* * *

— Я не лорд.

Не знаю, почему услышав приветствие, прозвучавшее из уст, как я понимаю, предводителя отряда северян, ответил именно так, а не как-то иначе, но что сделано, то сделано.

«Хотя, конечно, хорошо бы было приписать себя к каким-то там аристократам, но уверен, что меня достаточно быстро раскроют. А с этим было бы очень много проблем в будущем. Поэтому первая реакция оказалась самой правильной», — так я размышлял над услышанными словами, как-то упустив, вернее не придав особого значения тому, что меня отнесли к какому-то роду Драконов.

Тут-то до меня и дошло маленькое упущение, которому мною не уделилось достаточно внимания. Как-то я даже не продумал своей линии поведения при разговоре с этими суровыми северными господами, хоть у меня и было понимание того, что им предложить в этих переговорах, но вот как их начать, что-то ранее у меня этой мысли не возникало.

— Но все равно, я рад встретить здесь славных сынов и дочерей хмурого Севера. — Как-то уж слишком пафосно прозвучало мое приветствие, но что другое я мог сказать совершенно незнакомым, вооруженным до зубов людям, смотрящим на меня слишком уж заинтересованными и настороженными глазами.

«Хай, пипл — тут бы явно не прокатило, хотя удивление точно бы вызвало» — с улыбкой подумал я.

Но, видимо, то ли разговор был начат мною в верном ключе, то ли моя не к месту возникшая на лице улыбка, но человек, как я слышал, представившийся ранее моим друзьям Этором, ответил:

— И мы рады видеть здесь хоть кого-то близкого нам по духу и крови.

«Я, конечно, чего-то недопонимаю, но мне кажется, что разговор мы завязали, только вот это странное упоминание „духа и крови“ что-то меня немного смущает».

Но, несмотря на это, я продолжил разговор.

— Тянуть, я думаю, не имеет смысла, да и времени на это особо нет, поэтому сразу предлагаю перейти к тому делу, что вас привело к нам. Хотя основные предпосылки этого мне уже известны. Но мне бы хотелось услышать их именно от вас. А о нашем предложении я готов буду переговорить после вашего рассказа, тем более, как мне кажется, они взаимосвязаны, то, что расскажете вы, и то, что готов предложить я.

— Давай это проверим, — согласился со мною Этор.

— Так что вы хотели от нас? — спросил я у него.

Но тут в разговор вмешался другой представитель северян.

— А почему ты, мальчик, решил, что нам вообще что-то от вас нужно? — Недовольно перебил меня второй мужчина, кажется Крас, видимо, расстроенный устроенным в их честь представлением с участием моих друзей, особенно той ролью в нем, что досталась им самим, благодаря Млоку.

— Ну, на встречу с нами вы пошли первыми, — ответил я, даже не задумавшись, — как только мы тут остановились, но кроме того, я ведь не зря попросил своих друзей немного потянуть ваше время и отвлечь внимание от основной цели визита.

— И надо сказать, у них это прекрасно получилось, особенно отвлечь внимание, — прокомментировал тот мои слова.

— Верно, и это дало мне немного времени для проведения небольшой разведывательной операции и подготовки к нашему с вами разговору.

— А ты был так уверен, что он состоится? — с каким-то странным выражением в глазах спросил у меня уже Этор.

— Но ведь вы сейчас стоите здесь, а не где-то в любом другом месте, и как мне кажется, говорите со мной? — зная, что это не очень вежливо, вопросом на вопрос ответил я.

— И то верно, — согласился со мною предводитель северян.

Но его слова продолжил третий член их представительства, вернее продолжила:

— Ты хотел узнать нас получше, не только с той стороны, что мы готовы показать? — тихонько спросила, вернее даже констатировала, Эрса, девушка, которая и поняла, что встречающая группа это обманка, для отвлечения внимания.

— Да, мне хотелось и этого тоже, но главным я, если честно, преследовал другую цель, — согласился с нею я.

— Какую? И для чего тебе это в принципе было нужно? — задала она первый за все время разговора действительно важный вопрос.

Пока я смотрел на нее, меня не покидало чувство, будто эта девушка несколько большее существо, чем просто обычный человек. Будто есть в ней какая-то внутренняя искра, горящая несколько ярче, чем у всех остальных. И ее свечение образует своеобразный невесомый ореол вокруг этого необычного создания.

Я не мог понять, что с нею не так, а поэтому решил: «Странная она какая-то, — и практически сразу заметил: — Хотя внешне очень похожа на Элею».

Посмотрев, полюбовавшись ею еще пару мгновений, и этим явно смутив девушку, я пришёл к достаточно очевидному и закономерному выводу, на основе той информации, что уже обладал.

«Так ведь это и есть та Ледяная ведьма, о которой говорили охотники за головами. И ведь и правда, можно спутать их с Элеей, если смотреть издалека. Они похожи как сестры».

Но что-то в ней явно выделяло ее среди других, и этого я не ощущал в дочери охотника.

«Что-то все-таки с нею не так», — и это не так не давало мне покоя, чувствуется, что это где-то рядом, прямо перед глазами, но уловить эту небольшую деталь, что вроде бы мелькала под самым моим носом, а вот выделить ее и понять, что это, у меня так и не получалось.

И лишь когда девушка немного повернула голову, чтобы тихонько сказать что-то одному из мужчин, стоящих рядом, я понял, что же это за деталь, которая так смущала мой разум и не давала покоя.

Из пряди ее пегих волос выглянуло маленькое и аккуратное ушко. Но вся соль была в том, что его верхняя часть имела несколько вытянутую и заостренную форму. Очень не похоже на простых людей. Обычно в кино такие уши приписывали эльфам, но, конечно, здесь было не так гипертрофированно и более натурально и жизненно.

«А ведь и правда похожа. Конечно, не так божественно красива, как о них говорят, но на любом конкурсе красоты войдет в тройку победительниц, это как пить дать. Опять же стройненькая, хрупкая, правда, не очень высокая, я как-то их представлял несколько повыше, но кто знает, как они выглядят на самом деле. Тонкие черты лица, идеальные формы, здесь вроде как ошибок нет. Натуральный эльф, вернее эльфийка, только в миниатюре».

И что странно, такая ее особенность, видимо, никого вокруг не удивляла.

«А значит, окружающие к такому типу людей уже давно привыкли, — подумал я, — и что вероятно, подобная особенность есть не только у Эрсы, но и кого-то еще. И скорее всего даже не у одного человека».

Поняв это, я постарался незаметно оглядеть зал и всех, кто попадал в мое поле зрения, и вот что я обнаружил.

Людей с необычной формой ушей было гораздо больше, чем я обратил на них внимание в первые мгновения, у одних эти различия выделялись больше, у других меньше. Но такие необычные, как у Эрсы, мною были замечены только у, как это ни странно, Краса, стоящего прямо напротив меня (и как это я сразу не заметил?), и еще у пары девушек в отряде северян. Кстати, все три девушки, Эрса и те две, что стояли позади меня и любопытно выглядывали из-за спин вооруженных мужчин, были похожи как сестры. Да и Элея выделялась из их числа только нормальной формой ушей.

А вот Крас совсем не походил на эльфийского мужчину, хотя какими они должны быть я уж точно не знал, но в кино и книгах явно ошиблись на их счет. Ну или, в крайнем случае, ошибаюсь я.

Крас был обычным крепким уже немного пожилым мужиком, не столько крупным, сколько подтянутым, выше меня чуть ли не на полголовы, с серьезным волевым лицом и хитрыми, умными глазами карего цвета.

Даже когда он назвал меня «мальчиком» — это меня не обидело и никак не задело, так как та мудрость, что сквозила во взгляде его прищуренных глаз, пахла такой прорвой прожитых лет, что это понимание действительно рисовало меня младенцем по отношению к нему. И с этим фактом сложно было поспорить.

Было у меня чувство, что примерно так же он относился к любому присутствующему в зале человеку, за исключением, может, только их предводителя, да и то я в этом не был полностью уверен на сто процентов.

Поняв это, я посмотрел и на предводителя северян.

Что же можно было сказать о третьем члене группы переговорщиков? То, что он ничем внешне не отличался от остальной группы северян, разве внешне был гораздо более стар, но это его отнюдь не делало слабым или беспомощным. Его возраст скорее говорил о больших знаниях, мудрости и жизненном опыте, чем у всех остальных, поголовно молодых и здоровых мужчин и женщин в их отряде. Жесткое, обветренное лицо, с узкими щелками глаз, мощный подбородок, плотно сжатые губы и устрашающий шрам через всю правую половину лица, начинающийся где-то в области виска и заканчивающийся точно посередине подбородка, аккурат под кончиком носа. Именно на эту деталь я и обратил сначала внимание, так как создавалось впечатление, что голова этого человека была разрублена на две части, но это не помешало ему выжить, а главное, я уверен, что это уж точно не помешало отомстить ему своим обидчикам.

«Простые люди не выживают после таких ран», — уверенность в правильности моего наблюдения четко обосновалась в моих мыслях, и я уже по-новому взглянул на этого третьего северного варвара.

И увидел перед собой только одно — это идеальный солдат и лидер, бывалый такой сержант или прапор. Хотя та власть и умение отдавать приказы, что сквозили в каждом его жесте, говорили о том, что этот человек занимает гораздо более высокое положение во встреченном нами отряде.

«Вот он, подходящий командир для нашего будущего отряда», — понял я, рассматривая его более внимательно.

Я не тешил себя иллюзиями, что смогу стать хорошим командиром для той когорты, что мне приписывали наемники. Да, я мог справляться с некоторыми обязанностями, и возможно даже, смог бы стать ее главой на некоторое время, но постепенно отсутствие элементарных знаний и опыта управления вылились бы во множественные проблемы. А сейчас ошибаться мы не имели никакого права.

И поэтому я изначально решил передать бразды руководства более компетентному и подготовленному человеку. Первоначально, пока нас было пятеро, я не придавал этому особого значения, но когда мы оказались на территории пришельцев, под гнетом неизвестной опасности, ко мне пришло четкое понимание того, что нашему отряду для его дальнейшего выживания нужно опытное командование. В первые мгновения я взял решение всех первостепенных вопросов на себя, но уже сейчас испытывал жуткие неудобства от возложенных самим на себя обязательств.

«Ну не мое это — руководить», — в который уже раз убедился я, и поэтому встреча такого даже с видимой стороны безоговорочного лидера, меня очень обрадовала.

А то, что это не только видимость, я был почему-то полностью уверен.

И поэтому я продолжил говорить, стараясь вложить в свои слова как можно больше убежденности, правды и привлекательности, отвечая на вопрос девушки.

— Мне это нужно было в основном для того, чтобы понять, что у вас в отряде есть то, что нам очень нужно.

— И что это? — заинтересованно проговорила молодая ведьма.

— Позвольте, об этом я расскажу несколько позже, после вашего рассказа, — обратился я уже к ним, давая понять, что сперва хотел бы услышать причины их появления подле нашего отряда.

Поняв, что свой рассказ я не продолжу без их ответа на мой вопрос, Этор заговорил:

— Нам скрывать нечего. Моя племянница почувствовала в зале присутствие еще одной ведьмы, и мы, подумав, что это еще один из наших отрядов, направились ему навстречу. Но когда стало понятно, что девушку сопровождают наемные воины, то мы забеспокоились. Поверьте, у нас были на это свои причины. Для этого мы решили выяснить, что здесь у вас происходит и почему ведьма передвигается без подобающего ей по статусу воинского охранения. И что за отряд ее сопровождает. А также хотели предложить ей, если она того пожелает, присоединиться к нашему отряду. Но теперь я вижу, что здесь не все так просто, как мне показалось в первые мгновения. По сути это все.

— Да, — подтвердил слова командира Крас.

— Понятно, — сказал я, задумавшись и сопоставляя известные мне факты и информацию с рассказом командира отряда северян.

— Ну а что хотели рассказать нам вы, юноша? — несколько снисходительно спросил у меня ехидно прозвучавший голос Краса, хотя в его глазах никакого смеха и веселья я не увидел, как и во взгляде Этора, кстати.

— Вообще-то я хотел вам кое-что предложить, — начал говорить я, но помолчал, и, вспомнив, чем я занимался последние полчаса, продолжил: — Но могу и кое-что рассказать. И давайте-ка я начну с вас самих.

После моих слов оба мужчины и девушка вдруг внезапно посерьезнели и напряглись, будто почувствовав натянутую и стреноженную между нами пружину, готовую сорваться в любую секунду шквалом встречного огня.

Как-то неуютно я себя в этот момент ощущал.

Вот он, очередной шаг в пропасть, и сделать его нужно.

Оба отряда взяли нас в кольцо, каждый со стороны своих представителей, отгородив от всего остального зала.

Хотя по мне это было излишним, привлекало только лишнее внимание. Но тут люди действовали на каком-то непонятном мне автомате, будто на подсознательном уровне понимая важность момента и моих будущих слов.

Догадываясь, что мне своей речью придется разрушить какую-то невидимую атмосферу, я все-таки начал говорить.

— Гуляя тут по залу и среди ваших людей, я понял одно. Здесь, на планете, у вас есть враги, и они не хотели, чтобы ваши отряды прорвались сюда в центр вербовки.

— Ну, это не такая и большая тайна, — сказал Этор, — у каждого есть свой враг.

— Согласен. Но не за всеми охотятся с таким маниакальным упорством, что отрядов, которые выдвинулись сюда из дома, было гораздо больше, но дошло, как я понимаю, только три.

— Откуда ты знаешь, что мы не один отряд, а три? — заинтересовался Этор.

— Ваши люди не общаются между собой, а только внутри каких-то групп. За время, что вы провели в пути, все должны перезнакомиться, но некоторые из ваших людей не знают, как зовут других. Кроме вас, есть еще два других офицера, к которым обращаются с различными просьбами рядовые из разрозненных групп. Офицеры все еще не могут привыкнуть, что теперь ваш отряд разросся, и они отвечают уже за большее количество людей, а поэтому, например, обед они организовали только для своих отрядов. Кстати, видимо, ваша группа и осталась без обеда, но когда я там был, какой-то активный юноша как раз и занимался этим вопросом, пытался стырить уже готовую кашу у другого отряда. Ну и другие различные мелочи, которые указывают на то, что эти люди только совершенно недавно объединились в один отряд, да и вообще познакомились.

— Хм, а я и не думал, что это так заметно, — ответил он.

— Ну, если больше вопросов нет, то я продолжаю.

— Да, конечно, мы тебя слушаем, — не удержался и вставил свои пять копеек в разговор Крас.

Я не стал обращать на его комментарий внимание и продолжил свой рассказ, догадываясь, что сейчас их точно заинтересую всех.

«Правда, как бы мне это боком не вышло», — подумал я, посматривая на направленное на меня оружие.

— Точных причин нападений на ваши отряды мне не известно, но я знаю одну из целей, которую преследовали нападающие.

На этом месте заинтересованно уставились на меня не только северяне, но и мои спутники.

— И какую? — несколько заторможенно спросила Эрса и с испугом посмотрела на своего, как оказалось, дядю.

Тот же в свою очередь с какой-то сталью в глазах перевел взгляд на меня.

Уловив эту игру в гляделки, я усмехнулся и сказал:

— Их не интересовали ни ваши возможные богатства, ни какие-то личные мотивы, вроде неприязни или мести, — на этом месте я сделал небольшую паузу, но подумав, что тянуть себе дороже, закончил свою фразу. — А нужны им были ваши ведьмы, — показав рукой на девушку, а потом, махнув в направлении выглядывающих из-за спин воинов двух ее любопытных подружек, добавил: — ну и я так понимаю, господин Крас тоже находился где-то в начале их списка приоритетных целей, если такой, конечно, существует. Это верно?

— Откуда тебе это известно? — наведя на меня неизвестно как появившийся в руках Этора бластер, спросил он. — И рекомендую тебе не шутить. Я узнаю, говоришь ты правду или нет.

— Давайте уберем эти необычные железки, — с какой-то бесшабашностью, прямо бурлившей во мне, и при этом шёпотом произнес я, — мне не хочется, чтобы кто-то из нас поранился. Не для этого я искал вас.

Пока я говорил с предводителем северян, вокруг нас разгоралось жерло вулкана, готового извергнуть шквал лавы и огня.

— Успокойте своих людей, мы не враги, — еще раз тихо сказал я, и столько власти и силы прозвучало в моем голосе, что Этор даже не стал говорить своим людям ни слова, они и так выполнили мой приказ. Кстати, это же сделали и мои сопровождающие, наемники и друзья.

Как то незаметно вокруг нашей группы образовалась мёртвая зона. Люди на уровне инстинктов почувствовали опасность, исходящую от нашего напряженно замершего вооруженного кольца, и поспешили удалиться на безопасное от нас расстояние.

— Так откуда тебе это известно? — все с тем же напряжением в голосе спросил Этор, правда, при этом уже не пытаясь взять меня на мушку.

— Да все от них же, ваших, а теперь и наших, врагов, Темного братства, — не стал нагнетать обстановку я еще больше и тянуть с ответом, — мне повезло, я случайно вышел на них и подслушал их разговор.

После моих слов Этор посмотрел в направлении молодой ведьмы и, получив ее ответный кивок, сказал:

— Это правда.

«Своеобразный у него детектор лжи», — подумал я, а сам между тем продолжил:

— Тогда же я и узнал о нападении на дочь моего друга, и принял меры по обеспечению ее безопасности. Его нам удалось предотвратить без потерь, мы даже захватили пару пленников. Но есть небольшая проблема.

— Какая?

— Тут в зале находится оставшаяся часть нападающих. И вот здесь я подхожу к сути нашего предложения. — Правда им нет необходимости знать, что в целом это мое предложение и остальные имеют к нему лишь опосредованное отношение.

— Мы тебя внимательно слушаем, — видимо, впечатлившись то ли моими познаниями, то ли тем, что мы самостоятельно смогли отбить хоть одно нападение, то ли тем, что в зале есть еще их враги, но слушал меня Этор теперь очень внимательно.

— Во-первых, я хочу нейтрализовать оставшуюся часть людей Темного братства.

— Вполне обоснованное желание, но есть ли у тебя план, как это сделать? — спросил Этор.