«Утилизация и конверсия вооружений» — это мой прямой профиль работ, и по каждому подтвержденному объекту мне начислялись определенные проценты и бонусные балы в зависимости от класса его опасности. С увеличением суммы бонусных баллов возрастал процент и выдавались дополнительные льготы в виде сервисных кодов доступа к устаревшему оборудованию того или иного типа техники.

Программа бонусов «Исследователь» была полностью завязана на научно-исследовательскую деятельность и полагалась мне вроде как по принципу принадлежности к Департаменту по исследованиям. Система бонусов и льгот была аналогична предыдущей программе и не вызывала вопросов. Единственным отличием была градация по сложности проводимых работ, а не по степени их опасности.

Последней была программа «Наемник». В ней оказалось все гораздо проще. Там существовала своя частная доска объявлений, и можно было ее просматривать и брать на выполнение те или иные задания. Все бонусы, оплата и условия завершения задания были описаны в нем самом.

Чем привязка к этим бонусным программам должна была навредить мне, я так и не понял. Если честно, видел в них только одну пользу, и больше ничего. Разве что небольшие отчисления с каждого бонуса, но это не минус, на мой взгляд.

Поэтому я, подумав немного, согласился. Для девушки же это выглядело так, будто во мне победила алчность, хотя если честно, то так оно и было.

На этом наше общение с этой деловой леди подошло к концу. Уже выходя, я по привычке сказал:

— До скорого свидания.

И увидел такое испуганное выражение на лице девушки, что понял, что немного переборщил с психологическим давлением.

Правда, уже закрывая дверь, услышал, как она кому-то жаловалась:

— Неотесанный варвар! Дикарь необразованный! Болван неуклюжий! Имбецил здоровенный! Да, из последнего набора. Маньяк он! Прямо тут на столе чуть меня не изнасиловал. Не хотела, естественно. Делай что хочешь, но ставь охранного дроида у входа. Ставь, я сказала, или работай тут сам. Иначе ты меня больше не увидишь и будешь спать только со своей «милой» жабой-женой. Все, разговор закончен.

«Бюрократ и присоска», — понял я и решил все-таки спросить у нее про конфеты.

И вернулся обратно.

Аккуратно так постучал в дверь и вошёл в кабинет.

И мне сразу прилетело в лицо:

— Мне некогда, я занята. Выйдите и закройте дверь.

Но я ведь пришёл не за этим, и поэтому ответил.

— А это опять я. Соскучился. Захотелось поговорить с красивой девушкой.

И с уже прилипшей ко мне маской «туповатого варвара» уставился на нее озабоченным, масляным, собственническим взглядом.

Такого эффекта я сам не ожидал.

Девушка села там, где стояла, при этом немного промазав мимо стула.

— Всегда знал, что сила моего обаяния безгранична и, увидев меня, девушки сразу падают к моим ногам, — самодовольно прокомментировал я ее теперешнее положение.

А затем продолжил, подойдя к ее столу, даже не стараясь ей помочь, так как в этом случае эффект был более наглядным и значимым.

— Я чего зашёл, — и протянул руку к вазочке, вытащив из нее все оставшиеся там конфеты, одну из которых предложил девушке и спросил. — Будешь?

Она отрицательно покачала головой.

— А я съем, пожалуй, еще парочку. Так чего я зашёл-то? — и посмотрел на нее сверху вниз.

— Какая вкусняшка, — прокомментировал я не понятно что: то ли конфету, то ли ее, все еще полулежащую на полу.

— А… вспомнил, — со счастливым лицом, будто решил сложнейшую задачу, воскликнул я, — это чего такое и как называется? — и потряс у нее перед лицом одной из конфет.

— Лирийские сладости, — заторможенно ответила девушка, — называются «Кириф».

— Понятно, — радостно оскалился я и направился к двери, но на пороге обернулся и, подмигнув, сказал ей: — Не прощаюсь.

А затем вышел в коридор.

Никаких комментариев своего визита я больше не слышал, правда и дверь в этот раз была закрыта достаточно плотно.

Немного поразвлёкшись и здорово подняв себе этим спектаклем настроение, я вспомнил одно выражение. «Не сделал людям пакости с утра — день прошёл зря».

И прокомментировав таким способом произошедшую ситуацию, я пошёл на склады, где должны были находиться мои погрузчики.

Задания я пока все-таки брать не стал, послушался совета девушки, не так он был и плох.

Местная парковка для погрузчиков была не особо-то и занята, видимо людей с моей спецификой работы, а если быть точным, то «мусорщиков» на станции было немного.

Подойдя к системе доступа и показав ей, что у меня тут стоит движимое имущество, я прошёл на территорию склада, который был соединен с одним из служебных доков станции.

После того как я попал внутрь, оказалось, что вся техника помещена на время своего простоя в отдельные одноместные или двухместные боксы. Я стал искать то место, где должны были находиться мои будущие механизированные боевые товарищи.

По закону всемирного тяготения они оказались в самом дальнем ангаре на складе, и действительно оба занимали один одноместный бокс.

«Так вот почему произошла ошибка, и она записала на меня две машинки вместо одной», — догадался я.

Почему их так установили, для меня так и осталось загадкой, но теперь оба эти погрузчика были моим имуществом, которое я приобрел в кредит.

Кстати, сумма кредита была не очень большой, на мой неопытный взгляд, — двадцать девять тысяч. Правда, по контракту кроме погрузчиков мне также принадлежал еще и средний производственный комплекс, расположенный где-то на технологическом уровне, и составлявший основную часть потраченных кредитных денег. Назывался он просто «Котел-7000», и именно он должен был производить утилизацию всего того барахла, что я буду доставлять туда. Но видимо, и с ним я скоро ознакомлюсь.

Правда, Круф ничего не говорил о необходимости покупки всей этой техники, я думал, что буду работать на них, а не владеть ими. Нужно поточнее выяснить у него это. И этот разговор не следует откладывать в долгий ящик.

Ну а пока я хотел заняться погрузчиками, стоящими в моем боксе. Однако именно в этот момент пришло очередное предупреждение от финансового искина станции о назначенной сумме по аренде за бокс.

«Кстати, ее надо бы оплатить», — подумал я, получив уже пятое напоминание о том, что данный бокс снят с государственного содержания и теперь забота о нем ложится на мои хрупкие плечи.

Аренда составляла двести пятьдесят кредитов в месяц, но мне как служащему станции сделали скидку в сорок процентов. С ее получением мне помогла Кира, указав на это при оформлении договора.

Аренду искин мне порекомендовал оплатить сразу за полгода вперед, перечислив на общественный счет станции девятьсот кредитов.

Что я и сделал.

Кстати, проживание в моей квартире, оказывается, тоже нужно было оплачивать, но эти расходы полностью взял на себя Департамент по исследованиям. Про это я подумал только пару минут назад и попросил Киру навести справки, что она и сделала.

Закончив с этими финансовыми вопросами, я вплотную занялся своей техникой, сейчас спокойно стоящей в теперь уже моем боксе.

«Тягач», я узнал сразу, так как это крабоподобное техническое средство сложно было не заметить. А вот второй погрузчик был несколько другой конструкции и походил больше на железного двуногого страуса, только вместо головы у него был захват.

Куда он должен производить загрузку найденного хлама, мне было не понятно, так как грузового отсека, как у «тягача», у него не было.

— Кира, есть информация, чего это такое? — спросил я.

Несколько секунд искин молчал, а потом ответил:

— Грузовой средний дроид. Серия «Захват-50». Используется для ускорения и помощи в погрузке, а также для самостоятельного переноса отдельных грузов.

«Это что-то другое, не погрузчик явно».

— Найди более подробную информацию по нему и его управлению.

— Принято, — ответил искин.

Я же, оставив дроида на месте, подошёл к «Тягачу» и, пройдя авторизацию, забрался внутрь.

Все было как в инструкции, наличествовала и сама площадка формирования силового поля, в дополнение к ней присутствовали множественные интерфейсы подключения к нейросети оператора.

Не став активировать интерфейсы управления самого погрузчика, поскольку я все равно ими воспользоваться вроде как не мог, произвел подключение к нему через нейросеть и, переведя его в ручной режим, прошёл проверку на соответствие моего интеллектуального индекса его заданному пороговому значению в этом режиме работы.

Все, как и предсказывал Круф, прошло нормально.

Дальше уже началась активация силового кокона, который обхватил мое тело и приподнял на несколько сантиметров над полом.

Никакого дискомфорта я не испытывал. У погрузчика оказалась вполне удобная и понятная для меня система управления. Я практически мгновенно разобрался в ней и постарался поставить «Тягача» на его ходовые конечности.

Представив, что встаю на ноги, я мысленно поднялся вверх.

Окружающее пространство сначала поплыло — видимо, это мое сознание пыталось адаптироваться к внешнему обзору погрузчика, но через несколько секунд все нормализовалось.

Постояв немного и оглядевшись кругом, я делаю первый шаг. Потом второй, потом сразу несколько. Поворачиваюсь на месте. Иду, останавливаюсь, даже бегу.

Невероятно — создавалось такое впечатление, будто ходил я сам на своих двоих, а не на шести ногах.

Походив по территории склада, я остановился, чтобы обдумать то, что необходимо сделать.

Встал вопрос о том, брать ли сейчас задание и идти его выполнять или понять, что же мне всучили, почему мне всю эту технику продали в кредит.

К тому же необходимо понять, чем могло навредить мне привлечение к бонусным программам.

Единственный человек, который мне мог помочь в этом вопросе, был Круф, так как он и сам раньше работал мусорщиком. Поэтому я нашёл его контакты в сети и связался с ним.

— Кто это? — был первый вопрос нашего куратора, когда я дозвонился до него.

— Доброе утро. Это Дим. Не сильно отвлекаю вас, есть пара минут?

— Да нет, все нормально, я смотрю, ты уже осваиваешь нейросеть, а вашим ее только устанавливать будут сегодня. Кстати, у них вечером какое-то торжество по поводу удачного прохождения тестирования и поступления на работу к нам, и они просили найти тебя и передать приглашение. Так что считай, что нашёл и передал.

— Понятно, обязательно приду, — было приятно, что обо мне не забывают. Это ведь те немногие люди тут, на станции, которых я знал.

— Ну ладно. Шатун, значит. Странный позывной, — на военный манер интерпретировал мой ник, зарегистрированный в сети, Круф, — надо его запомнить. Как-то не ожидал я, что ты так быстро разберешься со связью и нейросетью.

— Да тут, в общем-то, ничего сложного, — ответил я.

— Ничего сложного, говоришь, — и, помолчав немного, Круф спросил: — так что у тебя был за вопрос?

— Ну, у меня тут возникли небольшие неясности при оформлении на работу, и поэтому я хотел с тобою посоветоваться.

— Проблемы с оформлением, — сразу стал серьезным Круф, — вроде с Департаментом контроля уже была договоренность.

— Нет, я не о том. Тут у меня возник вопрос по условиям договора, который мне оформили.

— Какие из условий тебя смущают? Если смогу, то разъясню, конечно.

— Первое, это почему-то мне всю технику, погрузчик и производственный комплекс оформили в собственность, правда, по договору приобрел я их в кредит. Это нормально? Я почему-то думал, что просто буду работать на погрузчике, который являлся бы собственностью станции. А о производственном комплексе вообще речи раньше не было.

— Действительно странно, — и Круф задумался. — Мне этот путь был не интересен. Работа мусорщика меня не привлекала, и у меня не было желания расти дальше. Я работал по стандартному контракту и не слишком интересовался другими возможностями. Но по идее, к работе на собственной технике стремятся многие. Это хоть и небольшое, но уже собственное дело, даже если это не полный утилизационный цикл, как в твоем случае, а только погрузчик или только производственный комплекс. Ведь такой небольшой процент, который отходил тебе за выполнение работ по заявкам станции был обусловлен тем, что ты работаешь полностью на их оборудовании. Поэтому тебе и был положен еженедельный оклад от нашего управления и Департамента по управлению станцией. Насколько я знаю, наш Департамент тебе назначил триста кредитов в неделю, это очень немного, но должен был существовать и оклад от Департамента по контролю станции. Плюсом к окладам должен был идти финансовый бонус, составляющий семь процентов от стоимости продаж, по утилизации блоков концентрата стандартных смесей металлов (КССМ) — с каждого выполненного заказа. А в случае работы на собственном оборудовании должен быть заключен отличный от стандартного контракт, у меня такого раньше не было. Посмотри, что на этот счет указано в твоем договоре.

— Секунду, — попросил я и вывел себе на интерфейс заключенный трудовой договор и контракт на выполнение работ по утилизации сырья. Тут-то я и понял, в чем была разница, между тем, о чем говорил Круф и тем, что было приписано теперь у меня.

— Я нашёл, — ответил я, быстро просмотрев оба документа и прикрепленные к ним приложения.

— И что? — спросил Круф.

— Теперь у меня есть своя небольшая фирма, зарегистрированная в реестре станции Рекура 4 как предприятие по утилизации сырья «Тупой дикарь». У нее на балансе состоят погрузчик и производственный комплекс. И именно с этой фирмой Департаментом по контролю станции заключен договор на проведение работ по утилизации сырья, устаревшего и вышедшего из строя оборудования, технических останков и обломков оборудования, а также любого другого технического мусора. Сумма контракта не оговаривается, мне отходит вся прибыль, полученная от продажи блоков концентрата стандартных смесей металлов и модулей, добытых в результате утилизации на моем оборудовании. То есть, это я так понимаю, задания кидать они мне будут в том же порядке, но только вместо еженедельной оплаты моего труда и процентов от продаж за каждое задание я буду получать всю прибыль за продажи тех блоков КССМ и модулей, что будут получены мной в процессе утилизации.

— Я тоже так думаю, — согласился со мной Круф.

— Тогда я не понимаю, в чем подвох, это же явно гораздо больше того, что я бы получал у них при стандартном контракте, — засомневался я.

— А ты повнимательнее посмотри дальше, — посоветовал мне куратор, видимо уже догадываясь, в чем тут может быть дело.

Я более внимательно стал изучать выданные мне документы и, просматривая дополнительные приложения по условиям передачи мне техники, нашёл все-таки, в чем были подводные камни моего договора.

— Понял, — сказал я и стал перечислять: — Все проданное мне оборудование снято с технической поддержки службами станции. Теперь его нормальное функционирование и техническое обслуживание ложится на мои плечи. Тут есть перечень того, что мне необходимо сделать: пройти технический контроль погрузчиков и комплекса, провести настройку работы комплекса, организовать процесс продажи полученных в результате утилизации блоков КССМ и модулей и позаботиться о текущем техническом обслуживании оборудования. Кроме того, все это мне необходимо будет перевезти и установить на свои специально арендованные или выкупленные площади. На переезд мне дается полгода. Теперь по крайней мере понятно, почему это мне сразу, как только я оформил договор, стали присылать сообщения о необходимости продления аренды бокса, где стоял погрузчик.

— Знаешь, это вполне справедливые условия. И большинство бы с ними справилось в указанный срок, ведь теперь вся прибыль от работы идет на развитие твоего дела и в твой карман. Но это не твой случай. Видимо, ты кому-то очень понравился там в департаменте — и когда только успел? Но этот некто постарался для тебя сделать все, что мог. Однако сам не зная того, оказал тебе медвежью услугу. Этот вариант не для тебя. Аналогичные предприятия открывают уже сложившиеся технари, инженеры или производственники. Те, кто может хотя бы часть работ провести самостоятельно. Например, взять на себя техническое обслуживание оборудования. Или другой пример: обеспечить самостоятельную настройку рабочего процесса производственного комплекса перед каждой операцией. Универсального алгоритма в этих случаях нет, и при использовании какой-то общей реакции по утилизации сырья для всех типов работ, потери на выходе могут составить от сорока до семидесяти процентов, в зависимости от сложности реакции, тогда как при индивидуальном подходе они не превышают и пяти-десяти. Но этим всем кто-то должен заниматься. Обслуживать комплекс и погрузчики. Тебе же придется делать все это самому, а у тебя нет ни нужных навыков, ни баз, ни возможности эти базы изучить, по крайней мере в приемлемые сроки. А нужна там не одна база, а целые их комплекты. Поэтому этот доброжелатель и оказал тебе медвежью услугу. Я уверен, что комплекс, что достался тебе, если и на ходу, требует капитального ремонта и основательной настройки. А таких специалистов это сделать на станции немного. Я, конечно, поспрашиваю тут у нас в департаменте, но тебе за эти работы придется выложить никак не меньше сорока-пятидесяти тысяч. Ведь у тебя, по сути, нет никакого выхода, без оборудования ты не сможешь приступить к работе, к тому же у таких спецов обычно на станции монополия, их очень мало.

— Ты говоришь, что очень много нужно изучить, верно? — задумался я над тем положением, в которое попал.

Оно вырисовывалось не очень удачным, но сдаваться я не собирался.

«Кира. Найди списки всего необходимого, чтобы, во-первых, квалифицированно управлять доставшейся мне техникой и оборудованием и обслуживать ее. Во-вторых, мне нужен список того, что может понадобиться для успешного развития и работы моего маленького предприятия. Прими особенно во внимание все то, что мелким шрифтом написано в договоре, контракте и приложениях к ним. А то я один раз уже лопухнулся с этим».

«Не понятно определение „мелким шрифтом“», — ответил мне искин.

«Обрати внимания на особые и завуалированные условия».

«Принято к исполнению», — после моего пояснения Кира взялась за еще одну мою работу.