Этюды для левой руки (сборник)

Когда женщины наконец собрались, предоставили слово ее мужу, раввину.

Он говорил двадцать пять минут. Спокойно, негромко и торжественно. Народ, который не знал иврита (а его не знал никто), вежливо смотрел на него пустыми глазами и с колен отправлял эсэмэски мужьям и детям. Я тоже отправила парочку. Мне, кстати, даже интересно было послушать, потому что некоторые слова на иврите очень были похожи на русские. Например, «Вода» и «Бог». Я думала: интересно, что значат эти слова? И потом маленькая нежная Пнина подошла ко мне, положила узкую ладошку мне на плечо и спросила: «Ну шьтО-о? Правдэ, мой мушь ужье харашьо гаварит па-украинскаму?»

Потом ведущая затеяла викторину, кто лучше знает Пнину. Я тоже ответила на один вопрос – «Что означает имя Пнина?». Я подняла руку и сказала: «Жьемчьюжьинька».

И мне дали приз.

А потом наступило самое страшное. Меня представили, и пришлось выходить читать. Но нас, выступающих одновременно, оказалось четверо: две голосистые прелестные девочки Пнины, четырех и пяти лет, какая-то дама из гостей. (Она беседовала по телефону: «Я тебе сказала, включи за черное колесико и выключи за красное!») И если даму я весело спросила, не мешаю ли я или, может, у нее секреты, а мне все слышно, и, может, мне выйти, чем сильно повеселила гостей и догадалась, что симпатии к даме мало кто испытывает, то деток никто не одергивал и замечаний не делал (между прочим, и правильно!), и мы с ними стали перекрикивать друг друга. Девчонки временами побеждали.

Ну а потом меня поблагодарили, сказали: «Приезжайте к нам еще» и еще сказали: «Желаем вам чисто по-женски быть счастливой». Тут я так растрогалась и, прежде чем подумать, ляпнула: «Спасибо, я уже, и именно чисто по-женски», чем опять повеселила публику.

Как вы понимаете, крем-брюле я не дождалась, потому как уехала сразу же после своего выступления…

Кстати, если не одергивать и не шикать на детей, они вырастают спокойными, хорошими и добрыми людьми.

Поэтому пусть зовут, я обязательно приеду, но чтоб отдельно. Отдельно – к маленьким, отдельно – к большим.

И отдельно – к крем-брюле.

Кстати, о детях

К моей приятельнице Лоре, с которой мы бродили по супермаркету, подошла большая, очень красивая и очень застенчивая женщина, воспитательница из детского сада. Я просто застыла от восхищения. Так и стояла, смущенно жамкая голую свежую курицу, прижимая ее к сердцу и прислушиваясь. Она сказала:

– Рариса Варентиновна, удерите мне минутку… Видите ри… Ваша Юря прохо кушает. Хреб не есть совсем. И рожку держит в ревой руке. Рариса Варентиновна, ваша Юречка – ревша?

Они поговорили. Прекрасная женщина извинилась и ушла.

Лора говорит, что да – дефект речи, но зато у нее, у Елены Витальевны, в ее группе дети добрые, дружелюбные, не капризничают, много чего умеют, что интересно – и ни один не картавит.

Мирая, очень мирая. И зовут ее дети Ерена Витарьевна.

Хокусай

После смерти Чака стала таскать в сумке еду. И если встречаю собаку, а я встречаю всегда эту собаку, то вручаю еду ей. Она, собака, песик по имени Хокусай (я так ее назвала за раскосые глазки и за то, что она однажды очень артистично выла на полную луну) живет между дворами, маминым и чужим. По нашей семейной традиции однажды она сменила пол, превратилась в девочку и родила щеняток. И теперь хочу не хочу, надо выйти и ее покормить. Потому что она уже стоит у меня на маршруте. И видит меня издалека, шею тянет. Ведет себя деликатно, не бежит навстречу, не прыгает, ждет. Она пыталась как-то из благодарности увязаться за мной и меня сопровождать, но я ей сказала наше, опять же традиционное, «полноте». И добавила: мол, это лишнее. И она пробормотала что-то вроде «баба з возу… и у самой дел по ноздри».

Город черновиц

Мои подруги Алиса Первая и Алиса Вторая вслух размышляли о гигиене тевтонских и других рыцарей, русских цариц, испанских принцесс и прочих исторических персонажей и о романтических дурах, с тоской утверждающих, что созданы были они для эпохи Возрождения или того дальше. (Чтобы тягать на груди блошинки, а под юбкой отдушки от мышей и тараканов… Бр-р-р…)

Вот лично я определила для себя место и время, с которым действительно разминулась: начало прошлого века, город Черновиц, Австро-Венгрия. Порядочность и хорошие манеры ценились, а добротная австро-венгерская сантехника была такого качества, что многие в Черновцах ею пользуются до сих пор. И башмачки были высококлассные, и образование, и кондитерские изделия… и не было волчьих законов Интернета, когда тебя, такую нежную, ну почти как Бальмонт, могут послать куда подальше, обозвать, обхамить, обматерить, причем просто так – от дурного настроения или в силу желчности характера. И надо все время держать наготове знакомого программиста, знающего наизусть кодексы нескольких государств, эксперта по определению IP, юридического адреса компьютера и поиску анонимного обидчика, хама или, не дай бог, сумасшедшего, с целью навалять ему по шее. Или развести руками, глядя на убогого, с плохими зубами и короткими ножками, одинокого, завистливого, пьющего, неадекватного крошку и… пожалеть его, ну или плюнуть в его сторону и забыть, что чаще всего и бывает…

Я – японка, или Японка ли я

Считается, что японская женщина – это и есть настоящая леди, а никакая не англичанка. И вот правила. Оказывается, я абсолютно не соответствую. Или соответствую?

Итак, правила японской женщины.

Быть здоровой.

Какое там, если не колет, то давит или щемит… Вот в данный момент болит голова… Не японка.

Держать спину прямо.

Вечно сутулюсь. Это из-за музыки. Почему-то считалось, что стульчик возле пианино надо выкручивать как можно выше. А я близорука была, вот и приходилось сутулиться, чтобы рассмотреть ноты и быть поближе к клавиатуре. Кстати, так играет Мисин – носом в клавиатуру. Ну это единственное сходство с Мисиным. Он, хоть и играет носом, молод, красив, кудряв и гениален. И мальчик. Я же только играю носом. Остальное – не обо мне. Не японка.

Говорить на хорошем японском языке.

Могу! «Сенсей», «Харакири», «Камикадзе», «Якудза», «Гейша», «Васаби», «Суши», «Мицубиси», Хокусай, Мураками, Йокогама, еще Хонсю, Кюсю, Сикоку и Хоккайдо… Кимоно! Кто посмеет сказать, что приведенные японские слова – плохие? Я говорю на ХОРОШЕМ японском языке. Японка.

Всегда с улыбкой говорить «доброе утро».

Ага… По улыбке и получить можешь, что часто бывает. Мои домашние плохо переносят мое хорошее настроение утром. Нет. Не японка.

Соблюдать правила этикета со всеми.

Тут надо за собой понаблюдать. По крайней мере, даже к незнакомым собакам и котам я обращаюсь на «вы». Ну и, как говорится, первая не нападаю. Японка.

Иметь ухоженные руки и здоровые ногти.

Этого у меня не отнимешь. Это от природы. Типичная японка!

Быть той, о ком говорят, что она всегда опрятна.

Эм-м-м… Надо поспрашивать. А то обо мне на эту тему никто пока не высказывался. Так, японка под вопросом.

Почти никогда не испытывать скуки.

Вот тут я точно японка. Фух. Наконец-то хоть что-то определенное!

Посвящать себя чему-то.

Я посвящаю себя вам, мой читатель. И не только потому, что хочу быть японкой.

Аккуратно возвращать одолженные вещи.

Я беру только книги. Больше ничего. Возвращаю. Думаю, что даже аккуратней, чем японка.

Говорить приятным голосом.

Вот!!! Нет, я не безнадежна!!! Многие говорят, что у меня приятный голос. Правда, мне самой он не очень нравится. Считайте, что я этого не говорила. Японка!

Отвечать на письма и послания.

Это обязательно! Я – японка! Японка!!!

Не говорить о том, чего не знаешь.

А я и не говорю! Правильно… потому что японка!

Уметь носить джинсы.

Хм… Я думала, уметь носить джинсы – это достоинство американцев… Странные требования к чистоте японской нации. Да, я умею носить джинсы. Значит, натягиваешь одну штанину, вторую, потом ложишься, выдыхаешь, застегиваешь молнию, потом пытаешься встать. Если встала, пытаешься сделать шаг. Если сделала шаг, значит, все – пошла, пошла… Идешь. И носишь американские джинсы. Как истинная японка.

365 дней в году быть в хорошем самочувствии.

Если меня любят, могу и чаще. Японки отдыхают.

Тратить деньги как полагается, и на нижнее белье тоже.

Японка. Я – японка. Могу!

Вкусно готовить. Иметь ловкие руки.

Так, где дают японское гражданство?

Выбрасывать ненужное.

Я бы с радостью, но оно само назад домой приходит. Вот копилку в виде собаки перед Новым годом выбросила опять. Глядь – а она на подоконнике стоит. И ухмыляется. Видно, не хочет, чтобы я японкой была.

Рано вставать.

Который там час? Ага, полшестого. М-да… Разрешите представиться – Маруся-сан…

Каждый день просматривать газеты.

Я просматриваю Интернет. Считаю, можно поставить плюсик.

Каждый вечер хорошо засыпать.

Нет, не совсем японка…

Часто говорить «спасибо».

О! Спасибо! Вот, спасибо!!! Японка-японка! Трижды японка.

Не скупиться на обувь.

Ну, почти японка. Пойду на днях не поскуплюсь. Если дочь не раскрутит не поскупиться на ее обувь.

Поддерживать чистоту в уголках дома.

У меня так много уголков – пойду сейчас загляну во все. Правда, в одном из уголков стоит клетка в полкомнаты кролика Арсения, а в другом Иннокентий, попугай, живет. Там сложно поддерживать идеальную чистоту. Так, японка минус два угла.

Хорошо договариваться с людьми.

Легко! Могу. Все! Нужно выбирать для жизни один из японских островов. Вот, скажем, Кюсю. Там красиво.

Самостоятельно преодолевать страдания.

Нет, не японка. У меня есть кому уткнуться в живот и поплакать.