Военно-Медицинская Академия

Анк прощается с Милоей возле флаера, готового к взлету.

— Я буду тебя ждать — обещает Милоя. — Ты будешь мне верен?

— Конечно. Я же тебя люблю. Я буду тебе верен…

— Удачи. Я верю, что в этот раз ты поступишь…

Анк и Милоя целуются на прощание, и Анк влезает во флаер. Задает курс, машет Милое — и улетает.

Полчаса до экзамена.

Анк и Алекс. Оба — все также прирожденные все также неизвестно кто.

Анк нервно прохаживался возле здания ВМА. Алекс опаздывал. Анк волновался, одному идти на экзамен страшновато. Кроме того, хотелось спать, обессиленный организм требовал отдыха, и Анк все больше задумывался о том, чтобы плюнуть на все и полететь обратно, домой, завалиться в спальную капсулу и проспать часов двадцать. Пока за ним не прибудет наряд военной полиции.

Анк уже практически решился именно так и поступить, когда увидел в небе быстро увеличивающуюся в размерах точку. Точка вскоре переросла во флаер.

Двигаясь огромными зигзагами, флаер стремительно приближался к земле.

Разглядев рисунок на передней части флаера — три обнаженные блондинки с пышными формами, окруженные эмблемой любимой Алексом фирмы по производству пива, Анк понял, что это его друг спешит на экзамен.

Спешит — это мягко сказано, скорость флаера явно превышала допустимые нормы. И это несмотря на аппаратную и программную защиты от превышения скорости. Мда…

В какой-то момент Анку стало страшно — флаер, несмотря на огромные зигзаги, летел явно на него, и тормозить не собирался. Нервы не выдержали, Анк рванул за укрытие собственного флаера. Однако в последний момент Алекс затормозил. Уже у самой земли машина выровнялась и рухнула вниз. Дверь раскрылась, из нее выпал наружу Алекс. Не понимая, что случилось, Анк бросился на помощь другу.

— Спокойно, Анк, спокойно! — закричал Алекс. — Я в порядке! Я сам…

Увидев Алекса вблизи, Анк ужаснулся. Многочисленные ссадины на лице, пара синяков, сбитые в кровь костяшки пальцев.

— Что с тобой?

— Ничего… страшного… — Алекс отмахнулся от Анка, пытающегося помочь ему подняться. Не успел… хамелеон… активировать…

Алекс кое-как приподнялся, потом рухнул на колени, и пополз на четвереньках.

— Подожди, дурак! — закричал Анк. — Куда ты в таком состоянии!

— Я не сдаюсь! — заявил Алекс. — Пошли, не бойся!

— Слушай, Алекс, тебе лучше остаться!

— Нет! Или мы идем вместе… или я иду один!

— Тебя не пустят!

— Хто?

— Охранники!

— Я им в глаз дам. Сразу пустят.

Лекс героически сделал еще один шаг и упал.

— Анк, я тебя одного не брошу! Я с тобой!

Анк знал Алекса уже пятнадцать лет. И знал, что Лекса сейчас не остановить. Бесполезно.

Анк помог другу подняться, подставил плечо, и они вдвоем медленно зашагали к зданию академии.

— Ничего, Анк, сейчас все пройдет. Я принял две капсулы анетрофинулина… А, ты же не знаешь. Это вещество, которое нейтрализует действие алкоголя и выводит его остатки. Я уже начинаю приходить в себя…

Анк промолчал. Потому что знал: если сейчас заговорит, то не выдержит и выскажет все, что думает. Но сейчас не время. По душам они поговорят позже…

* * *

В аудиторию, где проводился экзамен, Леха вошел почти трезвый.

Большая часть терминалов уже занята. Трое парней и полсотни девушек.

— Слушай, Анк, а тут, кажись, неплохо учиться — заметил Леха, оглядывая девушек. — И чего мы сразу сюда не пошли? А посмотри, вон та, за передним терминалом, какие у нее сиськи!

— Молодые люди! — ледяным тоном произнесла упомянутая Лексом девушка. — Я — помощник председателя экзаменационной комиссии. И от меня во многом зависит, кого сюда зачислить. Кроме того, мой отец — нлэссиец, и я унаследовала от него уникальный слух. Так что подбирайте выражения!

— Очень извиняюсь, прошу прощения, я просто хотел сделать комплимент, согласен, не очень удачный… — покаянно произнес Леха.

Под ледяным взглядом заместителя председателя они прошли к свободным терминалом, сев за соседние.

Тут же проверили биоволновую связь.

Выхода в Сеть, как и следовало ожидать, не было. Работали мощные "глушилки", радиус действия биоволнового излучателя ограничивался примерно двумя метрами. Хорошо, что этого хватало до соседней парты, можно поддерживать связь друг с другом.

Анк посмотрел на стандартный терминал. Дисплей, разделенный на две части: на левой будет отображаться вопрос, на правой следует писать ответ. Перо с биоволновым управлением лежит тут же, возле дисплея.

— Ну как, Анк, готов?

— Это что, шутка такая? Тогда у тебя плохо с чувством юмора. Мне лично не до смеха…

Девушка, вошедшая в аудиторию последней, сразу привлекла внимание С. Симпатичное лицо, фигура, достоинства которой умело подчеркнуты одеждой…

Одежда также привлекла внимание С. Оранжевая маечка, обтягивающая пышную, красивой формы, грудь, и облегающая бедра юбка, к сожалению, закрывающая ноги выше колен. Но не это заинтересовало С. А то, что одежда — не стандартный "хамелеон", способный принимать любую форму и цвет, а одежда, сделанная из обычного материала! С слышал о людях — консерваторах, которым не нравилось повсеместное засилье техники, и которые предпочитали многие старомодные вещи. Но "вживую" он видел такого человека впервые.

Девушка села за терминал перед С. Взор приковывала полоса ослепительно белой кожи между маечкой и юбкой.

Впрочем, экзамен есть экзамен, С помнил, насколько важно поступить сюда, поэтому легко переключился на умственную работу.

Тем временем председатель экзаменационной комиссии разослал на каждый терминал билеты. Не теряя времени, С жадно вчитался в скупые строки…

И почувствовал, как уверенность начинает покидать его. Как минимум, на половину вопросов он не знал ответа. Более того, о некоторых вещах вообще слышал впервые. Такого не было даже в его шпаргалках…

"Я пропал", — возникла в голове мысль, вытесняющая все остальные.

"Я пропал".

И С погрузился в глубокий транс, во время которого в голове находилась лишь одна-единственная мысль: "я пропал".

А вот настроение Дмитрия, наоборот, после прочтения вопросов только улучшилось. Все это он прекрасно знал, мог ответить без запинки в любой момент, поэтому он сразу мысленным усилием схватил перо с биоволновым управлением и начал строчить…

Анк и Леха отнеслись к экзаменационным вопросам с уже привычным хладнокровием. Опыт поступления в тридцать один институт показал, что на экзаменах всегда попадаются только те вопросы, ответы на которые ты не знаешь.

Не произошло чуда и в этот раз. Сказать, что ответа на эти вопросы они не знали, значит, не сказать ничего. Примерно девяносто процентов слов Анк с Лехой видели впервые, остальные десять составляли, в основном, предлоги. Ну, еще знаки препинания казались смутно знакомыми.

— Что будем делать, Леха? — спросил Анк. — Это ведь последний шанс! Если сегодня мы не поступим сюда, то завтра нас заберут в армию! Что будем делать?

— Будем думать, — хладнокровно ответил Алекс, оглядываясь по сторонам. — Будем думать, у кого бы списать…

Из ступора С вывела девушка, сидящая впереди.

Она медленно, стараясь не привлекать внимания экзаменаторов, завела руку за спину и всунула ладонь под юбку.

Подобные действия не могли не заинтересовать С.

Удивленный, он заворожено наблюдал за ее действиями. Край юбки странно зашевелился, потом ладонь выскользнула наружу. В пальцах девушка сжимала небольшой бумажный листочек.

"Шпаргалка", — нутром почувствовал С.

Стало понятным желание девушки одеться столь старомодно. Современные способы списывания преподаватели знают очень хорошо, а вот такие экзотические, на бумажных листочках, написанные чернилами… Зато сейчас они легко могут сойти за позабытый атрибут старинной одежды. С повезло — он с детства увлекался историей письменности с древних времен и до наших дней.

Из юбки торчали края других листочков. Девушка не смогла аккуратно вытащить нужную ей шпаргалку, зацепила остальные…

Приглядевшись — зрение у С великолепное — он прочитал название темы. Как раз то, что нужно!

Сердце С учащенно забилось. Упускать такую возможность нельзя. Только как же их взять?

Время шло, тикали невидимые часы, с каждым тактом уменьшая шансы на победу. Надо спешить, пока девушка не переложила шпаргалки.

С примерился, оценивая расстояние. Приподнялся, чтобы дотянуться, протянул руку прямо к краю юбки — туда, откуда выглядывали листочки шпаргалок. В этот момент девушка пошевелилась, листочки начали сползать вниз. С среагировал мгновенно, не успев подумать. Рука рванула дальше, вслед за листами, чтобы успеть схватить их. Ладонь скользнула под юбку, из-за того, что она оттянулась от тела, шпаргалки посыпались дальше, рука рефлекторно влезла еще дальше, пальцы сомкнулись, хватая листы, и вместе с ними — что-то мягкое и упругое…

— А-я! — завизжала девушка и, развернувшись, отвесила С звонкую оплеуху.

В ушах зазвенело, в глазах помутилось, но сработал инстинкт самосохранения, и С вырвал руку из юбки.

— Ты что, совсем………? Ты……. (и еще на пять минут…)…?!

С покраснел и едва не потерял сознание, Дмитрий закрыл уши, Леха слушал с явным восхищением, а один из преподов спешно конспектировал эмоциональную речь девушки.

Впоследствии Леха говорил, что в ее речи было не более десяти цензурных слов и с полсотни предлогов. Поправить его мог только Павел, который совершенно точно знал, что в этом монологе было ровно шестьсот восемнадцать слов, большую часть которых составляли прилагательные, имеющие корнем нецензурные существительные, а также глаголы, произошедшие от тех же существительных. Причем существительных было довольно много, однако произошедших от них глаголов и прилагательных — намного больше. И среди них — аж одиннадцать слов, которые с некоторой натяжкой можно назвать цензурными — видимо, они вырвались случайно. А вот предлоги, за исключением "в" и "на" практически отсутствовали.

Можно было сделать предположение, что девушка выбрала не ту профессию, и ей следовало идти учиться на лингвиста.

— Ничего себе… — удивленно сказал Леха. — Ты это видел, Анк? Пацан прямо на экзамене к девчонке под юбку полез!

Покрасневший С под любопытными взглядами девушек пересел за другой терминал.

"Да, начинается мое обучение…", — подумал он. — "Не успел поступить, а уже такую славу себе заработал! Ну почему мне так не везет, а? Как мне теперь с ними знакомиться?".

Но отступать от задуманного С не хотел.

"Ладно, будь что будет. Может, они быстро про это забудут".

С заставил себя переключиться на экзамен.

Разжал кулак, в котором сжимал добытые такой ценой шпаргалки.

"Только бы преподы ничего не заподозрили", — думал С, осторожно переписывая содержимое одной из шпаргалок…

Алексей шепотом окликнул одну из девушек. Она сидела в другом ряду, за пределами досягаемости его бипа. Пришлось прибегнуть к устной речи… Девушка чуть обернулась, но тут вмешался один из экзаменаторов, пожилой преподаватель.

— Молодой человек, не разговаривайте!

Леха медленно повернулся к преподавателю, смерив его тяжелым взглядом.

Увидев опухшее после пьянки и последовавшей за ним драке лицо с синяками и ссадинами, мощные кулаки и стертые в кровь костяшки пальцев, экзаменатору стало не по себе.

— Ты это кому? — тихо осведомился Леха.

— Я… э-э-э… не вам, не вам. Я… вон той девушке. Да, ей.

— Точно не мне?

— Точно, точно, — поспешно закивал преподаватель.

— Тогда ладно. Тогда живи… пока.

Леха снова окликнул девушку, уже не особо таясь. Девушка слегка повернулась, стараясь не привлекать к себе внимания преподавателей. Алексей что-то сказал ей, — Анк не слышал, что именно — потом речь явно зашла о вопросах, которые им достались.

— Сейчас она даст нам шпаргалку, — сказал Леха.

— Как тебе это удалось? — удивился Анк.

— Я сказал, что у нее потрясающая фигура.

— Да, — согласился Анк, внимательно посмотрев на девушку. — Ей есть, чем потрясти…

Маленькая тонкая пластинка вылезла откуда-то из-под платья девушки, плавно опустилась, управляемая биоволной, на пол и заскользила по нему к терминалу Алекса. Ей оставалось совсем немного, когда закончилось поле действия биоизлучателя, ограниченное "глушилками". Леха не мог взять управление над ним, поскольку не был настроен на нужную, "хозяйскую", волну. Впрочем, сейчас до нее можно дотянуться и так…