Гавин и отец Мердок наблюдали, как Алек помог Джейми спешиться, задержав ее в своих объятиях чуть дольше, чем это требовалось, и каким нежным взглядом наградила его Джейми. Воин и священник обменялись смущенными взглядами и скрылись в замке.

Несмотря на то что Алека ждали неотложные дела, он не мог отказать себе в удовольствии еще раз напоследок поцеловать Джейми. Поцелуй длился бы бесконечно долго, не помешай им Дональд.

Отпустив жену, Алек передал поводья конюху и проводил взглядом удаляющуюся Джейми.

– Ты куда? – закричал он, опомнившись.

– Сменить разорванную блузку, – ответила она на ходу, – а также сходить к кузнецу и заказать несколько горелок.

Алек хотел пойти следом, но Дональд отвлек его внимание.

– Мне надо поговорить с вами, – сказал он.

– Что случилось? – спросил Алек, заводя своего коня в конюшню.

– Меня беспокоит кобыла миледи. Просто не знаю, что делать с этим упрямым животным. Она отказывается есть и еще того гляди сломает ногу, с такой силой бьется о стенки стойла. Она уже выбила три перекладины.

– Поставь ее в другое место, – предложил Алек.

– Я пробовал.

Алек услышал, как Резвая бьется о доски стойла. Не выпуская из рук поводья своего коня, он подошел к кобыле Джейми и потрепал ее по холке. Резвая немного успокоилась.

– Вот видишь, – с улыбкой заметил Алек.

– Это потому, что рядом ваш жеребец. Когда она видит его или чует его запах, она совершенно спокойна. Мне кажется, милорд, нам стоит поставить их в одно стойло.

– Мой жеребец убьет ее.

– Не думаю. Давайте попробуем, иначе она сдохнет от истощения.

Алек согласился. Если его жеребец попытается ударить Резвую, они всегда сумеют защитить ее.

Как только они запустили огромного черного коня в стойло к Резвой, та подошла к яслям и принялась спокойно жевать заготовленный корм, не обращая ни малейшего внимания на своего соседа. Жеребец попытался приблизиться к кормушке, но Резвая оттолкнула его. Конь громко фыркнул и, в свою очередь, толкнул Резвую в бок. Резвая попыталась встать на дыбы, но жеребец прижал ее к стенке стойла и, подойдя к яслям, принялся спокойно жевать. Резвой ничего не оставалось, как присоединиться к нему.

– Мой конь такой же собственник, как и я, – заметил Алек.

– Милорд?.. – удивился Дональд, смущенный замечанием хозяина.

– Не обращай внимания, – ответил Алек.

Он улыбнулся, вспомнив Джейми. Но вдруг ему на ум пришли слова отца Мердока о том, что Джейми хочет иметь отдельную спальню.

– Какого черта! – прошептал он сквозь зубы. – У лошади больше здравого смысла, чем у хозяйки.

Алек решил немедленно поговорить с женой. Она должна спать с ним в одной постели, хочется ей этого или нет. Он постарается не грубить, но, несомненно, настоит на своем.

Джейми не подозревала, что снова чем-то огорчила мужа. Поговорив с кузнецом, она решила познакомиться с обитателями лачуг, расположенных позади замка.

– Боюсь, что все они сейчас собрались на кухне, на обед, – предупредил ее кузнец.

– Ну тогда я просто осмотрю их дома, – сказала Джейми. – Надеюсь, они не будут возражать, Генри?

– Конечно же, нет, – ответил кузнец. – Для них большая честь, что вы интересуетесь их жизнью.

Джейми взбиралась по крутому холму, попутно собирая дикие цветы с острым пряным запахом. За спиной раздался шорох, и она остановилась, чтобы поприветствовать путника, но тропинка была пуста. Джейми решила, что это ветер шумит, и продолжала карабкаться дальше.

Она заглянула в хижину резчика по дереву, затем подошла к хижине дубильщика и открыла дверь. Резкий толчок в спину свалил ее наземь, дверь с шумом захлопнулась, и она оказалась в полном мраке.

В хижине не было окон, и темнота была такой, что хоть глаз выколи. Прошептав свое излюбленное «проклятие», Джейми опустилась на колени и на ощупь принялась собирать рассыпанные по земляному полу цветы.

Джейми ни на минуту не сомневалась, что ветер захлопнул дверь и что она без труда найдет ее.

Собрав цветы, она отряхнула юбку и. стала шарить по стенам в поисках двери. Если бы Алек увидел ее сейчас, он наверняка сравнил бы ее с жеребенком, беспомощно тыкающимся в бок матери в поисках молока.

Наконец Джейми нащупала дверь и попыталась ее открыть, но тщетно – та не поддавалась. И тут она почувствовала запах дыма.

Джейми принялась колотить в дверь, зовя на помощь Алека. Крохотное помещение быстро наполнялось дымом, превращаясь в ад. Через мгновение крыша хижины была охвачена пламенем.

Джейми задыхалась в дыму и уже не могла кричать. К ее ногам рухнула горящая балка, и Джейми отскочила к противоположной стене. Жар становился все нестерпимее. Джейми легла и уткнулась в земляной пол лицом.

Она старалась не думать о смерти. Алек непременно спасет ее, ведь он поклялся всегда ее защищать.

«Господи, сделай так, чтобы он быстрее пришел на помощь, – молила Джейми. – Он не должен снова остаться один. Я нужна ему. И он еще не успел сказать мне о своей любви».

И тут Джейми охватила ярость: какого черта он медлит? Она непременно после скажет ему об этом…

Джейми закрыла глаза и стала молиться, прося у Господа помощи.

Но вот за дверью раздались крики, и Джейми узнала голос мужа.

– Спасибо, Господи, – прошептала она.

Алек направлялся к замку, когда услышал крики, а затем увидел, как в небо взметнулось пламя. Не раздумывая, он помчался к горящей хижине, его догонял Гавин. Сердце подсказывало Алеку, что Джейми внутри.

Друзья подбежали к пожарищу и увидели, что дверь снаружи подпирает толстое бревно. Гавин ногой отбросил его далеко в сторону, Алек сорвал дверь с петель и ворвался внутрь.

Страх за Джейми придавал ему силы. Она лежала на полу и казалась бездыханной. Алек схватил ее, как ребенка, на руки и вынес во двор. Встал на колени, склонился, прислушиваясь к ее дыханию. Джейми закашлялась – слава Богу, жива!

Гавин опустился рядом с Алеком.

– Воздух спасет ее, – прошептал он.

Джейми открыла глаза и увидела склоненное над ней лицо мужа. Она улыбнулась ему сквозь слезы. Глаза Алека тоже были подозрительно подернуты влагой, но, возможно, причиной тому был едкий дым.

Джейми протянула руку, чтобы дотронуться до мужа, и только сейчас заметила, что сжимает в ней букетик диких цветов. Отбросив их в сторону, Джейми погладила мужа по щеке.

– Обещаю никогда не покидать тебя, – прошептала она охрипшим голосом.

– Я и не позволю тебе этого сделать. Они едва заметно улыбнулись друг другу.

– Как ты себя чувствуешь, Джейми? У тебя что-нибудь болит?

Нежный голос и беспокойство, звучащее в нем, потрясли Джейми.

– Я знала, что ты спасешь меня.

– Но как ты могла это знать?

– Потому что ты начинаешь любить меня, Алек Кинкейд.

Алек кивнул и прижал голову Джейми к груди. Осторожно поддерживая жену, он поднялся с земли и только сейчас заметил окружавших их воинов.

– С ней все в порядке, – сказал он. Джейми попыталась высвободиться, чтобы поприветствовать людей, но Алек еще крепче прижал ее к себе, сдавив так, что она снова закашлялась.

«Этот человек не осознает своей силы, – с гордостью подумала она, – и не умеет сдержать своих чувств: его руки дрожат, и он, сам того не замечая, беспрестанно шепчет мое имя, он начинает любить меня, пусть немножечко, но все же начинает».

– Ты прибежал вовремя, Алек, – сказала Джейми, забыв, что собиралась отчитать мужа за промедление.

– Я бежал так, будто за мной гнался сам сатана, – усмехнулся Алек.

– Стало быть, я для тебя что-то значу?

Алек долго молчал и только у дверей замка ответил:

– Нет, ничего не значишь.

На этот раз ему не удалось расстроить Джейми. Теперь она видела его насквозь и была счастлива.

«По кусочку за раз», – напомнила она себе. Именно такой ответ она дала отцу Мердоку, когда тот усомнился в ее способности съесть огромного медведя. Шаг за шагом, но она завоюет сердце Алека Кинкейда. Теперь она знает, что он нуждается в ее любви так же, как и она – в его. До чего же она раньше была глупа, раз не сразу раскусила характер мужа! Джейми тихо засмеялась.

– Как вы можете смеяться в такой момент, леди Кин-кейд? – спросил Гавин, распахивая перед ними двери замка. – Лично я до сих пор не могу прийти в себя от страха.

– Я смеюсь потому, что сейчас сделала для себя важное открытие, – ответила Джейми, – только это будет не кусочек, а поцелуй. Больше я вам ничего не скажу.

– От дыма у тебя помутился разум, жена, – заметил Алек, качая головой.

– Почему вы сердитесь, Гавин? – спросила Джейми, поглядев из-за плеча мужа. – Вы считаете, что я виновата?.. Джейми перевела взгляд на Алека.

– Причиной моего несчастья стал ветер, Алек. Он был таким сильным, что захлопнул дверь. Да-да, очень сильным, – добавила Джейми, заметив, как мужчины обменялись недоверчивыми взглядами. – И кроме того, я слышала какие-то странные звуки, – продолжала Джейми, – как будто кто-то смеялся. Алек, почему ты так странно на меня смотришь? Ты что, не веришь мне?

– Верю, Джейми.

– Мы знаем, что в случившемся не было вашей вины, миледи, – заметил Гавин. – Дверь была… – Свирепый взгляд Алека не дал ему закончить фразу.

– Так что случилось с дверью, Гавин?

– Ее заклинило, миледи, – последовал ответ.

– Так я и думала.

– Гавин, распорядись, чтобы для Джейми приготовили ванну, да расспроси людей, может, кто-нибудь заметил что-то подозрительное.

Алек отнес Джейми за ширму и осторожно положил на кровать.

– Искупайся и ложись спать, – приказал он.

– Почему?

– Что «почему», Джейми? Тебе надо отдохнуть.

– Я уже отдохнула.

– На твоем месте я бы плакал, а не улыбался, – заметил Алек. – Как же ты хороша!

– И поэтому я должна оставаться в постели? Тебе не кажется, что ты говоришь что-то не то, Алек?

Джейми сидела на кровати с перепачканным сажей лицом, со спутавшимися волосами, исцарапанная и невинным взглядом смотрела на мужа. Она казалась ему необыкновенно красивой и желанной.

За ширмой появились слуги с ведрами горячей воды. Для каждого у Джейми нашлось доброе слово. Она знала не только их имена, но имена их детей и мужей. Алек был поражен памятью жены. Женщины, в свою очередь, радостно приветствовали леди Кинкейд. На их лицах сияли улыбки. Даже вечно мрачная стряпуха Гесси улыбалась своей хозяйке.

– Вы не раздумали переносить кухню? – шепнула она Джейми, бросив осторожный взгляд в сторону Алека. Джейми улыбнулась:

– Он уже все знает, Гесси. Я обязательно продолжу нашу работу. Я…

– Я позабочусь обо всем сам, – перебил жену Алек.

– Правда? – спросила Джейми, просияв.

– Я скажу Ангусу, что надо сделать, и под его присмотром люди закончат работу.

Джейми продолжала сиять, и Алек решил больше не мучить ее.

– Мы заделаем дыру в стене и построим коридор.

– Коридор? Я не понимаю…

– Не нужно, чтобы кухня примыкала непосредственно к залу – весь чад и запахи будут проникать туда. Мы сделаем крытый коридор, соединяющий замок с кухней. Ты довольна, жена?

Джейми недоверчиво смотрела на мужа.

– Он будет очень длинным, этот коридор?

– Нет, не очень.

Джейми, довольная, кивнула.

– Вот видишь, Гесси, я говорила тебе, что хозяин не будет возражать, – сказала она и, увидев, что муж нахмурился, поспешила добавить: – Он заботится обо всех людях своего клана. Ведь правда, Алек? Для тебя все равны – и воины, и слуги.