Системный Геймер 4

Как выяснилось, садиться за штурвал высоким князьям тоже не пристало. Быть трезвым водителем выпало Валантэ, рядом с ней устроилась телохранитель Яэ, а мы с Викой вполне комфортно разместились сзади. Несмотря на страх испортить платье, девушка с радостью ответила на мои приставания, так что я приказал лететь неспешно и отлично провел время до особняка Голицыных. Одежда свои деньги отработала по полной — несмотря на весьма активные физические упражнения, ничего не помялось, выглядели мы как новенькие, если не считать растрепанной прически Вики.

— Я сейчас все быстренько поправлю! — Батова решительно взялась за расческу. Валантэ осталась ей помогать, так что к Голицыным я пошел только с Яэ.

— Кир! Ты как раз вовремя! — Ленка стиснула меня в горячих объятиях, с интересом посмотрев на мою кицунэ. — Это та, о ком я думаю?

— Яэ уже не раз доказывала свою исключительную пользу, — спокойно ответил, окидывая Голицыну оценивающим взглядом. Словно нарочно, она выбрала для себя полупрозрачное вечернее платье цвета ночи. Ткань струилась по соблазнительному телу подобно дыму, как обычно подчеркивая соблазнительные изгибы. — Отлично выглядишь!

— Спасибо! Ты тоже великолепен. Приятно познакомиться, Яэ! Заходите скорее. — Голицына отошла в сторону, пропуская нас с лисицей, и закрыла дверь.

— Кирилл! Рад снова видеть! Твои дела тебя опережают.

— Взаимно, Лаврентий! — Я слегка фамильярно приобнял Голицына-старшего, намеренно переходя на ты. Но вроде тот никак не отреагировал на подобное обращение, — И что же говорят в высшем свете?

— Много разных небылиц. Так сложно отличать правду от лжи. Надеялся, ты прольешь свет на свои приключения. Голоден?

Живот согласно заурчал, но времени оставалось не так уж много. Пришлось со вздохом отказаться и сослаться на необходимость быть вовремя. А жаль, стол буквально ломился от дымящегося мяса. Аромат сногсшибательный!

— Пунктуальность — почти забытое качество в наше время. Рад, что ты следуешь ему. И все же прошу, удели мне минут пять.

— Я пока поздороваюсь с Викой! — Чмокнув меня в щечку, Ленка упорхнула к выходу.

Я тяжело вздохнул, гипнотизируя истекающий копченым жирком свиной окорок, и повернулся к Лаврентию.

— О чем рассказывать-то?

— Когда Оболенские пали, все подумали, что это дело рук Рокфеллеров. Признаюсь, я был в их числе. Все ведь логично, тебя просто перекупили, предложили то, чего я не смог…

— У нас всего несколько минут. Если хочешь, потом встретимся отдельно и все обсудим. Какой вопрос больше всего волнует?

— Кто за тобой стоит? Настолько могущественный, что помог тебе уничтожить два великих рода, и в то же время скрытный, чтобы никто его не заметил. — С Голицына разом слетело показное добродушие. Видимо, ночь не спал, задаваясь этим вопросом.

— Сам, Лаврентий, все сам. И рад бы могущественному союзнику, да нет их. Рокфеллеры теми еще кидалами оказались. — Я коротко рассказал о нападении, моем решении на жесткий ответ и очередном перемирии.

— Интересно. Да, думаю, ты прав, у них пока нет сил на полноценную войну. Ладно, наслаждайтесь балом! И присмотри за моей дочерью, она та еще заноза…

Тепло распрощавшись с Лаврентием, я вернулся во флайер, где уже вовсю щебетали Вика с Ленкой. Напрашивался один вопрос: и что это, мля, было? В чем смысл задавать вопрос, на который я мог легко соврать? Типа, он такой хороший физиономист, что сразу определил, вру я или нет?

Не получив обычного ехидного ответа от Системы, я быстро выбросил ситуацию из головы. Лаврентий прав, есть дела поважнее. Нужно присматривать за Викой с Ленкой, по-любому найдется какая-то мразь, которая захочет позариться на моих девчонок.

Бал по поводу поступления в МДАМ проводили вне стен Академии. Логично? Да нифига! И тем не менее мы оказались у внушительного круглого здания, выложенного из красных кирпичей, да еще и с дырой в центре крыши.

— Это чтобы любоваться звездами, — восхищенно выдохнула Вика. — Древняя традиция!

— Понятно уж, сейчас от Москвы такой засвет, луну не заметишь, не то что звезды.

Мы приземлились прямо у входа. Я вышел на алую ковровую дорожку и галантно помог сойти всем девушкам. Яэ пыталась отдернуть руку, но под моим строгим взглядом моментально исправилась. Ограждение окружали папарацци, такие же наглые, как и в прошлом мире. С пулеметной скоростью щелкали фотики, яркость и частота вспышек заставили пожалеть, что мы не взяли солнечные очки.

— Господин Строганов! Газета «Имперская Правда»! Дадите интервью?! — Через край ограды свесилась блондинка с весьма впечатляющими формами, наполовину вывалившимися из развратного платья. — Всего несколько вопросов!

— Миллион рублей, — отрезал я и, улыбнувшись изумлению горе-журналистки, неспешно скрылся за дверью, игнорируя вопросы ее собратьев по перу.

Внутри нас встретила мощная прохлада, и дело не в кондиционере — почти все аристо со своими делегациями дружно облили нас безмолвным презрением. Позитивно выделялась только старая компания из Воронцовой, Ломоносова и Вяземской. Скрывшись за массивной колонной, они приветственно помахали нашей пятерке.

— Яэ, будь добра, принеси нам чего-нибудь поесть. — За кицунэ я беспокоился меньше всего. Если кто попробует ее обидеть, мигом лишится яиц с головой. Или наоборот. — Всем привет!

— Кирилл! Да ты теперь звезда! — Девочки поочередно расцеловали меня в щеки и губы. К счастью, Ломоносов ограничился рукопожатием. — Столько новостей, и все про тебя!

— Стараюсь! Работаю не покладая копыт! Спасибо, солнце. — Я принял у кицунэ целое блюдо с крохотными брускеттами со всевозможными комбинациями. — Угощайтесь!

— Нет, ты что! — в ужасе выдохнула Воронцова. — Здесь не принято есть! Еще подумают, что мы сюда ради еды прилетели.

— А ради чего еще? — недоуменно хлопнул глазами, закидывая в рот сразу три бутера. — До танцев еще далеко. Мы, типа, должны тут шесть часов просто стоять и языками молоть?

— Ну да! — Вика болезненно толкнула меня в бок и тут же ойкнула. — Прости, забылась.

Перемена в поведении Батовой не укрылась от остальных. Меня окинули многозначительными одобрительными взглядами, и разговор неожиданно перешел на местные сплетни. Давно не видевшиеся девчонки обменивались новостями под мое аппетитное хрумканье. Вскоре у них всех дружно заурчало в животах, и взгляды стали куда менее дружелюбными.

— Можно? — К нам подошла новая девушка и день сразу перестал быть томным. — Жрать хочу.

Как бы описать ее одним словом? Анархистка! Короткая кожаная куртка еле закрывала грудь, длинные рукава и плечи усеяны металлическими шипами. Абсолютно голый живот заканчивался краем белых кружевных трусиков. Дальше шли обычные джинсы, только все в дырках и грязных потертостях. Обувь — классические говнодавы на высокой подошве с кучей тяжелых металлических застежек. Образ дополняли короткие выцветшие волосы и серые глаза с пляшущими в них искрами.

— Угощайся. — Я передал ей блюдо, лишившееся половины бутеров, и одобрительно кивнул: — Зачетный наряд.

— Быкуешь? — А панк-то не настоящий! Спалилась она ровными ногтями и идеально белыми зубами. Нет аутентичности…

— Не, говорю, что думаю. Выгодно отличаешься от местных снобов.

С интересом посмотрел на окружавший нас люд.

Не нужно читать имя над головой, чтобы понять — позволить себе подобный наряд и поведение мог только кто-то очень могущественный. Само собой, никто не ждал великой силы от первокурсницы МДАМ, значит, все дело в семье. Я было ожидал увидеть Романову, но…

Юлия Николаевна Радзивилл

Третья наследница рода

Человек

Возраст 21

Уровень 31

Эх! Почти угадал! Ну, топ-3 недалеко ушел от топ-1. Интересно, у нее подростковый бунт или она по жизни такая?

— Вот ты где, идем, — раздался сбоку ледяной голос. К нам подошла снежная королева, виденная мной на экзамене. Наконец рассмотрел ее имя.

Элла Николаевна Радзивилл

Вторая наследница рода

Человек

Возраст 22

Уровень 27

Сестры были полной противоположностью друг друга, что, в общем-то, логично, часто о таком читал.

— Никуда я не пойду! — моментально вспылила анархистка.

— Твой жених ожидает. — Элла попыталась схватить Юлю за запястье, но та вырвала руку и зажгла огненный шар.

— Я сказала нет!

— Не устраивай сцену! — процедила снежная королева. — Можно подумать, мне больше нечем заняться, кроме как бегать за тобой!

Мы с девчонками наблюдали за всем со стороны вместе с половиной зала. А знаете, приятно, когда не ты главная мишень для сплетен.

— Вот и не бегай! — фыркнула Юля. — Я не давала своего согласия выходить замуж! И вообще, с тебя пример беру!

— Не здесь и не сейчас… — Элла тяжело вздохнула и отвернулась. — Вон он идет. Себе же хуже делаешь.

Мне сначала показалось, что Роберт Оболенский воскрес. Такой же, сука, хлыщ, прям один в один, только чуть выше и с жиденькими усиками.

Иван Николаевич Романов

Второй наследник рода

Человек

Возраст 19

Уровень 19

— Приветствую, миледи, — безукоризненно поклонился он своей невесте. — Прошу, следуйте за мной.

— Да пошел ты! — фыркнула анархистка. Несмотря на внешнюю браваду, она как-то резко съежилась и отступила, прикрыв ладонями оголенные плечи. — Я не буду выходить замуж за всяких уродов! Много раз говорила!

— Не тебе решать, стерва. — Он схватил ее за запястье и потянул на себя. — Сейчас я научу тебя, как нужно встречать будущего мужа!

Весь боевой задор слетел с Юли. Но тем не менее она сопротивлялась. Однако силы были явно неравными, и девушка, похоже, сдалась. Романов ее буквально потащил от нас. Но вдруг их обоих остановил громкий голос.

— Девушка не хочет с тобой идти, уважаемый, отпустил бы ты ее, пока не случилось чего. — Мне потребовалось целых десять секунд, чтобы понять, что это я только что произнес самые тупые слова в своей жизни.

Глава 5 «Перед Балом. Часть 2»

Знаете такой взгляд, которым смотрят на червяка? Ну или на соринку в глазу. Что-то такое надоедливое, противное и никак не исчезающее само по себе. Он постоянно встречался в разных вариациях в новом мире, но блин, ни у кого не был настолько отточен и совершенен, как у Ивана Романова. Я бы и на плесень смотрел с большим почтением, чем он на меня.

— Мы не представлены, — выдал презрительно и замер, ожидая чего-то.

Я не пошевелился, как и мои девчонки. Напряженная пауза затягивалась. В обширном зале повисла абсолютная тишина. По местному этикету первым представлялся младший по положению, и своим молчанием я выводил несложившегося принца из себя. Еще бы, какая-то тля считает себя выше. Что я не знаю, кто он такой, в голову Хлыщу Второму даже не приходило. Он же, мать его, пуп земли! Ниче, ща будем его развязывать. Раз уж впрягся в конфликт за даму, рыцарь хренов, отыгрываем до конца.

— Раз тебе нечего сказать, вали. Девушка пускай остается, если хочешь.

— Ты правда не знаешь, кто я? — холодно процедил Хлыщ Второй.

— Сам ведь сказал, мы не представлены.

Я показательно отвернулся, игнорируя шепотки за спиной. Пока мы молчали, успел просканить «системным взглядом». Характеристики так себе, зато коэффициэт три. В будущем станет серьезным противником, а пока так, мелочь.

— Великий Князь Романов Иван, — четко отчеканил Второй. — С кем имею честь?

— Кирилл Строганов, вроде бы князь, — насмешливо поклонился. — Чего хотел-то?

— Я?! — Все же получилось выбить почву у него из-под ног. Еще бы, я ведь не свалил в ужасе, заливаясь слезами вперемешку с извинениями.

— Ну да. Ты же ко мне обратился.

— Я пришел за своей невестой. Ты мне мешаешь. И вообще, не помню никаких Строгановых…

— Слава — дело наживное, запомнишь еще, — философски заметил я. — А невеста с тобой идти явно не хочет. Я ведь прав?

— Д-да! — Юлия вернула себе потерявшуюся где-то храбрость и задрала нос. — Я свободная женщина! И останусь здесь!

— Она все же устроила сцену, — холодно проронила ее сестра, снежная королева. — Позор рода…

Не знаю, чем бы закончился наш весьма содержательный разговор, если бы не появилось новое действующее лицо. Высокий седеющий мужчина с аккуратной бородой и небольшим хвостиком окинул нас оценивающим взглядом и безошибочно определил ситуацию.

Николай Семенович Радзивилл

Глава рода, ректор МДАМ

Человек

Возраст 43

Уровень 67

Характеристики скрыты

— Иван, пожалуйста, подожди нас в учительской.

Романов стиснул зубы и молча поклонился. Когда хлыщ Второй удалился, он повернулся к отвернувшимся друг от друга сестрам.

— Юля, я широко ценю твою независимость, но ты не можешь обращаться за помощью к первому встречному. Подумай о последствиях!