Лед тронулся

— Привет, Вадим, — за спиной нарисовался Леша Кашлинский.

Вадим чуть не поперхнулся. Вот кого он меньше всего хотел видеть!

— Разрешишь? — Не дожидаясь ответа, Леша сел напротив Вадима.

— Какими судьбами? — даже не стараясь изобразить приветливость, буркнул Вадим.

— Проезжал мимо, увидел твою машину, решил пообщаться.

— Общайся! — разрешил Вадим. И вдруг его пронзило подозрение, от которого на лбу выступила испарина. Кафе, куда он заехал пообедать, известно ему именно потому, что расположено на пути от Юлиного дома на фирму. А что, если самодовольно улыбающийся Леша как раз от Юльки сейчас и едет?!

— Слушай, тут идея одна есть!

— По фирме?

— Нет, по бизнесу. Денег можно срубить прилично, — глаза Кашлинского блестели.

Вадим хорошо знал по судебной практике, что важный вопрос надо задавать совершенно неожиданно.

— Деньги — это хорошо, — глухо отозвался он.

— Твой отец ведь связан как-то с гастрономом?

— Леша, мой отец не связан с гастрономом — он там работает юристом уже лет двадцать!

— Ну так вот, я и говорю, связан. Короче, идея вот в чем. Он по госцене берет продукты, которые нужны моим клиентам, а они их продают в своем магазине по свободным ценам. Навар — втрое. Нам с тобой тридцать процентов прибыли. Делим пополам. Ну как?

— А когда к ним приходит ОБХСС, срок тоже делим пополам?

— Вадим, не дрейфь ты постоянно! Во-первых, с обэхээсниками сейчас легко договориться. Во-вторых, откуда они узнают о происхождении товара? Накладных-то нет! А в гастрономе спишут как проданное через прилавок. Деньги проведут по кассе. Все тип-топ!

— Ты откуда сейчас едешь? — Вадим задан вопрос как бы невзначай, к слову.

— Да, это… — Леша заерзал на стуле. — К знакомой, то есть к знакомому, заезжал. Ну, к клиенту новому.

«Плохой адвокат! — первое, что подумал Осипов. — Покраснел, глаза забегали. Три оговорки в одной фразе. Совсем удар не держит. Дресня! От Юли, точно от Юли едет!»

— Нет, плохая идея, — Вадим с удивлением обнаружил, что еле выдавливает из себя слова. — Твои клиенты расколются в полминуты. Покажут на тебя. Ты потечешь с ходу, врать ты не умеешь. И далее по списку.

К Леше Вадим испытывал сейчас чувство абсолютного презрения. А вот к Юле… Юльку он хотел. По сумасшедшему хотел. Нет, нельзя! Но мысль о том, что Леша едет от нее, вызвала не ярость, не обиду, а воспоминание об их любовных утехах. И так захотелось повторить все опять. Ну хоть разок!

Кашлииский, скорее почувствовав, чем поняв, что в какой-то момент ляпнул не то, решил поскорее ретироваться. Зря сюда заехал!

— Ну, лады! Не нравится, я не настаиваю. Ладно, побежал.

— Пока!

Не доев корейку, Вадим подозвал официанта и спросил, откуда можно позвонить.

— Автомат — десять метров направо от входа! — Официант вежливо улыбнулся.

— Так вы клиентов растеряете! Что, у вас телефона нет?

— Только у директора. Но он — служебный, — официант растерялся. Голос Вадима звучал очень неприветливо. — Я сейчас спрошу.

— Я сам спрошу! Где кабинет директора? — Вадим решительно поднялся.

— Юля, это Вадим!

— Привет! Что-то случилось? — Вадиму показалось, что Юлькин голос то ли виноватый, то ли растерянный.

— Да, нам нужно срочно увидеться! Хорошо, что ты дома. Я сейчас заеду.

— Нет! Я уже собиралась выходить. Давай через час на фирме.

— Я заеду сейчас. Буду через десять минут. Дождись меня, — тон Вадима не допускал возражений. Он знал, что его воле все равно подчинятся. Только надо самому верить в то, что говоришь. Быть убежденным в своем праве. Именно это каким-то образом передавалось собеседнику — и тот подчинялся.

— Ладно. Как скажешь, — Юля поддалась.

Вадим ушел от Юли через полтора часа. Поначалу она и слышать не хотела, чтобы лечь с ним в постель. Но Вадим обсуждать вопрос не стал — просто начал ее раздевать. Правда, она не очень-то и сопротивлялась.

Любовные утехи доставили обоим настоящее наслаждение. Вадим дорвался наконец до женщины, которой дразнил себя так долго, а Юля, не остывшая от предыдущего свидания и вовсе им не удовлетворенная, просто получала долгожданное удовольствие.

Говорить после секса не хотелось. Оба все понимали без слов. Но страсть, простая животная страсть оказалась сильнее обид, ревности, здравого смысла и даже Юлиного расчета.

Одеваясь, обменивались какими-то полупустыми фразами о работе фирмы. Ни слова о новых встречах, о причинах расставания. Ну встретились и встретились.

Только раскрыв в машине еженедельник, Вадим сообразил, что, не предупредив, пропустил две встречи с весьма важными клиентами.

— Ну и черт с ними, — буркнул он себе под нос, поворачивая ключ зажигания.

Из офиса Вадим сразу позвонил домой Лере Скорник. Никто не взял трубку. Позвонил в ее консультацию. Ответили: «Сегодня не будет». В еженедельнике, в разделе «вечерние звонки» появилась новая запись — «Лера».

Клиентов сегодня больше не ожидалось. Вот-вот должен был вернуться с одного из своих объектов Аксельбант. Вадиму надо было выяснить, как продвигаются дела с новым зданием. Письмо Аксельбанта на имя Гавриила Попова уже пошло гулять по коридорам городской власти. Что происходит, Вадим не знал, но был уверен в Олеге. Этот наверняка подключил все свои связи, чтобы выбить здание. Больше ему помощь Осипова не нужна. Теперь Олег сделает вид, будто Вадиму принадлежит только идея, а дело провернул он сам.

Секретарша позвала Вадима к телефону. В голове мелькнуло: «А кто после первого июля меня звать будет?»

Пересекая адвокатскую комнату, Вадим вдруг подумал: «На хрена мне все это надо?! Зарабатывал спокойно адвокатским трудом, чего ввязался в эту фирму?» Подумал уже не в первый раз. И от Лены слышал этот вопрос уже раз десять. «На какой черт я себя загоняю, как лошадь?»

— Вадим? Это Оля Фомочкина. Мы с тобой у Ларисы Погодиной встречались. Помнишь?

— Да, конечно! Как дела? — Вадим мучительно пытался вспомнить, кто такая Оля Фомочкина. У Лариски на днях ождения всегда бывало не меньше двадцати человек. Всех не упомнишь.

— Спасибо, все нормально. Слушай, мне Таньку мою надо пристроить. Тебе не нужна?

— А что она закончила? — Вадим наконец вспомнил. Ольга — Ларискина одноклассница. Работала в библиотеке имени Ленина. А муж ее, кажется, затеял какой-то кооператив. Что-то с шиномонтажем. Он еще доставал всех вопросами на кухне, куда курить выходили. Зануда.

— Школу. В том-то и проблема. Поступать никуда не хочет. Уже, считай, год без дела проболталась. Сначала говорила — отдохну до следующего года, а там поступлю. А вот теперь год прошел, а она объявила, что пока не определилась. Пусть хоть поработает. Я считаю…

— А кем поработает? — Вадим решил, что пора прервать словесный поток собеседницы.

— Да хоть секретарем, хоть курьером. У тебя же фирма. Люди интересные. Может, на худой конец, замуж с толком выйдет. У тебя, наверняка, клиенты есть с положением…

— В смысле перспективные? — снова перебил Вадим.

— Да хоть бы и так!

— А внешне она ничего?

— Да ты что! Она второе место на конкурсе «Мисс Москва» взяла два года назад.

— На каком конкурсе?

— «Мисс Москва». Ну это такое мероприятие, где выбирают самых красивых девушек. Горком комсомола проводил. У нее коса до пояса, между прочим!

— Коса — это хорошо. А она секретарем работать-то хочет?

— Отец скажет — будет!

— Ладно. Думаю, годик у меня поработает, я ее в юристы сагитирую.

— Ну это было бы замечательно.

— Пускай завтра с утра приедет. Тебе сейчас секретарь даст адрес, — Вадим передал трубку секретарше.

«Нельзя отказываться от того, в чем тебе помогает судьба!» — подумал Осипов, возвращаясь к своему столу уже совсем в другом настроении.

— Так ты собираешься на работу выходить? — шутя, начал разговор с Лерой Вадим. Настроение было на редкость приподнятым. Он уже успел поесть, рассказать Лене про звонок Ольги Фомочкиной. Заметил, что событие это — знаковое, сама судьба на его стороне. Не успела уйти одна секретарша, уже приходит другая.

— А ты меня позвал? Я все-таки женщина, меня надо, если не соблазнить, то хотя бы позвать! — Лера отвечала в тон Вадиму. Она вообще, судя по всему, была баба веселая.

— Кстати, а ты знаешь, как зовут женщину, которая не делает минет?

— Как? — Лера была готова к любой шутке.

— А ее вообще не зовут!

Лера зашлась от смеха. Для нее, кажется, было неожиданным, что суперделовой Осипов может шутить.

— Сработаемся, Вадик! Когда приступать, гражданин начальник?

— К чему, моя девочка? Мы обозначили две темы.

— Поскольку начальником моим станешь только по работе, обсуждаем именно ее. А что до второй, — так можешь меня не звать!

— Сама придешь?

— Осипов, не хами!

— Ладно, проехали. Приходи завтра к двум.

— Договорились.

В два часа ночи Вадима и Лену разбудил звонок. Ленка рванула к телефону, на ходу причитая: «Что-то у моих случилось! Как чувствовала!» Но, взяв трубку, сразу расслабилась и стала махать рукой Вадиму, чтобы он быстрее подошел. Произнесла лишь одну фразу: «Just a moment, please».

На другом конце провода был Стэн. Он извинился за поздний звонок, но у них в Вашингтоне шесть вечера, а важное решение принято только что. Вот он и не стал тянуть до утра.

— Ничего страшного, — прокашлявшись, чтобы выгнать сон из голоса, отозвался Вадим. На всякий случай соврал: — Я еще не спал. Много работы. Сижу с бумагами.

— Я подключу Строя на конференцколл, если не возражаешь, — перешел на деловой тон Стэн.

Новость, которую сообщили Стэн и Дэвид, оказалась для Вадима крайне неожиданной. Суть сводилась к следующему. Поскольку для американской стороны было чрезвычайно важным присутствие Вадима в Москве на момент открытия их офиса, а раньше, чем через полгода, это не планировалось, они просили его приехать в Вашингтон, согласно контракту в начале июля, а следом Сашу. Это — первое. Второе. Стажером, который поедет с ним, может быть любое лицо. Однако у «Брайан энд Твид» есть одно условие и одно пожелание. Стажер обязательно должен свободно говорить по-английски. И хорошо бы это была женщина. Кстати, то же самое касается приезда Саши в январе девяносто первого. И еще. Если Вадима ждет работа в вашингтонском офисе «Брайана», то стажера в нью-йоркском.

Все сказанное настолько не соответствовало планам Вадима, настолько рушило придуманную им схему «развода» с Марленом, разделом фирмы, переездом в собственный офис с неизвестным пока адресом, что Вадим совершенно растерялся.

— А может ли наша сторона скорректировать ваши пожелания? — поинтересовался Вадим. Больше для того, чтобы потянуть время, чем всерьез рассчитывая на положительный ответ.

— Мы готовы рассматривать любые варианты, мы же партнеры, — ласково пропел Стэн. — Но как юрист ты понимаешь, что поскольку этот вопрос контрактом не оговорен, а приезд в США возможен только по официальному приглашению нашей стороны, то приехать сможет только тот, кто такое предложение получит. Сегодня Управляющий комитет принял решение, что первым получишь приглашение ты. Вопрос о том, кто едет вместе с тобой, оставлен на усмотрение советской стороны. Разве это не справедливо?

Вадим понял, что в этой части контракта он лопухнулся. Попросил Стэна позвонить ему завтра.

— Конечно, никаких проблем! Самый сердечный привет Саше и Лене, — Стэн отключился, даже не дав возможности попрощаться Дэвиду.

Первая реакция Лены была: «Не поеду!». И от Вадимовой растерянности не осталось и следа: Ленкина категоричность помогла ему собраться и соображать быстрее.

Оба закурили.

— Давай разберемся, что означает это предложение, — миролюбиво начал Вадим.

— Прежде всего оно означает, что тебя, Вадик, начинают пользовать, как хотят, — Лена была в бешенстве, и распалялась все жарче. — Второе, что я так и не начну работать. Я хотела с сентября вернуться к преподаванию. Я соскучилась по работе.

— Но деньги-то нам не нужны.

— Я понимаю. И не надо мне лишний раз напоминать, что моя зарплата в семейном бюджете — капля в море!

— Да я не к тому, Лен. Я же тебя не укоряю. Ты ведешь дом, занимаешься Машкой…