Помоги проекту - поделись книгой:
Вот и получается: чтобы янки разобрались с Китаем, им сначала надо разобраться с нами, чтобы мы им сильно не мешали.
В принципе, тут возможны варианты. Американцы любят создавать обширное поле для маневра, да и использовать одних своих соперников для сокрушения других. Максим Калашников в книге «Звезда пленительного риска» описал еще один возможный сценарий. Соединенные Штаты провоцируют нападение Китая на РФ. Москва не решается ответить Пекину ядерным оружием — ибо правящая «элита» триколорных слишком трясется за свою шкуру и боится ответного удара. Одновременно — по «чистой случайности» — Москву парализует серия терактов в метрополитене и на объектах энергетики.
Китайцы за двое суток крушат остатки некогда советской группировки в Приморье и диких степях Забайкалья. И тут в дело вмешиваются американцы. Они по просьбе перепуганной Москвы входят в Приморье, грозят ударами по наступающим китайским войскам, ударами «невидимок» крушат мосты, важные для снабжения наступающих китайцев. А дальше американские базы появляются на Дальнем Востоке, каковой быстренько превращается в отдельную «республику» под протекторатом Соединенных Штатов…
Мы можем допустить и обсуждаемый сегодня достаточно широко сценарий временного альянса «Пекин — Вашингтон», создаваемого для выхода из экономического кризиса через раздел РФ. Янки и китайцы совместно делят дальневосточные земли Росфеда. В Москве провоцируется демократическая революция против доставшего всех режима. А в это время китайцы вторгаются в Приморье и Хабаровский край. Они получают новое жизненное пространство, но, однако, не нефть и газ. А янки, пользуясь своим превосходством во флоте и авиации и внимая просьбе о помощи уже «демократической» Москвы, занимают Сахалин, Камчатку, Восточную Сибирь — Леналенд. То есть берут под контроль нефтегазовые месторождения. В общем, Китай получает толику русских земель, но без нефти и газа.
Ну, а в результате любого из этих сценариев Соединенные Штаты получают тот самый плацдарм для сухопутных действий против Китая, заодно отсекая его от нефтегазовых ресурсов на востоке теперь уже бывшей РФ…
Знаешь, читатель, чем-то выход из мирового системного кризиса всегда напоминает побег зеков-волчар из сибирского лагеря. Кого-то они должны взять с собой в качестве «ходячих консервов». Кого-то нужно съесть. Сдается нам, что такие «жив^е консервы» сейчас для глобальных игроков — именно Российская Федерация.
Но и это не последняя причина возможной блиц-агрессии Соединенных Штатов против нас. Третью причину мы выносим в отдельную главу.
Глава 2. Третья причина
Великий зеленый маг болен…
Кризис долларовой системы — вот в чем кроется самая главная причина будущей войны.
На чем стоит могущество Соединенных Штатов? На долларе. На положении его как глобальной валюты, и, как следствие — Соединенных Штатов как планетарного эмиссионного центра. Они привыкли печатать свои гринбэки, расплачиваясь ими со всем миром за поставки товаров из сотен стран. Именно благодаря доллару Америка может потреблять больше, чем производит. Если долларовая система сломается, США ждет невероятный по силе социально-экономический коллапс. Ведь их ВВП на 70 % состоит из финансовых услуг и потребления. Они просто столкнутся с чудовищной нехваткой массы повседневных товаров, а разорение торговли и финансового сектора (как и сферы услуг) выбросит на улицы десятки миллионов безработных.
Штатовцы строили долларовую систему долго и упорно. С 1913 года, когда создали ФРС — Федеральную резервную систему. По сути дела — «распределенный» негосударственный центральный банк. Чтобы сделать доллар глобальной валютой, владыки США — и государство, и закулиса — положили много сил на то, чтобы подтолкнуть мир ко Второй мировой. В ее ходе потенциальные и открытые конкуренты Америки ожесточенно погромили друг друга — и с 1944 года доллар взошел на мировой трон. Именно с тех пор Соединенные Штаты и привыкают тратить больше, чем зарабатывают, покрывая дефицит за счет печатания долларов.
Чтобы сохранить эту систему, американские владыки не испугались пойти на риск — и все-таки смогли завалить СССР.
В США была создана великолепная схема «нейтрализации» ничем не обеспеченных долларов, что скапливаются за границей. Чтобы этот вал не хлынул неконтролируемо на рынки, обесценивая доллар, янки придумали хитрую штуку. Они организовали «выгодные» объекты инвестиций внутри США, чтобы владельцы заграничных долларов снова вкладывали бы их в Америку. Причем под полным контролем самих янки. Так, была раздута слава заемных бумаг правительства Соединенных Штатов — облигаций казначейства. Мол, нет вложений надежнее! И триллионы напечатанных долларов, коими амеры расплачивались со всем миром за реальные ценности, затем возвращались обратно как кредиты правительству страны. Получая такие ссуды, Америка полностью покрывала дефицит бюджета и получала возможность вести политику на сокрушение других стран. Даже тех, откуда, собственно, и шли деньги на покупку государственных долговых бумаг Соединенных Штатов. Те же деньги стимулировали американские корпорации, и потому Америка могла постепенно отдавать долги с процентами, параллельно беря все новые и новые займы.
Но долг и американского государства, и корпораций США все-таки разбухал. Прежней схемы оказалось мало. Тогда янки создали дополнительные схемы. В 90-е годы им удалось, согласованной игрой сбивая цены на золото во всем мире, при этом раздувать стоимость акций компаний Интернет-экономики. Они смогли тогда вобрать в них более 3 триллионов долларов. То есть США прибегли к практике «надувания пузырей». Но пузырь лопнул в 2001 году. Доллар оказался под ударом. Тогда США устроили шоу «11 сентября», отвлекли внимание всего мира и стали раздувать пузырь все дорожающей недвижимости. Но его хватило ненадолго. Он тоже лопнул в 2007–2008 годах.
И вот теперь связывать печатаемые и выплескиваемые в мир доллары нечем. Какой новый пузырь в США надуть? Вариантов пока нет. Да и не пройдет больше этот номер: все уже ученые. Вся система, строившаяся с 1913 года, угодила в опасный кризис. Долги американского государства (федеральные и штатные) — неимоверны, к ним прибавляются долги корпораций. Как отдавать их? При том что дефицит бюджета приходится раздувать, дабы как-то спасать экономику США от коллапса.
Если доллар стремительно девальвируется, Америке придет конец. Ведь заменить импорт нечем: соответствующих производств в Штатах уже нет. Их вынесли в жаркие страны с дешевыми и покорными рабочими. Зато в США могут хлынуть целые реки наличных и безналичных «зеленых», уничтожая все на своем пути, взвинчивая американские цены. Да еще и никто в долг не станет больше давать американским властям: бюджет к черту завалится. Так действительно можно доиграться до новой гражданской войны в Соединенных Штатах, до хаоса и распада. Явно заигрались американские финансисты со своими схемами и бумагами. Оказалось, что производство реальных изделий, продовольствия, энергоносителей — намного более надежное занятие.
14 мая 2009 года президент США Барак Обама назвал нынешние бюджетные расходы «неподъемными» и предупредил, что учетные ставки для потребителей станут заоблачно высокими, если США будут продолжать финансировать правительство, занимая деньги у других стран.
По сути дела, американский президент дал сигнал миру о том, что США шатаются под тяжестью колоссального государственного долга, непрозрачно намекнув на возможность дефолта. То было послание и самому большому держателю государственных облигаций США — Китаю (744 млрд. долл.).
«Мы не можем все время занимать у Китая, — заявил Обама. — Мы должны платить проценты по этому долгу, а это означает, что мы обременяем будущее наших детей все увеличивающимся долгом». Держателям внешнего долга США в какой-то момент надоест его покупать, и тогда взлетят учетные ставки на все: от автомобильных кредитов до ипотеки, предупредил Обама.
Президент посулил работать с Конгрессом над программами социального и медицинского страхования и выразил уверенность в том, что Сенат и Палата представителей примут законы о реформе здравоохранения к августу. «В значительной мере в долги нас загоняет здравоохранение, и мы должны сократить затраты», — заявил Обама. Итак, прошло всего три месяца с публикации нашей статьи «Ядерный фугас» американского долга» (http://www.rpmonitor.ru/ru/detail_m.php?ID= 13066), вызвавшей столько критики — и вот уже Барак Обама говорит о том же самом.
Примечательно, что за неделю до откровений главы государства США центральный банк Китая выразил крайнюю обеспокоенность безудержной эмиссией долларов, предупредив о печальных последствиях обрушения финансово-долговой пирамиды Америки. В то же время сама КНР устами агентства «Синьхуа» докладывает о беспрецедентном подъеме своей экономики, увеличении инвестиций в основные фонды, о росте на 45 %-ного фондового рынка КНР в последние три месяца и о том, что внутренний рынок страны, наконец, превзошел по емкости американский рынок сбыта для китайской промышленности. Все э" Щ происходит на фоне расширения Китаем схемы двусторонних валютных свопов (клиринговой бездолларовой торговли) с разными странами.
По сути дела, начат обратный отсчет перед срывом экономики США в острейший кризис. В кризис уже системный, ставящий под сомнение само существование Америки.
Что делать США в этих условиях? Просто, оцепенев от ужаса, встречать свою смерть? Нет, они явно не станут покорными жертвами. Они попробуют начать войну. Так же, как в тридцатые, столкнувшись с угрозой гражданской войны в пораженных кризисом Штатах, их элита смогла перевести все в русло глобальной войны между разными цивилизациями.
Старший научный сотрудник академического Института прикладной математики имени Келдыша Вадим Шишов, опираясь на проведенное в институте моделирование процессов, заявил, что обрушение долговой пирамиды США произойдет примерно через четыре года. Чтобы избежать катастрофы, убежден ученый, американцы развяжут большую войну, под прикрытием которой постараются «обнулить» свой долг. Войну против кого? В. Шишов напомнил давнюю сентенцию Збигнева Бжезинского о том, что новый порядок должен строиться за счет России, на обломках России и против России.
К предупреждениям из Института прикладной математики стоит отнестись со всем вниманием, ибо при ИПМ возникло сообщество ученых-специалистов по моделированию исторических и социально-экономических процессов. Именно исследователями этого сообщества В.И. Пантиным и В.В. Лапкиным в 2005 году был предсказан кризис в конце 2008 года, ими же предсказывается обострение кризисных явлений в 2013–2014 годах, а затем в 2018-м. Кризис будет долгий и тяжелый, сравнимый по масштабу с Великой депрессией. Пантин и Лапкин видят причину в болезненном переходе к новому технологическому укладу экономики. (Пантин В.И., Лапкин В.В. Философия исторического прогнозирования: Ритмы истории и перспективы мирового развития. — М.: Феникс+, 2006.)
В совместной работе исследователей ИПМ (В.И. Антипов, Ф.Ф. Пащенко, П.Л. Отоцкий, В.В. Шишов «Мировой кризис и плановая парадигма России», http://www.razvitie-plan.ru/ images/docs/Plan_paradigm.doc) сделан вывод: катастрофа неизбежна из-за чрезмерного увеличения бюджетного дефицита США, из-за запредельного роста совокупной задолженности государства, корпораций и домохозяйств Америки (с 10 трлн. долл. в 1988 до 50 трлн. к 2008 г.). США, специализируясь на наукоемкой продукции, торговле и международных финансах, перестали производить бытовые товары, и увеличение доли кредитов, полученных населением, ушло в основном на оплату импорта. Таким образом, дополнительные кредиты не стимулировали создания новых рабочих мест в экономике Соединенных Штатов. Вместо увеличения реальных доходов населения произошло увеличение дефицита платежного баланса Америки. Все это привело к банковско-финансовому краху США. Теперь уже в сфере материального производства США наметился саморазвивающийся цикл:
— сокращение доходов населения;
— уменьшение покупательной способности (и возможности возврата кредитов);
— сокращение розничного товарооборота;
— сокращение строительства жилья и продажи автомобилей;
— сокращение производства и импорта;
— сокращение занятости и оплаты труда;
— сокращение доходов населения.
Этот процесс только изменением учетной ставки, государственными дотациями и списанием банковских убытков остановить уже невозможно, чем безуспешно занимается администрация Обамы.
«Вашингтон прекрасно знает, что для реального прекращения кризиса надо уменьшить государственный долг, т. е. уйти из Афганистана, Ирака и Косово, где у них военная база. Сократить военные расходы (т. е. убрать передовые базы в Болгарии, Венгрии, Румынии, Чехии и Польше). Прекратить финансовую и военную помощь «лучшим друзьям» в Прибалтике, Украине и фузии, что позволит реформировать финансовую систему, не усугубляя социальные проблемы. Но уж очень не хочется сдавать позиции, завоеванные в холодной войне, которая в понимании Вашингтона еще не закончилась. Императив «Карфаген должен быть разрушен!» настолько овладел Капитолийским холмом, что является туда пропуском. США — аристократическая республика с двухступенчатым правительством и двухступенчатой выборной системой. Невидимым (но реальным) правительством США являются владельцы банков, составляющих ФРС, а президент и его команда — только «комитет по связям с общественностью». Поэтому кандидаты в президенты, свободно обсуждая с плебсом проблемы «хлеба и зрелищ», отделываются туманными обещаниями по внешней политике. Реальная внешняя политика осуществляется стабильным и идеологически вышколенным государственным аппаратом. Призывы к войне на Капитолии не раздаются потому, что деньги на нее выделяются автоматически. Военный бюджет США больше суммы военных бюджетов всего остального мира…» — пишут исследователи.
В. Шишов убежден, что начало новой Большой войны — вопрос максимум нескольких лет.
И это — не пустые умствования. Слишком глубок кризис современной денежной системы, стоящей на ссудном проценте.
Кризис системы ссудного процента
Дело по большому счету в том, что современная система капиталистических финансов, основанная на идее дачи кредитов под процент (в рост), испытывает острейший кризис. Судя по всему, она себя исчерпала.
Приведем отрывок из книги Ю.И. Мухина «За державу обидно!» (от себя советуем прочитать и ее), где этот вопрос освещен подробно и очень простыми словами. Так что если не поймете, то тут и медицина будет бессильна. Итак…
«…Поговорим о деньгах в принципе. Дело в том, что стандартное объяснение того, что такое деньги — эквивалент стоимости товара, — мало что дает к пониманию денег как инструмента, с помощью которого можно сделать свою страну богатой, а можно разорить, как разорили ее перестройщики в 1992 году. Поэтому давайте рассмотрим, что такое деньги, на упрощенных примерах.
Напомню, что экономика — это наука ведения хозяйства, экономист — это хозяин. Вот и представим себе такого экономиста (возможно, коллективного), который является хозяином страны и в его власти увеличить в стране количество денег или уменьшить. Не имеет значения, каких именно денег — в виде золотой и серебряной монеты либо в виде разрисованных бумажек. Не имеет значения и то, как именно он их запускает в обращение — в виде повышения зарплаты (т. е. безвозвратно) или в виде кредитов. Главное, что количество денег в стране находится в его, хозяина (экономиста) власти.
Зададим себе первый вопрос: а зачем он вообще этим занимается, зачем нужны его стране деньги?
Да, было время, когда каждая семья или племя вели общее, так называемое натуральное хозяйство и съедали все, что сами и производили. Надевали на себя все, что сами и шили, а оружие имели только то, что умели себе сделать либо взять с боя в виде трофеев. При натуральном хозяйстве деньги не нужны, не нужен и рынок.
Но прогресс развития техники и технологии шел вперед, и люди стали специализироваться на производстве чего-то одного: либо сталь ковали, либо пшеницу сеяли, либо горшки обжигали. Было доказано, что 10 специалистов, разделив свой труд, производят в сумме в несколько раз больше товара, чем 10 человек в натуральном хозяйстве, каждый из которых и пахарь, и кузнец, и гончар. Стало понятно, что, для того чтобы становиться богаче, надо разделять труд.
Но тут возникла проблема у каждого производителя товара — нужно было обменять свой товар на тот, который нужен тебе. Как видим, появилось сначала новое явление — товар, т. е. то, что ты делаешь, но это не предназначено только для обмена. И товар вызвал второе новое явление — рынок, т. е. место, где ты обмениваешь свой товар на нужный тебе.
Обмен товара — это главное условие его производства. И если обмен товаров затрудняется или прекращается, то снижается или прекращается их производство, даже если к этому есть все необходимое: квалифицированные люди, машины, сырье, энергия. Поэтому без развития рынка невозможно развитие производства и соответственно народ данной страны не способен стать материально богаче.
Теперь о том, что такое рынок. Это не обязательно какое- то огороженное место, рынок — это вообще место, где ты производишь реализацию товара: и базар, и вся страна, и другие страны, куда тебя с твоим товаром пускают. Везде, где ты способен обменять свой товар, — твой рынок. Сам по себе обмен товарами денег не требует, и это надо понять и запомнить. Вот собрались в одном месте: крестьянин с зерном, которому нужны горшки, гончар с горшками, которому нужны топоры, и кузнец с топорами, которому нужно зерно. Какая проблема в том, чтобы они договорились и обменяли товар? Никакой! И никакие деньги не нужны.
Другое дело, когда эти трое находятся далеко друг от друга, не знают, кому из них что надо, и, даже встретившись по парам, не могут произвести обмен из-за ненужности твоего товара тому, чей товар нужен тебе. Такая ситуация называется «неразвитостью средств связи (коммуникаций)», и деньги — это следствие именно этой неразвитости. (Сегодня средства связи развиты настолько, что можно развивать любое производство товара и в одной стране, и во всем мире совершенно без денег. Но это отдельный вопрос.) А сейчас подчеркнем, деньги, как эквивалент стоимости товара, появились вследствие неразвитости средств связи на рынке данного производителя. Еще раз: деньги — это не цель хозяйствования, цель — товар, а деньги — только временное вынужденное средство для обмена товара.
Подытожим: причиной всех причин является естественное желание любого производителя стать более обеспеченным (стать богаче). Это желание вызывает такую причинно-следственную цепочку:
а) желание стать богаче требует:
б) разделения труда, что в свою очередь требует:
в) необходимость рынка, что в свою очередь вызывает:
г) затруднения в связи партнеров по обмену товаров и:
д) появляются деньги.
Между прочим, дальнейшее развитие этой цепочки такое:
е) совершенствование средств связи и соответственно связи между производителями товаров, что вызывает:
ж) ликвидацию денег. Но это, повторю, вопрос отдельный.
Итак, вернемся к тому, от кого начали, и к ответу на первый вопрос. Во главе страны — хозяин, и он, как видите, в конечном итоге вводит в стране деньги, для того, чтобы производители в его стране могли обменивать товар и, следовательно, производить его.
Следующий вопрос: а как должны выглядеть деньги? А как угодно. Деньгами может быть честное слово партнеров, если оно у них имеется. Деньги ведь не участвуют в процессе производства, поэтому ни их вид, ни их качество не имеют значения. Вот чтобы получить сталь, нужна руда, скажем, с 50 % железа, и это обязательно, а сколько и чего содержится в деньгах, не имеет ни малейшего значения. Главное, чтобы их принимали в обмен на товар. В отличие от собственно денег, золото, платина и серебро сами по себе являются компактным товаром, требующим большого труда по своему производству. Но к сути того, чем являются деньги, ни золото, ни платина, ни серебро не имеют отношения. Монеты и слитки — это дополнительный вес, который покупатель должен с собой носить, чтобы в конечном итоге выменять на деньги нужный себе товар.
Тогда третий вопрос. Если деньги — это только эквивалент стоимости товара, а не ценность сама по себе, то тогда у хозяина появляется возможность напечатать много денег и получить много товара. Так ли это? Черта с два! Речь идет р хозяине, а не о придурке с печатным станком. Количество товара, которое можно произвести в данной фирме или данной стране, определяется не деньгами, а развитием производительных сил — количеством работающих, их квалификацией и стимулами к работе, их организацией и развитием техники и технологии. Вот о чем болит голова у настоящего экономиста, а деньги, напомню, участвуют не в производстве товаров, а в их обмене. И для того чтобы увеличить производство товаров, хозяин должен заниматься развитием производительных сил, а деньгами — в последнюю очередь. Еще и еще раз: деньги участвуют не в производстве товаров, а только в их обмене! Так не получится, чтобы во главе страны или фирмы поставить дурака, но с взятыми в кредит деньгами и чтобы все у него закрутилось само по себе и начался рост производства товаров. А ведь только они, а не деньги нужны гражданам его страны.
Тогда изменим вопрос: можно ли стимуляцией спроса на рынке (желания купить и деньгами для покупки) вызвать непрерывное увеличение производства товаров? Нет. Только до упора — до предела развития производительных сил на данном этапе. За этим пределом рост денежной массы в стране вызовет обесценивание денег (их как бы не станет вообще или станет очень мало), это вызовет ухудшение условий обмена товара, а без обмена нет и производства. Это известно с очень давних времен.
В начале XVIII века во Франции стало резко не хватать монет. Были люди, способные произвести товар, Ойли люди, желающие его купить, но денег — средства обмена товаров — было очень мало. Когда дело дошло до бунтов, то в 1717 году шотландцу Джону Ло было разрешено основать банк и печатать банковские билеты. Не имея никакого обеспечения под билеты (т. е. не имея возможности обменять их на золото при возврате), Ло начал их печатать и раздавать в кредит. Во Франции начался экономический бум — производство товаров резко возросло, поскольку появилась возможность их обменивать. Никто и не собирался возвращать Ло его банковские билеты и требовать за них золото. С 1718 года банк Ло стал Королевским, но легкость обогащения с помощью печатного станка затмила разум, и денег напечатали столько, что в 1720 году доверие к ним упало, все бросились обменивать банковские билеты на монету или товары, стоимость банковских билетов рухнула, денег, как средства обмена товаров, вновь не стало, и производство товаров снова резко снизилось.
Можно слышать расхожее мнение, что на рынке, дескать, все должны регулировать деньги или спрос, т. е. наличие людей с деньгами. Это убийственная для страны и мира глупость! На рынке должен властвовать ум хозяина (экономиста) страны! Если производительные силы страны готовы выдать дополнительный товар, нужно увеличить денежную массу в стране (выдачей льготных кредитов, повышением зарплат), если оборот денег ускоряется (уменьшается время нахождения их вне банков), то денежную массу необходимо сократить. Если необходимость потребовала резко увеличить денежную массу, то нужно либо смириться с тем, что стоимость новой массы денег сравняется со стоимостью старого количества товаров, т. е. деньги пропорционально обесценятся, либо нужно по прошествии этой необходимости принять специальные меры по уменьшению денежной массы, и тогда день- ри вновь возрастут в цене. Не деньги, а голова экономиста (хозяина) — главное на рынке!
Пятый вопрос. А как хозяину данной страны контролировать денежную массу на рынке, если рынком является весь мир? В этом случае хозяин страны обязан выступать на внешнем рынке как единственный продавец и единственный покупатель — монопольно! Другого выхода нет.
Из-за климатических и географических особенностей затраты на производство одинаковых товаров в разных странах разные. Если ты в стране с худшими условиями и тебе нужно открыть свой рынок, то производители из стран, в которых производство товара дешевле, разорят твоих производителей и ты станешь беднее, поскольку богатство страны определяется массой производимых в ней товаров. И только. А при монополии на внешнюю торговлю ты будешь богатеть.
Пример. У тебя, хозяина страны, производитель выращивает яблоки с затратами 8 рублей, а продает их за 10. Ты впустил к себе южноафриканских садоводов, а у них затраты 2 рубля. Они будут продавать свои яблоки за 8 рублей и разорят всех твоих производителей и не только садоводов, но и всех обеспечивающих их — производителей сельхозтехники, удобрений, тары и т. д. Выход один — не впускать в страну конкурентов, а избыточные в стране яблоки скупить у своих садоводов за 10 рублей, вывезти их на мировой рынок и продать там за 2 рубля, на выручку купить 2 кг бананов, ввезти их в страну, продать по 6 рублей, т. е. за 12 рублей, и на полученную прибыль (2 руб.) содержать своих коммерсантов-внеш- неторговцев. С мирового рынка ты сможешь иметь в своей стране все, но для этого требуется, чтобы у тебя в стране не было безработных явных и скрытных, чтобы работали все, чтобы товаров было много. Были бы товары, а продать их с выгодой где угодно — это не проблема.
Напрашивается шестой вопрос. А почему нельзя допустить, чтобы каждый производитель сам свободно покупал и продавал на мировом рынке? Можно, но тогда хозяин страны (если он есть) должен установить контроль за всеми торгующими, что очень дорого и малоэффективно. Ведь цель хозяина страны — дать своему народу максимум товаров. Не та колбаса, что в магазине, а та колбаса, что в домашнем холодильнике.
А частный производитель заботы обо всем народе не имеет, он может продать яблоко на внешнем рынке не за 2, а за 1 рубль, и ему при определенных условиях это будет выгодно, может купить бананы не по 1, а по 2 рубля и продать их не по 6, а по 12 рублей. И такой торговлей частник может во имя личной выгоды снизить количество товаров у народа своей страны. И между прочим, вызвать этим обесценивание национальных денег, что опять-таки затруднит обмен товаров и приостановку их производства.
При декларированном отсутствии монополии на внешнюю торговлю она все равно есть, но только осуществляется эта монополия полками и дивизиями налоговых и таможенных инспекторов. Если в данной стране не способны загрузить людей производительным трудом, то тогда, конечно, можно дать им кормиться в бесчисленных посреднических фирмёш- ках и в налоговой полиции. Настоящий экономист (настоящий хозяин), обслуживающий весь народ, не станет ослаблять производительные силы страны и соответственно уменьшать производство товаров путем перевода людей из производства в бессмысленные коммерческие и контрольные структуры. А плохой хозяин будет. Особенно тот, которому главное получить от частных бизнесменов деньги для победы на выборах, но и то, даже плохой хозяин делать это будет только до определенного предела.
Седьмой вопрос, а почему же тогда весь мир кричит о свободной торговле как о высшем достижении экономики? Паук, поймав муху в паутину, сначала вводит в нее реагент, который растворяет у мухи внутренности, а затем отсасывает их. Вот таким реагентом для пауков, желающих разорить твою промышленность и захватить твой рынок, является болтовня о свободной торговле. Сами такие страны, болтая о свободе, действуют едино, монопольно.
Скажем, недавно США пошлиной выкинули со своего рынка импортеров стали. А как же свободная торговля и конкуренция? И мы об этой акции США узнали только потому, что она задела европейских сталелитейщиков. А вот, скажем, о японской монополии, в связи с которой на японском рынке нет никого, кроме японцев, пресса даже и не пишет — надоело. Надо не продажным писакам внимать, а трезво рассчитывать свою (своего народа) выгоду. Но для этого опять-таки во главе народа должен быть хозяин.
Восьмой вопрос. В предыдущих ответах мы рассматривали не собственно деньги, а то, для чего они предназначаются, — обмен товаров. Но деньги и сами по себе являются товаром, причем необычайно выгодным для того, кто их эмисси- рует (печатает). Дело в том, что банки, торгуя деньгами (давая их в кредит), берут только часть стоимости этого товара в виде процентов, скажем, 10 %. Но тот, кто печатает деньги, давая их в кредит, берет, кроме процентов, и всю стоимость денег в виде реальных товаров. Производство 100-долларовой купюры стоит всего 3 цента давая ее в кредит для обеспечения мирового товарооборота, США сразу же имеют 3 300 000 % прибыли только от запуска в обращение самой купюры, а затем 30 000 % в год от оборота этой купюры в качестве заемных средств.
Поэтому США, обеспечивающие мировой рынок деньгами, как никто заинтересованы в мировой торговле и отсутствии монополии на внешнюю торговлю у кого-либо, поскольку страны с монополией на внешнюю торговлю ведут на мировом рынке товарообмен либо при помощи своих денег, либо вообще без них и поэтому в долларах не нуждаются.
Без этого трудно понять, к примеру, почему после терактов 11 сентября США назначили в «ось зла» Ирак, Кубу и КНДР. Ведь эти страны никогда и никаких терактов против США не совершали. Но зато это страны с монополией на внешнюю торговлю и их правительства мешают продавать на рынках своих стран самый выгодный товар из США — доллары.
А ведь благодаря этому своему товару в США практически сворачивается производство реальных товаров: машин, техники, тканей и т. д. Металлургия США дошла до такого низкого уровня, что даже такое ценнейшее сырье, как металлолом от разборки развалин небоскребов, был продан в Китай. США сегодня — это даже не столько мировой банкир, сколько мировой паразит.
Как видите, эмиссия денег — это очень выгодный бизнес, поэтому ни один хозяин (экономист) никогда не отдаст его в чужие руки, т. е. никогда не впустит в свою страну чужие деньги для осуществления с их помощью оборота своих товаров.
Девятый вопрос: значит ли это, что обмен валют в стране должен быть строжайше запрещен? А при чем здесь обмен? Зачем его запрещать? Нельзя допускать, чтобы расчеты внутри страны (оборот товаров) производились в иностранной валюте, поскольку это ведет к обесцениванию своей валюты (денег, как таковых, своих и чужих на рынке становится больше, чем товаров). Надо на вопрос свободы конвертируемости валют смотреть в принципе.
Вот человек заработал 10 рублей, и под них на рынке есть товар, который данный человек, по идее, и купит за эти деньги. А вот приехал иностранец, который тоже хочет купить этот товар. Так почему не произвести между ними обмен валют? Наш товар — все равно будет куплен, и производство товаров у нас не уменьшится. А то, что наш человек поедет за границу и что-то там купит, так это его право — ведь у нас в стране предназначенный ему товар уступил иностранцу, так почему же ему не компенсировать потерю импортным товаром? Он купит невыгодно? Ну так это его проблемы, поскольку он покупает для себя.
Мне скажут, что воры и спекулянты будут переводить в валюту неправедно нажитые деньги и т. д. Но так воровство и спекуляция и без перевода денег в валюту являются преступлением, и бороться надо с ними. Главное, чтобы валютный обмен происходил под контролем хозяина страны и по его курсу, а не по курсу, который устанавливают между собой валютные спекулянты на бирже легальной или черной.
Тут вот в чем дело. Вот мы выше рассматривали пример внешней торговли, по которому государство у себя на рынке покупает яблоко за 10 рублей, продает его на внешнем рынке за 2 рубля, покупает на вырученные 2 рубля два банана и продает их в своей стране по 6 рублей, т. е. за 12 рублей в сумме. Такой обмен яблок на бананы выгоден и с прибылью. Предположим, что государство установило курс 1 рубль = 1 доллар. Но ведь внутри страны по отношению к цене банана этот курс равен уже 1:6. Отсюда, если иностранец может продать доллар, минуя контроль хозяина страны, то он вполне может получить за него не 1, а 4 рубля по, так сказать, «банановому курсу». И тут два варианта. По первому он вывезет эти рубли за границу и там купит наши же яблоки за наши же, теперь его, рубли по 2 рубля за штуку. Получится, что мы заплатили за них внутри страны 20 рублей, а за рубежом вынуждены продать за 4, ничего не получив взамен, кроме наших же 4 рублей. Это капитальный убыток. По второму варианту иностранец не вывезет эти 4 рубля за границу, но тогда его доллар будет добавлением к денежной массе в стране, да еще таким, которое покупатели расценивают в 4 раза дороже номинала. Это ведет к обесцениванию собственных денег и по этой причине, и потому, что товара на доллар иностранец вывезет в 4 раза больше, чем ввез реальных денег. Хозяин страны не сможет пополнить бюджет (общие расходы народа) за счет самой прибыльной операции — за счет печатного станка, за счет эмиссии.
Я привожу пример для России — для страны с очень затратным производством, но и страны с прекрасным климатом и путями сообщений иностранная валюта гробит точно так же, поскольку деньги, они и в Африке деньги. Возьмем, к примеру, Аргентину, которую бесконтрольная конвертация грабила точно так же, как и Россию. Потребовалось дойти до ручки — до голодных бунтов в стране с изобилием продовольствия, чтобы правительство начало устанавливать контроль за обменом доллара на песо.
В бесконтрольной конвертации своей валюты или в обмене ее на золото есть и еще один минус. Это — вывоз денег из страны в виде валюты или золота. А вывоз денег снижает спрос на товары своей промышленности и соответственно торможение производства товаров. Скажем, какой-нибудь Нобель или Ротшильд разрабатывают месторождение нефти в царской России. Для того времени это, в принципе, допустимо. Но если бы рубль не менялся на золото, а через золото — на любую валюту, то Нобель и Ротшильд свою прибыль тоже должны были бы потратить в России и этим вызвали бы в ней дополнительный рост производства. Но в связи с конвертируемостью рубля эти люди вывозили свою прибыль за границу и тратили ее там, развивая промышленность, скажем, во Франции за русский счет.
Поэтому любое заботящееся о своем народе правительство, будь оно коммунистическим или монархическим (скажем, Александр II был категорическим противником золотого рубля), не даст никому бесконтрольно влиять на деньги страны — на то, что развивает свое товарное производство, что делает людей богаче. Исключением являются правительства, которые сами разворовывают свою страну и которым для этого не нужен контроль, зато нужен беспрепятственный вывоз из страны украденного.
Кроме того, в свободной конвертации валюты во всех странах, напомню, заинтересованы те, чья валюта является основой мировой торговли и кто наживается на ее эмиссии: раньше Великобритания и США, сегодня только США^Чем в большем количестве стран местная валюта меняется на доллар, тем больше долларов требуется, тем богаче США.
Десятый вопрос: не может ли уменьшение количества денег в стране снизить цены на товары? Нет, ни в коем случае, поскольку время не идет вспять, а производство товаров — это процесс во времени. То есть ты сначала закупаешь сырье (положим, в кредит), а затем производишь товар. Если на рынке снижается количество денег и твой товар из-за этого не берут, то ты не сможешь снизить на него цену, так как не расплатишься за уже купленное сырье. Остается одно — снижать производство по имеющимся на рынке деньгам и даже больше, поскольку снижение производства ведет к росту условно постоянных расходов в себестоимости продукции, а их рост вызывает рост цены. В некоторых случаях (об этом я уже написал) добавление денежной массы на рынок при готовых производительных силах вызовет снижение цены пропорционально росту производства товаров.
Одиннадцатый вопрос: если рост денежной массы в стране вызывает обесценивание денег, то почему хозяин страны идет на эмиссию — на включение печатного станка? Дело в том, что эмиссия ведет к перераспределению производимых товаров, она, если хотите, скрытый налог на производителей. Упрощенный пример. У нас 10 человек, которые производят по 10 единиц товара, стоимостью 10 рублей каждая — всего на 1000 рублей. За производство этих товаров каждый получил по 100 рублей, на которые купил 10 единиц нужных себе товаров других производителей. Справедливый обмен товаров произошел, для чего потребовалось, предположим, 1000 рублей денежной массы. Но вот правительство печатает и пускает в оборот купюр еще на 1000 рублей, объем денег на рынке увеличился вдвое, стоимость единицы товара выросла вдвое (стоимость денег упала вдвое), и теперь каждый производитель на свои 100 рублей сможет купить лишь по 5 единиц товара или 50 из 100 произведенных. А остальные 50 единиц купит тот, для кого произведена эмиссия. Скажем, во время войны — для дополнительных солдат в армии. Это единственно справедливое предназначение эмиссии. Поскольку, кроме армии, эту эмиссию могут расхватать, как я уже писал, жадные до наживы предприниматели, воры-интенданты, бесполезные чиновники и другие всевозможные хищники. Причем этим негодяям и не нужна победа в войне — чем дольше она длится, тем сильнее они наживаются. В этом случае хозяин (экономист) страны должен применить давно известную в экономике систему — систему беспощадных казней мерзавцев в назидание другим.
Давайте подытожим разобранные принципы.
1. Чтобы народ жил богаче материально, нужно увеличивать производство товаров, а чтобы их увеличить, нужно разделить труд и специализировать производителей.
2. При разделении труда затрудняется связь между товаропроизводителями и обмен товарами между ними, для осуществления этого обмена вводится универсальный стоимостный эквивалент товаров — деньги.
3. Денег на рынке данной страны должно быть столько, чтобы не затруднять обмен максимально возможного (или необходимого) количества товаров — количества, на производство которого способны производительные силы страны.
4. Уменьшение денег против требуемого количества вызывает падение производства и рост цен, а неконтролируемое увеличение массы денег вызывает обесценивание денег, обесценивание накоплений и сбережений. В связи с этим колебания денежной массы в любом направлении вызывают убытки у каждого гражданина.
5. Эмиссия денег — дело очень выгодное, кроме этого, она перераспределяет товары в стране, поэтому заниматься ею в данной стране должны только те, кто отвечает за всех — Правительство данного государства. Частным лицам влияние на денежную массу любым путем должно быть строжайше заказано.
6. Конвертация своих денег в валюту других стран должна происходить только под контролем государства и по его курсу, бесконтрольная (свободная) конвертация подрывает собственную валюту, собственную внешнюю торговлю и ведет к уменьшению собственного товарного производства.
7. Внешняя торговля должна вестись всеми производителями и покупателями вместе, монопольно, т. е. под контролем государства.
8. На рынке (рынках) данной страны должны властвовать не деньги (спрос), а мозги экономиста (хозяина), управляющего страной…»
Надеемся, теперь вам стало понятно, что в мире главное не деньги, а товар. И только товар! Если и теперь не дошло, что деньги — это не главное, то, когда у вас будет сильный сушняк, советуем взять купюру «100 зеленых» и пожевать ее. Ну, как? Похожа она на «жаропонижающий жаждоутолитель» — газированную воду или нет? Нет. Ну, наконец-то дошло. Если вы хотите пить, то вам нужна вода, если есть — хлеб, если вам холодно — нужно тепло, если жарко — холод. Все это ТОВАРЫ на рынках (продуктовом, энергетическом, ЖКХ и т. д.) Товар — первичен, деньги — вторичны.
Вот поэтому-то янки и опасаются Китая — товар производит он, а купоны стрижет Америка. И это обычно в исторических масштабах долго не длится. Рано или поздно мир начнет использовать китайский юань, а не доллар США. А это повлечет за собой падение влияния США. Впрочем, если бы только это сильно беспокоило США. В конце концов не деньги диктуют, кому и что производить, а потребитель. Сам Китай тоже мало заинтересован в том, чтобы с потребителем его товаров (а это в основном США) произошло что-нибудь плохое.
Дело тут еще вот в чем: деньги, являясь средством обмена на всех рынках, какие существуют в мире (сельскохозяйственный, энергетический, промышленный и т. д.), вызвали появление на свет нового рынка — финансового. И на этом рынке деньги стали давать (продавать) под процент.
Поделиться книгой: