Оружие тотального возмездия

– Имя агента назвать можете?

– Юсуф Азиз. Ему передадут приказ быть в Душанбе в нужное для тебя время.

– Адрес Азиза в Карадораке?

– Он в компьютере Хакера. Но не понимаю, почему ты спрашиваешь об этом?

– Все завязки на Душанбе – только потеря времени, вы уж извините меня. Нам в любом случае проводить разведку в селении, поэтому и встречу с Азизом, считаю, следует провести в Карадораке. Только надо предупредить агента, чтобы с наступлением темноты в ближайшие сутки он находился дома.

– Ну, что ж! Проводить акцию тебе; значит, тебе и решать, как ее проводить. Азиз получит необходимое распоряжение.

– Когда я должен начать подготовку акции?

– Немедленно, Седой.

– Понял. Выполняю! Связь в ходе акции держать, как и прежде, с вами?

– Координируй свои действия с Енисеем. Этого достаточно. Ну, а возникнут серьезные проблемы – выходи на меня… Вопросы есть?

– Пока, до изучения данных СВР, – нет. Потом, возможно, они появятся.

– Тогда до связи!

Седов передал трубку водителю-прапорщику, повернулся к Трепанову и спросил:

– Вы знали о том, что в Карадораке работает агент СВР?

– Да.

– Извините, но почему вы не сказали мне об этом сами?

– Потому, что не имел на это разрешения генерала.

– Ясно… Где мы можем начать подготовку акции?

– Там, куда определен твой отряд.

– А куда определен подчиненный мне отряд?

– Садись на заднее сиденье, – улыбнулся Трепанов, – поедем, покажу.

«УАЗ» с офицерами подъехал к недавно установленному среди ангаров модулю. Трепанов указал на сборную конструкцию:

– Вот место временной дислокации отряда «Z». И мое, кстати, тоже. Модуль разделен на отсеки под размещение личного состава, столовую, оружейную комнату, кабинет, помещение для проведения совещания и бытовой сектор, душевую, туалет. Сколько времени тебе требуется на отдых?

– Работать начнем немедленно. Приказ Белоногова.

– Ну, отдохнуть-то после операции в Афганистане тебе надо…

– Отдохну, когда пойму, как и что предстоит делать отряду по решению финальной задачи операции. Все равно не засну без применения спецпрепаратов. А они вредят здоровью гораздо сильнее сигарет…

– Хорошо. Немедленно так немедленно.

Офицеры прошли в модуль. Встретил их Додье, выставленный Коноваловым дежурным по подразделению.

– Личный состав в отсеках, Хирург? – спросил у лейтенанта Седов.

– Никак нет, командир, в столовой. Для вас тоже доставлен обед.

– Передай, чтобы его отнесли в мой отсек. А сразу по окончании обеда – Хакера с аппаратурой в кабинет полковника. Надеюсь, вы разобрались с расположением помещений?

– Так точно.

Трепанов и Седов прошли в предпоследний отсек – скорее командный пункт, нежели служебный кабинет. В 16.20 местного времени на КП прибыл капитан Леруа.

– Вызывали, господа офицеры?

Трепанов поднял руки:

– У вас, Хакер, один командир – Седой! К нему все вопросы.

Седов кивнул французскому капитану:

– Проходи, присаживайся за стол и разворачивай свой суперкомпьютер. Из Москвы на него сбросили информацию; посмотрим, что нам прислали.

– Позвольте один вопрос…

– В Москву пока не летим. Ты же это хотел узнать?

– Да… Понял.

Трепанов поднялся:

– Надо, чтобы Коновалов довел до всего личного состава об отсрочке возвращения в Москву. Ты, Седой, занимайся с Хакером, а с Пегасом я поговорю. Ну, не буду вам мешать.

Леруа включил свою систему, действительно уникальную в своем роде, и доложил:

– Есть информация. Передана в закодированном виде. Включаю устройство раскодирования…

На мониторе побежали цифры. Седов закурил сигарету. Он успел сделать лишь несколько затяжек, как Леруа доложил:

– Готово, командир.

– Ну, и что там?

– Схема усадьбы в населенном пункте Карадорак и планировка всех зданий.

Майор, затушив окурок, подсел к Леруа.

– Так! Давай с самого начала.

– Пояснительная записка. Селение Карадорак, тридцать восемь дворов, включая усадьбу некоего Салмона Набиева. Мечеть, магазин, автозаправка. Население сто девяносто восемь человек, мужчин…

Седов прервал Леруа:

– Я вижу текст. Покажи схему усадьбы и дома Набиева.

Леруа выполнил приказ. Командир отряда проговорил, глядя в монитор:

– А усадьба не сказать чтобы большая; да и дом средних размеров… Сколько в нем «квадратов»?

– Двести сорок квадратных метров жилой площади, двести девяносто – общей. Двадцать метров – подвальное помещение, поделенное на три комнаты, или подсобки. На первом этаже – столовая, кабинет, две комнаты. Странно, дом не разделен на мужскую и женскую половины…

– Смотри пояснительную записку; возможно, там есть объяснение.

– Так точно. Женской половины нет, но есть отдельный одноэтажный дом, в нем проживают две жены Набиева и четверо его детей – три дочери в возрасте от трех до семи лет и сын, он старше девочек, одиннадцать лет.

– Мальчик, скорее всего, уже в доме отца. Но это ладно… Это хорошо, что женщины и дети находятся отдельно от хозяина дома. Что по охране?

– Ничего.

Седов удивленно посмотрел на Леруа:

– Как это «ничего»? У Набиева нет охраны?

– Судя по разведданным, постоянной охраны в усадьбе нет. Да и о временной, приходящей, – тоже ни слова.

– Интересно! А что у нас еще по усадьбе?

– Забор от полутора до двух метров, с тыла сетчатый, где сад. Гараж на два автомобиля, большой сарай, загон для небольшой отары овец и большая баня с мансардой, в ней могут располагаться комнаты для гостей.

– Свободных комнат и в главном доме много… Так, а что у нас на втором этаже особняка?

– Холл и три комнаты.

– И охраны, значит, нет?

– По переданной информации, нет.

– Но такого не может быть. Хотя… этот Салмон Набиев практически хозяин не только собственной усадьбы, но и всего селения. Все вокруг принадлежит ему. Так кого ему бояться? Сепаратистов? Он может быть связан с ними, как, впрочем, и с законной властью. И все же охрану он держать должен… Но это проверим. Так, посмотри, что у нас по некоему Юсуфу Азизу?

– Где-то я уже встречал это имя… Сейчас переключусь на пояснительную записку… Вот, Юсуф Азиз, проживает на окраине селения, крайний с востока дом. Небольшой двор. Работает скотником на ферме. Живет один – ни жены, ни детей. Дом его один из самых плохих. Времянка, в общем. Нищий, судя по всему, этот Азиз… Ого!

– Что?

– Вот так нищий! – Леруа читал пояснительную записку дальше. – Отдельно по Юсуфу Азизу. Агент Службы внешней разведки, звание – майор. Теперь понятно, почему в данных указан Азиз. Оказывается, это разведчик!..

– Разведчик, Хакер, разведчик.

– Но в каком-то Карадораке?..

– Почему он там, объясню позже. Что у нас еще?

– Фотографии Кравчука и Рыбкина. Указано, что от Душанбе через селение проходит асфальтированная дорога – правда, вдребезги разбитая, но дорога. Есть также план селения с прилегающей к ней местностью на удалении в пять километров. В принципе все.

– Понял! Распечатай мне всю информацию. Подтверди ее прием. Да, чуть не забыл насчет Азиза: Москва передала, как установить с ним контакт?

– Номер сотового телефона и время безопасного выхода на связь. Относительно, конечно, безопасного…

– Распечатывай все и сворачивайся!

Леруа свернул аппаратуру и передал майору распечатку.

– Разрешите идти?

– Иди, отдыхай. Дежурному скажи: в 19.00 совещание личного состава.

Французский капитан вышел. На командный пункт вернулся полковник Трепанов:

– Ну, что, Седой?

– Да вроде все нормально, но окончательно обстановка прояснится после проведения собственной разведки и разговора с Юсуфом Азизом.

– Как, когда и где думаешь организовать встречу?

– А вот это следует обсудить с самим Азизом. На встречу пойду лично. Наши телефоны в сейфе?

– Держи! – Трепанов передал Седову его сотовый телефон. – Хочешь позвонить Азизу?

– Да. До встречи я уже должен иметь план действий на подготовительном этапе акции.

– Что ж, ты командир отряда, тебе и карты в руки.

Седов набрал указанный в разведданных мобильный номер.

– Да, – услышал он в ответ тихий, спокойный голос.

– Юсуф Азиз?

– Он самый. Кто вы?

– Человек, который хотел бы встретиться с вами.

– Для чего?

– Чтобы обсудить вопрос, касающийся нас обоих. Я от Белоногова.

– Понятно. Вообще-то не помешало бы представиться… Или мне называть вас просто человек?