Шаман

Вместо ответа стражник указал пальцем куда-то себе за спину.

— На стене у ворот, — сообщил он.

Кивнув, я вошел в город.

Стена оказалась не только высокой, но и очень толстой — не меньше пятнадцати метров, а скорее что и двадцать. Ох, да на что вообще рассчитаны такие укрепления?..

Как и говорил стражник, на стене возле вторых, внутренних, ворот висел стенд для заметок. Его центр занимал лист бумаги, на котором было напечатано: ЗАКОНЫ ГОРОДА ИЛЬ-КРАКРАУ. Книгопечатание здесь изобретено! Отлично, чем выше культура, тем комфортнее жизнь. Я вчитался в текст.

Так… Кражи — штраф, плети, отрубание руки, каторга… Убийства, контрабанда, провоз дурманных веществ… Список прилагается, из этого у меня ничего нет… Нарушение покоя в белых кварталах… Полагаю, «белые» — это элитные. В принципе, законы как законы, ничего такого, что я мог бы нарушить по незнанию, нет. Изучив законы, я стал рассматривать другие объявления на доске. Объявление о награде за поимку разбойников с описанием известных членов банды, объявление об орудующей в городе банде воров с аналогичным описанием, объявление об увеличении штрафа за несоблюдение чистоты во дворах… Нормальный информационный стенд в милиции, в общем-то. Даже призыв записываться контрактником в доблестную армию имеется…

Убедившись, что больше ничего полезного на стенде нет, я отвернулся от него и хотел было направиться в город, но не успел я сделать и пары шагов, как на землю прямо передо мной опустился крупный ворон. Сова на посохе зашевелилась; впрочем, я и так видел, что это не простая птица. Мне оказали уважение, послав навстречу тотем…

— Следуй за мной, — каркнул ворон.

Ну что ж… Не стоит излишне настраивать против себя тех, кто является здесь не последними лицами. Я кивнул. Впрочем, ворон уже взлетел и не видел моего жеста согласия.

Мой проводник медленно летел над улицами, так что я легко успевал за ним. Близко к стенам улицы были узкими и запутанными, но по мере углубления в город они становились шире, обзор — дальше, а народу на улицах — больше. Почти как дорога перед городом…

Люди время от времени бросали на меня любопытные взгляды — все-таки я выделялся на общем фоне своими оперенным плащом и посохом с совой, — но дальше этого не шло. Все-таки это фэнтезийный мир…

Вскоре начали попадаться уличные торговцы. Больше всего было продавцов различных закусок, и мой желудок, раздразненный несомненно привлекательными запахами, требовательно заурчал. Чтобы как-то успокоить его, я извлек из сумки кусок безвкусного мягкого сыра и без аппетита сжевал его.

Мой путь пересекла высокая стена. Ну конечно, по сравнению с городской совсем невысокая, но все же около двух метров высоты. Ворон полетел параллельно стене, и вот мы оказались у открытых ворот, охраняемых парой стражников. Ворон снизился, пролетев в ворота; охрана, обнаружив, что я следую за птицей-проводником, на меня уже не отреагировала. Видимо, это и есть «белый» квартал… Дома здесь заметно побогаче. Кстати, все дома в этом городе оказались каменными; деревянных я вообще не заметил. Любопытно… Еще одно противоречие средневековым нормам, которые привыкли связывать с фэнтезийными мирами. В принципе, я и не настраивался на земное средневековье, просто отмечаю… Пока что мне этот город нравился. Особенно этот богатый район — красивые дома, зелень, чистота… Последняя, кажется, присутствует во всем городе, но здесь она особенно подчеркнута.

Мой проводник опустился на крышу старого одноэтажного домика, выглядящего гораздо скромнее двух-трехэтажных соседей, и замер. Мне сюда, я так понимаю?.. Дверь в невысокой оградке, как и дверь самого дома, была открыта, так что я шагнул внутрь.

В доме оказалась всего одна просторная и пустая комната. Без мебели или чего бы то ни было, что связывают с жилым домом; зато здесь разило СИЛОЙ. Даже сильнее, чем на поляне Сердца…

Дезориентированный этим ошеломляющим ощущением, я далеко не сразу заметил, что в помещении я не один.

— Приветствую, летящий за вороном, — поспешил я исправиться, очухавшись. — Благодарю за приглашение.

— Приветствую, летящий за совой, — с ощутимой неприязнью прокаркал невысокий мужичок. Странно, на вид старик стариком, а волосы черные, без единой седой пряди… Он бросил взгляд на мою левую руку и добавил:

— И меченный лесом вдобавок… Гонишься за двумя зайцами, чужак?

— Это просто напоминание, — отозвался я. — Чему обязан приглашением?

— Ты крепок, — хмыкнул шаман. — Быстро приходишь в себя. Для чего ты прибыл в наш город?

То, как он произнес «наш»… Похоже, он действительно рассматривает меня как конкурента. И врага…

— У меня дело к одному здешнему магу, — повторил я то же, что говорил стражнику у городских ворот.

— Какое дело?

— Это связано с Республикой, — сообщил я. — Меня не интересует позиция шамана этого города. У меня свой путь, и здесь меня интересуют только знания.

Старик хмыкнул.

— Ты можешь оставаться в Иль-Кракрау в течение десяти дней, — сообщил он. — Если решишь задержаться, у тебя должна быть очень солидная причина…

Черный, как ночь, ворон, взмахнув крыльями, вылетел в окно. Вот так вот, даже без плаща… Я покачал головой и вышел из дома. Ну что же, с местными шаманами, похоже, все утряслось… Теперь нужно найти этого ясновидящего, как его… Я достал письмо… Магри Нашрака Кена. Он тоже живет в белом квартале, так что, надеюсь, долго искать не придется…

Действительно, много времени это не заняло. Правда, пришлось спросить путь у патруля стражи, но стражники оказались ребятами хорошими и все подробно объяснили. Интересно, здесь вообще всегда стража вежливая или шаманов уважают?.. В конце концов, схлопотать проклятье никому не хочется, а шаманы в этом плане мастера, и весьма изобретательные…

Искомый домик на общем фоне не выделялся. Небольшой уютный двухэтажный особнячок с садом, и только. Правда, на ограде чувствовалось присутствие магии, но здесь я отмечал магическую силу у каждого второго дома, причем у многих гораздо сильнее.

Я подошел к калитке в заборе и на секунду замер. Здесь нет не то что звонка, а даже какого-нибудь молотка или колокольчика, чтобы дать о себе знать… А крики могут засчитать «нарушением покоя». Хм…

Только было я собрался послать сову постучать в окна, как откуда-то из пустоты рядом послышался негромкий женский голос:

— Проходи, пожалуйста. Тебя ждут.

Калитка оказалась не заперта, как и дверь дома. За дверью меня встретила приятная молодая девушка-служанка и с легким поклоном проводила в гостиную — просторную комнату с большим окном, из которого открывался прекрасный вид на сад за домом. Здесь что, даже стекло производят? Да уж, нехилый контраст с полуземлянками в той деревушке.

В глубоком мягком кресле перед круглым полированным столиком сидел мужчина средних лет. Черные волосы, щегольские острые бородка и усики… Настоящий испанский гранд. Лицо спокойное, даже немного сонное; он приглашающе махнул рукой в направлении второго кресла с другой стороны от столика. Я положил перед ним письмо Сокена и сел.

— И как там старик Сокен? — поинтересовался он с полузакрытыми глазами, не прикасаясь к письму.

— В принципе, неплохо, — отозвался я. — Хотя и умер.

«Гранд», ничуть не удивившись, покивал.

— Этого следовало ожидать, — заметил он. — Я предупреждал его, что его ждут кардинальные перемены и новый опыт… Тебе, кстати, тоже предстоит много… интересного.

— Этого я и боялся, — вздохнул я. «Гранд» улыбнулся и открыл глаза.

— Могу я задать личный вопрос? — совершенно неожиданно для меня поинтересовался он. Странноватая личность… Впрочем, это первый ясновидящий, с которым я встречаюсь. Может, они все такие…

— Почему нет? Правда, ответ зависит от вопроса.

— Кто оставил эти следы?

Он указал пальцем на недолеченные ожоги на моем теле, скрытые под одеждой. Хм… Трудно сказать, насколько он хорош в своем деле, но видит явно не все. Тем не менее врать поостерегусь… Без крайней необходимости.

— А можно сначала встречный вопрос? — произнес я.

Маг кивнул.

— Чем «эти следы» вас так заинтересовали?

Он усмехнулся.

— Я люблю страстных женщин. А эти следы, хм… Таких женщин я еще не встречал. Так ты удовлетворишь мое любопытство?

— Это ожоги, оставшиеся от попытки укротить джинну.

— И каков результат? — тут же задал он следующий вопрос.

— Женился… — вздохнул я.

Маг расхохотался; от всей души, очень искренне.

— Сочувствую, — произнес он, отсмеявшись. — Но, может быть, представишь супруге?

— Я бы предпочел обойтись без ее присутствия… — непроизвольно скривился я.

— Ну что же, — продолжая улыбаться, произнес маг, — тогда все-таки подойдем к поводу нашей встречи. Сначала — мой интерес. Я могу осмотреть артефакт Республики?

Я кивнул и выложил на стол восьмигранник. Маг внимательно осмотрел его, не прикасаясь, затем встал с кресла — когда я тоже поспешно попытался встать, он жестом остановил меня — и ненадолго вышел из комнаты. Вернулся с черной шкатулкой в руках; поставил ее на стол, снова сел в кресло.

— Это довольно опасный предмет… — задумчиво произнес он.

Боюсь, это собьет цену, но… Думаю, торговаться не стоит — мне все-таки важнее расположение знающего человека. Я кивнул.

— Но пока что эта штука проявляла активность только ночью.

— Какого рода активность?

— Притягивает злых духов.

Он задумчиво покивал, затем откинул крышку шкатулки. Внутри, на черном бархате, в специальных углублениях лежало несколько предметов. Маг достал из шкатулки свернутый лист какого-то материала, похожего на грубую бурую бумагу, развернул его и, ухватив восьмигранник через эту «бумагу», переложил его на нее. Аккуратно расправил лист и обвел вокруг восьмигранника окружность извлеченным из шкатулки синим мелком, не оставляющим следов на руках.

— Боюсь, я не смогу приобрести этот предмет в ближайшие несколько дней, — сообщил маг неожиданную новость.

— Почему? — удивился я.

— Его необходимо исследовать на предмет потенциальной опасности и возможной ценности, а также позаботиться о способе хранения… — задумчиво произнес он. — Однако не стоит беспокоиться. На это время я предлагаю погостить в моем доме. И, разумеется, — он запустил руку за пазуху и положил на стол глухо звякнувший мешочек, — обеспечу денежный залог. А пока что приглашаю пообедать.

Вот предложение, от которого я не могу отказаться! Тем более что на столе оказалась настоящая еда. Незнакомая, но вполне нормальная и весьма аппетитная… По большей части. Сыр с плесенью — это не для меня…

Несмотря на голод, я старался есть аккуратно, чтобы не позориться. Не скажу чтобы получилось элегантно, но «гранд» — вот он ел действительно изящно! — удивленно поднял бровь.

— Так ты из благородной семьи? — поинтересовался он. Ну, по сравнению с крестьянством…

— Можно и так сказать. У нас ситуация с этим… сложнее, чем здесь.

— И что же заставило отпрыска благородной семьи вступить на путь Говорящего с духами? Прошу прощения за назойливое любопытство, но чем дальше, тем больше ты разжигаешь мой интерес.

— Полагаю, судьба… — вздохнул я. — Да, вот еще… У меня успела состояться небольшая беседа со здешним коллегой, который настоятельно предложил не задерживаться в городе дольше десяти дней.

— Все займет не больше трех дней, — успокоил меня маг. — К слову… Сокен упоминал, что тебя интересует Республика.

Я кивнул.

— Вернее, меня интересуют их исследования. — Я взвесил риски и решил немного открыться. — Дело в том, что я оказался здесь не по своей воле. Меня переместила сюда с моей родины неизвестная сила, и я пытаюсь понять, что это вообще было. А поскольку здесь я очутился прямо на артефакте, судя по всему, этой самой Республики, можно предположить, что это связано.

— Прямо на артефакте? Этом?

Он кивнул в направлении отложенного в сторону восьмигранника. Я отрицательно покачал головой.

— Нет, на другом, на чем-то вроде алтаря. Кстати, я скопировал надпись на нем, так что хотел бы спросить: нет ли кого-то, кто мог бы прочитать текст?

Маг задумался.

— Текстов Республики практически не сохранилось, как что и специалистов по языку, в общем-то, нет. Разве что… Возможно, кто-то из долгоживущих… — Он задумчиво побарабанил пальцами по поверхности стола. — Я об этом еще подумаю, — наконец заявил он. — А пока насладимся пищей. И беседой, если ты не против.

— Ничего не имею против… но хотел бы спросить, какое обращение лучше использовать.

— Да, — усмехнулся он, — согласен, пользоваться титулом за столом глупо, а мое имя длинновато… Можешь называть меня Манке. Все мои знакомые используют это сокращение. Очень удобно.

Я согласно кивнул.

За обедом — эх, вкусно! — Манке ненавязчиво расспрашивал меня, откуда я родом, что это за страна и тому подобное. Я старался отвечать правдиво-расплывчато, благо опыт есть — мать тоже любит меня допрашивать. Любопытный он все-таки… Впрочем, не скажу, чтобы меня это напрягало, — скорее это даже хорошо. Похоже, Сокен знал, к кому меня направлять…

В то же время я и сам задавал вопросы, проясняя некоторые вещи, которые не разузнал у старика. Ну не мог же я сразу обо всем подумать — у меня что, часто бывают подобные приключения?.. В итоге, полагаю, «заобеденное» общение прошло к взаимному удовольствию.

После обеда хозяин приказал служанке устроить меня в гостевой комнате, предложил чувствовать себя свободно и удалился — с восьмигранником в специальной коробке. Да, еще он выдал мне небольшой медальон, что-то вроде гостевой регистрации — чтобы не было проблем со стражей, особенно на входе-выходе из «белого» квартала. В принципе, у меня и так проблем не было, но мало ли… Тем более что никакой магии на медальоне я не заметил. И все же я не оставлял подозрительности, хотя и не выставлял ее напоказ.

Подобное доверие — устроить практически незнакомого человека в своем доме на несколько дней, — полагаю, в основном объяснялось его способностями к предвидению. В конце концов, я действительно был твердо намерен вести себя прилично… А Манке, как я понял, был чуть ли не главным специалистом города в вопросе ясновиденья и имел какую-то должность в разведке. В смысле, не в шпионаже, а в магической разведке местности и предвидении действий противника.

Кстати, о ясновиденье, вернее, предвидении. По словам Манке, это штука весьма расплывчатая. Например, о моем визите Манке знал со вчерашнего дня. Знал, что примерно в это время к нему придет кто-то с чем-то интересным. И только. А в целом точность — примерно как у нас прогноз погоды. Пятьдесят на пятьдесят… Хотя иногда удается получать точную информацию, изредка даже на длительные сроки. Но с этим столько проблем, мороки и неуверенности, что дальним предвиденьем серьезно никто не занимается. Правда, попадаются различные «пророки», но примерно девяносто девять процентов из них — обычные шарлатаны или сумасшедшие. В общем, тоже почти как у нас.

В выданном мне мешочке оказалось сорок круглых золотых монет. Учитывая, что скромный домик на окраине города — причем именно домик, а не хибару — можно купить монет за двенадцать-пятнадцать, это весьма неплохие деньги. Хороший старт… А если Манке еще и найдет переводчика, так и вообще прекрасный.

Осмотрев дом, я быстро наткнулся на два шкафа с книгами. Выяснив у служанки, не будет ли хозяин возражать, если я их почитаю, я принялся просматривать имеющуюся литературу.

Один шкаф полностью занимали такие трактаты, как «Цели и методы ясновидения», «Постановка помех психической разведке», «Интерпретация видений» — вероятно, рабочая литература хозяина. Между прочим, все книги на хорошей бумаге и с хорошим качеством печатного текста… Нет, все-таки здесь явно не Средневековье. На полке даже нашлась мятая газета «Вестник города», которую я поспешил просмотреть, — однако ничего полезного извлечь из газеты не удалось. Разве что упоминание о том, что очередная небольшая война с полисом Гарганта близится к победоносному завершению. И то я обратил на это внимание больше потому, что причиной войны называли контроль над торговлей табаком в регионе. Точнее, контроль над единственным в регионе торговым маршрутом, по которому этот самый табак возят. Тоже мне, стратегическое сырье…

Брошюрка «Новая История», которую я с интересом начал читать, к моему разочарованию, оказалась явно пропагандистской литературой. «Наше дело — самое правое, армия самая сильная, а те, с кем мы воюем, сами виноваты». Полагаю, правды там только и было, что список войн за последние двести лет, занимающий примерно половину объема брошюры.

Остальная литература меня тоже разочаровала. Собственно, из остального большая часть представляла собой легкие эротические романы и сборники стихов, некоторые были помечены карандашом. Фривольная личность этот Манке…

Просмотрев все имеющиеся книги и с разочарованием убедившись в их бесполезности, я решил заняться своими духами. Для начала мне нужна была хотя бы одна нормальная гидра. Та, что у меня уже имелась, годилась разве что для полива огорода. Ну или еду готовить, особенно суп — на столь же ленивой саламандре…

Когда я спросил служанку, как здесь с водой, выяснилось, что в доме имеется вполне нормальный водопровод. Поразительно, как ни посмотри, но это уровень нашего девятнадцатого, от силы восемнадцатого века! Почему возникла такая разница с деревней, оставшейся где-то в первом тысячелетии?..

Как я и рассчитывал, гидры, обитающие в водопроводе, оказались куда более покладистыми, чем ручьевые. Пара гидр согласилась заключить договор в обмен на что-нибудь красивое; полученная с помощью сильфид небольшая радуга их устроила. Заодно это успокоило и сильфид, дувшихся из-за того, что я целый день с ними не играл. В угольной печи нашлась желающая присоединиться к нашей дружной компании саламандра; правда, ей пришлось пообещать, что буду ее регулярно выгуливать. Тоже мне, собака… Уф, всем угоди! В принципе, на капризы тех же сильфид можно было бы наплевать — их договор не предусматривал особых условий, — но воздушные духи действуют гораздо эффективнее, когда довольны. Так что приходится крутиться…

Мои манипуляции с водой и огнем служанку ничуть не смутили, хотя со стороны должны бы выглядеть странновато. Я был удивлен ее спокойствием, но она пояснила, что у хозяина бывает много странных гостей, так что она привыкла.

Закончив работу с духами — гномы пока не поддавались, — я решил было пройтись, осмотреть город, но быстро отбросил эту мысль. Довольно приключений на мою многострадальную пятую точку!.. У меня появилась возможность нормально отдохнуть в комфортных условиях, и упускать ее глупо — не факт, что она появится в ближайшее время. Приключения могут меня и сами найти…

Хозяин вернулся только вечером. Я сидел в беседке за домом, лениво почитывал книгу «Знаменитые пророчества: правда и ложь», наслаждаясь запахом цветов, и время от времени хрустел домашним печеньем, которым меня снабдила служанка. Хорошо…

— Стремление к знаниям — один из признаков истинно благородного человека, — произнес знакомый голос.