Каприз или заблуждение?

— Как я уже сказал, если бы у меня были деньги, я бы дал их тебе. Но у меня совершенно нет наличных. — Открытие собственной юридической консультации потребовало большего, нежели он предполагал, начального капитала. Правда, благодаря нескольким выгодным делам ему удалось кое-что отложить. Но он не собирался отдавать ей свой неприкосновенный запас, чтобы облегчить очередное бегство из дома. — Мне очень жаль. Хотел бы помочь, но не могу.

— Нет, можешь, — прошипела она, ясно давая понять, что не верит ни единому слову.

— Что ж, вообще-то у меня есть одно решение. — Хью с небрежным видом откинулся на спинку стула, сложив ладони домиком. Он выдержал долгую паузу, чтобы у Лесли было время перебрать в уме массу возможных вариантов, заранее представляя себе, как она взовьется, услышав его предложение. На какую-то долю секунды Хью даже почувствовал себя победителем.

Как он и предполагал, Лесли сразу схватила наживку.

— И можно узнать, что это за решение?

— Ты можешь переехать ко мне.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Неужели Хью это сказал всерьез? Как она ни старалась, но так и не смогла ничего понять по выражению его лица. Серые глаза мужа смотрели совершенно бесстрастно, и даже тень улыбки не скользнула по губам. Перед ней прежний Хью с непроницаемым лицом сфинкса, и, как всегда, непонятно, о чем он думает. Лесли называла его «маской адвоката» и всякий раз приходила в бешенство, когда он надевал ее на себя. Хью поставил бы в тупик самого знаменитого карточного шулера, если бы тот вздумал сыграть с ним партию в покер. Вот и сейчас она не знает, что и думать. Если это шутка, то, пожалуй, можно преподать ему хороший! урок. Просто взять и уйти, хлопнув дверью. Но она удержалась от соблазна поставить его на место, ответив лишь:

— Спасибо, но нет. — Хотя у нее теплилась надежда на то, что ее любовь к Хью умерла, встреча с ним с новой силой всколыхнула в ней массу нежных воспоминаний. Совместная жизнь с ним сейчас стала бы настоящей пыткой. Даже старые сердечные раны еще не успели зарубцеваться. К чему же ей новые? — Если ты помнишь, мы прожили вместе пять лет, однако ни чего путного из этого не вышло.

— Я предлагаю тебе не примирение, а крышу над головой. Если, конечно, ты не заключила с мотелем договор о долгосрочной аренде своего номера. Признаться, твой выбор жилья показался мне весьма причудливым.

Хью сделал особое ударение на слове «причудливый», при этом на какое-то мгновение на его лице появилась злорадная усмешка. Да, похоже, теперь ко всем его недостаткам прибавилось еще и злорадство.

— Спасибо за предложение, но я вынуждена отказаться. — Лесли выразительно посмотрела на часы. — Уже поздно, — сказала она, явно давая понять, что вопрос закрыт. — Если позволишь, я воспользуюсь твоим телефоном. Хочу вызвать такси. Завтра можешь позвонить мне насчет дома.

— И что же я тебе скажу? Покупателей нет и не предвидится, поэтому единственное, что могу предложить, — переезжай ко мне и живи здесь, пока нам не удастся его продать. — На его лице снова появилась самодовольная ухмылка. И на этот раз он не пытался ее скрыть.

— Возможно, к завтрашнему дню ты придумаешь что-нибудь получше. Уж я-то точно постараюсь найти другое решение. — Она встала и направилась к телефону.

— Незачем вызывать такси, — сказал он. — Дай мне десять минут привести себя в порядок, и я отвезу тебя в гостиницу.

— Ради меня можешь не прихорашиваться.

— Это не ради тебя. У меня сегодня вечером встреча.

— Господи, как же я могла забыть?! Деловые встречи. Долг зовет. Что за клиент на этот раз? Тот миллионер из плейбоев, который без консультации с тобой не решается даже зубы почистить? Или та одинокая вдовушка, которая уже десять лет разбирается и все никак не может разобраться с наследством, доставшимся ей от мужа?

— Я обещал отвезти тебя и отвезу, но, пожалуйста, постарайся держаться в рамках приличий. У меня нет ни малейшего желания выслушивать твои замечания по поводу моей юридической практики. Кроме того, кто сказал, что это деловая встреча? Может, у меня свидание.

«С кем это у тебя свидание?» — хотела бы спросить Лесли, но знала, что не сможет задать ему этот вопрос. Да и верилось в это с большим трудом. Хью типичный трудоголик. У него даже на нее, свою жену, никогда не находилось времени. Что уж говорить о других женщинах? А теперь, когда у него своя фирма, он, наверное, вообще не дает себе отдыха. То, что Хью упомянул о свидании, — это лишь способ досадить ей. Похоже, сегодня вечером он вовсю наслаждается возможностью задеть ее побольнее.

— Ну, в таком случае я не сомневаюсь, что она ждет тебя с превеликим нетерпением, — заметила Лесли. — Так и быть, иди прихорашивайся, а я пока посмотрю журнал. — Она схватила первый попавшийся журнал из стопки, лежавшей на кофейном столике, и начала листать его.

Хью пошел наверх, и Фритц потрусил за ним. Оставшись одна, Лесли тут же бессильно обмякла в кресле. Встреча с мужем просто доконала ее. Она этого никак не ожидала. Лесли отбросила в сторону недочитанный журнал.

Шум воды в душе пробудил в ней воспоминания о тех днях, когда она, лежа в постели, ждала, пока он примет душ и придет к ней в спальню… «Стоп! Не давай волю своему воображению, — тотчас одернула она себя. — Былого не вернешь».

Лесли снова взяла журнал и попыталась сосредоточиться. Фритц прыгнул ей на колени, что послужило приятным отвлечением от грустных мыслей.

— Привет, дружок. Пришел навестить меня?

Щенок вильнул в ответ хвостиком, затем умчался на кухню, остановившись перед закрытой дверью. Решив, что ему хочется пить, Лесли пошла вслед за ним. Толкнув вращающуюся дверь, она буквально застыла на месте.

Прежний Хью, которого она знала, и секунды бы не потерпел подобного беспорядка. В одну кучу были свалены горы грязных тарелок, пустые коробки из-под полуфабрикатов, использованные пакетики с заваркой; банка с растворимым кофе сиротливо стояла без крышки; сюда же затесались бананы с уже почерневшей кожурой. В углу были набросаны старые газеты; под столом валялись кроссовки, едва выглядывавшие из-под груды разорванных конвертов и рекламных проспектов.

— Ты здесь? — Поняв, что она уже успела заметить царивший на кухне беспорядок, он виновато объявил: — Я не ждал гостей.

— Разве ты не приводишь своих любовниц домой?

— Да, но я не вожу их на кухню.

— Вполне тебя понимаю. Она похожа на ночной кошмар, ставший явью.

— Ты права, — признал он, — здесь грязновато.

— Грязновато? Не узнаю Хью Кэмпбелла. Что сталось с мистером Чистюлей? Тебя как будто подменили.

— Ладно, ладно, поиздевалась, и хватит, — прервал он. — Кстати, если хочешь, помоги прибраться.

— Ну уж нет, этот номер не пройдет.

Он добродушно усмехнулся.

— Что ж, на нет и суда нет.

Если бы он продолжал так улыбаться, возможно, она бы и помогла ему привести кухню в порядок, да и вообще согласилась бы сделать ради него все что угодно.

— Ты готов? — спросила она, силясь сохранить ясность ума.

— Если не возражаешь, мне бы хотелось сначала накормить этого паршивца. Я заделал дыру под забором, через которую он улизнул, так что сегодня вечером можно быть спокойным: Фритц никуда не денется. — Хью разложил корм по пластмассовым мискам, а одну наполнил свежей водой.

Лесли внимательно наблюдала за тем, как Хью ухаживает за собакой. Он переоделся, и теперь на нем были джинсы и свободная красная рубашка с короткими рукавами. Она с интересом отметила про себя одну любопытную деталь: его фигура стала гораздо спортивнее. Не ускользнул от ее взора и загар на руках. В отличие от нее Хью никогда особо не увлекался спортом; как правило, все свое свободное время он проводил или зарывшись в какой-нибудь юридический справочник, или согнувшись в три погибели перед компьютером, печатая изложение очередного дела. Не иначе как теперь он стал частенько заглядывать в спортивный зал и периодически нежиться на солнышке около бассейна.

Она вдохнула до боли знакомый запах его одеколона. Сверкающее чистотой свежевыбритое лицо Хью светилось улыбкой, и у нее больше не было сил сопротивляться его обаянию. Сейчас ей стало окончательно ясно одно: не так-то легко забыть Хью Кэмпбелла, если сие вообще возможно.

Признать, что она любит Хью, — это одно, но оказаться с ним вдвоем в его машине — это нечто совсем другое. И все же лучше так, чем ехать на такси. С непривычной для себя покорностью Лесли взяла сумочку в гостиной и проследовала вслед за Хью через заднюю дверь к гаражу.

И тут же остановилась в удивлении, увидев большой спортивный автомобиль.

— А где же твоя прежняя машина?

— Я обменял ее на эту. А чего ты ожидала? — вспылил он. — Что ты вдруг заявишься в город невесть откуда и застанешь все как было?

Лесли не знала, что и думать. Хью обожал свою холеную аристократку «миату», утверждая, что она помогает ему создавать имидж преуспевающего молодого адвоката. Интересно, каким Хью хотел предстать в глазах окружающих, приобретая этого бегемота?

— Что, твое остроумие иссякло? — не преминул поддеть ее Хью.

— Ну, разумеется, я не ждала, что все останется по-прежнему, — только и смогла выдавить из себя Лесли.

— Вот и отлично. Даллас не впал в спячку только из-за того, что его покинула твоя драгоценная персона.

Хотя и уязвленная тем, как он ее отчитывает, Лесли тем не менее сдержалась и промолчала. Ничтожного повода оказалось довольно, чтобы его обида выплеснулась наружу. Хью ведет себя так, будто пострадавшая сторона он.

Всю дорогу от дома до мотеля они почти не разговаривали. Только подъехав к мотелю, Хью саркастически заметил:

— Ну вот, мы в родных пенатах. Должно быть, еще слишком рано: что-то не видно ни одной ночной бабочки поблизости.

— Это приличное место, — возмутилась она.

— Да? А я-то размечтался…

Она быстро выскочила из машины, нарочито проигнорировав его последний выпад.

— Спокойной но… — Она не успела попрощаться: он тоже вышел из машины и, подойдя к ней, взял за руку. — Не надо, это ни к чему, — жалобно пропищала она.

— Думаю, надо. — Осмотревшись вокруг, он_: заметно помрачнел. — Неужели лучше жить на этой помойке, чем дома?

Лесли повернула ключ в замочной скважине и, стоя в дверях, не без яда заметила:

— Это может существенно осложнить твою нынешнюю жизнь. Сам посуди, как все будет выглядеть: ты бегаешь на свидания, а жена сидит дома и ждет тебя.

— Считай это моей проблемой. Тебя сие не касается. — Хью понизил голос чуть не до шепота, а в его серых глазах вдруг засветилась нежность. — Подумай о моем предложении, Лесли. — Он уперся рукой в дверной проем, как раз чуть выше ее головы, и в какой-то момент Лесли с надеждой и в то же время со страхом ждала, что он заключит ее в свои объятия. Но нет. К ee разочарованию, он отступил на шаг назад, пропуская ее вовнутрь. Затем повернулся, сбежал вниз по ступенькам и направился к машине.

Она закрыла дверь и тщательно ее заперла. Из груди у нее вырвался тревожный вздох. Свидание, которого Лесли так страшилась, позади, однако никакого облегчения она не почувствовала. Напротив, оно привело ее в еще большее смятение, чем раньше.

Сегодня вечером все прошло совсем не так, как Лесли это себе представляла. Наскоро поев и приняв душ, она наконец-то залезла под одеяло на чистую накрахмаленную простыню. Благословенный миг!

Несмотря на крайнюю усталость, она долго не могла заснуть. Теперь, когда их первая столь мучительная для нее встреча уже позади, ей нужно было во что бы то ни стало снова обрести душевное равновесие, не думать о Хью. Не важно, что она все еще его любит. Любовь приходит и уходит. Она не из тех женщин, кто, подобно лиане, обвивается вокруг мужа и шагу без него не может ступить. И без Хью Кэмпбелла как-нибудь проживем!

Завтра она начнет заново строить свою жизнь. Первым делом надо связаться с «Байерс текстайлз» и узнать, не возьмут ли ее на прежнюю работу, затем придется заняться поисками квартиры — небольшой, недорогой, желательно без обязательной уплаты залога.

Хью дважды предложил ей переехать к нему. Не один раз, а два. Конечно, немыслимое предложение, хотя, если разобраться, это бы существенно изменило к лучшему ее материальное положение. Так что, может, и не такое уж это абсурдное предложение. Вот только если бы не надо было при этом помногу и подолгу общаться с Хью.

— Так ты вернулась! — рявкнул в телефонную трубку Берт Байерс. — Приятно, что не забыла нас. — В его голосе слышалась радость. Берт был владельцем компании, в которой она работала, и ее непосредственным начальником, но это было далеко не главное. Важно, что он стал поверенным ее сердечных переживаний, ее самым близким другом. Она чувствовала себя виноватой оттого, что не поддерживала с ним связь, — особенно теперь, когда Берт добавил: — Я беспокоился за тебя, детка.

— Прости. Мне, конечно же, следовало позвонить или написать.

— Вот именно.

— Я часто тебя вспоминала. — Может, столь теплые отношения между ними объяснялись тем, что по возрасту он ей в отцы годился. Берт был, счастливо женат, имел двоих взрослых сыновей. Ему нравилось, что она вела себя как его дочь, ей эта роль тоже была приятна, словно заполнилась пустота, образовавшаяся в ее душе много лет назад после смерти отца.

Берт в свое время терпеливо выслушивал ее жалобы по поводу того, что Хью — точная копия ее папы: работает допоздна и ничего, кроме paботы, одной бесконечной работы, не видит, никакого удовольствия от жизни не получает. Именно Берту поверяла она свои страхи насчет того, что Хью может кончить так же, как Виктор Бакстер доведет себя до инфаркта.

И все же как он ни сопереживал ей, Берт так и не смог до конца понять, почему она чувствовала себя настолько несчастной, что даже решилась оставить Хью.

— Так что там у тебя? — спросил он, и даже по телефону Лесли расслышала беспокойство в его голосе.

— Я вернулась и ищу работу. — Она отпила глоток кофе, который налила себе из кофейного автомата, стоявшего в коридоре мотеля. Вкус был ужасный. — Есть какие-нибудь вакансии?

— Есть кое-какие, но выбор невелик. Времена сейчас тяжелые.

Печальное известие. Ей не хотелось давить на Берта, но отчаяние пересилило всякие колебания.

— Ты взял кого-нибудь на мое место?

— Нет, не мог себе этого позволить. Большую часть устных и письменных переводов выполняют консультанты.

— У меня есть шанс урвать у консультантов кусочек пирога? — Лесли затаила дыхание в ожидании ответа.

Она представила себе, как Берт расстроенно пожимает плечами. Любой на его месте ответил бы, что у нее нет ни малейшего шанса. Но Берт сказал иное:

— Приходи завтра утром, поговорим.

Пообещав зайти в десять, Лесли повесила трубку, размышляя над тем, что делать дальше. Искать квартиру, не имея работы, — бессмысленно. Однако одно совершенно ясно: оставаться и дальше в мотеле тоже не выход.

Даже здесь, в ее родном городе, ей не к кому обратиться за помощью. Просить о чем-то мать бесполезно, так как Луиза Бакстер снова вышла замуж и переехала с мужем в Сиэтл. Отчим, суровый и прижимистый человек, занял жесткую и непреклонную позицию в отношении Лесли: никакой материальной или какой-либо другой помощи. Ей приходилось полагаться только на саму себя.

Теперь ей стало, как никогда, ясно, что переехать к Хью было бы настоящим безумием. Единственный возможный для нее выход — как можно быстрее найти работу и настаивать на том, чтобы Хью продал дом. Она набрала номер его офиса.

— Серена Блейк — обольстительница, — бормотала про себя Лесли, прижав к уху телефонную трубку. Прошло минут пять, прежде чем ей удалось дозвониться. Лесли так и подмывало выпалить Хью прямо в лицо все, что она думает о его неприятной секретарше. — Ты свободен сегодня? Может, пообедаем вместе? — проворковала она.

— Ты угощаешь?

Хью превратился в настоящую головную боль для нее. Молча проглотив оскорбление, она ответила нежным голоском:

— Конечно. — И при этом молилась, чтобы он все же потом сам заплатил по счету. — Ведь приглашаю я. — Она ни в коем случае не должна пикироваться с ним. Надо просто держать себя в руках и не забывать старинную поговорку о том, что лаской женщина может добиться всего, чего захочет.

— Думаю, что смогу вырваться, — сказал он. — Но не раньше половины второго. И у меня совсем мало времени.

Господи, ну почему он привез ее именно сюда? Воспоминания об этом уютном французском бистро на улице Мокингберд всегда пробуждали в ней волну ностальгических переживаний. Здесь, в этом маленьком ресторанчике на углу улицы, где всегда собиралась шумная публика — студенты, бизнесмены, юные и перезрелые любительницы приключений, она впервые встретила Хью. Оба учились тогда в Южном методистском университете: Лесли должна была получить степень бакалавра, специализируясь во французском и испанском языках, а Хью занимался на юридическом факультете.

Тогда он пришел в ресторан с одной их общей знакомой, а она уже собиралась уходить. Их представили друг другу, и все, что когда-либо было сказано о любви с первого взгляда, произошло. Им оказалось достаточно лишь раз заглянуть в глаза друг другу. После той первой встречи они не виделись всего несколько дней. Зато потом…

Лесли смотрела в меню, но не могла разобрать ни строчки. Ей припомнились все те долгие часы, которые они провели вдвоем с Хью в этом самом месте, за этим самым столиком, с увлечением строя планы на будущее. Даже мысль о том, чтобы провести свой запоздалый медовый месяц в Париже, зародилась здесь, под впечатлением от развешанных по стенам фотографий французской столицы.

— Я сегодня утром говорила с Бертом, — сказала она, решив не думать больше о прошлом.

— Да?

— Насчет работы. Я встречаюсь с ним завтра.

— Так, значит, ты планируешь остаться в Далласе?

Она не могла разобрать, доволен он или нет подобной перспективой, а потому лишь просто слегка пожала плечами. Нелегко сохранять невозмутимый вид, если внутри все дрожит от волнения, а потому Лесли снова почувствовала, что спасена, когда официантка поставила перед ней поднос с едой.

— Приятно видеть, как ты ешь, — произнес Хью через минуту-другую. — Я беспоко… Я подумал, ты сидишь на какой-то зверской диете. Ты так сильно похудела, что стала похожа на былинку.