– Я тебя слушаю, брат.

– Только что имел разговор с одним человеком… из милицейского офиса. Ну, ты понимаешь, о ком я.

– Да, конечно.

– Он сказал, что с их министерством согласовываются списки людей, которые поедут на то мероприятие…

Почувствовав заминку в словах собеседника, Алгереев бросил в трубку:

– Ты сказал – «списки»? А почему не список? Их что, несколько?

– Да, именно так! Два списка. В одном сто двадцать фамилий…

– Ну, это я уже в курсе. Это те, которые отправятся десятого утром?

– Да, именно так!

– Откуда тогда взялся второй список?

– Туда вошли фамилии тридцати человек. И эти же люди фигурируют в первом, «широком» списке.

– Это все?

– Нет. Человек сказал, что министерству поручено обеспечить выезд, сопровождение… охрану, короче… небольшой автоколонны. Автобус «Неоплан» и две иномарки. Пока вот такая информация.

– Местной милиции поручено?

– Да. Милицейская машина будет сопровождать до Моздока. Выезд этой колонны планируется восьмого числа в десять утра.

– Восьмого? Не десятого, как раньше планировали? Вы там ничего не путаете?

– Именно восьмого! Назначение – Минеральные Воды.

– А не Пятигорск?

– Я передаю то, что мне сказано. Там вроде бы будет еще один лагерь. Как бы… ну, как бы подготовительный.

– Хм… – Тамерлан на короткое время задумался. – Это интересная информация… Этот второй список из тридцати человек… он у нас уже имеется?

– Утром будет полная информация. До полудня – точно.

– Сразу сообщишь мне! Но не по телефону… Воспользуешься электронной почтой.

– Понятно, Тамерлан, все сделаю.

– Спокойной ночи, брат. Утром жду от вас известий.

Тамерлан сунул трубку в нагрудный карман сорочки. Пока он общался по телефону, Сайтиев успел открыть довольно пухлую папку и выложить на стол ее содержимое. А именно, «корочки» удостоверений МВД Дагестана и бланки двух республиканских ведомств – министерства по национальной политике, делам религий и внешним связям Республики Дагестан; а также местного Министерства образования и науки. Здесь же были и незаполненные листы командировочных документов, отштампованные печатями. И – отдельно – образцы подписей чиновников. В свертке, который Сайтиев тоже распотрошил, нашлись исполненные каким-то махачкалинским умельцем дубликаты печатей республиканских ведомств…

– Отлично, – сказал Тамерлан. – Славно поработали наши братья! Ты говорил, Руслан, что Мансур большой мастер по «доводке» документов?

– Непревзойденный. У него здесь имеется все необходимое. Фотокарточки тоже он сделает на месте.

– Надо бы оперативно смастерить те несколько комплектов, о которых мы договаривались. Срок – до полудня!

– Сделаем, Тамерлан.

– Списки наши махачкалинские друзья тоже вложили?

– Да, я их первым делом отложил… Их, этих списков, тоже два.

И Руслан передал Алгерееву несколько листов формата А4, помещенных тем человеком, что отправил «посылку» через связника в Хасавюрт, в целлофанированную обложку…

В разговорах о предстоящем деле прошло около получаса. Руслан собрал бумаги и бланки, после чего позвал хозяина дома и проинструктировал в плане того, чем ему предстоит заняться этой же ночью.

Ваха уже вскоре пригласил приехавшего поздним вечером из столицы республики связника пройти в гостиную.

– Ассалам алейкум!

– Ваалейкум ассалам!

Одного из находящихся в помещении мужчин Махмуд знал. Это Руслан, хороший знакомый его родственника Мансура, брат уважаемого человека и сам праведный и уважаемый человек. Второй надел «шлем-маску» – видно, не хочет, чтобы связник запомнил его в лицо. Махмуд отнесся к этому спокойно. Он видел в своей жизни стольких людей в масках, как местных, так и федералов, что его таким маскарадом давно не удивишь.

– Махмуд, наш уважаемый хозяин уже передал нам все, о чем ты ему сказал и что тебя просили передать устно, – сказал Руслан, в руках которого появились четки. – Но я бы попросил тебя повторить еще раз… Говори свободно и откровенно. – Он чуть кивнул в сторону сидящего в кресле мужчины в маске. – Это очень уважаемый человек, наш соратник, наш брат… Его послал нам сам всевышний.

– Махмуд, мы тебя слушаем, – сказал человек в «маске». – Слово в слово.

– Сказано передать следующее… – Махмуд почесал кончик шелушащегося носа. – Из Москвы пришло распоряжение отобрать тридцать человек из республиканской квоты на участие в лагере «Пятигорск». Этих следует отправить восьмого числа в город Минеральные Воды… Выезд из Махачкалы в шесть часов утра. Мероприятие на контроле у Москвы.

– Это все? – спросил Руслан.

– Да.

– Спасибо, брат, – сказал Сайтиев. – Можешь идти отдыхать… Утром ведь тебе на рынок?

– Да, мне нужно там показаться. Я продам вещи оптом одному торговцу… Но приехать туда, походить там, «засветиться» все равно нужно.

– Хорошо. Отдыхай, Махмуд… и да пребудет с тобой всевышний.

Во втором часу ночи раздался еще один звонок. На этот раз в трубке прозвучал женский голос:

– Тамерлан, это Малика… У меня есть важные новости.

Алгереев усмехнулся про себя. Последние сутки все телефонные разговоры начинаются с фразы «у меня есть важные новости».

– Говори, Малика, я тебя внимательно слушаю.

– Тамерлан, главная новость такая… Перед тем мероприятием, о котором мы уже знаем, состоится еще одно событие.

– Так, так…

– Подготовительный лагерь. Там будут, так сказать, притираться…

– Притираться? Что это значит?

– За двое суток до начала главного мероприятия соберут в одном месте сравнительно небольшие команды… Из каждого региона, из всех республик.

– Сколько народа в этих «небольших командах» планируется?

– По тридцать человек. Там будут старшие – воспитатели и «комиссары». Плюс некоторое количество тех, кто будет проводить лекции, беседы, тренинги… И еще журналисты из числа тех, кто войдет в список.

– Восьмого числа, значит?

– Да. Заезд в лагерь после полудня.

– Место проведения этого мероприятия известно?

– Там же, в Ставропольском крае. Но, возможно, не в самом Пятигорске, а в Минеральных Водах…

– А поточнее?

– Сами организаторы еще не определились. Сегодня, возможно, удастся получить эту информацию… Я тут раздобыла уже образцы командировки.

– Тоже хочешь поучаствовать, Малика?

– Как и договаривались изначально, Тамерлан. Я-то пойду до упора…

Алгереев задумался. Женщине, которую он в конспиративных целях называет Малика, можно доверять. Хотя она и не чеченка… Он знает об этой особе столько и такого, чего даже она сама, возможно, о себе не знает.

– Хорошо, Малика. Это очень важные сведения. Напиши более подробно в «почту». Согласовывай свои действия с нашими людьми – с Тимуром и Исмаилом. И держи меня в курсе.

После небольшой паузы из трубки донеслось:

– Я очень по тебе скучаю, Тамерлан.

– Я тоже.

– Надеюсь… и жду, что мы скоро встретимся.

Тамерлан криво усмехнулся – ох уж эти женщины! И нажал на кнопку отбоя.

Сайтиев – вот же выдержка у человека, – перебирая четки, ждал, что скажет старший, каково будет его решение. Тамерлан тоже сидел молча, откинувшись на спинку кресла и смежив веки. Так прошло около получаса.

– Сам всевышний дает нам этот шанс, – негромко произнес Алгереев. – У кяфиров сейчас пожары, их руководство жестко критикуют… Удобный момент для нанесения удара. Ты со мной согласен, Руслан?

– Я и мои братья в твоем полном распоряжении, Тамерлан. И наши жизни – тоже.

– Спасибо, брат. Это именно то, что я хотел услышать.

– Ты решил поменять планы?

– Поговорим об этом утром… Мне нужно еще подумать.

– Хорошо, как скажешь.

– Пока скажу только одно. Мы должны ударить так, в таком месте и с таким расчетом, чтобы нанести максимальный урон врагам веры и нашего народа. Иншалла. А теперь давай отдыхать, брат, – завтра у нас трудный день.

Глава 5

Волков проснулся от настойчивого пиликанья электронного будильника… и не сразу понял, где он находится. Отбросил тонкую простыню, под которой спал, сел на кровати. Ах да… он в Минеральных Водах, в служебном общежитии, в своем «номере».

Босиком прошлепал к умывальнику. Вода течет тонюсенькой струйкой. Почистил зубы. Голова все еще была тяжелой, если не сказать – чугунной. Вчерашний день выдался довольно насыщенным. Сначала поездка в Домодедово через всю прожаренную и пропитанную дымом и смогом столицу. Потом перелет… Вторая половина дня прошла столь же интенсивно – первое задание, новые люди, новые впечатления.

Против ожиданий, против того, о чем они с Никитиным договаривались по телефону изначально, пришлось впрягаться в работу уже в день прилета. После трех пополудни небольшая команда, в нее включили и Алексея, взялась осматривать те объекты в окрестностях Минеральных Вод, из которых следовало в самом ближайшем времени выбрать какой-нибудь один.

Вначале они осмотрели кемпинг «Чайка» и примыкающую к нему, составляющую с ним как бы один комплекс, отгороженную от трассы лесополосой площадку для автотуристов. Там вполне можно было бы разместить человек триста приезжих. Имелись биотуалеты (недостающее количество можно завезти). Был просторный складной ангар, который можно временно использовать как столовую. Электричество тоже подведено, есть куда подключаться при посредстве переносных кабелей…

Это плюсы. Но минусов, учитывая ранг мероприятия и все сопутствующие обстоятельства, тоже хватает. Рядом, за лесополосой, федеральная трасса (не перекрывать же ее всю на время проведения мероприятия). Столовая не оборудована кухней, есть лишь несколько электрических плит и СВЧ-печки. А это значит, что пищу для участников придется откуда-то завозить… Да и в самих домиках разместится максимум человек сто; остальным придется жить в палатках. И последний минус, самый существенный. В этом кемпинге постоянно тусуются разные байкеры и рокеры, местные и заезжие экстремальщики. И само это место считается одним из самых проблемных в городе…

Примерно такая же картина и со вторым мотелем, расположенным в районе северного пригорода села Левокумка. Он работал с апреля по октябрь; там тоже хватало места, чтобы в дополнение к существующим домикам разбить еще и палаточный городок. Но место совершенно открытое, неогороженное. Да к тому же еще и инфраструктуры необходимой нет: мало туалетов, отсутствует водопровод, вода забирается из скважины, нет помещения, где можно было бы собирать народ (да хоть на случай дождя)…

На третий объект, в санаторий, они приехали, когда на улице было уже темно, после девяти. Некоторое время общались с дожидавшимися их двумя женщинами (директором санатория и приехавшей из Пятигорска чиновницей краевого правительства). Договорились, что в девять утра их небольшая команда приедет в санаторий, чтобы осмотреть объект уже в светлое время суток.

Волков бросил взгляд на часы. Четверть восьмого…

Он долго не мог уснуть. Ныла потревоженная нагрузками нога; а вчера пришлось походить, и немало. Опять же, новое место, масса впечатлений… Во втором часу, поняв, что не сможет уснуть без снотворного, проглотил таблетку «Сомнола». После чего наконец вырубился; да так крепко спал, что едва расслышал попискивание электронного таймера.

С шофером договорились, что тот подъедет к воротам служебного общежития в половине девятого. Времени вполне достаточно, чтобы принять душ, привести себя в порядок, съесть бутерброд и выпить чашку кофе.

Алексей надел шорты и майку. Сунул ноги в шлепанцы. Взял полотенце и пакет с банными принадлежностями. Закрыл номер на ключ. Поднялся на этаж выше и направился по коридору в самый конец – туда, где находилось помещение с душевыми кабинками. Придется пользоваться общим душем, пока не сделают кабинку в выделенном ему для временного проживания номере.

Волков открыл дверь выданным ему комендантом ключом. В помещении имелся предбанник; здесь стоял пластиковый стол, несколько пластиковых же кресел и с полдюжины продолговатых шкафчиков для одежды и вещей.

Он быстро разделся, сунул одежду в один из шкафчиков и направился в другое помещение, где были установлены три душевые кабинки. Вошел в одну из них и включил воду…

Удивительно, но в последнее время он практически не возвращался в мыслях к расставанию с Марьяной. Он прожил с этой молодой женщиной, его сверстницей, врачом-педиатром из Балашихи, почти три года в гражданском браке. Впрочем, так их жизнь можно назвать лишь с большой натяжкой. Волков, в силу рода занятий и служебного положения, находился то в расположении, на базе, то в командировках, которыми так часто «балует» альфовцев начальство. Удивительно, что Марьяна терпела его три года, удивительно, что она не нашла себе другого мужчину, который был бы все время рядом и который мог бы дать ей гораздо больше, чем Волков…

«Мне надоело постоянно ждать тебя, Леша, – сказала ему Марьяна во время их последнего разговора. – Надоело не спать по ночам. Бояться, что тебя либо убьют, либо покалечат… Пока ты лежал в больнице, пока лечился, не хотела тебе этого говорить. А сейчас, когда ты выздоровел и крепко стоишь на ногах, скажу: будет лучше, если мы с тобой расстанемся и дальше будем жить каждый своей жизнью…»

Волков выключил душ. Вытерся полотенцем; держа его на весу, направился к двери, через которую можно попасть в «предбанник». Он уже протянул руку, как дверь вдруг распахнулась…

– Ой! – послышался голосок Анохиной.