«Спасибо».

Бумажка исчезла из моих рук. Я подняла голову, удивленно моргая, как раз когда мистер Берти шёл по проходу между столами.

— Это что-то, чём бы вы хотели поделиться со всеми, мистер Каллен?

Эдвард поднял голову, невинно посмотрев на него, и протянул листок, лежащий на его тетрадке.

— Мои записи? — спросил он, изображая растерянность.

Мистер Берти просмотрел записи, я не сомневалась, что там был идеальный конспект его лекции, а потом, нахмурившись, отошел.

Позже, на математике — моём единственном уроке без Эдварда, я услышала, как кто-то сплетничал:

— Ставлю на большого индейца, — произнес кто-то.

Я повернулась посмотреть как Тайлер, Майк, Остин и Бен тихо шептались, близко склонив друг к другу головы.

— Ага, — прошептал Майк. — Ты видел габариты этого малыша Джейкоба? Думаю, он может уложить Каллена, — казалось, что Майк воодушевлен такой возможностью.

— Не думаю, — не согласился Бен. — Есть что-то в Эдварде. Он всегда такой… уверенный. У меня такое ощущение, что он сможет за себя постоять.

— Я согласен с Беном, — сказал Тайлер, — Кроме того, если тот парень наваляет Эдварду, ты же знаешь тех, его старших братьев, они явно не останутся в стороне.

— Ты в Ла Пуш давно был? — спросил Майк. — Мы с Лорен ездили на пляж пару недель назад, и поверь мне, друзья Джейкоба, такие же большие, как и он сам.

— Эх, — сказал Тайлер. — Жаль, что ничего не произошло. Скорее всего, мы никогда не узнаем, как бы это могло быть.

— А мне кажется это ещё не конец, — сказал Остин. — Может, мы ещё увидим.

Майк усмехнулся:

— Кто хочет заключить пари?

— Десять на Джейкоба, — заявил Остин в конце концов.

— Десять на Каллена, — подхватил Тайлер.

— Десять на Эдварда, — согласился Бен.

— Джейкоб, — сказал Майк.

— Эй, а вы ребята знаете из-за чего это всё? — поинтересовался Остин. — Это может повлиять на шансы.

— Могу предположить, — сказал Майк, а потом мельком, одновременно с Беном и Тайлером, глянул на меня.

По их лицам я поняла, что никто не предполагал того, что я рядом и всё слышу. Они быстро отвернулись, зашелестев бумагами на своих партах.

— Я всё равно говорю — Джейкоб, — пробормотал Майк тихо.

Глава четвёртая

Природа.

Неделя выдалась неудачная.

В принципе, существенно, ничего не изменилось. Ну, подумаешь, Виктория не сдалась, но разве могла я мечтать, что она сдастся просто так? Ее появление лишь подтвердило то, что я и так уже знала. Нет причин для новой паники. Теоретически.

К сожалению, не паниковать, проще сказать, чем сделать.

Выпускной уже через пару недель, но я размышляла не глупо ли было сидеть слабой и беззащитной, в ожидании очередного несчастья. Кажется, быть человеком — это слишком опасно, особенно для меня. С моим «везением» я должна быть чуточку сильней.

Но никто не стал меня слушать.

Карлайл сказал:

— Белла, нас семеро. К тому же на нашей стороне Элис, и не думаю, что Виктория сможет застать нас врасплох. Мне кажется, что ради безопасности Чарли важно придерживаться первоначального плана.

Эсме успокоила:

— Мы никогда не допустим, чтобы с тобой что-нибудь случилось, милая. Ты знаешь это. Пожалуйста, не волнуйся, — и поцеловала меня в лоб.

Эммет заявил:

— Я и правда рад, что Эдвард не убил тебя. Рядом с тобой все становиться намного веселее.

Розали пристально посмотрела на него.

Элис закатила глаза и высказалась:

— Я оскорблена. Ты же не всерьез беспокоишься, правда?

— Если все это такая ерунда, тогда зачем Эдвард потащил меня во Флориду? — возмутилась я.

— Белла, разве ты до сих пор не заметила, что Эдвард просто немного склонен преувеличивать?

Воспользовавшись своим замечательным даром контролировать эмоциональную атмосферу, Джаспер, молча убрал всю мою панику и напряжение. Я снова почувствовала уверенность в себе и позволила им заглушить отчаяние во мне.

Разумеется, как только мы с Эдвардом вышли из комнаты, всё спокойствие мигом испарилась.

В итоге, было решено, что я должна забыть о ненормальной вампирше, выслеживающей меня, чтобы убить. Просто заняться своими делами.

Я попыталась. Удивительное дело, но нашлось ещё кое-что, почти такое же неприятное, как и новость что меня занесли в «красную книгу» как вымирающий вид …

Ответ Эдварда разочаровал меня больше, чем всё это вместе взятое:

— Это касается только тебя и Карлайла, — сказал он. — Конечно, ты знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы всё произошло между нами в момент, когда ты сама пожелаешь. Мое условие тебе известно, — и ангельски улыбнулся.

Уф. Я знала, его условие. Эдвард пообещал, что изменит меня сам, когда я захочу… Но сначала я должна буду выйти за него замуж.

Иногда я задумывалась, может он только притворяется, что не может читать мои мысли. Как ещё он мог додуматься поставить именно то, единственное из всех возможных условий, которое мне было так трудно принять? Единственное условие, которое могло остановить меня.

В общем, это была очень неудачная неделя. И сегодня был самый ужасный день. Когда Эдварда не было рядом со мной, это всегда было плохо.

Элис не предвидела ничего из ряда вон выходящего на этой неделе, и, поэтому, я настояла, чтобы он воспользовался шансом поохотиться с братьями. Я знала, как ему надоело охотиться за легкой добычей в округе.

— Иди, повеселись, — сказала я ему. — Принеси мне парочку кугуаров.

Я никогда бы не призналась ему, как тяжело мне было отпускать его, ведь тогда меня начинали мучить кошмары, будто он снова бросил меня. Если бы он знал это, он почувствовал бы себя ужасно, и даже в случае крайней необходимости, побоялся бы оставить меня. Как было тогда, в первое время, после его возвращения из Италии. Его золотые глаза стали совсем черными, и он страдал от непереносимой жажды дольше, чем нужно. Поэтому я набралась смелости и выпихнула его за дверь, как только Эммет и Джаспер изъявили желание пойти на охоту.

Хотя, думаю, он видел меня насквозь. Почти. Сегодня утром на моей подушке была оставлена записка:

«Я скоро вернусь, ты даже не успеешь соскучиться. Позаботься о моем сердце — я оставляю его с тобой».

Что ж, теперь у меня появилась свободная суббота, заняться было нечем, кроме утренней смены в «Ньютон Олимпик Аутфиттерс». И Элис порадовала меня обещанием:

«Я охочусь поблизости. Буду всего в пятнадцати минутах от дома, на случай, если тебе понадоблюсь. В случае опасности я буду начеку».

Перевод: «Пока Эдварда нет, даже не пытайся выкинуть какой-нибудь фокус».

Элис вполне могла покалечить мой пикап, так же как и Эдвард.

Я старалась разглядеть в этом и хорошее. После работы я планировала помочь Анжеле написать приглашения, это немного отвлечет меня. И у Чарли в связи с отсутствием Эдварда было отличное настроение, так что, помимо всего прочего, я могла наслаждаться ещё и этим. Если я совсем расклеюсь, то попрошу Элис побыть со мной ночью, она наверняка согласится. А завтра Эдвард вернется домой, и я буду спасена.

Не желая глупо выглядеть, придя на работу слишком рано, я завтракала очень медленно, вылавливая «Чирио» по одному из тарелки. Затем, вымыв посуду, я начала выкладывать в идеально ровную линию магнитики на холодильнике. Может, у меня развивается маниакально-депрессивное расстройство?

Последние два магнита — черные круглые кусочки, были моими самыми любимыми, потому что легко могли удерживать сразу десять листов бумаги, и эти два никак не хотели мне поддаваться. Их полярность была противоположной; каждый раз, когда я пыталась выложить прикрепить завершающий линию магнит, соседний тут же отпрыгивал.

По непонятным причинам — возможно, из-за прогрессирующей мании — это действительно меня раздражало. Почему они просто не могли встать как надо? Глупость, смешанная с упрямством: я продолжала пихать их друг к другу, как будто надеялась, что они, вдруг, сдадутся. Я могла положить их один на другой, но это выглядело бы поражением.

В конце концов, рассердившись больше на себя, чем на магниты, оторвала их все от холодильника и сжала обеими руками. На это потребовалось некоторое усилие — они сопротивлялись и не сдавались без боя, но я оказалась сильнее и заставила их прижаться друг к другу.

— Видите, — сказала я громко. Разговаривать с предметами, это не очень хороший знак. — Не правда ли, всё не так уж и плохо?

Несколько секунд я стояла, как идиотка, не вполне соображая, что изменить законы физики всё равно не смогу. Затем, вздохнув, я как попало прилепила магниты обратно на холодильник.

— Нет необходимости упорствовать, — пробормотала я.

Было все ещё слишком рано, но я решила, что лучше выйти из дома, пока неодушевленные предметы не начали мне отвечать.

Когда я приехала к Ньютонам, Майк методично подметал пол в проходах между прилавками, а его мама раскладывала новые товары на витрине. Они не ждали меня так рано, и я застала их в самом разгаре спора.

— Но Тайлер может поехать только в этот раз, — ныл Майк. — Ты сказала, что после выпускного …

— Тебе просто придется подождать, — оборвала его миссис Ньютон. — Вы с Тайлером можете заняться чем-нибудь другим. Вы не поедете в Сиэтл, пока полиция не разберется, что там происходит. Я знаю, что Бет Кроули тоже запретила Тайлеру ехать, так что не веди себя так, будто я злодейка … ой, доброе утро, Белла, — произнесла она, заметив меня краем глаза и моментально изменив интонацию на дружелюбную. — Ты рано.

Карен Ньютон абсолютно не походила на человека, который будет раскладывать товары в магазине туристического инвентаря. Ее прекрасно ухоженные светлые волосы были всегда элегантно зачесаны в пучок на затылке. На руках всегда был профессиональный маникюр, а открытые туфли на высоких каблуках, не имеющие ничего общего с выставленной на полках в магазине Ньютонов спортивной обувью, не скрывали идеального педикюра.

— Не было пробок, — пошутила я, вытаскивая из-под прилавка свой отвратительный неоново-оранжевый жилет. Я удивилась, что миссис Ньютон, так же, как и Чарли, была обеспокоена тем, что творилось в Сиэтле. А я то думала, что он слишком преувеличивает.

— Ну, э-э… — миссис Ньютон минуту колебалась, теребя в руках пачку рекламных листовок, собираясь пристроить их возле кассы.

Просунув одну руку в жилет, я застыла, узнав этот взгляд.

Когда я поставила Ньютонов в известность, что не буду работать у них этим летом — фактически бросив их в самый разгар сезона — они начали обучать Кэти Маршал, рассчитывая, что она займет мое место. Они действительно не могли себе позволить платить нам обеим, так что, похоже, день обещал быть долгим…

— Я собиралась позвонить, — продолжала миссис Ньютон. — Не думаю, что у нас сегодня будет много работы. Скорее всего, мы с Майком справимся одни. Сожалею, что тебе пришлось встать и приехать…

В обычный день, я бы только радовалась такому повороту событий. Сегодня… не очень.

— Хорошо, — вздохнула я, понуро. Чем же мне теперь заняться?

— Это не честно, мам, — сказал Майк. — Если Белла хочет поработать…

— Нет, все в порядке, миссис Ньютон. Правда, Майк. Нужно готовиться к экзаменам и все такое… — мне не хотелось становиться источником семейных разногласий, тем более, что они и так уже поссорились.

— Спасибо, Белла. Майк, ты пропустил четвертый ряд. Э-э, Белла, не могла бы ты по дороге выбросить в мусор эти листовки? Я сказала девочке, которая их здесь оставили, что выложу их на прилавок, но у меня действительно нет свободного места.

— Конечно. — я убрала свой жилет обратно, засунула листовки под мышку и вышла под моросящий дождь.

Мусорный бак находился сразу за углом, рядом с парковкой для сотрудников магазина. Я шла, шаркая ногами и раздраженно пиная камешки, попадавшиеся на моем пути. Я уже собиралась выбросить пачку ярко-желтых бумажек, когда мои глаза наткнулись на заголовок, напечатанный жирным шрифтом. Одно слово особенно привлекло моё внимание.

Я схватила бумажки обеими руками и уставилась на картинку под надписью. Горло перехватило.

«СПАСИТЕ ОЛИМПИЙСКОГО ВОЛКА»

Под словами был детально изображен волк, сидящий под ёлкой. Запрокинув голову вверх, он выл на луну. Эта картинка привела меня в замешательство; что-то в силуэте волка придавало ему очень несчастный вид. Как будто он выл от горя.

И затем, я бросилась к своему пикапу, так и сжимая в руках рекламные листки.

Пятнадцать минут — это все, что у меня было. Но этого должно было хватить. До Ла Пуш было всего пятнадцать минут езды, и наверняка, я пересеку условную границу на несколько минут раньше, чем попаду в сам поселок.

Мой пикап завелся и взревел, без каких-либо трудностей.

Элис не могла предвидеть этого, я ведь не планировала ничего. Спонтанное решение, вот ключ! И если я буду двигаться достаточно быстро, то смогу воспользоваться сложившейся ситуацией.

В спешке я бросила влажные бумажки, и они в беспорядке разлетелись по пассажирскому сидению — сотни выделенных заголовков, сотни темных воющих волков на желтом фоне.

Я неслась на предельной скорости по мокрой автостраде, включив дворники на полную и игнорируя рев древнего двигателя. Восемьдесят восемь километров в час — это было все, что я могла выжать из своего пикапа, и молилась, что бы этого хватило.

Я понятия не имела, где находится линия границы, но, проехав мимо первых домов Ла Пуш, стала чувствовать себя спокойнее. Должно быть, теперь это уже было за пределами возможностей Элис.

Я решила, что позвоню ей днем, когда приеду к Анжеле, скажу, что со мной все в порядке. У нее не будет причины заводиться. Ей даже не нужно будет злиться на меня — Эдвард будет злиться за двоих, когда вернется.

Мой грузовик решительно заскрипел, когда я остановила его перед знакомым домом с красным фасадом. При виде этого места, бывшего когда-то моим убежищем, я почувствовала, как к горлу снова подступает комок. Так много времени прошло с тех пор, когда я в последний раз была здесь.

Джейкоб возник в дверях раньше, чем я успела заглушить мотор; он был крайне удивлен и не знал как себя вести.

В внезапной тишине, после того, как мотор заглох, я услышала его шумное дыхание.