тоже коренится в тех же трагических событиях российской истории. И «Музыкант из Сен-Мерри», написанный в самом начале 1914 года Гийомом Аполлинером. И поэма (скорее даже баллада) «Гаммельнский Волынщик» Георгия Шенгели, написанная в 1926 году. Список можно продолжать и продолжать.

«Вопросительный знак — это состарившийся восклицательный», — говаривал Сигизмунд Кржижановский. Где предкам виделись ответы, потомки обнаруживают вопросы. Рассказывая историю Гаммельнского Крысолова, никто обычно не задается вопросом, откуда он пришел и кем был на самом деле. Был ли это обыкновенный странствующий менестрель, маг, или же к людям пришло существо демоническое? И вообще, «был ли мальчик»? И куда увели детей? Что произошло на самом деле? Может быть, случилась буря, может, обвал в горах, как раз тогда, когда в город пришел бродячий музыкант?

Никто этого не знает. Невозможно определить меру правды и вымысла в легенде. Согласно одному варианту предания, все дети утонули в Везере, по другому — скрылись в глубине горы Коппенберг. Есть и такой вариант: все дети прошли сквозь горы и оказались далеко от родного города, в Трансильвании.

В пользу реальности истории, положенной в основу сказания о Крысолове из Гаммельна, свидетельствует тот факт, что на городской ратуше этого города была сделана надпись: «В 1284 году в день Иоанна и Павла (26 июня) одетый в пестрые покровы чародей-крысолов выманил из Гаммельна звуками своей флейты 130 рожденных в Гаммельне детей на Коппен близ Кальварии, и все они до одного погибли в глубине земли». Правда, сделана она была гораздо позже событий, которые легли в основу легенды, и автор текста уж точно не являлся очевидцем роковых событий. Немецкий археолог Вальтраут Веллер пришла к выводу, что Коппен, где произошла катастрофа, судя по всему, должен находиться на достаточном отдалении от стен Гаммельна. Вооруженная этой догадкой, Вальтраут Веллер начала поиск и обнаружила в 15 километрах от Гаммельна болотистую котловину — Чертову дыру, стиснутую отвесными скалами и имевшую единственный вход через узкое ущелье. Есть еще версия, что детвора добралась до нужного им места, когда было уже темно, и скорее всего дети попали в трясину Чертовой дыры. И вот что интересно: в близлежащем поселке, который называется Коппенбрюгге, а давным-давно именовался Коппенбург — от названия замка, построенного здесь в 1303 году, — до сих пор жива молва о том, как некогда в Чертовой дыре погибли какие-то люди. История с крысами, вероятно, «приросла» к легенде в гораздо поздних ее вариантах.

А еще улица, по которой (как говорят) дети ушли из Гаммельна, еще в XVIII веке называлась Беззвучной улицей. На ней никогда не раздавались звуки песен или музыкальных инструментов. А в центре Гаммельна по сей день запрещена игра на каких бы то ни было музыкальных инструментах.

В чем смысл этого сюжета? Кара за нарушение обещания. Но кто вправе налагать на город такую страшную кару? Вероятно, только Бог, но о Боге в легенде нет ни слова. Впрочем, к слову о богах… В античности был повелитель мышей и крыс, он же покровитель искусств и бог музыки — Аполлон. До своей интеграции в олимпийскую семью он был малоазийским лесным божеством. Одно из культовых прозвищ Аполлона — Сминтей («Мышиный»). Подобный эпитет сопутствует Аполлону уже у Гомера (Илиада I 39), затем у орфиков fr. 34,4 Кеrn), Страбона и др. Гомеровские схолии поясняют его смысл с помощью следующей легенды: мыши опустошали поля Хрисы в Малой Азии, Аполлон уничтожил их и приобрел соответствующий титул. Из «Илиады» мы знаем, что он наслал чуму на ахейский лагерь; правда, чуму переносят не мыши, а крысы, но в древности их практически не различали. Культ Аполлона Сминтея существовал в Малой Азии, в основном в Троаде, но также на островах Хиос, Лесбос, Родос и других. Изображения Аполлона вместе с мышами присутствуют на множестве малоазийских монет; в Хрисе был храм в честь Аполлона, называвшийся Сминтейон, в котором стояла статуя, изображавшая бога, попирающего мышей своей ногой (Страбон, География XIII 1, 4).

И еще одна примечательная черта Аполлона — его жестокость: когда Ниоба похвалилась своим многочадием, Аполлон и его сестра Артемида, мстя за свою мать, оскорбленную Ниобой, перестреляли из луков всех детей неосторожной женщины (не то двенадцать, не то двадцать). Ниоба от горя окаменела. Заметим, ее-то дети Латоны не тронули, они только «лишили ее преимущества» — детей. Чудесный музыкант, властитель над мышами и крысами, мстит жадным бюргерам Гаммельна, лишая их детей. Это, быть может, отдаленная трансформация аполлоновского мифа.

Многие средневековые легенды показывают, как реликты разрушенных мифологических систем могут воскресать и встраиваться в новые мифологические системы, порою утрачивая сакральный смысл, а порою сохраняя его в завуалированном виде. Крысолов из Гаммельна, например, отчасти имеющий сходство с Аполлоном Сминтеем, некоторые черты взял от богодемонического существа, одного из духов древнегерманской мифологии — Рюбецаля, духа гор. Он представлялся в облике серой фигуры в хламиде. Считался добродушным, но вспыльчивым; хорошим людям помогал, злым причинял разные неприятности, неся непогоду и обвалы, сбивая с пути и т. д. В общем, на флейте он не музицировал.

Легенда легендой, но многие историки и представители других наук до сих пор считают, что 130 детей действительно покинули город. Считают также, что сюжет легенды был подсказан преданиями, имевшими в своей основе известный «Крестовый поход детей» в 1212 году. Некоторые придерживаются мнения, что мальчиков и девочек увели за собой цыгане, отвлекающие внимание своим пением и танцами. Согласно же версии, которая представляется, пожалуй, самой реальной, детей переправили в осваивавшиеся в то время малозаселенные земли Моравии и Восточной Пруссии.

Крыс не любили никогда, они — неведомые, загадочные, инакоживущие, опасные существа «другого мира». Это — знак страха иррационального и потому неодолимого, вне логики. Крысы — что-то вроде автономных зверей среди людей: не дикие — и не домашние. И любопытно, что войну с крысами ведут «наемники человека»: кошки, собаки… Вообще, крысы были страшной проблемой Средневековья. Упоминания о вреде, причиняемом ими, часто встречаются в легендах и хрониках. Базельские анналы отмечали еще под 1271 годом: «Крысы уничтожают зерно, сильный голод».

Но голод был не единственной проблемой, связанной с крысами. Из-за уничтожения христианами «животных Сатаны» — кошек — расплодившиеся крысы разнесли по всей Европе чумную блоху, отчего почти пол-Европы погибло. Так что страх перед крысами — древний страх. Не зная ничего о бациллах, люди в Средние века просто заметили, что вслед за крысами в город приходила чума, поэтому крысы считались вестниками беды и смерти.

Так как кошки, как «бесовские отродья», христианами были практически изведены и с крысами некому было бороться, то спонтанно появилась новая и столь необходимая в тех условиях профессия крысолова. Старинное Гаммельнское сказание об обманутом, лишенном вознаграждения крысолове и его мести городу, из которого он увел детей, связано со многими преданиями. И чтобы понять значение фигуры и поведение крысолова, необходимо обратиться к истории. Оказывается, музыкант, привлекающий к себе крыс звуками флейты, имеет предшественников. Речь идет о заклинателях крыс, упоминания о деятельности которых имеются в разных средневековых свидетельствах.

В иллюстрированной рукописи 1430 года «Книги о гениях и чудесах», которая хранится в г. Веймаре, имеется 150 гравюр, изображающих повседневную жизнь того времени. Особенный интерес представляют те из них, на которых показаны сцены мистических обрядов, заклинаний. Людей, занимающихся этим, называли заклинателями. Некоторые из них, подобно Гаммельнскому Крысолову, уводили крыс с помощью музыки, другие делали это с помощью заклинаний или молитв. Так, в Веймарской рукописи была изображена и сцена заклинания крыс. Перед юношей, одетым в готическом стиле, который держит пальцы правой руки особым образом, как бы приказывая или заклиная, находятся шесть жирных черных крыс.

О многочисленных примерах заклинаний крыс сообщается в фольклорном собрании Корнелиссена «Мыши и крысы в фольклоре», в котором собран богатый материал, особенно из Бельгии и Голландии. Например, сообщается о мельнике из местечка Дендербелле, который пожаловался нищему на вред, причиненный ему крысами. Нищий разломил картофелину, которую погрызли крысы, на две части и бросил ее на землю, после чего крысы появились из своих нор и процессией одна за другой покинули двор мельника. Власть людей-заклинателей над крысами считали данной дьяволом, и потому инквизиция при каждом удобном случае расправлялась с крысоловами.

Но, видимо, не только дьявол мог наделить человека властью над серыми врагами. Позже церковь, как и во многих других случаях, использовала это суеверие. Часто заклинатели пользовались особым волшебным заклинанием или считающимся святым предметом, например Евангелием от Иоанна, в качестве «сильной молитвы». Например, среди европейских святых были те, что умели изгонять крыс. Святой Ульрих из Аугсбурга, святой Магнус из северной Швейцарии. А на северо-западе Германии святая Гертруда даже изображалась как настоятельница основанного ею во Фландрии монастыря, с посохом, по которому лезли крысы. Культ этой святой распространился через Вестфалию до Нижней Саксонии.

В известной работе Олауса Магнуса «История полуночных стран», которая появилась в 1555 году, автор в 16-й главе описывал, «как на севере заботятся о том, чтобы мышей и крыс прогонять и уничтожать». На приложенной к тексту иллюстрации пожилой мужчина — «он мышей и крыс из домов на разбитый лед прогоняет». Автор отмечает, что делается это при помощи возвышенных слов и знаков, и поясняет, что подобное искусство наследуют от предков и сохраняют, чтобы бескорыстно служить людям. Правда, осторожно отмечает Магнус, неизвестно, откуда эта сила, но считается, что не от волшебства. Одаренные ею люди заходят в дом, чтобы затем из него вывести крыс и утопить. Какое используется для этого средство, не говорится, но автор не сомневается в достоверности этих сообщений.

Вообще, известен целый ряд преданий об изгнаниях крыс. Особенный интерес представляют те из них, в которых крысолов выманивает крыс звуками музыки, в особенности флейты (или подобного инструмента), из их нор, чтобы повести за собой и уничтожить. Влияние музыкальных звуков на крыс является одним из многих примеров воздействия музыки на определенные виды животных.

Существует сказание о греческом поэте Арионе, который привлекал дельфинов силой звуков, извлекаемых из морской раковины, а также все знают о факирах, которые с помощью дудки заставляют «танцевать» змей.

Итак, в очень многих случаях, как мы видим, крысоловы не с помощью магии, а звуками музыки привлекали животных. Скорее всего, основой этих сказаний послужила объективная действительность, и этот вид крысоловства был основан на точном знании естественных процессов и их использовании в борьбе с крысами.

В эпоху, когда еще не существовало научного естествознания, по понятным соображениям крысоловам приписывалась магическая сила. Эту веру старались укрепить: например, дудка, которой пользовался крысолов, как сообщает Старициус в своем сочинении «Новое сокровище героя», была сделана из позвоночника короля крыс. Однако именно эта таинственность стала роковой для ремесла крысоловов во времена инквизиции. Из многих сочинений XVI века известно о преследовании и сжигании ведьм. Тогда же и «погонщики мышей» — крысоловы попали в разряд колдунов, продавшихся дьяволу, и преследовались в судебном порядке. С тех пор стало опасным выступать в качестве крысолова, и постепенно это ремесло претерпело изменения, которые позволили в дальнейшем считать его не предосудительным с точки зрения церкви.

Ну а со временем заклинателей сменили продавцы крысиного яда. Они хотя и были намного прозаичнее, чем предшественники, но тоже вдохновили многих художников того времени. Краеведческий музей города Гаммельна располагает множеством письменных документов, оригинальных гравюр и офортов XVI–XVIII веков, повествующих о продавцах крысиного яда.

Эта профессия стала распространенной и общественно значимой (еще бы, в Средние века случались настоящие нашествия крыс!), хотя и считалась малоуважаемой.

И нам кажется, во многом это не слишком хорошее отношение объяснялось тем, что на продавцов крысиного яда пала тень их предшественников-крысоловов, использовавших, как считали окружающие, магию. Возможно, покупая яд и думая о том, как уничтожить зловредных грызунов, многие жители Европы невольно вспоминали Гаммельнского Крысолова.

На Руси крысоловов называли хозяевами или повелителями крыс. Их услугами часто пользовались владельцы мельниц, где серых грызунов были целые полчища. Сын некоего мельника в начале XX века вспоминал такой случай: как-то на мельнице развелось великое множество крыс. Мельник съездил куда-то и привез сухонького мужичка. Тот обошел все закоулки, где водились крысы. При этом он стучал по полу и говорил: «Ваш хозяин пришел. Слушайте меня». Он велел распахнуть ворота, начертил круг на дороге и воткнул в его центре нож рукоятью в сторону от мельницы, затем встал в этот круг и начал что-то шептать. Из всех щелей и дверей полезли крысы. Они убегали в полной тишине, без писка, в том направлении, куда указывала рукоять ножа. Круг с мужиком серая лавина обогнула, ни одна крыса не ступила за черту.

Расскажем еще об одном случае, известном со слов очевидца. Это было в 1939 году. Один парень с товарищами ехал в кузове грузовой машины. И вдруг вся дорога оказалась покрыта крысами на километр вперед. Огромное количество крыс двигалось в полном молчании, на людей грызуны не обращали внимания, хотя могли одолеть и стадо коров. На вопрос: «Откуда их столько?» в ответ прозвучало: «Хозяин выгнал из колхозных амбаров». — «Хозяин?» — «Человек один, которого они слушаются». Считалось, что «хозяин крыс» мог не только увести надоедливых «соседей», но и натравить их на неугодных ему людей.

Легенда о Гаммельнском Крысолове пересекается еще с одной средневековой легендой. Читатель, конечно, помнит, что у Гофмана в «Щелкунчике» Крысиный Король о трех головах? Неужели сказочник XIX века сделал отрицательного персонажа злобным мутантом в духе современных боевиков? Нет, оказывается, своего короля Гофман взял из старинных германских легенд, основанных на подлинном факте, хотя и очень редком. Существует всего около 60 документально подтвержденных находок таких «мутантов», да и те одно время считали мистификацией.

А мы приведем отрывок из средневековой немецкой книги Эрт Эртруса «Кладовая крысиного короля»: «Коварное и мрачное существо это владеет силами человеческого ума. Оно также обладает тайнами подземелий, где прячется. В его власти изменять свой вид, являясь, как человек, с руками и ногами, в одежде, имея лицо, глаза, подобные человеческим и даже не уступающие человеку, — как его полный, хотя и не настоящий образ. Крысы могут также причинять неизлечимую болезнь, пользуясь для того средствами, доступными только им. Им благоприятствуют мор, голод, война, наводнение и нашествие. Тогда они собираются под знаком таинственных превращений, действуя, как люди, и ты будешь говорить с ними, не зная, кто это. Они крадут и продают с пользой, удивительной для честного труженика, и обманывают блеском своих одежд и мягкостью речи. Они убивают и жгут, мошенничают и подстерегают; окружают роскошью, едят и пьют довольно и имеют все в изобилии. Золото и серебро есть их любимейшая добыча, а также драгоценные камни, которым отведены хранилища под землей».

Это, безусловно легенда, но Крысиный Король — не поэтическая выдумка сказочника. И не мистификация, как полагали одно время ученые. О Крысином Короле мало кому известно, очень уж редко выходит он в свет. Это загадка природы, вокруг которой много противоречивых и зловещих легенд. Король действительно существует как биологический факт или скорее казус. Это несколько крыс, намертво сросшихся хвостами. Пожалуй, это единственное, что можно сказать наверняка. Долгое время ученые ломали головы над возникновением этой «царственной особы». Вокруг этого загадочного явления возникло много фантастических историй. Согласно одной из них, в таком скоплении над всеми крысами доминирует огромных размеров «крыса-король». В другой рассказывается, что эта огромная малоподвижная масса крыс — объект заботы их сородичей, а стало быть, крысы, входящие в ее состав, живут по-королевски.

Начиная со Средних веков упоминания о Крысином Короле встречаются в литературе по крайней мере тридцать семь раз, главным образом, в немецких источниках. Возможно, крысы, спутанные хвостами, — явление не столь уж редкое, но в силу своей малой подвижности такие животные должны были быстро становиться жертвой хищников.

Версии, объясняющие происхождение «крысиного короля», весьма разнообразны: крысы скучиваются вместе в зимнее время (действительно, «крысиных королей» находили, как правило, зимой), чтобы служить гнездом для детенышей и предотвратить замерзание хвостов. А вот другая версия: чесотка заставляет крыс тереться хвостами, в результате чего они запутываются. Это происходит, когда молодые зверьки играют друг с другом в таком месте, где есть липкое вещество (разлитый клей, замазка, краска и т. д.), и постепенно склеиваются хвостами. Сейчас известно, что крысята могут срастаться хвостиками еще в утробе матери или через какое-то время после рождения, пока хвостики еще мягкие и гибкие. Как правило, всю жизнь бок о бок (в буквальном смысле) проводят 3^7 крыс, но находили клубки из 42 и больше особей. В одной из лабораторий короля искусственно разделили. Составляющие его особи были обычными крысами.

При таком нерядовом облике и редкости «крысиный король» — создание (или все же создания?) мистическое, окруженное противоречивыми и зловещими слухами. В Средневековье его считали пособником дьявола, наделяли огромной властью и колдовской силой: способностью наводить мор, голод и стихийные бедствия. Думали также, будто король способен превращаться в человека (что приписывается всем крысам) и исполнять желания. Находка короля крыс предвещала беду. Особенно тому бедолаге, чей сарай или кладовая приглянулись многоголовой крысе в качестве апартаментов. К тому же инквизиция вела непримиримую борьбу не только с королем, но и с хозяином кладовой. На человека, который нашел крысиного повелителя, горожане тоже смотрели косо. Но при этом верили: если королю поклониться в пояс, то принесет такая встреча удачу и богатство. Если, конечно, нервы крепкие: не каждый может отвешивать церемониальные поклоны клубку крыс. Лишь немногие, видно, кланялись, большинство сразу же уничтожали исчадие ада. Такой случай сохранился в городских хрониках Дармштадта: люди нашли огромного крысиного короля, который распался на двух поменьше. Когда одного из них попытались убить, крысы сами перегрызли друг другу глотки. Другого короля бросили в огонь, и пламя окрасилось в зловещий зеленый цвет. Еще одно упоминание со слов очевидца: «1918 год. После Первой мировой войны крысы покидали город. Первые в процессии уносили на своих спинах крупную многоголовую тварь — своего короля».

Так что крысы не зря окружены различными легендами, странными мифами и смутными слухами. Крысиное чутье уникально, недаром эти животные традиционно считаются вестниками беды: они раньше других чувствуют опасность, и бегство с тонущего корабля — не самый яркий показатель этого своеобразного таланта. Крысы «предсказывали» эпидемии, войны, катаклизмы. В сочетании с их способностью жить где угодно, высокой приспособляемостью и очень высокими для животных показателями интеллекта умножившееся поголовье крыс и в нынешние времена вызывает ужас. Не бывает, чтобы эти твари плодились просто так. Крысы живут везде, где есть люди. Крысы хотят жить там, где живут люди. Не захотят ли они жить вместо людей?

Неприятности, которые человечество претерпело от крыс, вероятно, стали одной из причин нашей традиционной неприязни к ним. А ведь крыса вполне заслуживает памятника от благодарного человечества за вклад в научные эксперименты. Ведь лабораторные, или так называемые капюшонные породы, отличающиеся от помоечных пасюков изысканной окраской (от белой до голубой и оранжевой), — прямые потомки обычных серых крыс. И миллионам из них приходится жертвовать своими жизнями на алтаре медицины.

Крысы — создания живучие и умные. И мы с современными ядами и ловушками можем с ними бороться. Но найдется ли сегодня человек, который, как в старинной легенде, может освободить от крыс целый город?

Зеленые дети из Вулпита

В Харлейанской коллекции Британского музея хранится манускрипт на латинском языке под номером 3875. Автор манускрипта, английский хронист XII века Уильям из Ньюбурга (монастырь в Йоркшире), описывает невероятную историю, произошедшую во времена короля Стивена (1135–1154) в графстве Суффолк. Эту же версию преподносит как достоверный факт еще один заслуживающий доверия хронист: Ральф из Коггешэлла, бывший аббатом в одноименном монастыре в графстве Эссекс.

Хроники повествуют о любопытном происшествии, приключившемся в деревушке Вулпит, что в графстве Суффолк, в 112 км от Лондона. Жарким августовским днем жители деревни работали в поле, спокойно убирая пшеницу. Один из крестьян, выпрямившись, чтобы отереть пот со лба, вдруг увидел неподалеку двух маленьких детей — мальчика и девочку. Детишки выглядели испуганными и размахивали руками так, словно пытались отогнать нападавших на них пчел, хотя никаких пчел поблизости не было. Но не это оказалось самым странным. Подошедших к детям крестьян поразило, что их глаза, волосы и даже кожа были… совершенно зелеными! «Зеленые дети! Настоящие лягушата!» — пронеслось по окружившей малышей толпе. По утверждению же Ральфа из Коггешэлла, мальчик и девочка с кожей зеленого цвета были обнаружены близ шахты неподалеку от церкви Св. Марии: «Другое чудо случилось в Суффолке, при Святой Марии. Местные жители нашли возле одной из ям мальчика с сестрой, которые всем были похожи на прочих людей, но отличались цветом кожи от всех обитателей нашего мира; ибо вся поверхность их кожи была зеленого цвета. Речи их никто не понимал».

Поначалу мальчик и девочка выглядели очень испуганными, но поняв, что стоявшие вокруг люди не собираются причинять им зла, стали что-то говорить на неизвестном языке, в котором преобладали свистящие и шипящие звуки. Никто из крестьян не мог понять ни слова. Хотя жителям тогдашней Англии, едва-едва завоеванной франкоязычными норманнами Вильгельма, в той или иной степени были известны все языки соседних народов: здесь помнили данов и норманнов с их скандинавскими наречиями, не утеряли германского англосаксонского наречия, слышали французский язык рыцарей-завоевателей из Нормандии, узнавали кельтские говоры валлийцев, ирландцев и шотландцев, а священники пользовались латынью.

Посовещавшись, озадаченные жители деревни решили привести детей к местному землевладельцу, сэру Ричарду де Келну. Сэр Ричард некоторое время с удивлением рассматривал «маленьких лягушат», а потом приказал накормить их. Однако дети плакали и отвергали самые лучшие лакомства, несмотря на то, что явно были голодными. Однако увидев свежесрезанную зеленую фасоль, стали знаками показывать, что не прочь поесть. Уильям Ньюбургский пишет, что это было единственное, что привлекло их внимание. Судя по всему, дети видели зеленые стручки и раньше, но вот вскрыть их, чтобы добраться до бобов, не смогли. В конце концов кто-то из слуг сэра Ричарда показал им, как вынимать зерна из стручков, и дети принялись жадно поедать их. Долгое время они питались исключительно зеленой фасолью.

Ричард де Келн был добрым человеком. Он пожалел сирот и оставил их в своем замке. Вскоре их окрестили. Детей понемногу стали приучать к обычной человеческой пище, и вскоре их кожа, глаза и волосы начали приобретать нормальный цвет. Оба — мальчик и девочка — оказались блондинами со светлой кожей и голубыми глазами. Через несколько месяцев дети уже довольно сносно говорили на английском — новом для них языке. Правда, мальчик, который с самого начала выглядел болезненным, вскоре умер, а вот девочка выросла и стала вполне обычной для своего времени и общественного положения особой. Она впоследствии вышла замуж за жителя города Линна в Норфолке и прожила всю свою жизнь в Вулпите. Хронист Ральф, аббат Коггешэлла, пишет также, что она была «своевольного и капризного нрава, но муж в ней души не чаял».

Со временем девочка рассказала о том, как они с братом оказались на пшеничном поле. По ее словам, они жили в Земле святого Мартина, над которой никогда не бывает солнца, клубится густой туман и все люди зеленые. Там никогда не восходит солнце, но вдали видна ярко освещенная земля, отделенная от их страны широкой рекой. Она рассказывала, что тамошние жители — сплошь христиане. Где находится Земля святого Мартина, девочка так и не смогла объяснить.

По версии Ральфа из Коггешэлла в день, когда дети потерялись, они пасли овец и забрели в пещеру, откуда доносился колокольный звон. Они пошли на звук и в конце концов вышли на яркий дневной свет.

Манускрипт Уильяма из Ньюбурга излагает более подробную версию. Однажды отец отправил сына и дочь на луг пасти овец. Дети сидели на лужайке, когда вдруг увидели перед собой огромный светящийся шар, издающий ровный шум или гудение. Ребятишки были не робкого десятка и, вместо того чтобы броситься наутек, решили отогнать от шара овец. Но стоило им сделать несколько шагов, как прямо по центру шара появилось какое-то завихрение, напоминавшее водоворот на реке. Дети почувствовали, как неведомая сила затягивает их в эту воронку, а затем наступила полная темнота. Потом, когда темнота рассеялась, малыши увидели себя на залитом солнцем пшеничном поле. Над головами раздавалось гудение, напоминавшее жужжание потревоженных пчел.

Как Уильям из Ныобурга, так и Ральф из Коггешэлла были хронистами, достойными доверия. Аббат Уильям Ньюбургский был весьма объективным человеком и эрудитом и поэтому сам выражал сомнение в правдивости этой истории. Похоже даже, что он с неохотой включил ее в свою хронику. Он пишет, что сперва не поверил в эту историю, но далыиейшее расследование убедило его в ее истинности. Уильям при этом сообщил ряд подробностей, отсутствующих в рассказе аббата Ральфа. Последний преподносит эту историю как более или менее достоверный факт. Летопись аббата Ральфа в той части, где описывается появление детишек странного цвета и отношение к ним в «господском доме», явно была основана на словах самого сэра Ричарда де Келна или кого-то из его близкого окружения. Многие детали и особенно то, с каким знанием дела аббат Ральф говорит о нравственном облике девушки, указывают на подлинность изложенных фактов, во всяком случае на то, что в это верил автор летописи. Обычно такие хронисты, как аббат Ральф из Коггешэлла, не делали замечаний по этическим вопросам, по крайней мере, когда не были уверены, что рассказываемое ими — реальное происшествие.

Итак, предположим, что все рассказанное — правда. Необъяснимы при этом три вещи — цвет кожи детей и их незнание языка. Дети-иностранцы в средневековой деревне — это странно. Зеленая кожа — странно вдвойне. И третье — откуда они взялись посреди крестьянских полей, почему не были остановлены раньше, другими, кто при встрече с ними наверняка не меньше удивился бы их странной окраске?

Некоторые исследователи, заинтересовавшиеся историей зеленых детей из Вулпита, считают, что брат с сестрой просто сбежали с медных рудников, где в Средние века широко использовался детский труд. Из-за постоянного вдыхания медной пыли и контакта с ней их волосы и кожа сделались зелеными. Историю же о Земле святого Мартина и светящемся шаре они придумали для того, чтобы их не вернули обратно в шахту. Но к XII веку популярность этого святого несколько потускнела. А страны такой и вовсе не было. Разве что Землей святого Мартина зеленых детей могла быть одна из деревушек Франции, носящих имя турского святого. Предположим, что детям не была известна разница между страной, деревней и, скажем, землей, принадлежащей монастырю святого Мартина. Но Мартин — святой французский, и в Англии его культ не был распространен. Неужели на пшеничном поле рядом с волчьими рвами в Восточной Англии каким-то непостижимым образом оказались французские дети? Как же тогда они попали туда? И почему их не понял никто в тогдашней Англии, буквально нашпигованной франкоязычным норманнским дворянством, в Англии, где и сами короли были французами? Почему, наконец, дети объясняли селянам, что в Земле святого Мартина никогда не бывает света больше, чем в Англии при утренних или вечерних сумерках, а над землей клубится густой туман? Это во Франции-то?

Далее. Ребятишки рассказывали, что пасли овец своего отца в Земле святого Мартина, когда услышали странный звук и увидели манящий ослепительный свет. Единственное, что они помнят, это то, как очутились в поле у Буллита, совершенно изумленные и испуганные ярким летним солнцем…

Но в дальнейшем дети включили в свой рассказ совершенно противоречащую всему прежде сказанному подробность. Они заявили, что прошли через какой-то туннель, в конце которого увидели сверкающий свет. Выйдя к этому свету, они были ошеломлены и сбиты с толку тем переполохом, который вызвало их появление у крестьян, и не смогли найти обратную дорогу к туннелю. Впоследствии дети прибавили еще одно сообщение о Земле святого Мартина: ее можно видеть на большом расстоянии, как светящуюся страну на другом берегу большого озера или реки (предположительно, находящейся в той самой области Суффолка, где они появились).

Предположим, что Уильям и Ральф совершенно честно и правдиво изложили все перипетии этого происшествия. Тогда что они значат? И есть ли всему какое-нибудь разумное и логическое объяснение?

Как мы помним, некоторые историки предположили, что дети на самом деле были одними из тех многочисленных в Средние века полурабов, которых заставляли трудиться на медных рудниках. Постоянный контакт с медной пылью может вызвать различные изменения внешнего вида человека, в числе которых и окрашивание кожи и волос в зеленый цвет. Есть и современные примеры этого явления, связанные не с эксплуатацией на медных рудниках, а со случайным контактом с медью. Лондонская газета «Дейли мейл» в ноябре 1995 года напечатала статью о том, что после того, как несколько шведских подростков попили воды, в которой была окись меди, их рыжие волосы стали зелеными. В той же статье сообщалось о зеленой кошке, которую видели в Дании и у которой в крови обнаружили высокое содержание меди. К тому же то, что дети рассказывали о недостатке света в Земле святого Мартина, как раз соответствует условиям жизни на медной шахте. Если по какой-то странной причине дети были привезены с медных рудников из Франции, нет ничего необычного в том, что они не понимали английского. Эта гипотеза становится еще более правдоподобной, если вспомнить о длинном туннеле или о пещере на берегу озера или реки, упоминаемых детьми, хотя эта подробность вступает в явное противоречие с их рассказом о том, как они пасли овец своего отца и оказались у волчьих ям Суффолка.

Но и это можно объяснить: два голодных ребенка-раба сбегают с медного рудника и придумывают историю о Земле святого Мартина и овцах своего отца для того, чтобы их не вернули обратно. Да, но как объяснить, что они не имели понятия о земной пище?! Неумение есть фасоль — одно из самых распространенных культурных растений Средневековья!

В 1980 году английский фольклорист Пол Харрис приехал в Вулпит для того, чтобы попытаться определить — существовали ли зеленые дети на самом деле? Изображение детей до сих пор красуется на знамени вулпитской церкви. Из уст местных жителей он услышал легенду о норфолкском графе — опекуне мальчика и девочки, родители которых умерли от чумы. Желая завладеть наследством малышей, во владение которым они должны были вступить в день своего совершеннолетия, злодей принялся подсыпать им в пищу мышьяк. Однако яд почему-то не подействовал. Тогда граф отвез детей в лес и оставил их в чаще на границе Норфолка и Суффолка. Уж не этих ли малышей нашли крестьяне на пшеничном поле? Ведь известно, что при отравлении мышьяком кожа делается зеленоватой… А где же тогда находилась Земля святого Мартина, о которой говорили брат и сестра? Оказалось, что в нескольких милях от Вулпита есть деревня Форнхем-Сент-Мартин. Может быть, именно о ней упоминали дети?

Еще одну интересную версию всей этой истории предложил журналист газеты «Фортин тайме» Пол Харрис в 1991 году. Он предположил, что речь идет о детях из труппы странствующих актеров, которые потерялись и многие годы скитались то ли в густом зеленом лесу, то ли на заброшенных кремниевых шахтах близ селения Форнхем-Сент-Мартин.

Еще одна «театральная версия» пересекается с сюжетом Шекспира (пьеса «Буря»). Она послужила основой для очередной версии толкования истории о зеленых детях. Когда Тринкуло и Стефан встречают Калибана — странное чудовище из «Бури», одна из первых мыслей, которая приходит им в голову: взять его с собой в Милан и там выставлять на ярмарке. Они были уверены, что это предприятие сделает их богачами. Все читали роман Виктора Гюго «Человек, который смеется», где описана судьба несчастных детей, которых взрослые специально уродовали для того, чтобы своим жалким видом они вызывали жалость у зрителей. Возможно, зеленые дети тоже были жертвами подобных опытов и их просто выкрасили в зеленый цвет какой-то травяной или минеральной смесью? Если зеваки могли платить за удовольствие видеть Калибана, то они точно так же могли раскошеливаться при виде таинственных детей из Страны фей или Земли святого Мартина.

Но тогда почему дети отказывались от нормальной человеческой еды? И откуда взялся странный свистящий, никому не известный язык?

Группа молодых английских историков, изучающих период Средневековья, пытаясь объяснить загадку зеленых детей из Вулпита, неожиданно выдвинула фантастическую гипотезу, которая в научных кругах была встречена со значительной долей скепсиса. По мнению исследователей, склонных к фантастическим предположениям, загадочные дети из Вулпита не были homo sapiens в прямом смысле этого слова. Но тогда почему они настолько походили на людей и почему так быстро смогли адаптироваться и даже вступить в брак с представителем homo sapiens? А если они вообще не были людьми, то кем были и откуда прибыли? Могла ли Земля святого Мартина находиться на другой планете, или в другом времени, или в другом измерении? Не были ли туннель или пещера, по которой дети пришли в наш мир, чем-то вроде тропинки, соединяющей нас с далеким царством, похожим на Средиземье Толкиена, тропинкой, проложенной между прошлым, настоящим и будущим?

Может быть, светящийся шар, который увидели дети, представлял собой машину времени, работавшую в автоматическом режиме. В таком случае брат и сестра, случайно оказавшиеся рядом с ней, вполне могли стать ее пленниками и перенестись в другой век.

Как ни парадоксально, но эта фантастическая гипотеза объясняет многое. Современная наука может представить себе ситуацию, когда с помощью генной инженерии можно было бы внедрить хлорофилл в человеческое тело. Тогда человек мог бы получать питание, то есть энергию, просто из двуокиси углерода и солнечного света, как это делают растения. Такому человеку было бы достаточно постоять на солнцепеке и зарядиться энергией, вместо того чтобы есть. И зеленые дети могли быть продуктом генной инженерии именно такого рода, возможной в будущем нашего мира, или других миров, или некой Земли, которая существует «параллельно» нашей. В бесконечно загадочной Вселенной все возможно…

Или же, несмотря на доверие к словам хронистов, следует допустить, что зеленых детей никогда не существовало, и вся эта история — плод богатого воображения какого-то сказителя восточной Англии в XII веке? Может быть, история зеленых детей является просто одной из легенд?

Тогда недаром кожа, волосы и глаза детей были зелеными, ведь зеленый цвет всегда считался цветом фей. Есть в Англии и легенда о Зеленом Джеке (Зеленом Человеке) — мифическом существе, олицетворяющем весну и плодовитость. Может быть, зеленые дети — это продолжение сказки о Зеленом Джеке?

Фольклористы полагают, что история зеленых детей из Земли святого Мартина восходит к древним языческим представлениям о потустороннем мире, где звучит чарующая музыка и куда можно проникнуть, пройдя через глубокую пещеру. По мнению некоторых исследователей, Земля святого Мартина могла быть эвфемистическим обозначением Земли мертвых. Кроме того, в древних кельтских мифах фасоль или бобы — единственная еда, которую принимали дети, — пища мертвых. Это открывает возможность для совершенно иного толкования истории о зеленых детях Вулпита. Не могла ли она быть довольно странным вариантом возродившегося в средневековой Англии XII века мифа о Плутоне и Персефоне? Не хотели ли хронисты сказать читателю о том, что природа («плодородная» зеленая девочка, оставшаяся в живых и произведшая потомство) покидает мир смерти и оживает, как это делают почки растений весной? В древних ритуалах плодородия мужской персонаж играет страдательную роль, в то время как женский персонаж, Королева, выживает и процветает. (В истории с зелеными детьми мальчик как раз умирает, а веселая и счастливая девочка продолжает жить.)

Также можно заметить хоть и незначительное, но интересное совпадение этой истории с сюжетом об Обероне и Титании у Шекспира в «Сне в летнюю ночь». Зеленые дети прекрасно подходят на роль жителей Зачарованного Царства Оберона и Титании. Здесь перед нами версия, не лишенная оснований. Так или иначе, Катрин Бригге включила историю о зеленых детях в свою «Энциклопедию фей», точно так же, как и Томас Кейтли — в изложение более древних мифов — «Мифологию фей».

Можно ли какую-то из вышеизложенных гипотез рассматривать всерьез, сказать трудно. А тайна зеленых детей из Вулпита и по сей день продолжает оставаться неразгаданной…

Загадка Орлеанской Девы

Кто-то считал ее посланницей Бога, кто-то — народной героиней, а кто-то — самозванкой, чьим успехом можно воспользоваться в собственных интересах.

Жанна буквально ворвалась на арену истории, когда Франция переживала самые тяжелые времена. По договору в Труа законный наследник, дофин Карл VII был лишен права наследования престола. Это обрекало Францию на присоединение к Англии. Королеву Изабеллу Баварскую обвиняли в том, что она была инициатором этого договора. В народе ширилось пророчество: «Женщина погубила Францию, Дева ее спасет».

Обычно Жанну д’Арк называют крестьянской девушкой, пастушкой. Но есть и другая гипотеза. Выдвигается предположение, что Жанна была незаконнорожденной дочерью той самой Изабеллы Баварской. Эта версия имеет под собой некоторую почву. В 1407 году королева тайно родила дочь, будто бы вскорости умершую. Если короли, герцоги и бароны могли себе позволить признание своих бастардов (на это католическая церковь смотрела сквозь пальцы), то венценосные супруги были лишены подобного права. Поэтому если Жанна и была незаконнорожденной дочерью королевы, то она никак не могла претендовать на достойное место при дворе. Обычно в подобных случаях ребенка усыновляли представители обедневшего дворянского рода, где незаконнорожденный мог получить достойное воспитание.

Вполне возможно, полагают историки, нечто подобное произошло и с Жанной. Иначе трудно объяснить, почему эта девушка была образованна, знала придворный этикет, прекрасно владела дворянским оружием. В подтверждение этой версии историки приводят протоколы допросов Жанны д’Арк. Она подробно рассказывала о своей жизни в деревне и о своем простом происхождении, но при этом употребляла выражения, не свойственные простым крестьянкам. Предметом ее гордости было рукоделие: «Насчет шитья и пряжи я не боюсь поспорить с любой женщиной в Руане». Но это искусство в XV веке было распространено как среди крестьян, так и в высших слоях общества…

Жанна рассказывала о себе так: «В моем краю меня звали Жаннеттой… Я родилась в деревне Домреми, которая составляет одно с деревней Гре. В Гре главная церковь… Мой отец — Жакоб д’Арк, моя мать — Изабеллетта, по прозванию Роме…» С самого детства Жанна выделялась среди других крестьянских детей. В Домреми до сих пор сохранилась легенда о том, что Жанну часто сопровождали птицы. Тропинку, по которой Жанна ходила в гости к брату, и сейчас называют тропинкой пташек. Жанну любили и животные, и люди. Она была бедна, но, по словам тех, кто знал ее девочкой, раздавала все, что могла, и щедрость навсегда осталась ее отличительной чертой. Местный священник, Гийом Фронте, считал, что она была лучшей прихожанкой. Жанна не чуралась и крестьянского труда. Свидетели помнят ее на пастбище и с пряжей в руках. Ее видели в поле, где она помогала отцу в пахоте или на жатве. Говорили, что она была отличной работницей и мастерицей…

Многие современники считали Жанну посланницей Бога, другие были убеждены в ее связях с нечистой силой. В наше время психологи и психиатры высказали версию, объясняющую загадку Орлеанской Девы. Они полагают, что Жанна относилась к тем редким людям, способным некоторое время вести себя как другие личности, например, проявляя такой интеллект или показывая профессиональные умения, о которых до этого не имели никакого понятия. Именно этим, по их мнению, можно объяснить то, что юная девушка, всю жизнь проведшая в деревенской глуши, оказалась способной вести себя «как если бы она была капитаном, проведшим на войне двадцать или тридцать лет». Одним из проявлений таких способностей психологи считают ниспосланные Жанне якобы свыше «голоса», которые она начала слышать около 1424 года. Они сопровождались светом, в котором она различала архангела Михаила и святых Екатерину и Маргариту.

Некоторые историки полагают, что «голоса» Жанны были просто риторической фигурой, соответствующим эпохе способом заставить окружающих прислушаться к словам необычного харизматического лидера. Но, пожалуй, эта точка зрения грешит модернизацией. В христианстве того времени была очень сильна мистическая струя, и визионерство (зрительные и слуховые видения) было распространенной практикой. Нервная возбудимость, истерические расстройства и другие психические особенности личности часто становились каналом для сверхъестественных откровений, в истинности которых не сомневался ни сам визионер, ни его современники (вспомним, например, Терезу Авильскую и Екатерину Сиенскую).

В первый раз услышав «голос», Жанна дала обет девственности. «Голоса» будто бы предсказали Жанне, что ей суждено преобразиться и совершить великие дела, потому что Господь вознамерился через нее даровать Франции победу. Небесные покровители предрекли, что ей предстоит, облачившись в мужскую одежду и вооружившись мечом, возглавить военные действия против англичан и короновать Карла в Реймсе. Ей было велено обратиться за поддержкой к Роберу де Бодрикуру. По свидетельству будущего соратника Жанны, Бертрана де Пуленжи, она, явившись в расположение Бодрикура, сказала: «Я пришла к вам от Господа моего, дабы вы известили дофина, что ему следует воздерживаться от сражений с врагом до середины следующего поста, когда Господь мой придет к нему на помощь… Он соделает его королем в виду врагов его, и мне должно привести его к помазанию».

Робер де Бодрикур велел отхлестать Жанну по щекам и отправить к отцу. Надеясь покончить со странностями дочери, отец решил выдать ее замуж. Но Жанна, давшая обет девственности, наотрез отказалась от замужества. Жених счел себя обманутым и подал на нее в церковный суд. Дважды она ездила в Туль на разбирательство этого дела — одна, вопреки воле родителей. Жанна присягнула, что сама никогда ничего не обещала истцу, и трибунал отверг его претензии.

Девушка свято верила в свою особую миссию. Жанна решила, что настал час отправиться к королю. И 6 марта 1429 года она прибыла в замок Шинон, где находился Карл VII, и сообщила ему, что ей возвещено: она избрана Богом, чтобы снять осаду с Орлеана, преградить англичанам путь на юг, а затем привести короля в Реймс для коронации. Дева также обещала, что Париж, в то время находившийся в руках англичан, будет возвращен законному королю Франции и что герцог Орлеанский, находившийся в плену у англичан, вернется на родину.

Поначалу король отнесся к Жанне с недоверием. Кто она — авантюристка или колдунья? Потребовалось специальное церковное расследование, чтобы убедить его воспользоваться помощью Девы. Но не менее важным, чем мнение священников, оказалось личное общение с Жанной. Она от имени Господа подтвердила, что

Карл является законным наследником престола (у дофина были серьезные сомнения по этому поводу). Охрана Жанны была поручена Жилю де Рэ, одному из самых знатных дворян. Он стал ее верным соратником и другом, на собственные деньги вооружил ее войско.