Александр Лукашенко. Контуры белорусской модели.

Как историк, я не стану, конечно, ссылаться в своих объясне­ниях на вмешательство высших сил. На многое в судьбе Александра Лукашенко повлияли те процессы, которые шли за пределами Беларуси, в частности в Москве или даже в украин­ском Чернобыле. Произошло совпадение самых разных факто­ров, только одним из которых были способности и амбиции самого А. Лукашенко. Конечно, он был не просто одним из нескольких тысяч директоров совхозов и председателей колхо­зов. Любой народ содержит в себе великое множество талантли­вых людей, как крупиц золота - золотоносный слой. Но изредка могут встретиться и самородки. Их, к сожалению, не может быть много, и появление каждого из них - большая удача для народа. Таким самородком, появившимся в Беларуси, и был А. Лукашенко. Ла, он не проходил тех систем подготовки госу­дарственных деятелей, какие имелись в СССР и существуют в тех или иных формах во всех крупных странах. Но в СССР в 1987 г. набирали ход «перестройка» и «гласность». В Москве искали новых решений, и для людей инициативных и способных откры­вались такие новые возможности и шансы, которых раньше не существовало. Александр Лукашенко этих шансов не упустил.

Совхоз «Городец» был в числе отсталых хозяйств, и числился таким давно. Молодой директор стал круто менять методы орга­низации производства. С января 1988 г. в совхозе стал внедряться арендный подряд - и в растениеводстве, и особенно в животно­водстве. И за два года (1987-1989) валовая продукция в «Городце» возросла в 2,2 раза, урожайность зерновых и производство мяса -в 2 раза, надои молока - в 1,5 раза. Рентабельность ранее убыточ­ного хозяйства составила 47,3%, а вместо убытков было получено 1,7 млн рублей прибыли. В масштабах цен 1989 г. это немало. В хозяйстве обновили машинный парк, построили кирпичный и асфальтовый заводы, новые дороги. При этом директор совхо­за усвоил многие очень важные навыки руководства и опыт адми­нистрирования и даже командования, которые потом весьма успешно использовал, развил и расширил на посту президента.

0 совхозе и его молодом директоре стали писать газеты, он стал попадать на экраны телевидения. В 1988 г. Александра Лукашенко пригласили в Москву на совещание по проблемам аренды - такие однодневные совещания по разным вопросам Михаил Горбачев проводил в ЦК КПСС. Но и Совет министров СССР приглашал председателей и директоров колхозов и совхо­зов для подготовки разного рода документов по развитию сель­ского хозяйства. А. Лукашенко участвовал в этой работе и встре­чался здесь и с премьером Николаем Рыжковым, и с Михаилом Горбачевым. Вспоминая позже это время, А. Лукашенко говорил: «Я стал известным человеком, но молодым еще».

Первая избирательная кампания

Огромную роль в становлении Александра Лукашенко и как политика, и как оратора, и в целом как личности сыграла его пер­вая и очень масштабная избирательная кампания по выборам на Съезд народных депутатов СССР. В декабре 1988 г. Верховный Совет СССР принял новый Закон о выборах и внес соответ­ствующие изменения в Конституцию СССР. Было решено в каче­стве высшего органа советской власти избирать Съезд народных депутатов СССР из 2250 человек. Выборы следовало проводить на альтернативной основе, т.е. отказаться от выдвижения в любом избирательном округе только одного кандидата. Из общего числа депутатов 750 должны были избираться от территориальных округов и столько же от национально-территориальных округов. Еще 750 депутатов должны были избираться от общественных организаций, но тоже на альтернативной основе. Конечно, в этом Законе о выборах содержалось так много оговорок и было пре­дусмотрено столько ограничительных механизмов, что полный контроль комитетов КПСС за ходом и порядком выборов казался обеспеченным на всех этапах. Предполагалось, например, что райкомы или обкомы партии вместо одного кандидата на мандат будут выдвигать еще одного - «запасного». Однако предусмо­треть все реально возникавшие ситуации закон не мог, и там, где независимые кандидаты и их команды проявляли особую актив­ность, изобретательность, используя и новые настроения избира­телей и новые возможности «гласности», там выставленные на их пути преграды удавалось преодолеть, и избирательная кампания превращалась в настоящую публичную борьбу. Именно это позволило многим независимым людям в разных местах страны завоевать мандат народного депутата СССР. Например, по Московскому национально-территориальному округу Nel как независимый кандидат победил Борис Ельцин, что означало его возвращение в большую политику. Автор данной книги тоже был избран как независимый кандидат по одному из московских тер­риториальных округов.

Сходная ситуация возникла в Белоруссии. В Минске некото­рые из лидеров Белорусского Народного Фронта, включая Зенона Позняка, готовились к выдвижению своих кандидатур. Для мно­гих партийных лидеров столичные округа казались ненадежны­ми, и они предпочли избираться на Съезд народных депутатов через относительно глухие провинциальные территории. Так поступил, в частности, Вячеслав Кебич, занимавший тогда пост заместителя председателя Совета министров БССР и председате­ля Госплана республики. Он выбрал тихий сельский националь­но-территориальный округ, где, как предполагал, будет главным кандидатом, не имеющим серьезных конкурентов. Поддержка Могилевского обкома партии делала его фаворитом выборов. И областные, и районные советские руководители имели все основания ждать от него потом щедрой поддержки и помощи, а В. Кебич рассчитывал на возможность после успешных выбо­ров претендовать на пост премьер-министра республики. Однако все эти планы сломал Александр Лукашенко. Не без поддержки некоторых других директоров совхозов и председателей колхозов он организовал в своем совхозе окружное избирательное Собрание, на котором был выдвинут кандидатом в народные депутаты СССР по тому же национально-территориальному округу. Попытки работников обкома и Шкловского райкома КПБ воспрепятствовать ему успеха не имели.

Национально-территориальные округа в Беларуси были мень­шими, чем просто территориальные. Однако В. Кебич и А. Лукашенко должны были бороться за симпатии более чем 100 тыс. избирателей в нескольких больших районах Могилевской области. Первому из них помогали власти области, а второй пользовался поддержкой многих руководителей низово­го звена. Неожиданную помощь оказала А. Лукашенко централь­ная газета «Сельская жизнь». Она боролась за популярность среди сельских читателей и поддержать бывшего директора крупного завода против директора совхоза не могла. В конце кон­цов, и тот, и другой были членами КПСС, и никаких политиче­ских упреков в адрес А. Лукашенко выдвинуть было нельзя.

Александр Лукашенко вел свою избирательную кампанию активно и изобретательно. Он побывал почти во всех уголках своего сельского округа и только в первый месяц кампании про­вел более 150 встреч с избирателями. Он говорил о наболевших и близких людям проблемах, однако не останавливался и перед резкой критикой властей. Он поднимал тему бюрократизма и привилегий, а свою критику КПСС направлял в основном в адрес Шкловского райкома партии, который предлагал в неко­торых выступлениях вообще ликвидировать.

Выборы состоялись 26 марта 1989 г., и каждый из участни­ков и конкурентов мог считать их своей победой. В. Кебич все же выиграл, но набрал всего 51% голосов, хотя мобилизовал весь свой немалый административный ресурс. Александр Лукашенко получил 45,7% голосов. Комментируя эти выборы и по горячим следам, и позже (уже как историю), все наблюдатели оценивали их как блестящую победу начинающего политика.

Сам Александр Григорьевич, вспоминая весну 1989 г., отме­чал, что получил тогда полезные уроки, что сумел избавиться от некоторых своих недостатков, открыл в себе и некоторые спо­собности, о которых ранее не подозревал. Те, кто позже ком­ментировал эту короткую, но напряженную кампанию, писали, что она, в сущности, раскрыла А. Лукашенко как перспективно­го молодого политика, с громадной, но не находившей ранее выхода энергией и неукротимой волей к победе. У него не толь­ко обнаружился талант публичного политика, но и появился вкус к политической борьбе. Он показал всем, кто наблюдал за этой кампанией, смелость, даже азарт и способность идти на риск. Именно в эти месяцы он приобрел многих сторонников (пусть главным образом в пределах Могилевской области), но и немало противников, недоброжелателей, в том числе среди чиновников (и не только в Могилевской области).

Депутат Верховного Совета БССР

После выборов А. Лукашенко вернулся к работе директора совхоза. Но весной 1990 г. наступала пора новых выборов - на этот раз в Верховные Советы союзных республик, в том числе и БССР. Эти выборы проходили по новым, более демократич­ным, правилам - без окружных собраний. В то время в партий­ных организациях и в руководстве КПСС развивался глубокий кризис. Критическим было и положение в экономике страны. В самых разных промышленных районах СССР проходили мас­совые забастовки. Близкие к забастовочным настроения наблю­дались и в благополучной ранее Белоруссии: коллективные про­тесты шли в ЦК КПБ из минских предприятий, в том числе от рабочих МАЗа, расширялось под влиянием Белорусского Народного Фронта националистическое движение.

Александр Лукашенко без каких-либо колебаний принял решение об участии в предстоящих выборах. Он был выдвинут кандидатом в народные депутаты БССР по Шкловскому избира­тельному округу Nq310 не от своего совхоза, а на собрании уполномоченных колхоза «Маяк». Его соперниками стали три кандидата, главным из которых был председатель областного аграрно-промышленного комитета и заместитель председателя Могилевского облисполкома Е. Корнеев. Борьба и теперь разго­релась нешуточная. В Могилеве и в области зимой 1989/1990 гт. ощущалась нехватка продовольственных товаров, росла спекуля­ция, и А. Лукашенко выступил в защиту простого народа. «Спасти деревню от вымирания» - это был один из его главных лозунгов. «Защитим народ от произвола чиновников» - это был второй основной лозунг. За день до выборов в районной газете «Ударный фронт» было опубликовано заявление А. Лукашенко, в котором говорилось: «Ждать поддержки от имеющих власть мне не приходится. Для них я - самый неподходящий кандидат.

Рассчитываю на поддержку рабочих, крестьян, интеллигенции и всех тех, кто не облечен властью».

В первом туре выборов А. Лукашенко вышел вперед, получив 45,5% голосов. Е. Корнеев занял только третье место - 17,2% голосов, второе досталось В. Буевичу - главному врачу Шкловской районной больницы. Это был достойный соперник, но во втором туре, который проходил 18 марта 1990 г., победу одержал А. Лукашенко, получив 68,2% голосов.

Весной и летом 1990 г. на события в Белоруссии мало кто обра­щал внимания и в Москве, и в западных СМИ. Внимание было при­ковано к событиям в Прибалтике и Закавказье, конфликту между Арменией и Азербайджаном, к политическим забастовкам шахте­ров разных регионов страны, представители которых воздвигли палаточный городок в самом центре Москвы возле гостиницы «Россия». О дискуссиях в белорусском Верховном Совете многие тогда почти ничего не знали. Между тем здесь кипели яростные страсти. Александр Лукашенко был очень активен, выступал часто - эмоционально и успешно. Заседания Верховного Совета транслировались по радио или показывались местным телевидени­ем. Не примыкая ни к какой из фракций, он полемизировал глав­ным образом с секретарями ЦК КПБ и членами Совета министров БССР. «Я стараюсь идти от жизни, - говорил он, объясняя свою позицию в разного рода интервью, - потому что я по колени в земле». Наблюдатели и местные политологи называли его тогда «стихийным демократом» или «коммунистом-демократом», срав­нивая его позицию с тезисами полковника Александра Руцкого, создавшего в Верховном Совете РСФСР фракцию и движение «Коммунисты за демократию». Но Александр Лукашенко никаких фракций и организаций создавать не хотел.

А. Лукашенко поддержал Декларацию о суверенитете БССР, но никогда не выступал за выход Белоруссии из состава СССР. После окончания первой сессии парламента даже официальная газета «Советская Белоруссия» посвятила ему почти восторжен­ную статью, в которой можно было прочесть: «Прямой и чест­ный, он верен правде своих городецких мужиков... В свои 36 лет он прирожденный лидер, организатор, политик»1. Именно Верховный Совет БССР долго и трудно формировал Совет мини­стров республики. Премьером, как и ожидалось, стал В. Кебич, но многие из предложенных им кандидатур на должности мини­стров отвергались Верховным Советом и его комиссиями. В ходе одной из долгих дискуссий А. Лукашенко воскликнул: «Неужели 10-миллионная Белоруссия так оскудела на таланты? Достойные претенденты на министерские кресла есть. Но искать их надо не в министерствах и не в партийных кабинетах, а на предприяти­ях, в организациях и даже среди нас, депутатов»'.

Постепенно он приобретал известность в республике и влияние в ее Верховном Совете. Вокруг него в начале 1991 г. возникла депутатская группа главным образом из коммунистов, которые выступали против руководства ЦК КПБ и многих решений и действий Совета министров. На противоположном фланге парламента активно выступала группа депутатов от БНФ, возглавляемая Зеноном Позняком. Главный белорус­ский националист тоже был избран депутатом Верховного Совета в одном из рабочих округов Минска, где получил 70% голосов в первом же туре. Однако в том же Заводском районе Минска, но в соседнем избирательном округе депутатом Верховного Совета был так же успешно избран идеологический противник 3. Позняка и БНФ секретарь Минского горкома КПБ Петр Кузьмич Кравченко, который в правительстве В. Кебича занял пост министра иностранных дел. Вообше же белорусский парламент был расколот на множество групп и фракций, и соб­рать здесь большинство для принятия какого-то решения было нелегкой проблемой.

Недолгая эпопея ГКЧП в Москве привела к распаду организа­ций КПСС во всей стране. Прекратил свою деятельность и ЦК КПБ в Минске. Александр Лукашенко и группа поддерживавших его депутатов решительно осудили ГКЧП, они требовали отстав­ки Н. Дементея с поста председателя Верховного Совета и отстав­ки В. Кебича. Однако тот хаос, который возник во всех регионах СССР после поражения ГКЧП и ликвидации КПСС, не мог не вызвать у Лукашенко протеста. Осенью 1991 г. он выступал с кри­тикой и нового спикера белорусского парламента С. Шушкевича, и разного рода предложений и действий БНФ. Правительство В. Кебича пыталось в эти месяцы не допустить развала белорус - ской экономики, и А. Лукашенко поддерживал В. Кебича, кото­рый противился проведению радикальных рыночных реформ.

В ноябре 1991 г. А. Лукашенко голосовал против резолюций о создании Беларусью собственных вооруженных сил и денеж­ной системы.

Александр Лукашенко был единственным из депутатов Верховного Совета БССР, который голосовал против Беловежских соглашений. Много позже он говорил в одном из своих интервью: «Что касается крушения СССР, то тут мне не надо особо разгла­гольствовать. Я был единственным депутатом, который в парла­менте выступил и проголосовал против разрушения. Тогда просто обманули депутатов. Сказали, что и Россия, и Украина, все уже ратифицировали Беловежские соглашения, мы одни остались. Вот перед глазами стоит Шушкевич, который прибежал в парламент и об этом заявил, будучи руководителем парламента. Он, кстати, не имел полномочий на подписание Беловежских соглашений. Поэтому тут юридически можно подвергнуть сомнению все. Это личная инициатива Шушкевича. Он должен был получить сан­кцию парламента на это. Но он подписал. Поэтому, наверное, и в Пуще собрались. Осквернили такое место. Это жуткая вещь. Я категорически был против этого крушения, против этого развала. Пусть бы это было объективно, пусть бы этот процесс шел объек­тивно, но не так, что собрались втихую, ночью. Ну это только бла­годаря тому, что у нас Михаил Сергеевич был тогда во власти».

1992 г. прошел для только что возникшей суверенной Республики Беларусь крайне тяжело. В стране не было ни пра­вящей партии, ни президента, ни вообще авторитетного центра власти. Верховный Совет был расколот на множество враждую­щих между собой групп, а правительство не имело необходимых политических полномочий и авторитета. Спикер парламента С. Шушкевич участвовал в саммитах глав СНГ, но в Беларуси он не обладал почти никаким политическим влиянием и не контро­лировал даже деятельность Верховного Совета. Наиболее значи­мой фигурой в стране был премьер-министр В. Кебич, но в пра­вительстве тогда просто отсутствовали еше такие структуры, которые могли бы эффективно управлять перешедшими под его контроль громадными предприятиями, имевшими ранее союз­ный статус. А о тех из них, которые входили в военно-промыш- ленный комплекс Советского Союза, правительство даже не слишком хорошо знало, что именно они производят. Разрыв многих прежних кооперационных связей с Россией создал для Беларуси несколько кровоточащих ран, и было неясно, как их лечить.

В работе Верховного Совета Республики Беларусь были в 1992 г. частые и длительные перерывы, и Александр Лукашенко много времени проводил в своем совхозе, который имел строгий план работ на весь год и должен был его выполнять. Депутаты же из фракции БНФ, используя свои мандаты членов Верховного Совета, пытались управлять в Республике делами культуры и проводить «белорусизацию» в школах и вузах, но их деятель­ность не была особенно успешной.

Как и в Российской Федерации, в Беларуси социологи время от времени проводили опросы, чтобы определить популярность политиков. Первые три места в их итоговых списках занимали в 1992 г. В. Кебич, С. Шушкевич и 3. Позняк. Однако их рей­тинги были невелики - от 20 до 30% или даже ниже. Иногда в списки лидеров попадал Геннадий Карпенко - директор круп­ного завода, доктор технических наук и депутат Верховного Совета. Но при всех опросах в десятку самых влиятельных людей в Беларуси попадал и Александр Лукашенко.

В первые месяцы 1993 г. хаос и анархия в стране возросли, и ропот народа усиливался. Все понимали, что нужно вводить пост Президента, наделенного реальными и большими полномо­чиями. Однако между самыми влиятельными людьми и органи­зациями Республики не было согласия. «Бесхозными» остава­лись силовые структуры, включая МВД и КГБ. Формально они подчинялись не премьеру, а Верховному Совету. Однако у его председателя С. Шушкевича для руководства «силовиками» не было не только достаточного авторитета, но и рычагов управле­ния. Кроме того, в Беларуси возникло множество частных ком­мерческих структур, шел процесс «первоначального накопле­ния» со всеми присущими этому периоду издержками, главные из которых - коррупция во властных структурах и обнищание рабочих и крестьян. Недовольство простых людей нарастало, и Верховный Совет Беларуси не мог на эти протестные настрое­ния не реагировать.4 июня 1993 г. Верховный Совет Республики образовал специ­альную комиссию со сложным наименованием - «Временная комиссия Верховного Совета Республики Беларусь для изучения деятельности коммерческих структур, которые действуют при республиканских и местных органах власти и управления». В ее состав вошли девять депутатов, а главой был утвержден Александр Лукашенко. Комиссия получила очень большие полномочия: она могла проверять документы любых организаций - как государст­венных, так и негосударственных. С председательством А. Лукашенко согласились все фракции: у него была прочная репутация не только активного, решительного и смелого, но и честного и неподкупного человека. Приезжая из совхоза на заседания Верховного Совета, он мог привезти своим наиболее близким коллегам лишь пакет с огурцами или яблоками. Однако как директор совхоза А. Лукашенко хорошо представлял почти все (во всяком случае многие) механизмы коррупции. Он знал, что и где искать и как работать с документами. Как у председате­ля этой комиссии в его руках оказалась немалая власть и возмож­ности влияния на общественное мнение, и он не стал этим прене­брегать. Работал гласно и часто давал интервью. Популярность А. Лукашенко заметно возросла в 1993 г., но не только в связи с работой комиссии.

В начале 1993 г. в России начала работать на легальной основе КПРФ - Коммунистическая партия Российской Федерации. Соответственно, и в Республике из осколков бывшей КПБ была создана Партия коммунистов Беларуси (ПКБ). Ее главным лозун­гом был призыв к восстановлению СССР. Острую критику Беловежских соглашений и призыв к сближению с Россией не могли игнорировать ни В. Кебич, ни С. Шушкевич. Как раз в это время они вели переговоры с Б. Ельциным и В. Черномырдиным об объединении российской и белорусской денежных систем, так как к введению собственной валюты Беларусь еще не была готова.

3 сентября 1993 г. в Минске состоялся Конгресс народа Беларуси. Его инициаторами были не только лидеры ПКБ, но и все пророссийски настроенные политические течения и группы. Поддержало Конгресс и правительство Беларуси - а что ему было делать? Не возражал Шушкевич, яростно против Конгресса выступали только 3. Позняк и БНФ. Александр Лукашенко не занимался организацией Конгресса и не был главной фигурой на нем. Однако именно его выступление на этом форуме оказа­лось в центре внимания, стало его кульминацией и сопровожда­лось овациями. А. Лукашенко ратовал за новый союз с Россией и другими республиками, за создание единого государства. «На нашей земле, - говорил он, - был уничтожен великий союз. Отсюда, именно отсюда, должно пойти движение по созданию новой великой державы». Когда А. Лукашенко кончил свою речь, его провожали не только овацией - почти все рукоплескали ора­тору стоя. Настроения народа были таковы, что даже В. Кебич начал горячо поддерживать возрождение союза с Россией. Выступая 17 сентября 1993 г. в Гомеле, он признавал, что не сумел спрогнозировать в Вискулях развитие ситуации на постсоветском пространстве и что на его совести лежит груз ответственности перед белорусским народом. «И если возродить Советский Союз в его прежнем виде невозможно, - воскликнул Кебич, - то я буду делать все, чтобы создать его в обновленном виде!»

Между тем комиссия по изучению коррупционных дел актив­но работала, и все ждали ее первого доклада. Его несколько раз переносили и наконец назначили на 14 декабря 1993 г. И оппоненты, и сторонники А. Лукашенко считают этот день знаменательным как в его биографии, так и в истории молодой Республики. Зал заседаний Верховного Совета был переполнен. Присутствовало много официальных лиц, журналистов и неофи­циальных наблюдателей. По требованию докладчика и большин­ства депутатов велась прямая трансляция заседания по телевиде­нию и радио. Фактически доклад А. Лукашенко смотрела и слушала вся страна. Он выступал очень эмоционально и как прекрасный оратор держал всех в напряжении.

Доклад задевал многих влиятельных людей и содержал мно­жество фактов, которые трудно было оспорить. Конечно, кор­рупция и злоупотребления в Беларуси не достигали российских масштабов. В России шла в это время настоящая криминальная революция. Страну потрясала вакханалия заказных убийств, создавались и крепли разного рода преступные группировки. Но у белорусов вызывало возмущение и то, о чем говорил Лукашенко. В основу его доклада легли материалы прокурату­ры, МВД и КГБ, которые фиксировали множество правонару­шений, но не могли в условиях безвластия доводить дела до логического конца, передавать в суд и затем наказывать пре­ступников. Кроме того, в Беларуси даже еше не существовало многих законов, которые учитывали бы новые условия эконо­мической деятельности, а главной причиной усиления в Республике коррупции и злоупотреблений стал переход к рыночной экономике. «Предметом нашего исследования, - говорил А. Лукашенко, - является дерево, корнями которого являются коммерческие структуры. Они, в свою очередь, питают его крону, в результате чего появляются ядовитые для общества плоды в виде экономических преступлений, злоупо­треблений властью должностными лицами и коррупции»1.

В докладе содержалось много предложений как частного, так и принципиального характера. Главное из них состояло в том, чтобы создать в стране постоянный и полномочный орган по противодействию коррупции, который координировал бы дея­тельность всех правоохранительных структур. Основу такого органа могла бы составить временная комиссия, которая работа­ла пока только три месяца и смогла изучить лишь верхушку кор­рупционного айсберга. «Мы вплотную подошли, - говорил докладчик, - к подводной части этого айсберга, где плавают «жирные акулы». У комиссии есть информация о причастности высших должностных лиц к незаконной продаже оружия и к экспорту стратегического сырья, да и о многом другом».

Доклад А. Лукашенко вызвал бурю в Верховном Совете. Одно за другим следовали опровержения и новые обвинения. Парламент был на несколько дней парализован и принял решение о закрытом характере заседаний. Только 26 января он стал обсуждать поста­новление по докладу председателя Временной комиссии. А. Лукашенко снова выступил с большой речью, которая уже не транслировалась по телевидению. В постановлении имелись два главных пункта: не прекращать работу комиссии, а превратить ее из временной в постоянную; признать личную ответственность С. Шушкевича и В. Кебича за рост коррупции, что предполагало их отставку В результате тайного голосования С. Шушкевич был сме­щен, В. Кебич же получил вотум доверия и сохранил свой пост. Депутаты Верховного Совета были напуганы произошедшим.

По предложению нового председателя Верховного Совета М. Гриба, генерал-лейтенанта милиции и заслуженного юриста Беларуси, пар­ламент принял в конце концов решение о том, что комиссия выпол­нила свою задачу и что ее деятельность прекращается. Все свои материалы она должны передать в правоохранительные органы.

В первые месяцы 1994 г. А. Лукашенко, популярность кото­рого в стране значительно возросла, продолжал активную дея­тельность как в парламенте, так и за его стенами. Когда он под­ходил к микрофону в зале заседаний, парламент затихал. А во время поездок по всей Республике у него состоялся ряд ярких выступлений на встречах с народом. На очереди были первые в Беларуси выборы президента.

Выборы Президента Республики Беларусь

15 марта 1994 г. Верховный Совет Республики утвердил наконец новую Конституцию после многомесячного постатей­ного ее обсуждения. Вслед за этим был объявлен и старт прези­дентской кампании, которая во многих отношениях была не похожей на те, что происходили после распада СССР в других государствах на постсоветском пространстве. Беларусь слишком задержалась с формированием полномочных органов власти. Страна уже имела другой статус и другой режим, однако у вла­сти продолжало стоять правительство, которое было сформиро­вано еше решениями ЦК КПБ. В советское время был избран и Верховный Совет.

На старт избирательной кампании вышло 19 инициативных групп по выдвижению кандидатов. Им было нужно собрать по 100 тыс. подписей в поддержку своего кандидата. Только 6 групп справились с этой задачей в отведенные им 20 дней. В апреле 1994 г. кампания началась и сразу приняла весьма ост­рый характер. Ее фаворитом считался Вячеслав Кебич. В его руках находился аппарат Совета министров и экономические ведомства. К этому времени он сумел вернуть под свой контроль и все силовые структуры Республики. Его поддерживала боль­шая часть хозяйственной верхушки Беларуси и бывшего аппара­та ЦК КПБ. Начиная свою кампанию и создавая избирательный штаб, В. Кебич был уверен в победе и надеялся одержать ее в первом туре.Вторым претендентом на пост Президента был Станислав Шушкевич, который никак не мог смириться со своим полити­ческим поражением. Вокруг него возникло несколько групп либеральных депутатов и чиновников, которые только при воз­вращении С. Шушкевича во власть могли надеяться на сохране­ние своих должностей и привилегий.

Третий из основных претендентов - лидер БНФ Зенон Позняк, жесткий и радикальный националист. Он стал терять прежнюю харизму, но стремился любыми средствами придти к власти.

Четвертым стал Александр Лукашенко, но именно его участие больше всего беспокоило В. Кебича, и не зря. Первые же выступ­ления кандидатов ясно показали, что В. Кебич и его окружение только считали себя фаворитами. Реальным фаворитом был Александр Лукашенко. Проведенные в конце апреля социологиче­ские опросы подтвердили это: за Лукашенко готовы были отдать свои голоса 28% избирателей, за Кебича - 15,1 %,за Шушкевича - 10,2%. Еще меньше избирателей поддерживали 3. Позняка.

Команда (избирательный штаб), которую сплотил вокруг себя Александр Лукашенко, была небольшой, но эффективной, в ней не было никого из старожилов белорусской политики. Аналитики выделяют в ней четырех человек: Дмитрия Булахова, молодого прокурорского работника и депутата Верховного Совета; Виктора Гончара, также депутата Верховного Совета и кандидата юридических наук; Анатолия Лебедько, учителя из Гродненской области, который прошел в депутаты Верховного Совета при поддержке своего райкома комсомола, и Александра Федуту, тоже из комсомольских активистов. Федута работал пер­вым секретарем ЦК Союза молодежи Беларуси (собственно, уже лишь жалкого осколка белорусского комсомола) в пятиэтажном административном здании, которое вскоре стало главным шта­бом избирательной кампании Александра Лукашенко. (Именно этих четырех активистов наблюдатели называли тогда и позже «молодыми волками». Амбиции у них были очень большими, но явных и ясных политических предпочтений не было. В команде 3. Позняка или С. Шушкевича они работать не собирались, а в команде В. Кебича все главные места оказались уже занятыми.)

Вошли в избирательный штаб А. Лукашенко и менее известные депутаты Верховного Совета - Леонид Синицын, бывший строи­тель; Виктор Шейман, бывший армейский политработник, кото­рый стал отвечать за безопасность кандидата; Иван Титенков, бывший секретарь Краснопольского райкома КПБ. В штаб вошли еще несколько работников МВД.

Предвыборная борьба продолжалась больше трех месяцев и была довольно острой, но без «грязных технологий». По всей стране стихийно возникали инициативные группы в поддержку А. Лукашенко. Как только начались публичные выступления кан­дидатов, он вырвался вперед. Однако в июне В. Кебич, которого поддерживали все официальные СМИ, сумел догнать А. Лукашенко и даже немного обойти его по социологическим рейтингам. Глава правительства фактически монополизировал идею дружбы России и Беларуси. И телевидение, и радио, и газеты внушали избирателям, что все, кто выступает за союз с Россией, должны голосовать за Кебича. Чтобы перехватить инициативу

А. Лукашенко поехал в Москву и выступил перед Государственной Лумой с предложением о немедленном создании парламентариями специальных депутатских групп «для проведения переговоров о выработке механизмов объединения братских республик». Во всяком случае, представить после этого Лукашенко противни­ком союза с Россией официальная пропаганда не смогла.

Основными преимуществами Александра Лукашенко были его энергия, активность, мобильность, его уже сложившаяся репута­ция «защитника народа» и его выдающиеся ораторские способно­сти. В какой-то особой и изощренной рекламе он не нуждался, и его штаб затратил на всю избирательную кампанию не слишком много финансовых средств, что сохранило ему независимость от каких-либо политических и финансовых структур. Поэтому спра­ведливость победы А. Лукашенко на этих выборах не оспаривал никто ни тогда, ни позднее. Так, например, Александр Федута, входивший в его штаб, а позднее ставший одним из политических противников, писал: «Эффект от публичных выступлений Лукашенко был поразительный. Помню, я сопровождал его в Гомель. Во время этой поездки он выступал на открытом ста­дионе, перед двумя с половиной тысячами людей. Он стоял в цен­тре арены, рассказывал свою любимую «эпопею» - как он борол­ся с гидрой коррупции. Длилось это около двух часов, затем еще два часа докладчик отвечал на вопросы. Потом он снял пиджак, рубашка на спине была абсолютно мокрой. Сел. Бледное усталое лицо ничего не выражало. И народ хлынул с трибун. Казалось, люди не выходили из рядов, а просто перешагивали через кресла и текли вниз на арену лавой. И лава эта неумолимо двигалась к своему герою. У нее появились руки, которые тянулись к орато­ру Протягивали какие-то клочки бумаги, блокноты, книги - толь­ко распишись! Кто-то протиснул паспорт, кто-то - в полунищей тогда Беларуси! - стодолларовую купюру. Тянулись как к святому... Каждая его речь демонстрировала, насколько он вжился в свой образ, в свою роль. А сам он, похоже, уже начинал искренне верить в свое предназначение. Что бы ни говорили позднее о том, каких имиджмейкеров привлекал к себе в помощь наш герой, но я знаю доподлинно: свой имидж Александр Лукашенко создавал сам. Хорошо помню, как он кромсал подготовленный нами текст одного из выступлений, безжалостно что-то вычеркивая и вста­вляя свое. Когда он отдавал мне его для чистой перепечатки, живого места в нем не было. Синицын, поймав мой недоуменный взгляд, только хмыкнул: «Литераторы! Вас бы в колхоз отправить учить язык! Пишите проще!»1.

С началом демократии и гласности, а тем более во времена смуты и первых избирательных кампаний ораторские способно­сти играли огромную роль. В России на этом поприще выделя­лись тогда А. Собчак, А. Тулеев и В. Жириновский, в Грузии - 3.Гамсахурдиа, в Украине выдающихся ораторов не нашлось. Другое дело, что одних лишь ораторских способностей было для победы недостаточно. Программа А. Лукашенко включала ряд «горячих» и афористичных тезисов: «Союз с Россией и сохране­ние единой с Россией денежной системы», «Власть народу, а не номенклатуре» и др. Эти лозунги привлекали тогда большинство населения, которое чувствовало себя и обобранным, и обману­тым. Белорусы видели в лице Лукашенко человека из народа, «народного президента». Почти безоговорочно поддерживала его бедная часть населения и особенно пенсионеры, которым рыноч­ная экономика ничего хорошего не сулила. Беларусь уже жила в условиях тяжелого экономического и политического кризиса, и обещания восстановить в стране порядок привлекали людей больше, чем надежды на светлое будущее при рыночной эконо­мике и частном предпринимательстве. А. Лукашенко оказался прекрасным полемистом, он не бросался шокирующими фраза­ми о солдатах, которые должны «мыть сапоги в Индийском океа­не « (как В. Жириновский в России), не использовал национали­стической демагогии (как это делал 3. Позняк, подражавший Гамсахурдиа и Ландсбергису). А. Лукашенко требовал обуздать инфляцию и запустить заводы, половина которых стояла. Методов достижения этого он не затрагивал, призывая верить ему и голосовать сердцем (к этой формуле через два года прибег­нет Б. Ельцин). Белорусское телевидение предоставляло всем главным кандидатам до 30 минут эфира. И на экране А. Лукашенко смотрелся лучше других во всех отношениях. Вообще в этой кампании он демонстрировал огромный дар импровизатора, его ответы на вопросы были деловыми и обосно­ванными, точными и образными, всем понятными.

Результаты первого тура оказались для многих неожиданными: A. Лукашенко - 42%, В. Кебич - 17,7%, 3. Позняк - 12,9%, С. Шушкевич - 9,9%, А. Лубко - 6%, В. Новиков - 4,2%.

По данным общественных наблюдателей, А. Лукашенко набрал в первом туре даже не 42, а 52%, т.е. он победил уже в первом туре. Таковы же были подсчеты его штаба. Однако в случае протеста избирком или Верховный Совет могли отме­нить вообще итоги голосования, перенести выборы или приду­мать еще какую-либо процедуру. Поэтому штаб А. Лукашенко, который возглавлял тогда Александр Лебедько, решил не проте­стовать, а спокойно идти на второй тур, который почти гаран­тированно обещал победу Лукашенко.

Трудно описать растерянность противников фаворита голосо­вания. Да, они знали, что он известный и популярный политик. Но кто он такой? Он не имел тогда своей партии, хотя бы такой, какую в 1993 г. возглавлял В. Жириновский, но ведь и тот полу­чил в России не 42%, а около 22% голосов. Он не имел никакой сколько-нибудь мощной финансовой поддержки и затратил на свою избирательную кампанию много меньше, чем любой из его главных соперников. У него не было административного ресурса, он не опирался на поддержку России или стран Запада. Но, так или иначе, во второй тур вышли А. Лукашенко и B. Кебич. Премьер еше надеялся на успех. Именно его штаб пред-ложил использовать перед вторым туром такую форму, как теле­дебаты в прямом эфире. В. Кебич - опытный политик, часто выступавший по телевидению, но он оказался совершенно не готов к дебатам с таким человеком, как А. Лукашенко, оказав­шимся не только замечательным оратором, но и талантливым импровизатором, находчивым полемистом. Он буквально разгро­мил в этих дебатах В. Кебича. Вся та разруха, которая происходи­ла в 1992-1994 гт. в Беларуси, обнищание народа, безработица - все это было использовано против премьер-министра, тогда как Лукашенко уверенно обешал исправить все упущения режима.

Во втором туре результат В. Кебича даже ухудшился: он полу­чил 14% голосов, Лукашенко — 81%. Никго уже не пытался эти данные оспорить или фальсифицировать. Выбор народа был оче­виден, и Кебич признал свое поражение. Он вел себя в этих усло­виях вполне достойно. Власть перешла в руки Александра Лукашенко, и этим он был обязан только народу Беларуси и само­му себе. Это развязывало ему руки при создании государственно­го аппарата и рычагов власти. Политики остались в стороне, а чиновники, военные, работники правоохранительных органов, КГБ, все властные структуры стали беспрекословно выполнять распоряжения избранного народом страны президента.

Первый год и первый срок президентства

Александр Лукашенко встретил известие о своей победе в г. Шклове, у себя дома. Сотовой связи тогда еще не было, и он узнал новость по обычному домашнему телефону. В Минск он вернулся уже в качестве президента. Инаугурация еще не состоя­лась, но уже при первой встрече с избирательным штабом стало очевидно, что Лукашенко изменился и сам по себе, и в отноше­ниях с другими, даже близкими ему, людьми. Некоторых это обидело. Однако именно это свидетельствовало о его крайне серьезном отношении к власти. Он действительно всего за одну ночь стал другим, ибо встал у руля государства и не мог не чув­ствовать той громадной ответственности, которая легла на его плечи. Леонид Синицын вспоминал: «На него ответственность сразу наложила отпечаток, буквально физически стало видно - в повороте головы, в манере держаться, во всем! Он стал прези­дентом. Мгновенно. Появилась подчеркнутая солидность, отстраненность, концентрация. Потом президент уехал в Шклов и, когда вернулся, со штабом уже не встречался, сразу пошел работать. И мне сказал: «Ты разбирайся со штабными делами». Нам нужно было сделать «перезапуск» всей политической систе­мы страны. Мы ведь пришли из оппозиции, и для нас непростой вопрос был - удержать власть. Но мы знали, чего хотели. Лаже больших совещаний особенно не нужно было, все друг друга на какой-то внутренней частоте слышали. И когда оппозиционе­ры говорили «три месяца - и все развалится!», мне смешно было. Мы были абсолютно в себе уверены»1.

Президент А. Лукашенко лично занялся механизмом контроля над силовым блоком, т.е. армией, МВЛ и КГБ. Л. Синицыну было поручено сформировать и возглавить Администрацию Президента, и через месяц она уже работала, имея штат около 100 человек. Иван Титенков возглавил Управление делами Президента. Аппарат Совета министров формировали все вместе. К этому подключился вскоре и Михаил Чигирь, профессиональ­ный банкир, которому Лукашенко предложил пост премьер-мини­стра вместо ушедшего в отставку В. Кебича. Пост вице-премьера по социальным вопросам получил Виктор Гончар. Он явно расс­читывал на роль наставника президента, но тому наставники были не нужны. Даже при решении социальных вопросов А. Лукашенко действовал вполне самостоятельно, не особенно советуясь с В. Гончаром. Обиженный политик вскоре подал в отставку по мелкому поводу. Его тогда никто не понял и не поддержал.

Надо сказать, что спустя некоторое время и несколько других «молодых волков» из первой команды А. Лукашенко вышли по тем или иным причинам из круга его сподвижников. Например, Л. Синицын, имея собственные амбиции, стал заниматься биз­несом, а потом, на следующих выборах, пытался вступить в борьбу за пост президента. А. Федута занялся публицистикой, главной темой которой стала деятельность белорусской власти и президента. Анатолий Лебедько, не получив после победы Лукашенко никакого «портфеля», перешел в оппозицию и через несколько лет стал одним из ее лидеров. Из руководителей изби­рательного штаба наиболее прочные позиции в структурах вла­сти занял Виктор Шейман. Он работал на разных постах в руко­водстве органов безопасности Беларуси, а в 2000 г. был назначен на пост генерального прокурора Республики.

Нельзя не сказать кратко и о судьбе главных конкурентов А. Лукашенко на первых президентских выборах. Вячеслав Кебич работал в Верховном Совете, а позже в Палате представителей Национального собрания страны. В 1994 г. он возглавил также Белорусский торгово-финансовый союз. Зенон Позняк продо­лжал быть главой радикально-националистической оппозиции. Однако в апреле 1996 г. эмигрировал в США и попросил там политического убежища. Позже перебрался с семьей в Польшу и жил в Варшаве. Станислав Шушкевич остался в Беларуси и воз­главил здесь одну из социал-демократических партий.

А. Лукашенко настойчиво и целеустремленно создавал рабо­тоспособную и прочную вертикаль власти, в которой главным принципом становились уже не выборы, а назначения. Команды Кебича и Шушкевича ушли, надо было заполнить вакансии. Шел интенсивный отбор людей. Власть президента крепла. Новых людей, которые заняли важные посты в правительстве, в судеб­ных и административных органах, в СМИ, в управлении главны­ми регионами Беларуси, во главе министерств, банков, крупных предприятий и т.д., было много.

Александр Лукашенко ясно понимал тогда свои приоритеты. Вспоминая много позднее первые недели своего президентства, он говорил: «Мне ведь и сорока лет не было... Главное, что при­шлось решать, - надо было отвести этот осколок Советского Союза, очень технологичный, развитый, с мощной экономикой, с монстрами финишного производства: МАЗом, БелАЗом, МТЗ, деревообработкой и так далее. Все было остановлено, пустые полки в магазинах, люди - на площадях. Их уже разогрели в то время наши националисты определенными лозунгами...

Помню, приехал на завод «Горизонт», люди смотрят на меня, молодого. Им и меня жаль: видят, что я не могу объять необъят­ное, и плачут, что семью прокормить нельзя. И просят меня: «Ну хотя бы 30 долларов, чтобы хоть как-то протянуть, хлеба купить». Жуткая была ситуация... У нас, я помню, за одни сутки в 18 раз подорожал хлеб. За сутки в 18 раз! Я просто благодарен людям, что они терпели»1.Рынок - это в первую очередь стихия, и в 1993-1994 гг. он дей­ствовал и в России, и в Беларуси не на развитие производства и рост частной инициативы, а прежде всего на рост цен и передел собственности. Поэтому отдавать управление белорусской эконо­микой «невидимой руке рынка» А. Лукашенко считал полной авантюрой. Однако для сохранения централизованного управле­ния экономикой нужны были соответствующая законодательная база и государственные институты (суд, административные органы и т.д.). А между тем важные решения следовало принимать по накопившимся проблемам быстро. Например, большой газопро­вод' «Ямал - Европа» строился уже несколько лет и остановился как раз у границ новой и независимой Беларуси. Ни С. Шушкевич, ни В. Кебич просто не знали, как дальше вести через территорию их страны это строительство. Тогдашний председатель «Газпрома» Рэм Вяхирев тоже не знал, что дальше делать. Вскоре после избра­ния А. Лукашенко президентом Беларуси Вяхирев приехал к нему.

В одной из бесед с российскими журналистами А. Лукашенко вспоминал: «Когда Рэм Вяхирев приехал ко мне, а меня только избрали, это был, кажется, 1995 г., он мне говорит: «Александр Григорьевич, вот мы проект давно сделали Ямал - Европа, но не можем работать. Шушкевич заблокировал строительство, да и Кебич против». Я посмотрел бумаги и сказал: «Начинайте завтра строить. Я вам все документы подготовлю, и они будут подписа­ны. Земля будет ваша под этими трубами». Он поднялся, на меня так посмотрел, думает: ну, наверное, он молодой и еше не пони­мает, что говорит; это ведь серьезный проект и, не решив какие- то детали, как можно начинать миллиардный проект? Я ему ска­зал: «Или вы завтра начинаете строить, или больше ко мне не приходите». Он вынужден был начать. И мы через полгода только закончили процедуру отвода земель, когда трубы были уже поло­жены. И когда сдали через два года этот газопровод, Вяхирев прие­хал на открытие и вспомнил это. «Я нигде, - сказал он, - ни в одной стране такого не встречал, чтобы мне сказали, пообеща­ли, и мы начали строить, поверив только на слово». Но мы свое слово сдержали. Более того, мы освободили от всех налогов это строительство. И тогда наш бюджет около миллиарда долларов потерял. Но мы знали, что это обшее дело. Строили, конечно, белорусы, а деньги платил «Газпром».

Другая проблема, с которой сразу же столкнулся А. Лукашенко, - это националистическая оппозиция. Многие из руководящих ею людей имели не только непомерные амби­ции, но и мандаты депутатов Верховного Совета. Поэтому кон­фликт президента и Верховного Совета 12-го созыва был неиз­бежен. Внимания историка заслуживают сегодня лишь некоторые эпизоды этого конфликта, который подробно описан в белорусской мемуарной литературе.

Александра Лукашенко избрали президентом на основе Конституции 1994 г., ряд положений которой были приняты под давлением оппозиции и которые он не мог поддержать: он считал необходимым усилить власть президента и уменьшить полномо­чия парламента. С этой целью он, действуя по всему фронту про­блем, выбрал самую важную для белорусских националистов позицию, и нанес по ним удар: он предложил провести референ­дум об изменении флага и герба Беларуси, содержащий и ряд дру­гих вопросов, связанных с общей политикой президента (в част­ности, вопрос о возвращении русскому языку статуса государственного наряду с белорусским, что тоже представляло удар по БНФ, который был ядром оппозиции в парламенте).

Было почти очевидно, что Александр Лукашенко выиграет референдум и что БНФ потерпит поражение. Не рассчитывая на победу, депутаты из БНФ решились на провокацию: они объявили голодовку, расположившись в главном зале Дома пра­вительства, где тогда проходили заседания Верховного Совета, чтобы сделать эти заседания невозможными.

Несомненно, что президент имел возможность выбирать раз­ные решения, например, мягкое - перенос заседаний Верховного Совета в другое место. Однако А. Лукашенко решил не игнорировать провокации оппозиции, а пресекать прямо и жестко. Министр внутренних дел Беларуси доложил ему, что по полученным в МВД сообщениям, в здании Дома правитель­ства заложена бомба и жизни депутатов угрожает опасность. Президент приказал действовать по инструкции, а та гласила, что при угрозе взрыва все, кто находится в опасной зоне и не подчиняется распоряжениям властей, должны бьпъ удалены принудительно, что и было сделано. На следующий день в зале Дома правительства прошло очередное заседание Верховного Совета.Референдум состоялся 14 мая 1995 г. Из 7,4 млн граждан, имеющих право в нем участвовать, голосовали 4,8 млн (64,8%). На вопрос «Согласны ли вы с приданием русскому языку равно­го статуса с белорусским?» положительно ответили 83% участ­ников референдума. В поддержку предложения президента об установлении новых государственных флага и герба Республики Беларусь проголосовало 74,1%, за одобрение его действий, направленных на экономическую интеграцию с Россией, - 83,3%. На вопрос об изменении Конституции стра­ны, позволяющих президенту распускать Верховный Совет «в случае систематического или грубого нарушения Конституции», положительно ответили 77,7%.

В этот же день прошли выборы Верховного Совета нового, 13-го, созыва, но из-за обилия кандидатов и остроты борьбы мандаты получили только 18 депутатов. Понадобилось еще три тура и пять месяцев, чтобы Верховный Совет смог работать. В него не прошел ни один из членов БНФ1. Тем не менее с зако­нодателями у А. Лукашенко возникали один за другим новые конфликты, так как многие решения и действия Верховного Совета 13-го созыва противоречили его политической линии. Это противостояние нарушало стабильность и нормальную жизнь общества, уставшего от непрерывных баталий. Особенно решительно оппозиция выступала против подписания президен­том первого договора о создании Сообщества Беларуси и России, что, по ее догматическим заявлениям, нарушало суве­ренитет Республики. Именно проблема выбора главного геопо­литического союзника для Беларуси на ближайшие десятилетия (Евросоюза или России) была сутью конфликта. В «горячую весну» протестов оппозиции удалось втянуть немало людей, но кончилось все ее поражением, и Зенон Позняк эмигрировал.

Александр Лукашенко начал готовить новый референдум по изменению Конституции, а Верховный Совет - импичмент президенту. Этот раунд политической борьбы выиграл тоже пре­зидент. Оппозиции не удалось начать дело в Конституционном суде по отрешению Лукашенко от власти, а референдум был объявлен Всебелорусским народным собранием и проведен 24 ноября 1996 г.

Напряжение перед референдумом и во время его проведения было очень велико. Против А. Лукашенко выступали теперь не только «старые» оппоненты, противостоявшие ему до президен­тских выборов, но и многие недавние соратники и союзники, которые помогли ему придти к власти. Проходили многочислен­ные митинги и выступления оппозиции. Но референдум подвел черту под этими дискуссиями. Участие в нем приняли более б млн человек (84,14%). По главному вопросу - о принятии измененного варианта Конституции Республики Беларусь - А.Г. Лукашенко поддержали более 80%.

По новой редакции Конституции президент объявлялся руководителем государства, гарантом Конституции, прав и сво­бод человека и гражданина. Он обладал правом издания указов, имеющих нормативный характер. Вместо однопалатного Верховного Совета страна обрела двухпалатный парламент - Национальное собрание Республики Беларусь, - состоящий из Палаты представителей и Совета Республики. Но никаких новых выборов не проводилось. Из числа депутатов прежнего Верховного Совета указом А. Лукашенко был одобрен список из 110 человек, вошедших в Палату представителей. Это были наиболее лояльные к нему люди.

1997-1999 гг. прошли в Беларуси более спокойно, чем 1994-1996 гг., но все же шла достаточно острая борьба с оппо­зицией и происходили разные персональные перемены во вла­сти. А. Лукашенко не инициировал создание какой-то новой «партии власти» по типу «Выбора России», «Единства» и «Единой России». Его поддерживали несколько ранее сформи­ровавшихся партий, но он не входил ни в одну из них. Выборы президента по новой Конституции состоялись 9 сен­тября 2001 г. Активность была очень высокой - 83,9% избира­телей пришли на участки, а отдали свои голоса за А. Лукашенко 75,65%. Кандидаты от оппозиционных партий получили менее 20% голосов. После этих выборов в стране сложилась устойчи­вая и прочная система государственной власти, и это позволило перенести усилия народа и государства на развитие экономики.

Александр Лукашенко как политический лидер

Хотя Александр Лукашенко находится у власти уже более 15 лет, уважение и доверие к нему продолжают оставаться очень высокими. По данным белорусского телеграфного агентства, в 2008 г. уровень доверия населения к президенту ни разу не опускался ниже 85% от числа опрошенных. Однако в отличие от России высоким уровнем доверия в Беларуси пользуются также армия (81%), судебная система (71%) и парламент (70,4%). Белорусской милиции доверяют 68,5% граждан, а мест­ным органам власти - 59%\

Такой степени доверия населения страны к власти и силовым структурам нет ни в одной из стран СНГ и Европы. Сходные данные получают и официальные социологические службы, и разного рода независимые группы, время от времени проводя­щие «замеры» общественного мнения. Бывший депутат белорус­ского парламента политолог Ольга Абрамова пытается так объяснить сложившуюся в Беларуси ситуацию: «Лукашенко ока­зался очень удачным руководителем для переходного периода. Вряд ли он этого хотел, но он помог белорусам совершить «нетравматичный» переход из советского времени в новое время. В обществе сегодня уже нет массового отрицания пред­принимательства, а отношение к Западу изменилось в лучшую сторону. Белорусы узнали о наличии инакомыслящих и научи­лись жить бок о бок с людьми, которых не приемлет власть. Я бы назвала Лукашенко гениальным лидером переходного периода. Но эту свою функцию он исчерпал. Вопрос - решится ли он на системные трансформации? Его уже не так любят, как люби­ли 15 лет назад, но терпят за неимением другого авторитетного лидера». Самого президента, однако, не слишком заботит вопрос - кто и за что его любит из людей, претендующих на зва­ние элиты. Александр Лукашенко и сегодня опирается главным образом на большинство народа, ибо правящая элита пока в Республике не сложилась - ни в чиновном, ни в военном сословии, ни в белорусской интеллигенции, ни в предпринима­тельском классе. Переходный, или «транзитный», период в ста-новлении Беларуси как нового и независимого государства пока еще не завершился. «Мне как президенту, - говорил еще несколько лет назад Александр Лукашенко, - иногда приходится принимать непопулярные решения. Знаю, что любить меня за это не будут. Но моя задача - побудить всех любить страну, в которой мы живем, и уважать власть, которая никогда не бро­сала народ в беде. Согласитесь, что бы ни случилось - реакция власти всегда была мгновенной. Защищать людей - моя основная работа. Для этого меня нанял народ».

Белоруссия изменилась за последние годы очень сильно и во всех отношениях. Очень существенно изменился за это время и ее президент. Это совсем не тот «зеленый», «молодой» политик, как он говорил, обращаясь к своему прошлому, - в конце августа 2009 г. ему исполнилось 55 лет. Александр Лукашенко очень многому научился за годы своего президен­тства: овладел огромным объемом новой информации и новыми технологиями власти и управления. «Сила Лукашенко не только в том, что он обладает харизмой, - говорил недавно известный в Беларуси писатель Н.И. Чергинец. - Человек знает дело. Он воз­мужал. Сейчас это уже матерый политик, руководитель страны, перед которым пасуют руководители более мощных государств, нежели Беларусь, по численности и территории. Думаю, что наш народ не видит другого лидера».

Александр Лукашенко - человек активный, искренний, открытый и эмоциональный. Психологи назвали бы его экстра­вертом, тогда как Владимира Путина они считают типичным интровертом. Государственные лидеры могут быть людьми с очень разными особенностями личности, но при этом весьма эффективными. В любом случае они должны быть прагматич­ными и работоспособными людьми.

Каждая профессия требует от человека определенных качеств, без которых он не сможет достигнуть ее вершин. Для политического лидера, который ведет свою страну через време­на кризиса и смуты, нужны прежде всего решительность, сила и смелость. Этими качествами в полной мере наделен А.Г. Лукашенко. Уже участие в выборах на Съезд народных депу­татов СССР в 1989 г. свидетельствовало о смелости Лукашенко. Смелостью отличались и его президентские избирательные кам­пании и его решения как президента.

Когда президент А. Лукашенко во главе белорусской делега­ции впервые прибыл в Кремль, Борис Ельцин был удивлен имен­но смелостью и самостоятельностью нового белорусского лиде­ра. Лукашенко вошел в зал уверенно и спокойно и не поддержал отеческого тона, которым начал их беседу Ельцин. Почему-то в ходе нее Ельцин несколько раз повторил одну и ту же фразу: «Не Вы власть взяли, ее Кебич потерял. Власть берется или теря­ется... Не Вы взяли власть - ее потерял Кебич». Но это было бы верно, если бы речь шла о нем самом и Горбачеве, который поте­рял власть раньше, чем Ельцин был готов ее принять. Было оче­видно, что у того сохранился какой-то «беловежский синдром» - чувство личной вины за содеянное. Лукашенко это уловил. «Выбросьте Вы, Борис Николаевич, из головы эти мысли о Беловежской пуще, - сказал белорусский лидер. - Кравчук и Шушкевич заставили Вас подписать это соглашение. Это была их цена за помощь в борьбе с Горбачевым, ведь они понимали, что два медведя в одной берлоге жить не могут».

Вместе с Лукашенко были тогда премьер Михаил Чигирь и глава Администрации Леонид Синицын, который позднее вспо­минал: «Надо сказать, что Лукашенко очень достойно и серьезно вел эти переговоры, хотя никакого государственного опьгга у него тогда быть не могло. Без патетики скажу, что я с гордостью смо­трел, как наш президент беседует спокойно и вполне непринуж­денно». Вспоминал и сам А. Лукашенко об этой встрече: «Он так меня внимательно и пристально рассматривал - молодого прези­дента. Я говорю: «Вы меня не рассматривайте так пристально! Я приехал в свою столицу! В свою Москву! Здесь у меня многое связано с Москвой, поэтому не надо смотреть на меня как на ино­странца!» Ельцин засмеялся и говорит: «Я согласен»1. Именно на этой первой встрече был определен курс на союз Беларуси и России. «Не будет так, как с хохлами?» - спросил Ельцин. «Нет, это наша твердая позиция - союз с Россией», - ответил Лукашенко.

С исключительной смелостью вел себя и действовал Александр Лукашенко во время короткой, но жестокой войны НАТО против Югославии весной и летом 1999 г. Не было ника­ких ни правовых, ни моральных оснований для бомбардировок Белграда и Сербии. Это понимали американские лидеры, но дей­ствовали по принципу «сильный всегда прав». Именно в эти дни госсекретарь США Мадлен Олбрайт сделала известное заявление: «Мы вправе применить силу потому, что мы Америка. Мы сила, которую никому не позволено игнорировать». Борис Ельцин, как известно, уклонился тогда от осуждения США и оказал давление на Югославию и на Слободана Милошевича. А Лукашенко выле­тел тогда в Белград и встретился с Милошевичем в его бомбоубе­жище. Он открыто осудил США и не боялся ни тогда, ни позже говорить о том, что Европа вела себя в этом конфликте «несо­лидно», а Россия - «предательски по отношению к братскому славянскому народу». «Нам надо было тогда защищать Югославию. У нас с Россией для этого было все. И не было бы сегодня проблем с Косово. Я очень хорошо был вовлечен в этот процесс, я знал военную составляющую, я знал ту ситуацию, которая была в военном отношении. России не стоило больших усилий тогда противостоять агрессии, которая осуществлялась против братского нам народа».

Характерен для А. Лукашенко и жесткий стиль руководства. Он шел к власти, опираясь на поддержку народа, простых людей и обличая пороки чиновничества, которое после распада Советского Союза и крушения КПСС оставалось и в России, и в Белоруссии почти единственной несущей конструкцией вла­сти. Б. Ельцин заключил с чиновничеством негласный союз и потакал многим порокам этого сословия. Назначая человека на тот или иной пост, он мог при первой же встрече спросить: «А тебе нужна дача?» Если он потом и снимал этого чиновника, то не отбирал ни дачу, ни роскошные московские апартаменты. Александр Лукашенко принял совсем другой и очень жесткий стиль управления, выстроив при этом эффективную вертикаль власти. На протяжении всех лет он ведет самую суровую борьбу с коррупцией в аппарате власти, и чиновничество всех уровней опасается критики и гнева президента. Ротация чиновников и по вертикали и по горизонтали - это в Беларуси весьма частое явление. Такая система незаметных публике, но несменяемых чиновников, какая существует, например, в системе государ­ственной власти старой Европы, в Беларуси отсутствует, так как правящая элита здесь еще не сложилась. Это проблема, которая вынуждает Александра Лукашенко откладывать свой уход из вла­сти - у него нет ни преемника, ни альтернативы, и это понимают в Республике все, даже оппозиция, откровенный взгляд на поли­тический потенциал которой высказал недавно Чрезвычайный и Полномочный посол Российской Федерации в Беларуси Александр Суриков. Редакция оппозиционной газеты «Народная воля» задала ему вопрос: «Кому вы сами из наших оппозицион­ных политиков чисто по-человечески симпатизируете?». А. Суриков ответил без дипломатических умолчаний: «Я, честно говоря, не могу выразить никому своих симпатий. Мне прихо­дилось встречаться с ними, и не один раз. Больше, правда, на приемах мы пересекаемся... Мне однозначно не нравится их заточенность против почему-то Александра Григорьевича Лукашенко. Им наплевать на все: на народ, на государство. Вот против Лукашенко и все. Почему? Объяснить не могут. Не нра­вится жесткость власти. Она многим не нравится, может быть и в других странах. Но Беларусь, по моим пониманиям, из той ямы, в которой она находилась в начале и в середине 90-х годов, вытащить можно было только с помощью жестких рычагов. И больше никак. А вот им это не нравится... Демократия, гра­ничащая с анархией. Что хочу, то и ворочу. У нас это было... Поэтому период становления демократии еще предстоит пройти и Российской Федерации, и Беларуси. Так, как положено, нор­мально. Но демократии, а не анархии. И тогда появятся и поли­тики, уже не оппозиционные, а просто демократические».

Некоторые приоритеты

Управление в ручном режиме. Александра Лукашенко вол­нуют все сферы жизни Беларуси, и он руководит делами Республики, как правило, в режиме «ручного управления». Он очень часто выезжает в разные города и области, посещает пред­приятия, стройки, воинские части, встречается с сельчанами.В условиях кризиса 2009 г. эти поездки стали лишь более часты­ми. Когда возникли трудности с экспортом белорусской продук­ции, президент обязал чиновников предоставлять ему еженедель­но доклад о снижении складских запасов и реализации продукции ведущих «валообразующих» предприятий страны. Крупных пред­принимателей из западных стран, России и стран СНГ, Израиля, которые приезжают в Беларусь, интересуясь ее инвестиционными возможностями, он чаще всего принимает у себя в рабочем каби­нете, всегда предметно и долго беседует с делегациями от разного рода бизнес-объединений. При посещении Сербии и Армении в 2008 и начале 2009 г. он специально встречался с группами биз­несменов и предлагал им расширить свой бизнес на территории Беларуси на очень выгодных условиях. Только после этих двух встреч в Республике появилось около десяти новых инвесторов.

Президент дает много поручений и правительству, и своей администрации, и директорскому корпусу, тщательно следя за тем, как исполняются на местах эти поручения. В белорусских газетах каждые 8-10 дней можно встретить сообщения: «Президент Беларуси Александр Лукашенко совершил рабочую поездку в Гродненскую область», «Президент Беларуси Александр Лукашенко совершает рабочую поездку по Гомельской области», «Президент Беларуси Александр Лукашенко побывал на ОАО «Минский моторный завод», «Президент Беларуси Александр Лукашенко посетил Светлогорское производственное объединение «Химволокно»... Ежегодно посещает А. Лукашенко и те районы Беларуси, которые особенно сильно пострадали от аварии на Чернобыльской АЭС.

Отношение к сельскому хозяйству и деревне. Совершенно очевидно особое отношение Александра Лукашенко к белорус­ским селам. Будучи всю жизнь связанным с деревней, он отно­сится к белорусскому селу с неизменными любовью и внимани­ем. В беседе с группой российских журналистов осенью 2009 г. А. Лукашенко подробно рассказывал о личной причастности к проблемам села: «Да, мы сразу начали заниматься не просто сельским хозяйством - мы спасали село. Ну не бывает России и Беларуси без села. Там корни наши, там душа наша, мы ведь все оттуда. А для меня это особенно важно. Я родился в городе. Но всю свою сознательную жизнь прожил в деревне, видел, что это за труд. И видел, как погибает деревня. А коль деревня поги­бает - нет основы. Все вымывается. Это катастрофа для любого государства. Но вопрос был не в том, чтобы вспахать землю, хотя это важно. Надо было спасать деревню: строить инфраструктуру, дороги, делать газификацию. Надо было клубы нормальные модернизировать, надо школы строить. И тогда мы решили: надо строить агрогородки. А вокруг них огромные площади земель­ные. Благо, что колхозы не распустили, не развалили. И нам проще было создать огромные массивы - 10-12 тыс. га под мощ­ное производство молока, мяса, птицы и так далее, потому что там корма из земли. И мы увидели, что наши крестьяне воспря­ли. Появилась и новая техника, свои комбайны, свои трактора мощные... Один крестьянин на поле дает работу семи человекам. Мы это все изучили и подняли село».

Своим вниманием к селу Александр Лукашенко заразил мно­гих крупных управленцев другими отраслями. Так, Национальный банк Беларуси поднял разрушенное хозяйство бывших советских колхозов на 160 тыс. га - эти земли сегодня собственность банка.

В Советском Союзе деревня была пасынком власти, даже в социальном отношении крестьяне считались людьми второго сорта. В Беларуси такое отношение к селу в основном преодоле­но. В современной России очень многое из того позорного наследия, к сожалению, сохранилось. Достаточно посетить соседние с Беларусью области - Смоленскую, Брянскую, Новгородскую, Псковскую, чтобы увидеть разницу между разру­хой в российском селе и порядком и относительным благополу­чием в белорусском.

Отношение с регионами России.

Ни один из лидеров стран СНГ не относится так сердечно и тепло к России и русскому народу, как Александр Лукашенко. «Белорусы и русские - это по существу один народ» - эту фразу в разных вариантах он говорил и продолжает повторять во многих своих выступлениях. В одном из интервью в 2009 г. он говорил: «Я вырос как русский человек в обобщенном смысле слова. А русские в данном слу­чае - это и белорусы, и русские, одинаково ориентированные в пространстве и по идейным соображениям. Поэтому для меня Россия никогда не была чужой. Да, я критикую конкретное голо­вотяпство конкретных руководителей Российской Федерации. Но и они меня не жалеют. И вообще, это нормальный стиль наших отношений. Если бы это было с Польшей, Германией, я бы так не посмел, потому что это фактически чужие страны. А у нас - Союзное государство. У нас есть совместные органы - Высший госсовет, союзный Совмин, Парламентское собрание и прочее. Наверное, я слишком уж перебираю, когда иногда в открытую начинаю в адрес российских руководителей что-то говорить. Но они этого заслуживают».

Александр Лукашенко признает, что ему приходилось иногда разговаривать с президентом России Владимиром Путиным и «на повышенных тонах». Но приходилось и отдыхать вместе - на Черном море, на Балтике. «Как-то года три назад, - вспоми­нает А. Лукашенко, - это было на Балтике, и я спрашивал Путина: слушай, Владимир Владимирович, я не представляю, как ты управляешь этой страной? Балтика - край ее и где-то там Владивосток. Я бы, говорю, с ума сошел с моим характером! Потому что если я не знаю, как у меня в деревушке какой-то в основном складывается ситуация, какие там тенденции, мне неспокойно. Потому что у меня в каждом огороде должен быть порядок. А тут тысячи километров, 9 часовых поясов!.. Он так улыбнулся в ответ. А потом добавляю: а ты еше говоришь, что России надо еще прирасти шестью белорусскими областями. Неужели земли мало? Это почти дословный разговор, мы сидели за столом, по-человечески расслабившись, и рассуждали. Он - мне: ну ты мыслишь категориями Беларуси».

Конечно же, Александр Лукашенко мыслит категориями не одной Беларуси, а шире. В самый разгар полемики между глава­ми наших государств по проблемам цен на нефть и газ он сделал ряд резких критических замечаний и в адрес российских лиде­ров, и в адрес российских СМИ. Но он также сказал: «Нельзя забывать главное: единство белорусского и русского народов - это одновременно и историческая данность, и великая веками создававшаяся ценность для миллионов наших соотечественни­ков. И люди осознавали это еше задолго до того, как узнали об экономических выгодах от использования и природного газа, и нефти, и научились устанавливать квоты на импорт.

Текущие проблемы в белорусско-российских взаимоотноше­ниях - это не более чем неприятный эпизод в великой истории двух братских народов. И вовсе не повод отрекаться друг от друга, вдребезги разбивая наши обшие вековые ценности».

Не только старшие сыновья Александра Лукашенко, но и его младший сын, б-летний Коля, хорошо говорят и на русском, и на белорусском языках. В семье Лукашенко это не проблема, хотя сам он почти всегда в публичных выступлениях говорит на рус­ском языке. «Что такое русский язык? - заявил А. Лукашенко в одном из своих выступлений перед представителями белорус­ских СМИ. - Я повторю то, что говорил первому, второму и третьему президентам России. Когда они мне говорят: «Спасибо Вам за то, что Вы не создали проблему с русским языком, как в других (не буду называть) государствах», я говорю: «Вы меня за что благодарите? За наш, за мой русский язык?»... И этот язык, который называем русским, не «российским», как некоторые у нас называют его, русским языком, - там души нашего народа почти последнее столетие, да и, наверное, больше. Мы в составе и Российской империи намыкались. Но этот язык был нашим языком. Мы в него немало вложили. Почему же мы так быстро пытаемся забыть то, что создано нами? Почему пытаемся выбро­сить? Ведь это же за плечами не носить, как народ говорит. Уж если переводить эту тему на обыденное простое наречие».

Александр Лукашенко - это единственный из президентов стран СНГ, который регулярно встречается с представителями российских СМИ, и не только из Москвы.

Но и Александр Лукашенко - частый гость в российских регионах. Еще в 1996 г. после подписания первых соглашений Беларуси и России о сотрудничестве и союзе Б. Ельцин поддержал желание и возможность белорусского президента посещать рос­сийские регионы без каких-либо согласований с московскими центрами российской власти. Первая такая поездка состоялась в Ярославскую область, и Лукашенко часто о ней вспоминал: «Ярославль, это, наверное, первая губерния, в которой я побывал. Тогда было очень тяжело, мы у вас покупали двигатели для наших МАЗов. Тогда вы вообще остановили заводы, перестали нам поста­влять двигатели, и мы оказались в очень тяжелой ситуации. У нас тогда практически не было денег. Но мы собрали все, что можно, по Беларуси и повезли в Ярославль, чтобы организовать у вас про­изводство двигателей. Потому что иначе и у нас было бы закрыто это производство. Я очень хорошо помню эту поездку, помню людей, с которыми встречался. Прекрасные люди. У нас сейчас больше 100 миллионов долларов товарооборот с Ярославской областью, она где-то в первой десятке по товарообороту с Беларусью из всех регионов России». «Если бы не регионы, - говорил А. Лукашенко на одной из встреч с представителями СМИ, - то мы бы сегодня с вами не встречались и о Союзном государстве не говорили. Когда мы не могли решить проблемы «наверху», вынужден был поехать в регионы России, чтобы напрямую устанавливать отношения, несмотря на сложности и трудности. И тогда практически все губернаторы побывали в Беларуси. С основными губерниями мы заключили соглашения».

Побывал президент и во всех соседних областях. Когда его просят помочь в уборке урожая в Смоленской или Черниговской области, он всегда говорит «да»: «Это не чужие нам люди. Поезжайте, убирайте». И далее констатирует: «Не только после уборки, даже в ходе своей уборки мы перебрасываем технику для того, чтобы помочь своим людям. И нет такого: «Слушай, ты мне это, а я тебе завтра то». Нет. Сказали: ’’Ребята, надо спасать вот это. Есть нечего будет зимой”. И мы едем и делаем». Неудивительно, что Александр Лукашенко пользуется популярно­стью не только в Беларуси. Социологические службы регулярно проводят опросы о популярности среди населения России поли­тиков как дальнего зарубежья, так и стран СНГ. Согласно опросу, который проводился осенью 2009 г., первое место по доверию занял Александр Лукашенко (52%), второе место - Нурсултан Назарбаев (47%), самые низкие рейтинги, как и следовало ожи­дать, были у Виктора Ющенко и Михаила Саакашвили.

Отстаивание суверенитета Беларуси.

При всем внимании к России и ее регионам, где живут «свои люди», Александр Лукашенко всегда твердо отстаивает как принцип равенства в переговорах Беларуси с каким угодно иным государством, так и ее суверенитет. «Мы не можем стать частью любого другого госу­дарства, не только России, - не один раз подчеркивал он. - Другое дело, что мы никогда не будем с Россией врагами, не будем противниками россиян. Попросту говоря, танки через Беларусь никогда свободно не пройдут. Мы всегда будем вместе с Россией отстаивать наши общие интересы. И Российской Федерации надо согласиться, что у нее на Западе есть единствен­ная опора, дружеское государство, которое никогда не подводило и не подведет. Но оно должно быть суверенным государством»1.

Исходя из этих принципов, президент очень заботится о том, чтобы Минск выглядел именно так, как должна выглядеть столица суверенного европейского государства. Самое внуши­тельное и красивое из новых сооружений здесь - здание Национальной библиотеки Беларуси, наиболее современное и удобное здание такого назначения во всей Европе. Оно имеет очень большое книгохранилище и 20 залов, в которых можно работать при самом высоком техническом обеспечении и с использованием современных информационных техноло­гий. Здесь в последние годы проходят и разного рода междуна­родные встречи, в том числе саммиты стран СНГ, глав госу­дарств ЕвроАзЭС. В Минске в последние несколько лет проведена реконструкция и расширение национального акаде­мического Большого театра оперы и балета. Здание этого теат­ра, как и Национальной библиотеки, стало символом белорус­ской столицы, лучшим на постсоветском пространстве. Пополнился Минск в последние годы и другими суперсовре­менными комплексами - спортивными, культурными, зрелищ­ными. Но дворца президента в Минске нет, не возводились и новые крупные здания для органов власти. Президент и его администрация работают в большом административном здании на улице Карла Маркса, 38, где располагался в прошлом ЦК КПБ. Окна главного кабинета этого здания, где А. Лукашенко принимает большинство своих гостей, выходят во внутренний двор. Загородная резиденция президента располагается в при­городной зоне Минска, в поселке Дрозды - там до 1994 г. была резиденция премьер-министра В. Кебича.

В Беларуси реконструированы все музеи Отечественной войны, Художественный национальный музей, Русский театр им. Горького и Национальный театр им. Янки Купалы. Завершено строительство Дворца Республики, которое было начато еще в конце 1970-х гг., а потом заброшено. Не удивительно, что Александр Лукашенко с большим удовольствием провел экскур­сию для мэра Москвы Юрия Лужкова по главным культурным центрам Минска. Особенно большое впечатление на гостя произ­вела Национальная библиотека. «Конечно, - рассказывал А. Лукашенко, - будучи историком по своему первому образова­нию, я хорошо знал, что такое культура, литература, искусство, как шло их развитие. Все это я понимал. Но когда стал президен­том, я впервые материально пощупал, что же такое культура. Этой библиотеки не было. Это же с советских времен был проект, но боялись его реализовывать. Вы посмотрите на этот «алмаз». Там же 120 тыс. т бетона в земле. На этом фундаменте держится вся эта махина. Боялись строить. Может быть, лет еще пять спустя и я бы побоялся. Но по молодости махнул рукой: будем строить. Я стоял на берегу, а бульдозер первую траншею копал здесь, вот под этим зданием. То есть я, придя к руководству страной, пони­мал, что для культуры я должен что-то сделать».

Президент и его оппоненты

Об отношении к власти. Основным тезисом оппозиции в ее критике А.Г. Лукашенко является тот, что он как президент обладает слишком большой властью, что он стремился и продол­жает стремиться к ее укреплению. В 1997 г. А. Федута писал в очерке «Мир как воля и представление»: «Что бы ни говорила и ни писала белорусская оппозиция, очевидно, что Александр Лукашенко является политиком №1 в своей стране. Поскольку только у него хватило сил и воли, чтобы целеустремленно бороться за власть, прийти к власти и удержаться у власти вопреки всему. И только Лукашенко оказался таким белорус­ским руководителем, который, используя особенности ментали­тета белорусского электората, сумел изменить политическую действительность в стране в соответствии со своими представле­ниями... Сам Лукашенко чрезвычайно работоспособен. Это было очень хорошо видно во время президентской избиратель­ной кампании. Двух-трехчасовое выступление в переполненном сельском или районном клубе, ровное отношение ко всем вопросами, к каждому подошедшему. Через час - чтобы успеть приехать в новый населенный пункт - новое выступление. Ни один из соперников Лукашенко так себя не растрачивал. Избирательная кампания показала: для Александра Григорьевича власть есть цель и одновременно смысл жизни. Ради ее достиже­ния и сохранения он готов на все. Он превратился в сгусток воли и энергии. Эта энергия передавалась другим, заражала».

Подобного рода упреками переполнена оппозиционная печать, и их можно цитировать на многих страницах. «В Беларуси уже давно все знают, кто в доме хозяин, - утверж­дал оппозиционный автор Александр Мишин. - Ни парламент, ни Совет министров, ни суд не являются самостоятельными государственными органами, и все более или менее важные вопросы они решают либо по прямому распоряжению прези­дента, либо с его предварительного одобрения. Президент у нас не только «немного выше Бога», но и законов. Фактически Александр Лукашенко стал сегодня полноправным царем, на милость которого только и могут уповать все граждане».

Исключительность власти, которой обладает А. Лукашенко в Беларуси, Нурсултан Назарбаев в Казахстане, Ислам Каримов в Узбекистане, а Владимир Путин в России, доказать нетрудно. Однако в условиях, в которых оказались наши государства в последние 20 лет, такая власть не только оправдана, но и необ­ходима, без нее новые государства ни создать, ни укрепить было нельзя. Альтернативой могло быть только то, что Владимир Путин назвал недавно «украинизацией» в качестве одной из угроз для России.Упреки в стремлении к власти, которые делаются в адрес политика, крайне странны. Они сродни обвинениям артиста в стремлении к успеху и аплодисментам публики. А для кого артист работает, как не для публики? Только благодаря успеху он может рассчитывать повлиять на души людей. Точно так же и политик, только имея власть, может изменить положение дел в стране и обществе. С этой точки зрения авторитет и власть Александра Лукашенко, его большой политический капитал, который он сумел накопить как в Беларуси, так и в России, можно считать одним из важных достижений белорусского народа, выдвинувшего из своих рядов и активно поддержавшего столь неординарного и талантливого политика.

Давление западных политических сил. Ни для кого в Беларуси не секрет, что почти все оппозиционные группы и партии поддерживаются ведущими западными политическими центрами, причем не только морально, но и финансово. Однако западные политические круги этим не ограничиваются и оказы­вают немалое давление на Республику и Лукашенко по всем линиям. В какой-то мере это было следствием того давления, которое Запад и прежде всего США оказывали на Россию, опаса­ясь ее укрепления и выхода на мировую арену как великой дер­жавы. После того как сопротивление Югославии было сломлено, страны Восточной Европы одна за другой вступали в НАТО и Европейский союз, а в результате «революции роз«, «оранже­вой революции» и т.п. проамериканские режимы появились и на постсоветском пространстве. Общую картину для западных политических стратегов портила лишь Республика Беларусь, которая оставалась прочным и верным союзником России. А многие западные геополитики хорошо знали и часто повторя­ли концепцию «сердца земли», которая была известна еще как формула Харольда Мак Киндера. Она звучала примерно так: «Тот, кто правит Восточной Европой, владеет Сердцем земли. Тот, кто правит Сердцем земли, владеет Мировым Островом, или Евразией. Тот, кто правит Мировым Островом, владеет миром».