Александр Лукашенко. Контуры белорусской модели.

Рой МЕДВЕДЕВ

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО

Контуры белорусской модели

От издательства

Серия «Лидеры мировой политики» - новый проект Издательства BBPG, начатый несколько лет назад. Именно к середине первого десятилетия наступившего века стало оче­видным, что страны, входившие долгое время в одно государ­ство - СССР, - выбрали разные пути и движутся по ним с дале­ко не одинаковой скоростью. Много ли знает современный российский читатель о жизни своих ближайших соседей? Интересны ли они ему? Нашим ответом на эти вопросы и стало рождение нового проекта.

Нам одинаково важны все страны. Но далеко не везде появи­лись новые яркие политики, чьи карьеры выдержали испытание временем. Лидеры же некоторых государств, напротив, вызы­вают неподдельный интерес. Поэтому первые темы серии опре­делились быстро: Казахстан и Беларусь.

Книга «Нурсултан Назарбаев. Казахстанский прорыв и евра­зийский проект» вышла летом 2008 года. Одновременно, задол­го до нынешних информационных войн и президентской изби­рательной кампании, стартовал белорусский проект. То, что сегодня Беларусь, наш самый близкий союзник, оказалась в перекрестье многих СМИ-прицелов, не может нас радовать как граждан России, но как издатели мы вынуждены считать это своей удачей.

Предисловие

Республика Беларусь (Белоруссия) - это относительно небольшое государство в Восточной Европе с территорией 207,6 тыс. км и населением 9,7 млн человек (на 2008 г.). Весь регион Восточной Европы, к которому я отношу и Балканы, пережил в последние 20 лет множество сложных трансформа­ций, ставших результатом распада Совета экономической взаи­мопомощи, Варшавского договора, Советского Союза, Югославии, Чехословакии.

Все страны этого региона еще недавно относились к той части мира, которую было принято называть «вторым миром» или странами «социалистического лагеря». Однако после кру­шения этого «лагеря», ставшего результатом как внутренних противоречий, так и холодной войны, страны Восточной Европы стали двигаться дальше по очень разным дорогам и с разной скоростью. Этот регион оказался лишенным какого-либо внутреннего единства и монолитности; он расколот и не имеет сколько-нибудь значительных конкурентных преимуществ и природных ресурсов. Объединение Восточной и Западной Германии в единое государство, а также образование Российской Федерации, внеся существенные геополитические изменения в восточную часть Европы, не решили множества проблем этого региона, который разделен сегодня между структурами Европейского Союза и СНГ.

Все трудности развития восточноевропейского региона раз­деляет и Беларусь. Однако из более чем двадцати его стран толь­ко одна Республика Беларусь сохранила верность тому, что было принято называть социалистическим выбором. Она проводит, подобно Китаю и Вьетнаму в Азии, политику «рыночного социа­лизма», или «социалистического рынка». Ее народ сохраняет приверженность тем базовым социальным и политическим цен­ностям, которые пришли в наш мир после социалистической революции 1917 г. в России. Из стран Европы только Беларусь отмечает 7 ноября, т.е. годовщину революции, как государствен­ный праздник. Это стало в последние 15 лет удобной мишенью для критики «белорусской модели», порождая множество дис­куссий и споров, которые чаще всего принимали необъектив­ный характер и сопровождались грубыми поношениями и кле­ветой. Не вполне объективно часто к Беларуси и общественное мнение в Российской Федерации, хотя эта республика - наш единственный верный союзник на западном направлении. Отмеченные мной здесь обстоятельства, а также важность достигнутых Беларусью экономических успехов, которыми не может похвастаться ни Российская Федерация, ни большинство других стран СНГ, и побудили меня предпринять данное неболь­шое исследование. Предметом моего интереса и анализа стали события, которые происходили в Республике Беларусь с начала 1992 до начала 2010 г. Я искренне благодарю всех, кто оказал мне в этой работе помощь и поддержку.

Рой Медведев, март 2010 г.

Введение

Бывший президент Украины Леонид Кучма написал и издал в 2003 г. книгу «Украина - не Россия». В предисловии к ней он заявлял: «Украину мы создали. Но теперь нам предстоит более трудная задача - создать украинцев. Это проблема, решаемая в достаточной степени мучительно, и, прежде чем можно будет спокойно сказать, что она решена, пройдут десятилетия. Консолидация украинской нации еше далека от завершения, и мы до сих пор не до конца поняли, кто мы такие». Мы хорошо видели, как пытался решить эту проблему следующий президент Украины - Виктор Ющенко.

Президент Беларуси Александр Лукашенко не имеет таких неразрешимых проблем. Он гордится тем, что ему и его сорат­никам удалось создать монолитное суверенное государство. Он никогда не стремился вычленить из состава населения Республики некую этнически чистую белорусскую нацию. «Все мы, - отмечал он в предисловии к одной из книг, изданных в Минске, - независимо от национальности составляем единую историческую общность - белорусский народ, у которого есть чувство собственного достоинства и сила духа». В Беларуси нет того этнического национализма, который разрушает сегодня многие из стран СНГ. Русский и белорусский языки имеют здесь статус государственных. «Белорусы - это те же русские, - гово­рил полушутя А. Лукашенко, - но со знаком качества».

Александр Солженицын писал о белорусах как о «кротком народе», который живет в «печальной скудости» в своей «скорб­ной Белоруссии». «Горемычными» называл своих земляков- белорусов и поэт из фронтового поколения Микола Аврамчик. Один из исследователей белорусской идентичности и руководи­тель Центра международных программ Белорусского государ­ственного университета в Минске Михаил Маслюков обращает внимание на минорность почти всех белорусских народных песен, ибо «в песне - душа народа»: «Белорусы - грустная и меланхоличная нация добрых людей, которые не приемлют революционных изменений в своем жизненном укладе, в стиле жизни вообще и в мышлении в частности».

Мы знаем, однако, что в годы Второй мировой войны в завое­ванной фашистами Европе именно в Белоруссии (а также в Сербии) гитлеровские оккупанты встретили самое ожесточен­ное сопротивление всего народа. Только в Белоруссии и Сербии в тылу немецких армий были освобождены от врага большие территории и созданы партизанские отряды, которые на протя­жении трех лет вели войну с германскими войсками, оттягивая на себя десятки дивизий. Даже некоторые из военных историков западных стран были вынуждены признать, что партизаны Белоруссии в 1942-1944 гг. вывели из строя больше солдат про­тивника, чем войска Англии и США во время военных кампаний в Северной Африке и Италии. В годы Второй мировой войны в ее огне погиб каждый третий белорус, каждый шестой поляк, каждый восьмой украинец и каждый десятый югослав. Однако еще недавно многие из политиков и публицистов тех стран Европы, которые воевали в годы Второй мировой войны на сто­роне Гитлера, или тех стран, которые создали у себя коллабора­ционистские режимы, помогавшие ему, имели наглость называть спокойную и миролюбивую Белоруссию, открытую для гостей и для сотрудничества, но не для диктата, «последней диктатурой в Европе».

После войны территория Белоруссии оказалась самой разо­ренной и разрушенной в послевоенной Европе. Восстановление республики происходило быстро, что было возможно только при помощи и поддержке всех других республик Советского Союза. На протяжении всего 30 лет - с 1950 по 1980 г. - в Белоруссии была создана одна из наиболее сильных и нау­коемких экономик в СССР с преобладанием таких отраслей, как машиностроение, химическая промышленность, нефтеперера­ботка, производство оборонных систем и средств связи. По уровню жизни и по производству валового внутреннего продук­та (ВВП) на душу населения Белоруссия занимала второе место в СССР, обогнав Украину. В ней в середине 1980-х гг. сложилась самая высокая в стране (после Москвы и Ленинграда с их при­городами) концентрация квалифицированной рабочей силы и инженерно-научного персонала. Именно в Белоруссии, исходя из логики экономического сотрудничества в рамках СЭВа, соз­давались многие сборочные предприятия или предприятия конечного цикла в разного рода наукоемких и трудоемких отраслях. Белорусы отдавали себе отчет в том, что столь успеш­ное развитие Республики было бы невозможно без поддержки всего Советского Союза, и не создавали никаких движений, которые ратовали бы за выход из СССР. Здесь не было сепара­тизма ни в его прибалтийской или закавказской, ни в украин­ской или молдавской формах.

Но в отношении Белоруссии трудно говорить и о горбачев­ской перестройке, ибо ее накрыло в 1986 г. чернобыльским пеплом.

Самая большая из техногенных катастроф в истории челове­чества, к тому же произошедшая не в самой Белоруссии, нанесла страшный удар именно по ее территории. Огромное радиоак­тивное облако прошло в конце апреля 1986 г. над белорусскими землями, оставив на них 70% всей радиации, выброшенной во время аварии. (Уже ослабленным радиоактивное облако лишь задело Прибалтику и Польшу, Скандинавию, Гренландию и Великобританию.) Зараженными оказались более 20% террито­рии Республики. Сотни тысяч людей были переселены на дру­гие, более чистые, земли, но несколько миллионов человек из примерно 10-миллионного ее населения продолжали в течение долгого времени получать высокие дозы радиации - превышаю­щие те, что считаются приемлемыми. Множество бед происте­кало еше и из того, казалось бы, неправдоподобного факта, что даже руководители Белоруссии не получили в 1986 г. всей информации, необходимой для минимизации последствий ката­строфы, они не контролировали возникшую вокруг Чернобыля ситуацию и почти не влияли на ликвидацию самой аварии.

По подсчетам экспертов, ущерб, нанесенный республике, составлял более 230 млрд долларов в сопоставимых ценах и кур­сах валют. Лишь ничтожная часть этого ущерба была возмещена Белоруссии и ее народу в 1986-1991 гг., т.е. до распада СССР Но кто должен был взять на себя оставшуюся часть работы по нор­мализации экологической обстановки и здоровья людей?

И думал ли об этом Станислав Шушкевич, когда, не являясь даже президентом своей страны и не имея надлежащих полно­мочий, подписывал Беловежские соглашения? В период с 1991 по 2008 г. Беларуси пришлось израсходовать на ликвидацию последствий Чернобыльской катастрофы несколько десятков миллиардов долларов. Республика приняла Государственную программу соответствующих работ на 2006-2015 гг., которая успешно выполняется. Подобного рода программ нет ни в пострадавшей от этой аварии России, ни в Украине. У Александра Лукашенко есть все основания заявлять, что только Беларусь предметно занимается ликвидацией ее последствий.

Катастрофа на Чернобыльской АЭС имеет для Республики Беларусь и для всего мира не только финансовое, но и другие измерения. Известный белорусский экономист и политолог Юрий Шевцов пишет в книге «Объединенная нация»: «Чернобыльский вызов породил множество проблем, но основ­ной из них является, вероятно, то, что часть белорусов приобре­ла специфичный набор навыков выживания на пораженной радиацией территории и своеобразный духовный опыт, связан­ный с чернобыльским фактором в индивидуальной и коллектив­ной памяти. С белорусами уже случилось то, что маячит перед всем человечеством: экологическая катастрофа изменила саму среду обитания нации и привела к необратимым последствиям для соматической природы целого народа. Духовная же культура белорусов стала во многом определяться характером осмысле­ния произошедшей и продолжающейся катастрофы. Чернобыльская ситуация требует глобальной активности. Она требует поиска средств к ее преодолению вне Беларуси, в наибо­лее развитых странах, что, в свою очередь, порождает необходи­мость для белорусов поиска языка для эффективного диалога с другими культурами. Чернобыльская катастрофа дала белорус­ской культуре моральное обоснование для самостоятельного существования и право оценивать степень моральности иных культур, особенно культур развитых стран». Юрий Шевцов сравнивает изменения в белорусском национальном сознании после Чернобыля с теми, что происходили в национальном соз­нании евреев после холокоста. Белорусы - это также народ Катастрофы. «Конечно, - замечает он, - чернобыльская пробле­ма не воспринимается человечеством с такой же отзывчивостью, как холокост. Но в отличие от холокоста чернобыльская ката­строфа никуда не исчезла и не ушла в историю. Негативное воз­действие радиации на людей продолжается и требует усилий по ликвидации последствий аварии. Усилий дорогостоящих, кото­рые, увы, еще только впереди».

За период с 1996 по 2008 г., т.е. за 12 лет, белорусское госу­дарство израсходовало на преодоление последствий катастрофы более 20 млрд долларов, и еще столько же поступило на эти цели из внебюджетных и иных источников. Приходила помощь и из- за рубежа, но она была, к сожалению, просто мизерной. Не осо­бенно щедрой оказалась поддержка в оплате по чернобыльским счетам и от союзной России. (Более того, совсем недавно при оформлении двухмиллиардного кредита, который та решила выделить Беларуси в связи с мировым экономическим кризисом, министр финансов России Алексей Кудрин задержал выделение четвертой части этого кредита, сославшись на «возможную неплатежеспособность» Республики в ближайшие 2-3 года. Те комментарии, которые счел нужным сделать к этому оскорби­тельному заявлению российского министра президент Беларуси Александр Лукашенко, были, как известно, весьма резкими, но вполне уместными.)

Возможно, однако, что именно чернобыльская катастрофа парадоксальным образом уберегла Беларусь от другой катастро­фы, от которой судьба не укрыла ни Россию, ни Украину: в ней не было в 1991-1993 гт. той «либерально-демократической революции», почти полностью разрушившей крупнейшие про­изводственные комплексы России - Уралмаш, ЗИЛ, Челябинский тракторный, «Красное Сормово», Кировский завод, Челябинский металлургический, АЗЛК, «Красный проле­тарий», Балтийский завод, Россельмаш, а также десятки других знаменитых предприятий тяжелой, легкой и химической про­мышленности, список которых мог бы занять несколько стра­ниц. Та мощная и алчная команда западных экспертов-монета- ристов, МВФ и Всемирного банка, которая уже завершила к началу 1991 г. проведение «шоковой терапии» в Польше и пред­ложила свои услуги Борису Ельцину, обошла своим вниманием

Минск и не сочла Беларусь достаточно «перспективной» для своих радикальных приватизаторских реформ. Ее крупные заво­ды и гиганты индустрии не были проданы за бесценок разного рода темным дельцам, в ней не проводилось никаких ваучерных приватизаций и залоговых аукционов, а потому и не появилось никаких олигархов, сохранилась централизованная плановая экономика.

Ссылаясь на это печальное для них обстоятельство, многие из западных «экспертов» называют Беларусь не только «послед­ней диктатурой в Европе», но и «заповедником советского обра­за жизни» или «заповедником социализма». Не буду спорить по этому поводу с людьми, которые и Китай называли еше недавно одним из «последних островков социализма в современном мире». На мой взгляд, для нашего западного соседа и союзника подошло бы другое наименование - «Белорусская крепость». Ибо это небольшая, но уверенная в своей правоте страна, кото­рую еще недавно атаковали со всех сторон (в том числе, к сожа­лению, и из России) ее недоброжелатели. Но это и очень госте­приимная страна, ворота которой открыты со всех сторон для ее друзей. На сегодня Беларусь - самое прочное и предсказуемое государство на всем постсоветском пространстве, в том числе и по своему экономическому фундаменту. Мировой экономиче­ский кризис, начавшийся осенью 2008 г. и продолжающийся до сих пор, создал немало трудностей для белорусской экономики, но не остановил ее развития, как это произошло во многих стра­нах Европы. Немалая заслуга в этом принадлежит бессменному «коменданту Белорусской крепости», президенту Республики Александру Григорьевичу Лукашенко.

Глава первая Белорусская экономическая модель

Трудности и проблемы первой пятилетки

Экономика и социальная сфера Беларуси развиваются на основе государственных пятилетних планов, утверждаемых Всебелорусским народным собранием, первое из которых состоя­лось в Минске 19-20 октября 1996 г. Оно одобрило основные положения Программы социально-экономического развития страны на период 1996-2000 гг. Эта Программа была в основном выполнена, хотя и не без разного рода трудностей и проблем.

Оппоненты Александра Лукашенко много говорят и пишут

об очень низком якобы уровне жизни населения Республики. При этом в качестве объектов сравнения выбираются не Украина или Россия и даже не соседние Литва и Латвия, а Германия или Франция. Однако такие сравнения неправомер­ны. Мы должны сравнивать Беларусь 2009 г. с ней же» какой она была в 1999 или в 1989 г., а также со странами СНГ, возникши­ми в одно и то же время и от одного корня.

В составе Советского Союза Белоруссия не без оснований считалась одной из наиболее развитых в экономическом отно­шении республик и занимала второе место после Российской Федерации как по уровню ВВП на душу населения, так и по показателям уровня жизни. Третье место занимала Украина, не намного уступая России и Белоруссии. Казахстан относился к числу дотационных республик и был обычно на шестом или седьмом месте в таблицах, характеризующих уровни развития экономик. По данным экономистов, в 1990 г. (в долларовых ценах 1985 г.) валовой внутренний продукт (ВВП) составлял в расчете на душу населения:

Российская Федерация - 5,87 тыс. долл.,

Белоруссия - 5,7 тыс. долл.,

Украина - 4,64 тыс. долл.,

Казахстан - 3,43 тыс. долл.

Средний годовой уровень ВВП по СССР был тогда равен почти 5 тыс. долл., что соответствовало уровням таких стран, как Мексика, Венгрия, Чехословакия. До уровней же в странах развитого капитализма Советскому Союзу было еще далеко: в Великобритании он составлял 12,7 тыс. долл., во Франции - 13,2 тыс., в Японии - 14,7 тыс., в США - 18,3 тыс.1 Единый бюд­жет и общая система заработных плат для рабочих и служащих в СССР позволяли нивелировать (хотя и не полностью) различия в уровне жизни населения разных республик. Эти различия были поэтому не столь велики, как различия в уровне ВВП, но все же значительны. В союзных республиках годовое потребле­ние в расчете на душу населения характеризовалось в 1990 г. следующими числами:

Российская Федерация - 3,22 тыс. долл.,

Белоруссия - 3,01 тыс. долл.,

Украина - 2,78 тыс. долл.,

Казахстан - 2,61 тыс. долл.

Средний уровень душевого потребления в СССР был на 30% ниже, чем в Мексике, Венгрии или Чехословакии, и в несколько раз меньше, чем в крупных западных странах: например, в США он составлял 12,4 тыс. долл. и был выше, чем в СССР, в 4,5 раза.

Распад Советского Союза привел к упадку экономик всех бывших его республик, который, однако, был неодинаков. При сопоставлении с 1991 г. ВВП стран СНГ в 1995 г. можно пред­ставить в процентах следующим образом:

Казахстан - 69%,

Беларусь - 66,1%,

Российская Федерация - 65,4%,

Украина - 52%.

Разумеется, упадок в производстве сопровождался сильным снижением уровня жизни населения. По официальным данным, его реальные денежные доходы в 1995 г. составляли в процентах к 1991 г.:

Беларусь - 64%,

Российская Федерация - 59%,Украина - 35%,

Казахстан - 12%.

В середине 1990-х гг. население стран СНГ испытывало колоссальные трудности, общая картина его состояния была очень тяжелой, так как эти государства находились в режиме выживания. Позитивный перелом наметился к 1998 г. только в Беларуси и Узбекистане, но и их экономика не избежала влия­ния финансового кризиса (дефолта) 1998 г. в Российской Федерации. В 1999 г. объем ВВП сравниваемых стран Содружества в сопоставлении с 1991 г. был следующим: Беларусь - 84,8%,

Казахстан - 71%,

Российская Федерация - 64,4%,

Украина - 44,7%.

А реальные располагаемые доходы, т.е. размер получаемых населением денежных сумм в текущем периоде за вычетом обя­зательных платежей и взносов, скорректированный на индекс потребительских цен, составляли в процентах к 1991 г.:

Беларусь - 89%,

Россия - 46%,

Украина - 28%.

(Казахстан в 1999 г. не предоставил данных по этому показа­телю в статистический комитет СНГ.)

Особенно тяжелое положение сложилось в 1999 г. в Украине, многие области которой превратились в зону бедствия. В июле того года Верховная Рада Украины приняла полное отчаяния Обращение к Парламентской ассамблее ОБСЕ, Европейскому парламенту, ПАСЕ, Межпарламентской ассамблее СНГ, ко всей европейской и мировой общественности, в котором говорилось: «Экономика нашей страны за годы так называемых реформ доведена до краха. Утрачено две трети валового внутреннего продукта, три четверти промышленного и более половины сель­скохозяйственного производства. Внешний государственный долг Украины достиг 12,4 млрд долл. США, что равняется двум годовым бюджетам Украины». Но чем могла помочь ей мировая общественность? Только еще одним кредитом от МВФ, эксперты которого и разрабатывали главные экономические рекоменда­ции для украинского правительства.

Беларусь находилась в лучшем положении, чем Украина и Россия. Как промышленное, так и сельскохозяйственное про­изводство росло в 1996-1998 гг. на 6-7% в год. На 13-14% в год увеличивались инвестиции в основной капитал, а также экс­порт белорусских товаров, главным образом в Россию. В 1999 г. рост экономики замедлился, и ВВП за год увеличился только на 2,7%; реальная заработная плата возросла более чем на 10%, но доходы работников сельского хозяйства и сферы услуг уменьшились на 2-3%. Однако обвальных процессов в экономике Республика сумела избежать. В ней не было дефолта, а размеры внутреннего и внешнего государ­ственного долга были невелики и никак не угрожали экономи­ческой безопасности страны. Не происходила здесь и та утечка капитала за границу, которую не смогли предотвратить Россия и Украина. Тем не менее то положение, в котором оказалась Беларусь в конце XX в., с политической и внешнеполитической точек зрения не позволяло ей надеяться на приток иностранно­го капитала и на сколько-нибудь значительную финансовую помощь европейских и мировых финансовых организаций.

В 2000 г. экономический рост в Беларуси ускорился, и при­рост ВВП составил 8%, превысив уровень докризисного и само­го успешного для советской Белоруссии 1990 года. В целом пер­вый пятилетний план Республики был выполнен по большинству показателей. Согласно официальной государственной статисти­ке, валовой продукт вырос на 36%, продукция промышленно­сти - на 65%, инвестиции в основной капитал - на 26%, была обеспечена продовольственная безопасность страны. Белорусский экспорт увеличился с 5 млрд долл. в 1995 г. до 8 млрд, ежегодный ввод жилья составил 3,5 млн м2. (Хотя в 2000 г. погодные условия оказались не лучшими, чтобы повы­сить результат пятилетки, но уже в 2001 г. Беларусь собрала самый большой за 10 лет урожай - 5,8 млн т зерна.)

В целом это были достаточно скромные успехи. Беларусь почти одновременно с Казахстаном преодолела кризис и упадок 1991-1995 гт. и достигла показателей 1990-1991 гг. Второй раз, а если учесть события 1914-1922 гг., то и третий раз за сто лет она восстанавливала свое народное хозяйство и нормальнуюжизнь нации после периодов войн и кризисов, которые зароди­лись отнюдь не в ней самой.

Вторая пятилетка. Выход на первые места в СНГ

По итогам 2000 г. положение дел в Беларуси казалось наибо­лее прочным в СНГ, но оно было еще очень сложным, и достиг­нутые успехи необходимо было закрепить. В мае 2001 г. состоя­лось второе Всебелорусское народное собрание, которое приняло Программу социально-экономического развития Республики на 2001-2005 гт. Согласно этой программе, предполагалось увели­чить ВВП страны на 40%, а уровень благосостояния белорусско­го народа - в 1,8 раза. Обеспечить это можно было только за счет повышения производительности труда, внедрения новых техно­логий и новых методов производства и управления.

Не описывая подробно успехи Беларуси в первые три года новой пятилетки, отметим следующее. Рост экономики наблю­дался в эти годы во всех странах СНГ Однако только эта Республика и Казахстан превысили по объему ВВП уровень последних лет СССР. Так, ВВП России в 2003 г. составлял немно­гим больше 80% советского уровня, а в Украине он не дотягивал и до 60%. Особенно быстро шло в Беларуси развитие промыш­ленности. Объем промышленной продукции в 2003 г. по срав­нению с 1991 г. характеризовался такими показателями: Беларусь - 120%,

Украина - 85%,

Казахстан - 80%,

Россия - 72%.

Продолжало отставать, однако, сельское хозяйство. В Украине сельскохозяйственное производство составляло всего 60% уровня 1991 г., в России - 73%, в Казахстане и Беларуси - уже 82%.

Уровень жизни в странах СНГ и в 2003 г. был еще очень низ­ким. Повышение мировых цен на нефть и газ позволило России и Казахстану поднимать средние уровни заработных плат и пен­сий быстрее, чем это было возможно в Беларуси, Украине и дру­гих республиках. За 8 лет (с 1995 по 2003 г.) среднемесячные заработные платы в пересчете на доллары поднялись:

Россия - с 103,7 до 179,7 долл.,

Казахстан - с 78,5 до 154,6 долл.,

Беларусь - с 65,5 до 120,8 долл.,

Украина - с 42,7 до 82 долл.

Средний размер пенсий за эти же 8 лет поднялся:

Россия - с 52,3 до 59,3 долл.,

Беларусь - с 33,7 до 52,8 долл.,

Казахстан - с 29,3 до 45,9 долл.,

Украина - с 21,6 до 34,2 долл.

Мы видим, что после распада СССР ни одно из образовав­шихся на его территории государств не смогло на протяжении многих лет обеспечить своим гражданам достойной жизни.

Скромный прогресс в странах СНГ в 2000-2003 гг. отмеча­ли и финансовые аналитические центры, связанные с МВФ и ООН. В них составляется большое количество разных таблиц, содержащих многообразные аналитические показатели. Согласно одной из таких таблиц, рассчитанной по паритету покупательной способности национальных валют в 2001 г., ВВП на душу населения возрос в этот период:

Беларусь - с 7,25 до 8,7 тыс. долл.,

Россия - с 6,75 до 7,75 тыс. долл.,

Казахстан - с 6 до 7,8 тыс. долл.,

Украина - с 4,75 до 5,85 тыс. долл.

Уже в 2004 г. экономисты должны были констатировать, что в неофициальном экономическом соревновании стран СНГ на первое место по совокупности наиболее важных показателей вышла Республика Беларусь, а на второе - Республика Казахстан. Российская Федерация заняла лишь третье место, хотя и этот результат нужно отметить как очень большое для нее достижение. Беларусь вышла на первое место в СНГ и по произ­водительности труда - как в промышленности, так и в сельском хозяйстве, а Россия прочно заняла первое место по накоплению золотовалютных резервов; второго места по этому показателю достиг Казахстан. У Беларуси же валютные запасы были невели­ки, но и внешний ее долг не был велик: она вела свое хозяйство очень экономно и, как правило, не прибегала к сколько-нибудь значительным внешним заимствованиям.

В 2004 г. экономика почти всех стран СНГ развивалась весь­ма успешно. ВВП России увеличился за этот год на 7,2%, Казахстана - на 9,6%, а Беларуси - на 11%. Самым большим прирост стал в Украине - 12,1%. Это был лучший показатель не только для СНГ, но и для всей Европы. Однако, оказавшись в кресле премьер-министра Украины, Юлия Тимошенко неодно­кратно публично заявляла, что статистические данные за 2004 г. сфальсифицированы режимом Кучмы - Януковича, и что реаль­ное увеличение ВВП составило тогда 7 или 8%. (В последующие три года самые высокие темпы прироста ВВП среди стран СНГ демонстрировали республики Закавказья - Азербайджан, Армения и Грузия, что не всегда объяснялось естественным раз­витием их экономик, но это отдельный вопрос.)

В 2005 г. лучшими оказались показатели роста у Казахстана, ВВП которого увеличился за год на 9,7%, причем успешно раз­вивалась как промышленность, так и сельское хозяйство. Однако и в бедной природными ресурсами Беларуси развитие шло быстро, и ее ВВП увеличился за год на 9%, главным образом в результате роста обрабатывающей промышленности и маши­ностроения. Но Республика показала лучшие результаты и в повышении эффективности и производительности сельского хозяйства. По объему его продукции она превзошла в том году уровень 1991 г. (Российские показатели развития были на 1-2% ниже, чем в 2004 г., но самыми плохими они были у «оранже­вой» Украины - прирост ее ВВП составил всего 3%.)

Среднемесячная заработная плата в 2004-2005 гт. наиболее заметно увеличилась в таких богатых природными ресурсами странах, как Россия и Казахстан. Однако Беларусь лидировала в СНГ по размеру пенсий: в 2005 г. среднемесячная пенсия здесь составила 104 долл. - самую большую тогда сумму для стран Содружества в долларовом исчислении и еще ббльшую по поку­пательной способности благодаря низким белорусским ценам на наиболее значимые для пожилых людей товары.

На всем постсоветском пространстве наиболее высокий уро­вень жизни демонстрировала Эстония. В этой небольшой стране среднемесячная заработная плата в 2005 г. приближалась к 600 долл. (в Литве - к 460 долл., в Латвии - к 430 долл.), тогда как в России она достигла лишь 302 долл., а в Беларуси - 260 долл. Комментировать эти суммы трудно, так как покупа­тельная способность доллара во всех постсоветских странах была разной, а в Беларуси существенно выше, чем в Эстонии или Литве, Латвии. Прибалтийские страны прошли 1990-е гг. много легче и успешнее, чем страны СНГ, - в этом нет сомнения. (Здесь, впрочем, трудно удержаться от замечания, что «кризисоустойчи- вость» их экономик в 2010 г. не может быть оценена столь же однозначно.) Однако среди стран СНГ лучшие общие результаты были достигнуты за 1992-2005 гг. именно Беларусью. Самое главное состояло в том, что она смогла не только сохранить, но и развить наукоемкие производства, и в первую оче­редь машиностроение. Беларусь лидировала в Содружестве по производству (на душу населения) большинства потребительских товаров, включая холодильники, телевизоры, ткани и обувь. В странах же Прибалтики, в России и Украине реальное про­мышленное производство и особенно машиностроение, станко­строение, электротехника, а также другие наукоемкие отрасли деградировали. За 10 лет (с 1995 по 2005 г.) Беларусь удвоила свой ВВП (и собирается снова удвоить этот показатель к 2020 г.). Такой динамики развития не было в эти годы ни у одной из стран не только в СНГ, но и в Европе. Только Китай демонстрировал еще более высокие темпы экономического развития.

Устойчивый экономический рост 2001-2005 гг. заметно улучшил социально-политическую обстановку в Беларуси. По данным социологических исследований в 2001 г., только 35,7% граждан Республики относили себя к категории людей со сред­ним достатком, а в начале 2006 г. таких людей было уже 69%. Об улучшении своего материального положении говорили теперь уже не 14,3%>, а 52,2% граждан1. Повышения общих экономиче­ских показателей в годы второй пятилетки не могли отрицать и лидеры оппозиции. Однако многие из них называли эти успехи «случайными достижениями».

Первые годы третьей пятилетки (2006-2008)

3 марта 2006 г. в Минске во Дворце Республики начало работу третье Всебелорусское народное собрание. Среди 2,5 тыс. участников этого наиболее представительного форума были посланцы всех регионов Республики, всех ее общест­венных организаций и слоев населения. Этот народный съезд заслушал и обсудил доклад президента Республики Беларусь А.Г. Лукашенко об итогах выполнения Программы развития страны на 2001-2005 гг. и о новой Программе социально-эко­номического развития на период с 2006 по 2010 г. Как заявил А. Лукашенко: «Мы собрались сегодня для того, чтобы всена­родно, открыто и честно оценить итоги прошедшего пятиле­тия, определить стратегию и основные направления нашего дальнейшего движения вперед. С удовлетворением докладываю высшему собранию: страна выполнила важнейшие показатели Программы социально-экономического развития Республики на 2001-2005 гг. XXI века. Всё, о чем мы договаривались на Втором Всебелорусском народном собрании, реализовано и воплощено в жизнь. Выработанный нами курс развития страны оказался правильным. Подтверждение этому - высокие темпы экономического роста, которые вот уже более десяти лет демонстрирует наша экономика. Сравните: семь с половиной процентов нашего ежегодного прироста валового внутреннего продукта за прошедшую пятилетку против трех с половиной процентов среднемирового».

Президент Беларуси подробно изложил во второй части свое­го доклада основные задания и предложения по социально-эко­номическому развитию Республики на 2006-2010 гг. Валовой внутренний продукт предполагалось поднять за 5 лет не менее чем на 50%. Для сферы услуг планировался рост на 60%, для промышленности (с учетом индекса физического объема про­дукции) - 50%, для сельского хозяйства - 40%. На 50-60% должен был вырасти как импорт, так и экспорт. Реальные денеж­ные доходы населения, в том числе реальную заработную плату, планировалось поднять на 50-55%. Инвестиции в основной капитал предполагалось увеличить на 70%, а энергоемкость ВВП снизить на 20-30%2.

Первый год новой пятилетки оказался очень успешным: почти по всем показателям план года был перевыполнен. ВВП Республики увеличился на 9,9%, объем производства промышленной продук-щш-на 11,3%, сельского хозяйства-на 6,1%. Впервые за постсо­ветский период было возведено более 4 млн м2 жилья. Выпуск потребительских товаров (без учета продовольственных) возрос почти на 10%. Реальная заработная плата в бюджетной сфере повы­силась более чем на 20%, хотя планировался рост всего на 6-7%. Розничный товарооборот увеличился на 17%, а объемы импорта и экспорта выросли более чем на 2з%. При этом значительно вырос объем внешней торговли Беларуси со странами Западной Европы. В интервью немецкой газете «Ди Велът», подводя итоги прошедше­го 2006 г., Александр Лукашенко говорил: «В плане универсально­го сотрудничества Беларусь очень перспективная страна. У нас нет внешнего долга, у нас низкая инфляция, у нас — и это очень важно - трудолюбивый народ, экономика работает интенсивно, мы производим конкурентоспособные товары. Мы всегда в состоянии заработать для бюджета деньги. Нам надо срочно диверсифициро­вать импорт углеводородного сь)р_ЬЯ так же, как и другим странам, сейчас все этим занимаются. Как только мы это сделаем, то еше более укрепимся как суверенное и независимое государство. Все предпосылки у нас для этого есть».

2007 г. оказался для белорусской экономики более трудным и сложным по многим причинам, но главным образом из-за существенного повышения мировых цен на нефть и газ. Россия также увеличила цены на эти энергоносители, причем в ббльших размерах, чем рассчитывала Беларусь. Останавливаясь на итогах этого года в своем новогоднем обра­щении, президент Республики А.Г. Лукашенко отметил: «Если говорить прямо, уходящий год был, пожалуй, самым сложным в истории нашего молодого государства. Жесточайшее полити­ческое и экономическое давление, введение различных сан­кций, потоки лжи и дезинформации. Лидеры некоторых стран, чтобы отвлечь внимание от своих проблем, вдруг «озаботи­лись» ситуацией в Беларуси, Забывая при этом, что речь идет не о каком-то штате в их собственном государстве, а о суве­ренном европейском государстве. Серьезнейшей проверкой на прочность нашей экономики стал рост цен на энергоресурсы. Но нас не удалось поставить _на колени. Сильные трудности только закаляют. Мы не просто выстояли. Мы обеспечили раз­витие нашей страны».