Александр Лукашенко. Контуры белорусской модели.

Рост экономики Беларуси в 2007 г. замедлился, но по сравне­нию с 2006 г. всего на 1,5-2%; ее ВВП вырос на 8,2%. При этом объем продукции промышленности увеличился на 8,5%, а сель­ского хозяйства - на 4,1%. Производство непродовольственных потребительских товаров возросло за год на 11,7%, продоволь­ственных товаров - на 4,2%. Инвестиции в основной капитал увеличились на 15%, объемы внешней торговли по импорту - на 28%, а по экспорту - на 24,6%. Жилья было построено на 14% больше, чем в 2006 г. Реальные денежные доходы населения воз­росли на 14,9%, среднемесячная заработная плата - на 9,5%; пенсии же за два года третьей пятилетки увеличились почти на 40%. Успешно развивалось сельское хозяйство - это был «хлеб­ный год»: Республика собрала 8 млн т зерна.

Небольшое торможение в поступательном движении эконо­мики произошло не только из-за повышения цен на российские энергоносители, но и из-за возникших затруднений в экспорте белорусской продукции.

«У нас сильная, мощная экономика, - говорил в одном из интервью А.Г. Лукашенко. - Но нам надо научиться продавать. Вот что самое главное. И мы будем значительно богаче, чем сей­час. Мы научились делать качественный товар, и он конкурен­тоспособен, особенно на пространстве СНГ, где сейчас больше всего денег. И тракторы, и автомобили, и химию, и нефтехимию, и все, что мы здесь выпускаем, - все это востребовано на миро­вых рынках. Но нам надо диверсифицировать как импорт, так и экспорт. Это нормально. Это же аксиома».

В 2007 г. промышленность Беларуси значительно расширила номенклатуру товаров, предлагаемых для экспорта, - появились 24 новые позиции: газетная бумага, бесшовные трубы, вагоны, несколько новых видов бытовой техники, дизельные двигатели четвертого поколения, биотопливо... Имелось и много предло­жений по созданию новых производств, но обнаружился недо­статок собственных капиталов. Для осуществления крупных проектов Республике нужны были значительные капиталовложе­ния. Однако иностранные капиталы в Беларусь не шли: в про­шлые годы здесь мало кто был заинтересован в получении серьезных иностранных инвестиций. Спекулятивные же ино­странные средства были вообще не нужны.

Как известно, не пускал их поначалу в свою экономику и Китай с его «рыночным социализмом». Но предпринимательский стратегический иностранный капитал в Китае стал впоследствии одним из локомотивов развития. Не помешал бы он и Беларуси. Пока в ней шло восстановление народного хозяйства и формиро­вание новых государственных систем, иностранные капиталовло­жения могли только мешать, и пользоваться ими стоило лишь в крайнем случае. В Казахстане, например, в 1993-1995 гг. просто не было возможности самостоятельно наладить и пустить в ход крупные предприятия добывающей и металлургической отраслей. Пришлось их передавать во внешнее управление или даже прода­вать. В Беларуси подобная нужда не возникла. Наладить работу всех крупных предприятий, включая такие гиганты, как МАЗ и БелАЗ, белорусы смогли своими силами. Но для создания каких- то новых крупных производств собственных сил и капиталов уже не хватало. Начался поиск инвесторов и работа над созданием новых систем законов и правил экономического регулирования.

В 2007 г. в Администрации Президента и Правительстве Беларуси начали не только обсуждать, но и активно разрабаты­вать ряд новых программ по развитию и поддержке малого и среднего бизнеса, а также по приватизации многих предприя­тий. Экономический анализ показывал, что самые крупные белорусские машиностроительные комплексы работают на пре­деле своих возможностей. Их надо модернизировать, сокращая при этом расход ими энергоресурсов. Но строить много новых больших предприятий в Беларуси нецелесообразно, гораздо разумнее делать ставку на модернизацию, основанную на совре­менных технологиях уже имеющихся заводов. Дальнейшее раз­витие экономики должно идти путем создания средних и малых предприятий, развития сельского хозяйства и нужной ему про­мышленности, приватизации части предприятий. От приватиза­ции Республика рассчитывала получать не менее 2-3 млрд долл. в год. Разумеется, предполагалось участие в приватизации глав­ным образом иностранного капитала, что позволило бы пога­шать те растущие убытки в бюджете страны, которые происте­кали из-за начавшегося весьма значительного повышения цен на нефть и особенно на газ (потери в газовом секторе оценивались в 3 млрд долл.). Предложения о приватизации делались в первую очередь Германии, Австрии и Китаю. Китай ответил первым и предложил около 2 млрд долл. для развития самых наукоемких отраслей. По 300-400 млн долл. предлагали страны Персидского залива и Иран. Начинались сложные переговоры: белорусская сторона ставила инвесторам много условий, в том числе сохранение и развитие социальных отраслей. По числу заявок от потенциальных инвесторов лидировали нефтехимиче­ская промышленность, стройиндустрия и сфера услуг.

В 2007 г. стало более энергично проводиться акционирова­ние крупных государственных предприятий; часть их акций предполагалось реализовать на финансовых рынках. Была рас­ширена сеть дилеров для продажи белорусских товаров за пре­делами Республики. Начался активный поиск рынков сбыта для белорусской продукции в странах третьего мира. Именно это и позволило Беларуси поднять объемы внешней торговли в 2006-2007 гг. более чем на 50%. В Венесуэле она начала соз­дание собственного не только нефтяного промысла, но и инду­стриального комплекса. Венесуэла давала для этого большого и необычного проекта рабочую силу и капиталы, а Беларусь - своих специалистов, технологию и технику. (Россия таких воз­можностей в Латинской Америке не получила, да и не смогла бы такого рода проект реализовать. Тем более не могла бы осуще­ствить подобный проект нынешняя Украина.)

Экономисты начали говорить в этой связи о «транснациона­лизации белорусского индустриального потенциала» и появле­нии в Беларуси новых групп влияния: к ее директорскому корпу­су примыкали все новые и новые крупные менеджеры, которые вели свой бизнес за морями и океанами. Белорусские геополити­ки, опираясь на два фактора - транснационализацию индустрии и превалирование в стране государственного сектора, - предло­жили и для описания отечественной модели метафору государ- ства-ТНК, отмечая: «Если является очевидным, что в глобальной экономике все выгоды окажутся в руках ТНК, то почему Беларуси не стать одной из них, своеобразной «корпорацией корпораций», получив все выгоды от того, что ею угадана тен­денция будущего? Если другим государствам, с малой долею госу­дарственных предприятий, сложно идти по этому пути, то в Беларуси все облегчается в силу доминирования государствен­ного сектора и огромного опыта работы по его слаженному фун­кционированию»1. При этом даже иностранные экономические наблюдатели отмечали, что Беларусь стала включаться в идущий в мире процесс глобализации, но по таким направлениям, кото­рые противостояли американскому глобальному проекту.

Мировой финансовый и экономический кризис стал очевид­ным в сентябре 2008 г., и его эпицентром оказались США. Россию дыхание кризиса опалило во второй половине октября: началось стремительное падение цен на энергоносители и все сырьевые ресурсы. Но в Беларуси осенью 2008 г. кризисные явления почти не наблюдались. Падение цен на сырье было толь­ко выгодно для ее промышленности, а ее банковская система не была интегрирована в мировую финансовую систему, и никаких «токсичных» активов в белорусских банках не имелось. Поэтому крахи некоторых крупных американских банков, общее падение фондовых рынков в США и Великобритании не нанесли заметного ущерба экономике Республики. К тому же у нее практически не было долгов перед западными банками (это была проблема для России, Венгрии, Латвии и др., но не для Беларуси), так что в целом 2008 г. завершился для нее вполне успешно.

Валовой внутренний продукт белорусского государства уве­личился в этом году на 10%. При этом продукция промышлен­ности возросла на 10,8%, а сельского хозяйства - на 8,9% (тако­го быстрого роста на селе даже не ждали). Производство продовольственных товаров увеличилось на 13,1%, непродо­вольственных - на 11,6%. Жилья было введено в эксплуатацию 5,15 млн м2 - самое большое количество в истории независимой Беларуси. Инвестиции в основной капитал возросли на 22,9%, розничный товарооборот - на 20,5%. Настоящий скачок про­изошел и во внешней торговле - экспорт вырос на 35,1%, импорт - на 37%. По росту реальных денежных доходов населе­ния Беларусь обогнала как Россию, так и Казахстан: белорусское увеличение этих доходов составило 12,7%, российское - 5%, казахстанское - 3,3% (в России и Казахстане уже сказывалось падение цен и спроса на ресурсы, тогда как в Беларуси продо­лжался подъем во всех отраслях). Выросли и размеры пенсий; в пересчете на доллары среднемесячная пенсия в Беларуси составила на конец 2008 г. 177 долл. (в России - 154,7 долл.).

Кризис пришел в Беларусь в начале 2009 г., и события этого года требуют отдельного рассмотрения, так как они затронули не только экономику, но и все сферы жизни белорусского обще­ства и государства. Ниже автор попытается кратко обрисовать положение дел в основных отраслях белорусской экономики по ее состоянию на конец 2008 г.

Промышленный комплекс

Нет необходимости преувеличивать производственные воз­можности и промышленную мощь Беларуси. На момент распада Советского Союза ее промышленный комплекс существенно уступал промышленным комплексам не только Российской Федерации, но и Украины. В общественном разделении труда Белоруссия занимала до 1939 г. очень скромное место. До нача­ла первой советской пятилетки у нее почти не было промыш­ленности. В Малой Советской Энциклопедии в статье «Белорусская ССР» можно прочесть: «Промышленность БССР развита слабо: в БССР сосредоточено лишь 1,35% фабрично- заводских рабочих СССР при 3,4% населения. Продукция в 1926/1927 гг. была равна 133 млн рублей при 33 тысячах рабо­чих. 60% составляют пищевкусовая, деревообрабатывающая и бумажная, обрабатывающие местное сырье. Промышленные предприятия в БССР очень мелкие, и свыше трети продукции приходится на частную промышленность, которая по всему СССР дает только 2,2% продукции». Из природных богатств Белоруссии отмечались только лес и торф.

В 1930-е гг. положение дел в Белоруссии изменилось, но не коренным образом. В республике создавалась главным образом текстильная промышленность. Здесь были построены также деревообрабатывающие предприятия, спичечная фабрика, цементные и кирпичные заводы. В Гомеле был возведен завод сельскохозяйственных машин, в Минске - радиозавод, в Рогачеве - консервный завод. Однако особо крупных и важных для всей страны предприятий в пограничной и бедной ресурса­ми Белоруссии не строилось. Такие предприятия создавались главным образом в центральных районах Советского Союза, в Поволжье и за Уралом, где формировалась вторая индустриаль­но-промышленная база Советского Союза.

Коренные изменения в экономике Белоруссии начали происхо­дить только после Великой Отечественной войны. Промышленность республики не только восстанавливалась после разрушений военных лет, но и существенным образом преобразо­вывалась. Этому способствовали и этого требовали многие новые обстоятельства. Во-первых, территория Белорусской ССР почти удвоилась, так как еще в конце 1939 г. произошло воссоединение всех белорусских земель (возвращение Западной Белоруссии из- под власти Польши). Увеличилось и ее население: на 1 января 1928 г. оно составляло около 5 млн человек, в 1930-е годы увели­чилось на миллион и на 1 января 1940 г., т.е. после воссоединения, стало равным 9,05 млн человек. Однако в годы Отечественной войны погибло более 2,5 млн жителей республики, и на 1 января 1950 г. ее население составляло около 7,5 млн человек. Только к 1 января 1970 г. была восстановлена довоенная численность населения (9 млн человек)1. После воссоединения белорусских земель и народа возможности БССР возросли.

Во-вторых, изменилось геополитическое положение Белоруссии. Она перестала с 1944 г. быть приграничной респуб­ликой Советского Союза, а оказалась в центре нового объединения государств - стран народной демократии. (Формальное объедине­ние социалистических стран в СЭВ и в Варшавский договор про­изошло через несколько лет.) Через Белоруссию шли теперь глав­ные транспортные магистрали, связывавшие СССР с ГДР, Польской Народной Республикой и Венгрией, а также с Литовской ССР и новой Калининградской областью РСФСР. С развитием нефтяной и газовой отраслей в СССР через нее пошли на Запад новые нефтепроводы и газопроводы.Еше одним важным фактором развития промышленности Белоруссии стали послевоенные репарации. Значительная их часть направлялась в БССР, поскольку она особенно сильно пострадала в годы войны и оккупации. Здесь монтировались целые заводы, вывезенные из Германии в счет репараций. Именно на этой основе возникли белорусские гиганты тракторной и авто­мобильной промышленности. Сельскому хозяйству Республики было передано большое количество породистого скота и техники. Уже к концу 1949 г. промышленность Белоруссии достигла довоенного уровня, а в 1950 г. превысила его.

В 1950-е гг. экономика всего Советского Союза развивалась очень быстрыми темпами, но Белоруссия в эти десять лет обго­няла другие республики по масштабам индустриализации. Быстрыми темпами прогрессировала ее экономика и в 1960-1980 гг. Именно в эти 30 лет и был создан весьма мощ­ный промышленный комплекс Белоруссии, продолжавший раз­виваться в 1981-1989 гг. Экономического застоя в этой Республике практически не было. Наиболее сложные новые отрасли промышленности — космическая техника, гражданское и военное авиастроение, оборудование для АЭС - создавались, как известно, в более старых промышленных районах СССР. В общесоюзном территориальном разделении труда на Белоруссию легла задача развития эффективного и трудоемкого машиностроения, химической, нефтехимической, радиотехни­ческой и электронной промышленности, а также таких тради­ционных для Республики отраслей, как деревообработка, сте­кольная, легкая и пищевая промышленность.

К 1970 г. Белоруссия заняла первое место в СССР по произ­водству большегрузных автомашин, многих видов сельскохозяй­ственной техники и второе место по выпуску мотоциклов, под­шипников, наручных часов, калийных удобрений, полиэтилена, фанеры, льняных тканей... Видное место занимала она и по про­изводству металлорежущих станков, тракторов, велосипедов, телевизоров, оконного стекла и многих других изделии. После распада СССР и резкого ослабления, а то и разрушения многих промышленных комплексов в России и Украине Беларусь вышла на первое место в СНГ по развитию тех отраслей промышленно- ста, в которых она раньше занимала в СССР второе или третье место. Только один Минский тракторный завод выпустил в 2008 г. больше тракторов разного типа, чем все 6 тракторных заводов, которые все еше работали в Российской Федерации.

Машиностроение — главная отрасль современной белорус­ской промышленности. Его основу составляют несколько десят­ков крупных заводов, расположенных в Минске, Могилеве и Гомеле, а также в Витебске, Пинске и Бресте. По одному-двум машиностроительным заводам есть и в некоторых других горо­дах. Все они работают в кооперации с российскими и украин­скими предприятиями, но часть комплектующих получают и из стран Восточной и Западной Европы и из Казахстана.

Наиболее известны в мире белорусские автомобильные заво­ды - МАЗ и БелАЗ, которые производят десятки модификаций большегрузных и среднетоннажных автомобилей. По карьер­ным самосвалам Беларусь контролирует больше 30% мирового рынка; грузоподъемность некоторых из них достигает 300-320 т. На белорусских автозаводах производятся также автобусы и троллейбусы. На МАЗе изготавливаются прицепы и полуприцепы, машины для районов Крайнего Севера и для жар­ких стран. Здесь выполняется большой заказ Венесуэлы на гру­зовики для перевозки сахарного тростника. Изменения и усо­вершенствования в конструкцию автомашин вносятся ежегодно - таковы сегодня условия рынка.

Хорошо известен в мире и Минский тракторный завод (МТЗ), который наладил в последние несколько лет производ­ство тракторов мощностью 250-300 л.с. Автокраны, строитель­ные краны, значительное число самой разной строительной тех­ники тоже изготовляются в Беларуси и по большей части идут на экспорт.

Беларусь лидирует в СНГ и по производству сельскохозяй­ственной техники. Наиболее известным и крупным в этой груп­пе предприятий является Гомельский комбайновый завод - ПО «Гомсельмаш», который был создан еще до Отечественной войны и переоборудован после нее для производства самоход­ных и прицепных кормоуборочных комбайнов для нужд всего СССР. Максимальный годовой объем маптин, сходивших с глав­ного конвейера, достигал в 1986 г. 30 тыс. штук, и только несколько тысяч машин оставалось в Белоруссии. Поставки машин за пределы СССР даже не планировались. В 1991 г. вся эта система была разрушена: Россия прекратила закупки бело­русских комбайнов, в Гомель перестала поступать большая часть комплектующих. Для создания новой системы производствен­ных отношений понадобилось 10 лет упорной работы. В резуль­тате сейчас в разных частях Российской Федерации работают боле 50 дилерских центров для реализации установленных свя­зей. В Брянске головной гомельский завод создал свое дочернее предприятие - «Брянсксельмаш». В 2006 г. «Гомсельмаш» заку­пил в России комплектующих изделий на 40 млн долл., а поста­вил российским регионам комбайнов и другой техники на 50 млн долл. Восстановлены, хотя и частично, поставки бело­русских комбайнов в Украину и Казахстан. Не отказывается Беларусь и от поставок своей техники в страны дальнего зару­бежья. В ней работают еще несколько крупных заводов, которые производят тысячи разнообразных машин для ведения сельско­го хозяйства в разных регионах - измельчители и смесители для раздачи кормов на фермах, косилки, машины для внесения удобрений и т.п. Это, например, «Бобру йскагромаш», «Лидаагропроммаш». Сеялки разных модификаций из белорус^ ского города Аида поставляются не только в Россию, Украину и Казахстан, но также в Польшу, Литву, Иран и Чехию.

Белорусские машиностроители способны производить почти все - специальные вагоны, экскаваторы, дорожно-строительную, снегоуборочную, аэродромную и другую технику. Некоторые из крупных и средних белорусских заволов созлают в порядке импортозамешения отдельные, но наиболее важные компоненты для многих предприятий. Так, Минский моторный завод запу­стил в 2007 г. в серийное производство двигатели европейского стандарта качества для автомобилей и тракторов. Освоив стан­дарты «Евро-3» и «Евро-4», завод начал разработку и опытных образцов двигателя «Евро-5».

Белорусское машиностроение - это не только большие даже по мировым масштабам заводы и десятки не столь крупных предприятий, но и многочисленные учреждения отраслевой науки и передовой конструкторской мысли. Республика сохра­нила и развила системы профессиональной подготовки как ква­лифицированных рабочих кадров, так и инженерно-техническо­го персонала. Престиж инженера-конструктора в Беларуси сейчас гораздо выше, чем в России или Украине. Так что неуди­вительно, что продукция белорусского машиностроения - луч­шая на постсоветском пространстве и по соотношению «цена - качество - обслуживание и ремонт» не имеет конкурентов. Выдерживает она во многих случаях конкуренцию и на мировом рынке, а иногда и лидирует на нем, как, например, в области сельскохозяйственной техники.

В советские времена машиностроение и металлургия, включая станкостроение и металлообработку, давали от 1/4 до 1/3 всей продукции белорусской промышленности. На втором месте по значимости для СССР и самой Белоруссии стояла химическая и нефтехимическая промышленность. В Республике нет собствен­ных нефтяных месторождений. Но именно здесь - поближе к гра­ницам стран СЭВ - были построены два наиболее современных в СССР нефтеперерабатывающих завода: в Новополоцке, у север­ной границы вблизи реки Западная Двина, и в Мозыре, у южной границы близ реки Припять. Автомобильный бензин, дизельное топливо, топочный мазут, смазочные масла идут теперь с этих заводов в страны как СНГ, так и дальнего зарубежья. Белорусские заводы производят в больших объемах химическое волокно, син­тетические смолы и пластмассы, разнообразные пластмассовые и резиновые изделия. Известен во многих странах Бобруйский шинный завод, а также ОАО «Могилевхимволокно». Беларусь поставляет на экспорт лаки и краски, товары бытовой химии, а также стекловолокно. Всей необходимой продукцией обеспечи­вается, естественно, и сама Республика.

Несмотря на бедность белорусских недр, в них есть крупные залеЖи калийных солей. На основе Старобинского месторожде­ния в Солигорске еще в 1950-е гг. было создано самое мощное в СССР предприятие для производства калийных удобрений, а в 1960-е гг. в Гродно было налажено производство азотных удобрений. Сейчас эти предприятия действуют, и большая часть удобрений идет на экспорт.

Беларусь осталась единственной страной в СНГ, производя­щей современную бытовую технику. Ее, естественно, весьма охотно покупают члены Содружества. В 2007 г. в Республике было произведено более 1 млн холодильников, около 165 тыс. стиральных машин, более 3 млн газовых и электрических быто­вых плит и более 700 тыс. телевизоров, в том числе и самых новых моделей. Конкуренция в этой отрасли очень велика, но Беларусь сохраняет свою долю на рынке.

Не рассматривая подробно все имеющиеся в Беларуси отрас­ли промышленности, упомянем лишь некоторые. Республика располагает развитой строительной отраслью, возводящей в основном жилые здания, благодаря чему она лидирует в последние годы в СНГ по строительству новых квартир: в 2007 г. было построено 55 квартир на 10 тыс. жителей. (В России этот показатель - 43 квартиры, в Казахстане - 35, Украине - 18.) В настоящее время белорусские строители гото­вятся к созданию в Минске крупного делового центра, который станет средоточием административной, представительской, коммерческой и иной активности. Беларусь располагает одним, но крупным металлургическим заводом, который производит в год более 2 млн т стали. Значительная часть проката, проволоки, металлокорда экспортируется, давая стране более 1 млрд долл.

Хорошо работает и традиционная для Беларуси лесоперера­батывающая промышленность. Она представлена главным обра­зом средними по масштабам предприятиями. Их продукция - в основном мебель, а также целлюлоза и бумага. Столь же тра- диционны текстильная и пишевая промышленности. Даже оппо­зиционная белорусская газета «Народная воля» отметила высо­кое качество продукции бобруйской текстильной фабрики «Славянка». Фабрика получает заказы на пошив многих моделей из стран Западной Европы. При этом заказчики дают фабрике ткани, фурнитуру и лекала. Пищевая промышленность тоже представлена сотнями малых и средних предприятий, которые большую часть своей продукции поставляют на экспорт, но есть и крупные фабрики, как, например, Минская овощная фабрика. Эффективной до сих пор была обувная промышленность. Белорусско-российский концерн СООО «Белвест» в Витебске только на экспорт в Россию, Латвию, Литву и Украину отправил в 2007 г. более полумиллиона пар обуви.

В Беларуси начала создаваться и новая для многих стран СНГ отрасль - индустрия высоких технологий. Для ее поддержки указом президента А. Лукашенко был создан Парк высоких технологий. Здесь будут работать и белорусские, и иностранные фирмы. Свою заинтересованность в деятельности этого парка выразили и некото­рые из российских компаний, уже работающих в этой отрасли.

Сельское хозяйство

В составе СССР Белоруссия не считалась «житницей» Союза. На такое звание претендовали Украина, Северный Кавказ, Центральный черноземный регион, а позднее и Северный Казахстан. Тем не менее по советским меркам Белоруссия была вполне благополучной республикой. В ней нет чернозема, но собственная химическая промышленность давала земле немало удобрений. Так что здесь развивались многие отрасли сельского хозяйства, однако ведущими стали овощеводство и животновод­ство. Основные показатели развития животноводства в Белоруссии были выше, чем в Украине, России и Казахстане. Упадок 1992-1995 гг. очень сильно задел белорусское сельское хозяйство: общий объем его продукции в 1996 г. составил около 70% уровня 1985 г., тогда как в Казахстане упал за эти же десять лет на 40%, в Российской Федерации - на 45%, Украине - на 50%. Даже в 2003 г. объем продукции сельского хозяйства в Беларуси составлял 82% уровня 1991 г. и всего 76% более высо­кого уровня 1985 г. Только в 2007-2008 гг. удалось вернуться к показателям (и лишь растениеводства и овощеводства) совет­ских 1980-х гг. Уровень же белорусского животноводства даже в 2008 г. был все еще ниже, чем в 1988 г.

Надо учитывать, что в СССР именно сельское хозяйство было самой отсталой отраслью экономики; оно не обеспечива­ло продовольственной безопасности страны, и из него на про­тяжении многих десятилетий «тянули соки» все другие отрас­ли. До европейских показателей сельского хозяйства и Советскому Союзу в прошлом, и современной Беларуси дале­ко, это надо иметь в виду, отмечая тем не менее несомненные успехи белорусской деревни в последние 5 лет, хотя в целом она все еще бедна и средняя заработная плата в сельской мест­ности существенно ниже, чем в городе. Однако положение дел в белорусском сельском хозяйстве начало выправляться более быстро, чем в России и Украине. Важным преимуществом Беларуси стало то обстоятельство, что здесь не были разруше­ны колхозы и совхозы. К тому же возможности частного сек­тора в сельской местности были увеличены, развивались и под­держивались личные подворья крестьян. Но земля не подверг­лась раздроблению на мелкие наделы и не передавалась в част­ную собственность селян, как это произошло в Украине и многих районах России.

В сельском хозяйстве трудно судить о его состоянии по дан­ным одного года. В этой отрасли год на год не приходится. Я приведу ниже средние показатели в 2004-2005 гг., не остана­вливаясь на истории белорусской деревни в период с 1985 по 2005 г. При населении около 10 млн человек Беларусь убирала 7 млн т зерна в год, что на 1 млн т превышало ее собственные потребности. Производство картофеля поднялось в Республике до 8,5 млн т и было выше ее нужд на 2 млн т. На душу населения в год приходилось 520 кг молока, 65 кг мяса и 300 штук яиц. Однако и в 1989-1990 тт. годовое производство зерна составля­ло в Белоруссии немногим больше 7 млн т, а картофеля - пре­вышало во второй половине 1980-х гг. 10 млн т. Поголовье круп­ного рогатого скота еше в 1985 г. достигло 7,6 млн, из которых коров имелось 2,7 млн. В 2004 г. коров осталось только 1,7 млн, а общее поголовье крупного рогатого скота составляло 4 млн. Число свиней в Белоруссии в 1985-1990 гг. сохранялось на уровне 5-5,2 млн, а в 2001-2005 гг. держалось на уровне 3,3-3,5 млн. Поголовье овец, коз и птицы тоже оставалось суще­ственно ниже, чем в советские 1980-е годы.

Очень медленный прогресс в белорусском сельском хозяй­стве вызывал тревогу у руководства Республики. Президент Беларуси Александр Лукашенко одобрил специальную Государственную программу возрождения и развития села на 2005-2010 гг., полномасштабное осуществление которой нача­лось с 2005 г. Ее суть состоит в том, что государство должно суб­сидировать сельское хозяйство, а не только полагаться на рыноч­ные силы и стимулы. По состоянию в 2001-2003 гг. экономисты оценивали рентабельность белорусского сельского хозяйства в 10%. Это слишком мало для отрасли, которая нуждается в дол­госрочных и крупных капиталовложениях. Только часть этих вложений могут составлять коммерческие кредиты. Но государ­ство должно отдавать деревне давние долги. Во времена суще­ствования Советского Союза селяне отдавали городу, промыш­ленности, государству гораздо больше человеческих и матери­альных ресурсов, чем получали взамен. Во многих случаях возможности и силы деревни были искусственно подорваны, что характерно и для многих белорусских сел - они не могут разви­ваться без государственной поддержки.

И Республика Беларусь начала с 2005 г. увеличивать эту помощь в разных направлениях. Многие села стали преобразо­вываться в агрогородки. К концу этого года было обустроено уже 164 агрогородка, в конце 2008 г. более 600 сел были преоб­разованы в агрогородки, к концу 2010 г. предполагается довести их число до 1500\ Речь не идет в данном случае о создании небольших городов. Однако жизненные стандарты в агрогород­ках приближены к городским, значительно превосходя их по экологическому благополучию. Разумеется, сохраняются и тыся­чи обычных белорусских сел, повышение жизненных стандар­тов в которых происходит, но не так быстро, как в агрогородках, где для крестьянских семей строятся, как правило, новые дома со всеми городскими удобствами, формами образования, культу­ры, торговли.

В аграрном секторе Беларуси взят курс и на укрупнение хозяйств. Созданные ранее фермерские и хуторские хозяйства не ликвидируются. (Их около 2 тыс., и вклад в обший объем сельскохозяйственного производства менее 2%.) Но колхозы и совхозы укрупняются. Предпочтение отдается развитию круп­нотоварного сельскохозяйственного производства. Размеры предприятий могут быть разными в зависимости от специализа­ции. Однако, если речь идет о животноводстве, то фермы долж­ны обеспечивать себя кормами собственного производства. Оптимальными признаны сельскохозяйственные угодья пло­щадью от 7 до 10 тыс. га. Пока таких по размеру хозяйств в Республике не так уж много, и средняя площадь, принадлежа­щая одному хозяйству, достигает 4,8 тыс. га.

Еще одним направлением развития белорусского села стали создание промышленности, главным образом обрабатывающей его продукцию, и проведение агропромышленной интеграции. По сообщениям печати, в стране к осени 2009 г. было создано около 70 кооперационно-интеграционных структур, которые имеют отлаженную цепочку «сельхозпроизводство - перера­ботка - сбыт». Предполагается создать до конца 2010 г. еше 40-50 агропромышленных структур. Какой-то единой схемы здесь нет, и некоторые интеграционные цепочки строятся весь­ма причудливо. Например, агрокомбинат «Снов» в Минской области представляет собой большой комплекс со своими полями, фермами, современными перерабатывающими цехами и даже с фирменной торговлей. Этот комбинат поставляет продукцию как во все районы самой Беларуси, так и во многие регионы России. По другой схеме работает компания «Санта Бремор», которая в прошлом занималась только переработкой рыбы. Потом она начала заниматься производством морожено­го, а еше позже взяла под свой контроль известного молочного производителя «Саввушкин продукт», у которого, в свою оче­редь, имелись разнообразные связи с сельхозпредприятиями, а также собственное животноводческое хозяйство*. Мясоперерабатывающее предприятие «Инкофуд» обзавелось собственными животноводческими фермами, а также птице­фермами. Под влиянием конкуренции с зарубежными произ­водителями начали объединяться белорусские молокозаводы. Иными словами, вертикальная интеграция начинает допол­няться горизонтальной. Делается все возможное, чтобы повы­сить производительность и снизить издержки.

Поддержка государства, умелое управление, разные стиму­лы, которые включали как рыночные стимуляторы и материаль­ную заинтересованность, так и административный нажим, - все это, вместе взятое, привело к очевидному прогрессу в белорус­ском сельском хозяйстве. Так, производство зерна уже в 2007 г. поднялось до 7,2 млн т, в 2008 г. превысило 9 млн т, в 2009 г. (по предварительным данным) также превысило 9 млн т при средней урожайности 37 ц/га. (Максимальная урожайность зер­новых в советское время была в Белоруссии в 1987 г. - 28,5 ц/га, в Украине никогда не превышала 35 ц/га, а в послед­ние годы упала до 20-22 ц/га. В животноводстве прогресс был не столь очевидным: пого­ловье скота увеличилось, но незначительно, возросла обеспечен­ность кормами, стало бблыиим производство мяса, молока, яиц. Заметно увеличился урожай овощей, в том числе картофеля. Во всех типах хозяйств в 2000-2007 гг. его выращивали в среднем 8,4 млн т в год, в 2008 г. производство картофеля превысило 9 млн т, а урожайность достигла 206 ц/га, что обеспечило про­довольственную безопасность Беларуси. Более того, в расчете на одного жителя страны потребление овощей, картофеля, сахара, растительного масла превышало принятые в Европе нормы. Уже в 2007 г. объем производства практически всех видов продо­вольствия превзошел потребности внутреннего рынка. Возникла необходимость расширять экспорт, большая часть которого при­ходилась на Россию.

В 2008 г. в Россию было поставлено белорусских продоволь­ственных товаров более чем на 1,5 млрд долл. Еще в сентябре 2007 г., выступая в Речице на фестивале-ярмарке «Дажыню- 2007», Александр Лукашенко говорил: «Совершенно неожиданно сложилась такая ситуация, что в странах Европы, в России, в дру­гих регионах мира не хватает не только зерна, но и молока, и мяса. Поскольку там цены в несколько раз выше, некоторые белорусские производители используют эту возможность для реализации своей сельхозпродукции. Данная проблема с сельхозтоварами в мире за один год не решится. И мы в выигрыше: больше получим молока и мяса - гарантированно их завтра продадим. Сегодня в очереди стоят россияне, по большой цене покупая молочные и мясные про­дукты. Европейские страны готовы в огромных количествах при­обретать масло, с реализацией которого еще пару лет назад были проблемы. Надо воспользоваться благоприятной конъюнктурой, которая сложилась на мировом рынке, и больше заработать, про­давая сельхозпродукцию за рубеж».

Беларусь расширила свои поставки сельскохозяйственной продукции и в Россию, и в другие страны. Повышение мировых цен на продукты питания, которое медленно происходит в последние годы из-за многих факторов, выгодно ей. Однако начала увеличивать свое сельскохозяйственное производство и Россия. Не вечно же ей «стоять в очереди» за продукцией, кото­рую она может и должна производить сама. Основные рынки для экспорта продовольствия сегодня - это государства Северной Африки, Центральной, Южной и Восточной Азии. С повышением цен на продукты питания возросла и конкурен­ция производящих эти продукты стран. Легких решений здесь нет, и Беларуси приходится более точно определять свои планы развития сельского хозяйства на будущее.

Как можно судить по предварительным итогам 2009 г., бело­русская государственная программа развития села на 2005-2010 гг. будет успешно выполнена. Однако в дальнейшем предполагается изменить в этой отрасли приоритеты. Выступая на традиционном фестивале-ярмарке «Дажыню-2009», который происходил на этот раз в г. Кобрине, Александр Лукашенко ска­зал: «Мы в прошлом году получили 9,5 млн т (зерна. - РМ.). Поэтому я попросил вас, что за 9 млн т нужно зацепиться и удержаться на этом рубеже. Я вам благодарен за это. Без кукуру­зы, без рапса 9 млн тонн мы в этом году получили. Притом хоро­шего хлеба, а не такого, который был на рубеже веков. Это чис­тый, крепкий, хороший хлеб. Теперь мы можем ставить и более сложные и масштабные задачи, и я надеюсь, что агрокомплекс сможет в следующей пятилетке обеспечить рентабельность на уровне 20-25%. Я уже года три готовлю вас к тому, что мы поти­хонечку будем уходить от доплат и дотаций на гектар, кило­грамм и литр. Это еше год-полтора, и с новой пятилетки, если даст Бог нам с вами еще работать в следующую пятилетку, с начала ее государство должно заниматься государственными проектами. Та база, которую мы создадим до конца пятилетки, должна обеспечить самофинансирование сельского хозяйства. Государство будет вкладывать в сельское хозяйство, возможно, не меньше, чем сегодня. Однако деньги пойдут на социальную инфраструктуру села, дороги, спасение и мелиорацию земель, контроль за землепользованием и многие другие направления, которыми должно заниматься государство. Доить, поить, кор­мить, получать мясо, молоко, перерабатывать и продавать - это задача аграриев. Сегодня нужно возрождать землю, и вы это лучше меня знаете... На это прошу настраиваться»

Белорусская экономика в разных измерениях

Промышленность и сельское хозяйство составляют основу экономического фундамента Республики Беларусь. Однако в ее экономической системе имеются и другие составляющие, кото­рые надо кратко обрисовать.

Одно из главных конкурентных преимуществ Республики - это ее географическое положение. Беларусь - небольшая стра­на, и ее внутренние транспортные перевозки невелики, а тран­зитные возможности огромны, но многие из них сегодня не используются. По подсчетам специалистов, на Беларусь прихо­дится около 60% автомобильного и около 40% железнодорож­ного транзита в направлении Европа - Россия - Восток; через нее пролегают газопроводы и нефтепроводы из России в стра­ны Запада. Белорусским небом пользуются около 750 авиаком­паний из 90 государств. При этом 9 из 10 авиалайнеров совер­шают транзитный полет; каждое третье воздушное судно следует из России или возвращается в нее. Уже сегодня, по мне­нию экспертов, Беларусь зарабатывает на предоставлении и обслуживании транзита не менее 2 млрд долл. Но это далеко не предел.

Все, кто приезжает сюда из России или Украины, очень хва­лят дороги. Однако белорусские специалисты самокритичны и считают, что их дороги далеко не идеальны: они недостаточно прочны для того громадного потока тяжелых грузовиков, кото­рые пересекают Республику Надо, вероятно, укреплять дороги и взимать какую-то плату с водителей или компаний, развивать придорожный бизнес, поощряя к этому и дорожные службы, и частный сектор.

Еще несколько лет назад была принята специальная про­грамма по созданию и в пригородах Минска, и возле областных столиц крупных логистических центров со складами и тран­спортными узлами. Такие же комплексы, но поменьше, предпо­лагалось построить и возле больших райцентров. Но эта про­грамма выполняется плохо. Вместе с Россией Республика могла бы создать большую автомагистраль Европа - Азия. О достоин­ствах этого проекта много говорит и пишет госсекретарь

Союзного государства России и Беларуси Павел Бородин1. Совершенно недостаточно используются как самой Россией, так и Беларусью возможности Транссибирской железнодорожной магистрали; в настоящее время грузопоток по Транссибу значи­тельно меньше, чем в советские годы.

У Беларуси нет выхода к морю, и большая часть ее торговли с заморскими странами шла до сих пор через латвийский Вентспилс или украинский Ильичевск. Сейчас расширяется торговля через литовскую Клайпеду. За симпатии белорусских клиентов начинает бороться и российский Калининград. Заметным шагом вперед в развитии транзита через Республику должен стать подписанный в 2009 г. Россией, Казахстаном и Беларусью документ о создании этими государствами Таможенного союза.

В Европу через Беларусь идет около 30% российского экс­портного газа и около 75% российской экспортной нефти. Это по эффективности транзита самый короткий и удобный для России путь. Конфликты, которые не один раз возникали вокруг него, вызывают у меня очень большое сожаление. Они нанесли немалый ущерб и Беларуси, и России. (Но у меня нет возмож­ности в контексте экономического обзора говорить об их исто­ках или причинах, которые нельзя определить с помощью толь­ко экономических понятий.)

Проблемы транспорта, транзита, логистики тесно связаны с проблемами внешней торговли. Аля Беларуси внешняя торговля имеет жизненно важное значение, и это понимают все ее лиде­ры. Почти 70% всех произведенных в ней товаров идут в настоя­щее время на экспорт, и примерно столько же потребляемых ею товаров она получает за счет импорта. Доля экспорта в ВВП страны в последние 10 лет постоянно превышала 50%, что сви­детельствует о высокой степени открытости белорусской эконо­мики. Общие объемы внешней торговли Республики быстро растут. В 2000 г. они составляли 16 млрд долл., в 2005 г. внеш­неторговый оборот поднялся до 32,7 млрд долл., а в 2007 г. - до 53 млрд долл., и в 2008 г. увеличился еше на 15-20%.

Что ввозит и что вывозит Беларусь? Она импортирует нефть и природный газ, электроэнергию и металлы, стальные трубы, комплектующие для своей автомобильной и тракторной про­мышленности, некоторые виды сельскохозяйственной техники, компьютеры, легковые автомобили, лекарства, рыбу и расти­тельные масла. Это, конечно, лишь главные товары; они соста­вляют 95% белорусского импорта.

В экспорте доминируют нефтепродукты, калийные удобре­ния, тракторы и грузовые автомобили, вывозятся также сельско­хозяйственные машины разных типов, химические волокна, металлокорд, шины, холодильники, телевизоры и мебель, молоч­ные и мясные продукты. Именно эти товары составляют около 90% белорусского экспорта.

С какими странами торгует Беларусь? Число ее торговых партнеров еще в конце XX в. превысило 70. В 2005 г. она имела торговые отношения со 120 странами, а в 2008 г. - не менее, чем со 130-ю. Основной торговый партнер и вместе с тем главный источник дефицита внешней торговли - Россия, из которой ввозятся главные энергетические и сырье­вые ресурсы. Цены на нефть и газ, да и на многие другие виды сырья растут, и этот рост - одна из самых важных про­блем белорусской экономики: например, в 2007 г. Беларусь ввезла в Россию товаров почти на 9 млрд долл., а импорт из России превысил 17 млрд долл. Отрицательное сальдо соста­вило более 8 млрд долл. В другие страны (вне СНГ) она про­дала своих товаров на 13,1 млрд долл., а получила от них 9,7 млрд долл. Из западных стран самые выгодные отношения сложились у Беларуси с Нидерландами. В 2007 г. ее экспорт в эту страну составил 4,3 млрд долл., а импорт - 250 млн долл. Импорт из Германии в том же году составил 2,2 млрд долл., а экспорт - лишь 730 млн долл.; в Китай было ввезено товаров примерно на 500 млн долл., а вывезено - на 800 млн долл. Значителен по объему и стоимости белорусский экс­порт в Великобританию, Польшу, Латвию и Литву. В 2008 г. Беларусь увеличила свой экспорт в Россию до 10,5 млрд долл. (на 1,5 млрд долл.), но и импорт из России увеличился более чем на 2 млрд долл.

Общий объем внешней торговли Беларуси в последние годы распределялся так: Россия - 40%, страны Евросоюза - тоже 40%, на все другие страны приходилось 20%. Надо отметить, что Беларусь осуществляет в последние годы программы энер­госбережения и импортозамещения.

В 2009 г. Беларусь расширила свой экспорт в страны Латинской Америки, особенно в Венесуэлу - туда были отправ­лены большие партии тракторов; отдельные партии тракторов и грузовиков были поставлены на Кубу, в Никарагуа и Мексику. Предполагается увеличить поставки белорусских товаров в Бразилию и Аргентину.

Значительный рост экспорта в страны Запада вызвал крайнее недовольство не только белорусской радикальной оппозиции, но и противников Александра Лукашенко среди российских либе­ралов и демократов. «Кто вскормил ’’белорусского тигра”?», - задавался вопросом в газете «Московские новости» Владимир Зотов. «Как ни странно, — продолжал он, — но главным торговым партнером Белоруссии становится не Россия, а Запад. Ситуация складывается парадоксальная. С одной стороны, на Западе пло­дят резолюции, осуждающие режим ’’последнего диктатора в Европе”, а с другой, как никогда раньше, поддерживают его деньгами своих налогоплательщиков. Так, Нидерланды увеличи­ли покупки белорусской продукции в 3,3 раза по сравнению с прошлым годом, Франция - в 3,8 раза. Лаже США увеличили свой импорт из Белоруссии на 50% за один год». Эти претензии просто нелепы, ибо закупки товаров из Беларуси, включая удоб­рения и нефтепродукты, не производятся за счет государствен­ного бюджета и на деньги налогоплательщиков. Это делают частные коммерческие корпорации. Деньги налогоплательщи­ков идут на другие цели, в том числе на поддержку оппозиции главе Республики Александру Лукашенко.

Беларусь вместе с Россией и Казахстаном образовывают с января 2010 г. единое таможенное пространство. Это важное и сложное решение должно укрепить и ускорить интеграцию эко­номик наших стран, которые готовятся к вступлению во Всемирную торговую организацию (ВТО), переговоры о чем ведутся очень давно. Из стран СНГ «членские билеты» в ВТО имеют на сегодня 4 страны: Киргизия, Молдавия, Грузия и

Армения. Это страны со слабой экономикой, и не вполне ясно, почему именно им удалось раньше других стран СНГ войти в ВТО. Беларусь, как и Россия, продолжает добиваться членства в ВТО, но она не готова вступать в эту международную органи­зацию на любых условиях.

Основу энергетики Беларуси составляют нефть, газ и уголь. Главная часть энергоресурсов поступает из Российской Федерации. Из России и Украины она импортирует и часть элек­троэнергии. Именно импорт покрывает более 80% необходимых ей топливно-энергетических ресурсов, причем импорт растет, несмотря на увеличение их цены на мировых рынках. Белорусские тепловые электростанции на 95% работают на при­родном газе, как на экологически чистом и удобном во всех дру­гих отношениях топливе. Завершается газификация сел и горо­дов Республики. В конце 2008 г. Александр Лукашенко принял участие в церемонии пуска природного газа в г. Березино Минской обл. Тем самым была завершена газификация всех 118 районных центров страны. (В целом к этому времени при­родным газом были обеспечены 2,2 млн квартир.) Более 2 тыс. промышленных и более 9 тыс. коммунально-бытовых предприя­тий потребляют природный газ. Число потребителей газа увели­чивается, так как ставится задача обеспечить газом все населен­ные пункты в сельской местности.

Задачи белорусской энергетики вытекают из обозначенных и сходных с ними проблем. Надо экономно расходовать энергоре­сурсы, развивая новые энергосберегающие технологии. В работе ТЭЦ максимально использовать местный бурый уголь, торф, а в сельских личных хозяйствах разумно использовать и дрова. (В Финляндии, например, важным видом топлива служит даже заготовленная на лесосеках щепа.) Коммунальные отходы, отхо­ды сельского хозяйства, энергия ветра и солнца - все это долж­но быть употреблено разумным образом. Энергоемкость бело­русского ВВП уже в 2006-2008 гг. была снижена почти на 30% и оказалась ниже, чем в России и Украине, но все же в 1,6-2 раза выше, чем в промышленно развитых странах Европы и Америки. В Дании и в Японии показатели энергоемкости ВВП и сегодня в 2,5-3 раза ниже, чем в Беларуси.

Тщательный анализ показал, однако, что при всех видах эко­номии потребности Беларуси в электроэнергии будут расти и в будущем, вероятно, на 2-2,5% в год. Это вызвало намерение руководства Республики строить атомную электростанцию. Такие планы существовали еще в советские времена, но после Чернобыля от них отказались. Теперь пришлось разрабатывать их заново. Атомная энергетика в последние 20 лет продвинулась вперед во всем мире, и безопасность атомных реакторов повы­силась на порядок. Новые реакторы рассчитаны на срок службы 60 лет, и в них установлены многоуровневые системы безопас­ности, которые должны предотвратить или «погасить» любую аварию. Тем не менее в стране по поводу строительства АЭС проводилась широкая дискуссия. В конечном счете даже не пра­вительство, а Совет безопасности Республики Беларусь принял 31 января 2008 г. постановление, в котором говорится: «Осуществить строительство в Республике Беларусь атомной электростанции суммарной электрической мощностью 2000 МВт с вводом в эксплуатацию первого энергетического блока в 2016 г., второго - в 2018 г.». Даже радикальная бело­русская оппозиция не выступала против этого решения, хотя и высказала в адрес отечественной энергетики множество крити­ческих замечаний, отнюдь не беспочвенных.

В некоторых развитых европейских странах, в том числе Великобритании, Испании и Италии, важными отраслями эко­номики стали туризм и финансовые услуги. Музеи, гостиницы, морские курорты, а также недвижимость, банки и биржи при­носят им порой больший доход, чем промышленные предприя­тия. В условиях экономического и финансового кризиса эти страны оказались весьма уязвимы. В отличие от такого рода сер­висной модели экономики белорусская более устойчива, ее бан­ковская система достаточно стабильна, она обслуживает почти исключительно финансовые потоки самой Беларуси и не ставит каких-либо глобальных целей. В Европе есть несколько круп­нейших международных финансовых центров, и Минск не соби­рается с ними конкурировать. В Восточной Европе наиболее крупным финансовым центром является Варшава. Россия и Казахстан объявили о стремлении создать соответственно в Москве и Алматы региональные финансовые центры. Беларусь таких задач не ставит. Вопрос же об объединении валютных систем России и Беларуси еще не снят с повестки дня, хотя его решение отложено на неопределенный срок.

До 2007 г. в Республике действовали строгие ограничения доли иностранных инвестиций в совокупном уставном фонде белорусского банка. На начало этого года в ней работало 26 бан­ков с иностранным капиталом, но его совокупная доля в устав­ном капитале каждого из них не могла превышать 10%. По решению президента А.Г. Лукашенко эти ограничения были отменены, что очевидным образом выразило заинтересован­ность в притоке в страну, в том числе в ее банковскую систему, иностранных инвестиций. Пока их доля в уставном капитале белорусских банков увеличилась не слишком значительно. Российские инвестиции составляли в начале 2008 г. немногим больше 3%.

Беларусь очень заинтересована и в развитии туризма. Поскольку в ней нет музеев мирового уровня, нет памятников античных времен, она предлагает гостям более простой и спо­койный экологический туризм: отдохнуть, половить рыбу в бело­русских озерах, провести отпуск в заповедной Беловежской пуще, леса которой - последние из бывших великих европейских лесов. Площадь этого заповедника (Беларусь делит его с Польшей) составляет несколько тысяч квадратных километров. Пуща - самый популярный в стране туристический объект; например, в 2008 г. ее посетили 270 тыс. туристов из 76 стран. Осенью 2009 г. Республика торжественно отметила 600-летие Беловежской пущи. (Считается, что заповедный режим был уста­новлен в этом огромном лесу еще в 1409 г. королем Ягайло, запретившим здесь всякую охоту, кроме королевской.) Кроме Беловежской пущи насчитывается еще около полутора тысяч белорусских особо охраняемых природных территорий, зани­мающих почти 2 млн га и позволяющих развивать «сельский» туризм, а белорусские банки на льготных условиях кредитуют тех бизнесменов, которые представляют соответствующие бизнес- проекты. Много в Республике и ценных минеральных источни­ков, которые все еще используются недостаточно рационально.

Экономика Беларуси развивалась с 1994 г. главным образом как государственная плановая экономика; работать в условиях рынка белорусские управленцы и производственники еше не умели. Рыночная стихия могла тогда только разрушить экономи­ку, как она разрушала ее в России и Украине. Однако с 2007 г. в Республике началось осторожное внедрение некоторых новых форм хозяйствования. Его не называют здесь реформами, гово­рят об улучшении, трансформации, совершенствовании. Изменяется в соответствии с этим законодательство. «Предприимчивость приветствуется!» - так озаглавлена статья в одном из недавно полученных мной номеров газеты «Советская Белоруссия». Речь идет главным образом о малом бизнесе, для которого действительно были открыты в последние два года новые возможности. В результате с 1 января 2008 г. по 1 января 2009 г. число зарегистрированных в налоговых органах предприятий малого бизнеса возросло на 48% и составило 66,4 тыс.; увеличились и поступления в бюджеты разного уров­ня в виде налогов с них на 40,5%‘.

Были упрошены все процедуры, связанные с лицензировани­ем малого бизнеса, получением земельных участков для него, а некоторые из таких процедур вообще отменены, что позволи­ло увеличить иностранные инвестиции. Так, весьма прибыльные предприятия малого бизнеса в районном центре Островец были созданы литовскими предпринимателями, вложившими в них 100 тыс. долл.; появились такого рода предприниматели и из соседней Польши. Небольшие предприятия, создаваемые в сель­ских населенных пунктах, были освобождены рядом указов пре­зидента от многих налогов и сборов на период с 2008 по 2012 г. По оценкам Международной финансовой корпорации, в Беларуси в 2007 г. в малом бизнесе было занято около 1 млн человек, что составляло 25% экономически активного населе­ния. Руководство страны ставит задачу существенно увеличить в ближайшие несколько лет их число. Декретом Nal, подписан­ным президентом Александром Лукашенко в январе 2009 г., вве­ден с 1 февраля того года «полноценный заявительный принцип государственной регистрации всех субъектов хозяйствования, за исключением банков и других кредитно-финансовых органи­заций». В этом документе сказано, что государственные органы, получив от будущего предпринимателя заявление, устав и под­ тверждение об уплате государственной пошлины, должны выдать свидетельство о регистрации «на следующий рабочий день!». (Ранее получение разрешения на открытие предприятия в сфере малого бизнеса занимало в среднем около 80 дней.)

Конечно, подобная либерализация отношений государства и частного бизнеса была поддержана последним и быстро повыси­ла его активность, а государство пошло на отмену других уста­ревших или вообще ненужных ограничений и контрольных процедур. 19 февраля 2009 г. Александр Лукашенко подписал указ, в котором говорилось: «Установить, что при совершении физическими лицами сделок не требуется представление декла­раций об источниках денежных средств». Указ решительно ограничивал круг лиц, которые обязаны ежегодно осуществлять декларирование доходов и имущества, а также тех лиц и орга­низаций, которые могут, причем только в письменной форме, запрашивать такого рода декларации.

Еще в 2007 г. были приняты решения о более активном вве­дении в хозяйственный оборот разнообразной государственной собственности, в том числе и путем ее приватизации или сдачи в аренду. Только за первые месяцы 2008 г. в Беларуси были сданы в аренду более 2 млн м2 производственных и административных площадей, что составляло, однако, лишь 3,5% таких площадей. За год бюджет государства получил от аренды несколько сот миллионов долларов дополнительных средств.

Еше в 1990-е гг. в Беларуси по примеру Китая были созданы несколько свободных экономических зон (СЭЗ), наиболее известна из них - СЭЗ «Брест». За 10 лет здесь создали филиа­лы примерно 50 иностранных предприятий. Однако массового притока иностранных капиталов не наблюдалось. Не слишком активны были и белорусские предприниматели. В 2008 г. прези­дент и правительство приняли много решений, активизирую­щих работу СЭЗ и раскрывающих новые возможности для инве­сторов, так как в мировом рейтинге по условиям ведения бизнеса страна занимала в 2007 г. лишь 110-е место. В Послании белорусскому народу и Национальному собранию РеспубликиБеларусь (29 апреля 2008 г.) Александр Лукашенко подчеркивал: «Необходимо создать такие условия деловой среды, чтобы каж­дый ее субъект имел возможность получать как можно больше прибыли, обогашая тем самым своих работников и государство. Нынешний год - завершающий для окончательного становления в стране организованного предпринимательства во всех его про­явлениях. Необходимо окончательно снять все излишние барье­ры при создании и ведении бизнеса. Равнодоступность и конку­ренция - вот что последовательно мы должны утверждать в нашей экономической политике. Это касается всех субъектов хозяйствования независимо от формы собственности и размера компании». Важно отметить, что это говорилось еше за несколь­ко месяцев до начала мирового экономического кризиса. В усло­виях кризиса подобного рода заявления и решения, а также реальные действия по либерализации белорусской экономики были расширены и углублены, о чем будет идти речь ниже.

Было много причин, по которым иностранный предприни­мательский капитал оказался в прошлые годы мало активен в Беларуси. Приток прямых иностранных инвестиций в ее эко­номику увеличился в 2008 г. вдвое по сравнению с 2007 г., но их абсолютный размер был еще невелик. Из западных стран наибо­лее активными инвесторами стали Польша, Германия, Италия. Республика делает сегодня очень много для того, чтобы поднять уровень инвестиционной привлекательности своей экономики.

Груз Чернобыля

Преодоление последствий чернобыльской катастрофы до сих пор требует немало усилий и средств от белорусского государ­ства и общества, что ложится тяжелым грузом на экономику страны. Напомню, что общий ущерб, нанесенный Белоруссии чернобыльской катастрофой, оценивается экспертами суммой, превышающей 230 млрд долл. (в сопоставимых ценах и курсах валют середины 1980-х гг.). Это более 30 годовых бюджетов рес­публики того времени. Здесь пострадал каждый пятый житель, в том числе около 500 тыс. детей, радиоактивными веществами загрязнено более 20% территории (из городов больше всего пострадал Гомель). На ликвидацию последствий аварии прихо­дится тратить в среднем 10% государственного бюджета.

Степень загрязнения в разных районах различна, а следова­тельно, различна и судьба разных территорий. Всего (как сразу после аварии, так и в последующие несколько лет) были эвакуи­рованы и отселены из зоны загрязнения 135 тыс. человек из 435 населенных пунктов1. На значительной части зоны отчуждения был создан еще в 1988 г. Полесский государственный радиа­ционно-экологический заповедник с территорией более 216 тыс. га. В нем ведутся разнообразные научные исследова­ния: бывшую пашню засаживают лесом, выращивают десятки элитных лошадей-тяжеловозов и пр. Персонал заповедника пре­вышает 130 человек, которые живут за его пределами и каждый день после работы проходят специальную санитарную обработку.

В зоне отчуждения за пределами заповедника ведется тща­тельная работа по сохранению порядка, охране покинутых дере­вень и земель. В 1986 г. не все жители этих деревень хотели уез­жать. Нередко приходилось прибегать к принудительному выселению. Однако в 1990-е гг. десятки семей, особенно пожи­лых людей, все же вернулись в родные дома, и на этот раз их уже не выселяли. Они восстанавливают приусадебные хозяйства, разводят скот, птицу, используют их мясо, молоко и яйца. Таких людей в зоне отчуждения проживало в 2009 г. около 200 чело­век. При необходимости им оказывается медицинская помощь. Многие покинувшие Полесье семьи приезжают сюда, чтобы хоронить своих близких, и все сельские кладбища не заброше­ны, ухожены.

За пределами зоны отчуждения территории имеют разную степень загрязнения, что ведет к разной хозяйственной деятель­ности на них. Обычно проводится перепрофилирование сель­ского хозяйства, в основном на мясное животноводство, так как на пастбищах трава чистая - радиоактивные вещества задержи­ваются в корнях. Научились выращивать чистое зерно и полу­чать чистые корма, в основном из кукурузы.

В одном из районов Гомельской области до аварии прожива­ло более 30 тыс. человек, сейчас там менее 10 тыс., но они рабо­тают - построены кондитерская фабрика, два агрогородка. Есть в области деревни и поселки, которые пришлось полностью захоронить, и это было очень тяжелой работой даже для групп специальных работников МЧС. Но есть деревни и поселки, которые восстанавливаются или готовятся к восстановлению - пусть и через 5-10 лет. В одном из районов приведен в действие завод «Полесские сыры», и он перерабатывает до 500 т молока в сутки, привозимого из соседних районов. Оно не вполне чистое, но в ходе технологического процесса радионуклиды остаются в сыворотке, которую увозят и захоранивают на спе­циальном полигоне. 80% сыров и масла, произведенного на заводе, идут за границу - их безопасность тщательно проверяет­ся на всех ступенях производства и реализации.

Пособия, дополнительную медицинскую помошь, а также многие другие льготы получают все граждане страны, имеющие статус «чернобыльца». Аля государства это и обязанность, и большой расход. Есть, конечно, программы, которые помогает выполнять Россия, а также программы, которые поддерживает через свой бюджет Союзное государство России и Беларуси. Есть программы, выполнение которых финансирует Евросоюз. Почти все европейские программы адресованы в первую очередь детям. Однако 95% всего того, что можно назвать «грузом Чернобыля», несут общество и государство Беларусь.

Во время своей поездки в Беларусь и беседы с президентом Александром Григорьевичем Лукашенко 16 ноября 2009 г. я задал вопрос о Чернобыле и его влиянии на экономику стра­ны. Ответ был подробным и конкретным:

«Я всегда с горечью говорю о чернобыльской катастрофе. Это боль и трагедия Беларуси, удар, поставивший белорусский народ на грань выживания, - сказал президент. - И та сумма, которую Вы назвали, очень условна и не может снять негативных последствий катастрофы. Когда речь заходит о деньгах, мы гово­рим лишь о минимизации последствий трагедии, об облегчении жизни людей, о создании определенных перспектив для постра­давших. Не надо представлять это так, что Беларусь хочет от кого-то какие-то деньги. Официально мы ни на что не претен­дуем, но объективно заинтересованы в любой помощи. Наша страна в наибольшей степени пострадала от аварии: почти четверть территории Беларуси (23%) была загрязнена радиону­клидами. Для сравнения: в России - 1,5%, в Украине - 7% тер­ритории. Около 20% сельскохозяйственных угодий выведено из оборота. Ежегодно эта потеря обходится Беларуси более чем в 700 млн долл. В зоне загрязнения оказались 132 месторожде­ния различных видов минерально-сырьевых ресурсов, около четверти лесного фонда и почти 350 промышленных предприя­тий Беларуси. Человеческий ущерб от аварии - 2 млн постра­давших людей. Более 1,3 млн человек, в том числе почти пол­миллиона детей и подростков, по-прежнему проживают на загрязненных территориях. Заболеваемость раком щитовидной железы после аварии среди детей возросла почти в 40 раз, среди взрослых, в зависимости от возрастных групп, - в 2,5-7 раз.

Эти тяжелые последствия были усугублены социально-эко­номическим и политическим хаосом, вызванным распадом СССР. И мы, и наши соседи вынуждены были решать проблему обеспечения людей самым насущным. Правильно Вы здесь отметили, что имели место и какие-то политические амбиции, попытки что-то с кем-то делить. На первых порах Беларусь осталась с чернобыльской бедой одна. Но белорусы - не тот народ, который будет сидеть сложа руки и ждать каких-то пода­чек. Создан и функционирует Департамент по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Реализуются Государственные программы по преодолению последствий ката­строфы на ЧАЭС (нынешняя рассчитана до 2010 г.). Я регуляр­но совершаю поездки в пострадавшие районы, жестко контро­лирую реализацию всего чернобыльского законодательства. Более 130 тыс. человек переселены в незагрязненные районы и трудоустроены. Ежегодно от 5 до 17% республиканского бюд­жета направляется на ликвидацию последствий аварии. В сум­марном выражении это составило более 17 млрд долл. Выполнение соответствующей программы на 2006-2010 гг. обошлось нам в 2 млрд долл. По сравнению с 235 млрд не так уж и много. Но Вы поймите, 235 млрд долл. ущерба от ката­строфы - это 32 среднегодовых бюджета 1985 года! 32 года страна не должна ни есть, ни пить, чтобы только ликвидировать последствия. Поэтому мы крайне заинтересованы в любой помощи.

Мы активно сотрудничаем с ООН, МАГАТЭ, другими между­народными организациями, этот опыт представляет взаимный интерес и важен не только для Беларуси, но и для всего челове­чества.

Но, конечно, поддержка братской России, нашего основного союзника, представляет для нас особую важность. Существуют специальные совместные программы, в рамках которых оказы­вается помощь жителям из районов чернобыльской катастрофы. Программы, реализованные в 1998-2005 гг., уже показали свою эффективность. В настоящее время реализуется третья програм­ма, рассчитанная на 2006-2010 гг. Обший объем финансирова­ния составляет 1 млрд 200 млн российских рублей.

Я хочу, чтобы Ваши читатели поняли одну мысль: белорусы не собираются наживаться на своем горе, а тем более за счет таких же пострадавших россиян и украинцев. Да, мы понимаем, что наши соседи сейчас также переживают непростые времена. Мы ни от кого ничего не требуем. Мы хотим, чтобы другие стра­ны понимали положение Беларуси и не стремились подзарабо­тать на бедах нашего народа. Нас все время чем-то попрекают - энергоносителями, какими-то преференциями, дешевым мясом, дешевым молоком. Не надо ничего делить, ничем попрекать. Наши народы связывают слишком долгие узы дружбы, сотруд­ничества и действительно братских отношений, чтобы какие-то деньги могли встать между нами».

Белорусская экономическая модель

Беларусь не претендует на такой же статус страны «с рыноч­ной экономикой», какой Евросоюз даровал Украине 4 года назад на одном из своих заседаний, проведенных в тот раз в Киеве. Она претендует на другой, более содержательный и более обя­зывающий статус, аналогичный тому, что еще в 1980-х гт. пред­ложил своей стране самый успешный реформатор XX в. Дэн Сяопин, - статус страны с «социалистической рыночной эконо­микой». Положение о социалистической рыночной экономике было записано даже в Уставе Коммунистической партии Китая, чтобы положить конец абстрактным и схоластическим дискус­сиям о самой возможности сочетания социализма и рынка. В Советском Союзе эти дискуссии продолжались еще 10 лет, но так и не привели к созданию сколько-нибудь авторитетной и цельной экономической концепции.

Президент Республики Беларусь Александр Лукашенко не раз определял основы ее экономики как «рыночный социализм». Выступая в 2008 г. перед студентами, он говорил: «Каковы эле­менты нашей собственной экономической модели? Во-первых, это социально ориентированная рыночная экономика. Если уж говорить о рынке, то в первую очередь я приемлю и поддер­живаю в нем конкуренцию. Она всегда приводит к хорошим результатам. Но то, что это социально ориентированный рынок, - безусловно. Мы не можем бросить наш народ без вся­кой поддержки. Во-вторых, непременный отказ от шоковых реформ, приводящих к обнищанию народа. Мы применяем у себя только эволюционные методы преобразований. В-третьих, формирование эффективной системы управления вертикали власти. В-четвертых, активная организующая и регулирующая роль государства во всех социально-экономических процессах. В-пятых, взвешенная внешнеэкономическая политика, всесто­роннее сотрудничество с Россией и странами-членами СНГ. Сегодня наша страна - это страна с открытой экономикой. Республика сегодня торгует более чем со 170 государствами мира. Лоля экспорта в ВВП около 70%. Сама экономика заста­вляет нас искать новые и сохранять традиционные рынки сбыта нашей продукции, сырьевые источники для обеспечения произ­водственного цикла».

«Как бы Вы определили экономическую модель Белоруссии?» - спросили однажды Александра Лукашенко при­бывшие в Минск журналисты британского информационного агентства «Рейтер». «Если иметь в виду ту высочайшую степень социальной зашиты нашего населения, - ответил А. Лукашенко, - то эту экономику и эту политику можно назвать социалистической. Как подтверждение сказанного к этому можно отнести и тот уровень прогнозирования и плани­рования, который присущ нашей экономике. Государство посте­пенно уходит от жесткого управления экономикой, но роль государства в нашей экономике все еше велика. Но в этом еще одна причина нашего успеха. Если бы государство ушло от эко­номики, мы имели бы тот развал, который сегодня характерен, например, для некоторых стран бывшего соцлагеря. Если брать эти факторы: социальную защиту, государственное планирова­ние, прогнозирование, то это похоже на тип социалистического государства. Однако если учесть, что у нас беспрепятственно развивается частная собственность, что у нас абсолютно свобод­ный финансовый рынок, абсолютно рыночные отношения в нашей стране, то все это присуще капиталистической эконо­мике. Мы осознаем, в каком направлении развивается мир, и мы не собираемся оставаться на обочине этого развития. Но мы при этом сохраним особенности нашей экономики, социальную защищенность наших людей. Мы исходим из того, что неважно, какого цвета кошка, лишь бы мышей ловила. Если государствен­ные предприятия производят конкурентоспособную продукцию, то к чему нам их приватизировать или разрушать?».

Президент А. Лукашенко сознательно повторил здесь слова Лэн Сяопина из одной древней китайской поговорки, чтобы подчеркнуть сходство экономических моделей Китая и Беларуси. Однако эти модели отнюдь не идентичны. Китай при его огромных размерах не опасался пускать на свой рынок круп­ные западные корпорации, которые работали, как правило, в дорогих сегментах рынка и конкурировали друг с другом за симпатии относительно состоятельных граждан этой страны. Китайские компании из разных провинций конкурировали в это же время в более дешевых сегментах рынка, используя при этом опыт и наработки западных корпораций. Только на втором или третьем этапе лучшие из китайских компаний начали теснить западные корпорации - сначала на своем рынке, потом на рын­ках третьих стран, а затем и на рынках западных стран, предла­гая не менее качественный продукт, но по более дешевым ценам. Беларусь - не столь крупное государство, чтобы работать по такой сложной схеме. Ее предприятия, работающие в одной отрасли, как правило, конкурируют не друг с другом, а только с иностранными фирмами сходного профиля, предлагая потре­бителю качественный, но не слишком дорогой товар. Республика эффективно использует возможности рынка, но в ее экономике сохранились и многие советские, т.е. командно- административные, формы управления.

Белорусская экономическая модель сложилась не сразу. Она стала результатом трудных поисков и продолжает совершенство­ваться.

Когда в 1992-1993 гг. политическая власть в стране была слаба и раздроблена, бывшие партийные руководители Беларуси - от секретарей райкомов до ЦК КПБ - были демора­лизованы и не знали, что делать. У них не оказалось даже авто­ритетного лидера. Ни авторитета, ни власти не имел и случайно оказавшийся спикером Верховного Совета Республики Станислав Шушкевич, профессор физики в БГУ, не примыкав­ший ни к какой партии. Руководство экономикой осуществляла тогда не команда иностранных советников и не «реформаторы» из числа преподавателей марксизма вроде Г. Бурбулиса в России, а последнее советское белорусское правительство, возглавляемое премьер-министром Вячеславом Кебичем. Еще недавно тот был директором одного из крупнейших заводов, а затем - председа­телем Госплана БССР. Он никогда не был «рыночником», а такие люди, как Анатолий Чубайс, могли казаться ему непонятно отку­да появившимися авантюристами. Как же действовало его пра­вительство в тех обстоятельствах?

Основная часть белоруской промышленности - это несколь­ко десятков крупных предприятий различного профиля, руко­водство которыми осуществлялось, как правило, непосредствен­но из союзных министерств, т.е. из Москвы, которая обычно назначала или утверждала глав разных отраслей экономики. Это обстоятельство создало немало трудностей для Казахстана, но не для Беларуси, ибо в ней была сформирована такая ценная и важ­ная часть элиты, как директорский корпус, высококвалифици­рованный инженерный состав, научно-производственные кадры конструкторских бюро, на которые можно было опереться, когда все предприятия перешли после распада СССР в подчине­ние ее правительству. Но в правительствах всех советских рес­публик отсутствовали управленческие структуры для руковод­ства заводами и фабриками союзного подчинения. Да и как наладить их работу, если они находились в тесной кооперации с промышленными объектами не только своей республики, а в основном с разбросанными по всей территории Советского Союза? И поставляли свою продукцию не только своей, а мно­гим республикам и областям СССР, а также странам СЭВ.

Ситуация сложилась очень тяжелая, и склады готовой продук­ции в Беларуси быстро переполнились.

Законы, принятые в Республике, разрешали полную свободу торговли по рыночным ценам. Но радости это у населения не вызывало, так как уже к концу 1992 г. цены на главные потре­бительские товары поднялись в 11 раз. При этом реализация натуральных объемов товаров сократилась за 2 года на 40%. Это свидетельствовало о резком снижении покупательной способно­сти и уровня жизни людей. Ведь многие заводы бездействовали или работали на «холостом ходу». Сотни тысяч рабочих и слу­жащих превратились в безработных - в благополучной-то ранее Белоруссии. Да, конечно, правительство В. Кебича пыталось провести некоторые осторожные реформы. Так, к концу 1993 г. было приватизировано несколько сот мелких и средних произ­водств. Однако, если в России к концу 1994 г. в частных руках оказалось уже более 50% всех активов, то в Беларуси - лишь около 3%. Серьезных же предложений относительно приватиза­ции крупных промышленных предприятий не поступало. Да и кто из людей с нормальным рассудком мог тогда их покупать или предлагать к продаже? Десятки машиностроительных и станко­строительных заводов, а также заводов, изготавливающих теле­визоры, холодильники, радиоаппаратуру, медицинское оборудо­вание, лишь завершали технологический цикл, а начинался он в России, Украине, других республиках, связи с которыми распа­лись. Кроме того, последнее звено цикла предполагало большую долю квалифицированного и хорошо оплачиваемого труда в стоимости создаваемого и ставшего практически никому не нужного продукта. Эти предприятия невозможно было привати­зировать. Распад СССР настолько разладил нормальную работу белорусской промышленности, что многие заводы не просто сократили, но остановили производство, так как новых заказов почти не было, как не было и поставок комплектующих, сырья и энергии.

Упадок и неразбериха царили и в белорусских деревнях. К началу 1994 г. здесь появилось более 2500 частных ферм. Но их удельный вес в производстве товарной продукции сельского хозяйства составлял всего лишь 1%. Либеральная оппозиция требовала ликвидации всех колхозов и совхозов, но эти требова­ния мало кто поддерживал.Несмотря на все неурядицы и невзгоды, у белорусов не воз­ник столь же сильный порыв к независимости от России, какой овладел населением Прибалтики, готовым, казалось бы, терпеть ради этой независимости любые лишения. К тому же у мало­влиятельных, но очень фомкоголосых белорусских радикал- националистов не появилось никаких собственных экономиче­ских предложений и программ, никаких «500 дней». Этих людей волновали в первую очередь проблемы языка, они с гне­вом осуждали большую часть своего же народа, забывшего якобы язык далеких предков. В этих условиях победа Александра Лукашенко на президентских выборах 1994 г. была вполне зако­номерной. После его прихода к власти в Республике достаточно быстро возобладала экономическая политика, основанная на прагматизме, реализме, здравом смысле и на восстановлении самых тесных связей и сотрудничества с Россией. Эта политика исходила из интересов народа, как их понимал и формулировал сам А. Лукашенко.

В Беларуси была восстановлена плановая экономика совет­ского типа - с заданиями на год и на пять лет. «Вы знаете, что такое рыночная экономика, вы умеете работать в условиях рынка?» - спросил Александр Лукашенко на одном из первых заседаний сформированного им правительства. В ответ он полу­чил уверенное «нет». «А знаете ли вы, что такое плановая эко­номика?» В ответ - столь же уверенное «да». «Вот, - сказал пре­зидент весьма выразительно, - так давайте и будем строить то, что знаем». Первый разработанный под его руководством пяти­летний план «Основные направления социально-экономическо­го развития Республики Беларусь на 1996-2000 годы» был одоб­рен, как уже говорилось выше, первым Всебелорусским народным собранием в 1996 г. А в 2001 г. на втором Всебелорусском народном собрании говорилось уже о «белорус­ской экономической модели». При этом было ясно, что бело­русская модель - это модель экспортной экономики.

Президент России Борис Ельцин прямо и недвусмысленно требовал от своего правительства разрушать, даже крушить советскую экономику, в том числе ее главные предприятия. «Реформа Гайдара, - писал он в своих «Записках», - обеспечила макроэкономический сдвиг, а именно разрушение старой эко­номики. Дико болезненный, без хирургического блеска, а, напротив, с каким-то ржавым скрежетом, когда с мясом выди­раются куски отработавших деталей, механизмов, - но слом произошел. Наверное, по-другому было просто нельзя. Кроме сталинской промышленности, сталинской экономики, адапти­рованной под сегодняшний день, практически не существовало никакой другой. А она генетически диктовала именно такой слом - через колено. Как она создавалась, так и была разруше­на». Эти откровения Ельцина трудно комментировать. Советская экономика и советская индустрия, в частности, созда­валась не «через колено». Да, конечно, был очень большой эле­мент принуждения, но вместе с тем и весьма большой элемент трудового энтузиазма, творчества, необычайно мощного трудо­вого напряжения всего народа. Как же можно было все это столь бездумно и грубо разрушать?!

Разрушались «через колено» не просто заводы и фабрики. Рушились судьбы и благополучие десятков миллионов людей. Главные потери 1990-х гг. для России - это не только разлом про­мышленных систем, но и утрата ценнейших кадров, научных, научно-производственных школ. В сложном производстве глав­ное - это не машины и оборудование, а сложившиеся за десяти­летия профессиональные коллективы. Почти никто не думал в той вакханалии «шоковой терапии» и о судьбе старых людей, которые разрушением советской экономики обрекались на нищету.

Александр Лукашенко по такому пути идти не хотел, и бело­русский народ его поддержал. Выступая 30 октября 1999 г. в Москве в Государственной думе, он сказал: «Мы избрали свой путь развития - и не западный, и не восточный, а сбалансиро­ванный и исходящий из наших реалий. Мы изначально отказа­лись от революционной ломки, предпочитая ей постепенное реформирование экономики, перенимая все лучшее, что может предложить мировой опыт».

На конец 2005 г. в Беларуси более 80% активов являлись государственной или кооперативной собственностью. У нее не было необходимости передавать крупные предприятия под ино­странное управление, как у Казахстана. Не было и нужды при­влекать иностранный капитал, как это делал Китай. Республика нашла свое решение, и оно оказалось в сложившихся условиях наиболее разумным и эффективным.