Наследник Темного Клана 4

Пётр Хмуров и Елисей Петров, два студента старшего курса, встали друг против друга с мечами наизготовку. Как только прозвучал звуковой сигнал, они бросились в бой. По первым же движениям стало понятно, что они оба — хорошие бойцы с серьёзнейшей подготовкой. Несколько раз прокрутившись в сложнейших фехтовальных комбинациях, они перешли в магическую атаку.

В искусстве владения Даром Елисей Петров оказался сильнее. Он несколько раз взмахнул руками, и вокруг него послушно закрутились два настоящих смерча. Пётр Хмуров ещё пытался доработать последние плетения каких-то мудрёных боевых чар, когда смерчи Елисея буквально снесли его с места. Его подняло в воздух, несколько раз перевернуло и смачно уронило на землю. Хруст ломающихся костей был такой, что его не смог заглушить даже рёв ликующей толпы.

К бойцам тут же бросились дежурившие неподалёку целители. И если Елисей был совершенно здоров, то вот Хмурову предстояло провести в лазарете несколько наполненных болью дней…

Да уж, ничего не скажешь, цивилизованный отдых! Кажется, даже гладиаторам на арене Колизея доставалось меньше. Но гости Академии при этом выглядели спокойными и даже веселыми. Всех всё полностью устраивало. Для них травмы не значили ровным счётом ничего. Всё, что они видели — это воинское искусство и бесконечный праздник войны. А это нравилось зрителям во всех мирах и во все времена.

— Приглашается новая пара бойцов! — объявила Амалия.

Вторыми вышли Олег Бородков и Владислав Березин. Они тоже были учащимися старшего курса, но казались не такими крепкими и подготовленными, как предыдущие бойцы. Двигались они просто, как два деревенских увальня, а техники использовали только самые простые, базовые. По неказистой технике боя чувствовалось, что к самым высшим кругам Благородных их семьи не относились, скорее к внезапно разбогатевшим представителям младшей аристократии.

Зато недостаток техники они компенсировали сумасшедшей яростью. Эти двое, наплевав на всякую тактику, тут же бросились друг на другу и не переставая махали мечами в попытке попасть хоть куда-то. Выглядело это страшно, но результата не приносило ни первому, ни второму.

Наконец Владислав Березин сумел как-то особенно хитро развернуться и нанести противнику поверхностный, но болезненный тычок в грудь. На одежде Бородкова выступила кровавая полоса, и судья объявил окончание боя.

Но Березин думал иначе. Не успел судья выбежать на ринг, как он, ловко размахивая мечом, нанёс Бородкову по корпусу с десяток ранений. Кровь хлестала во все стороны, Бородков громко стонал, а Березкин ухмылялся.

— Нарушение правил! Он использует дуэль как шанс выместить личную неприязнь! — зашумела толпа вокруг.

Судья оттащил Березина в сторону. Своей вины он явно не ощущал, лишь мягко, словно извиняясь, улыбался. Врачи окружили стонущего Бородкова и, подхватив его на носилки, понесли прочь. Столкнувшись с Амалией взглядом, начальник медицинской бригады неопределённо качнула головой. Мол, непонятно, выживет он или нет. Как решит Судьба…

— Что ж, господа, такое иногда случается. На поединке может произойти что угодно. Но мы изо всех сил стараемся защищать жизни наших студентов! — объявила Амалия толпе. Впрочем, произошедшее с Бородковым никого, кажется, особо и не взволновало. Наоборот, толпа была только рада очередному жестокому кровопролитию. Такие уж в этом обществе нравы! — А теперь, в завершение нашего праздника, я приглашаю последнюю пару бойцов. Так получилось, что они оба первокурсники и добровольцы. Кроме того, один из них — девушка, что, согласитесь, случается не так часто. Но каждый из них благородных кровей, и мы вправе ожидать от них красивый бой… Игорь Солнцев и Анастасия Апраксина!

Толпа разразилась бурными аплодисментами. Но многие из присутствующих непонимающе переглядывались. И понятно почему! Это был первый раз, когда Анастасия отбросила псевдоним Петрова и выступала под настоящей фамилией. И её раскрытие как наследницы одного из самых влиятельных Родов Империи стало настоящим сюрпризом.

Почему она приняла решение раскрыться, я не знал, но мог предположить, что теперь, когда она осталась единственной наследницей Рода, смысла прятаться больше не было. Она хотела взять контроль над судьбой в свои руки и жить так, как хочет она сама.

Анастасия и Солнцев встали друг напротив друга. Напряжение между ними было видно невооружённым глазом.

История противостояния между ними была долгой. Они уже сходились в кровавых сражениях как минимум два раза. И оба раза столкновение заканчивалось ничьёй. Теперь же они оба получили ещё один шанс закрыть вопрос раз и навсегда.

В то, что жребий выбрал их обоих случайно, я не верил. Слишком уж маловероятно! А вот то, что Анастасия, узнав, что Солнцев хочет принять участие в поединке, каким-то образом подтасовала результаты, вполне допускал. Даже, честно говоря, нисколько в этом не сомневаюсь! От жаждущей мести Анастасии стоило ожидать чего-то подобного.

— Вы готовы? — спросила их Амалия. Анастасия и Солнцев напряжённо кивнули. — Тогда пусть начнётся бой!

Толпа взревела, и бойцы стремительно бросились друг на друга.

Глава 18

Тратить время на бессмысленный с его точки зрения обмен ударами мечей Солнцев не стал. Прямо на бегу он обратился к стихии своей семьи, огню.

Воздух вокруг него задрожал, температура подскочила, и тело Солнцева охватил живой и покорный его воле огонь. Пламя полыхнуло особенно ярко, и в Анастасию ударил столб огня.

На краткое мгновение мне показалось, что ему удалось её достать. Я рванулся вперёд, чтобы броситься Анастасии на помощь, когда она вынырнула из огненного ада, живая и здоровая. Вокруг неё мягко светилась защитная сфера.

— Ты сегодня сдохнешь, девчонка! — прокричал Солнцев ей в лицо. — Слышишь⁈ Теперь, когда твоего братца нет, мне ничто не страшно! Я заколю тебя, и буду иметь на это полное право!

— Попробуй… — тихо, едва различимо прошептала Анастасия, и бросилась на него.

Я собрался, гадая, могу ли что-то для неё сделать. Да, зрители не могли вмешиваться в бой, это понятно. Но если Анастасии будет грозить опасность, я оставаться в стороне не собирался.

— Сможешь ей помочь? — шепнул я Тьме.

— Да не вопрос! — со злорадной готовностью отозвалась она. — Давно уже жду возможность размяться! Никто ничего и не заметит!

Не остался в стороне и Жижик. Он послал мне мыслеобраз, что он, если понадобится, готов рискнуть ради меня и моей женщины жизнью. Я поспешил его успокоить. Жертвы мне сейчас были нужны меньше всего.

Но зато теперь я был уверен, что, если понадобится, у меня хватит сил в тайне ото всех повлиять на исход боя.

Но, внезапно, выяснилось, что Анастасия в моей помощи совсем не нуждается.

Она, ловко перебегая с места на место, отклонилась ото всех выпущенных Солнцевым огненных атак. Достигнув его, она выхватила меч и нанесла резкий рубящий удар. Солнцеву ничего не оставалось, кроме как перейти в контактный бой и парировать удар своим мечом.

И здесь-то всё и изменилось.

Стоило их мечам столкнуться, как клинок Анастасии полыхнул ярким серебряным пламенем. Солнцев отшатнулся, как будто укушенный.

— Эй, что это было⁈ — взвизгнул он, встряхивая онемевшей рукой. — Запрещённый приём!

— Ну почему это запрещённый? — Анастасия мягко улыбнулась. — Самая обыкновенная боевая техника! Подглядела её у своего парня и немного адаптировала под себя. Но можешь не переживать. Я припасла для тебя ещё много сюрпризов…

В эту минуту я почувствовал прилив гордости. Значит, она подглядела, как я использую фамильную технику Оскуритовых, Поцелуй боли, и в тайне от меня её изучила. При этом изучила очень здорово, во всех подробностях! Вот уж точно, природный талант.

Как она и обещала, на этом сюрпризы не закончились. И для Солнцева они были преимущественно неприятные.

От всех его сложных выпадов и мудрёных комбинаций Анастасия ускользала со змеиной ловкостью. Движения были быстрыми и грациозными. Она и раньше отлично двигалась, но сейчас это был по-настоящему новый уровень.

Теперь я начинал понимать, откуда взялись сбитые костяшки, царапки на руках и отзвук магии. Она же тренировалась! В тайне ото всех оттачивала навыки, превращая своё и без того тренированное тело в смертельное оружие.

Но одними физическими тренировками её подготовка не ограничивалась.

Увернувшись от очередного удара Солнцева, она отточенным движением ткнула остриём своего меча точно ему в ногу.

На первый взгляд, удар был ерундовым. Не самый сильный, далеко не самый точный. Жизненно важных органов здесь, конечно же, не было, а значит и на нанесение сколько-нибудь значительного урона рассчитывать не приходилось. Крови, несмотря на наличие нескольких артерий, тоже было немного. Так, несколько капель.

Но это было именно то, что ей и требовалось.

Едва кровь коснулась её меча, Анастасия закружилась, уходя от беспорядочных взмахов Солнцева. Оказавшись в безопасности, она провела по руке лезвием, мгновенно вспыхнувшим серебряным пламенем.

— Эй, дура, ты что делаешь⁈ — крикнул Солнцев.

Анастасия его не слушала. Она подняла меч над головой и резко рубанула им воздух.

Тело Солнцева как будто взорвалось. Из множества появившихся на руках, ногах, шее, груди и даже щеках ран ударил фонтан крови. Он завопил от страха и боли и обессиленно упал на траву.

Толпа восторженно взвизгнула, а к едва дышащему Солнцеву бросилась бригада врачей.

На Анастасию же никто, кажется, не обращал внимания. А ей было совсем не хорошо. Колени подогнулись, и она бы обязательно упала, если бы я не успел её подхватить.

— Держу! Что же ты, дурёха, делаешь?…

— Лишь то, что должна… — слабо ответила она мне.

— На этом объявляю последний студенческий бой завершённым! — провозгласила Амалия, появляясь на сцене. — Уверена, что это сражение надолго останется в нашей памяти. Конечно, мы рассчитывали, что оно будет примечательным, но не ожидали, что таким кровавым…

Она мазнула по нам с Анастасией злобным взглядом, но всерьёз угрожать не решилась. Чисто формально, Анастасия не сделала ничего запрещённого. В приёмах её никто не ограничивал, вот она и использовала то, что могла…

— Что это была за техника? — спросил я, подхватывая её на руки и унося со сцены. Силы не успели к ней вернуться, а позволить ей шататься на подкашивающихся ногах я не мог.

— Одна из самых сильных техник моего Рода. Достаточно всего пары капель крови жертвы, и тогда она оказывается в твоей полной власти. Отразить атаку крайне сложно даже самым сильным Одарённым… — Каждое слово давалось ей с трудом, но она всё равно улыбалась. Кажется, победа над Солнцевым доставила ей огромное удовольствие. — Эту технику столетиями передавали от отца к сыну. Теперь же, когда Сева погиб, отец научил ей меня. Он был уверен, что я не сумею применить её как следует. Вот. Сумела…

— Зачем ты вообще в это полезла? Насколько я знаю, у твоего Рода нет никаких споров с Солнцевыми. Да и к смерти твоего брата он не имеет никакого отношения…

— Просто чувствовала, что должна. — Её голос стал совсем хриплым, и я дал ей бутылку воды. Она жадно осушила её всего парой глотков. — Он сильно меня доставал, а Сева… Сева, когда был жив, говорил, что я глупая девчонка и не сумею его одолеть. А я взяла и одолела! Я сильнее, чем он думал!

Лично для меня доводы показались, мягко говоря, сомнительными. Какая-то подростковая ерунда про «доказать всем, какая я крутая». Но вместе с тем я её понимал. Она потеряла брата, который всегда пытался её опекать и осталась единственной наследницей сильнейшего Рода. На её плечи легла огромная ответственность. Таким образом она хотела не просто наказать давнего противника, но и доказать всем, на что она способна.

Доказала! С этим спорить было сложно.

— Могла бы и мне сказать…

— И что бы ты сделал? Вышел на бой вместо меня? Отговорил? — Силы вернулись к ней в достаточной степени, чтобы она могла ехидничать. — Ну уж нет, спасибо! Обойдусь как-нибудь без мужской защиты…

Я подошёл к палатке медиков. Анастасию тут же окружили. Перевязки, восстанавливающий силы тоник, вздохи восторга поединком… Как минимум на какое-то время ей было чем заняться и без меня!

Я повернулся к сцене. А там как раз начиналось кое-что интересное.

— Нас, преподавателей Академии, часто упрекают в том, что на Открытом дне мы даём возможность сражаться нашим студентам, но сами в поединках не участвуем. — Амалия стояла на сцене, обводя всех собравшихся цепким взглядом. — Что ж, мы решили удовлетворить ваше любопытство. Встречайте, преподаватели Академии! Драки не обещаем, но интересно будет точно…

На сцену под бравурную музыку высыпали десятки преподавателей. Амалия, Дорохов, Морозова, профессор Смирный, ещё несколько других, которых я знал. Но большинство было мне неизвестно. Они преподавали либо на старших курсах, либо уж совсем узкие дисциплины, до которых большая часть студентов просто не добиралась.

Они выстроились в круг и подняли руки в воздух. Дохнуло жаром, и по толпе прокатилась волна силы. Преподаватели, все вместе, в едином порыве, принялись творить волшебство.

Хм, не думал, что когда-нибудь это скажу, но это было потрясающе!

Глава 19

Солнце померкло, на двор опустились сумерки. В центре круга из воздуха появилось золотое яйцо. Зазвучала музыка, по яйцу пошли трещины, и оно лопнуло.

Из яйца показалось крошечное существо, в котором я опознал новорождённого дракона. Как таковых драконов в этом мире не было, но мифы о них были очень распространены, и все знали, как они выглядят. Дракончик вздрогнул всем телом, от хвоста до гребня на голове, и начал стремительно расти.

Он становился всё больше и больше, пока не стал настолько огромным, что даже величественное здание Академии казалось на его фоне небольшим сарайчиком. А затем он взмахнул крыльями и взмыл в небо. Пролетев над застывшей толпой, замер и рассыпался на тысячи ярких искр.

Я уважительно посмотрел на преподавателей. А молодцы, однако! Мастерство каждого и без того было велико, но каким-то непостижимым образом они сумели слиться в единый механизм и выдать такой уровень иллюзии, который ни один Одарённый в одиночку ни за что бы не потянул!

Но, как оказалось, это был не единственный сюрприз.

Все преподаватели, словно по одной им слышной команде принялись двигаться. Движения не были организованными. Каждый делал что хотел. Кто-то раскинул в стороны руки, собирая вокруг себя энергию и изменяя пространство, кто-то закружился в вихре создаваемых иллюзий, а некоторые и вовсе применили боевые техники.

У меня закружилась голова. Это был хаос. Но хаос невероятно красивый! Мастерство и сила сошлись в одном месте, умножились и подарили одно из самых потрясающих зрелищ, что я когда-либо видел.

Преподаватели продолжали двигаться, но теперь в их движениях появились осмысленность и цель. Это был не хаос, а вполне конкретное движение. Они сходились и расходились, пока на сцене не остались только двое, Амалия и Дорохов.

И тогда началась истинная магия.

Они делали мудрёные пасы руками, кричали старинные магические формулы, и сам мир, казалось, был покорен их силе. Энергия вокруг них не просто бушевала. Она сошла с ума! Целые океаны силы были покорны этим двоим.

За время обучения я успел забыть о самом главном — эти двое были весьма искусными магами. Настолько искусными, что даже становилось страшно…

И тут всё в одну секунду закончилось. Энергия исчезла, треск мироздания утих. На сцене были только эти двое. Самые обыкновенные люди.

Воцарилась тишина. Которая почти сразу сменилась взрывом эмоций и аплодисментов.

— На этом наше выступление окончено! — объявила Амалия, легко спрыгивая со сцены. — Надеюсь, что вам оно понравилось…

— Понравилось! Давай ещё! — раздались несдержанные крики.

Разумеется, так эмоции выражали не крупные аристократы, ворочавшие миллионами и стоявшие во главе огромных Родов, а представители куда более скромных аристократических семей. Но я видел, что устроенное Амалией шоу впечатлило всех, включая и всемогущих «китов». Уверен, что уже к вечеру Благородные начнут рвать друг другу глотки в попытке устроить в Академию своих детишек, а стоимость обучения резко взлетит и достигнет астрономических показателей…

Вынужден признать — я недооценил Амалию. Впрочем, я и знал о ней совсем немного. На вид — совсем легкомысленная и, благодаря особенным семейным техникам, выглядящая намного моложе своего реального возраста, она казалась несерьёзной. Уверен, что все, как и я, думали, что свою должность она получила за красивые глазки и ровные ножки, виднеющиеся из-под короткой юбочки.

Но сегодня я понял, что ошибался. Она оказалась не только прекрасным маркетологом, отлично знающим, как продать свой товар, но и могущественным магом. Угадать в ней такое магическое мастерство было практически невозможно!

— Прошу прощения, но на бис мы не выступаем. Приходите в следующем году! — лучезарно улыбнувшись, объявила она и в сопровождении Дорохова покинула сцену.

Пункт медичек располагался совсем рядом, и директор и её зам прошли буквально в считанных метрах. До меня донеслись обрывки их разговора.

— Отличное выступление. Ты добилась точно того эффекта, которого и ожидала, — тихо произнёс Дорохов. — Но кое в чём ошиблась. Представителя Императора не было. Этот павлин снова нас проигнорировал…

— Ну и идиот! — зло огрызнулась Амалия. Стоило ей сойти со сцены, как улыбка и всё её дружеское обаяние мгновенно испарились. — Мы — одно из лучших учебных заведений не только Империи, но и всего континента, а этот венценосный недоносок продолжает нас игнорировать! За все годы — ни одного доброго слова. Мог хотя бы прислать Шарапова или своего нелепого братца, Алексея. Это сильно подняло бы наш авторитет не только в стране, но и за пределами! Но нет, ему ни до чего нет дела! Всё больше убеждаюсь, заговор против него — отличная идея!

Я огляделся. Медички были заняты обработкой ран пострадавших бойцов, а посетители мероприятия находились слишком далеко. Я был единственным, кто слышал их разговор.

Сказать, что я удивился, значило не сказать примерно ничего. До этого я почему-то пребывал в уверенности, что уж Амалия точно верит в Императора и готова лизать ему задницу при первом же удобном случае. Но, оказывается, в частных беседах она не только его не поддерживает, но и выступает сторонницей заговора против него! Весьма настораживающая информация…

Наверное, я настолько удивился, что потерял над собой контроль и чем-то себя выдал. Амалия вздрогнула и повернулась ко мне.

— Оскуритов! А ты что здесь делаешь⁈ Уши греешь, да⁈

— Не стоит ровнять меня по себе, госпожа директор! Чужие тайны меня не интересуют! — фыркнул я в ответ. — Если вы не заметили, но Анастасия Апраксина потеряла много сил, и я жду, когда она восстановится…

Амалия, а вместе с ней и насторожившийся Дорохов вперили в меня внимательные взгляды. Всё понятно, пытаются понять, что я успел услышал. Я изобразил безмятежный вид. Пусть гадают! Нисколько не собираюсь облегчать им задачу.

— Отлично притворяешься, маленький Оскурит… — шепнула мне Тьма. — Даже я бы поверила…

Кажется, поверили мне и они.

— А, ожидаешь Апраксину… Похвально! — Губы директрисы расплылись в угрожающем оскале. — Скажите мне, господин Оскуритов… В каких отношениях вы находитесь с госпожой Апраксиной?