Периодически профессор вдруг вспоминал, что нас нужно обучать - знаний, вложенных в нашу память изначально, было слишком мало для того, чтобы мы смогли существовать самостоятельно. Зато это действо, под кодовым названием "обучение", было действительно нашим маленьким адом, ибо объяснять Глоа попросту не умел. Если с первого раза не понимаешь его пространную речь, то тебе в голову тут же летит то, что первым окажется у него под рукой. Эрингу-то проще было, у него врожденная ловкость ого-го какая, а вот я не всегда успевал увернуться...

Кстати, первый раз я себя смог разглядеть только почти через год после того, как оказался у профессора. Почему-то он терпеть не мог зеркала, и первое приволок только, когда решил, что мне пора начинать учиться обращаться в иную форму. А как я мог менять свою на другую, если и первой-то ни разу в глаза не видел? Вот и пришлось нашему названному отцу побороть свою нелюбовь к зеркалам.

Все, с кем мы встречались до этого, были из расы людей, так или иначе обладающих магическим потенциалом. Соответственно, каждый пытался хоть чуть приукрасить с помощью магии свой образ, мне же всё это досталось даром. Только вглядываясь в свое отражение, я стал понимать, почему так раздражался профессор из-за гостей, вдруг зачастивших в наш дом. Я-то считал, что он просто придирается, поэтому обвиняет меня в этом нашествии, как выяснилось - ничего подобного. Без ложной скромности, могу сразу признать - я красив, даже очень. Правильные черты лица, чуть раскосые светло-голубые глаза, в которых то и дело пробегают задорные искорки, по словам того же профессора - "бл*дские". Черные дуги бровей, пухлые губы, длинные волосы до пояса. А вот цвет... то ли светлый блондин, с синими прядками, то ли синеволосый с платиновыми локонами. Как оказалось позже, их даже изменить в другой цвет не выходило, ни с помощью краски, ни магией, только в форме человека получалось поменять их на черный. А вот изначальная форма у меня была явно не демонская, как у Эринга, а от расы сиринов, хотя считалось, что среди них попросту невозможно рождение мужчины, лишь женщины. Эфемерные крылья, которые я научился вызывать только по прошествии пары лет, были тоже ненормальные. Во всяком случае, если у Эринга, когда он менял форму на боевую, они были ближе к нетопыриным, то у меня - состояли из перьев, и не простых, а павлиньих. Как же я их стыдился... Словно девчонка! И ведь даже ростом не вышел, доставая своему названному брату всего лишь до плеча, а хрупкое телосложение - это и вовсе для меня было сплошным расстройством. Ведь, если принимаешь форму другой расы, то рост, вес и телосложение остаются первоначальными.

Самая смешная, по словам Эринга, у меня вышла ипостась демона... Нет, рожки там были вполне ничего, пристойненькие, маленькие и закругленные, а вот цвет - ярко синий! И это, если добавить павлиньи крылья и ненормальный хвост... У всех порядочный демонов он был тонкий и с маленькими пушистым кончиком, на него частенько одевались боевые наконечники, мой же и тут решил выделиться, он был пушистый, и опять же - синий! Рррр. Даже профессору пришлось признать, что с генами он немного напортачил, ибо ни одна форма, кроме человеческой, не совпадала с той расой, которую я, по идее, должен был уметь полностью копировать.

Думаю, ничего удивительно не было в моем выборе, когда я решил, что теперь буду всегда ходить в человеческой форме, которую хоть немного мог подогнать под свои представления того, каким должен быть парень, а не полу-черт-знает-что. В ней даже удалось избавиться от давно раздражающих меня волос, сделав простую короткую стрижку с длинной косой челкой. Жаль, но в других формах, даже после обрезания, стоило один раз поменять ипостась и вернуться назад - волосы, словно назло мне, становились снова длинными. Эринг, который как раз в это время увлеченно изучал строение амулетов, тут же предложил сделать несколько для меня. Два дня ушло на споры какой формы и какие именно щиты мне нужны. В конце концов, остановились на форме небольших колечек, тут же проколов мне ухо и даже бровь, пытаясь подстроить, чтобы ничем не отличалось от простого пирсинга. Вечером получили нехилый нагоняй от профессора, который одобрил идею амулетов, но был против уродства, которым он обозвал мои новые украшения. Пришлось долго уговаривать его оставить их мне, тем более пирсинг почему-то оставался только если я в форме человека, в других он попросту исчезал. Пообещав разобраться с моими потеряшками позже, Глоа вскоре забыл об этом, а я побоялся напоминать, чтобы не лишиться своих новых цацек, в которых я чувствовал себя наконец-то нормальным парнем.

С Эрингом у меня сложились не простые отношения. Со временем я смирился с его вечной опекой, но никак не выходило заставить себя его слушаться во всем, чего он постоянно добивался, то ли свой характер проверяя, то ли мою выдержку. Этот парень был единственным существом, само собой, после профессора, которому я полностью мог довериться во всем, но именно он и требовал всегда от меня чего-то невозможного.

Почему-то Эринг был свято уверен, что я со всем могу справиться лучше, если постараюсь. Те же изменения формы... Это ведь не Глоа заставлял меня часами стоять у зеркала, пытаясь полностью скопировать ауры какой-либо расы, а мой названный братец. Это не профессор, а мой деспотичный надзиратель-демон, каждый вечер не давал мне уснуть, пока я наизусть не расскажу ему историю того или другого народа, причем одна и та же раса в разных мирах имела отличия, их, кстати, тоже приходилось перечислять по ходу. Это не ученый заставлял меня часами расписывать разные формулы заклинаний, а Эринг, которого я периодически желал попросту удавить, пока спит, ибо в бодрствующем состоянии он был сильней меня раз в десять. Проверял. Пару раз так влетело, что мало не показалось... После этого пришлось отказаться от силовых мер избавления от домашнего ига, довольствуясь мелкими пакостями. В них я так поднаторел за пару лет, что доказать мою вину не мог бы даже самый дотошный дознаватель.

Но в то же время, это моё персональное наказание умудрялось поддерживать меня во всем. Даже когда я и сам переставал верить в свои силы, он всегда был моей опорой в эти минуты слабости. А таких моментов было множество...

Взять хотя бы тренировки по боевым видам единоборств... Профессор отчего-то решил, что мы обязаны уметь защищаться от любого врага. Где он тех врагов нашел - не понятно, но слова с делом у него редко расходились, поэтому уже на следующий день к нам на дом стал приходить учитель боевых искусств. Вот тут я почувствовал свою полную ущербность, особенно в сравнении с успехами Эринга, который схватывал просто на лету, и любое задание преподавателя выполнял без единой ошибки. Пожалуй, только поддержка парня не дала мне полностью раскиснуть после всех моих промахов и оплошностей. Мой названный братец умудрялся оставаться моим личным врагом, и лучшим другом в одном лице, как-то совмещая эти две совершенно разные роли. Ведь даже если профессор вдруг вставал не с той ноги, и искал на ком бы сорвать злость, парень всегда вызывал огонь на себя, стараясь прикрыть меня. А когда нас Глоа первый раз привел в главную лабораторию? Это же был сплошной кошмар! Все эти эксперименты над живыми существами, пусть даже бессознательными, колбы с зародышами, отрезанные части тел со всевозможными проводками, тянущимися к склянкам с разноцветными жидкостями... После этого посещения я месяц просыпался от собственного крика. Почему-то была уверенность, что вскоре и меня может постигнуть участь тех беспомощных существ в капсулах.

Тогда-то Эринг и перебрался спать ко мне, сдвинув наши кровати вместе. Сколько бессонных ночей он провел, укачивая и уговаривая меня, что все эти кошмары просто дурной сон... Даже когда все эти мои приступы паники прекратились, он с трудом поддался на уговоры вернуть свою кровать на ее законное место в другом конце комнаты.

Кстати, полового влечения у нас не было вообще. Начитавшись всяческой литературы на эту тему, я полез с вопросами к профессору, который, ничуть не смущаясь, сказал, что нам в еду и питье добавляются специальные препараты, поэтому гормональные всплески нам ближайшее время не грозят.

-Вот подрастете, тогда... - многозначительно взглянув на наши вытянувшие лица, профессор расхохотался.

А вот это его "тогда" произошло раньше, чем хотелось бы...

Точкой отсчета послужил один из самых обыкновенных дней. Мы с Эрингом как всегда штудировали книги по магии, а профессор ушел в главную лабораторию. Вернулся он отчего-то слишком рано, молча пронесся мимо нас, закрывшись в своем кабинете. Переглянувшись, мы потопали к дверям, чтобы узнать, что или кто в этот раз умудрился вывести его из себя. Кстати, случалось это довольно часто, ученый был очень вспыльчивой натурой, часто бросаясь из крайности в крайность. "Меня не ценят" - это было его любимое выражение.

Как ни странно, но в этот раз никаких жалоб не прозвучало. Даже на то, что мы внаглую вломились в кабинет, не постучавшись, он словно внимания не обратил, сосредоточенно роясь в каких-то бумагах. На все вопросы Глоа только отмахивался, а вот глаза у него горели просто-таки фанатичным огнем. Такое обычно случалось только, если он чересчур увлекался каким-либо проектом.

Так и не отвлекаясь от бумаг, он вдруг заговорил.

-С сегодняшнего дня вам придется учить многое про порталы, как про местные стационарные, так и межмировые. Я уже заказал специальную литературу, но без практики будет тяжело. Вам придется поднапрячься. Преподавателя со стороны брать нельзя, вам придется самим штудировать учебники. Если что-то станет совсем непонятно, в любой момент связывайтесь со мной, я объясню, - переведя дух, он внимательно оглядел нас. - Очень надеюсь, что вы меня не подведете.

Уже не так суетливо перебирая бумаги, профессор продолжил:

-Так же раз в неделю будет приходить мастер иллюзий, вам может пригодиться умение правильно накладывать их. На это всё у вас будет примерно около года, очень надеюсь, что не разочаруете меня.

-А что случилось-то? - все же не выдержал я, устраиваясь на свое любимое место на подоконнике.

Глоа рассеянно взглянул по сторонам, словно ища поддержку, затем, присев за стол, устало склонил голову на руки. Мы даже обалдели, ведь профессор ни разу за то время, сколько его знаем, не выказывал слабости, он был словно вечный двигатель, любая неприятность - это просто вызов, а их он обожал.

-Сегодня погибло множество разумных. По моей вине. Я собираюсь сделать так, чтобы такого не повторилось.

Дальнейшие вопросы ни к чему не привели. Только много позже мы узнали, что в этот день "спецы" все же решились запустить для проверки те проекты, которые разрабатывались в главной лаборатории. Вследствие этой акции погиб небольшой мирок, расположенный по соседству с тем, где находились мы. Для профессора это стало настоящим ударом. Он, как и многие ученые, не задумывался о последствиях своих экспериментов, увлекаясь самим процессом создания.

Следующий год для нас и впрямь выдался сложный, не понимая к чему именно готовит нас профессор, мы старались выкладываться на полную катушку. Не знаю, как Эринг, а мне действительно не хотелось разочаровывать Глоа, который день ото дня становился всё более раздражительным и требовательным.

Самое неприятное было то, что даже иллюзии, которые накладывал на себя, выходили какими-то корявыми. Вернее долго думали, что всё в порядке, пока в гости не заскочила коллега профессора, вот после этого и выяснилось, что женщины мои иллюзии вообще не видят. Обидно, я ведь по-настоящему старался.

С порталами тоже оказалось не всё просто, они вытягивали из нас неимоверное количество магической энергии, хоть и разрешено нам было перемещаться только по дому. Как выяснили из книг - если ее не хватит во внутреннем резерве, то будут использоваться уже жизненные силы. А вот это опасно. Благо, что нам не приходилось долго ждать того, чтобы она медленно сама восстановилась до следующего эксперимента. По-видимому, благодаря смеси генов, мы умудрялись качать энергию из всего, что нас окружало, вплоть до неживых предметов. Правда, и тут были подводные камни, мы рассыпали в пыль кучу мебели, пока не научились вовремя останавливаться до того, как предмет попросту не развалится на части. Пришлось перенести наши эксперименты во внутренний дворик, как оказалось, можно тянуть энергию даже из земли, просто нужно приноровиться. Одно из побочных явлений того, что мы забывали следить за резервом, стало открытие - наступает кратковременная потеря памяти при перемещении. Благо длилась она всего несколько минут, но ощущения были жутковатые. Особенно в тот момент, когда воспоминания начинали возвращаться.

Отправились советоваться с профессором - получили от него втык за безалаберность. Нам тут же в категоричной форме было приказано с этого времени держать постоянно полными наши внутренние резервы, чтобы вошло в привычку загружать энергию под завязку.

Еще одним неприятным фактом было то, что межмировыми порталами лучше пользоваться стационарными, потому как самостоятельные раскидывали перемещающихся в разные стороны света в любом случае, даже если входить в них вместе, плотно прижавшись друг к другу.

Вскоре профессор сам стал учить нас делать подпространственные мешки, в которые тут же, как только у нас получилось удерживать их, даже в бессознательном состоянии, велел засунуть, как он сказал "самое необходимое". Понятия не имею, что под этим подразумевалось, но нам попросту всучили по увесистой сумке и приказали не засовывать любопытные носы внутрь, пока не придет время. Сам процесс учения лучше не буду вспоминать, могу сказать только одно - профессор самый настоящий деспот, зато я неплохо наловчился уворачиваться от летящих в голову предметов.

Вот в таком ритме и проходила наша дальнейшая жизнь - тренировки, тренировки и еще раз тренировки.

Только если к нам заглядывал кто-то в гости, чаще всего это все же был Нон Рил, профессор снова превращался, будто по щелчку пальцев, в прежнего добродушного неунывающего ученого, которого интересуют только генетические эксперименты и всевозможные проекты.

А вот этот черноволосый мне с каждым днем нравился всё меньше и меньше. Больше всего, пожалуй, напряг подслушанный разговор, в котором Нон уговаривал Глоа вернуть меня и Эринга в лабораторию, потому что сам ученый не сможет дать нам тех знаний, которые готовы предоставить "спецы".

-Вы же сами говорили, что это провальные экземпляры...

-Для тех проектов это так и было. Но ведь их можно...

-Ничего не хочу слышать! Их отдали под мою ответственность. Я еще не закончил эксперименты...

-За эти годы...

-Плевать мне на годы! Пока я не выжму с них всё, на что способны, в лабораторию я их возвращать не буду! - категорично отрезал профессор.

Переглянувшись с Эрингом, мы ретировались в свою комнату.

-Что скажешь? - задал я мучавший меня вопрос.

-То что проф выгораживает нас, это и дураку понятно, а Нон таким не кажется, - задумчиво теребя ошейник, ответил парень.

-Думаешь, может все-таки заставить нас отдать в лабораторию?

-Нет, проф им зачем-то очень нужен пока еще, как только надобность отпадет...

Кажется Глоа тоже думал об этом же, потому как сразу после ухода "спеца", он снова напомнил нам про то, что время уходит, и скоро наши новые знания понадобятся для дела.

Час Х наступил буквально через пару дней после этого разговора.

Профессор ворвался в нашу комнату уже под вечер, весь взъерошенный и запыхавшийся.

-В лаборатории и тут через десять минут произойдет взрыв, все бумаги, которые смог найти, уничтожил, - словно бы отчитываясь перед нами, скороговоркой произнес Глоа, держась за косяк двери.

Мы изумленно уставились на него. Пока хлопали глазами, профессор стал суетливо чертить руны на полу. Только приглядевшись, мы сообразили, что это форма межмирового портала. Не думает же он?..

С нами Глоа уйти категорически отказался, сказав, что если не найдут его останки, то пустят нюхачей по следу, а тогда погибнем и мы, и он. А на меня с Эрингом у нюхачей теперь ничего нет, только визуальная память, по которой найти кого-то попросту нереально.

До последнего мы пытались хотя бы силой затащить Глоа с собой в портал, но проф и тут умудрился обезопаситься, выставив вокруг себя такие щиты, до которых нам еще учиться и учиться, сам же резко пнул меня к воронке. Эринг, по выработавшейся за это время привычке, кинулся помогать мне, и поплатился, его начало затягивать поле телепорта за мной.

Последнее, что я запомнил перед тем, как воронка втянула нас в себя, было то, как по щекам нашего неунывающего профессора катятся слезы.

***

Сейчас, после того, как вспомнил обо всем, меня снова накрыла та боль в сердце от потери такого близкого и непонятного человека, который создал меня и заботился до последнего. Пусть он не был идеальным отцом, другом или наставником, но он дал нам с Эрингом, хоть и ненадолго, ощущение семьи, уже за это я буду благодарен ему всегда.

Ко всему прочему, меня еще и добило то, что Эринга в этот момент не было рядом. А я ведь так привык к его молчаливой поддержке. Постарался успокоиться и настроиться на него на энергетическом уровне. Судя по всему его выкинуло довольно далеко от меня, хорошо, что хоть теперь знаю общее направление, где его искать.

Снова привлек усиливающийся шум за дверью. Ну что ж, наверное, пора показать себя этому миру.

Глава 2

Явление меня народу...

Вышло всё не совсем так, как ожидал... Вернее, как таковых четких планов своего выхода в свет не было, но... Кто же знал, что окружающие так на меня отреагируют?

Начну, пожалуй, по порядку.

Слабость после перемещения и возврата памяти так меня и не оставила, поэтому пытался двигаться медленно и аккуратно, чтобы снова не навернуться в темноте подсобки. Дверь, которую все же нащупал, поддалась легко, даже не скрипнув, когда, приоткрыв ее, высунул свой нос наружу. Помещение, в которое она вела, было довольно-таки большим, во всяком случае, противоположную стену так и не удалось разглядеть, она терялась в полумраке. Тусклые магические светильники под потолком, множество столов и лавок, сдвинутых отчего-то в один из углов этого зала. Зато в центре происходило что-то непонятное. Толпа существ - судя по аурам, большинство из них были демонами - сбилась в центре, яростно жестикулируя, при этом стараясь не повышать голоса, словно чего-то боясь. Периодически то один, то другой поглядывали куда-то в угол. Проследил за направлением их взглядов - еще одна дверь. Ясно, боятся привлечь внимание к себе. Интересно, кого опасаются?

Кто-то грозно рявкнул, и народ чуть расступился. В появившихся просветах удалось, наконец-то, разглядеть, что происходит внутри сборища. Они, как выяснилось, наблюдали за самой банальной дракой между двумя громилами, которые в этот момент как раз безжалостно лупцевали один другого. Благо, не использовали подручных средств, довольствуясь только кулаками, поэтому оставалась надежда, что не слишком покалечат друг друга. Даже разочаровался, ожидал чего-то более зрелищного от таких амбалов. Вот кто так бьет? Наш преподаватель по боевым искусствам заклеймил бы их позором навечно, за такое дилетантство.

Стараясь не привлекать к себе внимания, подобрался поближе, пытаясь смешаться с толпой.

Признаюсь, чувствовал себя довольно неуютно. Столько народу, собравшегося в одном месте, видел разве что на картинках, слишком уединенную жизнь мы вели с профессором.

Обидно, вопреки всем стараниям, меня заметили почти сразу, как только я приблизился. Один из зевак вдруг повернулся и уставился на меня круглыми выпученными глазами, при этом он словно воздухом подавился, судя по тому, как старательно начал его ловить губами. Я попытался тут же принять самый независимый вид, на который был способен.

Как ни странно, но ожидаемой фразы - "вас здесь не стояло", я так и не услышал, зато этот чудик привлек своим ошарашенным видом ко мне внимание еще нескольких.

Чёрт, почувствовал себя монстром. Реакция у остальных была похуже, чем у первого - они попросту шарахнулись от меня в стороны. Может быть, людей никогда не видели?

Тут мой взгляд вдруг зацепился за что-то необычное... Самое противное, что это "необычное" оказался я сам. Ни разу, сколько менял форму, у меня не было зеленой кожи! Что за ерунда?! А длиннющие когти и всего четыре пальца на руке... Это-то откуда взялось? Так, нужно успокоиться.

Похоже, во время перемещений у меня сбилась настройка расы, вот бы еще понять - кем я сейчас стал... Что-то не припомню, чтобы видел такой цвет ауры у кого-то из тех существ, которых копировал раньше.

Пока рассматривал себя, бой между амбалами закончился. Кажется, победил тот, что с коротким ежиком волос и разорванным ухом. Во всяком случае, поздравляли сейчас именно его, а второй, понуро опустив голову, потопал в сторону.

-Кто-то еще хочет оспорить моё право? - вдруг громко рявкнул победитель. Я даже вздрогнул от его голоса, ведь до этого все вели себя довольно тихо.

Неожиданно очухался тот чудик, который заметил меня первым. Вот только дальнейшая реакция у него была еще более неадекватная, чем раньше. Этот дебил отчего-то решил потрогать меня своими граблями. На всякий случай, сделал пару шагов в сторону от этого ненормального.

Оказалось, я очутился посреди сборища придурков. И ведь всего лишь случайно наступил на ногу одному из них. Увы, на затылке у меня глаз нет! Даже извиниться не успел, как этот пришибей тут же, со всей дури, оттолкнул меня от себя. То ли веса во мне маловато, то ли молодецкой силы у этого типа чересчур много, но я так птичкой и полетел, врезавшись в того самого амбала-победителя. Блин, больно-то как, кажется, нос расквасил об него. Это ведь ненормально иметь такую твердую грудь! Будто об стену головой шандарахнулся, даже звездочки в глазах замерцали. А он и не покачнулся... На всякий случай, я попытался придать лицу виноватое выражение, всем видом демонстрируя раскаяние, даже улыбнулся... Совершенно не было желания нарываться еще и на его тычки, там такие лопаты, вместо рук, что мне мало бы не показалось...

Громила, как ни странно, не разозлился, а попросту завис, пялясь на мои зубы, а в глубине глаз мелькнуло изумление вперемешку с опаской.

Нет, необходимо срочно взглянуть на то, как выгляжу, что-то не нравится мне реакция окружающих на меня.

Так, спокойно, нужно проанализировать... Он завис только после того, как увидел мои зубы, когда я улыбался, нужно бы проверить... Аккуратно провел по ним языком, порезался. Ох, ты ж ё... Пиранью заказывали? Вот и я нет, а она уже тут... Вернее, только ее челюсть, которой я, оказывается, обзавелся.

Вдох-выдох, без паники. Нужно просто попытаться вспомнить расу, которая обладает зеленой кожей, а на руках имеет по четыре пальца. Причем не забываем про острейшие зубы, в количестве - до хрена, и два клыка, оттопыривающие нижнюю губу.

От появившейся догадки я даже тихо хрюкнул от смеха, после чего амбал, до этого так и стоявший впритык ко мне, опасливо сделал шаг назад. Выходит, я сейчас орк? Только какой-то карманный, ведь они, в отличие от меня, обладают еще и здоровенным ростом.

Или я сейчас гоблин? От последнего предположения меня перекосило. Нет, вроде бы ложная тревога, ведь запаха скунса, характерного для этой расы, я не имею... Хотя кто знает, может быть, у меня атрофировался временно нюх... За то время, пока я перебирал в голове остальные признаки рас, амбал ожил и громко рявкнул прямо над ухом.

-Ты собираешься оспаривать моё право?!

Пока я непонимающе хлопал глазами, пытаясь понять - о каком праве он сейчас орет, и заодно избавиться от звона в ушах, этот гамадрил дернулся, нависнув надо мной, и попытался огреть меня по голове своей лапищей. Вбитые боевиком инстинкты сработали раньше, чем я сам сообразил, что сейчас подвергся нешуточной угрозе быть прихлопнутым на месте, как муха, или, в лучшем случае, после этого выпада, остаться искалеченным, пускающим слюни дауном. Тут же увеличив дистанцию между нами, а проще говоря - отпрыгнув, резко развернулся, и с разворота ударил его ногой в челюсть. Раздался еле слышный хруст, и громила, как подкошенный, рухнул на пол. Упс, я ведь не собирался его убивать... С облегчением заметил вздымающуюся грудь, вроде бы дышит...

Толпа, не издающая все это время ни звука, вдруг тихо загалдела и, кажется, меня сейчас единогласно решено было линчевать. И ведь не сбежишь, куда ни глянь, везде решительно настроенные морды, и сжатые кулаки.

-Стоять! - рявкнул ещё один крикун.

Я снова подпрыгнул на месте. Да что ж за издевательство - то тихо, как в склепе, то орут, как скаженные!

-Он в своем праве! Кто оспаривает - бросайте вызов!

Я недоуменно повернулся на голос. Оказалось, что таким зычным басом обладает невысокий щуплый мужичок, с ветвистыми рожками на голове и седыми волосами, судя по ауре - демон.

Бросать мне вызов отчего-то никто не стал. Хотя... один было направился в мою сторону, но я незаметно запустил в него волну паники, узоры которой последний месяц изучал тишком от всех, уж очень хотелось неожиданно применить ее на Эринге, когда он снова начнет приставать со своими нравоучениями. Вроде бы подействовало, если судить по тому, как здоровяк заметался на месте и, шугаясь всех, забился в дальний угол.

Остальные, по-видимому, не пожелали бросать вызов моему праву, вот бы еще знать какому...

-Да будет так! - снова рявкнул этот вождь местного дурдома. -Можешь забирать мальчишку себе.

На последней фразе прямо мне в руки толкнули худенького парнишку, испуганно сжимающегося и с ужасом пялившегося на меня. Пока рассматривал свое новое приобретение, толпа начала медленно рассасываться, при этом все не забывали напоследок наградить меня такими взглядами, что появилось желание срочно оказаться как можно дальше отсюда. Кажется, никто не собирался так просто мне прощать нокаутирование амбала. Его, кстати, тоже не забыли, подхватив за руки и ноги, молча поволокли на выход. В зале остался только я и парнишка, даже тот здоровяк, забившийся в угол, умудрился незаметно выскользнуть.

И что мне делать с этим мальчишкой? Я растерянно оглядел его снова. Примерно моего роста, симпатичный, короткие волосы, с еле заметными рыжими прядками, острые уши, но явно не эльф. Знакомая аура. Жаль, но вспомнить с ходу, к какой расе относится, не вышло.

Встретился с его испуганным взглядом и отвел глаза. Все-таки назрела острая необходимость рассмотреть себя. Уж очень меня нервирует реакция остальных на мой вид. Нет, могу, конечно, прямо сейчас поменять форму, но очень не хочется палиться. Ведь видело меня достаточно много народу, вот бы удивились, что парень, пару минут назад щеголяющий с зеленой кожей и здоровенными клыками, вдруг изменился. Хотя, если раздобуду другую одежду, то никто и не поймет, что я и он - одно лицо. Значит, всплывает вторая необходимость - разжиться новыми тряпками.

-А с тобой-то, что делать? - попытался в лоб узнать у парнишки чего именно от меня здесь ждут.

Вот только и сам не ожидал, что голос у меня тоже поменялся, став низким и хриплым. С такими темпами я неврастеником скоро стану.

Пока я откашливался, парнишка, кажется, набрался все-таки храбрости, и решительно задрав подбородок, сказал:

-Я с тобой не пойду!

-Договорились, - покладисто кивнул я. Прямо гора с плеч - теперь хоть от этой проблемы избавился. С этой мыслью потопал к той двери, за которой скрылись остальные.

-Эй, а я? - донесся до меня растерянный голос парня.