Подкидыш

— Вот и прекрасно.

Мы снова вывернули на шоссе и поехали домой. Дом. Мэтт и Мэгги мечтают о доме, в котором мы наконец-то спокойно заживем. Если сбегу, я разобью им сердце. Заманчиво, конечно, исчезнуть, отправиться куда-нибудь в неизвестность вместе с Финном, но по отношению к ним это слишком жестоко. Если сбегу, значит, плевала я и на брата, и на тетушку. Просто использовала единственных близких людей. Лучший способ доказать, что я не чудовище, — остаться и быть нормальным человеком. Решено, пусть все тролли, ведьмы и прочая нечисть катятся куда подальше. А я человек. Нормальный человек.

Дома я поспешно юркнула к себе в комнату, пока еще и Мэгги не начала меня допрашивать. Тишина в комнате была невыносима. Надо было чем-то заглушить мысли. Я откопала в бардаке на столе айпод и стала беспорядочно рыться в плейлисте. В паузе между песнями до меня через наушники добрался приглушенный стук.

Финн!

Я подошла к окну, отодвинула штору. Так и есть, он. Сидит, скрючившись на козырьке. Я хотела было демонстративно задернуть штору, но темные глаза завораживали и не отпускали. Опять же, надо ведь попрощаться по-человечески, а то в прошлый раз разговора не получилось.

— Где ты была? — с порога, точнее, с крыши выпалил Финн, как только я открыла окно.

— И тебе привет. Я что, должна отчитываться?

Вот сейчас расставлю все точки, скажу, чтобы убирался из моей жизни. Навсегда.

— Прости… Привет. Конечно, не должна. Я лишь хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

— А что, должно быть не в порядке?

— Разумеется, нет. Просто было плохое предчувствие.

Финн оглянулся; по улице брел человек с собачкой на поводке. Потом, словно вспомнив, зачем пришел, повернулся ко мне:

— Может, мне лучше войти, чтобы мы продолжили разговор?

— Как хочешь.

Я посторонилась, пропуская его. Когда он проскользнул мимо меня, сердце заколотилось как сумасшедшее. Финн спрыгнул с подоконника и оказался почти вплотную ко мне. Его взгляд приковал меня, все вокруг будто исчезло. Я потрясла головой и отступила, освобождаясь от чар.

— А почему опять через окно? — Ничего умнее придумать не получилось.

— Потому что в дверь мне нельзя. Тот парень никогда меня к тебе не пустит, — объяснил Финн и, пожалуй, был прав. Мэтт был зол на Финна еще с бала. Подозревал, что из-за него я так расстроилась. И верно, в общем-то, подозревал.

— Между прочим, у того парня имя есть. Он мой брат, и его зовут Мэтт.

— Он тебе не брат. Отвыкай так его называть.

Финн окинул мою комнату презрительным взглядом:

— Так вот что тебя здесь держит? Привыкла к приемной семье?

— Тебе не понять.

Я прошла к кровати и села.

— Что сегодня случилось? — спросил Финн, не обращая внимания на мой тон.

— А с чего ты взял, будто что-то случилось?

— Ты уезжала, — сказал он, нимало не заботясь, что меня может напугать чрезмерная осведомленность о моей жизни.

— Я виделась с матерью. То есть… с женщиной, которая считается моей матерью. — Я недовольно тряхнула головой.

Сначала хотела что-нибудь соврать, но Финн и так уже знал гораздо больше, чем кто-либо, так что я просто спросила:

— Как вы называете таких женщин? Есть для них какое-то особое слово?

— Как правило, имени бывает достаточно, — снисходительно ответил Финн, и я почувствовала себя идиоткой.

— А, ну да. Конечно.

Я набрала побольше воздуха и посмотрела Финну прямо в глаза.

— В общем, я ездила повидаться с Ким. Ты в курсе, что она сделала? То есть… ты вообще много обо мне знаешь?

— Не так много, если честно.

Финн выглядел смущенным. Казалось, ему стыдно за пробел в своем всеведении.

— Ты же неуловимая, все время переезжаешь. Откровенно говоря, это очень мешает работе.

— Так ты не…

Я умолкла, с испугом осознав, что вот-вот разрыдаюсь. Эта больная тема слишком часто стала всплывать в последнее время.

— Она знала, что я ей не дочь. Когда мне было шесть лет, она пыталась меня убить. Она всегда мне говорила, что я чудовище, порождение зла. И кажется, я всегда ей немножечко верила.

— Нет, ты не порождение зла, — без выражения произнес Финн. — Венди, тебе нельзя здесь оставаться!

— Но сейчас все не так! Она с нами больше не живет, а брат с тетей любят меня. Ну не могу я так просто взять да бросить их. Я никуда не уеду.

Финн молча смотрел на меня, видимо пытаясь понять, насколько я серьезна. Как же он был хорош в этот момент. Нет, ну что ж это такое? У меня жизнь рушится, а я точно влюбленная дурочка из дешевой мыльной оперы. Думаю только о нем. Это уже нездоровая одержимость, знаете ли.

— Боюсь, ты не понимаешь, от чего отказываешься. Среди людей у тебя нет будущего, а дома тебя ждет масса возможностей. Больше, чем может обеспечить тебе эта семья. Если бы Мэтт узнал, что тебя ждет, он бы не задумываясь отправил тебя со мной.

— Ты прав. Мэтт так и поступил бы, будь он уверен, что это лучше для меня. Вот еще одна причина остаться.

— Я разыскал тебя, чтобы помочь. И именно поэтому прошу уехать со мной.

Финн говорил с таким чувством, что мне стало жарко.

— Ты действительно считаешь, что я стал бы тебя уговаривать, если бы это хоть чем-то могло тебе навредить?

— Нет, я так не считаю. Просто не могу разобраться, что для меня лучше, а что нет. Он меня совсем обезоружил, дав понять, что я ему небезразлична. Пришлось напомнить себе, что он просто манипулирует мной. У него есть задача, вот он ее и выполняет. И забота обо мне тут вовсе ни при чем.

— Уверена, что хочешь остаться с ними? — мягко спросил Финн.

— На сто процентов.

Хотя в душе моей уверенности было ровно вдвое меньше. Я разрывалась пополам. Так было бы здорово умчаться в неведомое с Финном, туда, где, возможно, я почувствую себя наконец дома. И так не хотелось причинять боль Мэтту и тетушке Мэгги.

— Хотел бы сказать, что я тебя понимаю, но не могу, — вздохнул Финн. — Я скорее разочарован.

— Извини.

— Тебе не за что извиняться.

Он пригладил взъерошенные волосы, помолчал, потом сказал:

— В школу я больше не приду. Нет нужды, да и не стоит отвлекать тебя от занятий. Надо же тебе хотя бы образование получить.

— Что?! А как же ты… Тебе же тоже…

— Венди! — Финн усмехнулся. — Прости, я думал, ты догадалась. Мне двадцать. И я уже давно закончил школу.

— А зачем тогда…

— Я искал тебя. И нашел. — Финн вздохнул. — Что ж. Если передумаешь… Когда ты передумаешь, я найду тебя снова.

— А сейчас? Уезжаешь?

— Уезжаю, но не сейчас. Еще немного присмотрю за тобой.

— Долго?

— Как получится. С тобой все не так, как с другими. Трудно сказать наверняка.

— Ты все время повторяешь, что со мной все иначе. Что-то ты недоговариваешь.

— Обычно мы ждем, пока подкидыши повзрослеют. Когда окончательно поймут, что они не люди и среди людей им делать нечего. Вот тогда-то и появляется искатель. И подкидыш с радостью идет за ним.

— Тогда почему за мной ты прибыл раньше обычного?

— Ты постоянно переезжаешь. Мы боялись, что у тебя неприятности. Поэтому я уже какое-то время был рядом с тобой, наблюдал. Ждал, когда ты будешь готова. И в какой-то момент решил, что время настало… — Финн снова вздохнул. — Похоже, ошибся.

— А ты не можешь включить убеждение и заставить меня сбежать? — спросила я с затаенной надеждой.

— Нет, не могу, — покачал головой Финн. — Нельзя тебя заставлять. Ты сама должна принять решение.

Итого, что мы имеем? Я разом отказалась от последней возможности узнать, кто же я такая, и познакомиться с теми, кто, наверное, и вправду является моими настоящими родителями, а заодно упустила шанс сблизиться с Финном. Да и от паранормальных способностей вроде силы убеждения, по сути, тоже отказалась. Финн ведь сказал, что я могу развить их с годами. Но без посторонней помощи это вряд ли удастся.

Мы смотрели друг на друга, и мне так не хотелось его отпускать. Я даже задумалась, уместно ли будет его обнять под предлогом прощания, но тут внезапно распахнулась дверь.

Это был Мэтт. Увидев Финна, он остолбенел. Не мешкая ни секунды, я встала между ними. Не хватало только, чтобы они сцепились друг с другом.

— Мэтт! — крикнула я. — Все хорошо!

— Ничего хорошего! — прорычал брат, переступая через порог. — Что это за тип?

— Мэтт, пожалуйста!

Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь не подпустить к Финну, но с тем же успехом могла бы противостоять бульдозеру. Мэтт оттолкнул меня в сторону.

Я оглянулась на Финна. Стоит как ни в чем не бывало и смотрит на Мэтта.

— Слушай, ты! — заорал Мэтт, подступая к нему. — Я тебе башку откручу, если ты ее хоть пальцем тронул! Ей всего семнадцать, козел!

— Мэтт, хватит, пожалуйста! Он просто зашел поболтать!

— Тебе стоит к ней прислушаться, — спокойно произнес Финн.

Вот это было уже лишнее. Его хладнокровие окончательно взбесило Мэтта. У брата и без того день выдался неудачный: сначала против воли отвез меня в психушку, затем утешал. И вот теперь неведомый гость в моей комнате…

Я снова подскочила к Мэтту, а он снова отшвырнул меня, да так, что я упала. Глаза Финна недобро блеснули. Мэтт приблизился к нему вплотную, они стояли лицом к лицу и молчали. Я поняла, что драка неизбежна и пострадавшей стороной наверняка окажется мой брат.

— Мэтт! — крикнула я в отчаянии. — Мэтт!!!

А в голове уже стучало заклинание: «Выйди из комнаты, выйди из комнаты, выйди из комнаты». Я не знала, насколько эффективно убеждение, если не смотреть человеку в глаза, поэтому схватила Мэтта за руку и развернула лицом к себе.

Он попытался вырваться, отвести взгляд, но я вцепилась в него мертвой хваткой. Смотрела и смотрела в упор, твердя про себя одно и то же. И постепенно лицо его обмякло, гримаса ярости разгладилась, глаза затуманились.

— Мне надо выйти из комнаты, — безжизненно произнес Мэтт.

И к моему облегчению, и впрямь развернулся и медленно вышел, прикрыв за собой дверь.

Я быстро повернулась к Финну:

— Быстрее, уходи!

— И часто он так? — хладнокровно спросил он.

— О чем ты?

— Он толкнул тебя. Он явно опасен. Он неуправляем. Тебе нельзя с ним оставаться.

— А вам надо тщательнее выбирать, кому подкидывать детишек, — проворчала я. — Понятия не имею, сколько он будет в таком состоянии, так что лучше уходи.

— Венди, я не хочу тебя с ним оставлять.

— А я не хочу, чтобы ты мне указывал! Мэтт обычно не такой. Он ни за что не обидит меня. Просто у него сегодня был тяжелый день. И он уверен, что все это из-за тебя. Между прочим, он не слишком далек от истины.

Паника отступила, и до меня дошло, что же я натворила. Я снова применила к Мэтту свой странный дар. Какая же я дрянь! Самой от себя тошно.

— Ненавижу манипулировать им. Подло это.

— Прости, это моя вина, — сказал Финн искренне. — Мне следовало сразу уйти, но, когда он тебя оттолкнул… включился инстинкт.

— Он не собирался делать мне больно, он меня защищал.