Отчет мага из Совета Гонс получил когда они уже вернулись домой и пили чай вместе с мадам Клонье. Арет выслушал отчет по «сотовому», поблагодарил и убрал пластину.

— Загон, рядом с которым убили посла, открыли родным ключом, а вот загон с украденной лошадью взломали.

— А чья эта лошадь украденная? Мы, кстати, с ее хозяином так и не поговорили.

Арет пожал плечами.

— Стража говорила. Какой-то купец.

— Хм… — Наташа задумалась. — Хочу с ним тоже поговорить.

— Эй, сегодня уже поздно.

— Да-да. Завтра поговорю. Главное, чтобы он не уехал. Он не собирался уезжать?

— Вроде бы нет. — Теперь уже Гонс задумался. — Но если только в этом дело… Тут Мат Свер специально для таких случаев дал мне кое-что.

Он достал пластину связи, с нанесенным на ней золотым рисунком.

— Прямой канал с Мэкаллем, — пояснил он.

Связавшись с председателем, он коротко рассказал ему о текущих делах и поделился опасениями Наташи.

— Если очень нужен, то не уедет. Я сейчас же отдам распоряжение, чтобы этот купец никуда не уехал пока с вами не встретиться. Сейчас же пошлю офицера в гостиницу предупредить его.

— Спасибо, — Наташа пододвинулась к пластине, чтобы ее лучше было слышно. — А другие новости у вас есть?

— Я еще не говорил с императором, — вздохнул Мат Свер. — Ожидаю связи в любой момент. Думаю, его величество сначала хочет услышать подробности от своих людей в посольстве и только потом соединиться со мной.

— Понятно… Боюсь… хотя нет, не важно.

— Что-то у тебя есть?

— Нет-нет, просто мысли вслух. — Наташа энергично затрясла головой, словно ее могли видеть.

— Тогда я отключаюсь.

— Врать Мату Сверу не самая умная мысль, — только и заметила мадам Клонье, когда они с ней поднимались наверх после ужина.

Наташа покачала головой.

— Я не врала. Я действительно не знаю о чем говорить. По крайней мере, без ответа императора мы точно не сможем продвинуться дальше. Какой тогда смысл в моих мыслях?

В комнате девочка еще раз изучила все вещи и свои наброски, долго рассматривала магические снимки, сравнивая их со своими рисунками. И не заметила, как уснула. Разбудил ее гром за окном. Наташа вздрогнула, спросонья не сообразив, что она делает в своем кабинете на диванчике в одежде среди ночи. Вспомнила, как вечером изучала улики и уснула. Потянулась и подошла к открытому окну. Хлещущий в него дождь уже налил изрядную лужу на полу, а когда подошла девочка, окатил и ее. Наташа не стала сразу закрывать окно, а некоторое время стояла около него, не обращая внимания на хлещущий дождик. Очнулась, когда уже вымокла до нитки. Поспешно закрыла рамы, оглядела себя, тихонько выругалась и поспешно ушла в спальню поменять белье и вытереться.

Уже лежа в постели, она размышляла о какой-то неправильности в конюшне, которая царапала сознание. Только перед тем, как уснуть, сообразила:

— На кой убийца взламывал стойло с чужим и неоседланным конем, если уже имелось и открытое стойло и оседланный конь? Совершенная нелепость… — но это была уже ее последняя мысль…

Глава 4

Утро началось с того, что Наташа замерзла и чтобы согреться попыталась натянуть одеяло повыше, но теперь стали замерзать ноги. Девочка чихнула и окончательно проснулась. Покосилась на окно и с трудом сдержалась, чтобы не выругаться — вчера забыла закрыть шпингалет, а ночью окно раскрылось от ветра и… в общем, стало прохладно. Наташа закуталась в одеяло поплотнее, встала, закрыла окно и замерла у него, рассматривая редких ранних прохожих на улице. Все еще поеживаясь, присела в кресло, взяла с прикроватной тумбочки тетрадь с записями и стала ее просматривать. На мгновение задумалась, выругалась и стала поспешно одеваться. Уже на ходу застегивая курточку, пронеслась мимо ошеломленной служанки, пожелав ей доброго утра.

— Передайте мадам Клонье, что я по делу! — прокричала она прежде, чем скатиться с лестницы и выскочить из дома. Последнюю фразу, впрочем, мадам Клонье услышала и сама — она как раз вышла из комнаты.

— Молодежь всегда так торопится, — неодобрительно заметила она и тут же тревожно нахмурилась. — Мила, будь добра, принеси мне связь с моим племянником. Что-то мне подсказывает, что она никому не сказала, куда отправилась.

Гонс Арет перехватил девочку недалеко от дома посла.

— Здравствуй.

— Здра… Ой, Гонс. А вы как здесь оказались?

Маг замялся, потом все же признался:

— Я вчера на тебя магическую метку посадил. Так что когда мне сегодня утром позвонила тетушка, я быстро выяснил, куда ты направляешься.

— Ах вы…

Арет быстро подошел к девочке и положил руку ей на плечо, слегка сжал.

— Наташа, пойми ты, наконец, это же не шутка! Тут убийца, причем профессионал, если верить тому, что говорит начальник охраны посольства. И он сделает все, чтобы его не разоблачили. Если он почувствует хоть малейшую угрозу для себя от Призванной…

Девочка проглотила все возражения и отвела взгляд.

— Простите…

— Простите? Малышка, я двадцать лет назад потерял дочь… — Арет вдруг порывисто прижал к себе девочку и обнял. — Я не хочу больше повторения такого! А ты что делаешь? Выскакиваешь из дома никому ничего не сказав и мчишься через весь город к дому посла! Хоть бы карету взяла.

Наташа даже не сделала попытки освободиться от объятий.

— Привычка, — буркнула она. — Я уже привыкла всюду пешком ходить. Я и дома любила это делать.

Арет вздохнул и отстранился.

— Объясни хоть, ради чего ты сорвалась.

Наташа расстроено махнула рукой.

— Я все-все позабыла. Отец точно был бы недоволен. Понимаете, при расследовании есть определенный порядок действий, а я… я все нарушила. Все позабыла, что отец рассказывал. Понимаете, этот порядок ведь не просто так придумали. Я должна была первым делом осмотреть место происшествия, это я сделала. Второе — опросить главных свидетелей и хозяина гостиницы, а потом уже пройтись по ней и опрашивать постояльцев. А я все сделала наоборот! Более того, про хозяина гостиницы совсем забыла и пришлось возвращаться для разговора с ним. Возможно, этот нарушенный порядок не страшен, а может я что-то упустила, дала время хозяину собраться с мыслями, позволила придумать что-нибудь, если вдруг он виновен. Понимаете? Но хуже всего, я совершенно забыла осмотреть дом посла и поговорить с его слугами!!! Вы представляете, что за ночь в доме могли убраться, следы замести! А дождь! Он ведь все следы во дворе смыл! — Расстроенная девочка отошла в сторону, отвернулась, чтобы Арет не видел ее слез, и даже всхлипнула слегка. — Я совершенно не гожусь для этого дела. Понимаете, не гожусь!

— Ну-ка, — Арет хорошенько встряхнул Наташу. — Прекрати немедленно! Ошибки все совершают, а уж тем более глупо ожидать безошибочных действий от неопытного новичка. Но если ты настоящий муж… гм… да… — Арет смутился, а Наташа расхохоталась, слезы высохли.

— Спасибо, — пробормотала она сквозь смех.

— Спасибо? — изумился Арет. — За что?

— За последнее. Гонс, я ведь тебя слишком хорошо знаю, чтобы поверить в твою случайную оговорку.

— Ну вот, — Арет облегченно вздохнул, — теперь я вижу перед собой тебя прежнюю. Ты вот говорила про отца, неужели ты думаешь, ему понравилось бы, если бы ты раскисла и сдалась?

Девочка прикусила губу, задумалась.

— Что же касается дома посла. С дождем мы ничего не могли сделать, а вот внутри все осталось нетронутым. Помнишь наши с тобой разговоры, ты рассказывала об отце и о том, как он работает? О вашей службе расследований.

Наташа кивнула.

— Ну да. Вы еще расспрашивали о правилах и законах.

— Вот-вот. Все это я рассказывал Мату Сверу. Он хоть и отмахивался от меня, но, похоже, мимо ушей не пропустил. В общем, сразу после того, как он узнал о преступлении, он приказал оцепить дом посла и никого туда не пускать. Прислуге велели не покидать их крыло до особых распоряжений. Так что дом находится в том виде, в каком его оставили.

Девочка сначала обрадовалась.

— Вот здорово! — Но тут же задумалась. — Ну вот. Из-за своей забывчивости столько хлопот доставила людям. Слуги ведь, наверное, переживают, не зная, что им ждать.

— Сейчас вся верхушка моригатской республики переживает и ночами не спит. Мат Свер уж точно. А ты найми, наконец, телохранителя, чтобы я не переживал так!

— Ой. А вы…

— Вот. — Арет достал из кармана несколько свернутых листов и отдал девочке. — Все, что мне удалось узнать о том человеке, про которого ты спрашивала.

Та вцепилась в них и быстро пробежала взглядом текст.

— Думаю, подходит.

— Я тоже так думаю. На сегодняшний день он самый опытный вояка в Моригате.

— Телохранитель и вояка — разные вещи, но вы правы. После осмотра дома посла я его навещу.

В дом их пустили не сразу. Офицер охраны категорически отказался пропускать кого-либо, а Наташа то краснела, то бледнела от стыда, вспоминая о документе, выданном ей Матом Свером и оставшимся одиноко лежать на столе в ее кабинете. Все-таки прав отец, спешка хорошо только при ловле блох.

Наконец Арету удалось связаться с Матом Свером. Тот выслушал его рассказ, хмыкнул, сообщил, что скоро тоже прибудет, а потом попросил передать пластину связи офицеру, после чего перед ними открыли ворота и выделили солдата для помощи и сопровождения.

Первым делом Наташа попросила отвести ее в помещение слуг. Во-первых, она хотела поскорее разобраться с ними и отпустить, а во-вторых, прежде чем приступать к осмотру, неплохо было бы выяснить, а что посол делал дома по возвращению из посольства.

Сюрпризы еще не закончились. Это девочка поняла когда столкнулась у входа с Вестарием Роком.

— А вы что тут делаете? — растерялась Наташа настолько, что даже о правилах приличия забыла.

Вестарий чуть улыбнулся.

— Охраняю дом. Тут все-таки посол империи жил и у него могут быть документы государственной важности. Вот и слежу, чтобы ваша доблестная стража ничего не вынесла.

Арет нахмурился, хотел что-то сказать, но покосился на Наташу и промолчал. Это не укрылось от Вестария и он примирительно поднял руки.

— Я не хочу никого обидеть. К тому же зная Жордеса Валерия, я сильно сомневаюсь, что он хранил здесь что-то важное. Но поймите и вы меня, я не могу игнорировать такой вариант и должен следовать инструкциям.

Маг нехотя кивнул.

— Понимаю.

— А вы, я полагаю, пришли дом осмотреть?

— Сначала я хотела бы поговорить со слугами.

— Да их всего двое. Рик — работник на все руки: плотник, конюх, садовник. И Моти: кухарка. Когда семья Жордеса здесь, слуг, естественно, гораздо больше, Но Жордес в этом плане был совершенно непритязателен и много слуг ему не нужно, вот и отпустил всех с женой.

Девочка задумчиво кивнула.

— Все равно надо поговорить с ними.

— Я могу присутствовать при разговоре? — Хотя этот вопрос и прозвучал в форме просьбы, но было ясно, что Вестарий будет настаивать на своем присутствии. Наташа не видела причин отказывать и только кивнула.

— Начнем с Моти, — сказала она, устраиваясь за столом в небольшой комнате, очевидно, принадлежавшей кому-то из слуг, когда их тут было много, а ныне пустующей.

— Почему? — заинтересовался Арет. Он взял один из табуретов и переставил его к двери, где и устроился так, чтобы вошедший не мог сразу его увидеть.

— Потому что она, скорее всего, вообще ничего не знает. Судя по словам господина Вестария, посол уехал из посольства где-то в двенадцать ночи. — Наташа повернулась к имперцу и тот кивнул, подтверждая. — Ну вот. Сколько от посольства до дома?

— Минут двадцать.

— Спасибо, господин Рок. Сами видите, что домой посол вернулся примерно в половине первого. Если Жордес такой непритязательный, то вряд ли ему требовался кто-то, чтобы помочь переодеться. К тому же, полагаю, свой отъезд из дома он хотел сохранить в тайне от всех. Поэтому Моти, скорее всего, уже спала.

— А Рик?

— А вот Рик мог встретиться посла…

Открылась дверь и в комнату несмело прошла женщина лет сорока невысокого роста, но весьма полная. Про таких говорят — толстушка, добродушная толстушка. Хотя сейчас ее лицо портил страх, делая его похожим на маску. В простом платье с передником, вьющиеся светлые волосы, убранные под платок — скорее всего привычка кухарки, не изменившая ей и в этих обстоятельствах. Помявшись у двери, она прошла в комнату и замерла. Ее взгляд перебегал с одного лица на другое и, в конце концов, остановился на девочке, показавшейся ей наименее пугающей. На находившихся в комнате мужчин она и взглянуть боялась.

Наташа тут же поднялась и придвинула стул.

— Садитесь пожалуйста. Вы Моти, правильно?

— Да, госпожа. — Женщина бросила испуганный взгляд на замерзшего рядом Вестария и опасливо опустилась на стул.

— Не надо так бояться, госпожа Моти…

— Да какая я вам «госпожа». Все зовут меня Моти, или тетушка Моти.

Наташа нахмурилась, а когда заметила ухмыляющегося Арета, поджала губы и с трудом удержалась чтобы не показать ему кулак.

— Хорошо… Моти, — девочка с трудом пересилила себя. — Не надо бояться. Я просто хочу задать вам несколько вопросов по поводу вашего господина.

Тут кухарка всхлипнула и вдруг разрыдалась.

— Да кто ж его так… он такой хороший был, никогда даже голоса не повышал… всегда такой добрый господин был…

Девочка растерянно смотрела на плачущую женщину, совершенно не понимая, что делать дальше. А та продолжала причитать, размазывая слезы по лицу.