Геракл - праотец славян, или Невероятная история русского народа

III

Геракл толком не знал, где находился сад Гесперид, в котором росли райские золотые яблоки. — Обычай иллирийских венетов и восточных славян выдавать замуж девиц на выданье. — Ориентиры на пути к Южному и Северному «руслу рая». — Геродотовы будины, гелоны, невры — праславяне. Геракл силой взял у бога солнца Гелиоса золотой кубок-чашу и переплыл в нем Океан. — Геракл стал «чашником», «каликою перехожим», на пути к «святым местам» — раю в Гиперборее

(1) Во искупление греха детоубийства, Геракл должен был совершить десять подвигов по указанию царя Микен Эврисфея. Он совершил их за восемь лет и один месяц (8). Восьмерка, являясь числом Правосудия, заключала в себе искупительный срок изгнания за убийство. Но Эврисфей отказался зачесть два из десяти подвигов и назначил два дополнительных: принести золотые яблоки от Гесперид и привести пса Кербера из преисподней, из Аида.

Где находились яблоки Гесперид, Геракл толком не знал. Но пошел правильным путем — через Иллирию к реке Эридан в Западном Причерноморье, откуда морем следовало попасть на Кавказ, а затем в северные широты современной России, где находилась Гиперборея под созвездием Большой Медведицы, «в месте, где полюс / Крайним вокруг обведен кратчайшим поясом неба» (Ovid. Met. II, 516–517). Потому что эти яблоки находились не в Ливии, Северо-западном Египте, как утверждали некоторые, а у Атланта, держащего небо там, где обитают гиперборейцы.

(2) Иллирия была к западу от Македонии между рекой Дунаем на севере и Эпиром на юге. А в Эпире, как мы говорили, жителями были кельто-славяне. Что до Иллирии, то там, по Геродоту (Her. I, 196), обитали иллирийские венеты, у которых был обычай, живо напоминающий известный славянский обычай выдавать невест замуж. Их венили — продавали женихам, которые уводили своих водимых, потом платили вено, плату за невесту (Фасмер. I. С. 291). В Повести временных лет: «…и брака у них не бываше, но умыкаху уводы девица» (Шахматов, 1916. С. 13). — «…и браков у них не бывало, но уводили на выданье девиц» (перевод уводы, с ударением на втором слоге, как у воды — ошибочен. — Л. Г.).

(3) В Иллирии Геракл пришел к нимфам спросить, где он найдет сад с яблоками Гесперид. Те направили его к Нерею, который неоднократно менял свой облик во время схватки с Гераклом. Но Геракл связал его и не выпустил до тех пор, пока тот не указал ему путь к яблокам Гесперид. Но путь этот оказался кружной — все-таки, через Ливию.

(4) Ну, в Ливию, так в Ливию! Все равно к этому эпизоду можно подобрать только такие слова: держать небо на своей шее Атлант мог там, где оно «приклоняется к земле» — в райском месте. И чтобы найти это райское место, душа должна быть готова «обойти все концы земли». Но также иметь «телесное здоровье, без которого путь за пределы существования значительно осложнился бы». «В Геннадиевской библии 1499 года созвездия Плеяд-Власожельцев и Проходни-Ориона являются ориентирами на пути к раю: «Творяй Власожельця, и Проходну нарек ту рай южьна ложа» (Иов 9:9; Богдасаров, 2003. С. 34; 58) — «Сотворил Плеяд, и Ориона нарек там Рая Южным руслом» (перевод наш. —Л.Г.).

В Елизаветинской библии: «Творяй Плиады, и Еспера, и Арктура, и сокровища южная» (Иов 9:9). В Синодальной библии: «Сотворил Ас, Кесиль и Хима (созвездия, соответствующие нынешним названиям: Медведицы, Ориона и Плеяд) и тайники юга» (Иов 9:9). «Народные предания считали Девичьи Зори (Пояс Ориона), расположенные по линии Млечного Пути, дорогой в Царствие Небесное» (Багдасаров, 2003. С. 34). Большая и Малая Медведица — созвездия Северного полушария. В России видны круглый год. Плеяды — рассеянное звездное скопление в созвездии Тельца, зодиакального созвездия. В России видны осенью и зимой. Орион — экваториальное созвездие; в Орионе выделяют три близко расположенные звезды второй звездной величины — Пояс Ориона. В России виден осенью и зимой.

(5) Эти созвездия являются ориентирами на пути к «Южному руслу Рая». Но это ориентиры и к Северному «руслу Рая». Гораций, например, в своей «Оде 20. К Меценату» твердо решил, что его душа после смерти в образе лебедя полетит в Рай на север, в Гиперборею.

Взнесусь на крыльях мощных, невиданных, Певец двуликий, в выси эфирные. С землей расставшись, с городами, Недосягаемый для злословья… Уже я чую: тоньше становятся Под грубой кожей скрытые голени — Я белой птицей стал, и перья Руки и плечи мои одели. Летя быстрее сына Дедалова, Я, певчий лебедь, узрю шумящего Босфора брег, заливы Сирта, Гиперборейских полей безбрежность…

Далее Гораций предсказывает, что его сочинения узнает фракийское племя даков, язык которых, по новейшим данным, определен формулой — «дако-славянский» (Трубачев, 2003. С. 459), колхидяне — народы Западного Кавказа, наконец, «гелоны дальние», за ними идут иберы, жители Испании, после — «галлы, которых питает Рона» (река в Галлии). Галлами римляне называли кельтов, жителей современной Франции

Все имена племен соответствуют устойчивым римским названиям «варварских» народов в пределах и за пределами Империи. И только «гелоны дальние» выбиваются из этого ряда. Это имя не может читаться в смысле: скифы. Сопротивляется этому этническая обстановка в степях на север и северо-восток от Черного моря в I в. до н. э., при жизни Горация. В этих местах скифов как таковых уже не было, обитали сарматы. Остатки скифов жили в Крыму, их называли тавро-скифами. У сарматов не зафиксировано племени под именем «гелоны». При таких обстоятельствах нет запрета увидеть в «гелонах» Горация — раннее письменное упоминание о славянах.

(6) Как тут не вспомнить легенду, переданную Геродотом от эллинов Северного Причерноморья о происхождении скифов. Скифская Змеедева родила от Геракла Скифа, Агафирса и Гелона. От первого произошли царские скифы, от второго — агафирсы-фракийцы (Нидерле, 2000. С. 138), от третьего — гелоны, которых надежнее считать будинами-славянами, так как в сообщении Геродота содержатся такие сведения: «Гелоны издревле были эллинами, впрочем, эллины и будинов зовут гелонами, хотя и неправильно» (Her. IV). На самом деле, все тут правильно. Картина греко-гелоно-будинского мира, на основании убедительных выводов исследователей, была такая. У будинов существовал город-крепость Гелон по имени родоначальника гелонов, сына Геракла Гелона. В городе жили три этнические группы горожан: гелоны, будины и греки. Эти три родственные этнические группы по генетической общности религиозных представлений чтили эпонима города Гелона, и ему, как считают, несомненно, было воздвигнуто святилище. Рассматривая выводы специалистов, нетрудно заметить, что эллины среди будинов и гелонов вели себя не совсем обычно, если сравнить их частичное расселение среди других народов: их приезд в Гелон явился результатом единовременного приезда из нескольких городов Северного Причерноморья; другой примечательный факт — «гелонизация эллинов шла весьма интенсивно». Однако при этом коренные эллины не применяли к таким грекам уничижительные определения «полугрек» или «полуварвар». И еще более поразительный факт, если принять во внимание враждебное отношение скифов к эллинский культуре: в Гелоне праздновались Дионисии; полагают, что в них принимали участие не только греки, но и богомольцы из местного населения. Скифы, например, сурово осуждали ольвиополитов именно за культ Диониса. В этом проявилось одно из различий взглядов скифов и будино-гелонов. Тогда кто они были, эти будино-гелоны? Тут «следует вспомнить, — дает нам знать Т.В. Блаватская, — о матери Диониса — Семеле, богине земли, имя которой М.П. Нильссон убедительно сопоставил со славянским наименованием Земли». (Блаватская, 1986. С. 22–23). Далее. Будины благожелательно приняли и расселили на своей территории народ невров, когда у них произошло нечто, вынудившее их покинуть свою землю и поселиться среди будинов. Геродот говорит, что их собственная земля произвела множество змей, но еще больше напало их из пустыни внутри страны (Her. IV, 105). Возможно, это было вторжение иноземцев, которых называли поклонниками змей. Такой факт существовал по отношению, например, к далеким от невров абхазам. Армянский поэт XIII в. Фрик называет алан чтущими солнце, а абхазов — поклонниками змей: «Тот — джууд, иль иначе еврей, // Тот — агарянин, сын степей, // Другой — алан, что солнце чтит, // А тот — абхаз, поклонник змей» (Васильев, 1989. С. 138).

Сейчас самое время дать вывод, к которому пришел Б.Н. Граков в своем сочинении «Скифы»: был образован и существовал большой будино-гелоно-неврский союз (Граков, 1971. С. 163, сл.). В те мудрые, но опасные времена внимательно вслушивались и всматривались в признаки «свой — чужой». Поэтому немаловажное значение для образования союза трех племен имел тот факт, что невров «давно уже в науке рассматривают как одну из частей праславянского мира» (Рыбаков, 1979. С. 189). А куда отнести быстро огелонившихся эллинов и членов союза будинов и гелонов? Они должны занять свое «славянское» место рядом с неврами, а вместе с ними и граждане города-крепости Гелона — эллины, которые могли быть пелазго-славянами в самой Греции, говорившими, по Геродоту, «на варварском языке», но давно ставшие эллинами, и выселившиеся когда-то в Северное Причерноморье. Ведь говорит о чем-то тот факт, что в Гелоне эллины вели общую сакральную жизнь с будинами и гелонами. А будины, по словам Геродота, коренные жители страны, большое и многочисленное племя. Место их жительства было, следуя выводам Л. Нидерле и Б.Н. Гракова, где-то на Десне и в близлежащих к ней районах Подонья (Нидерле, 2000. С. 27; Граков, 1971. С. 14, карта).

(7) Геракл пересек Ливию и прибыл к морю, где силой взял у бога Гелиоса его золотой кубок, в котором он сам ездил со своими конями после заката через Океан в течение всей ночи по направлению к Востоку, где встает солнце. Кубок он заполучил таким образом: изнывая от жары под обжигающими лучами солнца, направил свой лук против бога Гелиоса, собираясь выстрелить. Но Гели-ос приказал Гераклу не делать этого. Он испугался и не выстрелил. Взамен Гелиос дал ему золотой кубок, в котором Геракл переправился на противоположный материк и пришел на Кавказ. Теперь, посредством золотого кубка Гелиоса, связанного с богом солнца, странствующий Геракл стал «каликою перехожим» на пути к «святым местам», к раю в Гиперборее — «чашником», получившим знамение с неба, кубок Гелиоса.

(8) У нас нет желания настаивать на том, что русское «калика» производится от латинского слова caligae «сапог, преимущественно солдатский; военная служба, солдатчина» (Дворецкий, 1976. С. 146), как это делают некоторые. Такая этимология названия странствующего богатыря во смирении, в богоугодных делах, «калики перехожего» (Даль), оказывается ненужной. А если считать источником тюркское слово kalyk «народ, люди» (Фасмер, 1996. II. С. 167), то не иначе, как при условии сложившегося значения в языке, — если эти люди или народ не только странники, посетившие святые места, но и Богом отмеченные, «назнаменованные» люди. «Возлюбил весь Новгород, и игумены и попы, Богом назнаменованного Григория Калику» (Словарь, 1991. С. 194). Это является условием истинности суждения о каликах. Спрашивается, не является ли источником латинское слово calix, calicis «кубок, бокал, чаша» (Vlg.) «Да минует Меня чаша сия» (Дворецкий, 1976. С. 147).

К слову сказать, в XV в. чешские табориты шли в бой под знаменем с изображением «калики» — чаши. Хотя это была чаша причастия, потому что табориты-чашники — демократическая партия гуситов — боролись и за то, чтобы разрешено было желающим причащение «под обоими видами»: под католическим, признающем пресуществление хлеба в Евхарисии, и под «виклефитским», еретическим, толковавшем, что сущность хлеба остается в Евхаристии.

Слава Богу, наши калики в другом, более глубоком смысле, чашники. Подражая Христу, они приобщались к чаше Его земной судьбы. Сказано Христом: «Кто Мне служит, Мне да последует» (Инн., 12:26).

Начали, как сказано в былине, «дородные молодцы», богатыри-калики, «наряжатися ко святому граду Иерусалиму»:

Святой святыне помолитися,

Господню гробу приложитися,

Во Ердань-реке искупатися,

Нетленною ризой утеретися

(Былины. Т.2. 1958. С. 200).

Вариант в другой былине:

Как Господу там Богу помолитися,

Во Ердань там реченьке купатися,

В кипарисном деревце сушитися,

Господнему да гробу приложитися

(Былины. Т. 1. 1958. С. 187).

Иордан: в этой реке принял Крещение Иисус Христос, будучи безгрешным, «собственным примером освятил обряд, который, благодаря Его искупительным заслугам, впоследствии получил значение таинства и сделался не только знаком покаяния и очищения, но и действительным очищением людей от первородного греха», — обряд Крещения воссоздает человека.

«Кипарисное деревце»: кипарис символизирует печаль, скорбь и гроб. Калика, «высушась в кипарисном деревце», воскресает для богоугодных дел.

В былине «Сорок калик» Богом назнаменован атаман калик Косьян Михайлович. Когда во дворце княгини Апраксевны все калики сели за столы по своим местам, «от лица его молодецкого, / Как бы от солнучка от красного / Лучи стоят великие».

(9) У калик перехожих была освященная древнейшей традицией какая-то связь с «чашей жизни». Геракл в золотом кубке Гелиоса переплыл море. Наш Илья Муромец, «во славноем римыскоем царстве, / А во той ли деревне Карочарове» в тридцатилетием возрасте «не имел в ногах хожденьица, а во руках не имел владеньица». Но по совету и настоянию «трех старчиков», он в «чаре полной» или кубке «переплыл» от немощи в ногах и руках к богатырскому здоровью:

А он выпил ли чарушку полную, А спросили его старцы прохожие: «А уже что же ты, Илюша, в себе чувствуешь?» — «А чувствую ли силу великую…» — «А ведь и живи, Илья, да будешь воином! А на земле тебе ведь смерть буде не писана, А во боях тебе ли смерть буде не писана».

Это была «чаша жизни», представление о ней существовало еще в египетском символизме, и она соотносилась с сердцем как центром жизни. «Иероглиф, обозначающий сердце, имел форму сосуда» (Славгородская, 2005. С. 49).

Образ чаши богатыри-калики воспроизводят в былине «Сорок калик» дважды, «становясь во единый круг». Первый раз, когда под Киевом они увидели «великого князя Владимира… Ездит он за охотою, стреляет» перелетную дичь, гоняет лисиц и зайцев. А чтобы обратить на себя внимание князя, калики:

Становилися во единый круг… Скричат калики зычным голосом. Дрогнет матушка сыра земля. С дерев вершины попадали, Под князем конь окарачился, А богатыри с коней попадали…

Второй раз:

Среди двора княженецкого… Становилися во единый круг… Скричат калики зычным голосом. С теремов верхи повалялися, А с горниц охлупья попадали, В погребах питься сколыбалися… Прошают святую милостыню У молоды княгини Апраксевны.

(10) Геракл в золотом кубке бога Гелиоса переправился на противоположный материк. А когда он прибыл в Скифию, то в память, вероятно, об этом кубке, «на конце застежки его пояса висела золотая чаша». Этот пояс, вместе с одним из своих луков, он передал Змеедеве, у которой родились трое сыновей от него — Агафирс, Гелон и Скиф, и сказал: «Кто из них сможет вот так натянуть мой лук и опоясаться этим поясом, как я тебе указываю, того оставь жить здесь. Того же, кто не выполнит моих указаний, отошли на чужбину». «Двое сыновей — Агафирс и Гелон не могли справиться с задачей, и мать изгнала их из страны. Младшему же, Скифу, удалось выполнит задачу, и он остался в стране. От этого Скифа, сына Геракла, произошли все скифские цари. И в память о той золотой чаше еще и до сего дня скифы носят чаши на поясе» (Her. IV, 9, 10). И пили, и довольно пили скифы из своих чаш или кубков на поясе. Это чаша являлась в то же время инструментом жертвоприношения скифских жрецов. Издревле чаша имеет вид удлиненный, кверху расширяющийся. Греческое название чаши — потир, употребляется в Евхаристии по примеру Иисуса Христа и апостолов. В итоге «чаша жизни» связана с солнцем: (Бог) «в солнце положи селение свое»; «Господь Бог есть солнце и щит» (Пс. 18:5; 83:12), — и с сердцем Иисуса Христа.

(11) Теперь, чтобы избавиться от намека на Грааль и рыцарей, скажу, что «рыцарь»— это внешнее слово, имеющее автоматическую настройку на крестоносцев, или еще более внешнее, за пределами христианства — на Братство Грааля. В русской духовной культуре существовало не это дальнее поле рыцарей Круглого стола, а параллельное этому потоку, ближнее поле — Братство богатырей Китежа до его погружения, «община народных героев, как, например, киевская дружина при дворе князя Владимира, но, конечно, в более глубоком смысле» (Славгородскст, 2005. С. 219. Ссылка на Мельникова-Печерского). В этом «более глубоком смысле» существовало Братство «калик перехожих», «странствующих, нищенствующих богатырей, делающих богоугодные дела» (Даль).

У последних, рассуждая по былине «Сорок калик», была связь с ветхозаветным сакральным предметом, серебряной чашей Иосифа, правителя Египта, второго человека в государстве после фараона. Чаша была связана с духовной и социальной властью: Иосиф пил из нее и гадал на ней (Быт. 44:5). В былине: «Чарочка серебряна, / Которой чарочкой князь на приезде пьет». Библейский эпизод, когда неузнанный своими братьями, продавшими его в рабство в Египет, Иосиф, с целью вернуть младшего брата Вениамина, велел подложить чашу в его мешок с зерном (когда тот с другими братьями во время голода пришел в Египет купить зерна), а посланный гонец обнаружил чашу в его мешке, был хорошо известен на Руси. В былине он воспроизведен в связи с взаимоотношениями княгини Апраксевны и «большего атамана» Касьяна Михайловича. Княгиня влюбилась в атамана и, надеясь вернуть его с пути в Иерусалим во дворец, велела подложить в его «суму рыта бархата» — пушистого, узорчатого — чашу князя. Посланный княгиней обнаружил чашу, и Касьян Михайлович потерпел напрасное наказание: товарищи «закопали атамана по плеча во сыру землю» и оставили одного «во чистом поле», я бы сказал, как в чаше. Через полгода на обратном пути из Иерусалима калики обнаружили атамана в «чаше» целого и невредимого. И Касьян Михайлович: «Выскакивал из сырой земли, / Как ясен сокол из тепла гнезда». — А княгиня понесла заслуженное наказание — «слегла… в великое во огноище». Потом Касьян исцелил ее: «А и дунул духом святым своим / На младу княгиню Апраксевну; / Не стало у ней того духу пропасти».

(12) В религиозной памяти Братства богатырей могла быть и «чаша жизни» Соломона — потир из драгоценных камней, который видел Константин Философ в Софии Царьградской, видел и кто-нибудь из членов Братства богатырей. В былине «Илья Муромец и Идолище в Царе-граде» в этом городе действует против Идолища и его «поганых татарев» сначала «калика перехожая» «сильное могуче-то Иванище», «клюша-то у него ведь сорок пуд», но против самого Идолища он не решился выступить. В дело вступил Илья, переодевшись в одежды Иванища «каликой перехожей». Он схватил за ноги Идолище и перебил им всех захватчиков Царьграда.

Предназначение этой чаши было такое же, как и чаши Иосифа. На первой грани было написано по-самаритянски: «Чаша моя, чаша моя, прорицаи, дондеже звезда. В пиво боуди, господи, пръвеньцоу, бдящоу нощию». — «Чаша моя, чаша моя, пророчь, пока звезды. Для питья будь, Господи, первенцу, бдящему ночью.» — На второй грани надпись по-еврейски: «На въкоушение Господне сътворена древа иного. Пии и оупиися веселиемъ, възъпии аллило-уа». — «На вкушение Господне сотворена древа иного — Креста. Пей и упейся весельем и возопи — аллилуя.» — На третьей грани по-гречески: «Се князь, и оузрить весь сънемъ славоу его, и Давыдъ царь посреде ихъ». — «Вот князь, и увидит все скопище славу Его, и Давыд царь посреди их — Сам Господь Царь посреди их плотью распялся.» После этого число написано 909. Константин Философ рассчитал и получил: после двадцатилетнего царства Соломона до Царства Христова — 909 лет. И это есть пророчество о Христе (Лавров, 1930. С. 26; С. XLVI).

ГЛАВА ВТОРАЯ

I

Геракл в Гиперборее. — Сад Гесперид. — Сад в Едеме в книге Бытия. — Какие плоды росли на Разумном древе, Древе познания добра и зла, и какие на Древе жизни

(1) Когда Геракл пришел к гиперборейцам, где находился Атлант, то сам не пошел за яблоками, а взяв на свою голову небесный свод, послал за ними Атланта. Золотые яблоки находились в саду речных существ, четырех нимф Гесперид, по числу рек, омывающих рай. Эти яблоки охранял бессмертный дракон, выродок кровосмесительной связи демонов — Тифона, сына Тартара, и Ехидны, дочери Тартара. У него было сто голов: он способен был издавать самые разнообразные голоса. Вместе с ним охраняли яблоки речные девы Геспериды — Айгла, Эритея, Гестия, Аретуса.

Отсылка. Книга Бытия. (2:8 —10; 18, 22, 23. Пер. митрополита Филарета).

(2) «И насадил Иегова Бог сад в Едеме на востоке; и поставил там человека, которого создал. И произрастил Иегова Бог из земли всякое дерево приятное видом и хорошее в пищу, и древо жизни посреди сада, и древо познания добра и зла. Из Едема выходит река, и орошает сад; потом разделяется на четыре потока…. И взял Иегова Бог человека, и поставил его в саду Едемском, чтобы он возделывал его, и хранил его.

И заповедал Иегова Бог человеку, говоря: ешь плоды всякого дерева в сем саду; а плодов древа познания добра и зла не ешь; ибо в день, в который ты вкусишь их, смертию умрешь (отчужден от жизни Божией. — Филарет).

И сказал Иегова Бог: не хорошо быть человеку одному; сделаю ему помощника подобного ему… И создал Иегова Бог из ребра, взятого у человека жену, и привел ее к человеку. Тогда человек сказал:… она будет называться женою: ибо она взята из мужа» (Филарет, 1835. С. 62, 69, 73, 74).

(3) Таким образом, Адам и его помощник, подобный ему, Ева, оба вместе возделывали сад и хранили его. От кого? Филарет разумеет, что «от собственного невоздержания и предусмотренного Всеведущим искусителя» (змея. — Л. Г.) (Филарет, 1835. С. 69). По всему видно, что «хитрейшему из всех зверей в поле, которых Иегова Бог создал», змею с рыжей бородой и ходящему на ногах — таким он предстал на египетских фресках, «льву земляному», живущему в норе — так в вавилонской поэме о Гильгамеше «О все видавшем», а согласно китайской мифологии, драконы могли принимать человеческое обличье, «взор их был мудр и вместе с тем весел», то есть созданному до человека — «Си есть начало создания Господня» (Иов, 40:14–15), — змею бородатому и рыжему, с мудрым и веселым взором, находиться рядом с первыми людьми в Раю было самое оно! Только после того, как Иегова Бог проклял змея за то, что он сделал, он обезножил и стал «ходить на чреве своем» и есть прах во все дни жизни его.

(4) Встает вопрос: не охранял ли змей этот сад вместе с первыми людьми? Тогда опять — от кого? И в рассказе Геракла о саде Гесперид сказано, что «эти яблоки охранял бессмертный дракон… Вместе с ним охраняли яблоки девы Геспериды…» (Apoll. II, 5, 11). Но от кого? — Атлант пришел в сад, срезал три яблока и принес их Гераклу. В наличии у науки хороший, но мало что объясняющий ответ: «В архаических космогонических мифах Евразии и Америки змея осуществляет разъединение и соединение неба и земли… В Древнем Египте изображение змеи прикреплялось ко лбу фараона как знак его царствования на небе и на земле» (МНМ. /. С. 469). И все. Тем не менее, говорить о связи сюжетов сада Адама и Евы и сада Гесперид не приходится. Несмотря даже на совпадение «образа» змея в античном изобразительном искусстве и искусстве Нового времени в соответствующих изображениях. Например, на росписи апулийской[10] вазы IV в. до н. э. дракон-охранник в виде большой змеи, наподобие змея в сюжетах грехопадения, обвил дерево с плодами (МНМ. /. С. 299).

Дело в том, что Геракл действует в «историческом» времени, а сад Гесперид находится в «правремени», предшествующем «историческому» времени. «Правремя», или мифическое прошлое, остается «прошлым», «магическая эманация которого доходит до живых носителей мифа через ритуалы и сны» (Мелетинский Е.М. Время мифическое. МНМ. I. С. 252).

Другое дело библейский Рай, события в котором представляются первопричиной последующих действительных исторических событий. Рай на севере — это центр мира, там произошел акт творения. «Там мир неподвижен, неподвержен времени» (Ю. Соловьев). Змей, держатель времени — созвездие Дракона — свивает свои кольца вокруг Полюса. Родство змея, держателя времени, с богом времени Айоном усматривается на рельефе из мрамора, находящегося в музее в Модене. Орфическое божество Фанес родилось из яйца. Змея, обвивающаяся вокруг его тела — это распространенный атрибут бога времени Айона. Фанес изображен в виде обнаженного юноши со змеистыми локонами и нависшими бровями, ступни ног — раздвоенные копыта. Фанес, на самом деле, в определенной степени отождествлялся с Айоном (Вандер-Варден, 1991. Илл. 26).

События происходят во времени. Этот змей убедил Еву совершить запрещенный в Раю поступок, и сказал, что «в день, в который вы вкусите плода разумного древа (Свирелин, 2003. С. 159), отверзнутся очи ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло». Жене показалось (внимание! Еве только показалось), что это дерево хорошо в пищу, и что оно приятно для глаз, и вожделенно для того, что дает знание; и она взяла плод его, и ела; также дала и мужу своему, и он ел. Тогда у них обоих отверзлись очи, и они увидели («разумеша» — узнали), что наги…» (Филарет, 1835. С. 94).

Историческое время вышло из змея или пришло через змея. И он был проклят Богом. Адам и Ева дали ход историческому времени и были изгнаны Богом из Рая во «тьму века сего», под «начала» и «власти» «мироправите-лей тьмы века сего», туда, где «козни дьявольские», козни «тех, которые принадлежат середине», «находящейся между высотой вооруженной полноты исполнений Бога и этим миром». «Середина» является обиталищем «начал», «властей» и прочих демонических сил (Хосроев, 1997. С. 315; 327, примечание № 637; 328, примечание № 638; 316; 330, примечание № 650), против которых апостол Павел призывает вести борьбу. «Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских; потому что наша брань не против крови и плоти, но против начал, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Ефес. 6:11–12). Оказалось, что ответ на вопрос: «От кого хранили сад Адам и Ева?» — принадлежит в общем и целом митрополиту Московскому Филарету: «От собственного невоздержания и предусмотренного Всеведущим искусителя» (змея. — Л. Г.).

«Был ли у Бога выбор, когда он творил Вселенную?» (А.Эйнштейн). Теперь снова знают, что был. Большая часть Вселенной совершенно не пригодна для жизни. Творение нашей Вселенной закончилось привилегированным положением человека, было допущено появление мыслящих наблюдателей— так выговаривается антропный принцип современных физиков, волей-неволей попадающих в «объятия Бога». Антропный принцип стреляет до сего дня, и пока счет в его пользу. Не удается уклониться от расстрела даже ярым противникам антропного принципа.

(5) Разумное древо давало плоды с какими-то реальными свойствами, от которых Адам и Ева вскоре пришли в разум, у них «отверзлись очи», и они узнали, что они обнаженные мужчина и женщина, и совершили логичные в этих обстоятельствах действия: «Сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания». При этом они «услышали глас Иеговы Бога, ходящего в саду во время прохлады дня», и скрылись от лица Его «между деревьями сада». Спрашивается, в каком же состоянии они были до того, как прийти в разум? Видно по всему, что они находились в настроении, когда их любовь наиболее восхищалась в духе Богом и друг другом, и поддерживали это настроение плодами Древа жизни.

(6) Древо жизни давало плоды с идеальными свойствами вечного жизнеобеспечения. Поэтому после грехопадения сказал Иегова Бог: «Теперь, чтобы не простер Адам руки своей, и не взял плода с древа жизни и не вкусил его, и не стал жить во век. И выслал его Иегова Бог из сада Едемского возделывать землю, из которой он взят». — Можно думать, что из этого плода получался нектар, напиток греческих богов, помимо законного Бога этих богов, дарующий им бессмертие и вечную юность.

Наше мнение, что именно виноград связан с символикой Древа жизни, виноград— это древо «жизненной силы и жизнерадостности», «символ солнечного духа — вдохновителя божественного энтузиазма». «Изображение лозы и ее ветвей указывает на Христа и Церковь: «Аз есмь лоза, вы же рождие». Виноград — «символ рая, земли, обетованной тем, кто причащается Телу и Крови Христовой» (Шейнина, 2002. С. 139).

«Древо животное, мысленный истинный виноград, на Кресте висит, всем источая нетление»

(Воскресный Октоих).

«Таин еси, Богородице, рай, невозделанно возрастивший Христа, имже Крестное живоносное на земли насадися древо. Тем ныне возносиму, поклоняющеся ему, Тя величаем»

(Канон Креста. Песнь 9. Ирмос).

Надпись на одной из граней Соломоновой чаши: «На вкушение Господне сотворена древа иного (райского Древа жизни — Креста, на котором был распят Христос). Пии и упиися веселием, и возопии аллилуя» (Лавров, 1930. С. 26).

(7) А что представляли собой на вид плоды Разумного древа? Моисей в Книге бытия не называет плоды ни Древа жизни, ни Древа познания добра и зла, сказано только — плоды. Геракл в рассказе о саде Гесперид в Гиперборее плоды дерева называет золотыми яблоками. В русских преданиях — это золотые райские или молодильные яблоки.

Наше мнение, что это плоды цвета желтого золота — плоды лимонного дерева. «Citrus medica, лимон лекарственный, врачебный, целебный, исцеляющий. Цвет, светло, но ярко-желтый. Лимонить, слимонить, таскать тайком, брать воровски, красть. Лимониться, ломаться, важничать» (Даль. II. С. 252). Здесь что ни слово, то не в бровь, а в глаз. Каждого из них достаточно, чтобы «отверзлись очи» и мы «пришли в разум» и узнали, что плоды с Древа познания добра и зла или Разумного древа — это лимоны. В народной медицине лимоны применяются в качестве отрезвляющего средства для исцеления от похмелья. После употребления лимона или лимонного сока человек начинает узнавать все в реальном виде. В той же медицине лимоны применяются как молодильное средство: напиток из 24 лимонов и 0,4 кг чеснока считается эликсиром молодости. С этой же целью делаются маски из лимона и сметаны. А чего стоят слова слимонить или лимониться! Ведь на самом деле, плоды с Разумного древа первые люди украли, слимонили в нарушение завета Господа Бога: не ешьте с этого дерева, смертью умрете! — Подразумевалась духовная смерть. А когда слушали и приняли слова змея, разве не важничали, не лимонились, что будут знать добро и зло наравне с Богом?

При всем этом современные авторы отстаивают права граната на звание плода с Древа познания добра и зла, обосновывая свое мнение символическим значением граната, фигурировавшего у народов Европы под названием «яблоко». Гранат— «символ Ковчега Потопа, содержал в себе семена новой человеческой расы. Божественный символ, именуемый «запретным секретом». Символ совершенства и эмблема Божественного дара. Плод, которым в раю была соблазнена Ева. Плод граната — древневосточная эмблема бога Солнца и эмблема жизни. В европейской геральдике гранат всегда изображался золотым» (Шейнина, 2002. С. 140, 151). Но у плодов граната неизвестны такие исцеляющие свойства, которые дают человеку возможность видеть все как есть. И никто не говорит вместо «украсть» сгранатить, говорят слимонить. И еще сказано: символическое значение цветов лимона— это благоразумие и осторожность (Шейнина, 2002. С. 159). Это как раз то, к чему и призывал Господь Бог первых людей по отношению к Разумному древу.

Опять же: символическое значение цветов граната — глупость (Шейнина, 2002. С. 159). Но ежели вещи звать своими именем, — то это не вся правда о гранате; наоборот, у древних греков гранатовое яблоко служило символом брачных отношений (Apoll. I, 5, 3; Борухович, 1993. С. 131, примечание № 9). Можно уточнить: не только супружеских половых, а и брачных обязанностей, как бы в силу брачного договора. Что не имело отношения к первым людям, взаимоотношения которых установил Бог до грехопадения. «Не хорошо человеку быть одному. Жена помощница мужу. Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:28; 2:18). Скорее у греков гранат был эмблемой жизни и символом нарождающихся новых поколений. Чтобы подтвердить эти слова, приведем пример из Овидия. Бог подземного царства Плутон, с согласия Зевса (Юпитера), похитил дочь Деметры (Цереры) Персефону (Прозерпину) и взял ее в жены. Мать с трудом нашла ее и умолила Зевса принудить Плутона вернуть «в эфир» Персефону. Тот согласился, но сказал Деметре: «Если так их жаждешь развесть, чтоб там никогда не вкушала пищи» (Персефона). Одним словом, чтобы держала строгий пост в Аиде: «так предусмотрено в вечных законах», —

Молвил. И вывесть на свет Прозерпину решила Церера. Но воспрепятствовал рок. Нечаянно пост разрешила Дева: она, в простоте, по подземным бродя вертоградам, С ветки кривой сорвала одно из гранатовых яблок И из подсохшей коры семь вынула зерен и в губы Выжала…

Очи у нее не отверзлись ни на что. Единственное, что она узнала потом — это то, что на нее донесли куда следует. И Зевс определил ей такой жизненный цикл:

Круг годовой разделил на две половины Юпитер.

Ныне — равно двух царств божество — проводит богиня

Месяцев столько ж в году при матери, сколько при муже

(Ovid. Met. 530–567).

Чтобы не упустить из виду ничего, отметим значимое в эзотерическом символизме число 7. Семь зерен граната. По отношению к Прозерпине вот емкая характеристика этого числа: «Семь символизирует совершенный порядок, полный период или цикл». И еще, среди ключевых слов к семерке находятся: «случай», «управление», «правительство» (Ключников, 1996. С. 68–71).

II

Диалог о севере, юге и времени Атланта и Геракла. — Судьба золотых яблок, принесенных в Микены Гераклом. — Почему Афина вернула их обратно. — Какие плоды росли на Древе жизни олимпийцев

Атлант срезал в Гиперборейском раю три яблока. А когда он пришел к Гераклу, то не захотел принять обратно на свои плечи небесный свод, и сказал, что он сам хочет отнести яблоки Эврисфею, и попросил Геракла подержать небесный свод вместо него. И еще Атлант сказал:

— Ты видишь теперь, что на небе постоянно запечатлено то, что на земле было, есть и будет. Все есть. Только времени нет. И ты не узнаешь, долго ли, коротко ли я буду идти в Микены и обратно.

— Но, видя бессмертных, я не могу сейчас быть в сонме бессмертных и стать богом. Поэтому время будет для меня пространством, которое нужно тебе преодолеть в Микены и обратно. И я не вижу, чтобы ты вернулся.

— Время подражает вечности и бежит по кругу согласно закону числа. Как только я двинусь в Микены, ты увидишь мое возвращение.

— Клянусь плодоносной Землей и великим Небом, время не побежит само по кругу, как будто оно число движения по отношению к предыдущему и последующему Печать беспокойной, деятельно-суетной нашей смертной природы лежит на времени. Я должен стоять в постоянном напряжении своей души и ожиданием переводить свое будущее — твое возвращение — сначала в совершившееся, предмет моего внимания, затем это будущее и совершившееся перейдет в предмет моей памяти — в прошедшее. Тогда будущее истощится совершенно и обратится всецело в прошедшее, и я с этими яблоками пойду своей дорогой.

— О, иэ, Геракл! Допускает ли такая природа времени обратимое время? Можно ли прошедшее, ставшее предметом памяти, постоянным напряжением души перевести в свое будущее? Рассматривая не перемещение тел в пространстве, а измеряя оставшийся образ лучших времен в душе, сохраняющийся в памяти, чтобы элементы прошлого снова были переведены в план жизни? Кажется, что время, на котором лежит печать беспокойной, деятельносуетной природы человека, позволяет такой ход событий?

— То, что предшествует, есть ключ. Поэтому формула времени, которую ты услышал, и для обратимого времени действительна. Предмет нашего ожидания — будущее-прошедшее— делаясь предметом нашего внимания — совершившимся — переходит в предмет нашей памяти — прошедшее-будущее. Ведь время заполнено событиями, как пространство заполнено материей и энергией. Но если будущее еще-не, а прошлое уже-не, то на этот счет есть мнение: всего убедительнее дает о себе знать широта размаха присутствия тогда, когда мы замечаем, что и отсутствие тоже и именно отсутствие остается обусловлено присутствием. Временами взвинченным до жути.

— Так это так и есть? Это правда?

— Сказывают люди. Человек захвачен тем, что есть, и в то же время, из-за этой захваченности, сам по-своему присутствует при всем при- и от-сутствующем..

— О, иэ, Геракл! Оставайся здесь, захваченный моим отсутствием как присутствием. Ты скоро увидишь на небе молодой золотистый месяц над западным горизонтом, и как ни смотри — это настоящая ладья с приподнятым носом. А прямо над ним, снижаясь с юго-востока к северо-западу, в темной толще вороненого неба движется с размахом Северный Крест — Лебедь. Тогда как на поверхности южного неба сверкают чеканы созвездия Пегаса (Взгляд с балкона 11.02.2008 г., с 21 до 22 час. 15 мин., г. Истра).

— Да, здесь, в далекой Борее, Просторное великое небо С матерыми облаками. Во мне обдумывает, бело — Голубое, куда головами Склониться дорийцам, друзьям по мысли. В Элладу проникли Торгующие ионийцы, Judentum с востока. О, озолоченный север блага, Положительная полярность, Темнохвойная тайга, Набитые кверху дороги, Растения холодолюбы И освященные маслины для юга!

— Твоя правда. Но еще ты узнаешь о существовании некогда здесь гиперборейского союза «Полярная звезда», мужской корпорации, священного штаба арийского союза — небесной схемы божественной славы. Но основали его девственницы, дочери Адама, когда извратилась церковь патриарха Адама по причине умножения и смешения рас на видимом лице духовной земли (С подачи Сент-Ива, 2004: Бытие. VI: 1, 2, 4 по: Берешит — Начало. VI: 1, 2, 4. С. 24; 380, примечание № 18). Отсюда вышел и достиг Афин, Пелопоннеса и Палестины славяно-пелазгийский союз исполинов, «сильных, издревле славных людей» (Быт. VI:4).

— Мне вот что пришло на ум: на Солнопеке[11] юга я испытал свойство Южного полюса, а здесь, в Борее, свойство Северного. Так я узнал, что Северный — это положительный полюс, из него выходят силовые линии. А Южный полюс — отрицательный, там силовые линии входят в тело. Поэтому производительные и творческие свойства — у белых северных людей. Они вдобавок еще жертвенные люди— создают и отдают, обогащая других. Южные — все втягивают, ничего не протягивая. И каждая земля имеет свой, со своей Ойкуменой, Северный полюс, имеет она и свой, со своей Окрайной, Южный полюс, где то и дело происходит смешение несовместимых рас. И перемещаясь в область северных людей, эти полуварвары разрушают социальную обстановку севера, делают общество преступным и создают неразбериху. Они меняют особое состояние северного пространства-времени и увеличивают неравенство правизны и левизны в пользу левизны — злые мечтатели наживы. Исступленное противодействие здравым вопросам и словам. Но это исступление не Божий дар, а противление полноценному толку северных людей. Каждое живое от живого. Отрицательное вызывается такой же отрицательной причиной. Каждое неполноценное от неполноценного, каждый вредитель народа от вредителя народа. Считай, что я говорю о предметах, которые испытал сам: освободитель земли от чудовищ — это я знаю по себе!

— Возможно, так оно и есть, но я не услышал: согласен ли ты держать небесный свод, пока я сам отнесу яблоки Эврисфею?

— Мне кажется, Атлант, нельзя так просто держать небесный свод, — вспомнил Геракл совет Прометея, — потому что он такой тяжелый и так давит мне на голову, что я буду измерять время не в единицах пространства-времени, а в единицах массы — тяжесть огромная. Мне нужно сделать подушку на голову.

Выслушав это, Атлант положил яблоки на землю и принял на свои плечи небесный свод. Так Гераклу удалось взять яблоки и уйти.

(2) Очень интересный конечный результат получился с этими яблоками, создавшими особое пространство религиозных обществ, связанных с культом Геракла, в «полночных странах» русского Северного Причерноморья.

«Принеся яблоки в Микены, — излагает дело Аполлодор, — Геракл отдал их Эврисфею, а тот, в свою очередь, подарил их Гераклу. Взяв эти яблоки от Геракла, Афина вновь унесла их обратно: было бы нечестием, если бы эти яблоки находились в другом месте».

Как вам покажется этот закон и обычай, когда считалось грехом и преступлением держать плоды, принесенные Гераклом, в другом месте, в том числе, выходит, и на Олимпе? Будь это гранатовые яблоки, как символ брачных отношений, то что в этом было нечестивого? Олимпийцы не избегали брачных отношений, наоборот, они были укоренены у них. Тогда какие плоды на Олимпе считались жизненно важными? Ответ сам по себе, конечно, интересный, но особенно интересен для нашей темы: какого вида плоды росли в Раю на Древе жизни и на Древе познания добра и зла? В то время как ответ на вопрос: «Какие плоды росли на Древе жизни олимпийцев?» — становится ясным из сюжетов аттической вазописи VI–V вв. до н. э., на которой представлена иконография сравнительно редкого образа Геракла, пирующего на Олимпе.

На чернофигурной стороне вазы Андокида VI в. до н. э. Геракл показан возлежащим на ложе в окружении Гермеса и Афины, препроводившей его на Олимп. На вазе V в. до н. э. изображена сцена симпозия Геракла и Диониса. Это сцены так называемого апофеоза Геракла, его пира на Олимпе. В его руке чаша с напитком. Как известно, олимпийцы пили нектар, дарующий бессмертие и вечную юность. Выше я высказал мысль, что нектар получался из сока винограда. Сейчас это подтверждается аттической вазописью: «В перечисленных сюжетах имеется изображение лука (Геракла) с колчаном, свисающих с виноградной лозы над ложем нового божества» (Геракла) (Савостина, 1983. С. 50, рис. 4; С. 51, рис. 5; выделено мной. — Л.Г.).

Значит, на Древе жизни олимпийцев рос виноград. Теперь нам становится ясным из того, что Афина, взяв яблоки от Геракла, вновь унесла их обратно, что это были плоды Разумного древа. Но это не плоды гранатового дерева. Потому что плоды Древа жизни давали бессмертие и вечную юность, олимпийцы ели и пили полученный из них нектар, а вот плоды Разумного древа, плоды лимонного дерева, они есть не хотели. Зачем такое нечестие: съесть, прийти в себя и увидеть, кто они есть — подобие земных людей? Грехопадения античное вдохновение не увидело в бытие, и это несмотря на весь трагизм греческой мифологии; ослушание, в лице Прометея, было, но покаяния не было.

(3) В аттической вазописи, изображающей варваров, в прикладном искусстве в скифо-сакском мире, памятниках Боспора, имеющих сакральный характер, магический лук Геракла имел определенную согласованность с верхним миром, с кроной дерева, когда он изображался свисающим с дерева, скрепляя, таким образом, сакральную связь между луком и деревом. Причем исследователи подчеркивают, что в Северном Причерноморье эта изобразительная традиция была связана именно с луком Геракла (Савостина, 1983. С. 55). Это позволяет, на наш взгляд, высказать мнение о том, что связь Геракла с верхним миром через его лук-знак и верхнюю крону дерева в представлении членов религиозного общества Геракла могла быть опосредована не только мировым деревом, через образ которого выражалось представление о трехчастном строении мира, и не только тем, что Геракл находится в «верхнем мире, в обители богов», но и одиннадцатым подвигом Геракла, когда он побывал в раю, где небо «приклоняется к земле», в саду Гесперид, где он добыл три золотых яблока с райского дерева.

Аттическая вазопись на чернофигурном блюде VI в. до н. э. донесла до нас некий ритуал, связанный с деревом и луком у варваров. Два скифских (?) воина под деревом целятся из луков навстречу друг другу, но стрелы их направлены вниз и наперекрест. Под деревом две лани, но воины стреляют не в них. На дереве изображены плоды. В нижнем поясе росписи показан танец под аккомпанемент флейты (Савостина, 1983. С. 53; рис. 9; см. еще рис. 8). В культуре сармат, обитателей Северного Причерноморья, встречается сюжет на тему одиннадцатого подвига Геракла — фигура идущего мужчины, держащего в руках три яблока.

III

Збручское святилище и обелиск «Збручский идол». — Отождествление вырезанных на нем божеств. — Русская клятва «оружием своим» в договорах Руси с греками. — Содержание этой клятвы. — Еще одна русская клятва в этих договорах — «стать золотыми, как золото это». — Реальное содержание клятвы

(1) Теперь, после того, как говорилось о многом — и о Геракле, и об ином — должен последовать вывод о том, что тема «Геракл у гиперборейцев» была близка древним славянам и что в изобразительном искусстве сакрального характера у них сохранился образ богатыря-бога.

В 5 км от села Городница Гусятинского района в Тернопольской области, между рекой Збруч и впадающей в нее рекой Гнилая, среди холмистой возвышенности Медоборы, покрытой лесом, на самом высоком холме высотой 428 м над уровнем моря, называемом горой Богит, во времена расцвета Скифии, в период раннежелезного века, во второй половине I тысячелетия до н. э., было сооружено святилище, окруженное валами из камней. А на рубеже IX–X вв. это городище было приспособлено под языческое святилище восточными славянами. Был сооружен «довольно сложный в плане» пьедестал для идола, который стоял в центральной яме. Этим идолом являлся «найденный в 1848 г. в русле реки Збруч недалеко от г. Гусятина каменный обелиск с четырехликой головой, покрытой высокой круглой шапкой, и с изображениями, вырезанными на его четырех боковых гранях, который получил в литературе наименование Збручский идол (по-славянски кап, отсюда капище. — Л. Г.)… В северной части сооружения, между углублениями и среди каменной вымостки, оставлен проход к центру круга шириной 1 м. Вход вел к центральной столбовой яме… В углублениях 4 и 8, расположенных в северной и южной частях сооружения, обнаружены погребения мужчин в возрасте около 60 лет. Кроме того, в углублении 8 (в северной части сооружения. — Л. Г.), на расстоянии 40 см от погребения взрослого человека, среди камней лежали кости ребенка в возрасте около 2 лет. Второе такое же детское погребение обнаружено среди камней углубления 6» (в восточной части сооружения. — Л. Г.) (Русанова, Тимощук, 1986. С. 90–92; 96).

(2) С точки зрения ориентации по сторонам света чрезвычайно важны погребения мужчин в северной и южной частях сооружения, детское погребение в северной части и сам вход с севера к центру круга, к его центральной столбовой яме, где стоял идол. Безусловно, эти обстоятельства выявляют значимое для святилища сакральное направление — с севера на юг. Оно «лежит» так, как это делают олени или коровы на пастбище, которые всегда ложатся, располагаясь в точном соответствии с магнитным полем Земли, головой на север.

А все видавший Геродот дал положительную характеристику северу. Он сказал: «Север возвышается над югом; поэтому все реки в Скифии текут с севера на юг. На севере есть очень много золота, его стерегут грифы». Но этот «продукт» доставляют и в другие земли, потому что, согласно сказанию, «одноглазые люди — аримаспы», похищают его у грифов. И, как ему кажется, эти окраины ойкумены, окружающие остальные земли, обладают продуктами, которые (в южных землях) считаются весьма ценными и редкими. На севере живут исседоны, за исседонами обитают аримаспы, за аримаспами — стерегущие золото грифы, а еще выше за ними, на границе с морем — гипербореи. «Это добрые и счастливые люди, которые ни с кем не воюют. Из Гипербореи прибыли весьма почитаемые греками божества — Аполлон и Артемида. В первый раз жертвенные дары этим божествам принесли на Делос из Гипербореи две девушки, Гипероха и Лаодика. Они скончались на Делосе. У их могилы стоит маслина» (Her. Ill, 116; IV, 13, 27, 33–35).

Интересно для темы севера, что дикую маслину (ее культурный вид — это оливковое дерево) принес в Грецию из Гипербореи Геракл. Из маслины-оливы по обычаю сплетали венок, служивший наградой победителю на Олимпийских играх (Apoll. 11, 5, 11; Борухович, 1993. С. 153, примечание № 53).