Смысл игры и другие выступления

Второе — было ли это направление деструктивным?

Третье — раз оно было монопольным и деструктивным, то надо ли было поворачивать?

Четвёртый вопрос — можно ли было повернуть, не обеспечив подавляющее большинство людей по отношению к тому, которое выходит на Болотную и Сахарова?

Пятое — можно ли было обеспечить такое подавляющее большинство людей, не создав широчайшую коалицию?

Шестое — можно ли было создать такую широчайшую коалицию, не включая в неё антиоранжевых центристов, которые хотят Путина либо надеясь, что он изменится, либо просто его поддерживая?

Поскольку ответы на все эти вопросы очевидны, то всё делится на три… на четыре категории людей. Первая категория людей — которая понимает, что сделано сумасшедше важное дело, абсолютно позитивное и повернувшее ход российского, а значит, и мирового процесса. Мне звонят очень крупные знакомые из-за рубежа и говорят: «Мы не шутим! Нам говорили, что Обама, обсуждая это событие, которое абсолютно сломало американскую игру, и они теперь в растерянности и не понимают, что делать, всё время спрашивает: „Что такое Сють Времени, Essence of Time?“, „Что такое Сють Времени“?». Я говорю: «Да бросьте Вы, Вы мне льстите.» Он говорит: «Да что — „льстите“? У него идёт сообщение по экрану, что некая „Сють Времени“ собрала сто сорок тысяч людей и поломала игру, в которую было инвестировано более полутора миллиардов долларов» (только из Великобритании полмиллиарда долларов шло по разным каналам в Россию. Сказочки, тоже, мне не надо рассказывать, что это всё даром делалось). Событие позитивное, масштабное, исторически значимое, и что? И в чём дело? Дело в том, что оно принесло очки Путину. Правильно, правильно — оно принесло очки Путину! Почему? Почему оно принесло ему очки? По двум причинам. Во-первых, потому, что очень странно, мягко говоря, повёл себя Геннадий Андреевич Зюганов. А также, между прочим, остальные кандидаты в Президенты. Клянусь тем, что мне дорого, что, конечно, когда пошла снежная лавина, я не мог контролировать каждую точку процесса. Но я контролировал «мейнстрим» и я твёрдо знал, что первым на сцену выходит Зюганов (если он приходит) и говорит всё, что хочет. И если бы он тогда пришёл — а я на сто один процент гарантированно мог это обеспечить — он получил бы реальную возможность побеждать Путина. Но он не пришёл. Не я его отговаривал — бился в истериках Удальцов и заражал своими истериками других. Там очень трудная идёт борьба внутри КПРФ за Зюганова. Комментировать я её не хочу, как не хочу комментировать и весь бессмысленный, дикий и странный хай по моему поводу, который развернулся после этого митинга. Одним ходом я мог обеспечить Зюганову очень крупные очки — он отказался. Но это не всё. Вторая часть заключается в том, что нельзя затыкать людям рот или навязывать им свои суждения. Я сказал на митинге всё, что думал. Я сказал, что на митинге собрались и те, кто верит в Путина, и те, кто верит, что Путин круто поменяет курс, и те, кто, как я, являются политическими противниками Владимира Путина. Я это сказал?

Запись, надеюсь, все просмотрели? Я специально задержал передачу на некоторое время, чтобы все её просмотрели. Кстати, совершенно неверно, что все средства околовластные массовой информации передали, что это всё Путинский митинг. Второй канал, на котором, так сказать, я являюсь соведущим программы «Исторический Процесс», передал по-другому, что Кургинян сказал, что он будет голосовать за Зюганова. Я не сказал, что я буду голосовать за Зюганова, я сказал, что буду голосовать за него, если он не оскоромится оранжевым, в другой передаче. Но я рад, что это прозвучало!

И чем больше я говорю, что я ЗА Зюганова, тем больше КПРФ проклинает меня во всех смертных грехах! Ксения Собчак, которая сказала, что будет голосовать за Путина — душка, милашка, потому что она ходит на либеральные митинги. Я говорю, что буду голосовать за Зюганова, являясь политическим противником Путина, я — непримиримый враг! Это что такое? Это — диагноз! Диагноз, с одной стороны — перевозбуждённости, а с другой стороны — определённая ориентированность. Значит, определённая часть людей считает, что процесс, который двигали Немцов, Собчак и другие, двигался в правильном направлении. Что оранж — это хорошо.

И не надо делать вид, что господин Удальцов и другие не понимают, что такое оранж. Не надо делать вид, что они боятся того, что процесс будет двигаться в оранжевом направлении! Оранжевого процесса боится Зюганов, которого толкают туда, тянут в оранжевый капкан. А Удальцов и другие ХОТЯТ оранжа. Они уже давно отдались во власть либеральных СМИ, их международных хозяев, либеральных ресурсных возможностей, американских посольств и всего остального. Это уже давно спецкрасные. Так вот, эти спецкрасные раскручивают истерику, истерику эту поддерживают просто оранжевые. Мне ли не знать, как организуются некие выступления на сайте КПРФ? А также, всё это заводит людей, которые в политике вообще не разбираются.

Но я спрашиваю ещё раз, я надеюсь, что не просто большинство, а подавляющее большинство, абсолютное большинство людей, которые вошли в «Суть Времени», понимают, что оранж — это смерть страны. ЭТО абсолютный враг! Путин — политический противник, с которым можно бороться всеми возможными способами. Но оранж — это абсолютный враг! И Немцов, Собчак, Рыжков и другие, двигали в оранжевую сторону процесс. Двигали его неумолимо. Он разворачивался по их повестке дня, день за днём. Понимая это (а они ОБЯЗАНЫ понимать, что процесс надо было повернуть), понимая, что его нужно повернуть, они ОБЯЗАНЫ понимать, что процесс могла повернуть только ОГРОМНАЯ масса людей, ОБЯЗАНЫ, не столько, сколько на Болотной и Сахарова, а в несколько раз больше.

Понимая, что только такая масса людей могла повернуть процесс, они должны понимать, что ЭТУ массу людей нельзя было собрать иначе, как на антиоранжевой широкой основе. Сказав: «ВСЕ против оранжевых!», а за кого, куда — как хотим. Хоть национализм, хоть либерализм, куда угодно! Понимая и это, тридцать, сорок людей должны были собирать эти сто с лишним тысяч. Как и там, между прочим. Там же рядом нацики и либералы, и это никого, почему-то не возмущает? Понимая это всё, ясно было, что придут люди и за Путина. А дальше начинается политика, которую так жаждет обсуждать милейший господин Удальцов.

Есть крупное Событие <рисует на листе бумаги круг>. Каждый раз, когда вы создаёте крупное Событие, круп-но-е Событие <пишет эти слова в круге> (а Событие на Поклонной Горе не крупное, а крупнейшее), начинается политическая борьба всех сил за приватизацию этого События. Это — неизбежный закон игры. Если бы Зюганов пришёл, он бы приватизировал до восьмидесяти пяти процентов События. Но он НЕ пришёл. И Жириновский не пришёл. И Прохоров не пришёл.

Тогда Путин, у которого возможностей приватизировать событие — я имею в виду штабы, средства массовой информации — намного больше, чем у всех остальных, говорит: «я к этому событию имею отношение». Он, кстати, ведёт себя достаточно сдержано. Помимо разговоров о том, кто именно заплатит какие-то штрафы(http://putin2012.ru/events/183), что с моей точки зрения, является как раз переходом от сдержанности к неукротимому желанию приватизировать всё и вся, он ведёт себя сдержано, говорит «широкая антиоранжевая сила» и так далее и тому подобное. Не важно. Он имеет право как угодно приватизировать это событие, потому что это право есть у всех. Если это событие — крупный футбольный матч, все пытаются посылать приветствия, или жать руку футболистам. Если это событие — кинофестиваль, все на него идут. Это элементарный закон игры. Что вообще не создавать событий? Не создавать их даже тогда, когда нужно поворачивать процесс и его можно повернуть только с помощью событий? Т. е. надо просто смириться с тем, что американцы всё развалят?

Значит создано событие. За него начинается борьба. Зюганов эту борьбу проигрывает просто потому, что он каким-то странным образом не хочет приватизировать это событие. Загадочным образом, никому не понятным. Но он мог бы ещё приватизировать хотя бы часть события, сказав: «Это не за Путина, это и за нас тоже. Кургинян сказал, что он против Путина, он был ведущим митинга. Не говорите, что это все там были за Путина.» Что вместо этого? С его подачи или нет, даётся «ФАС!» и средства массовой информации коммунистов, у которых чудовищно трудное положение, вдруг начинают, с непонятного резона, проклинать меня столь надрывным образом, который вызывает вопрос у всех. И между прочим у электората. Потому что никто не может объяснить: «а что сделал Кургинян?». Плёнка есть, все видят. Я сначала сказал, что я политический противник Путина, и что я за СССР и красный проект. Каждый раз, когда потом выступающие говорили, что они за Путина, я говорил: «тут собрались люди с разными точками зрения, с разными позициями». Завершая это всё я опять сказал: «мы очень разные». Вместо того, чтобы сказать: «Видите, видите, видите! Это и наше событие!», человек, который назвал оранжевых проказой, начинает проклинать меня. Ну ради бога. А я всё равно протягиваю руку, говорю: «Давайте, мир. Мы противники Путина.» — Ещё больше проклятий. Я снова протягиваю руку… Нет ли в происходящем некоторой странности? А в чём дело? И я боюсь, что это обернётся сокрушительным проигрышем коммунистов. Я не хочу этого проигрыша. Я ещё и ещё раз прошу их опомниться, подумать, понять что к чему и сделать соответствующие выводы.

Мы сейчас пойдём на новые митинги. Пойдём на них сплочёнными рядами с тем, чтобы теперь, после того как мы переломили процесс сообща, заявить о себе. Но что же мы собираемся заявлять о себе? Это очень серьёзный вопрос, потому что есть люди, которые говорят о том, что следующие митинги должны быть, поскольку «Суть Времени» красная организация, то они должны быть чисто красные. А что значит «чисто красные»? Об этом часто говорят люди, которые в 91 году не писали книгу «Постперестройка», где я отстаивал коммунизм. И не отстаивали этот коммунизм все 90е годы, когда я бился за него почти в одиночестве. Об этом говорят люди, у которых, в отличии от меня нет заслуг перед красным мировым движением. Общепризнанных. Книга «Суть времени» сейчас переводится на разные языки мира. Манифест «Сути времени» переведён на языки, включая форси. Я говорю это не к тому, чтобы кого-то осуждать. Я говорю это потому что перед нами действительно сейчас стоит колоссальной важности проблема, выходящая за рамки так называемой митинговой стихии, антиоранжевой борьбы и всего прочего. Наша проблема завтрашнего дня — это проблема синтеза патриотов, которых обычно называют националистами, и коммунистов.

Не объединение их, как это сейчас происходит по принципу эклектики, против оранжевой чумы и либералов, временного правительства Ельцина-Бурбулиса. Это — огромная заслуга Александра Проханова, это труд, который он исполнил на первом этапе нашей политической борьбы. А теперь наступает второй этап, на котором надо обеспечить не эклектику, а синтез. И сорок одна передача «Сути Времени», и книги «Суть времени», и всё, что мы делаем и собираемся делать в дальнейшем, посвящено решению этой наиважнейшей задачи. Произойдёт синтез патриотизма и коммунизма. Произойдёт это и помножится это на наш собственный ответ на вопросы о глобальном смысле развития в двадцать первом веке. Вот тогда мы превратимся в наимощнейшее политическое движение. Не будет этого синтеза — мы будем одним из факторов и не более того. Значит, мы никогда не должны рвать связи с национально-патриотическим движением, той его части, которая готова идти нам навстречу, не только против общего врага, но и идеологически. Поэтому, мы с гораздо большим вниманием, чем на предыдущем этапе, будем принимать заявки на участие в митинге, мы не будем отсекать от этих заявок людей лишь потому, что они, видите ли, не «красные», а патриотические, или имперские и другие. Это было бы с нашей стороны невероятной, непоправимой ошибкой. Я разобрал в этой передаче «Смысл Игры» то, что произошло с митингом на Поклонной Горе. Я специально перед этим продемонстрировал полную видеосъёмку митинга.

http://www.youtube.com/watch?v=6s7TmYj2KE4&t=47m23s

Я твёрдо знаю, что произошло нечто исторически важное. Я твёрдо знаю, что процесс только начался, что оранжевый враг не отступит.

Некоторые говорят, что сначала 12 лет будет править Путин, потом 12 лет его преемник. Умоляю вас, не надо наивности, всякая наивность должна знать меру. У нас в лучшем случае 2 года до событий, которые перекроют то, что сейчас происходит, в сотни раз. И нам надо лихорадочно готовиться к будущему.

Я абсолютно не убеждён, что всё не кончится политической катастрофой 5 марта или с марта по май или в августе этого года. Но даже если рассматривать самый благополучный сценарий, интервал относительного, очень относительного, благополучия, т. е. отсутствия политической войны в её крайних формах, развёрстанной на всю страну — это 2 года.

Для того, чтобы этого не случилось, нужны невероятно крутые, действительно, перемены курса. А шансы на это, увы, до крайности невелики.

Итак, нам предстоит на этом коротком историческом этапе, если он будет завоёван, в виде достаточно тягостной и достаточно унизительной паузы, как того сомнительно лучшего сценария, который можно завоевать на этом этапе. В условиях, когда, ещё раз подчеркну, Геннадием Андреевичем Зюгановым совершена очень крупная политическая ошибка, крупнейшая в его биографии, о чём я всячески сожалею. И я, несмотря на всё, что говорится в мой адрес, сделаю всё возможное, чтобы помочь поправить эту ошибку.

Так вот, вот этот унизительно стабильный сценарий, на короткое время, нужно использовать для того, чтобы решить вот эту идеологическую задачу <показывает ранее нарисованную схему> и предуготовиться к более тяжёлым сценариям развития процесса. А для того, чтобы это было, нужна сплочённость, сплочённость и ещё раз сплочённость. Вот, меня всё время спрашивают, буду ли я формировать центральный комитет, или какой-то центральный совет. Вот, люди, которые отпахали полностью на пикетах, на всём прочем, люди, которые сейчас сбиваются с ног для того, чтобы собирать новый митинг, наш митинг, наш митинг с нашими принципиальными союзниками, вот ЭТИ люди уже по ФАКТУ являются членами центрального совета. Мы создаём партию ДЕЛ, партию ЖИВОЙ политической борьбы, партию политической сплочённости. Это не имеет ничего общего с рабским повиновением, с «одобрямсом» и всем прочим. Просто, мы понимаем, что нам удалось сделать — нам удалось сделать больше, чем гораздо более зрелым, крупным движениям в стране. Мы сделали ОЧЕНЬ много. Мы показали американцам, что они не являются монополистами на поляне под названием «Большая Игра», вот на этом зелёном игровом поле. Мы повернули ход исторического процесса. Но это — мелкий ситуационный успех, а нам нужно добиваться решения наших главных, принципиальных задач. Нам нужно восстановить нашу великую Родину, исправив все ошибки, которые были на предыдущем этапе, нам нужно восстановить те великие идеологические смыслы, которыми жила Родина и не просто восстановить, а обновить их самым радикальным образом. И нам нужно вновь сказать о том, что возрождённая Россия будет лидером и будет указывать пути миру в двадцать первом столетии.

2012.02.13. Смысл игры № 10

В ближайшее время выйдут еще две передачи «Смысл игры». В одной из них я обсуждаю митинг на Поклонной горе со своими соратниками из движения «Суть Времени», в другой я обсуждаю то же самое с членами КПРФ и другими гражданами, собравшимися для встречи со мной в городе Протвино. Членам КПРФ сильно задурили голову, обвиняя меня в том, что я про-путински выступил в ходе митинга на Поклонной горе. Но когда ты внимательно и вежливо разговариваешь с людьми, которым задурили голову, то люди быстро выкидывают из головы дурь и начинают понимать что к чему, тем более что факты — вещь упрямая. Я был единственным, кто на Поклонной горе выступил, прямо сказав, что я являюсь противником политики Путина, сторонником СССР 2.0 и Красного проекта. Я несколько раз повторял на этом митинге, что здесь люди с разными точками зрения. Это происходило каждый раз, поскольку я был ведущим, после того, как кто-нибудь начинал говорить «Да здравствует Путин!» Я сожалею, что кроме меня внятно сказать, что я являюсь противником политики Путина, не захотел никто, но каждый человек высказывается так, как он хочет. Обратите внимание, что и господин Вассерман, который на самом деле не присутствовал среди высказавшихся на Поклонной горе, и потом говорил некоторые странные вещи, в передаче у Гордона открыто и однозначно поддержал Путина. А я еще раз заявил, и на этой передаче, и на всех других, что я являюсь противником политики, проводимой сейчас Путиным и Медведевым. И это — неоспоримый факт.

Сейчас говорят все о митинге на Манежной, который осуществят некие сторонники Путина. Говорится об этом довольно странно, человек я, все-таки, обладающий определенным политическим опытом, и мне кажется, что буквально того, о чем говорится, просто не будет. Я исхожу из тона заявлений, из того, кто именно делает эти заявления, из противоречивости этих заявлений, но что бы в итоге ни произошло, состоится ли про-путинский митинг на Манежке, или он не состоится, произойдут ли какие-то другие акции в этот день в городе, которые будут носить про-путинский характер, или эти акции не произойдут, меня там не будет, как не будет там и организации «Суть Времени». Меня там не будет так же, как не было меня в числе так называемых «кремлевских политологов», или политологов, пришедших на встречу с Владимиром Путиным. Многие ждали меня там со злорадным ликованием. Ну, как я говорил господину Сванидзе в свое время на передачах, так говорю всем, кто ждет со злорадным ликованием меня на каких-нибудь про-путинских акциях: ВОТ! [демонстрирует комбинацию их трех пальцев на обеих руках]. Я заявил, что являюсь противником проводимого курса, я никогда не смогу поддержать главные слагаемые этого курса как по причинам стратегическим, так и по причинам конкретно-политическим; стратегически я вообще противник философии, на которой строится политика Путина, а политически я не приемлю очень и очень многого. И эта линия будет проводиться все время.

И эта линия будет проводиться всё время. Кто бы, чтобы не говорил. Я никогда не стану уподобляться своим противникам и поносить их так, как он поносят меня. Кроме всего прочего я считаю, что если меня так поносят — значит всё в порядке. Нам удалось сделать то, что хотели. Нам удалось повернуть процесс в нужную сторону или точнее не допустить, чтобы он шёл в ненужную сторону. Этого нельзя было сделать, не создав широкий анти-оранжевый комитет, включающий всех. Включая как сторонников Путина, таких как Михаил Леонтьев, так и условных сторонников Путина, считающих, что Путин должен повернуть курс то ли в одном направлении, то ли в другом, таковыми являются и Максим Шевченко, и Александр Проханов.

Я понятно, внятно и чётко выразил свою позицию, правда же?! И то что она не голословна, подтверждают все записи того, что происходило на Поклонной горе.

Теперь о судьбе анти-оранжевого комитета. Анти-оранжевый комитет инициирован моим обращением ко всем гражданам России. Граждане откликнулись, как сторонники Путина, так и противники. Начинается сбор подписей под анти-оранжевым пактом, который опять-таки я предложил и подписал. И его будут подписывать другие, повторяю, очень разные люди. Члены анти-оранжевого комитета могут действовать так, как они сочтут нужным. Они все абсолютно свободные и независимые люди. Там нет начальников и подчиненных. Кто-то хочет и идёт на мероприятия Путина, для кого-то это просто естесственно, кто-то так определяется. Как я уже сказал, я определяюсь по-другому и имею право на такое определение в той же степени, на какой другие имеют противоположное право определяться так, как они хотят.

Итак анти-оранжевый комитет, как и анти-оранжевый пакт, как и анти-оранжевый митинг на Поклонной горе инициирован мною лично и организацией «Суть времени». Но мы являемся одним из небольших слагаемых. Мы являемся камнем, брошенным в лавину, которая «пошла». И это хорошо.

Но это необходимо, и этого недостаточно. Наш митинг 23 февраля, на ВДНХ, будет альтернативным митингом. Если хотите, смотром наших сил. Он будет собирать, так называемую, «третью силу», то есть людей, которые выступают и против проводимого курса резко, и против оранжевых. Он будет также митингом, на котором мы будем рассматривать свою повестку дня и то, что можно назвать гражданским действием, то есть как же всё-таки недопустить тех сценариев развития событий после пятого марта, которые нам навязывает противник. Противник, конечно, хочет столкновения силовых структур с митингующими и дальнейшего разворачивания событий в ту сторону, в которую они разворачивались в странах арабского мира, странах СНГ. Мы будем обсуждать то, как этого не допустить. Мы собираемся там сами, приглашая на это наших стратегических союзников, людей, с которыми у нас общее мировоззрение, а не просто некая ситуационная связь, по принципу «мы все не хотим оранжевого». Это гораздо более узкий круг наших союзников. На митинг на ВДНХ собираются наши союзники и наши соратники. Это тоже понятно?!

В связи, с навязчивыми обращениями ко мне, подчеркну окончательно и бесповоротно: Никакого отношения мероприятиям Путинским, проводимым на Манежной площади или в другом месте, это не имеет и не будет иметь. У нас стратегически совершенно другая позиция. И это будет доказано делом.

Пиарить можно что угодно. Но когда ты не даёшь повода к тому, что пиарится, когда все видят, что пиарится ложь, то обвинения в итоге оказываются очень обоюдоострыми. Если обвиняют в том, чего очевидным образом нет, то грязь этих обвинений не тебя марает, а тех, кто выдвигает эти обвинения.

Завершив эту первую часть внеочередной и, как мне кажется, чрезвычайно важной передачи, я перехожу ко второй решающей части. Я хочу еще и еще раз подчеркнуть, что митинг на Поклонной горе был собран не для того, чтобы продиктовать другую волю используя фактор улицы. Как говорят некоторые «воля большого народа по отношению к малому народу». Такой цели мы не преследовали. По крайней мере МЫ, как Суть Времени, как инициаторы этого события, его идеологи и люди которые придали этому событию импульс. Мы хотели другого, чтобы никто — ни мы, ни наши противники, а я считаю оранжевых своими противниками и даже врагами постольку, поскольку речь идет о том, что я много раз перечислял: о хождениях в американское посольство, о социальном высокомерии, о требовании изменения Конституции с помощью улицы, о гегемонии какого-то креативного класса и т. д. и т. д., вот эта совокупность оранжевых признаков для меня есть образ врага. Я считаю подобные силы действительно врагом России коллективным и против них я буду бороться. Если они дальше вознамерятся продиктовать волю улицы вопреки воле народа, то они получат в ответ другую улицу. Надо надеяться, что еще более убедительно многочисленную, чем в предыдущий раз. Но это потом и лучше всего этого не допустить. Мы не хотим монополии на уличное движение со стороны оранжевых.

Но Мы не хотим переводить процессы России в русло борьбы оранжевых и антиоранжевых. Если оранжевые, как говорят в таких случаях, попрут, наплевав на все, они получат ответ. Но желательно, чтобы этого не произошло. И вот здесь я перехожу к самому главному.

Обращение руководителя движения «Суть времени» С. Е. Кургиняна ко всем политическим, общественным, гражданским силам страны, ко всем гражданам России.

Прошу рассматривать этот текст как мое официальное обращение ко всем политическим, общественным, гражданским силам страны, ко всем гражданам России. «Суть времени» и я, как ее руководитель, инициируют другое начинание. Мы объявили это давно и проводили действия, которые позволяли этому начинанию состояться всерьёз. Это начинание называется КАРИК (Комитет Альтернативного Расследования И Контроля). Мы создали этот комитет. Этот комитет открыт для всех. Подчеркиваю, для всех политиков, для всех общественных деятелей, для кого угодно. Потому что у этого комитета есть такая цель, которую, как мне представляется, нельзя не разделить. Её не могут не разделять с нами все люди. Как бы их убеждения не были нам антагонистичны или даже враждебны. Совершенно не важно, кем мы являемся (с точки зрения нашей идеологии, морального облика строителей коммунизма, приверженности или неприверженности власти), это не имеет никакого значения. Потому что мы занимаемся одним простым делом — собиранием протоколов участковых избирательных комиссий. И созданием на базе этих протоколов альтернативной модели, которая может как выявить подлоги на парламентских выборах, так и выявить подлоги на президентских выборах, а значит этих подлогов не допустить.

Мы создаём такой Комитет по расследованию парламентских выборов и контролю за Президентскими выборами. На основе абсолютно внятной идеи. Я хочу её ещё раз пояснить всем.

В стране девяносто пять тысяч участковых избирательных комиссий. Членами участковых избирательных комиссий являются полномочные представители ВСЕХ оппозиционных партий — так это обстоит в соответствии с законом о выборах. Значит, избирательная комиссия, участковая, состоит из членов, а членами являются представители всех оппозиционных партий. Я не говорю сейчас о наблюдателях. Возмутительно, если их удаляют с участков, но это вопрос второй, это — наблюдатели. Есть члены избирательных комиссий, члены. Эти члены при подсчёте голосов присутствуют, и удалить их невозможно. Если их удаляют — это возмутительное правонарушение, уголовно преследуемое, по которому немедленно следует сообщить по горячей линии. Вам будут названы телефоны, по которым об этом надо будет сообщать — это немедленно будет проверяться нами, как Комитетом по Альтернативному Расследованию и Контролю. Но, поскольку это — огромная редкость, то члены избирательной комиссии, конечно, присутствуют при подсчёте голосов и подписывают протокол участковой избирательной комиссии — вот такой вот протокол они подписывают [показывает лист формата А4], все. Вот тут стоят подписи [расписывается несколько раз и показывает на листе, где именно], подписи представителей КПРФ, других оппозиционных партий, понимаете? Этот протокол является единственной по-настоящему серьёзной бумагой, на основе которой можно вести политическую борьбу. Потому что, если речь идёт о подлоге на выборах — а именно ЭТО представляет собой переход власти от демократии к тирании — то подлог выглядит так [начинает рисовать схему на листе]: в территориальную избирательную комиссию, которая находится НАД участковыми избирательными комиссиями, НАД [показывает крупным планом лист со схемой] участковыми избирательными комиссиями (вот это — территориальная избирательная комиссия, а это — участковая избирательная комиссия [продолжает рисовать схему и сразу же показывает крупным планом]) поступают протоколы участковых избирательных комиссий. Они суммируются, и на основе этой суммы [быстро рисует дополнения в схеме] территориальная избирательная комиссия создаёт сводный протокол [показывает лист крупным планом]. Если глава этой территориальной избирательной комиссии, или вся комиссия в целом, хотят осуществить подлог, то это значит, что они делают эту сумму [добавляет надпись и снова показывает], видят, что там на самом деле голоса распределились между партиями или между кандидатами в Президенты так, так и так [показывает схему], потом перечёркивают эти цифры и пишут свой протокол территориальной избирательной комиссии — фиктивный, подложный — и подают его наверх [пишет и показывает схематические пояснения]. Если просуммировать протоколы, по данной территории, участковых избирательных комиссий, то этот подлог сразу выявится, потому что, подчёркиваю ещё раз [быстро добавляет пояснения в схеме и показывает], протоколы эти — копии заверенные этих протоколов — есть у всех членов участковых избирательных комиссий, в том числе, у КПРФ, но и не только. У ВСЕХ. Значит, ВСЕ могут следить за этим подлогом [показывает на листе, где именно подлог]. И он может быть моментально выявлен. Человек, который его осуществил — председатель избирательной комиссии территории (территориальной избирательной комиссии ТИК) — должен быть осуждён по соответствующей статье Уголовного Кодекса, которая существует. Вопрос не в каких-то там административных наказаниях — ЭТО УГОЛОВНО НАКАЗУЕМОЕ ДЕЯНИЕ.

Дальше уже эти сводные протоколы поступают в комиссии субъектов федерации, и здесь опять может быть осуществлен подлог, но его тоже очень просто выявить. Надо просто просчитать все протоколы Участковых избирательных комиссий по данному субъекту и найти разницу в этих данных. Если данные рознятся — это подлог. И наконец, после этого это поступает в Центральную избирательную комиссию, в которой тоже может быть осуществлен подлог. Но если он был осуществлен господином Чуровым на парламентских выборах, то господин Чуров должен быть не снят с занимаемой должности, а осужден — в соответствии со статьей Уголовного кодекса. Если же он не был осуществлен, то ничего другого господин Чуров осуществить не может.

Не надо эксплуатировать архаическое или постмодернистское сознание наших сограждан. Чуров — не паук, не осьминог, не всемогущий маг, не Кощей Бессмертный. Он — человек, который располагает определенными возможностями для того, чтобы исказить результаты выборов. Он либо применял эти возможности, и тогда он — преступник, осуществивший подлог, либо не применял. Но все остальные возможности, так широко обсуждаемые: карусели пресловутые, запихивание лишних бюллетеней в мешки, в урны, — это не Чуров делает, это делается на участковых избирательных комиссиях. Но там сидят представители оппозиционных партий в статусе членов избирательной комиссии. Членов! И они должны не подписывать протоколы, заявлять протесты, бить во все колокола, они должны держать удар. И уж как минимум они не должны вступать в отношения сговора или в отношения купли-продажи. В этом есть политическая борьба.

Что касается грязности избирательного процесса, то он везде грязный. Что не мешает нам у урн менять политику правительства, власть. Уго Чавес пришел к власти в результате процесса электорального. В котором грязи было больше чем у нас. Наше общество достаточно криминальное, и эту грязь мы не можем отменить, мы можем сделать это только очистив общество. Поэтому все, что мы можем реально делать сейчас, если речь идет не о бузе, не о, простите меня, метяже, не о каких-то деструктивных действиях, а о борьбе за честные выборы, — это осуществить то, о чем я говорю! Вот это надо осуществлять совместными усилиями. И тут нет никакого вопроса о том, как к тебе относится тот, кто хочет в этом участвовать, какие у тебя убеждения, сколь сильно они отличаются от его убеждений. Вообще ни о чем речь не идет, ни о какой оранжевости, ни о чем. Это, кстати, тест. Индикатор.

Я обращаюсь сейчас официально к Лиге избирателей России. И говорю: «Давайте вступим в диалог с КАРИК. Мы такие же граждане, как и вы. Давайте вместе собирать протоколы. И мы будем предоставлять собранные протоколы вам, а вы — нам».

В отличие от Лиги избирателей России, я обращаюсь к Алексею Навальному. Если господин Навальный хочет поднять оранжевый мятеж, то это один разговор. Но если господин Навальный хочет подсчитывать протоколы — пожалуйста, давайте сотрудничать! Если действительно кого-то интересует честность выборов, давайте сотрудничать! Но если вы отказываетесь сотрудничать в таком элементарном, абсолютно ясном вопросе, то вы демонстрируете странный, крайне странный характер ваших намерений. Поэтому, как мне кажется, вы от этого предложения просто не можете отказаться. И не должны. А я надеюсь, что и не будете.

Данное предложение адресовано также — и в этом отличие КАРИК от Лиги избирателей России — Геннадию Андреевичу Зюганову, господам Прохорову, Жириновскому. Ко всем! Давайте контролировать власть совместно. Давайте собирать протоколы. И если мы в состоянии это сделать — а я в лепешку разобьюсь для того, чтобы это сделать — то давайте создадим общественный избирком, который выдаст результаты раньше. Раньше, чем центризбирком. Это можно сделать. Это очень амбициозная задача, но она — возможная. И мы не хотим действовать отдельно от вас. Потому что мы хотим убедить всех граждан в абсолютной конструктивности наших намерений.

Говорю в очередной раз, что для меня победа Зюганова — это не ужас и кошмар моих ночей, как для госпожи Собчак, а совершенно нормальное политическое событие. Я не понимаю, почему этого надо страшиться. Я страшусь распада страны, гражданской войны, каких-то эксцессов, иностранного вмешательства, а вовсе не того, что победит Зюганов.

Но для начала давайте, пока не поздно, расследуем то, что происходило на парламентских выборах — это можно сделать за считанные дни. Я еще раз обращаюсь к Геннадию Андреевичу Зюганову, мне абсолютно все равно, сколько за это время некомплиментарной информации исторгла из себя КПРФ. Если я обращаюсь к господину Навальному, к Лиге избирателей России, то уж тем более я обращаюсь к людям, чьи убеждения мне абсолютно симпатичны и дороги, и мне абсолютно безразлично, что они думают обо мне. Я и движение «Суть времени» сделали очень много для них в предвыборный период. И если бы Зюганов пришел на Поклонную гору, на которую его звали, то мы бы одни сделали для него больше, чем все вместе взятые. Он не захотел этого сделать, это его проблемы, у него свое видение процесса, но давайте протоколы пересчитывать. Геннадий Андреевич Зюганов сказал «Эхо Москвы», что у него было 400 тысяч наблюдателей на 95 тысячах участков. Значит, протоколы есть! Ну давайте их вместе пересчитывать.

Я обращаюсь ко всей стране. Ко всем политикам. Давайте вместо того, чтобы оказаться обвиненными в авторитарности, зажиме свободы слова и демократии, вместо того, чтобы оказаться в одном ряду с другими странами, давайте сделаем шаг вперед. Мы сейчас реально имеем возможность двинуться в сторону неслыханной демократии — прямой электронной демократии! Ведь протоколы участковых избирательных комиссий, там же нет тайны голосования, там уже есть сводные цифры. Там нет людей. Почему нам не показать 95 тысяч протоколов участковых избирательных комиссий всем гражданам России? Ведь мы же не хотим где-то сами под столом пересчитывать голоса, а потом объявлять вам результаты. Мы хотим сделать так, чтобы все это могли проверить, все. Все, кто угодно. Американцы, французы, англичане, китайцы. Любая, ненавидящая нас сила. Все граждане России, все! Россия с этого момента становится самой демократической страной мира. Клянусь, что это можно сделать.

Господин Навальный, господа из Лиги избирателей России, кандидаты в президенты: господа Прохоров, Жириновский, Геннадий Андреевич Зюганов, представитель идеологического направления, которое мне наиболее близко и дорого, — давайте все вместе это сделаем! Это не принадлежит никому, это не принадлежит Кургиняну и «Сути времени», это не принадлежит каким-то там активистам, это — абсолютно широкий демократический процесс. Нам всем гражданам надо показать эти результаты.

Есть одна мелочь, которая почему-то волнует только меня. Она заключается в том, что Чуров — тоже человек. Как ни странно. Еще не волшебник, а человек. С семьей, детьми, родственниками. Не политик, между прочим, как ваш покорный слуга, который решив, что будет заниматься этой профессией, взял на себя просто в качестве профессиональной обязанности принимать любые потоки клеветы от своих политических противников. Он нормальный человек. И либо он совершил подлоги, и тогда его надо не снимать с должности, а судить и подвергать уголовному наказанию в соответствии со статьей Уголовного кодекса, а там, между прочим, серьезный тюремный срок. Либо перед ним надо извиниться. Но ТАК нельзя, это не правовой климат, это хуже, чем маккартизм, это — охота на ведьм.

Сегодня так будут охотиться на господина Чурова, завтра — на кого-нибудь ещё, послезавтра — ещё на кого-то. Если мы ВСЕ хотим вместе строить ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ, ПРАВОВОЕ общество, то любая вина должна быть ДОКАЗАНА. Что же касается умозрений по поводу каких-то там статистических закономерностей. У меня есть скромные заслуги перед советской математикой. Я занимался этими статистическими закономерностями. Будучи ещё не театральным режиссёром, а научным работником, я защищал кандидатскую диссертацию (и защитился достаточно успешно, как кандидат физико-математических наук) именно в связи с асимметричными распределениями вероятностей <неразборчивое слово>, и мне смешно это всё слышать. Я знаю, что это таскают по всем собраниям, начиная, между прочим, с девяносто четвёртого года, когда этим занимался господин Собянин (не нынешний мэр Москвы, а другой Собянин), доказывая, что коммунисты тогда что-то сфальсифицировали, и теперь занимаются всё время. Не надо этого! Не надо каких-то умозрений иностранных журналов по поводу того, что, поскольку если нет единой социальной модели, то столько-то. Но в России не может быть единой социальной модели, а главное, не нужно это потому, что на руках есть вот это [кладёт руки на листы с протоколами], вот это. Вот все подписали протоколы, да, и взяли себе копии заверенные, и с этого момента все — хозяева политической судьбы. Всё! ТАК создан Закон о выборах. Если мы хотим ещё что-то к нему добавить, давайте добавлять быстро, лихорадочно быстро. Потому что для нас всех не просто крайне желательно, а судьбоносно, чтобы выборы Президентские прошли так, как надо, чтобы ВСЕ граждане России поняли, что это — ЧЕСТНЫЕ выборы. Честные, разумеется, в той степени, в какой на это способно наше общество. А изменить это общество быстро не могу ни я, ни господин Навальный, ни Геннадий Андреевич Зюганов, ни Владимир Владимирович Путин, никто. Общество таково, каково оно есть. Поэтому, мы должны освободить выборы от подлогов, а также, взять их под максимальный контроль с точки зрения фальсификаций. Но после того, как мы освободим выборы от подлогов и объясним гражданам, что такое подлоги (а ведь граждане не все это понимают) и проконтролируем фальсификации (которых в Латинской Америке больше, чем у нас, да и в Соединённых Штатах отнюдь не мало, поверьте, могу привести количественные данные), после того, как мы это сделаем, давайте признаем любой результат.

Побеждает Зюганов — прекрасно. Мирно, спокойно, без всяких угроз в адрес других кандидатов, он вступает в должность, и мы живем при Зюганове. Не побеждает Зюганов — тоже нет мятежа.

У нас впереди непростое будущее, все, кто говорят (как представители власти, так и представители оппозиции), о том, что 12 лет будет Путин, потом 12 лет Медведев, — просто ничего не понимают в процессе. Процессы развиваются очень быстро, нам еще много раз придётся вступать в подобного рода диалоги, для того чтоб избежать наихудшего. И дай бог нам всем вместе этого избежать. В конце хочу сказать своим коллегам, которые говорят, что «Титаник» построили профессионалы, а Ноев Ковчег — дилетант. Да, был такой дилетант, его звали Ной, но вспомните, по чьим чертежам он строил этот ковчег. Вспомните об этом.

И давайте не будем кичиться своим дилетантизмом. То, что сейчас я предлагаю, безусловно с гражданской точки зрения, понятно любому дилетанту, и одновременно является профессиональным действием в нужном для нас всех направлении. Я обращаюсь ко всем, подчеркиваю — ко всем, прежде всего к Лиге избирателей, ну еще к господину Навальному, которого Лига избирателей сочла ненужным, потому что он имеет профессиональные претензии, а так же к таким профессионалам высшего ранга, как Зюганов, Жириновский, Прохоров; обращаюсь ко всем с тем, чтобы они признали необходимость прямой электронной демократии, как вообще, так и в условиях кризиса в особенности, необходимость вывешивания 95 тысяч первичных протоколов участковых избирательных комиссий, необходимость альтернативного контроля и пересчета, чтобы они это признали и подписали до выборов. Нельзя говорить, что как бы честно выборы не проходили, мы все равно их не признаем, потому что это позиция Бориса Абрамовича Березовского. Тогда присоединяйтесь к ней, но зачем тогда вообще идти на выборы? Давайте сейчас, до выборов, расследуем ту ситуацию, кроме всего прочего это же очень плохо, когда парламент нелегитимен, правда? Когда все нелегитимно, это же не просто политический кризис, это кризис конституционный, и даже более глубокий. Зачем нам он? Расследуем! У нас хватит на это сил. И давайте осуществим необходимый контроль за президентскими выборами. Тут давайте все подпишем единый меморандум. Антиоранжевый — это на случай когда улица постарается навязать какие-то экстремальные варианты. А вот этот — это меморандум мира. Меморандум за чистые выборы. Он адресован всем, тут не может быть никаких исключений.

Я благодарю всех, кто это прослушал. Я обращаю внимание на то, что это мое обращение носит обязующий характер. Я обращаю так же внимание на то, что нельзя его не принять, потому что оно носит абсолютный характер. И наконец, я обращаю внимание на то, что неприятие его породит соответствующие глубокие имиджевые потери, а так же на то, что и я лично, и организация «Суть Времени» будет побуждать все стороны к подписанию подобного меморандума. Мы будем побуждать всеми методами, которые были предложены великим индийским политиком и общественным деятелем Ганди. Мы не оставим страну в недоумении перед выборами. Мы не дадим возбудить необоснованные, пустые, фиктивные страсти. Мы не дадим состояться лохотрону. Нам нужна честность, серьезность, ответственность. Давайте эти три условия выполним — честность, серьезность, ответственность. Ответственность — самое главное. Мы отвечаем за страну, за свой любимый город, за всех граждан России. Мы не можем необоснованно, иррационально, глупо поволочь страну в направлении, противоположном гражданскому миру и нормальной, честной демократической политической борьбе. Спасибо тем, кто меня прослушал, я жду, что все на это откликнутся, а в дальнейшем и я, и «Суть времени», которая это всё инициировала, оставляем за собой право на соответствующие методы корректного побуждения к подписанию подобных бумаг. Спасибо.

2012.02.18. Смысл игры № 11. Разбор митинга на Поклонной

Разбор митинга на Поклонной с активистами московских ячеек.

[Расшифровка пока отсутствует.]

2012.02.26 Передача с Тимом Кирби на Маяке

[Кирби]

Это программа «Чужой». И я тот, кто чужой — Тим Кирби. Вы писали мне сотни сообщений, очень много СМСок по поводу одного человека. А теперь он сидит со мной. Самый желаемый гость — Сергей Кургинян. Спасибо за то, что Вы приехали!

[Кургинян]

Спасибо Вам за то, что пригласили.

[Кирби]

Тогда у нас очень-очень мало времени, как всегда, поэтому мне надо начинать с вопросами. И чтобы Вы знали, все вопросы кроме одного написаны моей аудиторией. Просто люди, которые смотрят, слушают нашу программу и читают о ней ВКонтакте. Хорошо, первый вопрос. Вы организовывали митинг, антиоранжевый митинг. Вы тоже говорите, что есть оранжевая чума в стране. Но какая мотивация? Это Навальный, Немцов и другие. Какая их мотивация? Это деньги? Они хотят власть? Или они серьёзно верят в своих душах, что США спасает Россию и всё это? Какая мотивация?

[Кургинян]

Это очень сложный вопрос. Вот какая мотивация у человека, который бы в Америке сказал, что Америка — это… американцы — это генетическое отребье? Мог ли бы такой человек существовать в американской политике, или в английской, или т. д.?

[Кирби]

Нет, если Вы говорите про несколько роликов, которые Навальный делает, если бы американцы увидели эти ролики…

[Кургинян]

Я сейчас говорю о Ксении Собчак. Вот Ксения Собчак сказала в разговоре с Дмитрием Быковым, что русские — это народ генетического отребья. Вот могла бы так сказать француженка, могла ли бы так сказать немка, американка, и после этого считать, что она существует в национальной политике?

[Кирби]

Ну это вопрос политкорректности. Если бы Вы говорили это об африканцах, это было бы очень плохо. Может быть, о немцах — нет.

[Кургинян]

А если бы об англо-саксах, можно? Мы все понимаем, что нельзя. Мы не все понимаем <тут я не до конца уверена в наличии или отсутствии частицы «не»>, что на этой Болотной и Сахарова происходит некая патология. Один из элементов этой патологии прост. Какая партия безусловно стала более успешной, чем была ранее, и стала главным оппонентом Путина? — КПРФ. Кто является её лидером? — Геннадий Зюганов. Что такое стандартное поведение процесса? — Заканчиваются выборы, Зюганов говорит о чудовищных фальсификациях. После этого возникает митинг, на трибуне стоит Зюганов, там стоит народ, и народ поддерживает Зюганова, а Зюганов требует, чтобы во всём разобрались. Правильно, да? Логично. Теперь вместо этой логики происходит следующее. Заканчивается всё это дело, Зюганова нет как нет, а вместо него на трибуне стоят Немцов, Каспаров, Навальный, Собчак, Шендерович. Как их называет сам Зюганов? Он их называет оранжевой проказой. Я хочу обратить ваше внимание, что этот термин изобрёл не Кургинян, а нынешний друг оранжевых, Генадий Андреевич Зюганов. Он же сказал…

[Кирби]

Сам?

[Кургинян]

…Да, сам. «Оранжевая проказа». Я отвечаю за то, что я цитирую. Можно сказать обо мне что угодно, сейчас это очень модно. Я иногда прям чувствую, как у меня вырастают рога, хвост и копыта, это не первый раз в моей жизни, я это всё видел. Но все знают, что я цитирую точно. Это Зюганов сказал, они — оранжевая проказа. Это Зюганов сказал, они принесли бедствие всем странам: Сербии, Украине, Грузии и т. д. Зюганов назвал их оранжевой проказой, когда людей называют оранжевой проказой, то зачем это делают? Откуда этот образ? — Что вот это всё лепрозорий, и туда не надо ходить. Но одновременно с этим называнием коммунисты ведут туда людей. Что-нибудь это напоминает? Это что-нибудь экзотическое? Нет! Абсолютно не экзотическое. Всё то же самое было на майдане, где к митингующим западенцам, Западной Украине и т. д…

[Кирби]

Но мой вопрос был: чего они ожидают, что они хотят именно?

[Кургинян]

Они сказали уже, что они не признают выборы, сколь бы чистыми они ни были. Это не я сказал, это сказал «Круглый стол 12 декабря», которым руководит Касьянов, и в который входит весь наш бомонд.

[Кирби]

А они понимают, что выборы в США тоже немножко странные бывают? Даже мы об этом говорим.

[Кургинян]

Да, мы понимаем, мы понимаем. Мы знаем, что в одном штате Массачусетс было 50 тыс. нарушений. Мы знаем, что есть места, где ходят без удостоверений личности, мы знаем, что около миллиона человек…

[Кирби]

И за президента, мы не голосуем за президента. Мы голосуем за тех, кто будет голосовать за него. Но да, это другая тема…

[Кургинян]

Но это другая тема. Если люди говорят, что они не признают выборы, какие бы процедуры не были исполнены, вот каждый голос будет честным, всё будет проверено, всё равно не признают. Чего хотят люди? Одновременно по сетям, ВКонтакте и по другим, начали распространяться призывы к народному восстанию, начались слова о том, «не хотите оранжевой революции, будет кровавая». Я не знаю, хватит ли на это драйва сейчас. Но я вижу, что всё направлено в антиконституционную сторону. Что тридцать, двадцать, не важно, пятьдесят тысяч людей — т. е. в любом случае, меньше чем футбольный матч в Лужниках собирает — эти люди заявляют, что они изменят: конституцию, проведут конституционное совещание, что всё, кроме них, нелегитимно…

[Кирби]

И на что они будут это менять? Но секундочку… [обращается к радиослушателям]: Если у вас есть вопрос к Сергею Кургиняну, можно позвонить на 495-225-33-77 или отправляйте нам СМСки на номер 55–33 со словом «Маяк». [возвращается к теме]Тогда на что менять конституцию они хотят, и почему это опасно?

[Кургинян]

На парламентскую республику. Опасно очень! Россия — это такое лоскутное одеяло, да? Любая пауза во власти может встроить в систему нечто абсолютно разрушительное. Как это происходило в 91-м году? Народ ведь тоже заявил на Референдуме, что он хочет обновленного Союза Советских Социалистических Республик. За это было огномное большинство народа. Потом в Москве собралась какая-то толпа — ну, пусть в 100 тысяч или в 200, не важно. Эта толпа выдвинула Ельцина в связи с некоторыми эксцессами, произошедшими в Москве, и Ельцин подписал Беловежские соглашения. А где же воля народа, где Референдум? Он оказался где-то в стороне. Поэтому мы всегда опасаемся, когда толпы (а в мировой политологии это называется «ОХЛО-кратия», власть толп, она отличается от ДЕМО-кратии, власти большинства) — охлократия — начинают диктовать политическую волю, когда они говорят, что всё нелегитимно: парламент — нелегитимен, президент — нелегитимен, премьер — нелегитимен, суд — нелегитимен. А легитимна только толпа. Потом говорится, что вообще-то не толпа, а её ядро, которое представляет собой вот этот «Круглый стол 12 декабря». А потом говорят, что этот Круглый стол будет вести разговор с либеральным крылом Кремля. Как говорит Касьянов? Он говорит, что у нас же ведь в наш комитет входят не только те люди, которые на слуху, которых все знают (вот они объявили, что входят), у нас ещё есть представители власти либеральные, и их ПОТОМ узнают. Потом узнают! Вот что происходит. Значит, мы видим в этом какую-то нетранспарентность. И интересно опять — в Америке, в Англии кто-нибудь бы сказал, что некоторый Круглый стол, представляющий Улицу в 30 тысяч человек будет с одним из крыльев Вашингтона вести разговор о полном переустройстве страны? Это бред! Вообще всё происходящее напоминает бред и сон!

[Кирби]

У нас ещё другой вопрос из аудитории был. Хорошо, там есть путинская сторона, там есть теперь такая оппозиция. Почему Вы 2–3 года назад не создали свою партию и не заняли это место как оппозиция?

[Кургинян]

Потому что я ждал, что как и на Майдан к нам на Болотную и Сахарова (в Москву я имею в виду; не к нам как к политикам, а в наш город, на Болотную и Сахарова) придут здешние Симоненко и Мороз. (Мороз — это Миронов, а Симоненко — это Зюганов.) Я понял, что народ в какой-то момент окажется очень сильно дезориентирован, что определённые оппозиционные политики сольются с оранжевым движением, и вдруг окажется, что ситуация такая: что есть народ и власть. Народ — против власти. Что, как Вы знаете, всегда является прологом к различного рода международным эксцессам. (Народ против власти. Власть — тираническая. Соединённые штаты в соответствии с идеалами демократии имеют право оказать помощь.) Мы СРАЗУ сказали, что мы будем другим народом — что мы не отдадим ПАРНАСу, «Курглому столу 12 декабря» монополию на понятие «народ»! Что если они хотят народ — гражданское общество — то все увидят, что уличное большинство, народные силы, не сводятся к про-оранжевым политикам и чистым оранжоидам. Так не будет! Как пелось в песне Галича: «Нет, любезный, так не выйдет. Так не будет, дорогой!»