Блуждающие тени

 Последнее, что я увидел, это как мой слизняк раздулся раза в три и запульсировал с такой скоростью, что, его пульсации перестали быть видны, такое впечатление было, что он просто завизжал, перекачивая энергию от полковника ко мне. Это меня спасло, а полковника убило - фактически, он убил самого себя, заставив мою чёрную сущность активизироваться в попытке очень быстро восстановить моё здоровье, конечно, за счёт его жизни, а жизни оставалось немного - за два с половиной месяца слизняк успел забрать у него всё здоровье.

Полковник умер на месте, но я этого не видел, потеряв сознание.

Очнулся я уже в больнице, под охраной милиционеров, стоящих у изголовья, и первое, что увидел над собой - шар головы следователя:

- Очнулся? Давай поговорим с тобой, расскажешь, как дело было - капитан милиции сидел рядом со мной и с интересом смотрел на меня - самое главное, что мне скажи - как это получилось, что в тебя всадили две пули калибра девять миллиметров, а ты остался жив, и при этом раны твои выглядят, как будто ты был ранен лет десять назад? А? Пояснишь? Пули остались в тебе и каким-то образом зависли в теле, не мешают тебе жить. Как это может быть? И вообще - с чего вдруг полковник стал в тебя стрелять, чуть не с порога? Тут ходят странные про тебя слухи - информация просто потрясающая, как в передаче про таинственные явления на рентиви...ну так что, пояснишь мне что-то?

- Ну а что пояснять-то - с недоумением сказал я - ну начал ваш этот придурок стрелять в меня, почему - не знаю. Я упал, очнулся...хммм..ну не гипс, да - палата вот эта. Сами-то вы хоть знаете, что с ним случилось, чего он спятил?

- Знаем - неохотно ответил, после непродолжительного молчания капитан - у него был рак мозга на последней стадии, скоротечный, с метастазами везде, где только можно и нельзя. Так почему он стал в тебя палить?

- Извините - ну вы же взрослый человек - у человека рак мозга, он медленно или быстро сходит с ума - я-то как вам могу пояснить, что было у него в мыслях?

- Да, мне говорили сотрудники сизо, что ты умеешь говорить - сокамерники о тебе докладывали. Но так же они докладывали, что ты там занимался снятием проклятий, и вроде как, они боялись, что ты можешь их насылать, это так? Фактически, ты можешь убивать людей, насылая на них проклятие, на расстоянии, и так, что все будут считать это естественной гибелью, это верно?

Я замер. Внутри у меня захолодело, я разглядывал гладкое лицо следователя, его короткую спортивную причёску и соображал - тут что-то не то! Как они меня вычислили?! Потом в голову пришла мысль - это не следователь.

- Вы кто такой? Покажите мне свои документы - удостоверение там, или ещё что-то, иначе дальше я с вами не буду разговаривать!

- Вот моё удостоверение - следователь достал красную книжечку и помахал ей перед моим лицом - ну что, успокоился? Решил, что тебя бандиты, что ли, похитили? Нет, братец, бандитам мы тебя не дадим. Знаем мы всё про тебя - знаем, как лечил в своей квартире, как полковник на тебя наехал, знаем, что ходил ты к психиатрам в больницу - засветился ты по полной, и деваться тебе некуда. Поступаешь ты в отдел специальных мероприятий при...хммм...да не нужно тебе это знать - где это при. А то, что ты будешь делать - наверное догадываешься. И давай без глупостей - твоя мать сейчас находится у нас, и если ты взбрыкнёшь, попытаешься, например, наслать проклятие на меня или на других сотрудников - твоя мать погибнет. Смотри сюда - 'Следователь' достал из сумки планшетник, пощёлкал клавишами и на экране появилось лицо моей матери:

- Сынок, со мной всё в порядке, я нахожусь в хорошем месте, обо мне заботятся. Пожалуйста, сделай всё, что они просят! Я тебя люблю и мы скоро увидимся

Мать говорила монотонно, как неживая, похоже - её напичкали какими-то наркотиками или психотропными средствами. У меня заныло сердце - единственно, на чём они меня могли взять - это мать. И они поймали меня...

'Следователь' закрыл планшетник и доброжелательно, практически любя, сказал:

- Не беспокойся - всё будет нормально! Ты получишь всё, что хочешь, будешь жить в достатке, получать деньги на счёт. А когда отработаешь положенное время - тебя отпустят, здорового и весёлого! Будешь жить-поживать на свои денежки с мамой и с кем там захочешь, и всё, никаких проблем! Ну всё, отдыхай, а наши ребята тебя пока постерегут - чтобы ты чего-нибудь не выкинул, говорят, ты парнишка хоть и тихушник, но строптивый, как чёрт. Отдохни, а завтра врачи тебя посмотрят и скажут - в каком ты состоянии, и можно ли начинать с тобой работу. Какую работу? Увидишь. Теперь ты боец спецподразделения 'Ночь'. Гордись!

'Следователь', усчмехнувшись, вышел из комнаты, а я с горечью подумал: вот нахрена мне это всё надо было? Ну зачем, зачем я полез обеими своими погаными ручками в тот телевизор? Ииииэээххх...

Глава 3  

Долго я в палате не залежался - меня поволокли на обследования - брали кровь, просвечивали мозг, руки-ноги, всё тело моё исследовали как подопытную собачку, не отвечая ни на какие вопросы.

Я вообще не знал, где нахожусь - то ли подземелье, то ли высоко над землёй, а может под водой - да чёрт их знает! Эти грёбаные врачи - или не врачи? - молча, как автоматы, бегали вокруг меня и только подавали однообразные короткие реплики - подержи то, подержи сё, наклонись, выпрямись, не дыши - дыши.

Аппаратура, которую они использовали, была мне незнакома, одно было ясно - эти приборы очень дороги и вряд ли стоят в районной больнице города Заплюевска.

Столько исследований моё тело не видело никогда - тем более, что я и болеть-то не особо болел...

В конце всех процедур меня повели в небольшую комнату, обставленную аскетично, но стильно - кресло из белой кожи, столик из толстого тёмного стекла, какие-то картинки на стенах - всё в тон, всё нарядно и даже на вид дорого. Там сидел приятный мужчина лет пятидесяти, с седоватыми волосами и голубыми пронзительными глазами, смотревшими весело и немного с насмешкой.

- Прветствую вас, молодой человек. Вас звать Пётр, насколько мне известно. Меня - Алексей Фёдорович. Я ваш куратор по паранормальным явлениям группы 'Ночь'. Присаживайтесь, поговорим. Итак, насколько я знаю, вы обладаете способностью напускать порчу на людей, с тем, чтобы они теряли здоровье и умирали. Расскажите мне с самого начала - откуда у вас взялась эта способность? Чувствовали ли в детстве свою необычность? Бывали ли у вас в роду такие аномальные способности? - он расположился поудобнее и закинул ногу на ногу - не спешите, у нас много времени - рассказывайте всё, с самого начала.

И я рассказал. Всё. Или - почти всё. Зачем им знать, что я могу видеть картинки, или же, что я могу взглядом остановить человека? Чем больше у меня есть неизвестных им способностей, тем сильнее я буду против них. Никакой уверенности в том, что спецслужбы - а это были именно они - отпустят меня хоть когда-нибудь у меня не было совершенно - да, я не сталкивался с ними никогда в своей жизни (если только в булочной, в дверях), но то, что войти сюда можно, а выйти нет - об этом рассказывали тысячи книг и документальных свидетельств. Нет бывших шпионов, как нет бывших ментов - профессия навсегда накладывает отпечаток на человека.

 В общем, я рассказал ему про слизняков, про лечение, про напускание слизняка - только сразу предупредил, что напускать слизня осмысленно я не могу - у меня получилось это один раз, и то, когда я был в страшной ярости и ненавидел этого человека. Поэтому - скорее всего, пользы от меня будет мало. Вот снять слизня - пожалуйста, а напустить его - это не очень-то в моих силах.

Послушав мой рассказ, куратор недолго помолчал, потом усмехнулся как-то грустно и сказал:

- Мы тебе поможем развить свой талант - хочешь ты этого, или не хочешь, не беспокойся. Мне кажется ты парень неглупый, и даже себе на уме, так вот, я без обиняков сразу хочу тебе сказать - жизнь твоей матери зависит от того, как ты себя поведёшь - пока ты слушаешься - жива и она, если мы придём к мнению, что ты бесполезен, что ты сопротивляешься обучению и нашим указаниям - матери будет плохо, а тебя могут выкинуть с промытыми мозгами, с лоботомией на улицу. Мы же не можем оставить на свободе - и не на свободе тоже - здорового колдуна-монстра, способного убить любого человека, в том числе из руководства страны? Или ты у нас под контролем и подчиняешься нашим указаниям, или ты умираешь, превращаешься в овощ, исчезаешь. Тебе это понятно? Помнишь кино 'Никита'? так вот, ты сейчас наша Никита, более того - от тебя зависит жизнь твоей матери, и если надо будет тебя сломать - мы ни минуты не будем колебаться и сделаем это, с помощью твоей матери, используя её. Извини, Пётр - таковы правила игры. Ты не в то время и не в том месте...сунул пальцы в розетку. Мне жаль тебя, но если нужно будет для дел, я лично перережу горло тебе и твоей матери.

- И после этого вы говорите, что наше государство правовое, и что у нас всё по закону? - со злобной досадой выдавил из себя я, кипя от бессильной ярости - а что будет, если я сейчас напущу на вас порчу, и вы будете умирать в корчах много дней, зная, что никто не сможет её снять? Вот прямо сейчас напущу - не боитесь?

- Боюсь - спокойно сказал куратор - но это моя работа, а если ты это сделаешь, твою мать убьют медленно и мучительно, и покажут тебе фильм, как это делали, и ты запомнишь на всю жизнь, как убил свою мать. Если тебя оставят жить. Кроме того - найдут всех твоих родственников - да что их искать? Все они известны. Тётки, двоюродные и троюродные братья - погибнут все. Ты их фактически убьёшь. Ты ещё хочешь напустить на меня порчу?

- Хочу. Но не напущу. Я вас ненавижу - вы даже хуже этого сраного полковника - он был просто мздоимцем, подлецом, а вы реально нелюди.

- Согласен. Иногда я сам себя ненавижу...а что делать? Так получилось. Ты не один в группе - там есть ещё люди с паранормальными явлениями - гипнотизёры, экстрасенсы - не те придурки, что устраивают клоунады на телевизионном экране - нет, настоящие экстрасенсы - ты с ними познакомишься. Заодно и проверим, как на тебя действует тот же гипноз. Кроме тренировок по экстрасенсорике, ты пройдёшь полный курс обучения диверсанта-разведчика. Что толку от твоего проклятия, если ты не сможешь подойти вплотную, на рабочее расстояние к объекту нападения? И зачем нам терять ценного агента, если ты не сможешь уйти с места происшествия? Ты получишь полный курс - тебя будут учить переодеваться, менять внешность, добывать документы, убивать людей голыми руками и подручными предметами, стрелять, метать ножи, ездить на всех видах транспорта. Хочешь стать Джеймсом Бондом? Неужто нет? А! - ты хочешь свернуть мне шею? Ну что же - и шею сворачивать тебе придётся. Будет такая возможность. Отмечу хорошее - у тебя будет столько денег, сколько тебе надо - дорогая машина, квартира или дом, путешествия за границу, красивые женщины - плата только одна - в определённый момент, ты напускаешь порчу на того, на кого мы укажем. Без вопросов и сомнений. Все сомнения будут расцениваться как предательство и ты, или твоя мать, будут наказаны. Запомни ещё раз и забудь о бегстве или каких-то вредоносных действий в отношении кураторов группы 'Ночь' - ты наш. Навсегда. Не обольщайся, что отсюда куда-то там сбегают - не сбегают. Из тюрьмы можно сбежать, из психушки, откуда угодно - от нас - нет. Тебя найдут всегда и везде на этой Земле, в любом её уголке. И расплата будет страшной.

Куратор помолчал. Его жёсткие, как ледяные иглы, глаза потеплели и он усмехнулся:

- Да ну чего мы заладили - расплата, расплата - гляди - ты жив, здоров, чистый, сытый, впереди интересная жизнь - чего печалиться? Сейчас ты пройдёшь в один кабинет - будет немного больно, потерпи. Пошли за мной.

Куратор поднялся и вышел из кабинета, дождавшись, когда я поднимусь и пойду за ним.

Недолго прошагав по коридору я оказался в белоснежной комнате, по типу операционной, в которой стоял стол , над которым горели мощные светильники и вокруг стояли двое людей в хирургических масках и костюмах.

- Снимай рубаху и ложись на стол. Сейчас будет немного больно, но придётся потерпеть, это необходимо.

С замиранием сердца я стащил с себя полотняную рубаху, улёгся на живот и стал ждать. Стоявшие справа и слева прихватили мои руки ремнями, закрепили ноги, голову, и один из них протёр мне резко пахнущей жидкостью место где-то у левой лопаткой. Затем последовала резкая, шипучая боль - у меня даже искры из глаза посыпались и закапали нежданные слёзы, и всё прекратилось. Мне залепили место укола пластырем, развязали, и я кривясь и морщась оделся.

- Вот теперь, уважаемый Колдун - кстати, ты так и проходишь теперь по нашим документам - мы будем знать всегда, где ты находишься, с кем ты находишься и слышать все твои разговоры. Это сделано для нашей и твоей безопасности. Мы же не может допустить, чтобы такой ценный агент как ты, пропал, исчез где-то в неизвестном направлении? Ты всегда будешь на наших мониторах, и мы будем знать жив ли ты. Капсулу, которая в тебе теперь сидит, извлечь трудно - сам ты это точно не сделаешь, а при попытке извлечения, она может взорваться и убить тебя заложенным в ней мгновенно действующим ядом. Так же - мы можем взорвать её на расстоянии, если увидим, что ты совершаешь что-то такое, что входит в разрез с данными тебе инструкциями. Учти это. Ты наш - навсегда! Теперь можешь идти в свою комнату - тебя проводят. Завтра будет первый день твоих занятий. О расписании тебе расскажет тот, кто провожает. Ну что же, добро пожаловать в группу 'Ночь', Колдун!

Моя комната ничем не отличалась от всех здешних комнат, которые я видал - аскетизм, чистота, стерильность и ничего лишнего. На письменном столе в углу - компьютерный монитор, рядом ноутбук, авторучки, листы бумаги. В углу - кровать - довольно широкая, можно сказать двуспальная.

Посмотрел - рядом вход в ванную комнату, сверкающую кафелем и хромированными ручками кранов, унитаз, биде и кабина душа. Была и ванная - тоже сверкающая и стерильная так, что хотелось в неё плюнуть, чтобы хоть как-то нарушить совершенство этого царства чистоты. Была и кухня - оборудованная огромным количеством всякой бытовой техники, от посудомоечной машины до каких-то комбайнов, мне непонятных и неизвестных. Два огромных холодильника были заполнены всевозможными продуктами - деликатесами и полуфабрикатами.

 Как сказал мой провожатый, человек лет тридцати, представившийся Николаем, я могу обедать в столовой, где обедают все курсанты, а могу сам себе готовить что-то в этой кухне - по желанию. Продукты будут автоматически, по мере их трат, восполняться. Если есть какие-то пожелания - что-то хочется из продуктов или что-то не хочется - оставлять записку на холодильнике, прикрепив магнитом, всё будет сделано. Одежду и бельё, которое нужно постирать, надо оставлять в крытой пластмассовой корзине. Компьютеры подключены к интернету, так что можно читать и смотреть всё, что угодно, связываться со всеми, с кем угодно - только с одним условием - как только я попытаюсь нарушить государственную тайну - интернет отключат, а я понесу наказание. Вся моя жизнь теперь под контролем. Приводить в свою комнату я могу всех, кого пожелаю, оставлять на ночь и делать с ними всё, что хочется, в пределах разумного, конечно - убивать их нельзя, калечить тоже, а так - кувыркаться в постели можно с кем угодно, женщинами, мужчинами и даже баранами, если я тут их отыщу - не возбраняется. После 22.00 ходить по коридорам воспрещается, только по вызову руководства. Начало занятий в восемь ноль ноль, подъём в семь. В двенадцать ноль ноль - час на обед, потом занятия до семнадцати ноль ноль. После занятий - свободное время и отбой двадцать два ноль ноль. За соблюдением распорядка строго следят, и за злостное невыполнение распорядка может быть назначено наказание. Какое? От банального избиения, до дополнительных нагрузок на обучении - а это ещё хуже. Теперь всё. Если чего-то понадобится - всё, что угодно, просто нужно сказать вслух - я хочу то-то и то-то, и мне это доставят. Женщину? И женщину тоже - по моему выбору. Антилопу гну? Вряд ли - если только со спиленными рогами.

Когда я остался один, то скинул кроссовки и бросился на постель, раздумывая о том, что на меня навалилось... лежать на мягкой упругой постели было хорошо и приятно, но мысли были совсем неприятные - стелят-то мягко, спать вот жёстко... Фактически - я раб. Элитный раб, да, мне дают всё, всё, о чём может мечтать обычный человек - сытость, удовольствия, зрелища, но отнимают за это свободу. Я даже сходить погадить не могу без того, чтобы кто-то не слышал, и не видел, как я это делаю! Даже рабы могли это делать без глаз и ушей надсмотрщика, а я не могу! Ну не скотство ли?

 Спина болела, ощущая наличие в моей спинной мышце надзирающей бомбы - без неё ещё как-то можно было надеяться на благополучный побег, но с ней - как я с ней убегу? Грохнут на взлёте, как дурную заполошную утку из двустволки... ну что же - пока я жив - надеюсь. Надеюсь на то, что они сами воспитают из меня то, что потом сможет их победить. Пока я обычный пацан, никакой - но в будущем - посмотрим, кем я буду в будущем. Человек всегда найдёт дырку, даже в непроницаемом заборе, в этом я был уверен.

Пойдя на кухню, открыл холодильник и порывшись в нём с удивлением и удовольствием отрыл здоровенную банку чёрной икры, несколько бутылок пива разных видов, сырокопчёную колбасу, виноград, груши, яблоки - выложил всё богатство на стол и стал поглощать всё это дело с мстительным удовлетворением - хоть обожрать их, моих пленителей, раз убить не могу!

Появившийся в дверях кухни Николай с улыбкой осмотрел это торжество плоти и сказал с усмешкой:

- Главное, чтобы завтра на занятиях не обделался, а то от такой еды точно пронесёт. Вот тебе расписание - завтра, в первой половине дня занятия по физо и рукопашному бою, после обеда спецзанятия, по твоему профилю и теория по общим основам разведки. В восемь утра ты уже должен быть в спортивном зале, налево десятая дверь. Одежда - кимоно и кроссовки - они будут лежать у твоей постели. И без опозданий, помни, что я говорил о наказаниях.

- Николай, а сколько вообще это обучение будет длиться? Когда я смогу выйти из этого здания на свободу?

- На свободу? Никогда. Из этого здания, на землю - когда закончишь обучение. А обучение закончится тогда, когда мы сочтём тебя к нему готовым. Обычно оно длится от двух лет, без выходных и отпусков. Выходные не предусмотрены - на том свете отдохнём. Твоя задача пройти обучение как следует - от этого зависит длина твоего поводка, на котором тебя будут отпускать ходить по земле.

 - А мать я смогу видеть?

- Только по телевизору и по специальному разрешению, раз в месяц. Для неё ты в важной правительственной организации и контакты с тобой запрещены законом. Впрочем - это так и есть. Ну всё, отдыхай. Не забудь завтра вовремя прийти на обучение. Телевизор можешь смотреть через компьютер - там всё налажено, шестьсот каналов. Удачи, Колдун.

Я остался перед своей грудой продуктов - есть уже расхотелось. Мысли о несвободе и о неясном будущем не способствуют хорошему аппетиту.

После обеда, пошёл, включил компьютер - полазил, почитал новости, включил телевизор и улёгся на постель, незаметно угрелся и уснул.

Проснулся уже ночью, поглядел на мерцающий экран монитора, на котором дикторша вешала что-то важным голосом исходящим из неподвижной манекенной головы, нажал кнопку выключения и снова уснул сном младенца - после диких условий сизо, эта золотая клетка казалась просто раем.

Мне приснилось, что на меня летит огромный тепловоз - с рёвом, шумом колёс - я еле успел от него увернуться, проснулся в холодном поту и понял, что ревел не тепловоз, а сигнал побудки, видимо, проведённый в каждую комнату курсантов. Кстати - я так и не знал, сколько курсантов будет обучаться вместе со мной - Николай только сказал: увидишь! Возможно, он и сам не знал полностью, до конца, сколько курсантов будет.

Я быстро позавтракал, оделся в кимоно, оказавшееся мне точно по размеру (да и глупо было бы, если это бы не так), натянул кроссовки и вышел в коридор.

 Оглянулся - двери снаружи никак не запирались - впрочем, изнутри я тоже запоров не заметил. А от кого запираться? Чужие тут не ходят, всё просматривается, а у рабов нет интимных секретов и быть не может.

 Прошлёпав по коридору, отсчитал двери, толкнул десятую и замер - это был громадный зал, теряющийся где-то далеко-далеко, даже не видно где. На нём находились какие-то постройки и странные сооружения - видимо для бега с полосами препятствий.

В углу, у входа, уже кучковались человек десять молодых ребят, одетых как я - в кимоно. Их возраст колебался от семнадцати до двадцати пяти лет, впрочем - я могу и ошибаться, физиогномистика никогда не была моим сильным местом. Женщины - то выглядят моложе своих лет, то старше своих лет, парни...по парням я вообще - пас. Даже пройдя через тюрьму...

Я подошёл к группе, поздоровался, и уставился на Николая, стоящего рядом с человеком среднего роста, лет сорока с небольшим - коротко стриженным, с шеей, плавно переходящей в пулевидную голову - похоже, это был наш тренер.

- Курсанты! Это ваше тренер. Вы будете его звать Мастер. Обращаться друг к другу только по псевдонимам, потом вы узнаете, какие у кого псевдонимы. Мастер будет руководить всей вашей физической и рукопашной подготовкой на всё время обучения. Он же - ваш экзекутор, если вы проштрафитесь. Я вас покидаю до конца занятия, Мастер - они ваши.

Николай усмехнулся и неслышными шагами пошёл к двери, скрывшись из глаз за плотно притворённой белой металлической пластиной. Мастер внимательно оглядел нас маленькими жёсткими глазками, и сказал:

- Вы все - дерьмо! Вы никуда не годные твари, которых одним пальцем убьёт любой из спецназовцев. А вы должны быть круче их, вы должны быть настоящими убийцами, убийцами от бога, вернее - от сатаны. Я научу вас убивать голыми руками, предметами, холодным оружием - так естественно, как будто вы просто едите вилкой и ложкой. Это будет очень жёсткое обучение, и выбывшие тут будут только на тот свет. Вас уже предупредили об этом. Кончились детские игры, кончились шуточки - вы - группа 'Ночь', вы блуждающие тени в ночи, вы хуже чем ночь - ночь отпускает, а вы не должны отпускать, если вцепились в жертву. Мы будем заниматься рукопашным боем, физической подготовкой, психологической подготовкой к тому, чтобы вы были готовы убить. Это непросто, это очень непросто. Ударить человека, покалечить его - это одно, а убить его, одним ударом, так, чтобы он больше никогда не смог жить - это совсем другое, особенно, когда вы смотрите ему в глаза, видите, как он умирает - это вам не из винтовки стрельнуть за два километра. Впрочем - и этому вас научат. Запомните - вы Тени! Вы незаметные, невидные, каждый из вас обладает каким-то особым умением, которое он применит в своей деятельности. Это умение будет отдельно развиваться, в особом порядке, а я вас буду обучать общему курсу, который никогда не преподаётся ни в одном спецподразделении, кроме - подобном нашему. Вы элитные убийцы, и вы всегда у нас на прицеле, вы оружие, запомните! Но пока - вы дерьмо. И из этого дерьма мы будем лепить стальной клинок. Вот ты, увалень. или сюда - как тебя звать? Ну да, ты, ты, бестолковая орясина!

- П..Колдун.

- Так вот, Колдун - ты что-то умеешь, с помощью чего ты можешь убить человека, такого же сложения и роста как ты?

- Умею. Взять нож и воткнуть ему в сердце.

- На, возьми нож. Попробуй, воткни мне в сердце - Мастер подал мне тупой пластиковый чёрный нож, я неловко взял его, покрутил в руке и неожиданно выбросил руку вперёд, надеясь покончить с наглым и самодовольным преподавателем раз и навсегда. Конечно, ничего у меня не вышло, но попробовать-то стоило?

Я плюхнулся на маты со всем весом своих девяноста килограммов и из меня улетучился весь воздух, вдобавок Мастер вывернул мне руку с ножом так, что я с минуту вопил и пытался удержать слёзы, катящиеся из глаз от боли - ещё немного, и он сломал бы мне руку.

- Видите - как ни в чём не бывало спокойно продолжил Мастер - здоровенный детина, плачет как дитя, когда дядя взял его за ручку! Вот и все вы такие - рыхлые, самодовольные, необтёсанные! Ничего, я вас доведу до ума...вставай, детинушка. Встать в строй.

Теперь замечание по тому, что вы сейчас видели - забудьте то, что я сейчас делал - вы будете изучать другой рукопашный бой. В том приёме, которым вы будете действовать в аналогичной ситуации - нет места удержаниям или болевым приёмам, вам не для чего захватывать противника. Вам надо его убить - кратчайшим и наиболее эффективным способом - его же ножом или голыми руками. Предупреждаю - рядом всегда дежурит группа реанимации, но некоторые из вас могут и не дожить до конца обучения. Зато оставшиеся выйдут сухими их любой ситуации. В основу нашего комплекса рукопашного боя, входят выжимки из всех известных человечеству и из всех неизвестных большинству людей, стилей борьбы с оружием и без оружия. Никаких балетов, никаких па и пируэтов - удары ногой не выше пояса. Выше пояса - только руки. Никаких прыжков, никаких грозных и красивых стоек - каждый ваш удар это и защита и нападение, каждый удар - смерть противнику, или тяжёлое увечье, на худой конец, и только так. Итак, начинаем с пробежки, становитесь - побежали за мной!

Примерно с час мы бегали, отжимались, кувыркались, разминались. Потом приступили к тренировке.

 Время пролетело незаметно, и когда появился Николай, все уже порядочно вымотались и покрылись слоем синяков. Мне даже некогда было рассмотреть своих одногруппников - только успел заметить, что парней, вместе со мной, было пять человек, а девушек шесть. Странно. Подумалось мне - почему девушек больше, и почему вообще их так много в этой группе? Потом рассудил - для убийцы важно быть незаметным, выглядеть безобидным и беззащитным - кто лучше всего подходит для этой роли? Конечно, девушка.

Николай объявил:

- Сейчас все на обед - перерыв час. Столовая в третьей двери отсюда, направо, или каждый может пообедать у себя. В своей комнате - помыться, переодеться в слаксы и рубаху. Приготовиться к теоретическим занятиям. С собой блокнот для записей и авторучку. Предупреждаю, что нагрузка будет увеличиваться с каждым днём, и через полгода время вашего дневного обучения уже составит двенадцать часов в день. Пока - всего восемь. Вот ещё что - девушкам не рекомендуется оставлять длинные волосы - всем, у кого они отличаются от длины волос парней, постричься. После окончания курса, при желании. Вы снова отрастите свои волосы. Сейчас они будут только мешать. Впрочем - потом - они вам тоже будут мешать - вас легко схватить за эти волосы и лишить подвижности, а то и искалечить. Ну всё, по домам! Учебный класс располагается в восьмой комнате. Номер на двери. Разбежались! - Николай негромко хлопнул в ладоши и мы медленно стали вытягиваться из помещения.

Я искоса смотрел на своих соратников и думал - чем же их могли сюда залучить? Каким способом? Наверное, не менее радикальным и отвратительным, чем тот, которым воздействовали на меня. И ещё - что они умеют? Это ведь не простая группа, как мне сказал куратор - кто есть кто из них? Ну да ладно - скоро я всё и так узнаю. Возможно.

Обедать я решил у себя - перекусил, попил чаю, выпил стакан сока, выжатого из грейпфрута - а чего себе отказывать? - и поплёлся на занятия по теории.

Все уже сидели в 'классе' - приготовив ручки и блокноты. Особо экстраординарного ничего не было - ознакомительные лекции по теории наблюдения, слежки, изменения внешности - кое-что я даже встречал в популярной литературе. Мы записывали, и украдкой рассматривали друг друга.

Девушки были вполне миловидные, особенно понравилась одна, с короткой чёрной стрижкой, типа 'тифозная', её большие зелёные глаза восемнадцатилетней ангелоподобной детки невинно хлопали ресницами, и на лице было всё, кроме отражения того, что сейчас она учится на спецкурсах по убийству людей. Кто мог заставить такую невинную особу заниматься таким неблаговидным делом, и КАК её заставили? Это я узнал уже после, через несколько месяцев после начала занятий. Сейчас я знал только то, что её псевдо был Ласка.

Когда я услышал его, усмехнулся - вообще-то ласка совсем не ласкова, это страшный зверь, очень быстрый, жестокий, просто невероятно жестокий, при своей красоте. Это один их немногих зверей, которые убивают ради удовольствия - если ласка завелась в курятнике - она убьёт всех кур, а сожрёт только одну и то не целиком. Соответствовала ли девушка своему звериному аналогу? Я не знал этого.

Остальные девушки тоже были вполне симпатичны, и как бы это сказать...незаметны. Если она не накрасится, не наденет что-то вызывающее - пройдёт мимо и потом не вспомнишь, что она тут проходила.

Таковы же были и парни - среди них лишь я выделялся ростом - всё-таки у меня рост был за сто восемьдесят сантиметров, сто восемьдесят пять, если быть точным, а они все были ниже меня сантиметров на пять-десять.

 Так что тут сидела группа действительно теней - пройдут незаметно, и человек умер, не успев осознать, что он уже труп, и никто потом не сможет вспомнить лицо этого среднестатистического человека-убийцы.

Как оказалось - мне не будет позволено знать, какими сверхнормальными способностями обладают мои соратники.

Через два часа после начала занятий, нас развели по разным комнатам. В моей комнате оказался куратор Алексей Фёдорович, и небольшой сухонький человечек академического вида. Он жадно разглядывал меня, подробно расспросил о моих ощущениях, а потом спросил:

- Сейчас вы ни на ком не видите, как вы говорите - слизняка?

- Нет, ни на ком. Вы чисты.

- Славно, славно - потёр руки человечек - а наслать его на кого-нибудь можете, например - на него? Он показал пальцем на недовольно поморщившегося куратора - попробуйте, нашлите на него порчу!

- А потом у меня будут неприятности? - подозрительно ответил я - гарантируете, что проблем не будет?

- Гарантируем, гарантируем - вы тут же и снимете слизняка с него!

- А вдруг не смогу снять? - мстительным удовлетворением сказал я - вдруг я могу снимать только чужих слизняком. Да и не думаете ли вы, что после снятия слизняка, процессы могут быть необратимыми? Например - он как-то запустит процесс образования раковой опухоли, и она будет развиваться сама по себе, не думали над этим?

- Хммм...- выпятил губу человечек - не думал. Нет, не думал. Возможно. Возможно.

- Так если возможно - так какого хера вы, профессор, напускаете его на меня - рассердился куратор - давайте вам посадим на шею слизня, чтобы вас потом скрючило! Я вам что, подопытный кролик! Курсант, я запрещаю вам без моего разрешения подсаживать кому либо эту сущность, вы поняли меня? Под страхом жестокого наказания! А вы профессор, вначале думайте и прикидывайте на себя, прежде чем ляпнуть!

- А что я, что я - чисто академический интерес - засуетился профессор - что такого-то? Ну оставим пока эту тему, потом обсудим. Перейдём к другой проблеме: скажите, юноша, а какие-то другие паранормальные способности у вас не проявлялись?

Мне показалось, что и куратор и профессор замерли, будто охотничья собака, вставшая в стойке над дичью - но нет, хрен вам!

Я сделал как можно более простое и невинное лицо, и сказал:

- Нет, ничего - только порча и её снятие. В основном снятие - порчу я напустил только один раз.

- А сейчас мы проверим, проверим - почти пропел профессор - сейчас я попытаюсь вас погрузить в гипноз - вы знаете, что это такое. Не сопротивляйтесь мне и смотрите в глаза.

Профессор пристально посмотрел мне в глаза и я буквально почувствовал, как его воля обволакивает меня и заставляет подчиниться.

 Я никогда раньше не участвовал в сеансах гипноза, и не знал, как это выглядит, но представлял, что это выглядит именно так - без каких-то блестящих шариков, раскачивающихся на нитке - просто человек скажет, чтобы другой человек спал, и тот заснёт.