Чародей [CИ]

— Прошу прощения, опаздываю на встречу. — У меня даже улыбка получилась. Параллельно я сделал два укола в их ауру, и они потеряли ко мне интерес.

Странно, чего это Карину потянуло в этот переулок? Может, уже прозомбировали, а я пропустил место? Нет — информация со следов четко показывала, что она шла сюда в здравом уме и твердой памяти, без принуждения. Поперек дороги, прислонившись к стене дома, сидел какой-то алкаш, перегородив своими ногами проход. Быстрый скан ауры — не так уж сильно он пьян, чтобы ноги не держали, хотя запах дешевого пойла весьма ощутимый. И есть легкий интерес ко мне. Я слегка напрягся, но все оказалось проще. Мужик протянул ко мне дрожащую руку и прохрипел:

— Благородный ллэр!.. ик… кинь монетку на опохмел, а? Сделаю для тебя все, что хочешь!

Я не отреагировал, перепрыгнул его ноги и пошел вперед — там кто-то был. Два человека. Стоят. Ждут. Засада? Я резко повернулся и только успел увидеть вытянутую в мою сторону руку пьянчужки, как почувствовал нечто вроде удара в лоб. Виртуального.

==***==

Как только клиент упал, Кирин вскочил на ноги и свистнул. Из-за угла появились Дорникус с Боркусом и побежали к телу. Но вдруг Кирин почувствовал резкую боль в руках, они сами вздернулись вверх и прижались друг к дружке, в запястьях тоже резануло. Под ногами пропала опора, и взломщик по пояс провалился в землю, которая тут же его сжала в своих тисках. От боли сознание поплыло, но прежде, чем отключиться, он успел заметить, как чародей по-кошачьи вскочил на ноги, а еще услышал рев Боркуса. С таким криком тот бросался на своих врагов, от которых после его секиры потом почти ничего не оставалось.

==***==

"Узкодиапазонное направленное ментальное воздействие. Блокировано."

Я открыл глаза. Хм… Теперь понятно, почему моя магическая защита не сработала — у нападающего была хрень, работающая как мой бадди-комп — чисто электромагнитное излучение, направленное на подавление мозговой активности. Никаких плетений или чародейских проклятий. Действовал амулет: парень и рядом с магами не стоял, иначе бы я так просто не попался. Нет, таких совпадений не бывает, чтобы почти одновременно напали и на Карину, и на меня. Значит, это они. Это хорошо: теперь мне не надо гоняться за ними по всему городу!

Захватить руки первого бандита и связать их над головой — дело пары мгновений — пусть целит своим амулетом в небо, а не в меня. Раздвинуть землю под ним — задачка из моего экзамена у гномов. Правда, тогда этот трюк применили против меня, но ничего зазорного в таком плагиате я не видел. Пусть посидит. Мне эти чудаки на букву "м" нужны живыми. Сзади послышался рев буйвола. Я вскочил и развернулся. Не будь это другим континентом, я бы подумал, что на меня бежит гном. Нет, тип лица все же отличается, но общее впечатление… Недолго думая, я швырнул свой посох, как в игре городки. Раздался басовитый гул разрываемого воздуха, и импровизированная бита, попав мужику аккурат ниже колен, сшибла его с ног. Он захлебнулся криком, но своих злых намерений достать меня не оставил: прямо с земли ответным броском он метнул в меня секиру, которую так и не выпустил из рук при падении. Снаряд полетел точно, но мне под ускорением не составило никакого труда увернуться. Надо что-то делать со своими рефлексами! — Они могут сослужить мне плохую службу: о холодном оружии вполне может позаботиться моя защита, нечего на прыжки и танцы время терять! Правда, попутно я аурным проклятием угомонил бугая, так что все прошло без заминки. А вот дальше дело серьезней, последний бандит уже достал какие-то амулеты, которые слегка светились в магическом плане, и начал наводить их на меня. Вот только "меня" тут уже было во множественном числе. Проулок заполонили мои иллюзии, которые двинулись в сторону нападающего, перебегая слева направо и наоборот, перемешиваясь друг с другом. Он растерялся, не зная, где настоящий противник. В действительности он меня не видел совсем — я накинул полог невидимости и подбирался к нему вдоль стены. Чтобы аккуратно его упаковать, мне требовалось подойти к нему поближе — с такого расстояния воздействие на ауру будет неточным. То, что именно он главарь этой банды, я вычислил легко по его поведению, а с кем еще говорить, если не с главным? Впрочем, противник оказался шустрый и успел активировать один из амулетов. Слева от меня пронеслась стена огня, оплавив брусчатку и уничтожив несколько иллюзий. Меня тоже задело, так что он вполне мог заметить, как сработала моя защита, 'съев' пламя. Правда, второй раз стрельнуть ему не довелось — я уже был рядом. Мужик безвольно опустил руки, глядя перед собой пустым взглядом.

М-да… Однако. Шуму-то. Я быстро пробежался к началу переулка и повесил там мощное проклятье собственной разработки, в которой смешались плетения и чародейство. Теперь любой, проходящий мимо, просто забудет, что тут есть проход, не увидит его и потеряет любой интерес к этому месту, а если все же всунется сдуру, то мгновенное опорожнение кишечника ему обеспечено. Таким же я запечатал противоположный конец проулка — все, теперь можно выдохнуть, не опасаясь любопытных.

Чувствовал я себя премерзко. Да, я победитель, потерь нет, но это лишь потому, что противники попались несерьезные. Вроде бы, я — могучий маг, совсем недавно сам себя настраивал работать четко, не косячить. И пожалуйста: как слепой щенок, угодил в примитивнейшую ловушку. А потом еще заниматься фигней, сражаясь с каждым индивидуально! Еще бы в рукопашную полез — с меня станется! Можно было, например, легко и непринужденно спеленать всех, как в деревне оборотней. А я… Тьфу! Все же боевые стычки, дуэли, от которых зависит жизнь, дают бесценный опыт, мгновенную реакцию, острый ум… У меня всего этого и в помине нет… Надеюсь, хотя бы сегодняшний день послужит мне уроком, эх…

Свалив нападавших в кучу, вернее посадив их так, чтобы они сидели и опирались спиной на стену, я привел всех в сознание. Это было ошибочным решением — "гном" громко застонал и снова вырубился. Ну и бог с ним. Тот парень, что встретил меня вначале переулка, злобно зыркал на меня, то бросал взгляд на кучку амулетов и оружия, которые я вытряхнул из них. Мне это не понравилось, и его я тоже 'усыпил'. Одного для разговора вполне достаточно. Главарь поморщился и с беспокойством поглядел на напарников.

— Где Карина? — начал я допрос.

Мужик молчал.

— Ладно, объясняю ситуацию. Я без особых усилий могу выпотрошить вам мозги или заставить говорить. Первое вам точно не понравится, во втором случае я могу что-нибудь упустить, не так задать вопрос. Начинайте рассказывать сами — целее будете.

Снова молчание.

— Ладно. — Я вытянул энергетический щуп и воткнул его в ауру главаря в определенном месте. Сделал кое-какие манипуляции с потоками энергии. Глаза его стали пустыми.

— Где Карина? — снова озвучил я свой вопрос.

— Не знаю. — Монотонно ответил он.

— Кто схватил мою девушку?

— Не знаю.

— Почему вы на меня напали?

— Мы взяли заказ на тебя.

— Что за заказ?

— На тебя много заказов. Кто-то хочет разузнать о тебе поподробнее, кто-то пытается найти. А один пожелал тебя упакованного. Все платят большие деньги. Мы решили попытаться тебя схватить, тем более, что какой-то чародей увел твою девушку, и мы решили, что это удобный момент.

— Какое отношение вы имеете к тому чародею?

— Никакого, мы его не знаем.

— Я так понимаю, мое местонахождение вы уже продали?

— Собирались, но не успели. Думали, поспешим — так прискачут и сами тебя скрутят. Хотели дать себе фору.

Я задумался. Потом вернул ауру мужика в исходное состояние.

— Мы на самом деле ничего не знаем про твою девушку. И даже как ее зовут, не знали, — заговорил главарь бандитов (или все-таки командир наемников?) О заказах на тебя я могу рассказать поподробнее, но другой интересной информацией мы не располагаем. Я понимаю, что ты нас сейчас убьешь. Но прошу отпустить ребят. Это я решил взяться за контракт на тебя. Они, просто делали свою работу, выполняя мой приказ…

Я задумался. Может, они и не говорят всей правды, но то, что про Карину ничего не знают — это точно, управлением своей аурой они не владеют, чтобы скрыть такое. Блин, только время зря потерял. Ладно, решать по ним пока ничего не хочу — другое на уме.

— Сделаем так, — сказал я, разбудив тощего. — Некогда мне вами заниматься. Но и просто так не отпущу — отработаете сперва. Берите свое барахло и топайте в таверну. Если встретится стража, придумайте сами что-нибудь. Убежать даже не думайте — как только вы выйдите из города, мои удавки вас убьют. — Я быстро повесил на шеи всех троих невидимые петли из силового полога. Не сильно, но чтобы чувствовалось. Никакой автоматики, конечно, я не стал ставить — да и не придумаю на ходу. Но после всего, что ребята видели, точно не посмеют свалить. Амулеты я засунул в валяющийся под ногами мешок, откуда их и вытаскивали. Но предварительно поместил их в небольшой силовой купол, чтобы никто до них не добрался. На быструю руку сойдет.

— Мешок прихватить не забудьте, но внутрь не лезьте — убьет. Все. До встречи. — И я побежал дальше по следам Карины, которые уже почти совсем рассеялись. В переулке после огненного шторма вообще следов не осталось: хорошо хоть дорога из него была всего одна — не заблудишься.

==***==

— М-да… Попали мы… — Кирин осторожно потер кисти рук, потом, охнув, встал. — Синяков полно, но как будто кости целы, — сообщил он.

— Хорошо. Боркусу повезло меньше, — хмуро откликнулся Дорникус, пытаясь из подручных материалов сделать шину на ноги товарища. Кости раздроблены, как будто били не палкой, а боевым молотом. Все, отбегался. Ходить, хромая, может, еще сможет, да и то не факт. Эх…

— Что ж за чародей такой? — в сердцах взломщик по своему обыкновению вытащил нож, выискивая взглядом подходящую мишень, чтобы спустить пар.

— Получародей, — поправил его командир.

— Это как?

— А вот так. Потому что вторая половина — искусник!

— Да ладно?! Такого не бывает!

— Значит, бывает! Ты вырубился раньше и весь бой не видел, а я-то помню, как он действовал. Так что слушай, что говорю.

Кирин помрачнел и спрятал нож:

— Дела… Что дальше, командир?

Дорникус вздохнул и медленно встал на ноги. Потрогал удавку на шее.

— Не знаю, — честно признался он. — Одно скажу: самим против него лучше даже не рыпаться. Пошли в таверну: подождем, когда он вернется.

— И что тогда? Вытянет из нас всю информацию о себе и грохнет. Мы его убить хотели — такое не прощают!

Командир грустно улыбнулся:

— Уже вытянул все, что только можно. Он же чародей — не забывай. При этом он спокойно мог убить тебя с Боркусом прямо здесь — для задушевных бесед ему вполне хватило бы меня одного. Нет, я думаю, у него на нас какие-то планы. Сомневаюсь, правда, что они нам понравятся. Но все-таки еще поживем. Глядишь, что и подвернется.

— А может, сольем информацию, пока можем? Глядишь, заказчики подоспеют, и у нас появится шанс?

— Сам об этом все время думаю. С одной стороны — ты прав. Но, скорее всего, он, как вернется, снова допросит. И мы сами ему все расскажем. Тогда точно не пощадит… Ладно, хватит рассиживаться, давай за дело.

Наскоро приведя себя в порядок и поискав выходы из переулка, которые почему-то перестали существовать, охотники за головами сели решать неожиданную проблему.

==***==

В довольно большой, но не очень чистой комнате одной из таверн города танцевала обнаженная девушка. Ее тело было прекрасно. Его изгибы цепляли взор и не отпускали, а движения наталкивали на мысль о текучей воде и гибкой иве у реки. Напротив красотки у стола сидел мужчина, довольно улыбаясь и прихлебывая крепкое вино. Под столом уже лежала пустая бутылка, на столе — початая. Мужчина уже почти довел себя до ведомой только ему кондиции. Он расслабился и получал удовольствие. А ведь совсем недавно сам говорил, что чародеи даже в полностью подавленном состоянии могут выкинуть что-то неожиданное. Зря он забыл свои слова. Если бы он смотрел на девушку, как умеют только искусники и чародеи, то увидел бы кое-что интересное. В ауре танцовщицы волной поднялось яркое пламя, иногда принимающее форму крылатой ящерицы — точно такой, что застыла, раскрыв крылья, на плечах девушки. Эта волна заставляла потускневшую ауру, застывшую точно болото, пульсировать, светиться ярче. В те моменты, когда пламя принимало форму дракона, он с явным удовольствием проглатывал угнездившиеся в узловых точках конструкты. Мужчина все же почувствовал легкое беспокойство, но неправильно истолковал его.

— Хватит, надоело! — Чародей стукнул по столу кружкой. — Иди сюда и помассируй мне ноги! Ты в своем дворце, наверное, никогда такого не делала, но я научу тебя ублажать настоящих мужчин!

Девушка приблизилась и опустилась на колени, послушно стягивая с него сапоги. Поэтому он не заметил, как глаза рабыни полыхнули гневом и презрением. Ее движения стали замедляться. Мужчина совсем расслабился и зажмурился от удовольствия. Все же что-то не давало ему покоя. Он схватил пленницу за волосы, разворачивая ее лицом к себе, настороженно заглядывая в глаза.

Карина, а это была именно она, в тот же момент протянула руки к похитителю, будто собираясь его обнять.

Тишину комнаты разорвал крик боли и муки. Чародея швырнуло на стену, когда гравитационный удар превратил его достоинство в месиво.

— Сейчас я покажу тебе, как я умею ублажать мразей! — хрипло пообещала Карина. Охотник от боли полностью потерял контроль над собой, и девушке не стоило никаких трудов внедрить в его ауру своих конструктов. — Нет, ты не умрешь быстро, и я не дам тебе потерять сознание. Ты, ничтожество, сейчас узнаешь свое место!

В коридоре кто-то пробежал, но Карина не обратила на это внимание. Она подняла и припечатала чародея к стене, не давая ему согнуться. Тот смотрел на нее мутным взглядом, который под воздействием конструктов Карины стал проясняться.

— Тварь!.. — запузырилась кровавая пена на его губах, а губы исказились в гримасе ненависти.

— Тварь, говоришь? — Так же негромко спросила девушка и снова вытянула в сторону мужчины руку. По его колену будто ударили огромным молотом, раздробив его в лепешку. Нижняя часть ноги неестественно повисла на остатках кожи — ногу почти оторвало. И снова крик боли, от которой нет спасения в беспамятстве. Чародей, каким бы сильным он ни был, уже не в состоянии был не только чародействовать, но и просто думать о чем-то другом, кроме боли.

В дверь комнаты заколотили.

— Что там у вас происходит? Открывайте!

Карина мельком глянула на вход, и туда сейчас же полетела стайка конструктов, которые быстро исчезли, просочившись сквозь преграду. В коридоре наступила тишина. Девушка снова повернулась к похитителю.

— Кто тебя послал? — Спросила она, мужчина тяжело дышал и не ответил. — Если ты будешь молчать, за каждую задержку с ответом я буду тебя наказывать. — Спокойно сказала девушка и провела пальцем по щеке мужчины. Ее глаза побелели, губы крепко сжались и обескровились. Мужчина с ужасом смотрел на ее волосы, которые почему-то стали шевелиться. Сами по себе. Он знал, что это означает у женщин-чародеек. Ответить он снова не успел и закричал от боли.

— Какая дивная музыка! — замурлыкала Карина, скаля зубы. — Я могу сделать так, что ты все расскажешь под принуждением, но тогда ты перестанешь чувствовать боль, а я этого не хочу! — Обнаженная девушка снова задала вопрос и вновь не получила ответа. Если бы она была внимательна, то распознала бы ментальный блок на эту информацию у человека. Впрочем, на самом деле ответ ее не интересовал. Еще удар и еще один стон, — Карина захохотала: — Громче! Кричи еще!!! — Безумие затягивало ее, поэтому она не чувствовала, как вокруг закручивается вихрь энергии, подпитываясь от ее чувств, лишая при этом остатков разума. В комнате явно потемнело, хотя садящееся солнце продолжало светить в окно. За дверью снова послышался топот, и дверь стали выбивать. Карина не обратила внимания на шум. Девушка попала под влияние своего собственного творения, ее сознание помутилось. Темная воронка с чародейкой в центре все росла, увеличивая свой радиус, и вот уже стала просачиваться сквозь двери и стены. В коридоре послышались глухие звуки — так падают мертвые тела. Чародей только потому оставался жив, что находился рядом с Кариной почти в эпицентре этого невидимого торнадо.

Несмотря на боль и панику, он прекрасно видел все, что происходит вокруг. Черный Колодец — редчайшее явление, но при том настолько страшное и узнаваемое, что испугает любого Повелителя Чар. Город обречен, как и чародей, сотворивший такое, — процесс не остановить.

— Дура, очнись!.. — прохрипел он в отчаянии, собирая все силы и волю, чтобы попытаться хоть что-нибудь сделать с этим кошмаром. И, надо сказать, он преуспел. От напряжения у него в голове лопнули сосуды, и, несмотря на действие конструктов, не дающих ему потерять сознание, он провалился в беспамятство, подобное смерти. Впрочем, очнуться ему уже было не суждено.

Карина, казалось, не заметила смерти своего похитителя и продолжала стоять перед ним, потеряв нить реальности. И только ее палец продолжал водить по щеке трупа.

==***==

След уперся в непритязательную таверну в глубине города километрах в двух по кривой от места нападения на Карину. На улице толпились люди и смотрели на здание.

— Что тут происходит? — Тихо спросил я у одного из толпы.

Мужчина повернулся и вынул изо рта трубку, которую сосал до этого.

— Да хто ж его знает. Говорят, люди там помирают. Кто пошустрее, повыскакивали и живы остались. Можа, колдун шалит, непотребства устраивает? Или пиво у них отравленное…

— Было б пиво, было б по-другому. Не все пили-то! — влез в разговор краснолицый мужчина в засаленном фартуке. — Ведьма там, точно говорю! Сейчас увидите, как стража ее выволочет: они уже внутри, порядок наводят!

— Можа, и увидим, — не стал спорить первый.

— А часто такое бывает?

— Если пиво, так случается. Только умирают редко.

— А если ведьма?

— Дык, хто ж его знает. Мне мой дед рассказывал, дак и он сам не видел, с чужих слов говорил. Так же, грит, началось — люди мертвыми падать стали. То ли чародея казнили, то ли колдуна, а можа и ведьму. Грит, проклятие посмертное то было, во как! Почти весь город помер. М-да…

— Не страшно тут стоять?

— Так ведь все стоят, и ничего!

— Ну-ну… — буркнул я и отошел в сторону, а мужик вернулся к своему делу — созерцать.

Пришла пора проверить здание своими методами, хотя даже так чувствовалось что-то такое, от чего волосы на теле вставали дыбом. В магическом зрении поверху здания мнилась какая-то дымка, которая медленно вращалась на манер водоворота. На душе было погано, хотелось быстрее броситься внутрь, но что-то останавливало. Одно радовало — мой дракончик точно определил, что Шустрик жив, а значит и Карина. Но реакция от Шустрика идет какая-то заторможенная. Это даже я почувствовал через Драко.

Внезапно дверь пинком изнутри открылась, и в проеме появился шатающийся стражник. По крайней мере, человек опирался на пику стражника. Но выйти ему было не суждено. Из-за его спины вытянулась темная лента, похожая на лапу, которая схватила его за голову. Мужчина закричал, но крик оборвался на полувздохе. Наружу вывалился уже труп.

— Во дела! — пробормотал я. Толпа зашумела, закричала какая-то женщина, и народ стал поспешно разбегаться. Тот мужик с трубкой бежал впереди всех.

— Ладно. Что бы то ни было, Карина там, и без нее я не уйду. Сейчас посмотрим, что за магическая тварь затаилась внутри. — Я через Драко сформировал наблюдательный конструкт и повел его на разведку. Однако темный протуберанец его сейчас же изловил и уничтожил. — Что ж, — пробормотал я и сделал новое 'Око', защитив его полем, которое своей вибрацией вражеские конструкты и не пропускает (или частично глушит) прочие излучения, возникающие при чародействе. Когда же мой второй Наблюдатель, защищенный по самое 'не балуй', бесславно сгинул, я напрягся. Больше проверять себе путь мне было не чем. Я, конечно, не конструкт: у меня и защитное поле посерьезней, и биокомп, и аура посерьезнее, но как-то стремно было проверять на своей шкуре, достаточно ли 'броня крепка и танки наши быстры'. При всем при этом я чувствовал, что дорога каждая секунда, и рассусоливать, пытаясь что-то придумать, некогда. Это не нервы и не астральные прогнозы — просто сигнал от Шустрика слабеет. Как бы то ни было, все эти штучки — кажущиеся темные лапы — чародейские игрушки. Мой Спасатель должен работать — конструкту просто не хватило энергии для защиты. Эх, знать бы, что же там случилось? — Как есть, сую голову в петлю, одна надежда на большой авось и кривую, которая должна вывезти… — Я зябко передернул плечами и врубил весь свой актив на полную. Затем полностью закуклил ауру, помолился биокомпу, досчитал до трех, затем до десяти, потом понял, что тяну время, матернулся и потихоньку подошел к двери. Несмотря на мои приготовления то, что было внутри, как-то почуяло меня — ко мне метнулась темная лента. Я непроизвольно отступил, но протуберанец вытянулся намного дальше, чем упал стражник, и пронзил меня. В голове слегка помутилось, биокомп пискнул что-то вроде "деструктивные био-излучения по всему диапазону…", дальше я не вслушивался. Пока держу удар — надо действовать: и я ринулся вперед, продираясь через клубок темных лап, жалящих точно разъяренные кобры. Перед глазами стояло улыбающееся лицо Карины, я вцепился в него зубами и руками и не отпускал, чувствуя, что это помогает мне идти. Перед глазами все плыло, будто я основательно надрался. Ноги натыкались на лежащие тела, ступеньки, что-то пыталось пробиться мне в голову, оторвать руки, вырвать сердце. Причем это Нечто, как я внезапно понял, было творением самой чародейки, а не ее похитителей. "Ну, я тебе припомню это, милая!" — стучалась на задворках мысль.

И вот, картина маслом: темная комната, последние лучи заходящего солнца, с трудом пробивающиеся сквозь окно — светло-тусклый квадрат на противоположной стене, безнадежно мертвый мужик, больше похожий на перемолотый фарш, прибитый к стене. И перед ним — Карина. Статуя. Куда там Венере Милосской до нее! Идеальное тело в современном мне стиле, безмятежное и пустое лицо, глаза смотрят за воображаемый горизонт, а палец вытянутой руки уперся в щеку жертвы и полное ощущение, что именно этот палец удерживает на весу пришпиленное тело. Стены комнаты уже пропали в том бредовом тумане, что окружал меня. В окружающем мире остались только я и Карина. Я дотронулся до нее — натуральный камень. Мелькнула мысль — надо вызывать носильщиков.

— Карина! Очнись!

Ноль внимания.

— Девочка моя, просыпайся!

Ресницы дрогнули. Зрачок, раскрытый на всю радужку, слегка сузился.

— Это я, Ник! Ладно… Поиграем в сказки, — тихо сказал я и поцеловал Карину в губы. Мешала ее вытянутая рука, но я не обращал на это внимания. Губы, сначала твердые и холодные как у трупа, слегка потеплели. Сделал я это не просто так, а чтобы наши ауры слились в единое целое. При сексе, конечно, взаимодействие лучше, но хоть что-то. Сейчас же мне в голову полез всякие бредовые видения, потрясающие своей изощренностью и жестокостью, но в каждом была Карина, равнодушно-далекая и величественная, как богиня. Возникла стойкая ассоциация, как будто я заглянул прямиком в Ад, где она то ли в роли Ангела Смерти, то ли великомученика с терновым венцом, а может, все вместе. Я все тянулся к ней, и не мог достать: видение сменялось, и она снова отдалялась. К своему ужасу я понял, что меня затягивает внутрь все глубже и глубже, и сил выплыть уже не хватит. На миг меня охватила паника, но я почувствовал поддержку от моего верного Драко и зацепился за него: он тоже был здесь, кружась вокруг меня призрачной тенью, помогая не потерять себя в этой череде кошмаров. Лишь только я мысленно слился с ним, дела пошли лучше — теперь он знал, куда приложить свои силы. Смекнув, в чем дело, я начал звать Шустрика, и когда нас стало трое, бред стал отступать, и я добрался-таки до Карины. Дракончики завертелись вокруг нас, отсекая кошмары, и я сквозь видения снова стал различать комнату. А поцелуй длился и длился. Сквозь кровавый туман я заметил, как ее аура под действием моей стала успокаиваться. И, наконец, я почувствовал, как тело в моих объятиях вздрогнуло, рука Карины безвольно упала мне на плечо, глаза ее закатились. Чародейка, обмякнув, словно тряпичная кукла, стала оседать, а черная воронка вокруг нас — растворяться.

==***==

Дорникус сидел у постели Боркуса: раненый метался в бреду, и нужно было следить, чтобы он не упал с кровати. Кирин как дикий зверь в клетке наворачивал круги по комнате. Целителя поблизости не оказалось — он уехал на другой конец города к больному, а его помощник, совсем молодой парень, как только увидел торчащий обломок белой кости, упал в обморок. Кирин вытолкал его за дверь.

Выглядели все неважно, хотя добрались без особых приключений, если не считать замурованного переулка. В конце концов, они просто взобрались в одном месте на крышу. Благо, не высоко, и веревка оказалась под рукой. Только с Боркусом пришлось повозиться — он один весил почти как остальные его товарищи, вместе взятые.

— И долго мы еще будем сидеть? — взломщик на мгновение остановился, но не утерпел и снова затопал по дощатому полу.