Искатель боли

— Я не брошу мальчишку! — Донесся до меня озверелый рев Кавима. — Разворачивай парус, морская крыса!

— Ты глухой, южанин?! — Кажется, это говорил Вольх, пытаясь достучаться до здравого смысла Владеющего. — Ты ведь и сам родился среди моря, пусть и песчаного! Не обманывайся тем, что вокруг вода, ведь испить ее невозможно! Если у нас кончатся припасы, то мы точно так же умрем от жажды! Все! Все до последнего человека!

— Да мне плевать на вас, трусливые шакалы! Если надо, то я утолю жажду вашей кровью! — Не спешил уступать шахирец. — Вы обменяли свои никчемные жизни на жизнь ребенка, как вы вообще можете называть себя после этого мужчинами?!

— Успокойся, Кавим! Данмар сделал свой выбор сам! Он ушел героем, спасая в том числе и тебя тоже! Своими словами ты попираешь его память!

— Заткнись и не смей мне говорить о памяти! Я не могу быть спокойным, пока он там!

— Да смирись ты уже, упрямец! — Не выдержал и тоже вскричал капитан. — Море забрало его! Никто не сможет продержаться на воде так долго!

— Я сказал, разворачивайся!

— Нет!!!

— Исш’антала! — Выругался Владеющий. — Тогда приготовься отправиться на дно, проклятый слюнтяй!

— Если ты думаешь, что будем спокойно стоять и смотреть, как ты режешь нашего капитана, то ты ошибаешься, шахирец! — Вклинился кто-то третий. — Мы дадим тебе бой!

— Так будет даже интересней…

М-да, а страсти-то кипят… надо что-нибудь предпринять, пока эти идиоты не поубивали друг друга. Вот уж не подумал бы, что Кавим так остро будет реагировать, забыв о моем обещании вернуться ночью.

— Эй! Э-э-э-эй! — Постарался прокричать я как можно громче. Но занятые перебранкой воины, похоже, не сумели расслышать мой зов из темноты.

— Г-господа! Ну к чему все эти… э-э-э… ссоры. Должно же быть какое-то разумное решение… — узнал я едва различимый дрожащий бубнеж философа Цавлита.

— Сгинь, книжный червь! — Рявкнул на него Кавим. — Не лезь под руку, а то тоже присоединишься к этим отбросам!

Напрягая свою истощенную Искру, я заставил слабенький ветерок подуть в сторону носа приближающейся дрекки и снова попробовал докричаться до спорщиков. На этот раз, кажется, мне это удалось.

— Вы слышали? — Удивленно спросил кто-то из северян. — Кто-то зовет…

— Быстрее заткни уши! — Последовал взволнованный ответ. — Это сирены! Они зазывают моряков на скалы, чтобы потом полакомиться их потрохами… надо сказать кормчему, чтоб не вздумал туда править…

— Я тебе сейчас задницу заткну! А ну, в сторону!

Судя по всему, это Кавим услышал диалог двух моряков и выбежал на нос судна.

— Данма-а-ар! Данмар! Это ты?! — Завопил он во тьму, до хрипа напрягая голосовые связки.

— Да-а-а! — Постарался я дать такой же громкий ответ.

— Быстрее, фонарь мне! — Распорядился южанин. И когда высветился нос корабля северян, я понял, что требуемое ему тут же выдали.

Я поднял руку, а потом с громким плеском опустил ее, чтобы звуком привлечь внимание. Потом снова. И снова. И снова. Я шлепал ладонью по воде до тех пор, пока надо мной не показалась резная голова «Морского змея» и чьи-то сильные руки не втащили меня на палубу.

К сожалению, тут произошла небольшая заминка, потому что упрямый грешник не желал отпускать мое сознание. И стоило только мне ощутить чужое прикосновение, как короткие клинки словно по волшебству оказались в моих руках, и едва не наделали лишних дырок в моем спасителе.

— Дьявол тебя раздери, мальчишка! — Проорал ошарашенный урман, вызволяющий меня из объятий моря. — Ты совсем спятил?!

— Отойди от него! — Тут же нарисовался рядом со мной Кавим, расталкивая моряков. — Не трепи волка по холке, пока он тебе не отгрыз руку! Это всех касается!

Я увидел, как надо мной нависает донельзя взволнованное лицо шахирца, освещенное теплым светом корабельного фонаря, и устало улыбнулся ему.

— Ты чего тут панику наводишь? — С упреком сказал ему я. — Ты уже забыл, что я обещал вернуться ночью?

— Разрази тебя дьявол! — Зло выплюнул южанин, не обращая внимания на мое замечание. — Данмар, ты не ранен?!

— Как видишь, — попытался я пожать плечами, но тут же скривился от острой мышечной боли, прострелившей все тело.

— Слава Нальмунаши! — Облегченно выдохнул Владеющий, опускаясь на палубу рядом со мной. — Я уже боялся, что ты отправился в чертоги к своему богу…

— А шахирцы разве не верят в Воргана? — Поинтересовался я больше по инерции, нежели осознанно.

— Мы верим, что творец всего сущего Нальмунаши, а Варрдан его пророк, посланный чтобы защитить смертных…

— Так если он творец всего, то зачем создал Дьявола, чтоб потом от него защищать свое творение?

— Потому что… Исш’антала, Данмар, — встряхнулся Кавим. — Что ты мне голову морочишь?! Я думал, ты погиб на этом сраном имперском галеоне!

— Ты неправильно думал, мой горячий друг, — нашел я в себе силы улыбнуться. — И из-за своих ошибочных суждений чуть не спровоцировал конфликт с нашими новыми товарищами.

— Они мне не товарищи! Труслиые ско…

— Тише, тише, Кавим, — перебил я его. — Они все делали правильно, а вот ты меня разочаровал.

К моему удивлению, Владеющий пристыженно замолк, не зная, что ответить.

— Просто пойми, я не даю тех обещаний, которые не могу выполнить…

Глядя на лица сгрудившихся вокруг меня урманов, не рискующих подходить ближе, чем на метр, я видел лишь шок, трепет и непонимание. Им было невдомек, как малолетний Аколит воздуха сумел нагнать вплавь быстроходную дрекку. И, боюсь, их неведение рассеять было выше моих сил.

— Я посплю немного, если никто не возражает, — пробормотал я, в самом деле начиная погружаться в сон. — Здесь лучше, чем под навесом. Вид звезд меня успокаивает…

— Не волнуйся, никто не подойдет к тебе, — тут же пообещал шахирец. — Я прослежу за этим.

— Зря беспокоишься, южанин, — едва различил я уплывающим сознанием чьи-то слова. — Сегодня этот сын Эгира спас нас, и мы ни за что бы не стали тревожить его сон…

Глава 9

Остаток пути до Дикого континента превратился для нас с Кавимом в настоящий круиз. После моего маленького подвига урманы стали относится ко мне подчеркнуто почтительно и уважительно, равно как и к южанину. Меня первое время, конечно, пытались расспрашивать о том, как мне удалось провернуть все это, но неизменно наталкивались лишь на мягкую улыбку и многозначительное: «У каждого Владеющего должны быть свои секреты».

Поэтому весь экипаж «Свейрен Дуган» единогласно начал считать меня сыном подводного царя Эгира, а я не спешил их ни в чем разубеждать. Шахирцу, естественно, я тоже не рассказывал никаких подробностей. Все что я ему поведал, так это то, как я убил имперского воздушника, спрятавшись за ящиками с боеприпасами для баллисты. Так что он даже немного обиделся на меня.

— Я думал, ты мне доверяешь, — уязвленно поджал губы Владеющий, во время нашей беседы. — Я был готов прирезать каждого из этих северных разбойников ради тебя…

— Хватит, Кавим, — отмахнулся я, — мы ведь уже все обсудили. Ты сам-то мне сильно доверяешь?

— Конечно! — Горячо заверил меня мужчина. — Друзья Астала — это и мои друзья тоже! В противном случае, я бы даже не отправился с тобой на этот проклятый материк!

— Но при всем при этом, ты никому не признаешься в том, что ты беглый аристократ из султаната.

Сказав это, я внимательно посмотрел сжавшему до хруста челюсти Владеющему прямо в глаза. Я ожидал вспышки гнева, порции угроз или хотя бы злого совета не лезть ни в свое дело, но Кавим не смог долго выдерживать мой взгляд и опустил голову. Лишнее подтверждение тому, что я был прав на его счет с самой первой нашей встречи.

— Это… совсем другое, Данмар. — Отчего-то виновато отозвался он. — Мое прошлое черно, как пески Уль-бади, и я стыжусь его…

Уль-бади… пустыня, усыпанная угольно-черной пылью, возникшей после древнего извержения вулкана. Витающие там мельчайшие песчинки, поднималась от любого неосторожного движения. А поскольку ветра в тех местах не могли разгуляться из-за низинного расположения, то вулканический песок не истирался и не выдувался. Он был похож на мириады микроскопических кристалликов, которые при попадании в легкие заставляли вскоре харкать кровью. Мне мало доводилось слышать об этом месте, но сами шахирцы считали ту землю проклятой и избегали заходить на нее без крайней на то нужды. Красочное сравнение подобрал мой собеседник, ничего не сказать.

— Люди меняются, — осторожно изрек я, не считая, что Кавим готов откровенничать со мной. — Чтобы жить дальше, тебе придется забыть, кем ты был, но помнить о том, кем ты стал.

— Ты знаешь, твоя болтовня вряд ли сумеет сделать лучше, — грустно помахал головой Владеющий. — Тут ведь дело вовсе не в доверии, а…

Он замолк, не в силах подобрать слов. Ему самому было не понять, в чем именно тут кроется суть. Впервые на моей памяти южанин сбросил с себя маску самодовольного гордеца и надменного спесивца. Сейчас он показал себя настоящего — запутавшегося в себе человека. Человека, который стыдится своего прошлого и который потерял в жизни веру, цель и смысл. Очевидно, что он никогда не нуждался в деньгах, и подался в наемники только лишь для того, чтобы не бездействовать. Чтобы мрачное отчаяние не завладело им целиком. И мне показалось, что сейчас отличный шанс указать новое направление. Обозначить тот путь, которым он может пройти рядом со мной.

— Если уж мы заговорили о доверии, то я тоже хочу тебе кое в чем признаться, — как бы между делом сказал я. — Слышал о смерти главы дома Дивита?

— Конечно, — согласно кивнул он, еще не понимая, к чему я клоню.

— Так вот, это я убил его.

Сначала Владеющий никак не показал, что его впечатлили мои слова. Но с каждой последующей секундой его брови начинали задираться все выше и выше. В конце концов, он тревожно огляделся, желая убедиться, что нас никто не подслушивает, а потом ближе придвинулся ко мне, став чересчур обеспокоенным.

— Исш’антала, халь ант вулад мужун?! — Перешел Владеющий от волнения на родной диалект.

— По-имперски, Кавим. — Невозмутимо попросил я. — Говори по-имперски. Я не знаю твоего языка.

— Ты совсем потерял рассудок?! — Зашипел разъяренной гадюкой воин, моментально переключаясь. — Каким глупцом нужно быть, чтобы рассказывать о подобном?!!

— Доверчивым.

— Что? — Не понял меня собеседник.

— Говорю, нужно быть глупцом, который доверился тебе. — Терпеливо пояснил я. — Теперь в твоих руках не простой секрет, а моя жизнь. Что скажешь на это?

— А… кхм… а Астал знает?

— Да.

— Зря ты мне это сказал, — попытался откреститься Владеющий, словно это могло хоть что-нибудь изменить. — Я не хотел обладать такими тайнами…

— Зато ты теперь не сомневаешься в моем к тебе доверии.

— Да… пожалуй…

Мы немного помолчали, наблюдая за вялой повседневной суетой экипажа. Я грелся под лучами закатного солнца, скинув рубаху, а Кавим напряженно размышлял над услышанным, бросая на меня периодами нечитаемые взгляды.

— Порой мне начинает казаться, что ты новый герой Исхироса, — вымолвил наконец Владеющий. — Тебе еще так мало лет, а за твоими плечами уже столько подвигов. Атерна, Иматирос, Дивита, имперский галеон… И это ты еще даже не доучился в Дивинатории…

— Пойдем со мной, — подтолкнул я шахирца к нужному мне решению, — и за твоими плечами будет не меньше свершений.

Владеющий ничего не ответил, а только лишь уставился немигающим взглядом на огромный диск оранжевого солнца, который неумолимо стремился скрыться за горизонтом. Он вовсе не мечтал о славе или восхвалении собственного имени. Он искал чего-то иного. И когда я нащупаю это его желание, то Кавим так просто от меня уже не отделается…

* * *

Издали Дикий континент выглядел по-настоящему диким. Его буйная растительность каким-то образом умудрялась цепляться даже за отвесные каменные скалы. Зеленью разных оттенков здесь было покрыто абсолютно все, и на фоне этого торжества природы, терялся даже каменный причал, возведенный послушниками Ордена. Только лишь хозяйственные и оборонительные постройки, остававшиеся тут единственным отпечатком цивилизации, хоть как-то выделялись в этой мешанине флоры.

— Да хранит тебя Ворган и духи этого леса, Данмар! — Тепло попрощался со мной Вольх, когда мы уже спускались по сходням на пирс. — Если когда-нибудь будешь в наших краях, то обязательно заглядывай! Мы с парнями всегда тебе будем рады!

Я благодарно кивнул, из вежливости принимая это ни к чему не обязывающее приглашение. Что примечательно, адресовано оно было одному лишь мне. Кавима, судя по всему, видеть в числе гостей северянин не желал. Урманы и в самом деле оказались людьми простыми и бесхитростными. Если им кто-то не нравился, то они открыто об этом говорили, порой сопровождая свои слова увесистым аргументом в виде удара по роже. С другой стороны, они высоко ценили всякое проявление мужества и доблести, не гнушаясь воздать должное даже такому сопляку, каковым я был в их глазах. Иными словами, дружбу этих грубоватых и прямых выходцев с холодного севера, нужно было заслужить. И мне это удалось.

— Будь здоров, сын Эгира!

— Попутного ветра и полного паруса!

— Ясного неба и низкой волны!

Пожелания сыпались нам вслед, как из рога изобилия, и такому красноречию дивились все, кто стал свидетелем нашего с урманами прощания.

— Чего это они такие улыбчивые? — Заинтересованно спросил какой-то рабочий, впряженный в двухколесную телегу, словно какой-то мул. — Никогда не видел северян такими радушными.

— Так подойди и сам спроси, — недружелюбно пресек дальнейшие расспросы Кавим, снова примеряя на себя образ высокомерного и заносчивого гордеца.

Поняв, что внятного ответа не услышит, человек-тяжеловоз раздосадовано сплюнул себе под ноги, поднатужился, увлекая за собой свое странное колёсное приспособление, и побрел дальше, потеряв к нам всякий интерес.

— Идем, — дернул меня Кавим за рукав, — нам нужно вписать свои имена в воинские списки и получить жетон с номером.

— Жетон с номером? — Натурально удивился я, сразу уловив параллель с прогрессивными армиями моего прошлого мира. — Для чего?

— Чтобы наши изуродованные демонами тела по этому номерку могли сопоставить с нашими и именами, — хмуро отозвался Владеющий.

— Матерь Воргана, Кавим! Да ты, оказывается, тот еще оптимист! — Не удержался я от сарказма.

— Тебе это тоже вскоре грозит…

Продираясь сквозь довольно-таки плотную толпу, которую можно было ожидать увидеть в каком-нибудь средней руки торговом городе, но никак ни на проклятом материке, я рассматривал здешнюю неказистую архитектуру. Абсолютно все тут строили с прицелом на простоту и практичность, не имея на всяческие изыски ни времени, ни ресурсов.

— Кавим, а почему здесь из камня сложен только причал, когда все остальное колотят из дерева? — Поинтересовался я у шахирца.

— Потому что порт есть та единственная нить, связывающая это проклятое место с остальным миром. Если его разрушит шторм, то все те тысячи человек, что несут тут свой пост, будут обречены.

— Да ладно тебе, — не поверил я, — сколотить пирсы из дерева не такое уж и долгое дело.

— И все же, рисковать никто не хочет, потому что последствия могут быть непредсказуемы.

— А зачем вообще нужна вся эта служба? — Задал я новый волнующий меня вопрос. — Одержимые твари с этого континента никак не смогут перебраться на другой. Вдобавок, как говорил Цавлит, расстояния для демонов не помеха, и они могут вселиться в любое слабое тело. Да раз уж на то пошло, все эти воины, жрецы и паладины даже не капля в море на этом огромном материке. Их слишком мало, чтобы сдерживать натиск Разлома.

— Я что, похож на храмовника, чтобы знать о таком?! — Раздраженно огрызнулся Кавим, но потом все-таки соизволил поумерить тон. — Может, потому что не хотят прозевать нового нашествия демонов?