В овраге под горою, Под сенью бирюзовой Стоит мой теремок. Вечернею порою У окон вьются совы, Над кровлею дымок… Я одинок, как прежде, С надеждою земною В далекой стороне, И месяц надо мною В серебряной одежде Плывет по старине… И прежний сон мне снится, И так я счастлив снова В последний, может, раз: У окон плачут совы, Над кровлею зарница, На страже звездный час. И месяц, уплывая, Все ниже в тучах, ниже, И я в стране другой Тебя, друг, не увижу — Тебя я не узнаю, Друг, друг мой дорогой!.. 1912–1913 «Образ Троеручицы…»
Образ Троеручицы В горнице небесной В светлой ризе лучится Силою чудесной. Три руки у Богородицы В синий шелк одеты — Три пути от них расходятся По белому свету… К морю синему — к веселию Первый путь в начале… В лес да к темным елям в келию — Путь второй к печали. Третий путь — нехоженый, Взглянешь, и растает, Кем куда проложенный, То никто не знает. <1910> «По лесным полянам…»
По лесным полянам Вкруг родной деревни За густым туманом Ходит старец древний… Всюду сон глубокий От его улыбки, Под его рукою Опадают липки… Всюду сон глубокий От его улыбки… И бегут потоки За его клюкою… И висит иконой Месяц над полями, И кладет поклоны Старец мудрый, старый… И кладет поклоны Старец мудрый, старый За поля и яры В заревое пламя… Старец, старец древний По лесным полянам Вкруг родной деревни Ходит за туманом… 1912–1913 ДЕТСТВО
Помню, помню лес дремучий, Под босой ногою мхи, У крыльца ручей гремучий В ветках дремлющей ольхи… Помню: филины кричали, В темный лес я выходил, Бога строгого в печали О несбыточном молил. Дикий, хмурый в дымной хате Я один, как в сказке, рос, За окном стояли рати Старых сосен и берез… Помолюсь святой иконе На соломе чердака, Понесутся, словно кони, Надо мною облака… Заалеет из-за леса, Прянет ветер на крыльцо, Нежно гладя у навеса Мокрой лапой мне лицо. Завернется кучей листьев, Закружится возле пня, Поведет, тропы расчистив, Взявши за руку меня. Шел я в чаще, как в палате, Мимо ветер тучи нес, А кругом толпились рати Старых сосен и берез. Помню: темный лес, дремучий, Под босой ногою мхи, У крыльца ручей гремучий, Ветки дремлющей ольхи… <1910,1913> «Печаль, печаль в моем саду…»
Печаль, печаль в моем саду, Пришла тропой лесною… А сад мой цвел во всем году, Теперь завял весною… Не гнется легкая стрела На легком самостреле… Не слышно утром у села Серебряной свирели… Уж не гляжусь в лесной ручей, Проснувшись с песней птичьей… И не туманит мне очей Ни взор, ни стан девичий… Твердят: печаль — старик слепой! Кого же я, счастливый, Бродя поросшею тропой, Так долго жду у ивы? <1910> «У деревни вдоль тропинок…»
У деревни вдоль тропинок В старой роще, над лужком, Ходит тихий грустный инок, Подпираясь подожком. Вкруг него стоят березы Все в щебечущих синицах… А роса в лесу, как слезы, На серебряных ресницах. Что за звон в его лукошке? Это падают с осинок Бусы, кольца и сережки, Бисер утренних росинок. Опустилась непогода Над опавшими ветвями… Лес — как грозный воевода С опаленными бровями… Скатный жемчуг скромный инок Красным девушкам собрал По родителям поминок — Да дорогой растерял. <1910> «В золотом венце перелесица…»
В золотом венце перелесица Над холмами спящими… В золотых лучах полумесяца Старец проходит чащами. Кружатся елочки, сосенки, Свисли кудри охапками… Прыгают зайчики босеньки, Бьют в барабанчики лапками. В тихом поле над белыми шёлками Гаснут звезды синие… Вышел в поле старец с кошёлками, Светлый, верно от инея… <1910> ПРЕДУТРИЕ
У горних, у горних селений Стоят голубые сады — Пасутся в долине олени, В росе серебрятся следы. За ними светают овраги, Ложится туман на луга, И жемчугом утренней влаги Играют морей берега. Пасутся в тумане олени: И кто-то у горних излук Склонил золотые колени И поднял серебряный лук. <1910> ПЕСЕНКА О СЧАСТЬИ
У моей подруги на очах лучи, На плечах — узоры голубой парчи… У моей подруги облака — наряд, На груди подружки жемчуга горят… Я играю в гусли, сад мой стерегу, Ах, мой сад не в поле, сад мой не в лугу, Кто на свете счастлив? счастлив, верно, я, В тайный сад выходит горница моя!.. Счастлив я и в горе, глядя в тайный сад: В нем зари-подруги янтари висят, Ходят звезды-думы, грусть-туман плывет, В том тумане сердце-соловей поет… <1913,1922> «Вся она убрана кисеей венчальной…»
Вся она убрана кисеей венчальной; На заре я рано прихожу печальный, Рано из тумана прихожу к невесте, Приношу, печальный, радостные вести. Заиграю ль в гусли под окном у ивы: Радость моя, грусть ли, гусли мои, дивы. Песней сам зальюсь ли, сердцу сладко мнится: Мне играть всё в гусли, а тебе — томиться… <1910> МЕСЯЦ
Месяц, месяц, встань за ивой, Мне в разлуке тяжело!.. Друг весенний, луч пугливый, Вместе выйдем на село!.. Постучися у крылечка, Глянь на милую мою, Я ж у церкви недалечко В темных липах постою… Ночь по небу звезды кружит, Свежим полем шелестит — Ах, о чем, о чем же тужит И о ком она грустит… Посвети ей на колечко. Просияй в его кремне — Может, выйдет на крылечко, Может, вспомнит обо мне!.. Отвернется, не ответит, Не изменится в лице — Пусть у милой месяц светит Одиноко на крыльце!.. 1912–1913 РЫБАЧКА
Волны, волны, где вы были. Где, кого встречали — Лодки, чёлны, корабли ли Вы несли, качали, Али люди загадали На его могиле, Али люди сговорили На моей печали: Волны, волны, где вы были, Где, кого встречали? — Мы по бережку плескали, Пели песни хором, Жемчуга на дне искали С молодым помором… Ты затепли в полночь свечи Перед морем синим: Мы со дна его поднимем, Растрясем за плечи… 1910–1911 ЧЕРЕМУШКА
Пойте, птахи, около сада потаенного, Заманите сокола с неба полуденного!.. — Не глядите, очи, за море из светлицы девичьей: Есть царевич за морем, краше всех царевичей. — Легче ветра крылья сокола, перья в них узорные: Легче ж крыльев сокола крылья — брови черные. Ой ли, птахи-певушки: сокол бьет без промаху!.. Скройтесь, дружки-девушки, в белую черемуху!.. <1910> «Как мы были, пели в тихом саде…»
— Как мы были, пели в тихом саде, Парень с молодицей Поливали рано по росаде Ключевой водицей. — На грядах траву, цветы пололи, На заре с косами Вместе шли сырой межою в поле Между полосами. — Две тропы-дорожки в поле были, А теперь распались. Знать, они навеки полюбили, Коль навек расстались. <1910> «Запоют на пирушке обозы…»
Запоют на пирушке обозы Сквозь березовый частый лесок… Словно гость, под густые березы Присядет причесанный стог. Понаедут веселые сваты Без пути, без дороги — быльем, Скинут белые шапки у хаты Перед старым седым бобылем. Раскидают кафтаны, сермяги Всё на заячьем белом меху, Что одной-то полой на овраги, А другою по лесу, по мху… Посидят старики за ендовой, Посудачат старухи втишок — Не горюнься же, Месяц медовый, Невесты моей женишок! <1910, 1918> «Встал в овраге леший старый…»
Встал в овраге леший старый, Оживают кочки, пни… Вон с очей его огни Сыпятся по яру… Лист пробился на осине, В мох уходит лапоток, А у ног его поток, Сумрак синий-синий!.. Бродит он один по лесу, Свисли уши, как лопух, И поет глухарь-петух На плече у беса… А вверху, посередине Золотой весенний рог! Ой ли, вешний ветерок!.. Ой ты, сумрак синий!.. <1912–1913> «В облаках заревой огонек…»
В облаках заревой огонек, Потухает туманный денек. Повернула дорога во мглу… По селу Идет колдун в онучах, В онучах — в серых тучах… Борода у него — мелкий дождичек, В бороде у него — дуга-радуга, А в руках подожёк-подорожничек! — Собрался, старина, видно надолго… На прощанье махнул колдунок Над притихшим селом костылем — Пошатнулся окольный тынок, Быстрым зайцем шмыгнул ветерок, Закричал, закачал ковылем. Догорел в облаках огонек, Умер в поле денек… <1910,1918> «В очах — далекие края…»
В очах — далекие края, В руках моих — березка. Садятся птицы на меня, И зверь мне брат и тезка… Мне вешний ветер — поводырь, Попутчиками — тучи, И я крещусь, как богатырь, Среди полей могуче… Так, освежаясь под сосной, Сном кротким и веселым, Иду я раннею весной По деревням и селам… 1910–1911 «У оконницы моей…»
У оконницы моей Свищет старый соловей. На поляне у ворот Собирается народ. Говорят, что поутру Завтра рано я умру — Месяц выкует из звезд Надо мной высокий крест. Оттого-то вдоль полян Плыл серебряный туман, И звонили добела На селе колокола. <1910> «Сегодня вечером над горкой…»
Сегодня вечером над горкой Упали с криками грачи, И старый сад скороговоркой Будили в сумраке ручьи. Церковный пруд в снегу тяжелом Всю ночь ворочался и пух, А за соседним частоколом Кричал не вовремя петух. Пока весь снег в тумане таял, Я слушал, притаясь к окну. В тумане пес протяжно лаял На запоздавшую луну… <1910> «Над низким полем, из болота…»
Над низким полем, из болота, На пашню тянут кулики; Уж камышами вдоль реки Плывет с волною позолота… Туман ложится в отдаленье, Земля — горбом: свежа, черна, В меже соха, как привиденье, И вверх зубцами борона… Вдали леса, и, словно лица, Горят над ними купола, И тихо бродит вкруг села Серебряная мглица!.. Встает луна над крайней хатой, И, словно латы, возле хат На травке мокрой и хохлатой У окон лужицы лежат… <1910> ЛЕШИЙ
За туманной пеленою, На реке у края Он пасет себе ночное, На рожке играя. Он сидит нога на ногу Да молсёт осоку… Звезд на небе много, много, Высоко, высоко. — Ай-люли! Ай-люли! Весь в серебряной пыли Месяц пал на ковыли! — Ай-люли! Да ай-люли! Задремал в осоке леший — Старичок преклонный… А в бору пылают клены От столетней плеши… А в тумане над лугами Сбилось стадо в кучу, И бычок бодает тучу Красными рогами. <1910> «Снег обтаял под сосною…»
Снег обтаял под сосною, И тепло на мягком мху, Рано в утренник весною Над опушкою лесною Гаснут звезды наверху. Собралися зайцы грудой Под капелью и теплом, Громче дятел красногрудый Застучит в сухой и рудый Ствол со щелью и дуплом. И медведь с хребтом багровым Встал и щурится в лому,— По болотам, по дубровам Он бредет с тягучим ревом, Чтоб с очей согнать дрему. Как и я пойду весною В яр дремучий до зари Поглядеть, как никнет хвоя, Как в истоме клохчут сои И кружатся глухари. Как гуляет перед бором Чудный странничек в кустах: В золотых кудрях с пробором, В нарукавнице с узором, Со свирелкой на устах… <1913, 1918> ДЕВЯТЫЙ ВАЛ
Над волною в вышине Звезды и зарницы, Под волною в тишине Чудный свет таится! Там в лучах иной зари Жемчуга и янтари: Там под гул волны напевный Спит на дне царевна!.. У царевны плечи в пене, В пене белые колени, Стан ее волны стройнее, И туман плывет за нею, А коса у ней по стану Зеленей лесной поляны, А крутые груди в тине, А с печали очи сини!.. Ты гони, прибой, гони Сумрак в полуночи! Ты небесные огни Мне склони на очи! Ты прикрой меня, прибой, Пеленою голубой. Я люблю твой гул напевный И твою царевну!.. <1913> БОВА
С снегов И льдин, С нагих плечей Высоких гор, В сырой простор Степей, лугов, Полян, Долин Плывет туман, Ночей Убор — Шатер Седых богатырей. В дальней, дальней стороне, Где светает синева, Где синеет Торова, В красном лисьем зипуне Выезжает на коне Из грозовых туч Бова. Колосится над луной Звезд высоких полоса, Под туманной пеленой Спит приморская коса… Облака, как паруса Над вспененною волной… И стучит студеный ключ В звонком, горном хрустале, И сверкает булава, И, спускаясь по скале, Выезжает из-за туч К морю синему Бова… Над пучиной на волне Диво Дивное сидит, Вдоль по морю на коне Диво новое катит… Озарилися луга, Загорелися леса, И согнулась в небеса Разноцветная дуга… В колесницу бьется вал, И среди пучин упал В набегающий прибой Край одежды голубой: Скачет Диво и, гоня Непокорного коня, Отряхает с бороды Волн бушующих ряды И над утренней звездой Машет шелковой уздой… Пролетела бирюзою Стая трепетных зарниц, И серебряной слезою С тихо дремлющих ресниц Голубеющих небес Месяц канул в дальний лес… Вот у царственных палат Море синее стоит, У расписанных ворот Водят волны хоровод, И Бова из тяжких лат Коня досыта поит… По хоромам на боках Под туманом темный сад, Облака в саду висят, На пушистых облаках Дуги-радуги горят… Вот у самых у хором Луг зеленый лег ковром, На морские берега Трубят медные рога, Королевна в терему Улыбается ему, Белой ручкою зовет, Манит коня к закрому, Меру зерен подает. Очи — свежая роса, Брови — словно паруса, Накрененные волной Над прозрачной глубиной… Речи — птичьи голоса, Косы — темные леса, И легка, как облака, Белоснежная рука… На пиру Бова сам-друг, Головой у белых плеч, Отдал латы, лук и меч, Пьет и ест из белых рук… На шелковом поводу Ходит конь в густом саду, А седые сторожа, Очи старые смежа, Важно гладят у ворот Вдоль серебряных бород… На пиру Бова сам-друг, Пьет и ест из белых рук, Королевна в терему Улыбается ему, Подливает в чашу мед. Тихо песенку поет: — Я царевна-королевна, В терему одна живу… Полонила я недавно Королевича-Бову. Потерял он коня в сече, Меч каленый заковал, Его латами играет Голубой, далекий вал… Широко кругом, богато, Всё одето в синеву, Не скажу, кого люблю я — Королевича-Бову! Где лежит он — золотая В небо выросла гора… Я умру — велю насыпать Рядом гору серебра! Я царевна-королевна, В терему одна живу, Хоронила я недавно Королевича-Бову… Где гаснут звезды на заре, Где рассветает синева, Один в туманном серебре Спит очарованный Бова… Из очарованных очей Течет серебряный ручей, С его могучей головы Волна широкая кудрей Лежит в долинах меж травы И стелется по дну морей… Цветут цветы у алых губ, Из сердца вырос крепкий дуб! Высоко в небе дуб стоит, Над ним, прозрачна и светла, Корона звездная горит, А корни омывает мгла И глубина земли таит… В его ветвях станицы сов Жестокой тешатся игрой, Когда вечернею порой Они слетятся из лесов Делить добычу над горой: Так жутко слушать их полет, Следить их медленную тень — С их черных крыльев мрак плывет Над снами дальних деревень, Забывших навсегда Бову И в снах своих, и наяву… <1910, 1918> САДКО
Вдоль по морю, морю синему,
Ай-да по морю Хвалынскому…
Хороводная песня — Ты волна моя, волна, Уж ты что, волна, хмельна — Что серебряная чарочка полна, Золотая, что не выпита до дна! — Что под тучею кипучая шумна, Что под бурею ты, хмурая, темна — Ты почто встаешь, студеная, со дна, Не качай, волна, суденышка-судна! — Ты прими-прими слезу мою, волна: Ой, слеза моя горюча, солена — Ой, серебряная чарочка полна, Золотая, ой, не выпита до дна! — Ты волна, моя подруженька, волна, Ты туманная морская глубина — Не топи, волна строптивая, челна, Ты не выплесни из чарочки вина: Ой, серебряная чарочка полна, Золотая да не допита до дна. Побывал Садко за горами, Далеко он был за ярами, За туманными озерами — Воротился он с поклажею, Он пригнал суда с товарами: Вот Садок перед княгинею Разметал пухи лебяжие, Раскидал атласы синие И в весельи белолицую Потешает небылицею: — Как у сама синя моря Над волнами сели сидни, Перед ними шумны, сини Ходят волны на дозоре! — А те сидни — старцы, старичи, Им упали кудри на плечи, А на кудрях венцы царские, Великанские, бухарские — Венцы с камнями лучистыми, С бирюзами, аметистами! Гром им, старцам, кличет на ухо, Да забиты уши наглухо, Завалёны плечи камнями, Поросли лесами давними!.. И шумят леса дремучие, И стоят в лесах под тучею Ели — пиками зелеными, А дубы меж пик — знаменами!.. Дремлют сидни — старцы стареньки, Вдоль ресниц растут кустарники: Ой, в кустах — ехидна злючая, Пьет с очей слезу горючую — А и очи с грустью, с кротостью, Обведёны очи пропастью,— Черной пропастью, провалами!.. А уста приперты скалами!.. Побывал Садко за горами, Далеко он был за ярами, За шумливыми озерами!.. Вот Садок перед боярами Машет шапкою заморскою В красном поясе, как в полыме: Он катит речьми веселыми, Серебро складает горсткою, Да звенит писными чарами Перед старыми гуслярами: — Ой, бояры — седы бороды! Ой, гусляры вы прохожие, Станьте, стары, с песни молоды, Станьте девицы пригожее! …Разглядел Садок за старыми, За седыми, белоусыми Распознал царевну кроткую, И запел Садко с кручиною, На руках играя бусами: — Вдоль по морю над пучиною Корабли плывут за лодкою, А молодке Страшно в лодке, В малой лодке страшно, боязно Над пучиной синей, грозною: Нагоняют ее молодцы, Не женаты да не холосты — А один сидит за чашею, Море синее упрашивая: «Гой ты море, море синее, Ты, с пучиною-сестрицею, С городами, с ее весями! Всё отдам тебе, всё кину я, Отдарю тебя сторицею — Серебром моим да песнями!!. На могилу бати с маменькой Вынь мне илу со дна темного — Дна морского, белозёмного! Еще вынеси жемчужину Ради ручки белой, маленькой Моей суженой, растуженой!» Ой ты, море-мореваньице! В тебе, море, спозараньица Грозный вал гремит, как палица: То-то молодец печалится, То-то, чару выпиваючи, Уронил он кудри на очи!.. — Корабль мой, корабель! Корабль мне колыбель! Легко мое кормило И милее милой! Ярки звезды в вышине, Но в туманной тишине За волной-могилой Свет таится милый, И в лучах иной зари Жемчуга и янтари… — Корабль мой, корабель! Корабль мне колыбель! А саван мой — ветрило, А волна — могила! Ты прикрой меня, прибой, Пеленою голубой,— Ты гони, прибой, гони Сумрак в полуночи И небесные огни Мне склони на очи! 1911–1914? КОЛЬЦО ЛАДЫ
«На поляне, на поляне…»
На поляне, на поляне Вкруг костра веселый крик, На костре худые сани, В санях парень и старик… Старина сидит на плахе, Занесла его метель, Парень в вышитой рубахе И свирель в руке, и хмель… Старый трубит в рог коровий, Сыпят искры с армяка, А у парня круты брови, В кольцах белая рука… Песни, пляска на поляне, Старый, старый трубит в рог! Ярый змей пополз под сани И в костре, свернувшись, лег… Машет шапкой запевало, И сама поет свирель, А вокруг рубахи алой Обвился огнёвый хмель… Старый обнял молодого, И сгорел костер дотла… Ночью искры на дорогу Рассыпались у села. Ночью ясной, ночью ясной Обвивал сырой пенек Огонек, как пояс красный, Тлел, как уголь, перстенек. <1913> «Вышла Лада на крылечко…»
Вышла Лада на крылечко, Уронила перстенек, Бирюзовое колечко, За березовый пенек. Покатилося далечко Бирюзовое колечко: Где овраги, где луга, Где дремучий, темный лес, Где огорок до небес, Запеленатый в снега. Зашумел в полночи яр, Заворочались снега. Повалил из синяга — Белый пар. А с зарею за горой, В мгле туманной и сырой Вышел дед из-за лесов: Отряхнул с седых усов На прорвавшийся ручей Стаю первую грачей… В тихой утренней красе Ранней утренней зари Он прошел по полосе И развесил янтари… Посидел он под горой, Поглядел он под уклон И сложил земле сырой Во все стороны поклон! <1910,1918> «Сквозь весенний сумрак синий…»
Сквозь весенний сумрак синий Шел дед тихо из пустыни, Опершись на посошок… Вот и в поле словно пламя: Громко хлопает крылами И порхает петушок. Поклонился дед до земи И серебряное семя Разбросал вкруг петуха: Пой ты, петел, на нашесте, Замани, закличь невесте Издалеча жениха! Крепко спится вешним утром: Солнце катится по краю Над рекой, а у ворот Дед сидит, перебирая Гусли с частым перламутром, А под них петух поет: Ой ты, лютая зима! Погуляла вдоль села: Подобрала закрома, Все сусеки подмела!.. Скоро Богу помоляся, Собиралась восвояси: Шубу белую, дубленую Уложила в сундуки, Лишь подкладочку зеленую Обронила у реки… <1913,1918> ПОЛЫНЬЯ
Речка быстрая, Вода чистая… Песня В речку клонится дубрава, В полынье лежит Купава: Глыбко в речке посреди, Тёмно в глуби водяной, Грустно девице одной: Шелестят речные травы У Купавы На груди… Не шумит в реке водица: Крепко спит в ней молодица, Не шумит волна в реке, Сон девичий сторожа: Руки белые сложа, Крепко спит она в пучине В мягкой тине И песке. <1913> «Мокрый снег поутру выпал…»
Мокрый снег поутру выпал, Каплет с крыши у окна. На оконницу насыпал Дед поутру толокна… Толокно объяло пламя, Толокно петух клюет И в окно стучит крылами, И, нахохлившись, поет. Ленту алую вплетая, Села Лада у окна: — Здравствуй, тучка золотая. Солнце-странничек, весна!.. Светит перстень на оконце: За окном бегут ручьи, Высоко гуляет солнце, Кружат стаями грачи… Далеко ж в дали веселой. Словно вешние стада, Разбеглись деревни, села И большие города! А оконце всё в узоре За туманной пеленой, Словно сон, синеет море, А за морем край земной… <1913> ПОЛОВОДЬЕ
Вышла Лада на крылечко, Уронила перстенек, Бирюзовое колечко, За березовый пенек: — Покатись-катись, колечко. За околицу на речку! Есть в речной глуби темница, В ней сестрица сном томится, Ты сестричку разбуди И в морской волне умыться К морю синему сведи! Побежала за колечком Быстроногая сестрица В белом платьице из ситца — А за ней коса тащится По ручьям, по быстрым речкам… Пал туман густой, стемнело, Дед у летошних стогов Слушал, как река шумела, Выходя из берегов. Из лесов сбегались лоси На речные берега Вешних вод испить на плесе, Окунуть в реку рога… Будут их рога сильнее, Тверже поступь средь трясин! Будет глубже и синее Над вершинами осин! Поутру в реку повисло Серых уток коромысло, И сестру на тонкой льдине Провожать в далекий плен Лада вплоть до речки синей По дубовой шла кладине, Подоткнувшись до колен!.. <1910–1912,1918> КУПАВА
Плачет у моря девица, Морю синему дивится: — Ой ты, море голубое! Вы, приливы! Вы, прибои!.. Смотрит девица в печали: Ходит по морю волна, Челн у моря на причале, Облак — парус у челна… Прикатился вал гремучий И прилег на берега, Оглянулась — лес дремучий И туманятся луга… Ходит бережком Купава, Мнет шелковую траву… Месяц в звездах, словно пава, Выплывает в синеву. Плачет у моря девица, Морю синему дивится: — Ой ты, море голубое! Вы, приливы! Вы, прибои! Схороните под собою, Скройте в синюю пучину Девичью кручину!.. Ходит бережком девица, Морю синему дивится, В волны с берега глядится Поглядела и вздохнула, Отвернулась и нырнула В голубую глубину Под высокую волну! <1910–1913,1918> «Как чугунным языком…»
Как чугунным языком Дили-бом, Дили-бам, По серебряным губам! В небе — ранние лучи, В жарких печах по избам — Подовые куличи… Выходи скорей, народ! Колокольчики-ключи Словно тройка у ворот! Дили-бом! Дили-бом! Падай, падай, медный гром, На ленивый чернозем!.. Там в синеющих лугах, Где колышутся леса — На серебряных рогах, Обращенных в небеса, Туча с громом и дождем! Дили-бом! Дили-бом! Дили-бам! Дили-бам! Всё чугунным языком По серебряным губам! <1910> «Повязалась Лада…»
Повязалась Лада Шелковым платком, Ходит Лада в поле С липовым лотком. Ходит Лада — сеет, Вкруг нее синеет. Взборонена борозда, Что ни зернышко — звезда!.. Ходит Лада в поле С липовым лотком, По росе ступает Мягким лапотком. Ходит Лада — сеет, Вкруг нее синеет. Из-под белого платка Выплывают облака! <1910> ВЕСЕННИЙ ГРОМ
Как ударил — зазвенело, Вся земля зазеленела. С тучи дождики полились, Девки выбегли — умылись, Чтоб расти красней да выше: — Лейся, дождик, лейся лише! И разлились водополи В темном лесе, в чистом поле Серебром!.. И гудит весенний гром!.. <1913> ДЕДОВА ПАХОТА
Бел туман спадает с выси, На селе кричат грачи, В седины его вплелися Солнца раннего лучи! Коня ивинкой сухою Понукает он порой… Славны думы за сохою! Светлы очи пред зарей! Запахал дед озимое, Поясной поклон сложил, Обошел кругом с сумою, Хлебной крошкой обсорил. За день дед не сел у пашни, Распрямился и окреп… Тепел вечер был вчерашний. Мягок будет черный хлеб! Не с того ли яровая В поле скатерть за селом… Будет всем по караваю! Всем по чарке за столом!.. <1912> «Лада плавает в затоне…»
Над серебряной рекой На златом песочке… Песня Лада плавает в затоне, В очарованной тиши… Над рекой рыбачьи тони И стеною камыши… И в затоне, как в сулее, Словно в чаше средь полей, Лада краше, веселее, Веселее и белей… В речку Лада окунулась, Поглядела в синеву, Что-то вспомнилось — взгрустнулось, Что не сбылось наяву… Будто камушки бросая, Лада смотрится в реку, И скользит нога босая Снова в реку по песку… Лада к ивушке присела, И над нею меж ветвей Зыбь туманная висела, Пел печально соловей… И волна с волной шепталась И катились жемчуга, Где зарей она купалась, По-за краю бочага. А вокруг нее русалки, Встав с туманами из вод. По кустам играли в салки И водили хоровод… <1912> ОТБОРОНЬЕ
Как ширинка, на горе Луговина зацвела, В темной туче ввечере Мимо тихого села Дед проехал стороной С огневою бороной… Под горою у реки В полночь дед коня поил; Бил копытом в берег конь, Пока дед сам из руки, Заплеснув воды в ладонь, Синей речки не испил: Затянулась речка мглой, Дед сложил поклон земной На четыре стороны, И всю ночь у бороны В зубьях, вытертых землей, Полыхал вдали огонь… <1913> «Сумрак сизый на дозоре…»
Сумрак сизый на дозоре, Настороже у ворот, Только в утренние зори Соловей в саду поет! И на посвист соловьиный, Лишь спадет туман седой, Потаенною тропиной Ходит Лада за водой: На ходу скрипит ведерце, А в саду роса блестит, И о чем у тайной дверцы Сердце девичье грустит?.. Позабыв о коромысле И не сняв его с плеча, Смотрит Лада, как повисли Листья, плача и шепча! <1913> РАДУГА
Выпал дождик теплый, летний, Побежала Лада к плетню, Видит Лада верею У деревни на краю: — Радуга-верея, Золоты узоры! Укажи по лугу, Проведи по бору, Где дойти скорее, Где найти мне друга! Высоко стоит верея: Лес качается под нею, Весь в огне туманный луг — Где же, Лада, милый друг?.. <1913> «В хороводе Лада ходит…»
Как у наших у ворот Собирался хоровод… Песня В хороводе Лада ходит, Белой, белой ручкой водит — Следом парень разудалый, Парень, парень холостой: — Ой, красавушка, постой! Погоди-постой чуток: Не стеряла ль ленты алой, Не сронила ль ты платок!.. Ходит Лада павой, павой, Машет ручкой правой, правой, Жмет платочек на груди — Забегает парень русый, Закликает паренек: — Ты постой да погоди! Не сронила ли ты бусы, Не стеряла ли серег! Ходит Лада павой, павой, С белой ручкой на груди: — Ой, кудряый! Ой, кудрявый, Завтра рано приходи!.. Приходи с косой точеной, Покоси мой луг зеленый: Я в лугу-лугу гуляла, Луговой травой ходила, И не серьги, не платок, И не бусы я сронила — Обронила-потеряла Бюрюзовый перстенек!.. <1913,1918> «Поздно дед пришел с покоса…»
Поздно дед пришел с покоса, Дед метал последний стог — Долго, долго бил он косу И молился на восток… Глядь, под лесенкой крутою Стол новинкою накрыт. На столе с густой сытою Ковшик кованый стоит… Дед присел к студеной браге И за бражкой не устал: Меж осинками в овраге Хмель волшебный вырастал!.. Холодок в тесовых сенях, В поле, верно, хлеб поспел — Вспомнил дед о днях весенних И вполголоса запел! В темных сенях хмель на сусле Пролежал, знать, круглый год: Не с того ль играют гусли? Не с того ли дед поет?.. Все у деда чередою: Выпил — ковшик кверху дном, Вытер губы бородою И заснул великим сном! <1913> ЗОРЯНИЦА
Луг в туманы нарядился, В небе месяц народился И серпом лег у межи,— Над серпом горят зарницы, Зорят жито и пшеницу. Бьются крыльями во ржи! Стог, как дружка, на поляне, И бока его в росе, Звезды клонятся в тумане, Скоро выйдут поселяне И согнутся в полосе! И, до вечера на жнитве Не сложа усталых рук, В громкой песне и молитве Будут славить дедов плуг!.. <1912> «Отряхнула Лада росу…»
Отряхнула Лада росу Против дедовой меты, Заплела в косу колосья И с колосьями цветы… Встала Лада на колени. Завила во ржи венцы, Уж выходят из деревни Сквозь густой туман жнецы! Сквозь туман плывет прохлада, Вот, махнув во ржи серпом, Лада жниц, жнецов встречает На плечах с большим снопом! Груди девичьи окрепнут И покроет щеки пух, Под узорною каймою На зною зайдется дух, Загорят босые ноги, И в истоме у тропы Свалит Ладу сон глубокий На тяжелые снопы! <1913> «Пахнет по полю полынью…»
Пахнет по полю полынью, Пахнет белою медынью, Красной липкою дремой, Аль отрада? Аль унынье? Тихо Лада Шла домой… Над рекой туман косматый, Пахнет, пахнет в поле мятой, Плачет перепел во ржи, Луг покошен, рожь пожата, Месяц клонится щербатый В васильки сырой межи… Пахнет мятой и дремою. Под вечерней полутьмою Крикнул нехотя петух. Сжата греча, Озимое, И далеча Серп потух!.. <1912–1913> «Синий дым по луговине…»
Синий дым по луговине, В ряд сидят снопы в овине, Дремлет дед за камельком, Звезды падают мельком… Звезды катятся вчастую, Словно искры от кремня, За деревню в рожь густую, На ометы ячменя… Сколько, сколько лет прожито! Горсть у деда, как сусек: Сколько ржи, овса и жита Помолочено за век!.. Синий дым по луговине, В ряд сидят снопы в овине, Звезды падают мельком, Дремлет дед за камельком… Вот и ток весь в изумруде, Словно песня, стук цепов. И играет солнце в груде Обмолоченных снопов!.. И растет под головою Ворох спелого пшена… Деду грезится былое: На деревне — тишина!.. <1913> ЛЕН
Боронил дед зараня Под весенний гром, Рано рожь-боярыня Вышла из хором!.. Пред ее палатою С горы под уклон Вывел рать кудлатую Полководец-лен! — Лен, мой лен! Мой зеленый лен! Зорил с заряницею, Сеял из кошла, Рожь с княжной-пшеницею На гумно пришла! Гости меж овинами, Шапки набекрень! Здравствуй, лен с новинами, С бражкою ячмень! Лен, мой лен! Ой, зеленый лен! Заварит дед солоду На весь белый свет — Пелось, пилось смолоду: Ой ли, люли, дед! Не твоя ли пашенка Средь поля пуста, Пашенка-монашенка, Пустырь-сирота! Лен, мой лен! Ой ли, люли, лен! <1913>
