Стреляющие горы

— А где же тогда они?

— Видно, встретив сопротивление, двинулись тропами. Объявятся.

— Это уж точно. Вот только где?

Вопрос завис в воздухе.

К утру машина с ранеными и убитыми прибыла в отряд. Там их ожидал вертолет, на котором прилетел руководитель регионального пограничного управления Герой Советского Союза генерал-майор Протасов. Высокого звания Алексей Михайлович был удостоен за героизм, проявленный во время боевых действий в Афганистане. Он стоял у вертолета, чтобы лично поблагодарить пограничников за мужество, склонить голову перед теми, кто отдал свои жизни при исполнении воинского долга.

Когда двое бойцов поднесли к вертолету лежащего на носилках старшего лейтенанта Меркульева, генерал жестом попросил их остановиться. Низко наклонился, вглядываясь в казавшееся безжизненным, бледное лицо Прова, и что-то прошептал. За шумом винта никто не расслышал слов генерала, который в эту минуту просил своего боевого друга держаться за жизнь, не уходить, вернуться в строй…

Судьба свела Протасова и Меркульева в Афганистане.

4

Горы. Кругом горы. Они давили на психику своим величием, настораживали безмолвием. В их морщинах, меж редких пучков выгоревшей травы, напоминавшей космы седовласого старца, гнездились птицы. Горы стояли как бессмертные часовые на боевом посту, всем своим видом выражая непокорность.

По узкой горной тропке двигалась группа пограничников-разведчиков в камуфлированной форме. Они шли, рассредоточившись, принимая все меры предосторожности: вперед был выслан дозор во главе со старшиной Меркульевым, каждый внимательно наблюдал за местностью, определяя для себя, откуда может грозить опасность. Шли устало, смахивая с лица соленые струйки пота, которые стекали из-под пятнистых панам и заливали глаза.

— Достал меня этот солнцепек, — вяло возмутился пограничник из группы Меркульева.

— Теперь ты понял, для чего старшина велел по две фляжки взять? А ты еще возмущался, — с упреком напомнил идущий рядом боец.

— Понял. Без чая скисли бы давно.

С этими словами солдат снял с ремня фляжку и сделал несколько глотков.

— Интересно, куда делись вертушки, что поднялись в воздух следом за нами?

— Кто их знает.

— А поднимались они, похоже, порожняком.

— Может, для имитации нашей высадки в другом районе?

— Вполне…

Солдат осекся: старшина Меркульев, подняв руку, остановился.

Пограничники быстро приблизились к командиру и остановились, увидев растяжку, — тонкая, как струна гитары, проволока пересекала тропу, а к ней была прикреплена замаскированная пучком сухой травы граната Ф-1.

— Вовремя ты ее заметил, — похвалил Меркульев передового дозорного.

— Мне и разруливать. Разрешите?

— Давай. Только аккуратно!

Пока пограничник «колдовал» над растяжкой, Меркульев связался с командиром основной группы.

— Первый, первый. Наткнулись на растяжку.

— Будьте внимательны! Впереди могут быть новые сюрпризы.

Обезвредив гранату, пограничники разведдозора продолжили подъем. Но вскоре старшина вновь поднял руку: впереди — вход в пещеру. К ней нужно подобраться по возможности незаметно.

Приблизились, выбирая скрытые проходы меж камнями. Тихо. Похоже, пустая, как и предполагалось. Собрались входить, чтобы осмотреть ее изнутри, но Меркульев заподозрил неладное.

— Стоп, ребята. Камешки у входа странно лежат, словно кто-то строил из них пирамидку.

— Разрешите мне? — попросил тот же солдат, который разминировал растяжку. Не ожидая ответа, присел у пирамидки и аккуратно, по камешку, стал ее разбирать.

— Мина, товарищ старшина.

Дозор отошел за валуны, и пограничник-минер остался один на один с душманским сюрпризом. Вскоре он оголил мину и осторожно вывинтил взрыватель. Доложил с облегченным вздохом:

— Готово!

Еще раз осмотрев подходы к пещере, пограничники, держа автоматы наизготовку, вошли в нее. Луч фонаря выхватил из темноты ржавые консервные банки, куски окровавленных бинтов, гильзы от автоматных патронов, потрепанный ватник, старые кирзовые ботинки.

— Лежбище у них здесь было, — заключил Меркульев. — Человек пятьдесят вполне могли здесь разместиться. Осмотреть все углы.

Когда пещера была основательно обследована, Меркульев доложил об этом по рации и получил приказ двигаться дальше.

К другому логову моджахедов пограничники вышли, преодолев очередной крутой подъем. Так же скрытно подобрались к входу.

— А вот тут «дохлятиной» разит. Хоть нос затыкай. Не моются вороги. Небось, ночевали недавно.

Картина, которая предстала перед вошедшими в пещеру пограничниками, подтвердила это предположение. Вокруг — ящики с патронами и гранатами к РПГ-7, мины к 82-мм миномету и даже реактивные снаряды к «Граду». Тут же — дизель-генератор для автономного электрообеспечения.

Это было то, ради чего группа вышла в рейд.

Вернувшись к выходу, Меркульев доложил по рации командиру:

— Первый, объект найден.

Через некоторое время к пещере приблизилась основная группа во главе с майором Протасовым. Протасов отозвал Меркульева в сторону.

— Ты уверен, что это та пещера? — спросил майор, доставая из полевой сумки планшет.

— Совершенно уверен. Разведчики не раз засекали здесь моджахедов. Во-о-он оттуда, — Меркульев показал на скалистую гряду, где размещался скрытый пост наблюдения пограничников.

— Действуем так, — принял решение Протасов. — Саперам расставить растяжки у подножия горы. Снайперов — на вершину. Остальные — в засаду. Станем ждать. Радиостанцией не пользоваться.

Пограничники сноровисто установили в указанных командиром местах растяжки, снайперы замаскировались в укромных местах скалистой гряды. Большая часть спецотряда во главе с Протасовым схоронилась в пещере, Меркульев же со своими ребятами перекрыл путь подхода к пещере.

Потянулись минуты ожидания. Солдаты достали сухпайки — пора ужинать. А сумерки тем временем начали сгущаться.

— Знобит, — поежившись, застегнул камуфляж один из солдат.

— То ли еще будет. Ночи в горах холодные, а костерок разжечь нельзя — мигом себя обнаружим.

— А покурить в кулак?

— Еще чего! Тебе разве жизнь надоела?

— Так я — не взатяжку, — отшутился солдат.

Разговор прервал шорох, донесшийся справа, где укрылся старшина Меркульев: прибыл связной от Протасова.

— Товарищ старшина, на дальних подступах к пещере наши задержали двоих. Русские. Майор Протасов их допросил. Бывшие строители. Приехали год назад восстанавливать разрушенные постройки, а моджахеды их похитили. Теперь батрачат на местного авторитета, еще и берлогу с боеприпасами стерегут.

— А что за авторитет?

— Из полевых командиров. Выслал рабов проверить, все ли в порядке, и дать условленный сигнал. Завтра «духи» должны прийти за боеприпасами. Их в отряде более сорока человек.

— А не хитрость ли здесь какая?

— Майор несколько раз переспрашивал. Поверил. Решил рискнуть, дать им возможность просигналить, что все в порядке. Вам приказано ждать дорогих гостей так, чтобы ни в коем случае не обнаружить себя.

И в самом деле, на рассвете показался отряд моджахедов. Шли «духи» с остановками, маскируясь и внимательно всматриваясь в окрестности. Пограничные засады на дальних подступах пропустили моджахедов, не выдав своего присутствия. «Духи» продолжали путь, пока не увидели машущих руками «сторожей». После этого командир их передовой группы, достав радиостанцию «Моторола», доложил, что все в порядке. Дальше основная часть моджахедов следовала без опаски и быстро настигла поджидавших их дозорных. Соединившись, душманы уверенно двинулись к пещере. Пограничники, подпустив их на верный выстрел, дружно открыли огонь. Не ожидавшие такого поворота событий «духи» бросились врассыпную. Несколько человек напоролись на растяжки. Прогремели взрывы.

Хотя автоматные и пулеметные очереди буквально косили моджахедов, часть из них смогла отойти и закрепиться. Расчет на то, что всех их удастся уничтожить в скоротечном бою, не оправдался: душманов оказалось не меньше сотни. Судя по тому, как они начали отстреливаться, можно было сделать вывод, что шли они не за боеприпасами, а для того, чтобы отлежаться в пещере, до очередной крупной вылазки. Скорее всего, отряд был сводным и объединял несколько вышедших из боев групп.

Бой затягивался. В дело вступили гранатометы и даже минометы. Поняв, что за ними численное превосходство, «духи» стали обходить группу Меркульева с флангов. Бойцы Протасова своим огнем всячески препятствовали этому маневру, но, к сожалению, не очень эффективно: им мешали скалы и валуны. У Меркульева появились первые раненые. Связавшись по радиостанции с «большой землей», Протасов запросил на подмогу авиацию. Сам же оставил у пещеры небольшую группу прикрытия и двоих задержанных, которые тоже вели огонь по наседающим боевикам, и поспешил на помощь Меркульеву, закрыв огнем подступы с тыла и флангов.

— Неверные, сдавайтесь! — кричали на русском языке наступавшие «духи».

— Держи карман шире!

Пограничники стреляли прицельно, и в какой-то момент стало казаться, что душманы выдыхаются, напирают не столь рьяно, как вначале. Когда накал боя немного ослаб, Меркульев, используя естественные укрытия, подполз к Протасову.

— Товарищ майор, боеприпасы на исходе.

— Продержимся. Вертушки, думаю, уже на подлете.

В этот момент Меркульев засек блик снайперского прицела и навалился на Протасова, придавив его своим телом к земле. В следующий миг рядом раздалась пулеметная очередь, и со скалы полетел вниз вражеский снайпер. И все же снайперская пуля задела Меркульева: по его спине расползалось красное пятно.

Душманы осмелели. Теперь они лезли напролом, натыкаясь на короткие очереди пограничников, — патроны приходилось экономить.

— Где же вертолеты?!

Вертушки уже давно были в воздухе. Летчики спешили. Надо было и успеть как можно скорее помочь попавшим в передрягу бойцам, и управиться засветло. День клонился к вечеру. Солнце спускалось за ломаную зубчатку гор, в долинах густели сумерки, но над горным массивом было еще светло, и с воздуха пока что отчетливо виднелись серые безжизненные склоны гор. Командир первого экипажа решительно направил свою машину в ущелье с отвесными скалами по обе стороны.

Наконец, пара Ми-8 вышла в заданный район. К тому времени сумерки еще плотнее заполнили впадины и расщелины.

— Скоро совсем стемнеет, — вздохнул командир ведущего вертолета, — работка осложнится.

Затем приказал радисту:

— Уточни у Протасова, где духи, с какой стороны удобней на них заходить.

На это ушли считанные минуты, после чего один из вертолетов, набрав высоту, сбросил над местом предстоящей посадки святящуюся бомбу. Пока она, повиснув на парашютике, освещала местность, вертолеты прижали душманов огнем бортового оружия и вынудили их поспешно отступить. Затем под прикрытием ведомого, оставшегося в воздухе, первая вертушка направилась к площадке, выбранной поблизости от обороняющихся пограничников.

Ведомый Ми-8, словно на учениях, сделал разворот и выпалил по отступавшим «духам» разящие стрелы ракет. Еще один разворот — еще залп. НУРСы ложились под ноги разбегавшимся душманам. Зачистку территории довершали укрывшиеся у входа в пещеру пограничники, которые меткими очередями добивали «духов», спешивших укрыться среди скал.

Тем временем другой вертолет принимал на борт пограничников. Первыми погрузили Меркульева и других раненых.

— Быстрее, быстрее, — командовал Протасов.

— Оружие давайте, сами — следом. Кто не в силах самостоятельно, руку мне. Быстро, — вторил ему вертолетчик.

Пограничники выполняли команды, как могли. Измотанные неравным боем, они находились на пределе сил. А к ним уже спускались бойцы, оборонявшие вход в пещеру. Рядом с ними бежали небритые, в грязной, обтрепанной одежде освобожденные пленники.

— Явный перегруз, командир, — предупредил борттехник, когда последний солдат забрался в вертолет.

— Они же не обедали, — попытался пошутить Протасов. — Дели их вес пополам. Прорвемся.

Увеличив обороты, вертолет с пограничниками начал набирать высоту.

— «Альбатрос», я «Беркут». Бойцы у нас на борту. Есть несколько раненых. Один — тяжело.

После доклада командир вызвал ведомого:

— Валера, у тебя ракеты остались?

— Есть еще.

— Давай я тебе подсвечу, пальни-ка по пещере. Говорят, там столько всего осталось. Съесть не удалось, так хоть надкусим.

Сделав разворот, первая вертушка осветила бортовым прожектором вход в пещеру и взмыла вверх. Вторая повторила маневр первой и выпустила по пещере оставшиеся в запасе снаряды. Внизу сверкнули всполохи взрывов, и по расщелине поползли клубы черного дыма.

…Пока раненых размещали в вертолете, генерал подозвал к себе доктора:

— Прошу вас, сделайте все, чтобы вернуть офицера в строй.

— Жить будет. Это я вам твердо обещаю. Сегодня его доставят в наш центральный госпиталь, а там врачи высокого класса. Ну, а насчет возвращения в строй… Тут многое будет зависить от него самого.

Оглушительно взвыл двигатель, и после короткой пробежки вертолет оторвался от земли. Дождавшись, пока он наберет высоту, генерал обернулся к стоявшему за его спиной начальнику отряда:

— Мне — машину и автомат. Со мной — твой заместитель и, на всякий случай, пара толковых пограничников. Маршрут такой: вначале в управление ФСБ, затем — в армейский полк. Сейчас же пошлите УАЗ с хорошей охраной за женой старшего лейтенанта Меркульева. Позвоните начальнику заставы, пусть ее проводят к перевалу. Тоже с надлежащей охраной.

— Есть! Машину для вас сюда вызвать или заедем в штаб?

— Поехали в штаб. Дорогой обсудим, как усилить этот участок границы.

— Отряд там разворачивать нужно. Полнокровный отряд.

— Это я и без тебя знаю. Вот только где столько денег взять, чтобы отряд развернуть? Буду докладывать в Москву. Так больше продолжаться не может. Пока же перебрось туда часть людей из комендатуры, с соседних застав.