– Слушай, ты, солдат удачи, – Хозяйственный, увидев такие боевые приготовления, раздраженно выдернул у Тимки изо рта свисток и отобрал скакулий кинжал. – Спрячь свою амуницию немедленно! И камень в ножны засунь. Ты что, с пустыми домами сражаться надумал? Вот чудак! Да здесь, кроме нас, никого нет.

– А если засада? – не унимался Тимка, обеспокоено вглядываясь в темноту уличных теней, – во-он там, видишь? Там точно что-то сверкает. Наверняка бандитские ножи! Две штуки.

Боня молча нагнулся, поднял с земли камень и швырнул его в подозрительную темноту. С перепуганным мявом из тени выскочил здоровущий черный кот с непривычно красными глазами и вприпрыжку кинулся в подъезд ближайшего дома.

– Однозначно бандитский кот, – согласился Хозяйственный. – Он там за мышами бандитил, – и, посмеиваясь, взял Тимку за руку. – Надеюсь, теперь не страшно?

– Ха! – Тимка сердито вырвал руку. – Да я вообще никого и ничего не боюсь!

– А зубные врачей? – со смешком напомнил Боня.

– Это отдельный разговор, – отрезал Тимка и наддал ходу, далеко обогнав Хозяйственного.

Высокое мрачное здание библиотеки серым утесом возвышалось над соседними жилыми домами. Многочисленные колонны по фасаду королевского книгохранилища угрожающе нависали над Тимкой, редкие подслеповатые окошки между колонн казались замаскированными бойницами, из которых вот-вот должны были полететь стрелы.

– Там точно засада, – зловеще прошептал Тим подошедшему Хозяйственному, – мы у них как на ладони. Сейчас прицелятся получше и ка-ак…

– Ты недавно головой об пол случаем не стукался? – Хозяйственный старательно ощупал Тимкину макушку. – Вроде шишки нет. А-а, понял! Ты, братец, все свои мозги через свисток высвистел. Дорвался, понимаешь.

– Ладно-ладно, – обиделся Тимка, – мы еще посмотрим, кто прав!

– Посмотрим, – согласился Хозяйственный. Он поднялся по ступенькам и сильно дернул толстое медное кольцо, висевшее справа от высокой дубовой двери. В глубине здания басовито загудел колокол.

– Открываю! – глухо донеслось из-за двери. Лязгнул засов, и в темном дверном проеме возникла крупная фигура архивариуса Штота. Тимка взглянул на представителя самой мирной на свете профессии, охнул и невольно попятился, наступив Боне на ногу.

Когда Тим в последний раз видел архивариуса, тот произвел на мальчика сильное впечатление: высокий, грузный, в ярко-фиолетовом балахоне, с черной бородой-лопатой и седой гривой по пояс – Штот показался Тимке похожим то ли на священника, то ли на культурного пирата в отставке, морского разбойника в золотых очках и деревянных сандалиях на босу ногу.

Сейчас Штот однозначно был похож на пирата, удачно ограбившего камбуз какого-нибудь встречного судна. Потому что великий знаток древних книг с ног до головы был облачен в очень странные доспехи: грудь и спину архивариуса закрывали поварские кожаные фартуки с нашитыми на них железными обеденными тарелками, а сами тарелки зачем-то были разрисованы непонятными значками и фигурками. С одного бока у Штота свисал широкий разделочный нож, а с другого – маленький кухонный топорик. Голова архивариуса была на пиратский манер обмотана пестрым полотенцем, а поверх полотенца вместо каски сидел новенький медный котелок. Борода у Штота растрепалась и грозным веником торчала во все стороны. В левой руке архивариус держал заряженный арбалет, а правой рукой… Правой рукой Штот бесцеремонно схватил Тимку за шиворот и мигом втащил его в темный, пахнущий старыми книгами коридорчик. Через секунду и Боня с вытаращенными от удивления глазами влетел следом за Тимкой.

– Ты чего толкаешься! – заорал Хозяйственный, со всего маху шмякнувшись спиной о стеллажи с книгами. – Дружба дружбой, но нельзя же короля вот так ни с того ни о сего башкой в книги тыкать! Пусть даже и в очень ценные.

– Молчи! – басом рявкнул Штот, проворно запирая входную дверь на мощный железный засов. – Ты что, с луны свалился? Не знаешь, что здесь со вчерашнего дня творится?

– Не знаю, – сердито ответил Боня. – Тимка, ты не ушибся?

– Не-а, – Тим поправил шапочку на голове, отряхнул куртку. – А что творится? Дядя Штот, вас что, из архивариусов в младшие библиотекари разжаловали, да? Поэтому вы и буяните?

– Тс-с, – Штот прижал палец к губам, кивнул на входную дверь, – не здесь. Пошли в курительную комнату, там и поговорим. Здесь – опасно!

– С ума все тут посходили, что ли, – проворчал Боня, но возражать не стал и вместе о Тимкой последовал за архивариусом.

Коридор тускло освещали квадратные потолочные светильники, заливая пол и корешки книг в стенах-стеллажах нежным голубым заревом. Штот шел впереди, выставив перед собой арбалет и сторожко поводя им из стороны в сторону: чувствовалась в архивариусе какая-то не свойственная книжному человеку военная сноровка! Во всяком случае, обращаться с оружием Штот явно умел.

– А где рыцарь Бронс? – поинтересовался Тимка, вспомнив, что рыцарь когда-то по Бониной подсказке спрятался от преследований короля Торсуна именно в книгохранилище. – Как он поживает?

– Нормально поживает, – ответил Штот не оборачиваясь, – вот, пристрелить вас только что хотел, да я не разрешил.

– Что?! – Хозяйственный сбился с шага.

– Толковый рыцарь, – пояснил на ходу Штот, – прирожденный книголюб! Только воевать слишком любит, все бы ему стрелять или на мечах рубиться… Ну ничего, книжек побольше прочитает – поумнеет. А пока что он у меня вместо дозорного трудится: из окошек то бандитов отстреливает, то нежить пугает. Оборону держит, стало быть.

– Вот видишь, – Тимка пихнул Боню локтем в бок, – а ты говорил «никого нету»! Вон, оказывается, и бандиты уже есть, и нежити. Зря ты арбалет со склада не взял! Надо было меня слушаться, я страсть какой предусмотрительный.

– Отстань, – Боня откашлялся, спросил архивариуса в спину:

– Нежити, говоришь?

– Разумеется. – Штот открыл обитую железными листами дверь курительной комнаты, пропустил вперед Тимку и Боню. Затем внимательно осмотрел пустой коридор и с силой закрыл за собой дверь.

Тимка огляделся. Все здесь было как и прежде: обшитые железом голые стены, одинокий табурет, противопожарное ведро со стоялой водой; над головой, сквозь стеклянный потолок, виднелись багровые вечерние облака. Тим подошел к стене, привычно откинул струганную лавку на цепях, сел. Рядом с ним примостился Хозяйственный.

– Когда вы с Олафом не смогли усыпить волшебных зверей и они вырвались на волю… – Штот, с хитрецой поглядывая на изумленных Боню и Тимку, раскурил длинную фарфоровую трубку и устало присел на табурет. – Только не делайте удивленных глаз! Я все про вас знаю… У меня, между прочим, тоже «всегляд» имеется, для служебных целей. Только работает плохо… Так вот, когда заварилась вся эта жуть со взорванными пограничными стенами и боевым магическим хулиганством – я имею в виду драку между Змеей и Драконом, – все, конечно, разбежались кто куда… Остались лишь бандиты, решившие под шумок хорошенько пограбить город – их еще мародерами называют. Но они недолго безобразничали, и на бандитов нашлась управа. Страшная управа! – Штот затянулся дымом, помолчал. Тимка, раскрыв рот, смотрел на архивариуса; Боня о чем-то думал, машинально подкручивая свои усы. Похоже, он и не слышал рассказа Штота.

– Призраки! – архивариус сердито выпустил струйку дыма в далекий потолок. – Кровожадные ночные призраки! Зубастые. Голодные. Побочный эффект одного из боевых заклинаний, уж не знаю чьего – Змеи или Дракона… Так что днем в городе орудуют грабители, а ночью с грабителями разбираются колдовские нежити. Повезло вам, что вечером ко мне пришли! Точнехонько в самое спокойное время. Бронс, правда, хотел было в вас на всякий случай стрельнуть, да я его вовремя остановил – уж кого-кого, а рыжего Бонифация я ни с кем не спутаю!

– А меня, значит, можно спутать? – весьма заинтересовался Тим. – Я что, в самом деле на призрака похож? Класс! Но все одно хорошо, что Бронс в меня стрелять не стал.

– Мальчишка, – усмехнулся в бороду Штот, – такой же, как и все другие мальчишки. Больно ты Бронсу нужен! Он поопаснее цели для своих стрел находит.

– А ты чего с оружием? – Боня кивнул на арбалет. – Неужто мародеры и книжки воруют? Умные однако, бандюги, нынче пошли. Начитанные.

– У меня стрела со скакульим наконечником, – архивариус вынул стрелу из арбалета, протянул ее гостям. – Можете посмотреть. Многоразовая, от призраков! Они, пакостники такие, хотели поначалу нас съесть, меня и Бронса. А когда мы им не по зубам оказались – я вовремя кое-какие охранные амулеты успел раздобыть, – Штот постучал кулаком по тарелкам на своей груди, – тогда нежити принялись книги грызть. Из вредности, наверное… Прямо крысы какие-то, а не привидения! Вот, хожу и отстреливаю этих грызунов.

– Понятно, – Хозяйственный отобрал у Тимки стрелу, которой тот уже принялся что-то царапать на лавке, – тогда сразу перейду к делу… На, забери стрелу, а то останешься без оружия… Нам нужно узнать, где находится Драконья гора. И как с драконами правильно разговаривать, чтобы они не съели нас сразу, а для начала хотя бы выслушали. Мы, Штот, идем к царю драконов за подмогой! Решили вот устроить охоту на Великую Змею.

– Лихо, – архивариус неторопливо пригладил бороду. – И как всегда, Боня, у тебя все задумано с истинно королевским размахом. Охотиться – так на Змею, в помощники брать – так царя драконов! Молодец.

– Он такой, – Тимка щипнул Хозяйственного, – он и призраков не боится, и кошек камнями запросто лупит!

– Ой, не щипайся! А чего их бояться, – Боня отодвинул Тимку от себя подальше, – у нас против нежити скакульи кинжалы есть. Чик – и нету призрака.

– Кошки? – всполошился Штот. – Где кошки?

– Да там, – безразлично махнул рукой Хозяйственный куда-то в сторону, – в тени одна пряталась, возле библиотеки. Черная такая, лохматая. Уличная.

– Кошек-то призраки в первую очередь всех и слопали, – мрачно сообщил архивариус, – а потом сами их вид и приняли. Чтобы подкрадываться к добыче незаметней. А черные – самые из них опасные. За один укус вою жизненную силу из человека выпивают! Я в справочнике прочитал. Привиденческом.

– Мамочки, – прошептал Хозяйственный, бледнея на глазах. – А я ее камнем, как простую…

– Удачливый ты, – сказал Штот, вставая с табурета, – везунчик! Этот призраковый кот попросту испугался твоего нахальства. Подумал, что ты сильней его, что ты умелый волшебник… Ладненько, посидите минутку одни, без меня, а я схожу книгу о драконах поищу. Где-то была, кажись. – Архивариус взял арбалет и вышел из комнаты.

– Тим, быстро доставай оружие от призраков! – Боня выдернул из ножен скакулий кинжал, затравленно огляделся. – Вдруг эти вампирские кошки где-то здесь притаились? Эге, вон там, в углу… Видишь? Возле двери, в тени! – Хозяйственный примерился метнуть костяной кинжал в дальний темный угол.

Тимка едва успел перехватить его руку:

– Стой! Кинжал разобьешь. Нету там никаких призраков! Тебе показалось.

– Да? – Боня пригляделся, пофыркал в усы. – Наверное, и впрямь показалось. Напугал меня Штот, елки-палки!

Хлопнула дверь, и в комнату вошел архивариус. Под мышкой он держал большую толстую книгу в синем бархатном переплете и многоразовую стрелу. Небрежно помахивая на ходу разряженным арбалетом, Штот прошел к своему табурету и грузно осел на него.

– Семнадцать, – довольным голосом сказал архивариус и потянулся за погасшей трубкой. – Не зря прогулялся.

– Чего – «семнадцать»? – живо опросил Тимка. – Это драконий пароль такой? Крикнешь дракону в ухо: «Семнадцать!» – и он сразу добрым становится, ласковым? Кто бы мог подумать.

– Мальчишка! – сердито рыкнул Штот и не больно стукнул Тимку по голове чубуком трубки. – Семнадцать – это количество убитых мной призраков! Сейчас только что последнего застрелил, как раз перед дверью.

– Вот видишь, – прошептал Боня на ухо Тимке и недолго думая залез на лавку с ногами. Для пущей безопасности.

– Можешь не бояться, – Штот заметил Бонины перемещения, – призраки в эту комнату не сунутся, железные стены и стеклянный потолок не дают. Они же заговоренные! От огня, от нежити, от грабителей всяких. Сам Олаф заговорил, когда библиотеку только построили. Лет пятьсот тому назад.

– Ну, если Олаф… – Хозяйственный опустил ноги на пол, подбоченился и гордо расправил плечи. – Подумаешь, какие-то кошки! Тьфу, ерунда! Давай, Штот, показывай книжку.

– Значит, так, – архивариус разложил на коленях увесистый том, открыл его на оглавлении. – Гора драконья… м-м… сто пятнадцатая страница… ага, нашел! Слушаете, – и Штот размеренным голосом принялся читать:

– «Драконьи горы – основное место жительства драконов. Различаются драконьи горы как малые, средние и большие…» Вам какая из гор нужна? – архивариус оторвался от книги.

– Самая большая! – потребовал Тим.

– Самая главная, – поправил его Боня, – где драконий царь живет. Изером его кличут.

– Так бы сразу и сказал. – Штот зашелестел страницами. – Э-э… похоже, нашел, – и продолжил читать:

– «Гора драконья Небесная. Она же Драконья Глава. Обитают в ней драконы царского семейства, а также особи, наиболее отличившиеся в драконьих науках и военном чародействе…»

– То, что надо! – Тимка от избытка чувств ковырнул Хозяйственного в бок пальцем, за что сразу и схлопотал от него по затылку.

– «…Гора Небесная находится в той стороне, куда на ночь уходит солнце, но путь к сей горе весьма долог и опасен. Однако же смельчак, решившийся достичь Главы, должен помимо всего прочего знать, что царские драконы по природе своей крайне нелюбезно относятся к людям. Любые попытки завести с царскими драконами какие-либо деловые отношения всегда заканчиваются для такого храбреца печальным образом». Больше здесь ничего не написано, – Штот захлопнул книгу и обвел друзей озабоченным взглядом. – Вам все понятно?

– Все, – убитым голосом ответил Боня. – Если долго идти на запад, то рано или поздно придешь к Небесной горе. Где тебя и съедят печальным образом, из чувства крайней нелюбезности.

– Да ладно тебе переживать, – Тимка дружески хлопнул Хозяйственного по напряженной спине, – это когда еще будет! Очень и очень не скоро.

– Ладно, что-нибудь по пути придумаем, – Хозяйственный встал с лавки, с хрустом потянулся, – не люблю переживать заранее.

– Верно, – тут же подтвердил Тимка, – от лишних переживаний только голова кругом идет и в животе бурчит. Во, уже началось! – и Тим прислушался, склонив голову набок. – Слышите? Бур-бур, бур-бур.

– Это у тебя от голода кишечный марш разыгрался, – пояснил Боня, доставая из рюкзака сложенную скатерть-самобранку. – Штот, прошу к столу! Сейчас ка-ак поужинаем! И спать.

– Вы сами ужинайте, – архивариус с натугой взвел арбалет, зарядил его скакульей стрелой. – Мне на обход надо. Боюсь, опять книгогрызы где-нибудь шалят… А за меня и Бронса не беспокойтесь, у нас все есть. И пожевать найдется, и попить. Да, кстати, – Штот махнул рукой в сторону лавки, на которой сидел Тимка, – там, как раз за мальчишкой, в потайном шкафчике лежат пара раскладушек и постельное белье. Пользуйтесь, – и ушел, помахав на прощанье рукой.

– Душевный он все-таки человек, – сказал Боня, проводив архивариуса теплым взглядом, – благодетель!

– Эт-точно, – согласился Тимка и, облизываясь, развернул скатерть-самобранку.

Глава 5

Серые призраки

Тимка и Боня вышли к окраине Столицы. Широкие проспекты понемногу сменились узкими кривыми переулками, высокие дома с островерхими башенками – полуразваленными кособокими домишками. Грязь и запустение нежилых переулков, мрачные покосившиеся хибары сразу вызвали у Тимки неприятное ощущение, что он все это уже когда-то видел. Кажется, в фильмах ужасов. По таким переулкам в этих киношках очень любили бродить разные вредные чудовища в обнимку с не менее вредными инопланетянами. А особенно любили такие места развеселые гнилые зомбики, специально удиравшие из своих могил для бодрящих предутренних прогулок. Поэтому Тим настороженно поглядывал по сторонам, держа в руке хорошо прогретый зрачковый камень и готовый в любой момент начать стрельбу волшебными лучами.

Хозяйственный прикрывал мальчика со спины. После ночевки в королевской библиотеке Боня стал на улице куда как осторожней: он шел за Тимкой, озираясь по сторонам, держа наготове скакулий кинжал и ракушечный свисток – свисток Хозяйственный временно отобрал у Тимки, объяснив это тем, что колдовская свистулька ему необходима по стратегическим соображениям. Что, мол, он – Хозяйственный то есть – в случае внезапной атаки ошеломит нападающих оглушительным свистом и обязательным неведомым сюрпризом, а Тимка в это время превратит их в статуи. На том и порешили.

К счастью, никто на друзей не напал и отряд благополучно миновал подозрительные места. Правда, пару раз откуда-то издалека доносился голодный, вовсе не кошачий вой, но это было не опасно – Штот сказал, что днем нежити прячутся по темным подвалам и на улицу почти не высовываются. Боня по дороге больше опасался случайной встречи с бандитами или разбойниками, чем с кошками-вампирами.

Тимка же вообще ничего не опасался. Да и чего страшного могло теперь произойти, когда зловещие улочки остались позади, а впереди зеленел лесок, и Тимка собирался предложить Хозяйственному сделать там привал, чтобы попить чайку и отдохнуть после нервного напряжения. Короче – и Тим, и Боня расслабились и даже немного разомлели под пригревшим их солнышком. И потому пропустили момент нападения.

Разбойники словно выросли из густой травы, чуть ли не перед носом у опешивших путешественников; были разбойники хмурыми и не выспавшимися – видимо, всю ночь воевали с призраками и только недавно легли отдыхать.

– Кто такие? – недовольным голосом спросил один из разбойников. Наверное, он был самым главным, потому что и ростом вышел побольше остальных, и в плечах пошире. – Откуда взялись? Только не врите, что заблудились или что из города пришли. Там живых никого нет! Мы проверяли, – разбойник осторожно потрогал свежую ссадину на щеке. – Впрочем, можете ничего не говорить. А ну, выворачивайте рюкзак! И карманы выворачивайте!

Лениво помахивая дубинками, остальные разбойники стали обходить путников кругом, чтобы взять их в кольцо. Посмеиваясь, лихие потрошители рюкзаков приготовились к неожиданному развлечению.

– Боня, камень-то у меня в руке, – громко шепнул Тимка, – свисти, пока не поздно!

– В чем дело? – нахмурился, главарь. – Прекращайте болтать и живо отдавайте все ценности! А они у вас должны быть: я тебя узнал, рыжий! Ты – наш король!

Хозяйственный чертыхнулся – перекраситься у Штота он так и не успел из-за призраковой угрозы: архивариус всю ночь пробродил по книгохранилищу с арбалетом наизготовку. А после уже и некогда было красками заниматься, потому что настало время уходить. Правда, Штот дал Боне перед дорогой пакетик с каким-то травяным, особо въедливым красителем, но использовать его Хозяйственный, разумеется, не успел.

– Давай-давай, – атаман замахнулся дубинкой, – не серди меня…

И тут случилось то, что и должно было случиться: Тимка, не целясь, выстрелил в главаря, а Бонд дунул в свисток; атаман так и застыл с занесенной над головой дубинкой, заблестел, словно стеклянный. Остальные разбойники расхохотались – они не поняли, что произошло! Они решили, что это такая шутка, атаманская.

– Свисти не свисти, а стражников здесь нет! – сквозь смех ехидно крикнул кто-то из них. – Конец вам… Ой! Что… Что это?!

Тимка обернулся, готовый перестрелять всех головорезов подряд, но стрелять ему больше не пришлось. Побросав дубинки и нелепо размахивая руками, разбойнички дружно бросились врассыпную: над каждым из них шумело и жужжало темное облачко, то и дело облепляя удирающих грабителей со всех сторон.

– Ты что, ос ухитрился высвистеть? – Тимка повернулся к Хозяйственному – тот, закрыв лицо ладонями, изо всех сил мотал головой: над Боней висело точно такое же облачко! Но это были не осы, нет, это были птички – маленькие как мухи, пестрые, с длинными клювиками-иголочками, они безжалостно клевали Хозяйственного куда попало. Ко всем этим бедам они еще одновременно и гадили – Боня на глазах покрывался слоем вонючего птичьего помета.

– Ложись! – крикнул Тимка, – падай!

Хозяйственный рухнул на землю, как подкошенный. На секунду птичья стайка растерянно зависла в воздухе и Тимка не упустил этого момента – меткий выстрел из магического камня, и кусачие птички навсегда замерли в воздухе искрящимся разноцветным облачком.

– Фу-у, – Бонифаций встал на ноги, с отвращением оглядел себя. – Ну и видик у меня! Весь в крови, весь в какашках! Тьфу ты, досвистелся. На, забери свою дрянь, – Хозяйственный сунул мальчику липкий свисток. – Пошли отсюда! Надо поскорей найти лужу или ручей и хорошенько помыться. Да чтобы я еще хоть раз в твою свиристелку подул… – ругаясь и отплевываясь, Боня обошел статую главаря и чуть не бегом припустил к лесу. Тимка потрусил за ним, на ходу пряча остывающий камень в ножны – разбойникам теперь наверняка было не до погони.

Ручей нашли быстро, на самой границе леса. Он, как нарочно, оказался рядышком, в ближайшей ложбине – долго его искать и не пришлось. Боня, на ходу срывая с себя испоганенную одежду, со стоном облегчения нырнул в мелкий ручеек, исцарапав себе живот о каменистое дно. Мылся Хозяйственный долго и яростно, а потом не менее долго стирался, от души ругая в полный голос мерзких птиц, разбойников, дурацкий свисток, а заодно и Тимку. За то, что подобрал этот свисток.

Тим, отойдя подальше от разбушевавшегося Хозяйственного, достал драконий стаканчик и не торопясь рассказал все Канику. И как они в библиотеку ходили, и как от разбойников спасались. Дракон только крякал в особо напряженных местах, но мальчика не перебивал.

– И вот еще что, – закончил обстоятельный рассказ Тимка, – поставь-ка на всякий случай ведьмино зеркало путешествий лицом к стене, и поплотнее! Не то всякие бандиты вместе с нежитью запросто могут к тебе залезть, через другие зеркала.

– Никак нет! – бодро доложил генерал-дракон. – Ничегошеньки у них не выйдет, зеркала, понимаешь, волшебные! Так что они сами знают, кого можно пропускать, а кого – нет. А и залезут – не велика беда! Арестую и в окошко выкину. Ать-два, и готово. Всего делов-то!

– Ну и хорошо, – Тимка спрятал стаканчик в карман куртки и пошел к Хозяйственному.

Пока Тимка беседовал с драконом, Бонифаций успел развесить свои постиранные вещи на кустах и ветках деревьев, на самом солнцепеке. Теперь Хозяйственный сидел на бережку ручья, терпеливо ожидая, когда наконец просохнет его одежда.

– Вот ты мне скажи, – потребовал Боня, едва мальчик подошел к нему поближе, – объясни мне, покалеченному, почему такая несправедливость вышла! У тебя, видите ли, от свиста луна с радугой получилась, а у меня – клевательная ерунда вышла! Почему?

Тимка присел рядом с Хозяйственным, разулся и сунул ноги в ручей.