Якудза из другого мира. Том V

Глава 8

Мастер Нагаи отозвался не с первого гудка. Мне пришлось вызывать два или три раза, прежде чем в телефоне раздался его спокойный голос:

— Добрый день, Такаги-сан. Прекрасная погода, не правда ли?

Вот жеж эта гребаная японская вежливость… Вместо того, чтобы поинтересоваться — какого хрена я звоню? нужно ещё несколько минут разглагольствовать на совершенно посторонние темы. Непринято сразу переходить к делу…

— Погода великолепная. Жизнь чудесная в своём проявлении многообразия. Надеюсь, что у вашего дома тоже всё великолепно и чудесно?

— Да, у нас всё хорошо. Господа Окамото сейчас на тренировке, если вы звоните им, то придется немного подождать. Сами понимаете — процесс тренировки прерывать нельзя.

— Увы, в данный момент я звоню именно вам. И делаю это по поручению сэнсэя…

— Да? А что случилось? Почему он сам не может позвонить? — раздался участливый голос Нагаи.

— А пускай он мне денежку сначала перекинет, а потом мы с ним поговорим. А то я знаю таких — позвони ему, выслушай, а потом он возьмет, да и не заплатит. Скажет, что сегодня забыл кошелек дома… — послышался голос Норобу.

— Это Норобу? — спросил мастер. — Что с его голосом?

Я глубоко вдохнул, выдохнул и начал рассказывать о произошедшем с той поры, как мы расстались после нападения на офис Хаганеноцуме. Четверо из моей банды пытались комментировать:

— Ах, какой всё-таки у нас мужественный босс…

— Да! Надо было его захуярить, а я лоханулся…

— Вот если бы вы скинулись мне каждый по пятьсот иен, то я бы вам подсказал…

— Как же всё сложно-о-о? А нас не взяли-и-и…

Я пшикал, делал грозное лицо, чтобы не мешали, но разве мою банду так просто проймешь? Они стихали на время, а потом снова начинали. Но тем не менее у меня получилось более-менее внятно рассказать.

— Приезжайте, Такаги-сан, — последовал ответ мастера Нагаи. — Забирайте мужчин с собой и приезжайте. Я догадываюсь о произошедшем, но мне ещё нужно увидеть ваших близких. Я не смогу приехать к вам сам, поскольку опасаюсь оммёдо над вашим домом.

— Мы скоро будем…

— Жду, — после этого слова мастер Нагаи отключился.

Эх, знали бы вы, чего я наслушался, прежде чем мы добрались на такси до особняка Окамото…

Кто бы не применил к нашей небольшой банде это оммёдо, но я хочу лично встретить его и высказать, что о нем думаю… И может быть не только высказать, а ещё и показать кулаками. Какими же душнилами стали мои близкие, когда попали под воздействие оммёдо… Никаких нервов не хватит, чтобы выдержать такое.

По пути я позвонил Мизуки, объяснил ей ситуацию. Даже не видя её, могу сказать, что вакагасира напряглась и покачала головой. Похоже, что Мизуки скоро просто перестанет отвечать на входящие звонки от меня. Слишком уж часто я приношу дурные вести…

Однако, даже после очередной отповеди, Мизуки пообещала сделать всё возможное, чтобы решить нашу проблему. К тому же, она сообщила, что от клана Хаганеноцуме к нашему клану не поступило никаких претензий. От этого клана вообще ни к кому не было претензий. Как будто и не выкосили целый офис почти под корень.

А вот это было странным. Похоже, что Ёсимаса Сакурай не рассказал братьям о Киоси, либо не узнал мальчишку. Но если учесть гранату с оммёдо, типа Запрещенного Оружия, то вряд ли кто просто так запустит её именно в палатку мальчишки. Нужно знать — где отдыхает Киоси, чтобы постараться уничтожить его.

Но почему тогда тануки просто не встретили после школы? Могли же просто выстрелить из окна проезжающей машины, да и всех дел…

Кучу народа в Питере так положили, когда были бурные девяностые. Машина без номеров подъезжала к человеку, высовывался ствол, выплевывал пару-тройку очередей, а потом машина скрывалась с места событий. Всё просто, как два перста оросить. И редко когда жертве удавалось после такого выжить.

А ещё мне в голову упорно лезла мысль по поводу того человека, который посетил Малыша и Тигра. Что за дезадоранты он им дарил? Как так получилось, что они приняли его за меня? Что вообще происходит?

На фоне этого всего звучал отголосок фразы Сэтору о том, что через пару дней мне нужно будет появиться на «Черном кумитэ». Я пытался навести контакты с Шакко, но там всё настолько засекречено, что комар носа не подточит. Все контакты ограничивались только провожатым с лимонным выражением лица.

А найти этого провожатого не представлялось возможным. Даже когда я тайно сфотографировал мужчину прежде, чем подойти к нему, то всё равно отыскать его по социальным сетям не получилось. Он появлялся, провожал и пропадал до следующего раза. Через пару дней нам снова предстояло встретиться.

Таксист попался понятливым, он вытерпел все странности от своих пассажиров. Иногда поглядывал в зеркало заднего вида, но молчал. Похоже, что он повидал немало на своём веку, чтобы кривить пухлое лицо. Нет, он был сдержан, корректен и даже не отдернулся, когда Малыш вдруг захотел его чмокнуть в качестве благодарности за поездку. Мне пришлось оттаскивать эту неожиданно любвеобильную кучу мяса от водителя чуть ли не за ноги.

И всё-таки мы добрались. Ворота в особняк распахнулись после моего звонка, и наша разношерстная компашка прошла внутрь. Охранники молчаливо поклонились, один из них жестом пригласил следовать за ним.

Мы прошли по тщательно подметенным дорожкам в сторону дома. Я даже заглянул в достопамятный пруд — плавают ли там знакомые карпы? Карпы плавали. Похоже, что они даже узнали меня, так как тут же прыснули в стороны и спрятались под широкие листы кувшинок. Только факи плавниками исподтишка показывали, злыдни злопамятные.

Со стороны поля для занятий доносились выкрики и звуки взрывов. Понятно, там была тренировка семьи Окамото. Внутри купола, увешанного тканью с иероглифами, иногда просвечивались вспышки света. Интересно, что за техники там изучались?

— Ой, как же там сейчас дерутся, — всхлипнул Тигр. — Заче-е-ем же они так?

— Заткнись, а не то я тебя сам туда отволоку, мешок говна! — рявкнул Киоси.

— А я бы продал нашего друга… вместо манекена для битья, — мечтательно проговорил сэнсэй. — Недорого, всего за пару тысяч иен.

— Да? Но его же там испортят… Ух, какие, наверное, там мужчины сражаются… Мускулистые, потные, дерзкие, — облизнулся Малыш.

— Заткнулись все! — вырвалось у меня. — Прямо тошно вас слушать!

Мы прошли в дом. В этом доме я уже пару раз был, поэтому не удивился ни картинам на стенах, ни дорогой обстановке. А вот Тигр и Малыш Джо принялись разглядывать всё вокруг. Киоси сразу же разбил чашку, чем обозначил своё появление в этом доме.

— Не стоит волноваться об осколках! — сказал мастер Нагаи, когда вошел в комнату. — Слуги их уберут…

— Пффф, а я и не собирался волноваться, — дерзко ответил Киоси. — Подумаешь, чашка… Да я таких у сэнсэя сотнями бил, а он только угодливо подхихикивал!

За такие речи всего лишь пару часов назад Киоси подвергся бы побоям и ругательствам, но сейчас… Сейчас Норобу не обратил на его слова никакого внимания, только протянул руку по направлению Нагаи, после чего заканючил:

— Дорогой друг, я так рад видеть тебя! Знал бы ты, как сильно я страдал и мучился. Бездушные люди окружают меня, и ни у кого из них нет даже капли совести, чтобы даровать утешение бедному старому сердцу. Я всё трачу на лекарства, но денег уже перестало хватить… Нервы превратились в махровые нити. Не подаришь ли ты на лечение старому другу всего пару тысяч иен?

— Да-да, конечно, дорогой друг, — мастер Нагаи вытащил из кармана деньги и отсчитал нужную сумму. — Вот, возьми, я понимаю твою беду и скорблю вместе с тобой.

Сэнсэй жадно схватил деньги, спрятал их в недрах кимоно, а потом вздохнул и произнес:

— Эх, добрый мастер Нагаи, как же я благодарен тебе. Выручил ты меня очень сильно. Эти деньги пойдут исключительно на лечение и никуда иначе. Но лекарств хватит всего на день… Хочешь ли ты увидеть меня на следующий день? Улыбнешься ты живому другу или же печально вздохнешь у трупа? Выбор только за тобой… Выручишь меня ещё раз?

— Хорошо, — кивнул с улыбкой мастер Нагаи. — Я сделаю так, как ты сказал. Я дам тебе денег столько, сколько пожелаешь, мой добрый друг… Чуть позже, хорошо?

— Хорошо, но можно часть сейчас?

Мастер Нагаи загадочно улыбнулся и подошел к Ленивому Тигру:

— Не плачь, а? Ну чего ты, чего ты? Кто обидел маленького?

И ведь сказал так ласково, так проникновенно, как будто из клана психологов произошел. Тигр взглянул на него и залился слезами пуще прежнего. Если вы никогда не видели плачущего амбала под два метра ростом, пускающего слюни вперемешку с соплями, то могу вас уверить — лучше не стоит этого видеть.

— С-с-сначала расстроился из-за Ки-киоси, а потом… потом меня расстроил Киоси. А я… А меня… А они… мыумумы…

Дальше было что-то нечленораздельное, перемежаемое вслипами. Мастер Нагаи улыбнулся ласково, потрепал бугая по щеке:

— Всё будет хорошо. Не расстраивайся. Мы всех накажем и всем покажем. Они у нас ух как…

Тигр кивал на его слова, а потом завыл с удвоенной силой. Мастер с недоумением посмотрел на него:

— А сейчас-то что не так?

— А мне их стало жа-а-а-алко… — провыл Тигр.

Мастер вздохнул, двинулся было в сторону Малыша, но, увидев умильную улыбку на толстой роже, тут же отступил в сторону:

— Мда, с вами всё ясно. Такаги-сан, вынужден вас огорчить — ваши близкие попали под сильное оммёдо. Похоже, что кто-то воздействовал на этих двоих, — он показал на Тигра и Малыша, — напрямую, а вот на остальных было задействовано оммёдо через Запрещенноё Оружие.

— Что это значит? — вырвалось у меня.

— Значит, что в какой-то миг и мужчину со шрамами, и здоровяка-сумоиста опоили-опылили-охмурили каким-то средством, значительно превосходящим по силе оммёдо гранаты. Я не вижу в их глазах разумности. На свет вытащили самые отрицательные черты характера, извратили их и гипертрофировали.

— Да? А что с Киоси и сэнсэем?

— Они попали в поле воздействия оммёдо. Оба находились возле воронки, где произошел взрыв…

— Но другие тоже были там… Полицейские, пожарные, медработники…

— Нет, это оммёдо направлено как раз на кого-то из вас и ваших близких, родных. Направлено так, чтобы других не зацепило, а то покажется странным, что половина улицы сошла с ума — тогда к делу будет привлечено лишнее внимание, а так… Так, сошел с ума старик-якудза и маленький тануки — они и так были себе на уме. Люди добрые, вы присядьте на стулья. Присядьте-присядьте, я сейчас к вам подойду. Похожий случай произошел триста лет назад, но там свели с ума целый отряд самураев.

— Что? Такое уже было?

— А ты думаешь, что Запрещенное Оружие появилось только в период расцвета атома? Раньше тоже оно было, с его помощью сёгуны весьма успешно боролись против императора, пока против них не начали применять аналогичные приемы. Но самая кровавая история с его применением случилась как раз в то время, когда самураи чувствовали себя безнаказанно и могли творить то, что пожелают.

— Да? И что же там случилось? — спросил я, глядя, как мастер Нагаи рассаживает четырех людей вокруг небольшого столика со сладостями.

— Строгое то было время, военное. Самураи могли запросто зарубить крестьянина только для того, чтобы убедиться в остроте своего меча. О чести девушек не могло быть и речи, если им попадался голодный до ласки самурай, — вздохнул мастер. — Про хининов и вовсе речь молчит. В то время как раз вздумал жениться молодой крестьянин Сабуро Касикай. Он брал в жены соседскую дочь Сэчико Яминато. Свадьбу устроили хорошую, пригласили множество гостей, в том числе был приглашен и сёгун Тосикава. Но на беду Сабуро понравилась Сэчико сёгуну и решил он взять её силой…

— И что? Выебал бабенцию? Ух, будь я самураем, так всю деревню бы оттрахал хорошенько, а потом остроту меча испытал, — вскинулся Киоси.

— Молодой человек, вам лучше угоститься сладостями. Кушайте рисовые булочки с медом, наш повар старался, — мягко проговорил мастер.

— За это повара бить не буду. По крайней мере сегодня, — пробормотал тануки и отправил очередную порцию сладостей в рот.

— Про девушку и так всё ясно, — вздохнул я. — Что было дальше?

— Не только сёгун позабавился с девушкой — самураи его отряда тоже входили в хижину невесты один за другим. Пятьдесят человек было в том отряде. Сабуро в это время был привязан рядом с хижиной и слышал крики невесты. От горя он поседел. А сёгун потешался над ним, говорил, что оказывает самую большую честь крестьянину, ведь у презренного червя родится воин.

— Гнида, — прошипел я.

— Развращенный властью, — пожал плечами мастер. — Когда у человека очень много власти, то рано или поздно становится скучно жить по закону и он старается сам стать законом. После того, как самураи ушли, то крестьяне освободили Сабуро. Он тут же кинулся в хижину невесты, но не успел — Сэчико не смогла справиться с таким унижением и воткнула в грудь нож. Невеста умерла на руках жениха и вместо брачной ночи Сабуро получил ночь скорби. Свидетели рассказывали, что в тот миг, когда Сэчико испустила последний вздох, на сакуру возле хижины приземлился снегирь. Сабуро же поклялся на крови любимой отомстить подлому сёгуну.

Мастер ненадолго замолчал. Тигр всхлипнул лишний раз и вытер нос рукавом.

— И что он сделал? — спросил я.

— Сабуро отправился к оммёдзи и пообещал ему служить после смерти, если тот поможет ему отомстить. Вот тогда-то и было использовано Запрещённое Оружие — оммёдзи заколдовал стрелу с паклей, вымоченной в крови Сабуро и отдал безутешному крестьянину. Научил того, чтобы крестьянин стоял поодаль, а не то с его смертью пропадет и оммёдо. Сабуро ночью пробрался к дворцу сёгуна, зажег паклю и выпустил стрелу в покои хозяина. Необычный огонь быстро охватил дом, стоящие рядом постройки и конюшни. Отряд сёгуна был поблизости и пришел на помощь хозяину. Огонь быстро получилось загасить, но… самураи надышались странного дыма. Странность его была в том, что он вытаскивал наружу самое плохое, что было в человеке.

— Вроде как у нас?

— Да, очень похожее. Храбрецы становились трусами, доблестные воины предателями, честные — подлецами. Всё перемешалось в доме сёгуна, а потом… потом все между собой переругались и передрались. Сумасшествие не коснулось сёгуна. Он пытался вразумить своих подчиненных, взывал к их чувству долга, ругался и бесился до тех пор, пока удар в спину не закончил его дни. Взошедшее солнце осветило кровавое побоище среди дымящихся развалин… Перед ними стоял совершенно седой Сабуро, а на его плече сидел снегирь…

— А я всегда думал, что все беды от женщин, — подал голос Малыш. — То ли дело мы, настоящие мужчины! Давайте все разденемся, чтобы обнаженными телами воздать славу мужскому началу.

— Заткнись, — пробурчал я. — Мастер Нагаи, значит, сейчас я нахожусь в роли сёгуна? А вскоре моя банда должна будет переругаться и перебить друг друга?

— Надеюсь, что до этого дело не дойдет. Если сложить все за и против, то можно понять, что сделать это мог только Сакурай, поскольку вы с Сэтору связали себя Договором Дьявольского Шара. Но почему тогда ты остался в памяти? Ведь он должен был оставить в сознании как раз Киоси, чтобы тот видел мучения своих близких и мог в полной мере прочувствовать всю боль и скорбь от ваших смертей…

Я вспомнил, что говорил сэнсэй. Взглянул на мастера — стоит тому говорить о том, что я не из этого мира или всё-таки пусть эта тайна останется между мной и сэнсэем?

— Хнык-хнык, ы-ы-ы, — провыл Тигр необычно громко.

— Чего ты? — взглянул я на него.

— Хнык, птичку… жалко… — последовал ответ.

Глава 9

— Я посмотрю, что можно сделать с нашими… хм… «заболевшими» друзьями. А вы, господин Такаги… Вы можете пока прогуляться. Нет, я не выгоняю вас, но вряд ли вам будут интересны наши разговоры, — произнес мастер Нагаи.

— Хорошо, тогда я пока посмотрю на тренировку семьи Окамото — вдруг чего новое узнаю?

— Конечно, посмотрите. Тем более, что у вас через пару дней будет очередное кумитэ, так что новая информация будет не лишней.

Я поклонился. Потом повернулся к своим друзьям и произнес:

— Ребята, ведите себя хорошо. Мастер Нагаи хочет вам помочь, так что ведите себя нормально.