Здесь, на небольшой площади, на окраине Ремесленного района, собралось почти пятьсот человек. Рядом жарко полыхали какой-то цех, несколько кузниц. Столбы черного дыма стремительно рвались ввысь, расползались неровными кляксами в безоблачном небе. Но люди не обращали внимания, махали руками и кричали, призывали друг друга пойти на мэрию. А на импровизированном постаменте из деревянных ящиков стоял оратор, размахивал руками и, надрывая глотку, орал:

— Смерть Альенам! Смерть выродкам, которые предали край! Сегодня мы покажем, чего стоит наше слово!..

— Смерть! Смерть!.. — глухо роптала толпа. Народ потрясал кулаками, кое-где сверкал металл: молоты и топоры, короткие мечи и копья. Рабочий люд, грубоватый и сильный, закаленный «сменами» и сражениями на границах, — трудный противник для стражи.

— Мы придем и огласим нашу волю… волю народа! — продолжал надрываться крикун — худосочный и низкорослый пожилой мужичок, смуглый, обезображенный застарелыми шрамами от ожогов. — Мы заставим правителей вернуть то, что принадлежит нам по праву: дома и пищу, безопасность и спокойствие! Мы повесим продажных гадов на ближайшем суку!..

— Верно говоришь, Илвин! — поддержала толпа. — Верно! Повесить трусливых гадов, которые заперлись в мэрии! Мы пойдем…

— Не нужно никуда идти! — раздался голос. — Кто тут хочет поговорить со мной?..

Слова, странно усиленные и мощные, растеклись над площадью, перекрыли гул. Толпа испуганно вздрогнула, колыхнулась и раздалась в стороны. Из узкого переулка медленно вышел стройный воин в полных рыцарских доспехах. На нагруднике виднелась кровь, в правой руке грозно блистал длинный клинок. Неизвестный на ходу рванул завязки, снял шлем, гордо и бесстрашно посмотрел на толпу озверевших людей. Мокрые с проседью волосы прилипли ко лбу, по щекам сбегали ручейки пота. Во взгляде смешались страшная усталость и ярость…

— Кто ты такой? — с изумлением воскликнул оратор.

— Аш Альен! — ответил воин.

Над площадью повисла тишина. Люди открывали рты в удивлении, испуганно охали и показывали пальцами. Но зоркий взгляд мага-строителя сразу подметил чужаков. Одеты в кольчуги, в движениях опасная плавность убийц. Эти расталкивали соседей, что-то горячо втолковывали, активно жестикулировали. Почти сразу начали подстрекать, выкрикивали:

— Смерть Альену! Убить продажную тварь!..

Народ взволнованно зашумел, испуг и удивление сменились подсердечной злобой. В воздух поднялись молоты и топоры, солнечные лучи засверкали на отполированной стали. Волна человеческих тел колыхнулась навстречу правителю, но Аш словно и не заметил опасности. Холодно и бесстрастно посмотрел на обезумевших людей, четко произнес:

— Вода!..

Воздух мгновенно похолодел, стал сухим и жестким. Небо потемнело, приобрело густой синий оттенок, столбы дыма пугливо отпрянули. И ровно через десять секунд сверху ударили плотные струи ледяной воды. Раздались грохот и плеск, народ будто окатило из огромного ведра. Люди дико взвыли, начали разбегаться кто куда. Но в переулках неожиданно появились заслоны солдат, глухие стены щитов и копий. В спины били мутные потоки, гигантские волны разбивались о здания как о скалы…

Лишь спустя пять минут заклятие исчерпало себя, и вода ушла в сточные канавы. Но и этого оказалось достаточно. Люди ползали в глубоких лужах, плевались и отфыркивались, дрожали — холод был нешуточный. На ногах устояли единицы, но теперь ошеломленно вертели головами, вздрагивали. Мокрые, грязные, жалкие, растерявшие апломб…

— Что т-тебе надо? — отплевываясь, спросил оратор. Потоком его сбило с пьедестала, но поднялся одним из первых. Посмотрел на правителя исподлобья, сжал кулаки.

— Не так… — бесстрастно ответил Аш. Аккуратно прошел по лужам и легко запрыгнул на импровизированную трибуну. — Чего хотите вы? Почему устроили мятеж?..

— Вы предатели, — тихо, но веско произнес предводитель. — Отвели войска с границ, подвергли край опасности. Поговаривают, хотите продать Родину окранцам…

— Разве? — спокойно поинтересовался маг-строитель. — И кто вам сказал?..

— Люди. Знающие, — не моргнув глазом, ответил мужик.

— Не те ли, что подтолкнули вас глупо сложить головы, а сами пытаются сбежать? — хмыкнул бывший граф. Ухмыльнулся, небрежно махнул рукой.

Предводитель бунта резко развернулся и как раз увидел момент, когда десяток крепко сбитых мужиков с лицами прожженных душегубов по-крабьи крались к ближайшему цеху. Опасливо оглядывались, старались добраться незаметно. Одеты в грубые рубахи и порты, но поверх кольчуги, а в руках узкие кинжалы. Пока стояли в толпе, сливались с пестротой лиц и нарядов, но сейчас стало отчетливо видно — чужаки. Слишком целенаправленно двигались, выглядели чересчур сосредоточенно и хладнокровно, что среди буйства эмоций смотрелось по меньшей мере странно.

Поняв, что взгляды сошлись на них, заговорщики испуганно замерли. Но вскоре очнулись, стаей волков ринулись к спасительным воротам цеха. Наткнулись на словно выросших из-под земли стражей и заметались, бросились обратно в толпу. Однако ремесленники попятились — тоже слышали слова Аша, — оттолкнули чужих. Кто-то заругался, иные достали из-за поясов топоры и молоты, целенаправленно двинулись на пришлых… какая разница, на ком сгонять гнев?!

— Да, действительно, — нехотя признал предводитель мятежа. — Эти люди явились две недели назад, рассказали о ваших злодеяниях. Но ведь войска и правда уходят с границ?!

— Да, — кивнул Аш. Услышал недовольный гул среди работников, поднял руки. — Я спрошу еще раз… Чего вы жаждете? Ради чего подняли бунт?..

— Мы голодаем, — крикнул кто-то.

— Ходим в обносках, живем как звери! Результатов труда не видим, все забирает армия… — воскликнул другой.

— То есть вы хотите работать? — уточнил бывший граф. — И получать законную плату?..

— Да! — послышалось сразу несколько воплей. — Хотим. Но не желаем покоряться Окрану или Скифру!..

— Что ж, тогда ситуация гораздо проще, — усмехнулся правитель. — Объясняю… Первое! Стычки на границах пошли на убыль, нет необходимости держать столько войск. И потому мы решили отправить воинов по домам, чтобы те смогли работать во благо края и собственных семей. Второе! Вы наверняка устали терять близких и не видеться с родными… Так?

— Да! — слитно выдохнули сразу сотни людей. Народ помаленьку поднимался на ноги, многие переглядывались и шептались.

— Я сделаю все, чтобы наступил мир без какого-либо ущемления Свободных Земель, — веско произнес старший Альен. — Кроме того, мы решили возобновить отношения с Тарком, закупить продовольствие… но в этом мне нужна ваша помощь. У нас нет хороших товаров на продажу, нет качественного металла и оружия. Но вы можете постараться, я знаю. И чтобы доказать благие намерения, разрешаю открывать торговлю. Две трети продукции пойдет на нужды страны, остальное достанется вам. Если захотите, будете сбывать заезжим купцам… Указ подпишем сегодня же!..

Поначалу никто не понял, о чем говорил правитель. Но затем самые умные и деловитые догадались, счастливо загомонили, принялись растолковывать другим. Открытая торговля означает, что больше не придется получать зерно из общих складов как подаяние, можно будет покупать самим, и притом качественнее. Недостающее привезут тарки, жизнь станет намного лучше. А там, глядишь, и «смены» уберут…

— Правитель добро говорит! — послышались отдельные возгласы. — Хватит войны! Хотим жить как раньше, мирно…

— Мы за тебя, Альен! — поддержали другие.

Одобрительный гул начал разрастаться. И до самых последних тугодумов наконец дошло — грядут изменения к лучшему. Когда разойдутся с площади, еще долго будут обсуждать в трактирах за кружкой кислого пива последние вести, вертеть так и эдак. Набьют морды скептикам и злопыхателям, перемоют кости правителям…

Аш Альен растянул губы в приветливой улыбке, продолжил говорить нечто ободряющее. Но в душе сомневался и мучительно размышлял. Как осуществить? Если сорвутся переговоры с тарками и окранцами, братьев повесят. А после десятка лет существования с закрытыми границами начать новую жизнь безумно трудно. Придется забыть о сне, рвать жилы, засылать шпионов… и убеждать, убеждать привыкших к войне, закоснелых людей.

— Надеюсь, у вас дела не расходятся со словами, — пробормотал предводитель мятежа так, чтобы слышал один лишь правитель. — Мы слишком долго терпели.

— И я… надеюсь, — пробормотал старший Альен. Зябко передернул плечами, обернулся к недавнему оппоненту. Сразу видно, умный мужик и говорить умеет. Такого врага нельзя оставлять безнаказанным, в любой момент снова раздует пламя восстания.

— Как вы собираетесь обеспечить производство? — словно прочитав мысли, поинтересовался Илвин. — Ремесленный район в руинах, из десятка мастерских работает одна. Не хватает людей, припасов, запчастей для механических молотов и станков…

— Нужно работать с тем, что имеем. Пока, — отрезал Альен. Но чуть смягчился и добавил: — Думаю, следует провести реорганизацию. Как насчет того, чтобы создать специализированные бригады работников? Я сдам вам оборудование в аренду, буду изымать государственный налог продукцией и деньгами. Но треть сумеете разделить между собой, согласно объему работы и мастерству. В дальнейшем, если захотите, вскладчину выкупите у города цеха, да и налоги я уменьшу по окончании войны…

— Интересно, — признал мужчина. Наморщил лоб, быстро подсчитал про себя. — Если война закончится…

— Когда! — твердо сказал Аш.

— Хорошо, — сдался Илвин, пожал плечами. — Если власть поможет, создадим бригады. Задумка хорошая, сможем работать лучше. Но кто будет контролировать и как станут изымать налог?..

— Металл и оружие буду брать в случайном порядке, — ответил Аш. Заметил, как скривился предводитель, мысленно хмыкнул. Конечно, если знать, какая партия пойдет государству, работать можно спустя рукава, а над своим трудиться с удвоенной силой, любовно проковывать клинки, делать лучшую броню на продажу.

И тем не менее Илвин проглотил горький кусок, кивнул:

— Добро…

— А контролировать процесс будешь ты, — с усмешкой добавил Альен. — Ставлю главным над бригадами. Явишься ко мне с докладом и описью. Еще жду дельных предложений, идей. Приказ о возведении тебя в должность министра промышленности подпишу сегодня же.

По мере того как правитель говорил, лицо Илвина вытягивалось. Во взгляде мелькнула секундная радость, сменилась опаской. Любая должность подразумевает не только легкие деньги, но и большую ответственность. Это простые работяги думают, что начальники лишь вино хлещут и курочкой заедают. А на деле — бессонные ночи, нервное напряжение, работа на пределе сил.

— А может, не надо? — поинтересовался предводитель. — Я того… с молотом привычнее.

— Надо, — произнес бывший граф. На секунду отвлекся, проводил взглядом стражников, которые вели связанных подстрекателей. И тут заметил ехидную улыбку на губах одного из злоумышленников. Еще до конца не осознав угрозы, но остро почувствовав неладное, Аш столкнул с помоста Илвина, попытался прыгнуть следом… и не успел. На крыше ближайшего дома возникли человеческие силуэты, сверкнул металл. Несколько звонких щелчков почти растворились во всеобщем шуме.

Первая стрела, видимо, целила в незащищенное лицо, но ударила в наплечник, высекла искры и отскочила. Еще три попали в грудь, и старшего Альена как ветром смело, швырнуло на мостовую. Чуть запоздало сверкнула ветвистая молния, разметала в щепки самодельный помост и подожгла обломки…

Над площадью поднялся слитный рев, люди бросились врассыпную. Стражники натужно ухнули, но удержали массу тел. Зло взревели командиры — как же, мага проворонили! — отдельные воины принялись вскидывать маленькие арбалеты. Но ответный огонь принес мало результатов, противники умело прятались за дымоходами и торопливо перезаряжали оружие.

Вскоре над зданием вновь полыхнуло сияние, десятки шаровых молний как яблоки посыпались на площадь. Две оглушительно взорвались, сожгли пятерых работяг и разметали еще с десяток, усилили панику. Остальные потухли, осыпались дождем бесполезных искр — в дело вступили чародеи охранения. А через секунду в ответ рванулись сотни тонких огненных жгутов. Срезали часть крыши, воспламенили черепицу и наконец отыскали цель… Уже не человек, а хорошо прожаренный кусок мяса в обугленной мантии мага-воздушника шлепнулся оземь. На стену брызнуло кровью, ветер подхватил зловонный дымок.

Остальные заговорщики бросились врассыпную. Двух подстрелили стражники, один поскользнулся и рухнул на мостовую. Добивать его никто не кинулся — с головой, вывернутой под таким углом, не живут. Последним двум врагам повезло, вовремя перепрыгнули на крышу соседнего здания, помчались без оглядки. Но тут на пути беглецов материализовался оборотень.

Те, кто находились на площади, мало что разглядели. Услышали грозный рык, тяжелый удар, один стрелок исчез. Второй попытался прыгнуть, безрассудно кинулся к парапету. Однако острые, отливающие металлом когти достали в полете, разодрали плоть и кости. На землю излился дождь кровавых брызг. Голова подпрыгнула и затерялась где-то в толпе, а тело упало у фундамента…

Боя на крыше Аш не видел. Мир потускнел. Словно издалека долетали смутные крики, топот, звонкие удары. Хотелось встать и уйти подальше, но грудь словно пронзили три раскаленных прута, накрепко пригвоздили к мостовой. Выхода не осталось, и маг-строитель расслабился, позволил себе окунуться в вязкие объятья беспамятства.

Очнулся, казалось бы, через целую вечность. Тихо вскрикнул, дернулся. И сразу почувствовал — куда-то несут. С трудом приоткрыл веки, узнал в волосатом и злом мужике брата. Тох бережно тащил старшего на вытянутых руках, с тревогой всматривался в лицо, говорил… В ушах щелкнуло, Аш услышал конец фразы:

— …Ну слава Создателю! На фига под стрелы подставился?..

— Да пошел ты! — с искренним удовольствием пропыхтел старший Альен. Скосил глаза, удивленно вскинул брови — вокруг виднелись знакомые здания Нового города, множество людей: обычные работники, воины, маги — целая толпа. Во взглядах беспокойство, смутное облегчение. — Что за цирк?..

— Тебя провожают, — серьезно сказал оборотень. — Чтобы никто больше не смог напасть. Не знаю, что ты наплел, но теперь у нас есть сторонники…

— Да пошли они! — прохрипел Аш, добавил несколько сочных ругательств. — Пусть сами правят… Твою мать, Ривз почти переиграл…

— Почти не в счет, — улыбнулся зверомаг, зашагал быстрее. — Напугал. Если бы не зачарованные доспехи…

— Так я не умираю? — удивился старший. Провел ладонью по груди, нащупал три больших вмятины на панцире.

— Нет, — хмыкнул Тох. — Переломы ребер, пара пустяковых ожогов. Заживет как на собаке. Поваляешься пару дней, отваров целебных попьешь.

— Сам ты собака…

Голос правителя ослабел, глаза снова закрылись. Аш безвольно обвис на руках могучего зверомага, но не потерял сознание, а заснул. Беготня и сражения окончательно подкосили и без того измотанного старшего.

— Переволновался, — уверенно объяснил Тох окружающим воинам в ответ на любопытные взгляды.

Глава 6

Удушливый дым плотными клубами витал в воздухе, медленно и неохотно тянулся к отдушинам. Темнота оказалась непроницаемой и липкой как смола, почему-то горячей, хотя в разуме любого человека она тесно ассоциируется с ночной прохладой. Птиц будто падал в гигантский черный колодец без дна, и лишь спокойное сияние Светлого щита помогало справиться с паникой…

У дальней стены раздались шуршание и скрип, звон железа. Маг поспешно перешел одновременно на Ночное и Истинное Зрение, углядел расплывчатую туманную фигуру. Никаких деталей, лишь общий силуэт, но видно — рыцарь пытается приподняться, вяло цепляется за стену.

Холодный пот побежал по лбу с новой силой, глаза начало пощипывать. Чародей осторожно отер влагу, вздохнул и принялся наращивать защиту. К уже готовому Светлому щиту прибавил Зеркальный и Астральный, Круг Шепота. Первый — обычная стихийная оболочка, работает по принципу антипода: огонь заливаем водой, Тьму режем Светом. Второй — хитрое переплетение энергий, которые отразят и вернут любой удар врагу. Третий прикроет душу, ну а последний — ментальная составляющая, рвущая в клочки мысленные рапиры… Четыре уровня, как по учебнику борьбы с Темными проявлениями. Но и этого мало.

Стряхнув с пальцев очередное Упокоение, маг вызвал более действенное заклятие Демонического Яда, что в совокупности представляло собой невообразимую смесь враждебных Тьме составляющих: от Света до кристаллов упорядоченной энергии, кои призваны разрывать вечно мятущуюся сущность. И только после проделанного Птиц рискнул осторожно сместиться в сторону, замер и зажег десяток шариков-светлячков под потолком.

Голубоватый свет с трудом разорвал дымную пелену, парным молоком растекся по подвалу и озарил нежданного гостя. Шед сидел у дальней стены, совершенно осмысленно смотрел на Птица и щерил длинные кривоватые зубы в гадкой ухмылке. Левую половину лица украшал огромный уродливый ожог. Кожа и мышцы сгорели, обнажились кости черепа, деформированная челюсть. Сквозь обугленное мясо сочилась вязкая черная слизь, медленно капала на доспехи…

— Мне не больно, — спокойно сообщил Шед.

— Кто бы сомневался, — пробормотал парень. Осторожно отступил к выходу, вытянул руку. По пальцам пробежали яркие изумрудные искорки, к всеобщей вони примешался запах мяты. — Дернешься — убью.

— Я и так мертвый, — парировал демон.

— Развоплощу, — поправился Ирн. — И раздушу… или нет, разодухотворю.

— Ты можешь, — согласился Шед, с холодным интересом присмотрелся к зеленому сиянию на ладони парня: — Демонический Яд, если не ошибаюсь? На твоем месте я бы попробовал Молот Гранга. Гораздо эффективнее… Впрочем, виноват. Молот же создается заранее и считается очень даже черной магией. Пару младенцев зарезать или десяток взрослых… сотня котов сойдет на худой конец. Зато потом хоть солнце туши, что угодно разложит в пыль.

На лице демона не дрогнул ни единый мускул, голос остался ровным и механически-размеренным. Да и взгляд изучить не было никакой возможности, в глазницах — сплошная пляска огня. Но Птиц уловил насмешку, с силой сжал древко посоха. Что это? Жалкая попытка пошутить? Или Шед говорил абсолютно серьезно?..

— Как ты тут оказался? — резко спросил чародей.

— Да так… шел мимо, — прохрипел рыцарь. — Решил проведать старого знакомого.

— Издеваешься?

— Нет, что ты… Серьезен как никогда.

— Убью, — предупредил Серый маг.

— Развоплотишь, — уточнил Шед. — Но тебе ведь интересно, как я сюда проник?..

Вопрос попал в цель. И хотя Птицу не хотелось признаваться, но присущее любому волшебнику любопытство начало зудеть почище подживающей раны. Помимо прочего, присутствовали элементарные соображения безопасности. Если смогла пройти одна тварь, другие также сумеют. Следовало найти дыру в защите, срочно залатать… С другой стороны, магу не понравилась легкость, с которой Шед разгадал его замыслы. С хитрого монстра станется манипулировать, подталкивать к чему-то…

Изумрудное сияние на ладони мага разрослось, обратилось в пряди тумана. Зеленые ручейки плавно и неторопливо потекли вперед, у горла демона образовалась зыбкая клешня.

— Думаю, ты ответишь, — уверенно заявил маг.

— Не знаю, — вздохнул демон. Потрогал пальцем ручеек, одернул его. Металл латной перчатки чуть потемнел, кисть задымилась. — Ты меня развоплотишь, вернусь в Преисподнюю. Там по крохам соберу силы, лет через триста снова восстану из мертвых…

— Потеряешь время, — хмыкнул Птиц.

— В Преисподней все равно — час, год, сто лет… — в тон ему заметил рыцарь.

Зеленоватая клешня врезалась в горло демона, плоть стала стремительно усыхать и отваливаться мелкими чешуйками. Шед вздрогнул, вжался в стену. Пламя в глазницах удивленно затрепетало, выстрелило мелкими язычками. А маг едва удержался от соблазна довести начатое до конца, хотя воспоминания о плене и униженное достоинство взывали к отмщению. И так удобно — враг сам явился, фактически положил голову на плаху…

— Что тебе нужно? — наконец выдохнул Ирн. — Зачем явился?

— Мне нужна помощь, — ответил Шед после минутного промедления.

— Иди ты!.. — не удержался парень.

— Обратиться к тебе посоветовал наш общий знакомый.

— Эскер?!

— Да, — кивнул демон. — Я встретил Гара в Логеборе. Мы… обсудили проблему и…

— Куда он направлялся? — жадно спросил чародей. — Отвечай!