Помоги проекту - поделись книгой:
Тут, в общем, и дураку должно быть ясно: принцип ссудного процента рано или поздно приведет к кризису мировой экономики. Ведь если производитель товаров вынужден кредит в 100 рублей, а отдавать — 110 рэ, то ему необходимо все время производить все больше и больше товаров, чтобы отдать долг. А для этого — искать все новые и новые рынки сбыта, двигаясь иногда за моря, за тридевять земель. А теперь представим себе, что таких производителей — миллионы. Вся модель капитализма, построенная на торговле деньгами под ссудный процент, требует постоянного роста производства и торговли, освоения все новых и новых рынков. А долларовая система — есть верх системы торговли деньгами!
Но ведь Земля не резиновая! К концу XX века она вся стала одним гигантским рынком. Дальше расширяться стало некуда. И система, что основывается на ссудном проценте, захлебнулась.
Обратимся к книге С. Валянского и Д. Калюжного «Армагеддон завтра».
Итак, многочисленные фабрики день и ночь печатают деньги на станках, их явно становится все больше, но людей, которым денег не хватает, тоже становится больше!
«…Отчего деньги так нужны? Куда они деваются? Почему их вечно не хватает? Ведь было же время, когда они были вещью «естественной», как бы природной. Раковины и хвосты белок, бусинки, связки мидий, просто камушки или кружочки из металла — действительно, что угодно. Таких денег было столько, сколько надо. Но потом это «что угодно» как средство обмена объединилось с золотом, как предметом накопления, и превратилось в монстра, одинаково желанного и ужасного. В чем дело? Дело в том, что возникла общественная структура, добивающаяся только собственного роста и могущества и никак не желающая служить людям в стабилизации их отношений между собой.
Эта структура особенно быстро полезла в гору с появлением бумажных денег и воспарила в немыслимые прежде высоты после того, как одна специфическая национальная валюта (доллар США) стала глобальной валютой. Но причиной перемены «характера» денег и развития целой общественной структуры на их основе стал не материал, из которого их делали, и не цвет рисунка на банкнотах. Причина — в принципиальной неустойчивости одного из их параметров!
Те старинные «естественные» деньги не содержали в себе процентной составляющей и были саморегулируемыми. Когда золото стало всемирной валютой, процент был, в общем, уже хорошо известен, но во многих общинах, помимо золотых монет, применялись беспроцентные деньги, а то и деньги с отрицательным процентом! Эти тоненькие серебряные пластинки (брактеальные деньги) имели хождение ограниченное время (один год, например), а потом князь или король обменивал их из расчета три новые пластинки за четыре старые, с выпуском дополнительных, за которые люди и отрабатывали на князя, т. е. на государство. Кредит был беспроцентным, а деньги были всегда. Они не исчезали в сундуках банкиров!
…С начала XIV века такие деньги были отмеТнены в пользу «обычных» денег. Потом в Англии в конце XVII — начале XVIII века, а затем и повсюду возобладали валюты, основанные на новых принципах. Сегодня их особенности воспринимаются как самоочевидные, но тогда это была сногсшибательная новинка.
Вот они, эти особенности:
1) деньги в массе своей географически привязаны к национальному государству;
2) деньги «пустые», т. е. созданы из ничего и не имеют никакого обеспечения драгметаллами или иными реальными ценностями;
3) деньги характеризуют долг банку;
4) деньги предусматривают выплату процентов.
Не станем уделять внимания первым трем особенностям. Было бы, конечно, интересно рассмотреть, как и почему вместо саморегулирующегося инструмента, служащего большинству, мы получили деньги, требующие активной регулировки центральными банками. Но нам представляется более важным показать роль процента.
Теперь уже забыто, что все основные религии мира запрещали ростовщичество, т. е. любое получение процентов на деньги. Единственно, в иудаизме запрещалось обирать только своих единоверцев. Ислам стоит на запрете процентного роста до сих пор, хотя и приходится мусульманам как-то обходить этот вопрос во взаимоотношениях с неисламским миром. Есть об этом и у античных классиков. То есть о том, что процентная финансовая система разрушает социальный организм, люди знали издревле!
Ветхий Завет: «…Если даешь взаймы деньги своему брату, бедняку, никогда не поступай с ним, как ростовщик. Тебе не позволено облагать его процентами…»
Евангелие от Луки: «…И взаймы давайте, не ожидая ничего».
Коран: «…Аллах разрешил торговлю и запретил рост», «Уничтожает Аллах рост и выращивает милостыню».
Второй Лютеранский собор (1139): «Кто берет проценты, должен быть отлучен от церкви и принимается обратно после строжайшего покаяния и с величайшей осторожностью».
Аристотель: «…Ростовщика ненавидят совершенно справедливо, ибо деньги у него сами стали источником дохода, а не используются для того, для чего были изобретены. Ибо возникли они для обмена товаров, а проценты делают из денег еще больше денег…»
Мартин Лютер (1483–1546): «…Ростовщик и скряга — это и правда не человек; он и грешит не по-человечески… Отвратительнее он, чем любой враг и убийца-поджигатель. Поэтому если колесуют и обезглавливают уличных грабителей, убийц и преступников, то… нужно сначала колесовать и пытать всех ростовщиков».
Католическая церковь находилась в состоянии войны против «греха ростовщичества» вплоть до XIX столетия (а потом этот вопрос просто «замылила»). Из светских владык Генрих VIII первым в западном мире легализовал проценты в 1545 году просто по факту.
Чтобы понять, в чем корни такого неприятия ростовщичества, рассмотрим последствия, наносимые начислением процентов.
1. Проценты косвенно стимулируют постоянную конкуренцию.
Они разгоняют потребность в бесконечном экономическом росте, даже когда фактический уровень жизни остается застойным.
3. Проценты концентрируют богатство, заставляя огромное большинство платить в пользу меньшинства.
Объясним по порядку с некоторыми неизбежными упрощениями:
1. Стимулирование конкуренции. Когда банк предоставляет вам ссуду в 100 тысяч долларов под заклад вашего дома, он создает деньги только в этой же сумме. Однако он ожидает, что вы в течение последующих двадцати лет выплатите ему 200 тысяч долларов. Если вы этого не сделаете, то потеряете свой дом. Ваш банк не создает процент; он посылает вас в мир бороться против всех и каждого, чтобы получить вторые 100 тысяч долларов. Так как все остальные банки делают то же самое, система требует, чтобы некоторые участники обанкротились, и тогда вы получите эти 100 тьйяч долларов. То есть, когда вы выплачиваете процент по своей ссуде, вы опустошаете чей-то счет. Иначе говоря, фокус в том, что для функционирования системы банковского долга следует создавать деньги с дефицитом, а людей вовлекать в конкуренцию за новые деньги — которые никогда не были созданы! — и штрафовать их банкротством, если они не преуспеют.
2. Потребность в бесконечном росте. В динамическом представлении экономика, основанная на подобной денежной системе, подобно бешено крутящемуся мельничному колесу, которое между тем стоит на одном месте; она требует непрерывного движения (роста ВВП), даже если реальный уровень жизни людей остается застойным. Удивительно, что нужда в бесконечном росте экономики и денег никому не кажется неестественной, как и то, что наряду с этим «ростом» сохраняется безработица и нищета. При чем здесь процент? А при том, что процентная ставка определяет средний уровень роста, который необходим, чтобы, потратив ресурсы, остаться на том же самом месте!
Процент и парадигма (исходная концептуальная схема развития чего-либо) возрастания потребления благ заставляют людей сжирать планету с огромным ускорением; ныне годовой прирост мировой экономики всего 2 %. А по объему он соответствует всему произведенному в мире продукту с 1600 по 1700 год. Услуг и товаров производится тысячекратно больше по сравнению с XVII веком. А на «душу населения»? В 1650 году (условное начало промышленной революции), как полагают, на всей планете жило 500 миллионов человек. Теперь — около 6 миллиардов. Итого рост населения — в 12 раз, рост производимых благ — в тысячи раз. Куда же подевалось «намолотое» этим «мельничным колесом»? Это мы сейчас увидим.
3. Концентрация богатства. Происходит непрерывное перемещение богатства от огромного большинства к незначительному меньшинству. Богатейшие люди и организации владеют капиталами, приносящими проценты, и постоянно получают доход от всех остальных. Лучшее исследование перемещения богатства через проценты от одной социальной группы к другой было выполнено в Германии в 1982 году, когда процентные ставки были на уровне 5,5 %. Исследователи сгруппировали всех немцев по десяти категориям дохода, приблизительно по 2,5 млн. домохозяйств в каждой. Самое большое перемещение процентов (отток) произошло в среднем классе, но даже домохозяйства с минимальными доходами, от которых вряд ли можно ожидать свободного доступа к кредитам, за год потеряли около двух млрд. марок. Они были перемещены в виде выплаченной высшей группе процентов. В результате 10 % домохозяйств с самыми высокими доходами получили около 34,2 млрд. марок в виде процентов от остальной части общества в течение одного года.
В США с 1975 по 1995 год объединенный доход всех американских домохозяйств вырос от 2,7 трлн. до 4,5 трлн. долларов, но выгоды не были одинаковы для всех: 5 % домохозяйств увеличили свой средний доход на 54,1 %, поглотив большую часть прироста — главным образом за счет средних 60 % населения.
В России после прихода сюда капитализма перераспределение богатства носит наиболее ненормальный и парадоксальный характер.
Процент на деньги, возникший в результате эволюции, стал тем параметром, который определял направление развития общества с XVII века до наших дней! И продолжает определять…
Мы погрешим против истины, если скажем, что такая гнусная денежная система была придумана какими-то заговорщиками-человеконенавистниками. Ничего подобного. Она возникла на заре промышленной революции, отвечая потребностям эпохи, и именно эти три особенности, порожденные взиманием процента, — конкуренция, потребность в бесконечном росте и концентрация богатства — обеспечили успех. И что же? Промышленная революция давно в прошлом. Закончился Индустриальный век; на закате даже «век» Постиндустриальный! А мы все миримся с этой отжившей свое, устаревшей, вредной денежной системой! Но… Помните, о чем мы говорили совсем недавно? О том, что любая общественная структура, однажды возникнув, продолжает существовать с единственной целью — выжить, и ради этой цели используются все средства. Современная валютно-кре- дитная система сама создает средства и выживает, находя вее новые способы к своему росту.
Сегодня она, как общественная структура, группируется в мощнейшие финансовые транснациональные компании, а все ее силы брошены на валютно-финансовый рынок.
Тридцать лет назад средний ежедневный объем обменных сделок с иностранными валютами во всем мире колебался между 10 и 20 млрд. долларов. К 1983 году он повысился до 60 млрд. К 1995 году достиг уровня 1,3 трлн. долларов, а «нормальный» день в 1998–1999 годах оценивался более чем в 2 трлн. долларов.
Спекулятивные операции используются для получения прибыли от изменений стоимости самих валют. Значит, чем больше колебания валют, чем выше их нестабильность (!), тем лучше для спекулянтов.
Эти операции захватили практически весь рынок. А реальная экономика (операции, связанные с покупкой и продажей реальных товаров и услуг за границу, включая портфельные инвестиции) брошена своим «инструментом» — финансами — на произвол судьбы. На стыке тысячелетий 98 % всех международных обменных сделок были спекулятивными. Рынок обмена валют превратился в игорный дом для обогащения немногих, обескровив ту реальную экономику, где происходит жизнь большинства землян, оставив ей только 2 %!
Наверное, нужны и спекулятивные операции: теория и практика показывают, что они способны улучшать рыночную эффективность. Но вспомним, что писал семьдесят лет тому назад (когда размах спекуляций по сравнению с нынешними временами был мизерным) Джон Мейнард Кейнс: «Спекулянты могут и не причинить никакого вреда, как пузыри на устойчивом потоке предпринимательства. Но положение осложняется, когда предпринимательство само становится пузырем в водовороте спекуляций. Когда экономическое развитие страны становится побочным продуктом деятельности казино, работа, вероятно, была плохо выполнена».
Нестабильность валюты — это величина изменений стоимости валюты относительно всех других. Хоть и уверяют «постороннюю» публику банкиры центральных банков, что они озабочены прыжками валют, они ничего не делают для сокращения спекулятивных действий. В 1960-х, когда принципы обмена валют, установленные Бреттон-Вудским соглашением, были все же достаточно жесткими, сторонники свободно плавающих обменных курсов доказывали, что для снижения изменчивости валют нужен свободный рынок. Они добились своего; теперь валютные рынки свободны. И вот статистические исследования показали, что за 25 лет применения плавающих обменных курсов непостоянство валют было в среднем вчетверо выше, чем при «плохой» обменной системе Бреттон-Вудса!
Даже Джордж Сорос, один из самых крупных игроков на финансовом рынке, увидел проблему: «Свободно плавающие обменные курсы неизбежно нестабильны; совокупная неустойчивость такова, что можно быть фактически уверенным в возможных сбоях системы свободно плавающих обменных курсов».
Но этот маховик продолжает раскручиваться. Бывший управляющий Федеральной резервной системой США Пол Уол- кер отметил рост «выбора в пользу неустойчивости», по сути, признав усиление власти тех финансистов, чья прибыль зависит от роста нестабильности. Чем она выше, тем большие объемы «в обороте». А в результате происходят внезапные оттоки капитала из страны, на чьей валюте наживаются спекулянты! Именно они порождают финансовые кризисы. Переход потоков валюты «в минус» вызвал три колоссальных кризиса между 1983 и 1998 годами: кризис «тринадцати развивающихся стран» (Аргентина, Боливия, Бразилия, Чили, Колумбия, Эквадор, Кот-д'Ивуар, Нигерия, Мексика, Марокко, Парагвай, Перу и Венесуэла), кризис в Мексике и кризис в Юго-Восточной Азии.
От раза к разу сила колебаний между отрицательными и положительными пиками денежных потоков увеличивается. В 1983 году потребовалось тринадцать стран для колебания в 30 млрд. долл. Между 1996 и 1997 годами азиатский кризис дал колебание уже более чем на 100 млрд. долл. Следующий удар может оказаться смертельным для экономики какой угодно страны, в том числе для США. (Что и случилось осенью 2008 г. — Прим. ред.)
Business Week замечает: «На этом рынке… миллиарды могут притекать или утекать из экономики за секунды. Такую мощь приобрела эта сила денег, что некоторые обозреватели теперь видят, что «горячие деньги» (капиталы, которые быстро прокручиваются из одной страны в другую) становятся своего рода теневым мировым правительством, которое порождает невосстановимое разрушение концепции суверенных полномочных национальных государств».
Современные государства и так-то структуры не вполне стабильные. И произошло — да, уже произошло! — их полное подчинение интересам мировых финансов — еще более ненадежной, неустойчивой, опасной структуры, не заинтересованной ни в развитии экономик, ни в выживании людей, ни в мирном будущем. «Любое правительство в мире, включая самые мощные типа США, фактически полностью зависит от глобальных валютных рынков», — пишет Бернар Лиетар. Ни одно правительство не посмеет противиться финансовому диктату; отток капитала из страны мгновенно вынудит его вернуться «в реальность». Французский президент Миттеран в 1980-х и английский премьер-министр Джон Мэйджор в 1980-х; Скандинавия в 1992-м и Мексика в 1994-м; Таиланд, Малайзия, Индонезия и южнокорейское правительство в 1997-м; Россия в 1998-м — все убедились в этом. Национальные экономики и политическая воля национальных правительств поставлены ради выживания мировой финансовой элиты!
В США 1 % (один процент) населения страны имеет больше личного богатства, чем 92 % остальных, вместе взятых. Совокупные финансовые активы четырехсот сорока семи крупнейших миллиардеров больше, чем объединенный ежегодный доход более чем половины всемирного населения.
Богатства трех «верхних» миллиардеров превышают внутренний национальный продукт сорока восьми беднейших стран мира.
Работают все, а богатство растет у финансистов. Полное впечатление, что человечество проделало свой исторический путь только для того, чтобы накануне окончательного ресурсного коллапса могли благоденствовать и властвовать три миллиардера, наверняка абсолютно ординарные личности.
Хуже всего, что финансовые воротилы подкупают национальные правительства. Имея в своих руках практически все мировые финансы, малочисленная группа «избранных» позволяет верным им «правителям», скажем так, подворовывать, а то и впрямую, не стесняясь, платит им зарплату и требует лояльности. Именно из-за продажности верховных государственных правителей обыденное и нестрашное взяточничество сформировалось в мощную коррупционную структуру, и она теперь, как и любые структуры в мире, будут выживать вопреки чему угодно. А когда власть совершает непонятные поступки по причинам, которые невозможно объяснить народу, начинаются времена неустойчивости, обмана и страха, а если короче — времена кризиса.
Финансы, конечно, нужны. Они важнее даже более, чем принято думать. Но совершенно очевидно, что сегодня истинные, естественные, традиционные интересы всех людей Земли и практически всех общественных структур подавлены ради интересов крайне ограниченной (в умственном и количественном значении) финансовой структуры, безумствующей накануне всеобщего обвала. Крах валюты может сбить теперь не только рынок акций и недвижимости, как это было во время чудовищного кризиса 1929 года, но и разрушить последнее убежище, правительственные обязательства. Это станет окончательным крахом капитализма, а поскольку ныне весь мир отдался капитализму, то, значит, всего мира. И на этом мы закончим свой обзор; немало специалистов, сведущих в финансах больше нас, уже все сказали:
«Я могу чувствовать приближение нового раунда разрушительных спекуляций со всеми знакомыми стадиями по порядку — бум, потом фантазии для второстепенных вопросов, потом закулисная игра, потом рынок, отправляющийся в мусор, и в заключение неизбежный крах. Я не знаю, когда это случится, но я чувствую этот приход, и, черт возьми, я не знаю, что делать» (Бернард Ласкер, председатель правления Нью-Йоркской фондовой биржи в 1970 г.).
«Крах денег — единственный способ, в котором могла бы проявиться истинная депрессия в наши дни» (Роберт Гутман).
«Финансовые рынки теперь управляются абсурдным богатством» (Алан Гринспен, председатель Федеральной резервной системы США, 1996 г.).
Заведомо неравновесная система, потеряв устойчивость для поддержания хоть какого-то своего существования, идет вразнос. Численность населения растет. Растущему населению нужно больше продовольствия; для увеличения производства продовольствия нужен рост капитала. Денежный капитал отвлечен на спекуляции, а производственному нужны ресурсы; отработка ресурсов увеличивает загрязнение среды, что снижает производство продовольствия. Начинается новый круг. А объем доступных ресурсов, как и эффективность экологических мероприятий, с каждым циклом становится все меньше и меньше.
В рамках действующей парадигмы изменить ничего нельзя.
Изменение парадигмы возможно только в результате катастрофы…»
Катастрофа и разразилась. Осенью 2008-го. И теперь вершина развития системы ссудного процента — Доллар — под ударом. Волей-неволей западные страны снижают ставку процента по кредитам почти до нуля (крах ссудного процента!) и ради борьбы с кризисом начинают использовать почти советские экономические меры.
Из-за того что «зеленая» валюта используется для расчетов всем миром, случилась непредвиденная неприятность (вообще- то, предвиденная задолго до того, но над такими людьми смеялись, называя «алармистами»): долларов из-за инфляции, спекуляции, обеспечения жизни самих США напечатали столько, что вопрос: «А что дальше?» — звучит все чаще. Огромная, ничем не обеспеченная (не покрытая товаром) долларовая масса ходит по миру, а у любой бумаги есть одна неприятная особенность — падать в цене, когда ее становится много (вспомните начало девяностых в РФ).
Для многих вопрос: «Случится обвал доллара или нет» — уже не стоит. Стоит другой вопрос: когда это случится? Когда случится падение мощи США? Когда зажравшиеся жители США станут самыми бедными на планете? Когда «мировой жандарм» станет «мировым доходягой»? Когда мировому злу воздастся по заслугам? Кто-то, предвидя катастрофу, злорадствует. Кто-то потирает ручки, предвидя наживу. Кто-то пытается оттянуть расплату, пытаясь всеми силами поддержать доллар на плаву.
Но почему-то не слышно вопросов: «А как, собственно, США будут выпутываться из положения?» Да, а как? Неужели все, насмотревшись Задорнова, считают жителей США тупицами, которые не видат перспективы и не понимают, чем это им грозит? Неужели вы не думаете, что в Америке не ищут выхода из положения?
Сдается нам, читатель, что Большая Война может сыграть тут решающую роль. Причем при разных вариантах выхода из кризиса. Нужна война, так сказать, по чисто экономическим показаниям!
Попытка просчета вариантов
Точного сценария вам сегодня не даст никто, если он не находится в святая святых финансовой аристократии мира. Так что будем опираться на предположения. И начнем со сложных вариантов.
Представим себе, что финансовая аристократия мира (а центр ее — в нынешних США) решила спасти доллар. Для этого нужно кровавое «переформатирование мира». Что предпринимается? В нескольких местах поджигается крайне нестабильная Евразия (об этом мы писали в книге «Глобальный смутокризис»). США на этом фоне выглядят пусть проблемной, но все же спокойной гаванью. В таком варианте пойдет и разжигание мини-ядерной войны между Индией и Пакистаном, и «бунтование» Китая, и новая революция в РФ. Для США неплохо при этом еще и евро торпедировать: все-таки — конкурент.
В рамках этого сценария вполне возможна короткая агрессия против РФ. Со всех сторон выгодное решение: и газоснабжение Европы под контроль получаешь, и захват Сибири китайцами предотвращаешь, и евро торпедировать можешь (если не удастся привлечь к делу ЕС), завоевываешь новое ресурсное обеспечение для доллара. А самое главное — обретаешь власть над гигантскими неосвоенными территориями, свободными от населения. Конечно, с точки зрения рынка их безлюдность делает оные территории бесполезными. Но здесь можно развернуть гигантские капиталовложения — строить новые города и поселения, энергостанции, промыслы, перерабатывающие фабрики. Здесь нужно тянуть транспортные коммуникации: от привычных железных дорог и авиатрасс до перспективных монорельсовых дорог с поездами-магнитопланами. Все это потребует громадных затрат. Одни магнитопланы — это исполинских объемов заказы для корпораций, это создание совершенно новых станков и технологий. Таким образом, в дело втягиваются триллионы долларов, сегодня считающихся пустыми. Во главе грандиозной программы «Освоение Сибири цивилизованным человечеством, отнявшим Сибирь у русских варваров», становятся США и их корпорации.
Доллар спасен. На Земле де-факто возникает Американская империя на двух материках. Под ее эгиду склоняется облагодетельствованная Европа. Китай нейтрализован. Миллионы русских в новой колонии преданно служат сильным хозяевам, с дрожью вспоминая унылое и нищее прозябание под властью бело- сине-красной «элиты». Уж лучше жить под такими хозяевами, чем под ненавистной, спесивой, высасывающей все соки Москвой расеянской эпохи! Заодно сюда завозятся и другие рабочие руки. Скажем, с Филиппин. Не верите? Зря. Мы видели тысячи пакистанцев и филиппинцев, что в 2000-х работали на постройке сахалинского завода по сжижению добываемого на шельфе природного газа. Причем работали в тридцатиградусный мороз — и ничего. И турки на Чукотке строительством занимались, даром что выходцы из жаркой страны. (Это мы для тех говорим, которые говорят, что Сибирь слишком холодна для колонизации западниками и азиатами.)
А для того чтобы осуществить такой план, необходима одна «мелочь»: быстрым ударом покончить с государственностью РФ. Естественно, опираясь на проамериканскую пятую колонну внутри. Но при этом с молниеносным ударом по «центрам гравитации» Росфеда, с уничтожением и захватом остаточного ядерного потенциала Эрэфии. А это — война. Последняя для русских.
Вариация такого сценария: война ради введения в мире новой глобальной валюты: амеро, глобо, уорлдо — дело вкуса. Но и это требует контроля над Сибирью и Дальним Востоком РФ, расчленения Росфеда и масштабных инвестиционных проектов.
Е. Осинцев выдвигает и более простые варианты выхода из долларового тупика.
…Однажды утром мы с вами проснемся, включим телевизор, а там диктор бодренько нас оповестит о том, что в США, по причине массовых, высококачественных подделок доллара, начали вводить доллары нового образца, а старые изымать, т. е. проводить обмен. Те «зеленые», что лежат в американских банках, на территории США, обмениваются автоматически. А те, что ходят по миру, будут подлежать обмену в посольствах. Срок обмена — одна неделя. Кто не успел, тот опоздал — все остальные доллары будут считаться недействительными с 12 часов ночи такого-то числа. При таком варианте Америка убивает нескольких зайцев одним выстрелом:
Во-первых, такой обмен приведет к сокращению (в разы) долларовой массы, что позволит повысить устойчивость доллара.
Во-вторых: самые заинтересованные (самые богатые) люди в Америке ничего не потеряют.
В-третьих: простые американцы будут наивно думать, что они сделали все, чтобы держатели долларов за границей успели поменять их, а кто не успел — ну значит так хотели!
В-четвертых: проще объяснить агрессию против нас.
Конечно, вариант сей весьма жесток. Он потребует и установления диктатуры в США (их ждет товарный дефицит), и войны против РФ. Причем быстрой и беспощадной.
О бедной России замолвите слово…
«А это с чего же — сразу война? — спросят нас. — Правители РФ держат свои сбережения и деток на Западе. Зачем американцам наносить военные удары по Росфеду? Не проще ли ударить по счетам россиянских вождей на Западе? С какой стати войну начинать?»
А с того самого! Давайте просто подумаем: что будет дальше, после такого обмена «зеленых»? А дальше будет скорее всего вот что: разоренные за неделю жители планеты будут, мягко говоря, злы на Америку. Так же злы окажутся и их правительства. И такая совместная ярость приведет к аресту всего имеющегося за границей имущества США и последующей его продажей за долги. А это грозит опасным обнищанием США, ибо все их производство транснациональные компании (ТНК) вывели за границу, как раз в страны, которые пострадают наиболее сильно от обмена долларов.
А оно им (американцам) надо? Нет! А как предотвратить эту ситуацию? Самый простой способ — провести показательную, образцово-воспитательную военную расправу. Скоротечную и кровавую. В чисто глобально-психологических цел??х. Чтобы до каждого жителя Земли дошло: лучше потерять стопку долларов, чем жизнь. Чтобы в каждого жителя Земли вселить животный страх смерти, чтобы в каждую клетку организма проникал ужас при произнесении трех букв — США!
А при чем здесь мы? Давайте порассуждаем о том, каким требованиям должна отвечать жертва вот такой показательно-психологической агрессии. Кому как, а нам кажется, что таковых критериев должно быть несколько. А именно…
1) Жертва (страна) должна быть большой по территории.
Зачем? Ну, если США нападут для острастки на Заир, то ничего, кроме смеха и объединения всего остального мира против Америки, это не вызовет. А если страна большая, то соответственно все зададутся вопросом: «Они таких больших, а значит, сильных, забодали. А нам разве выгорит?» По этому признаку на роль жертвы годится много стран: Китай, РФ, Канада, Бразилия, Австралия. С Канадой и Австралией США делить нечего, они и так от нее зависят по самое некуда. Бразилия хоть и большая, но слабая. Нападение на нее вызовет только объединение остального мира. Китай очень хорош по этому признаку, только есть одна загвоздка.
2) Жертва должна находиться очень близко к Европе.
Миром правит Запад, а Европа — его не самая последняя часть. Она под вторым номером. Вот и получается, что она и пострадает сильнее всех, так как США, проведя обмен долларов, ничем не рискуют. Вот им-то в назидание и надо будет проводить акцию устрашения. Поэтому Китай и не подходит — далеко он от Европы. Да и надо евро пришибить — все-таки конкурент долла- РУ-
Кто остается? Российская Федерация.
3) Жертва должна казаться очень-очень сильной. Чтобы разнести ее в короткие сроки и понести минимум потерь. Ведь это у всех сразу же отобьет охоту противостоять Америке — раз они таких сильных разгромили так легко и непринужденно. Мы подходим по этому признаку ну просто идеально. Идеальнее некуда. Почему? Об этом — ниже.
4) Желательно, чтобы потом с этой жертвы можно было чем-нибудь поживиться. И в самом деле РФ — самая обеспеченная ресурсами (сырьем для производства) страна. И эти ресурсы почти не разработаны. С нас есть что поиметь, это факт неоспоримый. Вот вам и Сибирь, и Дальний Восток, и арктические богатства.
5) Нужно, чтобы жертва проводила наиболее враждебную США политику. То есть сама напрашивалась.
Россия — давний враг Америки. Пятьдесят лет страха (что наши ракеты с атомными зарядами будут рваться в их городах) сделали свое дело. Русские в представлении американцев — вечные враги, которые только и ждут, как бы быстрее поизвести свободных граждан Запада. Мы всю жизнь проводим враждебную для США политику, что бы ни делали. Помогая в войне Вьетнаму или просто отстаивая интересы своих производителей на мировом рынке. Поэтому рядовому жителю США не нужно будет объяснять, почему после обмена долларов Америка напала именно на РФ — избавлялись от вечного врага, который житья не дает спокойного. Ведь наверняка чего-нибудь эти коварные рашенз уже замышляли!
Кому эти размышления показались бредятиной — докажите обратное. Что мир не стоит накануне острейшего кризиса. Что Россия и США — братья навек. Попробуйте — флаг вам в руки. Ну, а то, что в военном плане РФ стремительно деградирует, мы поговорим дальше. Процессы этой дегенерации не то, что с 1991-го, а даже с 1999 года зашли слишком далеко.
Наш промежуточный вывод: почти любой сценарий выхода финансовой аристократии (их главой базы, США) из Мегакризиса, любой рецепт спасения долларовой системы требуют агрессии против РФ!
Лирическое отступление: США всё же готовятся к мировой войне. Кое-что о ее возможном плане
Напомним, что осенью 2008 года Командование объединенных сил США (USJFCOM) предало гласности военную доктрину, названную «Среда для действий Объединенных сил» (The Joint Operating Environment — JOE). Читать ее нужно умеючи: между строк. И тогда многое станет ясным.
Отдадим должное американским военным футурологам. Их доктрина написана живым, очень сочным и образным языком. В этом она разительно отличается от сухих, бюрократических документов военно-стратегической тематики, что были в СССР и продолжают появляться в Российской Федерации. В наших «верхах» текст, подобный JOE, считался бы «несерьезным». Ближе всего по стилю к американскому прогнозному тексту — «Русская доктрина», труды Элвина Тоффлера и книги автора этих строк. Даже аргументация и риторические приемы — почти одинаковы. Военные-янки не стесняются углубляться в философию и часто обращаться к таким классическим авторам-теоретикам военного искусства, как Клаузевиц, Сунь Цзы или Фукидид. Этому «космическому» взгляду на военное дело, этому инновационному подходу к войне нам стоит творчески учиться.
Соединенные Штаты по определению были и будут геополитическими соперниками (и вероятными противниками) любого русского централизованного государства. Хоть монархического, хоть социалистического, хоть любого иного по социально-экономическому строю. Поэтому нам крайне важно познать логику американского военного строительства, их видение мира, американский подход к планированию и проведению военных операций. В этом смысле JOE для русских — ценный документ.
Авторы JOE выдвигают основополагающий принцип: политические лидеры нации с их видением будущего должны работать в тетнейшем контакте с военными руководителями США. Именно такая связка помогла Америке выйти победительницей из Первой и Второй мировых войн, равно как и из Третьей — Холодной. Такая связка в каждом конкретном случае позволяла создавать Большую стратегию для данной исторической ситуации. Политикам при этом крайне важно знать возможности применения вооруженной силы, их последствия и ограничения.
Достигнув 8-миллиардной планки в 2030-х годах, население планеты будет на 95 % прирастать за счет бедных развивающихся стран. Бедность плюс перенаселение создадут настоящий «ядерный заряд».
В то же время развитые страны будут вымирать. Особенно драматично положение РФ, теряющей по полпроцента населения ежегодно. Как считают американцы из Центра международных стратегических исследований CSIS, русское вымирание не имеет исторического прецедента, за исключением пандемий» (has по historical precedent in the absence of pandemic). В 2030-e годы население Йемена приблизится по величине к населению РФ.
С 2007 года в Европе число родившихся уже не покрывает числа умерших, и переломить эту тенденцию, несмотря на все попытки, не удается. И это для Европы — надолго. Население Японии, изрядно постарев, снизится со 128 миллионов душ до 117 миллионов в 2030-е. Именно поэтому японцы сегодня так много денег вкладывают в роботизацию и в создание наукоемкой экономики. Китай, про прогнозам американцев, увеличит население только на 170 миллионов — и то благодаря суровым ограничительным мерам. США, как ожидают стратеги из Объединенных сил, займут среднее положение между бедным миром и вымирающими богатыми странами.
Поделиться книгой: