Ржевский. Том 8

— И правда, не об интиме, — Норимацу легко удивилась, затем без перехода скользнула в дзен, превращаясь в невозмутимую.

— Не поняла? — контроль мимики гостьи дал сбой на мгновение.

Мадина позлорадствовала сильнее, попутно удивляясь: как? Дмитрий-то как понял? Точнее, каким образом узнал?

Его слову она доверяла безоговорочно, а он не раз за минуту заявил, что в памяти о визитёрше нет ничего.

— Ну-у-у, если августейшая особа твоего уровня, — потомок одиозного кавалериста окинул Елену масляным взглядом, — является к хлипкому и ненадёжному контакту типа меня, ещё и лично, это может говорить только об одном.

— О чём? — Вяземская, широко разинув глаза и рот, таращилась беременным тараканом то на хозяина имения, то на подругу.

— Основные агентурные сети задачу не тянут, — доброжелательно подсказал Ржевский. — В другой ситуации я бы предположил, что на конкретного исполнителя начальство наседает, — он ткнул пальцем в заезжую менталистку. — Но какое может быть начальство у особы королевской крови?

— Ты же говоришь, что меня совсем не помнишь? — спокойно уточнила та.

— Я и не помню, — фыркнул блондин. — Насчёт твоей личности жёны просветили, дай им бог здоровья. Но ты всё равно сама представься, хорошо?

— Ж Ё Н Ы⁈ — Елена, видимо, была не сильна в контроле мимики в принципе, судя по вытянувшейся физиономии.

Ну либо неожиданная эвристическая задача вовсю жрёт ментальный ресурс, кивнула самой себе Наджиб.

В следующую секунду она помахала рукой и изобразила ангельскую улыбку:

— Меня зовут Мадина, я Димина первая жена. Очень приятно с тобой познакомиться.

— Норимацу, Шу, — азиатка лаконично поклонилась. — Пятая жена. — Эта вообще технично дала понять, что некий зазор по количеству имеется как минимум между первой и пятой.

Вяземская шумно икнула:

— Пятая⁈…

— Не последняя, — японка отбила ещё один поклон. — К вашим услугам. Список может быть неокончательным, у нас количество жён определяет муж.

Короля играет свита, сообразила менталистка, прикольно Шу сейчас выступила. А с учётом её отмороженного лица эффект и вовсе занятный.

Елена нахмурилась, наконец бросила на себя ментальную невозмутимость (внешне) и перешла на язык Альбиона:

— Это розыгрыш? Ты же сейчас шутишь? Это же просто экзотические шлюхи с тобой рядом, да? Хотя и под серьёзной ментальной защитой, признаю. — Она чуть подумала и добавила с претензией на откровенность. — С нашей последней встречи ты здорово прибавил.

— Ещё одно горбатое слово в адрес моих женщин — и тебе придётся уйти, — без паузы, серьёзно, не обращая внимания на такие аппетитные сиськи, ответил той же речью Ржевский.

— Ну кто б сомневался по поводу знания языков, — вздохнула Наджиб по-японски.

— Ага, особенно в некоторых определённых ситуациях, — хохотнула Норимацу. — А ты понимаешь, о чём они говорят?

— Не текст. Читаю через её ментал.

— А-ха-ха, слушай, а меня порой терзают смутные сомнения, — к японке вернулся её неистребимый оптимизм. — Когда Дима с Воронцовым по-французски…

— МОЛЧИ! — Наджиб взвилась в воздух. — Ему не вздумай сказать!

— А-ха-ха, да шучу я, шучу. — Шу примирительно хлопнула Мадину по левой ягодице.

Гостьи же настолько погрузились в беседу с хозяином дома, что на разговоры жён Ржевского не обратили внимания.

* * *

В первый момент обладательница весьма знаменательного декольте проверяет меня на прочность, но быстро соглашается угомониться — после того, как я обещаю указать на дверь.

— Как ты понял про агентурные сети? — спрашивает она, бросив на себя этот их ментальный успокоин (я уже по Мадине научился такое замечать).

— Видно же, — пожимаю плечами. — Резидента, приехавшего на смену предыдущему, по лицу всегда видно.

Скажем, понимающий не перепутает. Да и детали кое-какие мелькнули, другое дело что предшественник Дима Ржевский в них несильно шарил.

— Не знаю, какую тактику избрать теперь, — признаётся миловидная, в общем-то, шатенка с офигеть какими коэффициентами. — Планировала воспользоваться менталом, но он тут не работает. Хорошая защита! — удивляется она и снова оглядывается по сторонам, рассматривая полупрозрачный купол.

— Дура, — пожимаю плечами ещё раз. — За «воспользоваться менталом» можно так огрести, что потом и костей не соберёшь. Особенно в чужих местах.

— Между семьёй моей мамы и вашими Михайловыми была договорённость, неафишируемая. Перед тем, как передать мне моё же Великое Герцогство после совершеннолетия, наш Парламент по негласным каналам должен получить уведомление от вашего монарха.

— На какую тему уведомление?

— Обычная справка: несмотря на наличие царской крови, в цепочке ваших наследников Престола я отсутствую, всё. Чтобы не было конфликта…

— Я понимаю.

— … интересов. Все годы, что я росла, семья отца вообще не напоминала о себе, разве что гулять здесь позволили, — она на мгновение активирует и сворачивает Нимб Монарха. — Сейчас, когда мне позарез нужна эта справка, Канцелярия вашего царя набрала в рот воды: не мычит, не телится.

М-да уж. И ведь не скажешь, что кое-кто из офиса Обер-прокурора на Эмират тоже нацеливался.

Тенденция или головотяпство? Тем более, Ноль-первый с ума сошёл: наверняка появились у Канцелярии срочные дела и поважнее ответов чужим Дворам.

— Как следствие, у себя дома я получаюсь в подвешенном состоянии, — продолжает тем временем Елена. — С одной стороны, меня там всё устраивает! С другой, из-за банального молчания даже не отца, а вообще его брата заблокированы права вступления в наследство.

— Не понимаю, зачем судьбу ребёнка надо было завязывать на зависимость от иностранной юрисдикции, — замечаю вслух искренне.

— Я и сама не понимаю! Видимо, когда мама и папа меня делали, моё будущее виделось им многовариантным, а своё — совместным, — достаточно искренне, судя по лицу, говорит гостья.

— Не до конца понимаю, что резидент вашей короны ожидает от мелкого одиозного дворянина, — хлопаю себя по животу. — Провинциального к тому же.

— Ой, не надо прибедняться! — возмущается Елена. — Как ты царя ответчиком в суд потребовал, не только у вас по маго-видео видели! Причём суд, что интересно, удовлетворил.

— Да я много чего могу требовать, — задумчиво роняю на ходу, подстраиваясь под её шаг. — Прости за прямой вопрос, ты к этому причём?

— Хотела посоветоваться. — Незнакомка, записанная в моём браслете таким душещипательным контактом, останавливается и смотрит на меня сверху вниз (потому что высокие каблуки). — Говорят, Ржевские никогда не отказывали никому, кто просил кусок хлеба, глоток воды или просто доброго совета. Это не так?

На первый взгляд похоже на манипуляцию, но именно что похоже. Фраза действительно принадлежит пращуру и относится к списку канонических: тех, которые он пустил в народ, а они там прижились.

— Это было бы так, — старательно подбираю слова. — Если б на твоём лбу не было написано, что ты сюда по линии агентурной работы припёрлась. Дай подумать.

Интересно, куда в этом случае смотрит интересная структура Серёжи Воронцова? И третья канцелярия до кучи?

По идее, контрразведывательные функции в их компетенции, а здесь ещё и целая менталистка подъехала.

— Крыша, — признаётся посетительница неожиданно. — Это для отвода глаз. Ты думаешь, меня б сюда кто-то просто так выпустил?

— Не понял? — озадачиваюсь.

— Я — член нашего Красного Списка. Разрешение на отъезд с территории Королевства надо брать каждый раз отдельно, есть профильная комиссия в Парламенте.

— Хренасе, — впечатляюсь.

Хотя, возможно, с точки зрения патриотизма и есть в подобном подходе своя сермяжная правда.

— Вот по линии пятого бюро и пришлось трудоустраиваться, исключительно чтоб к вам попасть. В гробу я видела эти ваши шпионские игры! — выглядит она искренне. — Я молодая девчонка, я гулять и жить в своё удовольствие хочу! Нахрена мне чужие секреты⁈ Есть в жизни занятия и поинтереснее.

Где-то здраво и уж точно справедливо, чё. Но комментировать вслух не буду.

— Ржевский, ты же явно что-то затеял? — обладательница интересной геометрии подступает вплотную. — Дай совет, а? Как мне эту долбаную справку из канцелярии вашего монарха получить? По официальным каналам семья отца не отвечает, а ты — по виду единственный, кто их на место поставить в состоянии. Помоги, а? Если можешь?

— Не врёт, но твои возможности сознательно завышает, — негромко комментирует сбоку Мадина на языке Залива. — Как ей кажется. И слегка недоговаривает: хотела с тобой замутить, чтобы доступ на Совет Города получить. Потом, думает, царь туда рано или поздно явится — она его и прихватит за жабры на тему справки. Плюс менталом надавит.

— Не сильно ли сложная схема для дурацкой бумажки? — сомневаюсь.

— А ей дома, если Герцогство не отстоит, делать нечего. Только по миру идти.

— Всё равно какой-то чересчур отчаянный шаг получается, — жене верю, но ситуация идиотская.

Мадина неожиданно краснеет и отводит взгляд.

В этом месте я вспоминаю обстоятельства, при которых мы с ней познакомились.

— А они правда твои жёны? — заходит на второй круг любопытства Елена. — Или это так, что-то иное?

Наджиб глумливо фыркает и тоже на мгновение активирует Нимб Монарха, только герб другой.

Глаза шатенки из кофейных блюдец становятся чайными.

Интересно, Вяземская что, подруге не сказала? Она ж из Соты, точно в курсе (я тут маго-сеть полистал — сам впечатлился, а Анастасия это наверняка чаще меня делает).

Глава 3

— Ой. — Голос Елены становится хриплым и опускается на пару тонов. — Не шлюхи, — выдаёт она заморожено, не сводя глаз с того места, где над головой Мадины только что появилась и исчезла виртуальная корона. — Мои извинения, я не знала! — она мгновенно переходит на русский. — Я Лена, а ты кто⁈ Говоришь по-русски⁈

Странно. Имя первая супруга назвала, корону над головой показала — что ещё надо?

Наджиб, однако, находит, чем ответить: она делает ангельское лицо, «простодушно» хлопает глазами и переворачивает правую руку ладонью вверх.

В воздух взлетает небольшой язычок белой плазмы, что-то там говоря о магическом потенциале своей хозяйки.

По лицу зарубежной гостьи проносится второй один ураган сильных эмоциональных впечатлений:

— Магия, причём не стихийная… МЕНТАЛ⁈ — глаза Елены из чайных блюдец становятся обеденными тарелками. — КАКОЙ У ТЕБЯ РАНГ⁈

— Да уж повыше твоего, — отзывчиво поворачивается к ней затылком Наджиб, пиная подвернувшийся под ногу камешек. — Немножко посильнее буду, ха-ха. М-да, Дим, раньше я думала, что наивные простодыры — это вы с Норимацу.

— Это почему? — интересуюсь, аккуратно и искоса рассматривая декольте везитерши (наверное, можно бы и открыто, но при супругах стесняюсь).

— Вы увлекаетесь не к месту, эмоционально заигрываетесь, регулярно косячите.

— А теперь что думаешь? — с интересом уточняет Шу, тоже по-русски.

— А теперь я с удивлением открываю для себя, что даже среди моих коллег встречаются персонажи и поотбитее, — Мадина делает ритуальный жест руками. — Спаси, как говорится, Аллах. Скажем, вы на фоне этих персонажей — просто-таки воплощения прошаренности, продуманности и здравого смысла!

— Какой у тебя ранг? Скажи? — гостья из Альбиона только что в рукав супруги не вцепляется, требует и требует.

— Да какое твоё дело⁈ — Наджиб деликатно берёт чужую кисть двумя пальцами, без труда отрывает от своей одежды и отодвигает от себя подальше. — Может, тебе ещё цвет стрингов поведать⁈ Или любимую позицию мужа⁈ Эй, длинная, держи свои поползновения при себе! — жена отходит на шаг, поскольку высокая гостья в порыве энтузиазма, кажется, собирается лезть дальше — то ли брататься, то ли обниматься. — Или за угол пойдёшь уже с разбитым носом!

— За что? — в этом месте на изрядную фасадными достоинствами Елену словно ведро воды вылили.

Похоже, угроза физического рукоприкладства — то, с чем она никогда раньше не сталкивалась.

— За то, что как аль-Футаим! Такая же эгоцентричная и беспардонная! — ворчит супруга в ответ. — И за то, что на моего мужа втихаря пыталась принуждение повесить. Считая себя самой хитрожопой. Хорошо, я рядом да и с него, как с гуся вода…

— Я ж без вреда для его интересов! — импортная родственница местного монарха принимается на полном серьёзе заламывать в отчаянии руки. — Если у тебя ранг позволяет, ты должна была видеть! Я на двести семьдесят процентов больше чем надо силы в сканирующий каст влила, в точность! Чтобы вообще ничего в его голове даже случайно не задеть, лишь его изобретательность простимулировать!

— Только по этой причине ты и не овощ ещё, — сердито сообщает Мадина. — И до сих пор соображаешь, на каком свете находишься. Вместо того, чтоб отвесить челюсть до пола и начать ходить под себя, капая изо рта слюной.

— Так какой у тебя ранг? — высокая шатенка, похоже, ничуть не смущена нелицеприятной перспективой, с которой, как оказывается, только что вполне себе серьёзно разминулась.

— Достаточный, чтобы видеть количество слоёв пудинга на твоём дне рождения в пять лет! — огрызается Наджиб. — Отцепись, а? К супругу пришла — к нему и апеллируй.

— Ой, ничего себе, у тебя сканирование прокачано, если даже в глубинных слоях ориентируешься! — без перехода начинает восхищаться чужая аристократка. — Это же пять с половиной уровень, да? Не ниже? Впрочем, ты из Залива, судя по геральдике, — она вздыхает. — У вас там школа, конечно, посерьёзнее. Завидую, чё!

На всякий случай решаю промолчать, что ранг жены далеко не пятёрка после усиления ядра. Также не говорю, что как раз сканирование у Мадины — вовсе не первый по силе навык.

Как корректор лишнего в чужих мозгах она изрядно посильнее, поскольку специализация. Ещё она амнезирует лучше, чем чужие мысли читает. Если бы решила, что мне что-то угрожает, овощей в имении действительно прибавилось бы, причём молниеносно. Я это только сейчас понял, за мимикой супруги старательно наблюдая.

— Вот это задача, хоть материться начинай, — Елена оглядывается по сторонам, зачем-то решительно сбрасывает с ног туфли и дальше шагает босиком. — Получается, в вашей семье ты всем заруливаешь? Поэтому Ржевский и взлетел так стремительно за какую-то неделю?

— А-ГА-ГА-ГА-ГА! — видимо, мы действительно хорошая ячейка общества, потому что ржать начинаем втроём, синхронно, не сговариваясь и искренне.

— Ой, кажется, я опять что-то не то сказала, — гостья из-за границы озадачивается, закусывая нижнюю губу.

— В нашей семье ни о каком принуждении речь не идёт, — на правах главы поясняю правила игры чужакам. — Всё абсолютно добровольно, никаких нагибаний через колено.

— Ага, в мезальянсе такого дворянина, как ты! — фемина с именем Лена и с душещипательными сиськами в последний момент тактично опускает детали моей предыдущей репутации. — И профессиональной менталистки пятого ранга, ещё из школы Залива! Имеющей собственный Нимб Монарха! — она отбрасывает всякие игрища и говорит искренне, став собой настоящей. — Верю, верю! — фигуристая гостья саркастически качает головой.