Вышка для бизнесмена

– Ну, я подумал, что Макс-то точно должен знать, что это за баба, и поехал к нему. А он мне сказал, что это не баба вовсе, а настоящая невеста, на которой Гордей жениться собирается, а еще как ее зовут и где работает. Ну а выяснить, кто она, было несложно – не так-то много у нас в городе нотариусов.

За спиной у полковника Максим, поскрипев зубами, негромко выругался, и Гуров, обернувшись, укоризненно посмотрел на него, а потом снова вернулся к допросу:

– Итак, ты все это выяснил, позвонил ему, что дальше?

– Мы с ним договорились встретиться у театральных касс. Я первым приехал, но внутри его не оказалось, и я в машину вернулся, чтобы там не торчать. Вот и видел, как он на такси подъехал.

– Стоп, – резко сказал Гуров. – Число и время.

– Девятого в двенадцать часов, – ответил Егор.

– А что за такси? Номер запомнил?

– Да зачем мне это? – удивился Егор. – У нас в городе две фирмы, мы их зовем «красные» и «синие». Так вот он на «синем» подъехал.

– Гордей. – Гуров повернулся к тому, и тот покивал ему головой – все, мол, понял.

– Дальше! – потребовал Лев Иванович.

– Я ему все рассказал: адрес, фамилия и так далее. Он мне деньги отдал и все.

– Куда потом направился? В какую сторону?

– Так ливень был и он попросил меня подвезти его к вокзалу, а мне что, трудно, что ли? Я отвез, – ответил Егор.

– А в этот раз ты не попытался за ним проследить?

– Да он, как из машины вышел, так словно растворился. Я думал, что не встречу его больше, но он мне на следующий же день часов в двенадцать позвонил.

«То есть сразу после того, как мы с Еленой уехали, – понял Гуров. – Выходит, он находился где-то неподалеку и все видел: и то, что его «наемники» облажались, и за нами проследил, дождался, когда мы из ее дома выйдем и в машину сядем». – И спросил: – Где в этот раз встретились?

– На детской площадке, что во дворе за высоткой на Валовой. Когда я приехал, он меня уже ждал. Злой был страшно и сказал, что нужно выяснить, куда Елена уехала, и номер машины назвал. Я, как его услышал, сразу отказался – это же джип начальника областной полиции. Тогда он нехило забашлять пообещал. Я стал думать, как бы все узнать, потому что к гаишникам соваться было нельзя – тут же Гордею доложат. А тут Гордей сам всех поднял и мы в область рванули. Ну, я по дороге и понял, что мы именно к ней и едем. Как только возможность появилась, я тут же Александру позвонил и сказал, что все узнал. Он допытываться начал, что да как, но я сказал, что сообщу только при личной встрече.

– Ну да, а то вдруг бы он не заплатил, – раздался из-за спины Гурова не предвещавший Егору ничего хорошего голос Гордея, и полковник только головой покачал – насколько ему было бы легче, если бы никто в допрос не встревал, но не он был в этом доме хозяин.

– Ну не отвлекайся, Егор, ты рассказывай, – попросил он.

– Так Александр этот меня ночью возле дома ждал. Ну, я ему все рассказал и о том, что Елена с родителями послезавтра рано утром в Белогорск поедут, тоже. Деньги у него взял и отсыпаться пошел.

– С чистой совестью, – издевательски произнес Гордей.

– А я знал, что он делать собирается? – начал оправдываться Егор. – А тут на следующий день опять трамтарарам. Мы уже на вертолете в ту деревню отправились. Там-то я и узнал, что Александр нанял мужиков, чтобы Елену похитить.

– Ты быстренько сообразил, что если Александра возьмут, то тебе не сносить головы, и предупредил его, так? – спросил Гуров.

– Да, сообразил и позвонил, чтобы время выиграть и успеть подальше смыться, – подтвердил Егор. – Потому даже у нас в городе все знают, что от Гурова еще никто не уходил. Вот я и решил, что рисковать не стоит.

– И все равно за деньгами домой пошел, – напомнил ему Лев.

– А куда я без них? – буркнул Егор. – Счет-то мой заблокированным оказался.

– Без денег, парень, прожить можно, а вот без совести – вряд ли, – невесело сказал Гуров и, поднявшись, повернулся к Гордею: – Нужно послать людей на вокзал – пока это единственное место, где обязательно есть камеры видеонаблюдения.

– Считай, что они уже там, – заверил его Гордей.

– А сейчас распорядись, чтобы меня в санаторий отвезли, а завтра утром забрали, – попросил Гуров.

– Может, останешься? – предложил Гордей.

– Знаешь, я не привередливый, разное в жизни случалось, но если есть возможность нормально выспаться и позавтракать как человек, то я от нее отказываться не буду.

– Ну и куда ты в этих сапожищах? – усмехаясь, спросил Гордей.

– Да у меня в вещах еще одни ботинки есть, как знал, что пригодятся, – объяснил Гуров.

– Держи. – Гордей достал из шкафа и протянул ему фирменную коробку. – Это тебе мой подарок на Первое мая, – улыбаясь, объяснил он.

Гуров открыл и присвистнул:

– Гордей, мне такое не по карману. Они, конечно, и модные, и очень качественные…

– Одно слово – фирмаґ, – подтвердил Гордей.

– Но я не возьму – слишком дорогой подарок.

– Гуров, считай это возмещением понесенного ущерба – ты же свои начисто из-за меня испортил, – объяснил Гордей.

– Строго говоря, из-за Елены, – поправил его Лев.

– Муж и жена – одна сатана, – развел руками тот. – Так что бери и не сомневайся.

Гуров поколебался, но потом все-таки сел и надел новые туфли – они были ему точно впору.

– Откуда размер узнал?

– Ой, большая проблема, – рассмеялся Гордей. – Позвонил Елене и попросил посмотреть на тех, что там остались.

– Ладно, – сказал, поднимаясь, Гуров. – Ты пока найди того таксиста, что Александра до театра подвозил, и узнай, где он его посадил, а за мной завтра пришли в санаторий машину – хочу по всем местам, где этот умник отметился, проехать и посмотреть, что из этой истории еще выцепить можно. И еще: попробуй этого Романа Филипповича найти – имя-отчество достаточно редкое, так что пошерстите по гостиницам и так далее. Судя по всему, он профи, шифроваться умеет и вряд ли там остановится, но чем черт не шутит.

– Уже ищут, – заверил его Гордей. – Я распорядился, когда за картой выходил.

В санатории Гурова встретили так, словно ничего не случилось, как будто он и не исчезал в неизвестном направлении более чем на сутки. С удовольствием приняв душ, полковник надел спортивный костюм и достал из шкафа джинсы и джемпер, мысленно возблагодарив Марию за то, что, уступив именно ее настояниям, он взял их с собой, потому что тот, причем не самый худший, в котором он ездил в деревню, по возвращении в Москву нужно было отдавать в химчистку – вдруг его еще удастся спасти. Анфиса Сергеевна была замечательной женщиной: доброй, душевной, заботливой, хлебосольной, но вот как обращаться с современными тканями, она и представления не имела. Он собрался было позвонить Марии, но обнаружив, что телефон разрядился, поставил его на подзарядку и лег спать.

На следующий день Гуров после завтрака, на котором отвергнутые женщины прожигали его неодобрительными взглядами, на присланной за ним машине отправился обследовать все места встреч Егора и так называемого Александра. Но сколько он ни ездил, так и не смог найти ни одной камеры слежения, запись с которой могла бы дать им изображение противника. Да, этот мужик точно был профи. Он заранее все изучил самым тщательным образом, чтобы потом, уже ничего не опасаясь, назначать место встречи. Так ничего и не выяснив, Гуров отправился к Гордею в надежде, что у того есть новости. Кроме того, его интересовала судьба Егора, и не потому, что ему было жаль этого подонка, а потому, что не хотел иметь хоть какое-нибудь отношение к делу с трупами, а у Макса, как он понял, намерения в отношении своего брата были совсем не мирные.

В доме Гордея вовсю кипела работа, часть контейнеров была уже разгружена и их сейчас грузили на тягачи, а вещи из остальных дружно перетаскивали в дом.

– Бог в помощь, – приветствовал Гуров хозяина, который, стоя в холле, командовал, что и куда нести.

– И тебе не хворать, – отозвался Гордей.

Услышав это, Гуров не сдержался и хмыкнул – это было одно из его любимых выражений.

– Вот, хотя бы приблизительный порядок пытаюсь навести, – объяснил Гордей. – Нужно же для Аленушки с матерью комнату приготовить. Да поворачивайтесь же вы живее. Вот-вот подъехать должны, – рявкнул он на парней и повернулся к Гурову: – С дороги звонили, они уже в город въехали. С минуты на минуту здесь будут.

– А где Макс? – невинно спросил Гуров.

– В санаторий вернулся – подкосила его эта история, – горестно поморщился он. – Я просил его задержаться, чтобы с Аленушкой познакомился, а он отказался – как я ей, мол, в глаза смотреть буду, если она из-за моей болтливости чуть не пострадала?

– Вообще-то, не из-за его болтливости, а из-за подлости Егора, – поправил его Гуров. – Кстати, а где он?

– Не бойся, жив, – сразу все поняв, усмехнулся Гордей. – Он мне теперь все те деньги, что я на него потратил, отрабатывать будет, а с трупа какой пожиток? Никакого. Между прочим, Лариса тоже жива и еще вчера вечером на проходящем поезде уехала – это я тебе докладываю, чтобы совесть твою успокоить, что никто не пострадал.

– Да я и так знал, что ты не душегуб, а вот Макс – мог, – ответил Гуров.

– Мог, да кто ж ему бы дал, – веско заявил Гордей.

– Таксиста нашли? – спросил Лев Иванович.

– А как же, – воскликнул Гордей. – Только толку – шиш. Он Александра этого на вокзале взял.

– Что-то слишком много в этой истории с вокзалом связано, – покачал головой Гуров. – Уж не в пригороде ли где-нибудь он устроился? А мы его в городе ищем… Точное время, когда его таксист посадил, известно?

– Да, а что?

– То, что тогда можно попытаться вычислить, откуда он приехал, – объяснил Гуров. – Расписание электричек в доме есть?

– Нет, да и зачем, если там мои люди вовсю работают и всех опрашивают. Сам рассуди, ведь этот гад мог, с электрички сойдя, в буфете застрять или в ресторане, а мог и просто в кресле посидеть, газетку почитать. А ты узнал что-нибудь?

– Ничего и это мне очень сильно не нравится, – поморщился полковник.

– Слушай, Гуров, я вот никак не пойму, зачем люди из-за какой-то ерунды на такого крутого профессионала потратились? – задумчиво спросил Гордей. – Ведь его услуги недешево стоят.

– Думаю, что ничего им ему платить не пришлось, потому что, вспомни, как ему сказали: твой косяк, тебе и исправлять. Съезжу-ка я завтра посмотреть, что это за часть бывшая воинская, что из-за нее такая драка идет. Что-то с этой землей не так, – уверенно заявил Лев Иванович. – Рассуди сам, москвич тебе ее сам предложил, ты за нее настоящую цену заплатил, а то, что до хозяев эти деньги не дошли, так это уже не твоя вина. Обидно им, конечно, было их потерять, но они, заметь, готовы были тебе еще больше заплатить, только бы ее вернуть, а когда ты отказался, профессионала сюда прислали, чтобы он вынудил тебя согласиться. Вот ты Левый берег хорошо знаешь, скажи, что в нем такого особенного?

– В том-то и дело, что ничего, – пожал плечами Гордей. – Это же степь, сеять там что-нибудь бессмысленно, по территории части, правда, речка протекает, так она воробью по колено, только для бытовых нужд и сгодится. Производство там разворачивать бессмысленно, потому что промышленные коммуникации проводить – в копеечку станет, да и рабочих рук поблизости нет, одни деревни практически обезлюдевшие.

– У тебя карта области есть? – спросил Гуров.

– А как же, – удивился такому вопросу Гордей.

Они пошли в кабинет хозяина, и тот разложил на своем неохватных размеров столе карту. И тут Гуров увидел рамку со старой черно-белой свадебной фотографией – девушка в коротком светлом платье и с короткой фатой на голове держала под руку молодого, очень похожего на Гордея парня.

– Родители? – спросил он, кивая на рамку.

– Да, мама с папой, – серьезно объяснил тот. – Хорошо, что у бабушки хоть такая сохранилась, где они вместе – остальные-то по большей части детские да те, что он из армии присылал. Есть еще такие, где мы втроем, только они домашние, любительские.

– Знаешь, Гордей, я вот подумал, что если бы не было в твоей жизни этого страшного горя, то не стал бы ты тем, кто ты есть. Жил бы по-прежнему в деревне, женился бы на соседской девчонке, нарожал бы ты кучу детей и фермерствовал бы до старости лет, как Задрипкин. Ты ведь, наверное, об этом мечтал?

– А почему ты решил, что я был бы из-за этого несчастлив? – глядя прямо ему в глаза, спросил Гордей. – Или ты думаешь, что мне удовольствие доставляло людям морды бить? Так я, знаешь ли, не садист и не отморозок какой-нибудь.

– Неправильно ты меня понял, – поморщился Лев Иванович. – Просто я хотел сказать, что человек предполагает…

– А бог располагает? – закончил за него Гордей. – Так тогда не бог, а дьявол располагал. Я на церковь деньги даю, и венчаться с Аленушкой буду, и детей крестить, но не верю. Не верю я, – почти крикнул он. – Потому что родители мои такой смерти не заслужили, а уж о сестренке своей и вовсе молчу. И мамины близкие тоже не заслужили, а уж она-то, которая десяткам, а может, и сотням людей жизнь спасла, – тем более. Ты, если хочешь, можешь думать по-другому, но научный спор тут давай устраивать не будем.

– Да ничего я не устаиваю, – отмахнулся Гуров. – Я вообще атеист. А еще прости, что этот разговор затеял – просто подумалось, что никто из нас своего будущего не знает. Мы планы строим, а судьба нам кирпич с крыши на голову кинет – вот тебе и все планы.

– Это ты не о своей ли болячке? – немного успокоившись, спросил Гордей.

– И о ней тоже, – кивнул Лев. – Я же думал, что мне никогда сносу не будет, а теперь вот прихватило и задумываться начал. Ладно, давай эту грустную тему закроем. Покажи мне, где точно эта бывшая воинская часть находится, чтобы мне завтра зря время не терять.

Гордей стал показывать, как туда добраться, а заодно похвалился своим немалым хозяйством.

– Я тебе людей дам, – пообещал он, складывая карту и протягивая Гурову.

– Не надо, – отказался полковник. – Сам справлюсь. Только не пойму, что ты собирался на этих развалинах сделать?

– Да давно у меня мысль была начать верблюдов разводить – климат там для них самый подходящий, – объяснил тот. – Они неприхотливые, молоко у них целебное, и из шерсти можно много всего понаделать. Тут и помещения сгодились, чтобы на первое время гастов расселить и кое-какое начальное производство наладить. А уж как развернусь, так можно было бы что-то вроде лечебницы открыть. В общем, планов громадье.

– Только не стыкуются они с желаниями бывших хозяев, – заметил Гуров.

– Это их проблемы, – отмахнулся Гордей.

– Ошибаешься. Это твои проблемы, – поправил его Лев Иванович. – Я вижу, что ты до конца всю серьезность момента так и не понял. Объясняю: этот Роман Филиппович относительно мирными способами борьбу с тобой вел, а где гарантия, что не пришлют другого, который не захочет решить вопрос кардинально?

– То есть шлепнуть меня? – уточнил Гордей. – А ты знаешь, Гуров, сколько таких желающих было? И где они сейчас?

– Не морочь мне голову. Знаю я ваши местечковые разборки. Если бы у кого-нибудь из твоих врагов были серьезные деньги, чтоб профессионала нанять, то тебя бы уже ровный холмик покрывал.

– А вот теперь ты ошибаешься, – очень серьезно ответил Гордей. – Был тут один такой шибко умный, который решил, что чем своих людей в войнушках класть, лучше один раз по-крупному потратиться, но закрыть вопрос раз и навсегда.

– И чем дело кончилось? – спросил Гуров.

– А ты как думаешь, если я с тобой сейчас живой разговариваю? – усмехнулся Гордей.

– А он, как я понимаю, совсем наоборот.

– Так я же тебе говорил, что Леший один целого взвода стоит, – напомнил Гордей.

– И все равно рисковать не стоит. Вот скажи мне, кто тебе наследует? Людмила Алексеевна?

– Конечно, мама. Кто же еще? – удивился Гордей.

– А она будет всем этим заниматься? Дело твое продолжать? – поинтересовался полковник.

– Да не переживет она мою смерть, – хмуро сказал Гордей.