– Думаю, для нас это лучший шанс, – я взял ее за плечи и привлек к себе. – Ты со мной?

Чейз долго смотрела на меня.

– Ты погубишь нас обоих, – ответила наконец она.

* * *

– Сожалею, что вы считаете себя обязанным придерживаться линии поведения, которая может привести только к кровопролитию. – С'Калиан выглядел по-настоящему огорченным. – Чем еще мне разубедить вас?

– Идите к черту. Вам придется взорвать ваш артефакт. Давайте, приступайте! – Я отключил связь.

– Ты говорил убедительно, – невесело усмехнулась Чейз. – Надеюсь, он не принял твой вызов.

Корабль «немых» подплыл ближе. Колебание его компонентов ускорилось.

– Анализ показывает, – заговорил компьютер, – что это, вероятно, является частью системы выработки энергии.

Чейз тихо выругалась.

– Где центр управления? Где они наиболее уязвимы?

– В данный момент информации для выводов недостаточно.

– Твои догадки ничем не хуже компьютерных, – заметил я.

– Думаю, пора включать защитные экраны.

– Нет.

– Почему?

– Нам это ничего на даст. Мы не можем удрать и не можем сражаться. Защитные экраны только отсрочат неизбежное. Давай попробуем приготовить для них сюрприз.

Что-то в моей беседе с С'Калианом продолжало беспокоить меня, и вдруг я понял.

– Почему они с нами так любезны?

– Что ты имеешь в виду?

– Почему они готовы ждать нас у себя на борту, прежде чем послать десант?

Чейз покачала головой.

– Я продолжаю считать, что они, возможно, говорят правду.

– Нет, я скажу тебе в чем дело: они нам не доверяют. Считают нас вероломными отщепенцами и поэтому держат нас там, где мы будем под наблюдением. То есть они полагают, что мы можем причинить им вред. Каким образом?

Чейз прикрыла глаза, подумала, потом кивнула.

– У меня есть хороший вариант ответа. Им придется отключить защитные экраны, чтобы пропустить десант. На несколько секунд они станут уязвимыми.

Я ощутил прилив возбуждения и страха.

– Они нам не доверяют, – повторил я, думая о шахматной доске Сима. – Может, мы сумеем извлечь из этого пользу.

– Продолжай, – сказала Чейз. – Готова выслушать твои идеи.

– Пойди в хвост, возьми два скафандра, помести их в капсулу и надуй. Постарайся, чтобы они были похожи на нас. Потом настрой управление так, чтобы мы могли запустить ее отсюда.

– Зачем?

– Мне неизвестно, сколько у нас осталось времени, Чейз. Просто сделай это. Ладно? Дай мне знать, когда все будет готово, и возвращайся сюда.

– Хорошо. – Она поднялась и протянула мне руку. – Кстати, на тот случай, если я тебя больше не увижу, – это был дьявольский полет, Алекс.

Несмотря на легкомысленный тон, голос у Чейз прервался, и она быстро вышла. В тишине корабля я слышал, как она идет от одного люка к другому.

– Какое-то движение, – подал голос компьютер.

Схема танца огней чужого корабля изменилась, цвета стали более насыщенными. Он ярко сиял в вечной тьме пространства, его крохотные огоньки кружились вихрем, словно светящиеся насекомые в жерле пушки. Это продолжалось несколько минут.

– Психическая атака, – сказал я компьютеру. – Игра под названием «Кто кого перехитрит».

– Не уверен. Я замечаю знакомую металлическую форму внутри конфигурации. Возможно, многоствольный торпедный аппарат. Восемь стволов. Подобный тип вооружения предназначен для применения против относительно неподвижных объектов. Скоростная торпеда способна пробить толстую броню и выжечь все внутри. Согласно анализу, только один из стволов заряжен.

Проклятье!

– Ее воздействие на «Корсариус»? – спросил я, едва шевеля языком. Черт побери, я не знал, как включить защитные экраны, даже если очень захочу это сделать. – Какова энергия защитных экранов?

– Никакой.

Надо было позвать Чейз, предупредить ее, вызвать обратно. Но я не сделал этого.

Я слышал, как она возится в хвостовом отсеке. На пульте зажглась красная лампочка: открыт внешний люк.

– Они захватили цель, – сказал компьютер.

Зажмурив глаза, я стал ждать.

– Торпеда запущена.

В последний момент я подумал, что мы не сделали ни единого выстрела в свою защиту.

* * *

Снаряд пробил нашу металлическую обшивку, подняв бурю на нижних палубах. Снова завыли сирены и остальные корабельные системы, оповещающие о непосредственной и серьезной опасности. Но мы все еще живы!

– Что, черт возьми, там происходит? – осведомилась Чейз. Эхо в наушниках указывало на то, что она находится в скафандре.

– Они выстрелили в нас. У тебя все в порядке?

– Да. Не пора ли включить защитные экраны? – Голос ее слегка дрожал.

– Ты уже закончила?

– Почти. Но, может, нам выбросить чучела, забраться сюда самим и выметаться?

– Быстро возвращайся, – приказал я. – Компьютер, сообщи о повреждениях. Почему мы все еще невредимы?

– Торпеда не взорвалась. Если, конечно, это не пустая оболочка. Невозможно сказать наверняка, поскольку она прошла сквозь корабль навылет.

– Куда она попала?

– В отсек прямо под мостиком. Потребуется ремонт обеих переборок. За неимением ремонтной команды я изолировал этот участок.

Снова раздался голос С'Калиана:

– Алекс, еще не поздно.

Он умоляюще протянул руки.

– Сукин сын! – тихо произнес я.

– Восхищен вашим самообладанием в данных обстоятельствах. Поймите, мы способны пробить множество дыр в вашем корабле, не повредив важные системы. Ну, какое еще нужно доказательство моей заботы о вашем благополучии? Выбирайтесь оттуда, пока можете. Ваша гибель и гибель вашей... э-э... женщины ни к чему не приведет.

Чейз открыла люк и вошла в кабину.

– Готово к старту, – шепнула она.

Компьютер прервал связь с вражеским кораблем.

– Капитан, они зарядили вторую торпеду.

– Если у тебя есть какая-нибудь идея, – сказала Чейз, – то сейчас самое время.

– Компьютер, соедини меня с «немым».

На экране снова появилось изображение С'Калиана.

– Надеюсь, вы приняли мудрое решение, – сказал он.

– Только вряд ли оно вам понравится. – Я сделал паузу для большего эффекта и постарался принять умеренно безумный вид. – Я собираюсь достать из погребов одну из ядерных мин, засесть здесь и взорвать «Корсариус» ко всем чертям.

– Не верю.

– Это ваше дело.

– Я видел вашу душу, Алекс. В каком-то смысле, я был вами. Вы не способны совершить подобный поступок. Ваше стремление выжить слишком велико...

Я отключился.

– Вот и все, – сказал я компьютеру. – Не хочу больше никаких переговоров с другим кораблем. Никаких. На все запросы отвечай отказом.

– Бесполезно, – отозвалась Чейз. – Что ты пытаешься сделать? Они тебе не верят и будут искать ловушку. – Ее глаза вдруг широко раскрылись. – Эй, ты случайно не всерьез? Мне совсем не улыбается перспектива превратиться в огненный шар.

– Конечно, нет. Они тоже не верят. На это я и рассчитываю. Оставайся у рассеивателя. Через шесть минут, когда мы пошлем капсулу в полет, они должны отключить защиту. Когда на приборной панели появится зеленый сигнал, нажми на спуск. Целься куда-нибудь в центр.

Я начал отсчет времени.

– А если защиту не отключат?

– Тогда придумаем еще что-нибудь.

– Какое счастье знать, что у нас есть план!

– Готова запустить капсулу?

– Да.

Мы ждали. Минуты уходили одна за другой.

– Я хочу, чтобы она двигалась прочь от чужаков. Она должна лететь назад, к планете.

Поняв, Чейз улыбнулась, но тут же заметила:

– Они не купятся. Мы сейчас слишком далеко от планеты. Они поймут, что мы не сможем туда добраться.

– Давай, – скомандовал я.

Она нажала кнопку на панели.

– Капсула ушла.

– «Немые» не поймут, – сказал я. – Вероятно, они не знают о ее возможностях, а если и знают, то будут думать, что мы пытаемся оторваться от них и сбежать. И о ядерном заряде, тикающем внутри этого корабля, тоже будут думать.

Чейз вывела изображение капсулы на экран, и мы стали ждать. Выглядело все, как надо: два человека в скафандрах, один склонился над пультом управления.

– Ты похож на пьяного.

– Достаточно правдоподобно, чтобы надуть их.

Она согласилась.

– А мне бы хотелось сейчас быть в капсуле.

– Ерунда. Все кончится благополучно. Постарайся держать капсулу в тени корабля, надо сделать вид, будто мы пытаемся остаться вне поля зрения. Только пусть они ее видят.

– Хорошо, – неуверенно ответила Чейз.