Спустившись вниз, Антиквар толкнул металлическую дверь, явно позаимствованную из какой-то лаборатории, которую украшала, выведенная неровным почерком надпись «Оставь надежду, всяк сюда входящий!» Хозяин помещения, как обычно расположился за стойкой, которая, вкупе с установленной до пола решеткой из сетки-рабицы, отделяла его от внешнего мира. На столе стоял неизменный лэптоп, в котором Сидорович хранил всю подноготную тех, кто когда либо к нему обращался. За спиной возвышался огромный стеллаж, со сваленным барахлом. У Сидоровича можно было найти почти все, а чего не было — он всегда знал, где и почем можно достать.

Антиквар работал у Сидоровича уже третий год. Сначала, когда еще молодым и не совсем опытным сталкером, быстро сообразил, что на артефактах особо много не заработаешь. Всякая мелочь типа «Медузы» или «Кровь камня» стоила копейки, а настоящих артов очень мало и попадались они крайне редко. А чтобы попасть в те места, где они иногда «произростали» необходима была хорошая снаряга и оружие. А вот поискать уникальные и по настоящему редкие вещи, появлявшиеся по причине аномального воздействия Зоны, можно. С такой идеей и пришел сталкер к торговцу, притащив тому вечную лампочку из бокса на АТП. Света там давно уже не было, но, почему-то никому в голову не пришла мысль: «А почему там лампочки горят?» Сидорович моментально проникся к этой идее и, быстренько просчитав, как на этом можно заработать, выдал парню в кредит поношенную «Зарю», которая завалялась у него в закромах, и отправил того на Агропром, пообещав, что если тот притащит еще что-нибудь эдакое, подарит костюм и ствол в придачу. Расчет был прост: вернется — молодец, вернется с хабаром — вдвойне молодец, а сдохнет — туда ему и дорога. Зона слабаков не любит. И не прогадал. Пронырливый и отчаянный сталкер кроме двух «Батареек» и «Маминых бус» принес уникальный в своем роде отчет одной группы, занимавшейся изучением артефактов и возможностью их применения в вооружении. В данном отчете хранилась бесценная информация о проводимых опытах и испытаниях.

— Будешь работать на меня, если хочешь, — выдвинул Сидорович деловое предложение сталкеру. Нюх у тебя на это дело, а такой нюх ценить надо, Антиквар, блин.

Так и приклеилось к нему это прозвище. Со временем их отношения со стариком перешли в раздел партнерских, а Антиквар обрел известность в сталкерских кругах как честный и порядочный человек, знающий себе цену и лишнего никогда не берущий. Люди часто обращались к нему с просьбами различного характера и, как правило, он редко когда отказывался. Бандиты нередко пытались перехватить поисковика, но пока их потуги терпели фиаско по причине дружбы Антиквара с кланами «Долга» и «Свободы», да и многие сталкеры, несмотря на свою разобщенность, часто выручали. Закон Зоны: «Сегодня ты помог, завтра помогут тебе». Не помочь товарищу, попавшему в беду — западло. Слух о том, что кто-то скрысятничал, моментально разлетится по всей округе. За такое рано или поздно можно схлопотать пулю в башку или умереть где-нибудь от ран. Никто и никогда не поможет крысе.

Сидорович восседал за стойкой с важным видом и чинно вел беседу с человеком из клана «Долга». Антиквар внимательно присмотрелся к собеседнику, пытаясь вспомнить, не видел ли его раньше. Высокий, немного худощавый и, что поразительно, абсолютно седой, хотя на вид ему было не более тридцати— тридцати пяти лет. Одет был «долговец» в ПС3-9МД «Универсальная защита», который «долговцы» переработали из первого военного прототипа армейского костюма, испытываемого в Зоне для групп специального назначения. Огромный плюс этого комбинезона — броня. Трехслойный композит, разработанный «кулибиными» Долга, превосходно выдерживал автоматную пулю, кроме того он был оснащен системой дыхания замкнутого цикла, основанную на использовании водолазных ребризеров, адаптированных под действия в агрессивной среде и завышенного радиационного фона. Минусом его было то, что костюм не оснащался системой защиты от пси излучения, в результате явно не годился для борьбы со слепыми псами, а уж тем более с контроллером. На плече у «долговца» висела «Гроза» с увеличенным магазином и установленным на нее прицелом 1П59 «Гиперон», который был предназначен для ведения прицельной стрельбы из снайперской винтовки Драгунова. Прицел обеспечивал обнаружение цели, определение дальности до неё с одновременной установкой углов прицеливания и позволял вести прицельную стрельбу при видимом увеличении от 3 до 10 крат в дневное время, в сумерки и ночью. Такой прицел ставился на «Дальнобойщик» — СВД второго поколения. Такой прицел стоял у него и еще одного человека, который…. «СТОП!», — пронеслось в голове, — «Такой был у Черненко!»

— Добрый день, Степан Сидорович, — поздоровался Антиквар с торговцем. Долговец повернулся к нему, но сталкер даже не взглянул в его сторону.

— Здравствуй Ваня, — по имени Антиквара называть мог только он и еще Чика. От напарника у него секретов не было, — а мы как раз тебя ждем. Познакомься — рядовой Волков из клана «Долг».

— Вижу, — на протянутую руку он никак не отреагировал, — хотя комбез клана, еще не означает принадлежность к нему! Лицо «долговца» пошло пятнами, на лице заиграли желваки:

— Осторожно, сталкер! Я не посмотрю, что ты известен и что я в гостях. За такие вещи можно пулю получить! Антиквар выхватил из кобуры пистолет и направил его «долговцу» в лоб:

— Валяй, я готов! Но сначала ответь мне, герой — откуда у тебя этот автомат, крыса?!

Он так и не понял, что с ним произошло, но последнее что он заметил — это как Волков как бы размазался и потек. А в следующую секунду мощный удар в челюсть повалил сталкера на пол, и Антиквар потерял сознание.

Спустя несколько минут, сталкер очнулся и недоуменно огляделся по сторонам, обнаружив себя лежащим на полу. Сверху на него встревожено смотрел «долговец», вероятно переживая, не нанес ли он ему каких-нибудь увечий. Антиквар встряхнул головой и сел.

— Очнулся, резкий? — раздался насмешливый голос Сидоровича, — тебя не Антикваром, тебя Шизиком надо было прозвать. Чего кидаешься на людей!? Ты разберись сначала, а потом предъявляй! А то чуть что так сразу в драку! Чего позоришь нашего брата сталкера?

Антиквар принял протянутую руку «долговца» и молча, поднялся, утирая болевшую челюсть.

— Волков — это единственный выживший из отряда Долга, после бойни на Янтаре.

— А как же….

— Не перебивай, тудыть тебя в качель!! За Сидоровича ответил Волков:

— Меня подобрал Болотный Доктор и поставил на ноги. Ты, кстати извини, я не сильно тебя. Ну…

— Сильно, но я сам виноват, — Антиквар протянул ему руку, — нервы не выдержали. Степа Черненко был моим хорошим другом. Он мне жизнь спас. Именно я ему эту «Грозу» приволок. В знак благодарности. Такая только у него и у меня. Вот я и подумал…

— Знаем, что ты подумал, дурко, — Сидорович, когда нервничал, сразу перепрыгивал на суржик.

— Все ты правильно подумал, я бы подумал бы точно также. Мы в Зоне. А тут свои порядки.

— Налялякались, девочки? — Сидорович завелся уже по-взрослому. Такой тон не предвещал ничего хорошего, — может, к делу перейдем?

Сталкеры внимательно уставились на хозяина бункера, который, не торопясь налил себе кофе в чашку и, с важным видом, изрек:

— Значит так, Вано. Дело у нас серьезное. На отряд Волкова напал «Монолит».

— «Монолит»?

— Да ты можешь помолчать, а!? — треснул кулаком по столу Сидорович. Антиквар удивленно моргнул. Таким нервным Сидор бывал редко. Вернее почти никогда. Сейчас же было ясно — дело и впрямь серьезное.

— Доктор, спасший его, — кивок в сторону долговца, — передал, что эти гаврики что-то потеряли в районе Х-16 на Янтаре. Что? Я не знаю что. Но, поговорив кое с кем, мы совместно выяснили, что они снюхались с отрядом наемников. В принципе это неудивительно — этим жлобам абсолютно все равно от кого деньги получать. Им дай волю — они и в преисподнюю полезут договора подписывать. А вот теперь самое интересное. Я тут покопался в сетке и вот чего нашел. Чабан, командир отряда наймов вышел с предложением приобрести пять кило пластита!!! Зачем им столько — никто не знает. Я попросил нашего Вируса взломать их ящик и вот что он там нарыл. Сделка будет послезавтра утром. Место рандеву — заброшенная деревня на Армейских складах. Кто притащит — не знаю, но скорее всего — военные. В таких количествах и с такой скоростью могут только они. Мне очень надо знать — зачем им пластит и, причем тут «Монолит», который дальше «Барьера» НИКОГДА и носа своего не совал. Такое дело я могу предложить только тебе Антиквар. Ты проныра — найдешь. Возьмешься?

Антиквар молча, смотрел то на Сидоровича, то на Волкова. Дело было очень опасным. Просто так подойти к наймам и еще попытаться выяснить, что они затевают, а еще и скрытно — увольте. Ему жить еще хочется.

— Это нереально, — задумчиво произнес Антиквар, — Сидорович, это же билет в один конец!

— Знаю я, но есть обстоятельства, от которых последние волосинки на моей старой башке не перестают шевелиться даже во сне!

— Это что ж за хрень такая должна быть, чтоб тебе, старому, прожженному скряге, которому даже химера денег должна, не давала спать? — саркастически подколол Антиквар барыгу.

Сидорович внимательно взглянул на сталкера и, вдруг как-то разом постарел и съежился, став действительно похожим на обычного старика, которого жизнь вывернула наизнанку, встряхнула, а потом собрала обратно, чтобы посмотреть на плоды трудов своих:

— Радар!

Антиквара как током ударило от его слов. По очереди переведя взгляд то на одного, то на другого, старик продолжил:

— Вот, что я скажу, шутник. Больше всего на свете, я боюсь его. И дай боже, чтобы я ошибался, и они надыбали какую-то ерунду и ее надо просто и тупо взорвать, и будет им клад и всеобъемлющее счастье! Но что-то вериться с трудом. Я слишком долго живу на этом свете, ребятки, чтобы с легкостью поверить в это. Чует мое сердце — не зря «Монолитовцы» переворачивали вверх дном Х-16. Ой, не зря. Что-то им там позарез надо. И мне кажется, что они нашли то, что искали. Ты можешь долго и упорно рассуждать, Ваня, что это билет в один конец или это смерти подобно. НО! Если они сделают то, что задумали — нам всем даже оркестр не понадобится. Вот так вот, парень. Решать тебе.

«Здравствуйте, я ваша тетя! Приехала из Киева — буду у вас жить, — пронеслось голове Антиквара, — хреново дело».

До него только сейчас дошло, что Сидорович, СИДОРОВИЧ, никогда так ни к кому не обращался. И дело было вовсе не в хорошем к нему отношении. Все дело было в том, что он действительно НЕ ЗНАЛ, что делать. У старого скряги всегда и на все был готов ответ и решение любого вопроса. За те годы, сколько дед находился в Зоне, он оброс значительными связями и знакомствами. И в любой момент мог обратиться за советом или помощью. А здесь…. Радар — это серьезней некуда. Это бич и одно из самых страшных творений человека. Если «Монолит» решил включить его — это проблема. Мало того, что Радар моментально закроет проход на Припять, кроме того, все сталкеры, которые находятся в пределах его досягаемости, моментально станут зомби. Решение пришло мгновенно.

— Я понял, Сидорович. Выходим завтра с рассветом, — и больше не говоря ни слова, повернулся к выходу.

— Антиквар! Сталкер повернулся к Сидоровичу.

— Припасы за полцены. Тебя это тоже касается. — Волков кивнул.

— Идешь с нами? — Антиквар оценивающе посмотрел на Сергея.

— Да, если ты не против.

— Конечно нет, не девочки, ломаться не будем. Хороший ствол — никогда лишним не бывает. У Долга лошков нет, а каков ты в деле — Зона покажет. Идем, познакомлю тебя с напарником. И будем собираться, — с этими словами Антиквар кивнул торговцу и пошел к выходу. Волков последовал за ним.

Чика все также сидел и мирно покуривал сигаретку. Увидев Антиквара, выбросил бычок и буркнул:

— Ну, че? Как внеочередной сеанс связи с космосом? Состоялся? — он все еще немного дулся на Антиквара за тот анекдот, из-за которого проиграл Ежу деньги. Но увидев лицо напарника, с которым ходил уже полтора года, вмиг подобрался и уставился на него, ожидая ответа. Антиквар пожевал губами и тихо произнес:

— Выходим завтра утром. Место — Армейские склады, бывшая база Свободы. Цель — отряд наемников. Послезавтра утром у них должна состояться сделка на приобретение пяти килограмм пластита. Заказчик— «Монолит». А вот на хрена им пластит — мы и должны выяснить. Либо просто узнать, либо сорвать им все планы. Знакомься: Волков Сергей из «Долга». Он тот, единственный из отряда Черненко, кто выжил. И он идет с нами. У нас одна задача. Так что дуй к Вирусу, скачивай карты и возьми еще одну радиостанцию для него. Сергей — это Вова Чикатило. Мой напарник. Я думаю, вы сработаетесь. Кстати, отдай ему свой ПДА, он загрузит все необходимые данные. Чика пожал протянутую руку:

— Будем идти торжественным маршем в сопровождении почетного эскорта?

— Я один. Мои еще не знают что я жив.

— Не боись, — вставил Антиквар, — теперь уже знают. Зуб даю, что Сидорович уже отстучался Воронину насчет тебя. Плюс сталкеры по сетке разнесут благую весть, если уже не разнесли. — Идем, — и, посмотрев на вопросительное выражение лица долговца, пояснил, — надо забрать мой комбез и твою ПэЭску немного до ума доведем. Наш Ежик не зря свой хлеб ест — ходячий конструктор «Сделай сам». Пси защита у тебя хреновая.

— Спасибо, мы с ним уже знакомы. Так что как специалиста я его знаю, — сказал Сергей, — меня к тебе еще одна просьба. Мне у него еще и автомат сделать надо. Клинит.

— Нет проблем, ты у нас в гостях. А гостям всегда рады. Ежик поможет, у него тем паче сейчас работы мало. Вон, курит, сидит. Так что пошли, вылечим твой агрегат. Деньги есть?

— Есть немного.

— Ну, тогда вперед и с песней. А ты его, откуда знаешь? — удивленно спросил Антиквар.

— Сталкер, как и Зона, начинается с Кордона, — изрек Сергей старую поговорку, принятую в среде вольных бродяг.

— Шмеля хромого слушал, понятно, — уважительно произнес Иван, вспоминая убеленного сединами ветерана, бесследно сгинувшего полгода назад где-то на просторах Темной Долины. — Ну, пошли?

И сталкеры двинулись в сторону домов. От плохого настроения не осталось и следа. Благодаря врожденному оптимизму, Ваня Антиквар долго не мог находиться в удрученном состоянии. Завтра его ждала работа, а работа для таких как он — это и труд и увлечение. Впереди его ждала Зона, готовя очередное испытание на прочность, которое он пока выигрывал и не собирался проигрывать в этот раз.

Чика с кряхтением поднялся и направился в соседний дом, в подвале которого обитал местный хакер, а по совместительству и администратор сталкерской сети, по прозвищу Вирус. Нужно было выполнить поручение Антиквара, а заодно и запастись всем необходимым для рейда. Антиквар очень ценил своего напарника за немногословность, если касалось дела, и хозяйственность, которой в силу своего характера сам не обладал.

Напарником Антиквара Чика стал при весьма интересных обстоятельствах. Командованию объединенного контингента миротворческих сил, настолько надоели сталкеры, доставлявшие немало хлопот, периодически вступая в нешуточные схватки с регулярными подразделениями, несущими охрану периметра и патрулирование в пределах Зоны, что было принято решение о создании специальных групп быстрого реагирования, для уничтожения подобных личностей. К сожалению, при продвижении этой идеи наверх, товарищи начальники как то не учли тот факт, что это будет происходить в Зоне, а потому полагали, что знаний и умений офицеров спецподразделений выживать в экстремальных ситуациях будет достаточно. Одним из таких подразделений, был сводный российско-украинский взвод спецназа ГРУ, носивший кодовое название «Кобра», под командованием старшего лейтенанта Владимира Гайдамаки. Для этого подразделения была разработана спецоперация по зачистке района завода Юпитер. К сожалению, группа попала в нешуточную переделку. Кто — то особо «умный и уполномоченный» умудрился дать приказ на выполнение операции как раз накануне выброса. Заместитель начальника ГРУ объединенного контингента полковник Овчаров был категорически против подобного рода авантюр. Однако начштаба полковник Тимофеев к его мнению так и не прислушался и, не согласовывая больше ни с кем деталей, отдал приказ на разработку, а после, самолично и утвердил, мигом доложив наверх о блестящей подготовке операции. Жизни людей были вторичным сырьем. А вот повесить очередную звездочку на погон или медальку на грудь — это пожалуйста. Согласно задания — группа должна была высадиться в указанном районе и произвести контртеррористическую операцию по уничтожению очередного бандформирования. Куда конкретно они направляются и какова окончательная цель маршрута — никто не знал. Все было строго запечатано под грифом «Совершенно Секретно», поэтому все попытки старшего лейтенанта выяснить хоть какие-то детали, пропали даром. Все вышло именно так, как и того требовал случай. Вертолет, на котором группа шла на задание, угодил под Выброс аккурат во время высадки. Гайдамак отдал приказ об отмене операции, когда ставшее малиново-красным небо пронзили первые разряды аномальной стихии. Вертушку основательно тряхнуло, а потом просто перевернуло вверх тормашками. Пилот отчаянно пытался выровнять машину, но Зона оказалась сильней. Перед блистером фонаря кабины, вдруг, из ниоткуда возникло странное свечение и как пылесос втянуло в себя несчастную машину. Примерно через час, когда буйство окончательно улеглось, в районе Кордона из воздуха возник вертолет и камнем рухнул на многострадальную землю. В вертолете никого не было, а сама машина выглядела так, словно её пожевал, а потом выплюнул огромный великан. От группы спецназа не осталось и следа. Дальше Гайдамак помнил очень смутно. Очнувшись, командир попытался собрать бойцов. Из всего отряда с ним находилось около десяти человек. ПДА не работали, видимо поврежденные аномалией, а карту, которой его снабдили в штабе, можно было выкинуть. Пользы от нее не было никакой. Все нанесенные поля аномальной активности не соответствовали действительности. От души поблагодарив командование за «прекрасный план», Гайдамак поднял оставшихся бойцов. Сориентировавшись на местности, командир отдал приказ на выдвижение в точку эвакуации. По его расчетам они находились примерно в десяти километрах от места рандеву. А потом начался сущий ад. До точки эвакуации добралось вместе с ним только четыре человека. Трое сгинули в аномалии, еще двое погибли, прикрывая отход оставшихся товарищей от нападения мутантов. Похоронив ребят, оставшиеся спецы, запустив маяк, стали ждать вертолета. Однако ни через сутки, ни через двое их так и не забрали. Прождав еще полдня, Гайдамак принял решение выходить самостоятельно. И бойцы начали продвижение в сторону периметра. Каково же было удивление командира, когда по ним открыли огонь на поражение. Пропускать обратно их явно никто не собирался. Поняв, что дома их никто уже не ждет, старлей с двумя оставшимися контрактниками оттянулся вглубь Зоны. Через два дня, когда запасы пищи и воды подошли к концу, Гайдамак потерял последних. Один из сержантов, не выдержав постоянного напряжения, помешавшись рассудком, пустил себе пулю в лоб. Второго, сильно раненного тварью, пристрелил сам командир. У бойца началось сильнейшее заражение. Скорее всего в кровь попал вирус мутанта. Человек менялся просто на глазах, к концу дня, уже весь покрытый синюшными пятнами и дико страдая от страшной боли, которая буквально выворачивала его наизнанку, парнишка позвал командира и попросил его прекратить мучения. Гайдамак долго сопротивлялся. Честь и совесть не позволяла ему это сделать. Однако судьба сама приняла решение. Ночью, охраняя сон раненого, командир услышал странный хрип и бульканье. Повернувшись, Гайдамак обомлел. Перед ним, стоял неуверенно державшись на ногах, раненый контрактник. Из горла солдата вырывался неестественный хрип. Бледное лицо, спецназовца искажала страшная гримаса. Боец начал ходить взад-вперед, передвигаясь словно кукла. Гайдамак позвал бойца. Вместо ответа солдат трясущимися руками поднял автомат и выпустил очередь в старшего лейтенанта. Чудом увернувшись, старлей рефлекторно выпустил очередь в ответ, не задумываясь о том, что он делает. Выстрелы, однако, не произвели должного впечатления. Упавший солдат, начал беспорядочно сучить ногами, пытаясь встать. Он мычал, рычал, но встать не мог. С ужасом Гайдамак понял, что его подчиненный УЖЕ МЕРТВ! Подойдя к нему вплотную, он попытался приглядеться, что же все-таки происходит с человеком. В этот миг сержант извернулся и всадил нож в плечо старлея. Вскрикнув от неожиданности, Владимир выстрелил в голову солдату.

Раненного офицера нашел Антиквар, к тому времени уже почти бездыханного. Обходя окрестности Юпитера, сталкер случайно наткнулся на тело в странном комбинезоне черного цвета, лежавшего прямо на холмике свежевырытой могилы. На правом плече комбинезона сохранился шеврон с изображением кобры. Во внутреннем кармане комбинезона сталкер нашел именной жетон на имя Гайдамаки Владимира Валентиновича с личным номером и изображением кобры на обратной стороне. Также в кармане лежала полуразбитая флешка. Специалистам «Долга» удалось потом восстановить часть информации с нее. Из обрывков стало ясно, что группа имела задание на зачистку глав мародерских кланов в районе Затона и завода Юпитер. Рядом лежал автомат военного, с изображением кобры на рукоятке. Автомат не выглядел просто «Калашом», поэтому прихватив ствол и взвалив тело на себя, отнес офицера на Янов, где местный доктор по прозвищу Костоправ, три месяца выхаживал раненого. Тот выжил, не смотря на кажущуюся тщедушность и маленький рост. Вояка, на поверку оказался просто кремень. Откуда у него было столько сил и выносливости — остается, только гадать. Очнувшись, Гайдамак узнал кто его спас и, при первой встрече, когда сталкер решил навестить крестника, попросил взять его вторым номером. Опыта хождения по Зоне к тому времени у него не было, однако все это с лихвой компенсировали его превосходные знания ведения боевых действий практически в любых условиях. Антиквар долго не раздумывал. Вернув вояке его приведенный в порядок СКАТ10, именно так назывался комбинезон бывшего военного — теперь уже сталкера, и автомат, отвел того на Кордон, где обычно коротал время между рейдами. Володя быстро обжился в среде вольных бродяг, хотя поначалу был объектом всяческих насмешек по поводу своего телосложения. Однако пара сломанных рук и челюстей, действовавших среди сталкеров надежней любого словесного аргумента, быстро расставили все точки над «i». За свой крутой нрав, вкупе с молчаливостью сталкер получил прозвище Чикатило, которое друзья сократили до Чика. Но только друзья. Любой другой, рискнувший назвать его так, моментально попадал в разряд инвалидов, лишившись какой-нибудь части тела. Чика о своих приключениях особо не распространялся, да и не принято было у вольников расспрашивать о прошлом человека. У каждого свой камень за пазухой. Так и начал ходить в паре с Антикваром, вольный сталкер Вова Чикатило.

Чика улыбнулся, глядя вслед напарнику, которому мог доверить абсолютно все, зная, что и с его стороны доверие к нему будет полное. Если сейчас он ему ничего не сказал, значит так надо, скажет потом. Старая школа военного, к жизни которого ему уже не суждено было вернуться.

Антиквар вернулся спустя полтора часа. Чика все так же сидел на земле и увлеченно смазывал автомат. Этот ритуал он проделывал каждый день. В Зоне оружие моментально приходило в негодность. И если не ухаживать, то скоро от него оставались только рожки да ножки.

— Порядок? — спросил Антиквар

— Как в аптеке, — в тон ему ответил Чика, — как «долговец»?

— Нормально. Сводил его к Ежу, они, оказывается, уже знакомы. У них сейчас там консилиум на тему: «Усовершенствование тактико— технических данных сталкерских комбинезонов в полевых условиях». Еж свободные уши нашел. Ты ж знаешь — ему только волю дай, весь лагерь замучает. Хотя мастер от бога. Что скажешь про него?

— Вроде ничего, — крышка ствольной коробки, щелкнув, встала на место. Аккуратно протерев корпус «Вала» ветошью, сталкер продолжил. — Все будет зависеть от того, куда нас нелегкая засунет. А Зона по местам сама расставит. «Будет день — будет пища» — как говорили мудрые. Здесь очень быстро понимаешь: кто есть, кто и чего он стоит. Так что.

— Все взял?

— Да, детекторы у нас свои, патронов дед отсыпал пол цинка, как для меня — многовато. Если учесть еще и харчи, плюс медкомплект, да и еще пару кило всякой всячины — обалденная дробь получается. И это. Я тебе новый «Глок» у Сидоровича выторговал. Хороший. Тридцатизарядный

Антиквар рассмеялся. Он прекрасно знал, как выглядела торговля. По своей прижимистости Чика не уступал самому торговцу, а посему словесные баталии у них возникали постоянно и порой доходили чуть ли не до поножовщины. В итоге Чика громогласно, фирменным басом заявлял, что будет лучше дела со снорками вести, чем с «этим старым жлобом» и расплачивался за заказ. А Сидорович, с красным от натуги лицом, в ответ огрызался, что сегодня ему, то есть Чике, крупно повезло и у него нет настроения с ним возиться, а не то…. Ну и так далее. Сегодняшний день прошел в том же контексте, отличаясь только матерными вариациями на тему ближайших родственников обоих, и куда кто пойдет, если немедленно не закроет пасть.

— Спасибо, брат. Представляю рожу дяди Степы. Надеюсь, хоть не за банку тушенки выторговал?

— Нет, обижаешь. Так круто я еще не умею. Но, как говориться — нет предела совершенству. Ладно. Давай конкретней, что и куда мы топаем и с чего такая спешка. Зуб даю — это из-за «долговца»

Антиквар задумчиво потер подбородок и, вытянув из протянутой Чикой пачки сигарету, прикурил и глубоко затянулся, пуская дым кольцами:

— Почти. Послезавтра на Складах наемники решили замутить маленький «гешефт» на тему: кто быстрей и подешевле продаст пластит. По имеющимся данным, подозревают, что тендер выиграли военные.

— Много?

— Пять килограмм. Чика присвистнул:

— Ни хрена себе! Это что ж они такого рвать собираются?

— А вот это нам с тобой и нашим новоиспеченным другом и предстоит выяснить. И, по возможности, сорвать им это дело. Не исключаю, что и под землю лезть тоже придется.

— Фу, бюреры, — Чика брезгливо поморщился, — терпеть не могу этих гаденышей. Вечно воняют и кидаются чем попало.

— Ото ж. Но это уже детали. Главное — зачем он им. По словам Сидоровича, наймы снюхались с «монолитовцами.» А это уже грустно.

— Да уж. Хорошенький такой бутерброд получается.

— Ага, вкуснее не придумаешь. — Антиквар выпустил дым и уставился на ленивые круги, которые тот начал выписывать над головами разговаривающих.

— Я понял, брат. Крем-брюле нет, значит, будем есть дело, — Чика передразнил крылатую фразу из старого, еще советского мультика. — Когда идем?

— Утром, на рассвете. Можно было бы и сейчас, да башка болит, и, в принципе, нет смысла переться на ночь глядя. Можем до Ростка не успеть, тем паче, я не знаю, как этот Волков ходит, так что запас должен быть.

— Лады, тогда я пошел. От хорошего сна еще никто не отказывался. Кто знает, когда еще нормально спать придется?

— Согласен. Ладно, поспать, действительно не помешает. «Солдат помни! Чем крепче ты спишь — тем скорее дембель!» Посмеявшись пришедшей к слову старой шутке, сталкеры разбрелись на ночлег.

Глава 3. Кордон-Свалка.

Вышли они, как и предполагал Антиквар, на рассвете. Небо только-только начало сереть, когда облаченные в броню силуэты трех сталкеров двинулись в сторону Свалки. Пройдя мимо видавшего виды ПАЗа, Антиквар, по привычке, пнул того по покрышке заднего колеса, в ответ услышав недовольный голос часового, засевшего в автобусе: — Башкой еще об него стукнись, может ума добавиться? — И улыбнувшись, повел остальных по дороге на север от Кордона. На блокпосту военных перекрикивались часовые, чтобы не заснуть:

— Первый!

— Первый, да! — слышалось в ответ.

— Второй?

— Второй, да! — данная фраза означала, что с часовым все в порядке.

Иногда тишину предрассветных сумерек прорезал звук автоматной очереди, перемешиваясь с криком очередной твари, то ли победившей в схватке с человеком, то ли, наоборот, проигравшей. Зона продолжала жить своей динамичной жизнью, которая не умолкала никогда.

Антиквар шел впереди, прощупывая детектором аномалий притаившуюся угрозу, Волков пошел вторым, Чика замыкающим, прикрывая спины товарищей, а заодно и сканируя пространство детектором жизненных форм, на наличие всякой живности, поджидавшей удобного момента, чтобы напасть на невнимательного путника. Схему движения распределил сам Антиквар. Сергей без всяких возражений принял подобный расклад. Ему было абсолютно все равно, каким и где идти. У каждого была своя определенная задача. Никакого дискомфорта в движении Сергей не испытывал. Его напарники по случаю были людьми опытными, а потому можно было не задумываться о том, что происходит впереди или сзади, зная, что твоя спина надежно прикрыта от всяческих неожиданностей. Но, и самому зевать было нельзя. Кто-то может не увидеть того, что увидишь ты, а потому Сергей смотрел в оба, не забывая смотреть под ноги. Задача, в принципе простая. Ведущий впереди ищет проходы между аномалиями, которых на Кордоне не так много, в отличии, например, от Складов или Темной Долины, но вляпаться по самое нехочу можно и здесь. Так что ступать нужно было след в след, полностью повторяя движения впереди идущего. Выброса еще не было, а потому на карте все аномалии были отмечены кодовыми символами, плюс сталкеры, проходившие тут раньше, всегда оставляли наглядные ориентиры. Так, на всякий случай. Вот после Выброса задача усложнится в разы. Аномалии полностью поменяют свое положение, и вот тогда станет по-настоящему трудно. А пока можно было беречь силы.

Пройдя метров триста от деревни, Антиквар вдруг сменил траекторию движения и сошел с дороги, увлекая за собой остальных. Не дожидаясь вопроса Сергея, пояснил:

— Прохода под мостом к старому блокпосту больше нет. Месяц назад, во время Выброса, мост полностью рухнул, завалив там все. Можно было бы, в принципе, пролезть по обломкам, но наверху образовалась какая-то гадость. Пара смельчаков попыталась пролезть, но их туда затянуло с концами. Желающих больше нет, я к ним тоже не отношусь, а потому идем в обход.

Сергей кивнул в ответ. Он многого уже не помнил на Кордоне. Выброс менял ландшафт порой до неузнаваемости и хотя здесь это было слабо выражено, но, тем не менее, обвалившийся мост было явным тому подтверждением. Подал голос Чика:

— Движение на десять часов. Стая слепых собак. Находятся примерно в районе заброшенной фермы. Точное количество определить не могу, метка сливается. Но, движется хаотично, значит вожака или нет или тусовка у них там.

— Добро, — принял инфу Антиквар, — немного ускоримся. Идем в сторону АТП, там, через насыпь был проход между «Электрами». Возле старого локомотива. Надо успеть пройти мимо них, пока они не проголодались окончательно.

Спустившись с холма, отделявшего дорогу, группа направилась немного левее АТП, прямо к насыпи. До нее было уже недалеко, в тумане начали проступать горб железнодорожной насыпи, которую необходимо было преодолеть. Слева виднелись останки некогда огромного моста. От атомной станции во все стороны отходили транспортные артерии, по которым стекалось все необходимое для бесперебойной работы оной. После аварии они служили для обеспечения ликвидаторов. Развалины моста выглядели ужасно. Сергей не переставал удивляться огромной силище энергии, порой выплескиваемой Зоной наружу. Мощнейшие балки несущей конструкции были полностью обрушены. Все выглядело так, как будто маленькому ребенку дали поиграть с новой игрушкой, которую тот, в силу детской любознательности тут же сломал, горя желанием посмотреть, как же там все устроено. Над мостом, разгоняя клочья тумана, зависло странное марево аномалии, про которую говорил Антиквар. Субстанция пульсировала, беспорядочно постреливая странноватого вида протуберанцами зеленого цвета. Она висела очень низко, почти полностью заполонив собой пространство. Естественно, всякий рискнувший сунуться туда, обязательно попадал под ее влияние.

Туман начал потихоньку сходить на нет, пошли веселей. Это был странный туман. Сергей помнил его еще по своему первому разу. Липкий, густой, заполняющий собой все пространство вокруг. Попадая в него, человек начинал испытывать странный дискомфорт, отнюдь не связанный с потерей пространственной ориентации. Нет. В душе становилось неуютно, начинались слышаться потусторонние звуки, приходили видения. Растущее чувство опасности постоянно давило на мозг, не давая возможности нормально думать. И страх, очень похожий на боязнь потеряться и больше никогда не найтись. Научники, исследовавшие этот туман, говорили, что он начинает вытаскивать из подсознания человека его забытые детские страхи, полностью подавляя волю взрослого человека бороться с ними. Конечно — это было дело привычки, однако ее Сергей, не обитавший на Кордоне, не имел и ему приходилось, мягко говоря, не сладко. Антиквар, обернувшись, увидел напряженное лицо Сергея:

— Туман? Получив в ответ, утвердительный кивок, одобряюще улыбнулся: